ТОП 10:

ТЕКСТЫ ИЗ СОБРАНИЯ СУН ШУМИНА



В этом разделе помещены небольшие произведения из рукописи, которая хранилась в семействе Сун и была впервые обнародована большим мастером тайцзицюань Сун Шумином в начале XX в. В то время другим экземпляром того же манускрипта, практически идентичным книге Сун Шумина, владел У Тунань. Последний снял с нее шесть копий и вручил их известным мастерам тайцзицюань его круга. Пекинский библиофил Лю Шицзюнь, подготовивший сводную редакцию этой рукописи, датировал ее началом правления цинской династии, т.е. рубежом ХУП‑ХУШ вв. Каково бы ни было ее происхождение, помещенные в ней тексты, в особенности «Песнь о передаче тайны», являются чрезвычайно ценными свидетельствами практики тайцзицюань. В существующих списках упомянутого собрания имеются лишь незначительные расхождения.

Среди мастеров своего времени Сун Шумин пользовался непререкаемым авторитетом. Он продолжал особую семейную традицию и преподавал высшие формы искусства тайцзицюань ряду известных мастеров, в том числе У Тунаню. В 1937 г. Сюй Чжэнь высказал сомнение в подлинности рукописи Сун Шумина, и это мнение было подхвачено Гу Люсином, указавшим на некоторые признаки позднего происхождения текста, как будто автор подделки не должен в первую очередь заботиться о формальном подобии текста его древним образцам. Сделать это в рамках китайской письменной традиции совсем нетрудно. В самое последнее время Сунь Ичжао подробно доказал необоснованность предположений о неаутентичности текстов Сун Шумина (См. Сунь Ичжао. Ян‑ши тайцзи чжэньгун, с. 49‑53).

 

Песнь о предаче тайны

Этот рифмованный куплет из четырех строк помещен в нескольких рукописных собраниях сочинений о тайцзицюань, в частности, в «списке из уезда Вань» и книге Сун Шумина – приближенном Юань Шикая, чьи зрелые годы приходятся на начало XX в. Сун Шумин передал своим ученикам «десять секретных песен» и одно историческое сочинение, в котором повествуется об особой линии тайцзицюань, восходящей к Сун Юаньцяо (XVI в.), а сам Сун Юаньцяо считал себя преемником знаменитого мастера даосского боевого искусства эпохи Тан Сюй Сю‑аньпина, владевшего секретом «Прежденебесного тайцзицюань» (Сянь‑тянь тайцзицюань) – возможно, древнейшей формы кулачного искусства Великого Предела. По преданию, Сун Юаньцяо получил эту песнь от некоего даосского старца по имени «Почтенный учитель Ли», которого в традиции семейства Сун отождествляли со знаменитым даосом танской эпохи Ли Даоцзы, полулегендарным основоположником тайцзицюань. Это авторство кажется многим китайским ученым сомнительным, но оно принималось авторитетным мастером У Тунанем, вообще говоря, взыскательно относившимся к древним текстам. Впрочем, древнего происхождения «Песни…» никто не отрицает. Нет сомнения, что этот краткий, но чрезвычайно емкий по смыслу текст следует причислить к наиболее ранним и основополагающим сочинениям о принципах тайцзицюань. Он, помимо прочего, хорошо иллюстрирует смычку методов духовного совершенствования в даосизме с практикой тайцзицюань. Составлена «Песнь…» в характерных для даосской литературы аллегорических выражениях. Первоначально «Песнь» не имела заголовка. Ян Чэнфу в своих публикациях классических текстов тайцзицюань назвал ее «Подлинный смысл тайцзицюань». Его ученики Юй Хуасин и Чэнь Яньлин составили к ней краткие построчные комментарии. Отдельно опубликованы комментарии еще одного ученика Ян Чэнфу – Сюн Янхэ, который предпослал песне такой заголовок: «Песнь о подлинном смысле (тайцзицюань»). В переводе «Песни…» и ее толкованиях переводчик опирался также на комментарии У Тунаня, Чжу Датуна, Ли Шижуна, Цзоу Кайшэна и Хуан Чжэньхуаня1.

 

Без формы, без образа;

Все тело пронизано пустотой.

Откликаешься всему в таковости;

На Западной горе звенит бронзовый колокол.

Тигриный рык, обезьяний крик;

Источник чист, покойна река.

Струится поток, раскинулось море:

Исчерпай природу, утверди жизнь.

Комментарии

 

1. Без формы, без образа;

 

1 См. Хуан Чжэньхуан. Шоу ми гэ чжун ды тайцзицюань ли // Чжунго дандай тайцзицюань цзин луньцзи, с. 264‑277.

 

Комментарий Юй Хуасина: «Забыл свое тело».

Комментарий Чэнь Яньлиня: «Забыл, что имеешь себя».

Комментарий Сюн Янхэ: «Движения одухотворены и стремительны, как вспышка молнии или искры точильного камня. Забываешь, что имеешь себя, ци чисто, воля покойна: вот высший уровень движения».

Еще один ученик Ян Чэнфу, Чэнь Чжицзинь, описывал состояние духовного бодрствования, прибегая к образам из известной притчи о Чжуан‑цзы и бабочке: «В сердце царит пустота пещеры, исчезли все мысли, подобно тому, как Чжуан‑цзы, увидев во сне бабочку, уже не мог отличить человека от бабочки».

Данная строка указывает на изначальное‑завершающее состояние бытия, которое соответствует отсутствию форм и образов в Беспредельном. Это состояние предшествует появлению сил Инь и Ян и всего мира вещей. Хуан Чжэньхуан остроумно отмечает, что Беспредельное соответствует «пределу самоотсутствия», в котором и появляется благодаря безначальному Превращению Великий Предел. Согласно пояснению У Тунаня, Великий Предел есть «сокрытая в Беспредельном абсолютная существенность». Но правильнее было бы говорить именно о внутреннем пределе Беспредельного, каковой есть хаотически‑бесформенный Великий Предел. Беспредельное и Великий Предел суть две формы хаоса: хаос первозданный и хаос эстетически свободной жизни – плода человеческого самопознания. Это альфа и омега культурной практики, предел «утонченности» действия, где движение и покой уже неразличимы. В категориях даосской традиции речь идет о возвратном движении от бытия «посленебесного» к бытию «прежденебесному».

 

2. Все тело пронизано пустотой.

Комментарии Юй Синхуа и Чэнь Яньлиня совпадают: «Внешнее и внутреннее как одно».

Этой фразе соответствуют многочисленные свидетельства старых мастеров тайцзицюань, говорящих о том, что, занимаясь тайцзицюань, двигаешься, «как будто плывешь в воде», и все делается «само по себе», совершенно без усилия.

Понятие «пустоты» указывает на соответствующее Беспредельному – Великому Пределу внутреннее состояние. Принцип тайцзицюань гласит: «тело пусто, сердце пусто, внутри пусто, вовне пусто». Пустота в данном случае есть момент универсального самоотсутствия согласно известной заповеди: «рука – не рука, в каждом месте – рука». Цзоу Кайшэн употребляет глагол «пронизывать» и в более конкретном смысле: «ци опущено в Киноварное поле и пронизывает Три заставы (три важнейших уровня на позвоночном столбе). Понятно, что опустошенное сознание, повсюду отсутствуя, способно объять, вместить в себя целый мир. Пустота – высший плод духовного совершенствования.

 

3. Откликаешься всему в таковости;

Комментарий Юй Синхуа и Чэнь Яньлиня воспроизводит древнюю формулу: «следуешь тому, что велит сердце».

В параллельной версии данной строки говорится: «Забываешь других в таковости».

Такое состояние соответствует, говоря словами Ян Чэнфу, «обретению в подлинной воле царства подлинной пустоты и подлинной небы‑тийности».

Фраза «откликаешься всему в таковости» – одна из ключевых в традиции тайцзицюань. Она предлагает способность «оставить себя, следовать другому», пребывание же в «таковости» – одновременно единой для всех и единичной – предоставляет свободу духовным превращениям. Таковость – название предельной реальности в даосизме; ей следует, и не может не следовать, сам Великий Путь. В таковости уже оставлены все понятия и различия. Отсюда наличие второго варианта: «забываешь других в таковости».

4. На Западной горе звенит бронзовый колокол.

Комментарий Юй Синхуа и Чэнь Яньлиня: «Море безбрежно, небо просторно».

Комментарий Сюн Янхэ: «Непоколебим, словно Западная гора, в каждом месте есть укорененность. В пустоте сила‑цзинг возводится к верху – это как если бы на горном утесе был подвешен колокол, и звук его заполняет весь мировой простор».

В китайской медицине запад соответствует легким, «гора» – груди. Бронзовый колокол – музыкальный инструмент, в котором звучание издает пустота внутри него. (Заметим, что в китайском учении о пяти фазах мирового круговорота Западу соответствует металл.) По мнению Ли Шижуна, речь идет о пустотности одухотворенной энергии в груди. Согласно другому толкованию, Запад – это аллегорическое обозначение жизненной точки цзуцяо на переносице, она же область верхнего Киноварного поля, а Гора относится к области спины и ее жизненным точкам. Образ висящего колокола имеет отношение, по всей видимости, к прямой стойке головы, поддерживаемой изнутри силой‑цзинг. В упоминании о бронзовом колоколе на Западной горе вкупе с «соответствием таковости вещей» видится также аллюзия на древнее изречение: «Когда волшебный колокол звучит на Западе, Восточная гора рушится». Фигурирующий в комментариях образ необозримого простора океана и неба символизирует высшее единство бытия в Великом Пределе.

 

5. Тигриный рык, обезьяний крик;

 

Комментарии Юй Синхуа и Чэнь Яньлиня: «Закаляй сокровенное (иньское) семя».

Тигриный рык и обезьяний крик в даосской литературе являются аллегорией предельной силы и чистоты звука. Это образ «эха в ущелье», указывающий на природу реальности как чего‑то пребывающего «между присутствием и отсутствием». Тигр – прообраз «чистого Ян» и духовной силы, а обезьяна соотносится с сердцем (умом), ассоциирующимся также с драконом. Вместе они выражают идею взаимодействия Огня и Воды, из которого рождается даосский эликсир вечной жизни. Кроме того, «рык» и «крик» имеют отношение к обращению ци в организме. В самой традиции тайцзицюань «тигриный рык и обезьяний крик» – специфические звуки, которыми сопровождались вдохи и выдохи, и этих звуков насчитывалось до восьми разновидностей.

6. Источник чист, покойна река.

Комментарий Юй Синхуа: «Сердце утонуло, дух жив».

Комментарий Чэнь Яньлиня: «Сердце умерло, дух жив».

«Чистый источник» – аллегория чистоты сознания, благодаря которой жизненное начало ци и соки наполняют тело, причем эти соки происходят из накапливающейся во рту слюны. В даосской литературе бытуют образы «белых облаков на вершине» (что значит: ци достигло головы), а также «сладкой росы», уподобляемой «божественной воде», она же «матерь жизни». Эта животворная субстанция воплощалась в слюне, крови, лимфе и даже поте. Фраза о «чистом источнике» указывает на восстановление в организме источника жизни в его полноте. Что же касается «покойной реки», то перед нами, очевидно, аллегория полного покоя духа, когда прекращается даже дыхание через легкие и ци «возвращается к своему истоку». В даосской литературе «река» обычно обозначает круговорот ци в теле. Согласно Сюн Янхэ, речь идет о состоянии, когда ци конденсируется в костях, распространяется в конечности и может действовать в пальцах.

7. Струится поток, раскинулось море.

Комментарий Юй Синхуа: «Кровь и ци текут непрерывно».

Комментарий Чэнь Яньлиня: «Изначальное ци течет непрерывно».

Струящийся поток указывает на циркуляцию и, соответственно, взращивание «подлинного ци» во время занятий тайцзицюань. Весьма возможно, что помещенные выше образы реки и моря обозначают соответственно два вида обращения ци в организме: «малый небесный круговорот» и «большой небесный круговорот». В этом состоянии свободной циркуляции ци, указывает Сюн Янхэ, «корпус приводит в движение плечи, а плечи приводят в движение ладони, сердце и тело соединяются в движении».

 

8. Исчерпай природу, утверди жизнь.

Комментарий Юй Синхуа: «Дух наполнен, ци вдоволь».

Комментарий Чэнь Яньлиня: «Дух упокоен, ци вдоволь».

Заканчивается «Песнь» упоминанием о традиционном даосском идеале, который означает «соединение природы и жизни», «возвращение к Беспредельному» и слияние с «пустотой подлинного небытия». В даосизме считается, что «форма ци» исходит из всеобщего принципа вещей (ли), а этот принцип исходит из «благой силы» жизни (дэ). Подчеркнем, что цель занятий тайцзицюань – обретение полноты жизненных свойств в себе и, следовательно, полная внутренняя самодостаточность, чистая радость жизни.

 

О внутреннем понимании

Заголовок этого короткого сочинения (6 строк по 8 знаков в каждой) буквально гласит: «О сердечном понимании», или «прозрении» (синь хуэй). В некоторых списках он более многословен: «Главные наставления о внутреннем понимании». Автор этого текста пользуется понятиями из военного лексикона: «основные силы», «ударная группировка» и силы «вспомогательные». Главной ударной силой оказывается внутренняя связность, проницаемость отдельных частей тела, в конечном счете – пустотная цельность тела, что делает возможным свободное обращение ци и выброс внутренней силы. «Вспомогательные» силы оберегают главное войско и в нужный момент приходят ему на помощь, т. е. задействуются в момент решающего удара. В переводе им соответствуют понятия «господина» и «помощника».

 

Основание позвоночника – первый господин.

Комментарий: Основание позвоночника – центр вертикальной и горизонтальной осей тела, источник всех его движений.

 

Шея – второй господин.

Комментарий: В оригинале слову «шея» соответствует сходно звучащий знак «обезьяна». Характерный для текстов тайцзицюань прием тайнописи по принципу омонимии. Пояснение к этой фразе в одном из списков гласит: «По шее ци поднимается в голову, соединяя корпус с теменем. Здесь же проходят дыхательные пути». Расслабленность шеи обеспечивает одухотворенность всего тела.

 

Центр ступней – третий господин.

Комментарий: В оригинале буквально: «сердце земли». В одном из списков слова в этом словосочетании переставлены местами, и оно читается: «основание сердца». Далее следует пояснение: «Добродетель коренится в сердце, как посевы земледельца вырастают из земли». Цзоу Кайшэн видит здесь указание на то, что сердце является основой устойчивости во всех движениях. Между тем в опубликованном Цзинь Ими‑ном даосском трактате «Удан сяньшу» (Искусство небожителей горы Удан) говорится о «сердце человека», «сердце неба» и «сердце земли», которое соответствует «одухотворенности живота» и «порождает ци» в теле (тогда как «сердце неба» порождает семя, а «сердце человека» порождает кровь). Связь этой теории с комментируемым текстом, однако, не очевидна.

 

Киноварное поле – первый помощник. Пальцы рук – второй помощник. Ступни ног – третий помощник.

 

Шестнадцать важных правил

 

Укоренненость в ногах.

Движение в бедрах. Упругость в коленях.

Живое движение исходит из поясницы.

Одухотворенность проницает спину.

Духовная сила достигает верха.

Движение проистекает из ци,

Наполняет ладони,

Приходит в пальцы,

Оседает в костном мозге,

Наполняет дух,

Замирает в ушах,

Сопровождает дыхание через нос,

 

1 По предложению Юй Чжицзюня, знак дэн заменяется на имеющий сходное начертание знак цай: прочно стоять. Речь идет об укорененности в статичной стойке. В таком случае вторая строка составляет естественную оппозицию первой.

2 Когда колени расслаблены, они легко сгибаются и как бы пружинят.

3 После этой строки в версии Цзоу Кайшэна имеется одна дополнительная фраза: «Вдох и выдох проходят через легкие».

 

Входит и выходит через рот1.

Одухотворенное вращение захватывает все тело.

Все тело раскрывается в одном волоске.

Комментарий Юй Чжицзюня: «Волосы – оконечность крови, кровь – мать ци, внешний образ шести янских каналов, место сосредоточения нервных волокон, поэтому они очень чувствительны. Ци собирается в костях и выражается в волосах».

 

Песнь о восьми понятиях

 

Слова пэн, люй, цзи, анъ в мире понимают немногие.

Из десяти знакомых с искусством десять их не знают.

Если можешь быть легким и одухотворенным,к тому же проворным и ловким,

Прикосновение и соединение, примыкание и следование будешь делать без труда.

Удары цай, ле, чжоу и као будут просто удивительны,

И чтобы нанести их, не нужно будет думать.

Овладев прикосновением, соединением,примыканием и следованием,

Обрети центр их круговращения,

Не держись за него, но и не отходи от него.

Комментарий: В последней строке, в своем роде оригинальной, не имеющей аналогов в других классических текстах тайцзицюань, удачно сформулирован принцип «центрированность» в практике тайцзицюань. Впрочем, сама формулировка взята из 2‑й главы даосского

канона «Чжуан‑цзы», где сказано: «пребывай в центре круговорота и соответствуй бесконечнеости (перемен)». Также в известном сочинении о поэзии ученого танской эпохи Сыкун Ту встречается фраза: «превзойди все образы, обрети центр круговорота».

 

Песнь о мастерстве

 

Будь легок, одухотворен и проворен: в этом ищи понимание силы‑цзинъ.

 

Согласно Цзоу Кайшэну, имеются в виду выкрики «Хэн!» и «Хэ!», способствующие концентрации внутренней силы.

 

Инь и Ян восполняют друг друга: нет порока застоя и косности.

Если можешь четырьмя унциями столкнуть тысячу фунтов,

Значит, твердо владеешь растяжением‑сжатием и бурливым выплеском ци.

Комментарий: Последняя строка буквально гласит: «В растяжении‑сжатии и бурливом растекании твердо установлен господин». Выражение «бурливое растекание» соответствует словосочетанию гу‑дан, которое традиционно характеризует обращение ци в организме.

 

О великой пользе тела

Выражение «великая польза» в заголовке этого стиха заставляет вспомнить рассуждения древнего даосского философа Чжуан‑цзы о «великой пользе бесполезного». Такова польза нашего тела (в оригинале говорится о «всем теле» как едином целом), которое есть единственно доступное нам «средство» жизни и претворения Пути, но не может быть сведено к техническому инструменту.

 

Первое дело: сердце, природа покойны, вместе с волей,

Сама собой в каждой точке является легкая одухотворенность.

Второе дело: ци обращается по всему телу,

Оно обязательно должно течь без остановки.

Третье дело: шея никогда не должна быть напряжена,

Допытайся о причинах этого у великих бойцов Поднебесной.

В чем же заключается эта великая польза?

Это значит, что внутреннее и внешнее,

тонкая и грубая стороны (практики) безупречны.

 

ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ МАТЕРИАЛЫ

 







Последнее изменение этой страницы: 2019-04-27; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 18.232.124.77 (0.026 с.)