Майская ночь или утопленница



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Майская ночь или утопленница



(длинный эпиграф на украинском, общий смысл поняла так, что кто его отца знает, когда надо народу что сказать или за зайцем пойти – нифига, а как черт уплется, так верть хвостиком - оно все и возьмется как с неба)

 

 

Пришел сын головы Левко к любимой свой Ганне, серенады попел – не выходит, поуговаривал –не выходит рассердился, обиделся – выскочила. Помиловались, он сказал, что отец притворяется глухим, когда он заговаривает про женитьбу. Ганна спрашивает про вон тот дом заброшенный, мол помню про него страшное. Левко рассказывает, что жил там отец с дочкой, отец еще раз женился, мачеха невзлюбила падчерицу. В ее горницу ночью пришла кошка страшная, нападала, душила, девочка ей отцовской саблей лапу отрубила, мачеха потом ходила с перевязанной рукой. Оказалась ведьмой. Отец заставил ее как мужичку выполнять всю грязную работу а потом и вовсе выгнал. Она от отчаяния с обрыва кинулась. Утопленницы, которые выходят погреться в лунном свете утащили мачеху на дно, она стала таким же призраком. Панночка та теперь ее ищет все время. Мило попрощались, Ганна пошла домой, Левко дальше гулять. Потом в кадре Каленик, подгулявший мужик средних лет, который спьяну что-то бормочет про голову, про кренделя ногами, про гопак, не может найти свой дом. Пока он идет в дом этого самого головы, думая, что это его хата, Гоголь рассказывает про этого самого голову. н. У него кривой глаз, домотканый сюртук, сын. Свояченица, которая, видимо совсем не свояченица, привычка домогаться до молоденьких, и «блестящее» прошлое – покатался кна езлах у Екатерины и теперь об этом вспоминает всео, сводит на это разговор. Левко отбился от своих товарищей, идет уже домой, а видит его Галю с кем-то трепется среди ночи. Этого кого-то не видно, но он обзывает Левко молокососом и обещает набить ему морду. Левко на него замахиваеся со спины, узнает отца. Опаньки. Ганна быстро валит домой, дружки Левко улюлюкивает он решает подшутить над отцом. Пока отец говорит с винокуром о винокурне на мете того самого проклятого дома, к ним таки дошел Каленик, из суеверия решили его не выгонять. На улице шум-гам, стебные песни, голова бросился их догонять, догнал одного – в черном вывернутом тулупе рожа размалевана, не узнать, кинул, несмотря на «это я!» женским голосом, в комору. Вышел из дома, встретился с дьяком. К нему они тоже заходили. Он тоже поймал того в черном тулупе. Пошли узнавать, кто кого поймал. В жоме у головы оказалась его свояченица вместо черного. Самое смешное, что у дьяка тоже в чулане она сидела)) Ну все, чертовщина! Решили поджечь свояченицу, мол, она аццкий сотона. Даже уже из люльки (трубки) угли высыпали, чтоб все по науке. Тут додумались – перекрестись! – перекрестилась, все ок, не дявол). Она с кулаками на голову, мол я все знаю, пройдоха и про Ганну и про всех остальных, ты, урод специально хотел меня сейчас поджечь, чтоб избавиться. Но потом рассказала, как ее ребята затолкали в дом через окно.

Чуваком в черном тулупе был конечно же наш бэтман Левко. Решил он на ночь глядя пойти прогуляться к домику проклятому, глядь – а там девица сидит. Он бандуру свою достал и стал петь. Она ему и говорит, помоги найти мачеху мою, все что хочешь сделаю. На лужайке в это время утопленницы играли в №ворона». Одной не понравилось быть вором, а другая с удовольствием была им. И не такая светящаяся и злая какая-то. Левко громко крикнул «ведьма», указывая на нее, и угадал. Девица дала ему письмо отцу, мол, знаю, что больше всяких богатств хочешь ты на Ганне жениться.

Левко проснулся тут же с письмом в руках, а его уже и вяжут как ночного дебошира. Отец узнает его, ругает, Левко, отдает ему письмецо. Оно написано капральской рукой и там голове приказывают женить сына на Ганне и починить мосты. Левко правды не открыл, сказал, что случайно встретил капрала и тот обещал на днях заехать отобедать. Отец на тщеславных радостях пообещал его женить завтра же и отпустил с миром. Левко пошел к Ганне. По дороге обещая себе никому об этом не рассказывать, кроме самой Галю, которая оценит и поймет. Окно у нее была отперто, он пожелал спокойной ночи, перекрестил и счастливый побежал домой.

 

Пропавшая грамота /быль, рассказанная дьячком Диканьской церкви/

 

Еще одна история про деда Фомы Григорьевича про то, как он с ведьмами в дурня играл. Отправили его от вельможного гетмана с грамотой к царице. Он в шапку зашил и не мешкая поехал. Приехал в Конотоп, а там ярмарка. Скарифанился там с нарядным запарожцем (красные шаровары , синий жупан, цветастый пояс, сабля и люлька с медной цепочкой до пят) и поехали они вместе. С ними еще один казак поехал. Едут по полю, а все темнее и темнее, а заарожец и странными фразами дико смещными говорит и все более хмурый становится, боится. Открывается спутникам, мол, связался я с нечистым. Они – эка невидаль, кто с ним не знался то! У него, оказывается, срок пришел. Просит их спасти его шкуру и не поспать ночь. Заходят в маленький шинок. Там Деду мерещатся всякие всякости, вон чудище рогатое из-под обоза вылезло, и глаза слипаются. Он уже и так и эдак – все равно уснул. Проснулся, ни запарожца с конем, ни его коня, ни – о боже мой! – его шапки с грамт\отой. Чего делать сам не придумала, спросил у всех кто был, никто не знает, только шиночник молчит. За 5 золотых разговорился. Научил его: иди в лес в сумерках, там цыгане, будет все шуметь, тына шум не иди, иди по маленькой дорожке мимо обожженного дерева. Там встретишь, кого нужно. И карманы набей хорошенько, они это любят. И он пошел. Подошел к группке, которая сидела вокруг костра и чтото в него кидала. Попытался разговор завести – головешкой в глаз чутьне тыкнули. Рассказал о своей беде – алчные руки потянулись. Он все золото, которое было кинул на землю и провалился в преисподнею. Там все со свиными и козьими и лошадиными рылами, все лезут, верещат, ржут, стебутся. Посадили за стол здоровенный, а он уж мастак поесть. Берет кусок ветчины, несет в рот, по губам попадает, а ест кто-то другой и прям под ухом чавкает (а вы что и есть за меня будете? – ага!). Страх пропал, ударил кулаком по столу – нефиг надо мной смеяться, отдавайте шапку. Условия: играешь три партии в дурня, хотя раз выигрываешь – отдадим, если нет – оставайся мальчик с нами, будешь нашим королем. Играют кон – проигрывает. Раздал сам – карты на столе меняются, снова проиграл. В третий раз догадался перекрестить карты и выиграл. Грамату вернули, но – маловато будет. Коня мне! Не то всех тут вас перекрещу! Вместо коня принесли костей с гоготом. Погрустил он о коне и сказал «ну дайте хоть какогонить, чтоб отсюда выбраться». Дали ему адского коника, он его быстро по жутким пейзажам вынес и ударил о земь. Очухался он на крыше своего дома, руки и лицо в крове. Дети в шоке – мама сидит перед веретеном и прыгает. Ей, оказывается , снилось, что печка прыгаа и пироги по хате гоняла. Дед Фомы порешил хату осветить, передохнул, достал коня – и в Питер без остановок уже. Там – чудеса! Дворец высотой в 10 хат, много комнат, царица в золотой короне, в новом сереньком свитке, в красных сапогах и золотые галушки есть (тут все все поняли о правдивости деда Фомы и о его простодушном представлении о царице))

А жена с тех пор каждый год какая-то дивная в это время. За что не примется – ноги кренделя выписывают.

 

Ночь перед рождеством

На смену последнему дню перед Рождеством приходит ясная морозная ночь. Дивчины и парубки еще не вышли колядовать, и никто не видел, как из трубы одной хаты пошел дым и поднялась ведьма на метле. Она черным пятнышком мелькает в небе, набирая звезды в рукав, а навстречу ей летит черт, которому «последняя ночь осталась шататься по белому свету». Укравши месяц, черт прячет его в карман, предполагая, что наступившая тьма удержит дома богатого козака Чуба, приглашенного к дьяку на кутю, и ненавистный черту кузнец Вакула (нарисовавший на церковной стене картину Страшного суда и посрамляемого черта) не осмелится прийти к Чубовой дочери Оксане. Покуда черт строит ведьме куры, вышедший из хаты Чуб с кумом не решаются, пойти ль к дьячку, где за варенухой соберется приятное общество, или ввиду такой темноты вернуться домой, — и уходят, оставив в доме красавицу Оксану, принаряжавшуюся перед зеркалом, за чем и застает ее Вакула. Суровая красавица насмехается над ним, ничуть не тронутая его нежными речами. Раздосадованный кузнец идет отпирать дверь, в которую стучит сбившийся с дороги и утративший кума Чуб, решив по случаю поднятой чертом метели вернуться домой. Однако голос кузнеца наводит его на мысль, что он попал не в свою хату (а в похожую, хромого Левченка, к молодой жене коего, вероятно, и пришел кузнец), Чуб меняет голос, и сердитый Вакула, надавав тычков, выгоняет его. Побитый Чуб, разочтя, что из собственного дома кузнец, стало быть, ушел, отправляется к его матери, Солохе. Солоха же, бывшая ведьмою, вернулась из своего путешествия, а с нею прилетел и черт, обронив в трубе месяц.

Стало светло, метель утихла, и толпы колядующих высыпали на улицы. Девушки прибегают к Оксане, и, заметив на одной из них новые расшитые золотом черевички, Оксана заявляет, что выйдет замуж за Вакулу, если тот принесет ей черевички, «которые носит царица». Меж тем черта, разнежившегося у Солохи, спугивает голова, не пошедший к дьяку на кутю. Черт проворно залезает в один из мешков, оставленных среди хаты кузнецом, но в другой приходится вскоре полезть и голове, поскольку к Солохе стучится дьяк. Нахваливая достоинства несравненной Солохи, дьяк вынужден залезть в третий мешок, поскольку является Чуб. Впрочем, и Чуб полезает туда же, избегая встречи с вернувшимся Вакулой. Покуда Солоха объясняется на огороде с пришедшим вослед козаком Свербыгузом, Вакула уносит мешки, брошенные посреди хаты, и, опечаленный размолвкой с Оксаною, не замечает их тяжести. На улице его окружает толпа колядующих, и здесь Оксана повторяет свое издевательское условие. Бросив все, кроме самого малого, мешки посреди дороги, Вакула бежит, и за ним уж ползут слухи, что он то ли повредился в уме, то ли повесился.

Вакула приходит к запорожцу Пузатому Пацюку, который, как поговаривают, «немного сродни черту». Застав хозяина за поеданием галушек, а затем и вареников, кои сами лезли Пацюку в рот, Вакула робко спрашивает дороги к черту, полагаясь на его помощь в своем несчастье. Получив туманный ответ, что черт у него за плечами, Вакула бежит от лезущего ему в рот скоромного вареника. Предвкушая легкую добычу, черт выскакивает из мешка и, сев на шею кузнеца, сулит ему этой же ночью Оксану. Хитрый кузнец, ухватив черта за хвост и перекрестив его, становится хозяином положения и велит черту везти себя «в Петембург, прямо к царице».

Найдя о ту пору Кузнецовы мешки, девушки хотят отнести их к Оксане, чтоб посмотреть, что же наколядовал Вакула. Они идут за санками, а Чубов кум, призвав в подмогу ткача, волочит один из мешков в свою хату. Там за неясное, но соблазнительное содержимое мешка происходит драка с кумовой женой. В мешке же оказываются Чуб и дьяк. Когда же Чуб, вернувшись домой, во втором мешке находит голову, его расположенность к Солохе сильно уменьшается.

Кузнец, прискакав в Петербург, является к запорожцам, проезжавшим осенью через Диканьку, и, прижав в кармане черта, добивается, чтоб его взяли на прием к царице. Дивясь роскоши дворца и чудной живописи по стенам, кузнец оказывается перед царицею, и, когда спрашивает она запорожцев, приехавших просить за свою Сечь, «чего же хотите вы?», кузнец просит у ней царских ее башмачков. Тронутая таковым простодушием, Екатерина обращает внимание на этот пассаж стоящего поодаль Фонвизина, а Вакуле дарит башмачки, получив кои он почитает за благо отправиться восвояси.

В селе в это время диканьские бабы посередь улицы спорят, каким именно образом наложил на себя руки Вакула, и дошедшие об том слухи смущают Оксану, она плохо спит ночь, а не найдя поутру в церкви набожного кузнеца, готова плакать. Кузнец же попросту проспал заутреню и обедню, а пробудившись, вынимает из сундука новые шапку и пояс и отправляется к Чубу свататься. Чуб, уязвленный вероломством Солохи, но прельщенный подарками, отвечает согласием. Ему вторит и вошедшая Оксана, готовая выйти за кузнеца «и без черевиков». Обзаведшись семьей, Вакула расписал свою хату красками, а в церкви намалевал черта, да «такого гадкого, что все плевали, когда проходили мимо».

Страшная месть

Праздновал некогда в Киеве есаул Горобец свадьбу сына, на кою съехалось множество народу, и в числе прочих названый брат есаула Данило Бурульбаш с молодой женой, красавицей Катериною, и годовалым сыном. Только старый Катеринин отец, недавно вернувшийся после двадцатилетней отлучки, не приехал с ними. УЖ все плясало, когда вынес есаул две чудных иконы благословить молодых. Тут открылся в толпе колдун и исчез, устрашившись образов.

Возвращается ночью Днепром Данило с домочадцами на хутор. Испугана Катерина, но не колдуна опасается муж ее, а ляхов, что собираются отрезать путь к запорожцам, о том и думает, проплывая мимо старого колдунова замка и кладбища с костями его дедов. Однако ж на кладбище шатаются кресты и, один другого страшнее, являются мертвецы, тянущие кости свои к самому месяцу. Утешая пробудившегося сына, добирается до хаты пан Данило. Невелика его хата, не поместительна и для семейства его и для десяти отборных молодцов. Наутро затеялась ссора меж Данилою и хмурым, вздорным тестем его. Дошло до сабель, а там и до мушкетов. Ранен Данило, но, кабы не мольбы и упреки Катерины, кстати помянувшей малого сына, и дальше бы дрался он. Примирились козаки. Рассказывает вскоре Катерина мужу смутный сон свой, будто отец ее и есть страшный колдун, а Данило бранит бусурманские привычки тестя, подозревая в нем нехристя, однако ж более волнуют его ляхи, о коих вновь предупреждал его Горобец.

После обеда, во время которого тесть брезгает и галушками, и свининой, и горелкою, к вечеру уходит Данило разведать вокруг старого колдунова замка. Забравшись на дуб, чтоб взглянуть в окошко, он видит колдовскую комнату, невесть чем освещенную, с чудным оружием по стенам и мелькающими нетопырями. Вошедший тесть принимается ворожить, и весь облик его меняется: уж он колдун в поганом турецком облачении. Он вызывает душу Катерины, грозит ей и требует, чтоб Катерина полюбила его. Не уступает душа, и, потрясенный открывшимся, Данило возвращается домой, будит Катерину и рассказывает ей все. Катерина отрекается от отца-богоотступника. В подвале Данилы, в железных цепях сидит колдун, горит бесовский его замок; не за колдовство, а за сговор с ляхами назавтра ждет его

казнь. Но, обещая начать праведную жизнь, удалиться в пещеры, постом и молитвою умилостивить Бога, просит колдун Катерину отпустить его и спасти тем его душу. Страшась своего поступка, выпускает его Катерина, но скрывает правду от мужа. Чуя гибель свою, просит жену опечаленный Данило беречь сына.

Как и предвиделось, несметною тучей набегают ляхи, зажигают хаты и угоняют скот. Храбро бьется пан Данило, но пуля показавшегося на горе колдуна настигает его. И хоть скачет Горобец на помощь, неутешна Катерина. Разбиты ляхи, бушует чудный Днепр, и, бесстрашно правя челном, приплывает к своим развалинам колдун. В землянке творит он заклинания, но не душа Катерины является ему, а кто-то незваный; хоть не страшен он, а наводит ужас. Катерина, живя у Горобца, видит прежние сны и трепещет за сына. Пробудившись в хате, окруженной недремлющими стражами, она обнаруживает его мертвым и сходит с ума. Меж тем с Запада скачет исполинский всадник с младенцем, на вороном коне. Глаза его закрыты. Он въехал на Карпаты и здесь остановился.

Безумная Катерина всюду ищет отца своего, чтоб убить его. Приезжает некий гость, спросив Данилу, оплакивает его, хочет видеть Катерину, говорит с ней долго о муже и, кажется, вводит ее в разум. Но когда заговаривает о том, что Данило в случае смерти просил его взять себе Катерину, она узнает отца и кидается к нему с ножом. Колдун сам убивает дочь свою.

За Киевом же «показалось неслыханное чудо»: «вдруг стало видимо далеко во все концы света» — и Крым, и болотный Сиваш, и земля Галичская, и Карпатские горы с исполинским всадником на вершинах. Колдун, бывший среди народа, в страхе бежит, ибо узнал во всаднике незваное лицо, явившееся ему во время ворожбы. Ночные ужасы преследуют колдуна, и он поворачивает к Киеву, к святым местам. Там он убивает святого схимника, не взявшегося молиться о столь неслыханном грешнике. Теперь же, куда бы ни правил он коня, движется он к Карпатским горам. Тут открыл недвижный всадник свои очи и засмеялся. И умер колдун, и, мертвый, увидел поднявшихся мертвецов от Киева, от Карпат, от земли Галичской, и брошен был всадником в пропасть, и мертвецы вонзили в него зубы. Еще один, всех выше и страшнее, хотел подняться из земли и тряс ее нещадно, но не мог встать.

Кончается быль сия старинной и чудной песней старца бандуриста в городе Глухове. Поется в ней о войне короля Степана с турчином и братьях, козаках Иване и Петре. Иван поймал турецкого пашу и царскую награду поделил с братом. Но завистливый Петр столкнул Ивана с младенцем-сыном в пропасть и забрал все добро себе. После смерти Петра Бог позволил Ивану самому выбрать казнь для брата. И тот проклял все его потомство и предрек, что последним в роде его будет небывалый злодей, и, как придет ему конец, явится Иван из провала на коне и низвергнет его самого в пропасть, и все его деды потянутся из разных концов земли грызть его, а Петро не сможет подняться и будет грызть самого себя, желая отомстить и не умея отомстить. Подивился Бог жестокости казни, но решил, что быть по тому.



Последнее изменение этой страницы: 2016-08-14; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.236.214.224 (0.014 с.)