Тема 9. Квалификация стадий совершения преступлений.



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Тема 9. Квалификация стадий совершения преступлений.



 

1. Понятие, виды и значение стадий предварительной преступной деятельности на квалификацию преступлений.

2. Приготовление к преступлению и покушение на преступление.

3. Добровольный отказ от преступления и его влияние на квалификацию содеянного.

 

1. Понятие, виды и значение стадий предварительной преступной деятельности на квалификацию преступлений.

Понятия оконченного и неоконченного преступлений опре­делены в ст. 29 УК РФ. На основании ч. 1 этой статьи «пре­ступление признается оконченным, если в совершенном лицом деянии содержатся все признаки состава преступления, пре­дусмотренного настоящим Кодексом», ее ч. 2 «неоконченным преступлением признаются приготовление к преступлению и покушение на преступление», а ч. 3 данной статьи «уголовная ответственность за неоконченное преступление наступает по статье настоящего Кодекса, предусматривающей ответствен­ность за оконченное преступление, со ссылкой на ст. 30 насто­ящего Кодекса».

В диспозициях статей Особенной части УК РФ признаки состава преступления (здесь и далее имеются в виду и при­знаки, описанные в других — не уголовных — законах и (или) иных нормативных правовых актах, ссылки на которые со­держатся в бланкетных диспозициях статей Особенной ча­сти УК РФ) сформулированы как признаки оконченного пре­ступления. Соответствие всех признаков фактически совер­шенного деяния признакам состава преступления, предусмот­ренного статьей Особенной части УК РФ, свидетельствует о наличии оконченного преступления. При оконченном пре­ступлении завершается причинение вреда объекту преступле­ния, то есть осуществляется нарушение общественных отно­шений, охраняемых уголовным законом от данного вида пре­ступлений; полностью выполняется объективная сторона со­става преступления, признаки которой описаны в диспозиции статьи Особенной части УК РФ; в полной мере реализуется умысел на совершение соответствующего преступления.

На основании фундаментальных положений теории оте­чественного уголовного права «при оконченном преступле­нии уже причинен существенный вред объекту, охраняемо­му советским народом, то есть причинен вред государствен­ным или общественным интересам или гражданам или этот объект поставлен в опасность причинения ему вреда (ко­гда закон считает преступление оконченным уже в этом слу­чае). Эту качественную особенность оконченного преступ­ления закон выражает в том, что преступлением в узком смысле слова он признает оконченное преступление, в от­личие от приготовления к совершению преступления и покушения на преступление... Основное различие между оконченным и неоконченным преступлением состоит в том, что в оконченном преступлении объективная и субъективная стороны преступного деяния по своему содержанию совпада­ют, а в неоконченном преступлении умысел только частью на­ходит свое выражение во внешних действиях виновного и их последствиях».

Суть неоконченного преступления заключается в том, что при его совершении не завершено причинение вреда объекту преступления, то есть не нарушены общественные отношения, охраняемые уголовным законом от данного вида преступле­ний, и не выполнена полностью или частично объективная сторона состава преступления, признаки которой обрисованы в диспозиции статьи Особенной части УК РФ, устанавливаю­щей ответственность за соответствующее оконченное преступ­ление. В теории отечественного уголовного права общепри­знанным является положение, согласно которому «основная особенность предварительной деятельности по подготовке и совершению преступления состоит, таким образом, в непол­ноте объективной стороны преступления в том, что еще не причинен вред объекту или последний не был поставлен в опасность причинения ему вреда»

Неоконченное преступление с субъективной стороны ха­рактеризуется виной в виде только прямого умысла. Оно не может быть совершено ни по неосторожности, ни с косвен­ным умыслом. Как справедливо констатировано в юридиче­ской литературе, «при совершении неосторожного преступле­ния нет необходимости называть деяние оконченным пре­ступлением, например оконченным неосторожным убийством, так как эти деяния не знают предварительной преступной дея­тельности; неосторожное преступление не может быть неокон­ченным преступлением. Многие из умышленных преступле­ний знают только стадию оконченного преступления, например преступления, совершаемые с косвенным умыслом»; невозможность приготовления к преступлению и покушения на преступление с косвенным умыслом обусловливается тем, что лицо, не желая результата, не может готовиться к его совершению или покушаться на его совершение.

Для неоконченного преступления недостаточно наличия только умысла на совершение преступления; необходимо, что­бы умысел был воплощен в деянии — действии или бездей­ствии, — направленном на совершение преступления. В зави­симости от степени такого воплощения выделяются две ста­дии неоконченного преступления: 1) приготовление к преступ­лению и 2) покушение на преступление. На первой стадии не выполняются вообще действие или бездействие и, естествен­но, не наступает результат, которым является в преступлени­ях с материальными составами последствие, описанные в дис­позиции статьи Особенной части УК РФ об ответственности за соответствующий вид преступления. На второй стадии не наступает результат, представляющий собой в преступлениях с материальными составами последствие, и (или) не выполняются полностью действие или бездействие, обрисованные в диспозиции статьи Особенной части УК РФ, устанавливаю­щей ответственность за данный вид преступления.

Необходимость применения при квалификации неокончен­ного преступления ст. 30 УК РФ обусловлена тем, что в этой статье предусмотрены признаки состава неоконченного пре­ступления — приготовления к преступлению и покушения на преступление, — отсутствующие в статьях Особенной части УК РФ. Наличие в ст. 30 УК РФ признаков состава неокон­ченного преступления восполняет отсутствие этих признаков в статьях Особенной части данного УК.

Значение неоконченного преступления и норм, содержа­щихся в ст. 30 УК РФ, устанавливающей уголовную ответ­ственность за такое преступление, заключается в том, что, во-первых, неоконченное преступление представляет обществен­ную опасность и, во-вторых, указанная статья предусматри­вает признаки состава неоконченного преступления, распро­страняемые на составы преступлений, признаки которых опи­саны в статьях Особенной части УК РФ, избавляя законо­дателя от многократных повторений в последних признаков состава неоконченного преступления.

 

2. Приготовление к преступлению и покушение на преступление.

Приготовление к преступлению определено в ч. 1 ст. 30 УК РФ, согласно которой «приготовлением к преступлению при­знаются приискание, изготовление или приспособление лицом средств или орудий совершения преступления, приискание со­участников преступления, сговор на совершение преступле­ния либо иное умышленное создание условий для совершения преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам». В соответствии с ч. 2 этой статьи «уголовная ответственность наступает за приготовление только к тяжкому и особо тяж­кому преступлениям».

Проблемы ответственности за приготовление к преступле­нию были предметом отдельных специальных исследований применительно к ранее действовавшему отечественному уго­ловному законодательству. Положения, обобщения и выво­ды, содержащиеся в соответствующих научных трудах, в це­лом приемлемы и для решения вопросов об ответственности за приготовление к преступлению по действующему УК РФ.

Для обеспечения точной квалификации неоконченных преступлений имеет значение определение, во-первых, при­готовления к преступлению в целом, во-вторых, момента его окончания в отличие от обнаружения умысла, то есть отличия приготовления к преступлению от так называемого «голого» умысла, в-третьих, его отличия от покушения на преступле­ние и от оконченного преступления, в-четвертых, каждого из действий, образующих приготовление к преступлению, в-пя­тых, моментов окончания их и, в-шестых, их отличия от по­кушения на преступление и от оконченного преступления.

В теории отечественного уголовного права приготовление к преступлению определяется как «такое уголовно наказуемое деяние, при котором начатая умышленная преступная дея­тельность, достигнув стадии создания условий для соверше­ния преступления, прерывается затем до начала исполнения самого преступления по не зависящим от лица обстоятель­ствам».

На основе ч. 1 и 2 ст. 30 УК РФ и цитированного опре­деления необходимо признать, что приготовление к преступ­лению — это умышленное создание условий для совершения конкретного тяжкого или особо тяжкого преступления, не до­веденное до покушения на преступление и (или) оконченного преступления по обстоятельствам, не зависящим от виновно­го.

Момент окончания приготовления к преступлению, пред­ставляющий собой начальную границу приготовления, обу­словлен, с одной стороны, частичной реализацией умысла, состоящей в создании условий для совершения конкретно­го тяжкого или особо тяжкого преступления, и, с другой — присущностью созданию таких условий степени общественной опасности, исключающей малозначительность деяния. Реали­зация умысла — это его воплощение в деянии — действии или бездействии, облечение его в форму действия или бездей­ствия. Частичной данная реализация является потому, что умысел реализуется не полностью, то есть не в оконченном преступлении, а лишь в определенной начальной части, выра­жающейся в создании условий для совершения этого преступ­ления. Причем необходимо, чтобы создание условий для со­вершения преступления само по себе характеризовалось обще­ственной опасностью. Степень общественной опасности опре­деляется в результате анализа и оценки как конкретных дей­ствий, в которых согласно закону проявляется или может проявляться создание условий для совершения преступления, так и фактических обстоятельств содеянного. Под созданием условий для совершения преступления следует понимать за­вершение такого создания как результат, а не как начатый, но не завершенный процесс.

В юридической литературе справедливо отмечается, что «при приготовлении совершенные лицом действия пред­шествуют исполнению преступления и не входят в число обязательных элементов объективной стороны преступ­ления». Основываясь на данном положении, приготови­тельными к преступлению следует признать действия или без­действие, которые, с одной стороны, не описаны в диспозиции статьи Особенной части УК РФ в качестве признаков соста­ва соответствующего оконченного преступления и, с другой — предшествуют как оконченному преступлению, так и покушению на преступление, то есть имеют своей конечной границей начало оконченного преступления, когда отсутствует покуше­ние на преступление, либо при наличии последнего — начало покушения на преступление.

Приведенные общие положения о приготовлении к пре­ступлению в целом представляют собой основу для опреде­ления конкретных действий или бездействия, составляющих приготовление, моментов окончания каждого из них и их от­личия от покушения на преступление и от оконченного пре­ступления.

Приискание средств или орудий совершения преступления как завершенный процесс, то есть как результат, это их при­обретение любым способом, в частности, путем покупки, по­лучения во временное пользование, хищения и т. д. Мо­ментом окончания приискания является момент приобрете­ния средств или орудий совершения преступления; то есть момент, с которого лицо обладает реальной возможностью пользоваться и распоряжаться этими предметами. Прииска­ние отличается от покушения на преступление и от окончен­ного преступления тем, что приобретенные средства и орудия не используются на последующих названных стадиях совер­шения преступления.

Изготовление средств или орудий совершения преступле­ния — это создание таких предметов промышленным или ку­старным способом. Момент окончания изготовления совпада­ет с моментом завершения создания названных средств или орудий. Отличие названного изготовления от покушения на преступление и от оконченного преступления аналогично от­личию от этих стадий приискания указанных средств или ору­дий.

Приспособление средств или орудий совершения преступ­ления представляет собой внесение лицом изменений, на наш взгляд, существенных, в имеющиеся у него предметы, «то есть приведение их в такое состояние, которое сделало возможным или облегчило бы их использование в процессе выполнения преступления». Оконченным приспособление является с момента приведения средств или орудий в указанное состоя­ние. Отличие приспособления от покушения на преступление и от оконченного преступления идентично отличию от назван­ных стадий приискания и изготовления средств или, орудий совершения преступления.

Под приисканием соучастников преступления необходимо понимать предложение лица другим лицом, хотя бы одно­му, совместно совершить преступление в качестве соисполни­теля, исполнителя или пособника, приведшее к согласию на это предложение. Приискатель соучастников выполняет роль организатора преступления или подстрекателя к преступле­нию. Моментом окончания приискания соучастников следует признавать момент дачи согласия хотя бы одним соучастни­ком на совершение преступления. Приискание соучастников отличается от покушения на преступление и от оконченного преступления тем, что лица, давшие согласие на совершение преступления, не выполняют ни полностью, ни частично дей­ствий или бездействия, описанных в диспозиции соответству­ющей статьи Особенной части УК, в частности, вследствие их добровольного отказа от преступления. По существу прииска­ние соучастников преступления — это неудавшиеся организа­ция преступления или подстрекательство к преступлению.

Сговор на совершение преступления — это взаимное, обо­юдное соглашение двух или более лиц, при котором каждое из них изъявляет желание совместно совершить преступление. В данном случае заранее не выделяются организатор преступле­ния или подстрекатель к преступлению и роли соучастников распределяются в процессе сговора. Оконченным сговор на со­вершение преступления является с момента дачи обоюдного согласия и изъявления взаимного желания совместно совер­шить преступление. Отличие сговора на совершение преступления от покушения на преступление и от оконченного пре­ступления состоит в том, что участники сговора не совершают ни полностью, ни частично действий или бездействия, опи­санных в диспозиции статьи Особенной части УК РФ, уста­навливающей ответственность за преступление, о совместном совершении которого состоялся сговор.

Иное создание условий для совершения преступления представляет собой оценочный признак, который может выра­жаться, например, в устранении препятствий, могущих поме­шать совершению преступления. Иное создание условий сле­дует признавать оконченным с момента завершения такого со­здания. Иное создание условий для совершения преступления отличается от покушения на преступления и от оконченно­го преступления тем, что указанное создание не является ни полностью, ни частично действиями или бездействием, опи­санными в диспозиции статьи Особенной части УК РФ об от­ветственности за преступление, условия для совершения ко­торого созданы.

Приготовление к преступлению налицо только тогда, ко­гда развитие преступной деятельности завершилось именно на данной стадии, притом по обстоятельствам, не зависящим от виновного. Если приготовление к преступлению переросло в покушение на преступление или оконченное преступление, то оно поглощается последними и содеянное квалифицируется соответственно как покушение на преступление либо окончен­ное преступление.

На основании ч. 3 ст. 30 УК РФ «покушением на преступ­ление признаются умышленные действия (бездействие) лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам».

Правильная квалификация оконченного и неоконченного преступлений зависит от определения, во-первых, покушения на преступление, во-вторых, возможности покушения в преступлениях с составами различной конструкции и, в-третьих, границ покушения на преступления, то есть его начального и конечного моментов.

В теоретических трудах, специально посвященных ответ­ственности за покушение на преступление применительно к ранее действовавшему уголовному законодательству, в соот­ветствии с которым понятие покушения по существу совпада­ло с предусмотренным в действующем УК РФ, это понятие определяется либо идентично содержавшемуся в уголовном законе, либо как «умышленное исполнение преступления, незавершенное задуманным субъектом преступным результа­том по не зависящим от него обстоятельствам», либо «как умышленное общественно опасное деяние, непосредственно направленное на выполнение состава оконченного преступле­ния, но не достигшее этой цели по причинам, не зависящим от воли действующего лица». Представляется, что огра­ничение покушения на преступление только незавершенным преступным результатом неосновательно сужает рассматри­ваемое понятие, ибо покушение на преступление может про­явиться и в незавершении деяния, описанного в диспозиции статьи Особенной части УК РФ.

С учетом, в частности, цитированных определений по­кушение на преступление — это непосредственно с прямым умыслом направленное на совершение преступления действие или бездействие, содержащие часть признаков объективной стороны оконченного состава преступления, описанных в дис­позиции соответствующей статьи Особенной части УК РФ, то есть не повлекшие наступление преступного результата, пред­ставляющего собой в преступлениях с материальными соста­вами последствие, либо составляющие лишь начальную часть деяния, предусмотренных данной статьей, если преступление не доведено до конца по обстоятельствам, не зависящим от виновного.

Предлагаемое определение обусловлено возможностью по­кушения на преступления с составами любой конструкции, то есть как с материальными, так и с формальными и даже усе­ченными составами. Такая возможность подтверждается те­оретическими положениями, судебной практикой и анализом норм действующего УК РФ.

В науке отечественного уголовного права обосновано, что покушения «вполне возможны не только в отношении матери­альных, но и в отношении формальных составов. Если в ма­териальных составах субъект совершает деяние, предусмот­ренное законом, но результат, предусмотренный законом, не наступает, то при формальных деяниях имеет место попытка совершить предусмотренное законом деяние, но это не удается».

Применительно к получению и даче взятки и коммерче­скому подкупу, являющимся преступлениями с формальными составами, в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2000 г. № 6 «О судебной практике по де­лам о взяточничестве и коммерческом подкупе» прямо ука­зано, что «в случаях, когда должностное лицо или лицо, осу­ществляющее управленческие функции в коммерческой или иной организации, отказалось принять взятку или предмет коммерческого подкупа, взяткодатель или лицо, передающее предмет взятки или подкупа, несет ответственность за поку­шение на преступление, предусмотренное ст. 291 УК РФ или соответствующей частью ст. 204 УК РФ.

Если обусловленная передача ценностей не состоялась по обстоятельствам, не зависящим от воли лиц, пытавшихся пе­редать или получить предмет взятки или подкупа, содеянное ими следует квалифицировать как покушение на получение либо дачу взятки или незаконного вознаграждения при коммерческом подкупе».

В п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 мая 1998 г. № 9 «О судебной практике по делам о пре­ступлениях, связанных с наркотическими средствами, психо­тропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами» разъясняется, что «действия лица, сбывающего под видом наркотических, психотропных, сильнодействующих или ядо­витых какие-либо иные средства или вещества с целью за­владения деньгами или имуществом граждан, следует квали­фицировать как мошенничество. Покупатели в этих случа­ях при наличии предусмотренных законом оснований могут нести ответственность за покушение на незаконное приобре­тение наркотических средств, психотропных, сильнодейству­ющих или ядовитых веществ», которое — незаконное при­обретение наркотических средств, психотропных, сильнодей­ствующих или ядовитых веществ — представляет собой пре­ступления с формальными составами. Из разъяснения, содер­жащегося в п. 7 этого постановления, согласно которому «как неоднократные (п. «б» ч. 3 ст. 228 УК РФ) следует квалифи­цировать действия лица, совершившего два и более раза лю­бое из деяний, предусмотренных ч. 2 ст. 228 УК РФ, независи­мо от того, было ли оно за это осуждено и являлось ли ранее совершенное деяние оконченным преступлением или покуше­нием на преступление... », вытекает возможность покуше­ния на любое из деяний, предусмотренных ч. 2 ст. 228 УК РФ, являющихся альтернативно преступлением с формальным со­ставом.

Возможность покушения на преступления с формальными составами обусловлена и включением во многие из них, на­пример, предусмотренные ст. 206, 211, 213 УК РФ, таких ква­лифицирующих или особо квалифицирующих признаков, как совершение деяния группой лиц по предварительному сговору либо организованной группой. Наличие этих признаков пред­полагает предварительную преступную деятельность в виде приготовления к преступлению и, как следствие, в виде более поздней ее стадии — покушения на преступление.

Представляется, что нельзя исключить и возможности по­кушения на преступления с усеченными составами. К при­меру, покушением на создание преступного сообщества (пре­ступной организации), ответственность за которое установле­на ст. 210 УК РФ и которое представляет собой преступле­ние с усеченным составом, является предложение организа­тора, руководителя или иного представителя одной органи­зованной группы, адресованное к представителю, в частно­сти организатору или руководителю, другой организованной группы, создать объединение организаторов, руководителей или иных представителей организованных групп в целях раз­работки планов и условий для совершения тяжких или особо тяжких преступлений, когда адресат не дал на это своего со­гласия.

Определение границ — начального и конечного момен­тов — покушения на преступление связано с раскрытием содержания его видов. Общепринятым в теории отечественного уголовного права является деление покушения на два вида: 1) оконченное и 2) неоконченное. Кроме того, выделяется такая его разновидность, как негодное покушение.

Начальным моментом любого покушения является нача­ло действия или бездействия, непосредственно направленных на совершение преступления, то есть начальный момент дей­ствия или бездействия, описанных в диспозиции соответству­ющей статьи Особенной части УК РФ.

Оконченное — это такое покушение, при котором лицо со­вершило все действия или бездействие, описанные в диспози­ции статьи Особенной части УК РФ, необходимые как объек­тивно, так и субъективно (то есть по его осознанию, предви­дению и желанию) для наступления преступного результата, предусмотренного в диспозиции данной статьи, но указанный результат не наступил по не зависящим от этого лица обстоя­тельствам, например, произведенный лицом выстрел, направ­ленный на убийство, из пистолета, заряженного единственным патроном, мимо цели. Конечным моментом рассматриваемо­го покушения является совершение всех обрисованных дей­ствий или бездействия, не повлекшее причинение результата, обрисованного в диспозиции соответствующей статьи УК РФ. Оконченное покушение отличается от оконченного преступле­ния лишь не наступлением преступного результата, представ­ляющего собой, как отмечалось, в преступлениях с матери­альными составами последствие.

Неоконченное — это покушение, при котором лицо совер­шило охватывавшиеся его умыслом действие или бездействие, непосредственно направленные на совершение преступления, описанные в диспозиции статьи Особенной части УК РФ, лишь частично, а не полностью по обстоятельствам, не зави­сящим от этого лица, что имеет место, к примеру, при задер­жании вора в чужой квартире в момент упаковки им в чемо­дан похищаемых вещей. Конечным моментом неоконченного покушения является момент окончания незавершенных дей­ствия или бездействия, которые виновный успел или которые ему удалось совершить. Отличие неоконченного покушения от оконченного преступления состоит в незавершении при та­ком покушении действия или бездействия, представляющих собой деяние в оконченном преступлении.

Негодное покушение — это неудавшееся посягательство, связанное с ошибкой лица в предмете преступления, потер­певшем от преступления либо в средствах совершения пре­ступления. Негодное покушение, выразившееся в ошибке в предмете преступления и в потерпевшем от преступления, в юридической литературе обычно называется негодным поку­шением, связанным с ошибкой в объекте либо покушением на негодный объект, что неточно. Негодным покушени­ем, связанным с ошибкой в предмете преступления, является, например, ситуация, обрисованная в цитированном ранее п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 мая 1998 г. № 9 «О судебной практике по делам о преступлениях, связан­ных с наркотическими средствами, психотропными, сильно­действующими и ядовитыми веществами», при которой по­купатель вследствие обмана со стороны продавца приобрета­ет вместо наркотических средств, психотропных, сильнодей­ствующих или ядовитых веществ какие-либо иные средства или вещества; с ошибкой в потерпевшем от преступления — нанесение «смертельного»» ранения в сердце трупа, приня­того виновным за живого человека; с ошибкой в средствах — использование виновным по ошибке для отравления друго­го человека безвредного порошка вместо яда. При негодном покушении лицо выполняет полностью все без исключения действия или бездействие, составляющие объективную сторо­ну состава оконченного преступления. Конечным моментом негодного покушения является завершение всех действий или бездействия, характеризующих объективную сторону состава оконченного преступления. Отличие от последнего состоит в ненаступлении преступного результата и кроется в субъектив­ной стороне, а именно в том, что умысел, направленный на совершение преступления, не реализуется вследствие ошибки виновного в предмете преступления, потерпевшем от преступ­ления или в средствах совершения преступления. Обществен­ная опасность негодного покушения заключается в соверше­нии лицом всех действий или бездействия, образующих объек­тивную сторону оконченного состава преступления, и направ­ленности умысла этого лица на совершение преступления, не реализованного по указанным, не зависящим от виновного об­стоятельствам.

Содеянное квалифицируется как покушение на преступле­ние лишь в случаях, когда развитие преступной деятельности завершилось на этой стадии. Когда покушение на преступле­ние переросло в оконченное преступление, то оно поглоща­ется последним и ответственность наступает за оконченное преступление.

 

3. Добровольный отказ от преступления и его влияние на квалификацию содеянного.

Согласно ч. 1 ст. 31 УК "добровольным отказом от преступления признается прекращение лицом приготовления к преступлению либо прекращение действий (бездействия), непосредственно направленных на совершение преступления, если лицо осознавало возможность доведения преступления до конца".

Добровольный отказ от совершения преступления - не столь редкое явление, но определить его признаки на практике нелегко. Связано это с тем, что нет единых позиций по некоторым вопросам и в теории. Анализируя ст. 31 УК, можно выделить два признака, при которых лицо освобождается от уголовной ответственности: окончательность; добровольность.

Суть первого признакав том, что, лицо прекращает начатые преступные деяния окончательно и бесповоротно, не прерывая их на время, не возвращаясь к ним. Отказ от повторной попытки совершить преступление при неудаче в первый раз (например, осечки) не может быть при­знан добровольным и служит при определенных условиях смягчающим вину обстоятельством, но не в коей мере не освобождает от уголовной ответственности.

Второй признакозначает, что субъект прекращает предварительную преступную деятельность, когда его воля не подавлена внешними об­стоятельствами, т.е. он осознает, что преступное намерение можно до­вести до конца. Но нередко субъективный вывод лица о возможности (или невозможности) завершить преступное посягательство не соответствует объективным условиям.

При определении добровольного отказа следует учитывать субъективные и объективные критерии. Субъективный критерий предполагает, что, во-первых, лицо сознает возможность окончить преступление, но отказывается от него по собственной воле, не доведя его до конца. В отличие от этого при отказе от повторения субъект уже выполнил все, что по его мнению было необходимо для завершения преступных дейст­вий и наступления результата, и отказывается лишь от второй попытки. Во-вторых, субъект прекращает преступную деятельность, сознавая возможность реализации умысла. При этом не имеет значения, сущест­вовала ли в действительности возможность довести преступление до конца; необходимо, чтобы он так считал. В тех же случаях, когда субъект отказывается от преступления, убедившись в объективной не­возможности его осуществить,мы имеет прерванное, а не добровольно оставленное покушение.

Поскольку в основе добровольности лежит волеизъявление лица, воспринимающего объективные условия сугубо индивидуально, то от­правным моментом должен быть субъективный фактор, т.е. собственная оценка возможности (невозможности) продолжать преступное посяга­тельство. Но это не означает, что воля субъекта при добровольном от­казе не подвержена влиянию внешней среды.

Объективные обстоятельства при добровольном отказе играют существенную роль. Они могут вызвать желание оставить преступную деятельность (беспомощный вид жертвы, ее мольбы могут привести к отка­зу убийцы от преступления; малая ценность предмета может заставить вора отказаться от кражи). Но вместе с тем роль внешних обстоятельств при добровольном отказе и при вынужденном оставлении преступной деятельности принципиально различна. При добровольном отказе внеш­ние обстоятельства лишь влияют на мотив, по которому субъект отка­зывается продолжать преступную деятельность.

Вот пример из практики. К., желая изнасиловать Т., толкнул ее на землю, угрожая задушить, ударил по лицу. У Т. пошла из носа кровь, она закричала. После этого К. прекратил свои преступные действия. Несмотря на то, что крики Т. создавали для К. определенные трудности, это не мешало ему довести преступление до конца. Данное обстоятель­ство и привело суд к выводу, что здесь имел место добровольный отказ. Содеянное было квалифицировано как "умышленное нанесение легкого телесного повреждения, не причинившее расстройства здоровью". При вынужденном отказе объективные условия определяют фактическую невозможность в данный момент выполнить задуманное, и это заставля­ет субъекта, помимо его воли, прекратить преступление.

Добровольный отказ, таким образом, выражается в сознательном акте, направленном на прекращение преступной деятельности, т.е. речь идет об отпадении умысла на совершение преступления, а также об отпадении общественной опасности - основного материального призна­ка преступления, только всестороннее исследование совокупности объ­ективных и субъективных условий позволяет следственным и судебным органам установить возможное симулирование добровольного отказа.

На стадии приготовления отказ возможен, безусловно, всегда. При этом он может выражаться как в активной форме (уничтожение приоб­ретенного средства или оружия преступления), так и пассивной (воздержание от последующих действий).

Ha стадии покушения добровольный отказ имеет свои особенности. Здесь вопрос решается с учётом вида покушения.

На этапе неоконченного покушения отказ возможен всегда и харак­теризуется теми же чертами, что и на стадии приготовления. На этапе оконченного покушения говорить о добровольном отказе, по нашему мнению, нельзя.

Напомним, что в действиях лица, добровольно отказавшегося от продолжения преступной деятельности, отсутствуют элементы состава преступления. А при отсутствии хотя бы одного из них нет и состава, что и является основанием освобождения лица от уголовной ответст­венности при добровольном отказе.

Функции добровольного отказа применительно к действию каждого субъекта сводятся к тому, чтобы не допустить завершения начатого преступления. Социальная цель добровольного отказа - "золотого мос­та" по выражению дореволюционных юристов - значительно шире и предполагает достижение такого результата, как предупреждение всяких правонарушений.

Не являются добровольным отказом действия, предусмотренные в примечаниях к ряду статей Особенной части УК. Так, в примечании ст. 275 УК (государственная измена) сказано: освобождается от уголовной ответственности лицо, совершившее это преступление, если оно добро­вольно и своевременно сообщило органам власти или иным образом способствовало предотвращению дальнейшего ущерба интересам России и если в его действиях не содержится иного состава преступления.

Аналогичные случаи предусмотрены в примечаниях к ст. 291 (дача взятки), 205 (терроризм), 206 (захват заложника) и др.

Все эти нормы отличаются от ст. 31 Общей части тем, что предусматривают (как исключение из общего правила) освобождение от уго­ловной ответственности при наличии всех признаков оконченного со­става преступления.

Особенности добровольного отказа соучастников обусловлены прежде всего формой соучастия, конструкцией состава преступления и тем, как он выполняется: действием или бездействием.

В процессе совершения преступления организатор, подстрекатель, пособник создают своими действиями реальную возможность возникно­вения общественно опасного последствия. Исполнитель же своими дей­ствиями эту возможность воплощает.

Необходимой предпосылкой наступления конкретного общественно опасного результата является деятельность каждого соучастника. Дейст­вия организатора, подстрекателя и пособника предшествуют наступле­нию преступного результата, находясь с ним в причинной связи через действия исполнителя.

Добровольный отказ может быть со стороны любого соучастника, но исходя из той роли, которую играет каждый из них, формы отказа будут различны.

Отказ исполнителя может явиться результатом воздействия на него других соучастников; тогда добровольный отказ имеет место и в дейст­виях организатора (подстрекателя или пособника). Если же исполнитель сам отказывается совершить преступления, независимо и даже вопреки воле других соучастников, то добровольный отказ имеет отношение исключительно к исполнителю.

При добровольном отказе исполнителя и при отсутствии такого отказа со стороны других лиц последние несут ответственность не за соучастие, а за приготовление к соответствующему преступлению (неудавшаяся организация, подстрекательская деятельность, пособничество).

Добровольный отказ организатора (в отличие от отказа исполните­ля) может выражаться только в активной форме - он должен прервать преступление, пока не наступили общественно опасные последствия.

Подстрекатель, как и организатор, обязан предпринять активные действия, чтобы повлиять на исполнение,



Последнее изменение этой страницы: 2016-04-07; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.210.184.142 (0.02 с.)