ТОП 10:

Исполнять тринадцать конфигураций силы



 

Данное сочинение имеет и более короткое заглавие: «Разъяснение основ тринадцати конфигураций силы». Стоящий в заголовке знак «сердце» допускает и иное его прочтение: «Разъяснение сердцевины тринадцать фигур силы». Надо сказать, что в оригинале заголовок выглядит весьма нетипичным для соответствующего жанра китайской литературы. Большинство переводчиков принимают первый вариант, который выглядит более естественным и к тому же согласуется с членением всей фразы в китайском языке. Выражение «идущее от сердца» означает нечто пережитое внутренним опытом и, возможно, не имеющее адекватного способа описания в литературе. У Р. Ландманна: «Обращенное к сердцу разъяснение». Американский переводчик Л. Суэйм переводит первые два понятия как «умственное разъяснение»,что представляется весьма неудачным). Согласно Цзоу Кай‑шэну, речь идет о «совершенствовании внутреннего сердца (внутренней глубины сердца)». В русских переводах текст назван «Искреннее разъяснение практики тринадцати позиционных основ». Данный вариант еще более неточен. Во‑первых, слово «искренний» в оригинале отсутствует (хотя и подразумевается), и речь в действительности идет о сокровенном духовном опыте, недоступном умственному пониманию. Во‑вторых, речь идет именно о правильном, т. е. ведущем к мастерству и духовному достижению, исполнении тайцзицюань (син гун). В‑третьих, словосочетание «позиционная основа» недостаточно передает динамическую, неформализуемую природу оригинального понятия ши («потенциал ситуации», «конфигурация силы»).

В традиции семейства Ян данный текст приписывается непосредственно Ван Цзунъюэ. Однако, как показал Шэнь Шоу, в его нынешнем виде он представляет собой компиляцию четырех первоначально самостоятельных фрагментов, уже существенно отредактированных У Юйсяном. Не удивительно, что в разных изданиях он имеет разную композицию. По своей теоретической значимости он достоин стоять на третьем месте среди канонов тайцзицюань после «Рассуждения о тайцзицюань» и «Канона тайцзицюань».

 

Сердцем веди ци; сделай так, чтобы оно опустилось, и держи его там, тогда оно соберется внутри и войдет в кости. Посредством ци направляй движения тела и делай так, чтобы тело было послушно ему. Тогда будет удобно следовать сердцу.

 

Комментарий Чэнь Вэймина: «Слова о том, что сердцем надо вести ци, означают, что куда достигает воля, туда приходит и ци. Когда воля опускается вниз, тогда ци может собраться внутри и войти в кости, и здесь нет никакого неправильного движения ци. Когда мы длительное время применяем искусство сосредоточения ци в костях, тогда кости день ото дня становятся тяжелее, а внутренняя сила растет. Слова о том, что надо посредством ци направлять движения тела, означают, что тело движется тогда, когда им движет ци. В таком случае тело сможет без помех слушаться сердца. Так все наши движения будут исходить из побуждений сердца, и этому не будет никаких преград».

 

Если дух может воспарить вверх, тогда движения не будут неуклюжими. Вот что называется «подвешенным верхом».

Комментарий Чэнь Вэймина: «Когда вверху есть пустотная одухо‑твореность, дух сам по себе воспаряет вверх, а когда дух воспаряет вверх, тело само по себе становится невесомым. Когда же мы пренебрегаем духом и применяем грубую силу, тело подчиняется физической силе и неспособно двигаться, повинуясь воле».

 

Когда воля и ци свободно сообщаются друг с другом, появляется одухотворенность, и тогда мы владеем чудесным действием внутренней полноты и жизненности. Вот что называется взаимным превращением пустоты и наполненности в круговом движении.

Комментарий Чэнь Вэймина: «Когда мы примыкаем к противнику, нужно следовать импульсу ситуации и меняться в воле. Тогда пустое и наполненное будут четко разделены, и мы сами собой обретем секрет внутренней полноты и жизненности».

Комментарий переводчика: Понятие «одухотворенность» (лин) Л. Суэйм переводит странным, но по‑своему точным словосочетанием «умелая чувствительность» . Выражение «полнота и жизненность» (юань хо) переводится А. О. Милянюком как «подвижность и округлость [движений]». Б. Ло и др. предлагают сходный вариант: «Будет совершенство в округлости и плавности». Между тем, согласно Чжан Бои, в традиции тайцзицюань понятие «полноты» трактуется как единство внешнего и внутреннего аспектов существования («явлений» и «корня»), и это единство воплощается в базовом движении пэн, которое, как гласит традиционная формула, «свершается по сфере». «Жизненность» означает здесь отсутствие разрыва в движениях. Ши Дяомэй указывает, что круговорот пустоты и наполненности соответствует непрерывному бдению духа, «отсутствию застоя в воле». Выражение «чудесное действие» соответствует в оригинале термину мяо, обычно переводимому как «утонченность», «чудеса». Данный перевод точнее передает смысл этого понятия в традиции тайцзицюань.

 

Испуская внутреннюю силу, нужно опустить (ци) и полностью расслабиться. Направлять же силу нужно в одном направлении.

Комментарий Чэнь Вэймина: «Не расслабившись до конца, нельзя опустить вниз ци. Опустив же ее и полностью расслабившись, можно сделать так, что сила выйдет сама собой. «Направлять в одном направлении» означает: наноси удар прямо, сообразуясь с движениями противника. Нужно следовать позам противника: если хочешь нанести удар вверху, взгляд обращается вверх; если хочешь нанести удар внизу, взгляд обращается вниз; если хочешь нанести удар вдали, взгляд устремляется далеко. Куда достигает дух, туда и ци достигает. Все это не имеет отношения к физической силе».

 

В стойке нужно блюсти центрированность и прямизну, быть покойным и безмятежным. Тогда будешь владеть всеми восемью сторонами.

Комментарий Чэнь Вэймина: «Когда голова как бы подвешена, сам собой становишься центрирован и прям. Когда полностью расслаблен, сам собой становишься покоен и безмятежен. Когда незыблем, как гора Тайшань, сможешь непроизвольно владеть всеми восемью сторонами».

 

Ци движется как в жемчужине с девятью извилинами, и нет ни одного мельчайшего места, куда бы оно не проникало.

Комментарий Чэнь Вэймина: «Жемчужина с девятью извилинами» есть образ полноты жизненности. В теле с его четырьмя конечностями и сотней костей нет места, где бы не было таких жемчужин полноты жизни, нет места, где не было бы круга Великого Предела, поэтому сила в нем постоянно претерпевает превращения».

Комментарий Дун Инцзе: «Это значит: в жемчужине имеется девять извилистых проходов. Человеческое тело подобно такой жемчужине, а его конечности и кости суть не что иное, как извилины. Тот, кто может сделать так, что ци проникало во все четыре конечности, и нет места, куда бы оно не приходило, достиг вершины мастерства».

Комментарий переводчика. Цифра девять, как можно видеть из комментария Чэнь Вэймина, будучи предельным натуральным числом, обозначает здесь предельное множество (традиционная фигура в китайской литературе). Л. Суэйм переводит это выражение как «жемчужина с девятью извилинами». У Б. Ло и др. фигурирует «жемчужина с девятью проходами». Некоторые переводчики предпочитают говорить о «жемчужном ожерелье с девятью изгибами». Однако слово «ожерелье» в оригинале отсутствует, и добавлять его нет необходимости, если учесть голографическую природу Великого Предела, который обладает какой угодно величиной и присутствует везде. В момент испускания силы‑цзинг все тело представляет собой, несомненно, «одну жемчужину» (сферу Единого ци). Надо заметить, впрочем, что ци в теле проходит через девять главных суставов (щиколотки, колени, бедра, поясница, шея, плечи, локти, запястья, пальцы). В свою очередь накопление внутренней силы всегда сопряжено со свертыванием, сгибом. В западных изданиях иногда можно встретить отсылку к детской игрушке с таким же названием, представляющей собой деревянный шар с просверленными в нем девятью проходами, которые скрещиваются в его центре. Этот образ был бы избыточным и даже заведомо неверным (учитывая прямую траекторию каналов в шаре), если бы он не указывал на одну важную особенность действия силы‑цзинь это действие предполагает открытость тела на уровне пор.

В рукописной версии этого текста в традиции Чжаобао здесь добавлена фраза, похожая на комментарий: «Это называется «ци наполняет тело».

Действие внутренней силыкак стократно закаленная сталь: ничто не сравнится с ним по твердости.

Комментарий Чэнь Вэймина: «Хотя в тайцзицюань не применяется физическая сила, но вырабатываемая в ней внутренняя сила‑цзинь, поистине, неисчерпаема. Она подобна стократно закаленной стали: ничто не сравнится с ней по твердости».

Комментарий Сюй Чжии: «Стократно закаленная сталь отличается мягкостью и упругостью. Если бы она была жесткая и твердая, она была бы негодна. Сказано: «в крайней мягкости появляется крайняя твердость». Эти слова тоже свидетельствуют о том, что здесь речь идет об обладании мягкостью и упругостью».

Комментарий Чэнь Цичжоу: «Достижение в тайцзи состоит в том, что ци входит в кости, физическая сила полностью рассеяна и явилась твердость чистого ци».

Комментарий Мэн Найчана: «Физическая сила отличается от силы‑цзинь, как грубый чугун от булатной стали. Если заняться преобразованием физической силы, то она может превратиться в силу‑цзинь».

 

Обликом будь подобен соколу, хватающему зайца. Духом будь подобен кошке, готовой броситься на мышь.

Комментарий Чэнь Вэймина: «Сокол, выслеживая зайца, кружит и не имеет определенного положения. Кошка, охотящаяся за мышью, выжидает благоприятный момент и тогда прыгает».

Комментарий переводчика: Образ орла, бросающегося на добычу, встречается уже в военном каноне «Сунь‑цзы», где он служит иллюстрацией реализации потенциала обстановки, или, по‑другому, действия в соответствии с «импульсом» этого потенциала. В этот момент оппозиция субъекта и объекта оказывается преодоленной. Вещи рассеиваются во всепроницающем и неодолимом ритме мирового ци (см. в этой связи притчу о поваре из гл. 3 даосского канона «Чжуан‑цзы»). Вовлечение оппонента в орбиту своего жизненного ритма и мгновенное, в идеале даже незаметное для него подчинение его своей жизненной мощи есть результат постепенного, очень терпеливого накопления стратегического преимущества, которое вовсе не предполагает агрессивности по отношению к жертве. Военное начало в китайском миропонимании вызревает внутри церемонной обходительности как начала «культурного».

 

Будь покоен, как горная вершина, и подвижен, как воды великих рек.

Комментарий Чэнь Вэймина: «Покойный, как гора, означает, что ци опущено вниз и плавает вверху. Подвижен, как воды великих рек, означает: влечешься, не останавливаясь».

 

Собираешь внутреннюю силу, словно натягиваешь лук. Испускаешь внутреннюю силу, словно стрела слетает с лука.

Комментарий Чэнь Вэймина: «Собираешь внутреннюю силу» означает, что сила‑цзинъ наполняет тело. «Испускаешь внутреннюю силу» означает, что сила устремляется далеко.

 

В кривизне ищи прямизну; накапливай и испускай.

Комментарий Чэнь Вэймина: «Кривизна – это сила рассеивания силы противника. Когда сила противника уже отведена, нужно нападать на противника по прямой, и тогда возможен выброс внутренней силы».

 

Сила проходит через спину, шаги следуют поворотам корпуса.

Комментарий Чэнь Вэймина: «Грудь вогнута, а спина выпукла для того, чтобы внутренняя сила была собрана. В момент испускания внутренней силы сила проходит через спину, это не сила рук. Шаги следуют поворотам корпуса, они изменчивы и не имеют постоянной формы».

Комментарий переводчика: В действительности сила‑цзинъ идет от основания позвоночника и только проходит через спину. Заметим, что в оригинале употреблено родовое понятие силы (ли), что вообще характерно для данного текста. Однако принято считать, что речь идет именно о внутренней силе‑цзинь.

 

Вбирание есть также испускание силы, испускание силы есть также вбирание. Прерывание не означает потери связности.

Комментарий Чэнь Вэймина: «Хотя примыкание, рассеивание и удар суть разные вещи, их нельзя отрывать друг от друга. Вбирание – это также примыкание и нейтрализация, а испускание (букв, «оставление» – фан.В.М.) ‑ это также удар. В момент удара внутренняя сила на короткое время обрывается, но воля не прерывается».

Комментарий переводчика: «Вбирание», согласно мнению большинства китайских комментаторов, соответствует здесь примыканию и рассеиванию, а следовательно – сгибанию, сжатию. Перевод А. О. Милянюка «принятие удара» несколько сужает смысл этого понятия. «Испускание» соответствует распрямлению, растяжению. Внутренняя сила действует в стыке, или разрыве того и другого. У. Ляо предлагает несколько иную версию: «Втягивание ведет к испусканию, прерывание ведет к связыванию».

 

Нужно, чтобы в круговороте движений было свертывание. С каждым шагом нужно давать свершаться взаимным переходам пустого и наполненного.

Комментарий Чэнь Вэймина: «Свертывание относится к взаимным превращениям пустого и наполненного, и превращения эти крайне утонченны. Со стороны кажется, что никакого движения нет, но внутри свертывание уже свершилось. Наступая или отступая, нужно уметь совмещать то и другое, так что в отступлении уже содержится наступление».

Комментарий переводчика: Выражение «круговорот движений» соответствует в оригинале словосочетанию «уход‑возвращение» (часто употреблялось в связи с буддийскими представлениями о перерождении). Далее в этой фразе вводится очень важное понятие «свертывания», или «складывания» (чжэ де), определяющее качество этого круговорота. Речь идет об (отсутствующей) точке окончания и возобновления определенного цикла действия внутренней силы. Это точка покоя, самоуглубления, мимолетного зависания в свертывании‑развертывании ци, движущейся по спирали. Ли Июй довольно невнятно объясняет свертывание как «разделение инь и ян». Другие комментаторы в основном следуют толкованию Чэнь Вэймина. Между тем Ян Чэнфу трактовал его в большей степени как физический прием, отождествляя со «сгибанием локтя» (это мнение выражает и Дун Инцзе). В целом свертывание, как всякое действие в тайцзицюань, имеет как физический, так и в своем роде метафизический аспекты. Оно относится к сгибанию локтя и колена, что требуется для выброса силы‑цзинъ, и оно же означает смену циклов вращения спирали в круговороте ци.

 

Кто достиг предельной мягкости, способен достичь предельной твердости. Кто овладел дыханием, может стяжать одухотворенную жизненность.

Комментарий Чэнь Вэймина: «Лао‑цзы сказал: «Предельно мягкое в мире покроет предельно твердое» («Дао‑Дэ цзин», гл. 43). Тот, кто способен быть предельно мягким, может быть предельно твердым. Вдох соответствует поднятию и вбиранию. Выдох соответствует погружению и испусканию. Таково прежденебесное дыхание, которое противоположно дыханию посленебесному. Поэтому тот, кто умеет поднимать (ци), способен и испускать его.

 

Ци не терпит ущерба благодаря его питанию в прямоте. А сила‑цзинь дается в избытке тому, кто умеет сгибаться и накапливать.

Комментарий Чэнь Вэймина: «В тайцзицюань вскармливается прежденебесное ци, в ней не используется ци посленебесное. Кто пользуется физической энергией, делает большие усилия. Кто вскармливает ци, следует тому, что таково само по себе, и непроизвольно день за днем пестует ци. По прошествии нескольких десятков лет накопленная им пустотность становится наполненностью – всеобъятной и предельно твердой. В момент ее применения сила проистекает из сгибания и накопления. Когда же сила действует, ничто не может противостоять ей».

Комментарий Чэнь Цичжоу: Когда вдыхаемый воздух достигает Киноварного поля, корпус должен стоять прямо и не должен сгибаться. Испуская силу‑цзинь, сначала сгибаешь конечности, а потом распрямляешь их, тогда силы будет в избытке».

 

Сердце отдает приказы, ци – сигнальный флаг, поясница – войсковое знамя.

Комментарий Чэнь Вэймина: «Сердце подобно командующему, отдающему приказы войску. Ци в качестве сигнального флага означает передачу приказа по войскам. Поясница в качестве знамени в военном лагере удостоверяет центрированность и прямизну позы, отсутствие отступления от правильного пути».

Комментарий переводчика: В данном пассаже использовано представление о трех видах военных сигналов, принятых в армиях Древнего Китая: общевойсковой приказ, отдаваемый с помощью специального знамени полководца, флаги, служившие передаче приказа отдельным подразделениям, и знамена отдельных подразделений, посредством которых подтверждалось получение приказа.

 

Сначала учись делать широкие и растянутые движения, потом учись делать движения сокращения и сжатия. Так можно прийти к утонченной неприметности движений.

Комментарий Чэнь Вэймина: «Разучивая позы или занимаясь туй‑шоу, сначала нужно двигаться размашисто – так, чтобы двигались все ноги и поясница и в движение было вовлечено все тело. Достигнув же мастерства (гунфу), нужно стараться делать маленькие, сжатые движения и перейти от большой сферы к малой сфере, а от малой сферы к отсутствию сферы. Вот что называется «испуская, охватываешь все Шесть полюсов мира; сворачиваясь, уходишь к мельчайшему».

 

Сказано также: «Сначала в сердце, потом в теле. Живот расслаблен, ци оседает в костях. Дух безмятежен, тело покойно, каждое мгновение сердце бдит».

Комментарий Чэнь Вэймина: «В тайцзицюань сердце – корень, а тело – ветви. Как говорится, «воля и дух – господин, кости и плоть – слуга». Когда живот расслаблен, исчезает грубая физическая сила по‑сленебесного существования. Тогда ци может войти в кости, и его твердость могут узнать все. Дух должен быть умиротворен и безмятежен, тело должно быть покойно и расслабленно. В таком случае можно соответствовать переменам и хранить цельность, и не будет никакого смятения».

Комментарий переводчика: Превосходное разъяснение первого афоризма в данном фрагменте предложил Ян Чэнфу, который толкует его в том смысле, что в ходе правильных занятий тайцзицюань тело научается без команды сознания само по себе правильно действовать в схватке, так что «сознание ничего не сознает, а противник побежден». Иначе говоря, просветленность сначала проявляется в сердце, а потом переходит в тело, в котором пробуждается и начинает действовать, говоря словами Ницше, «великий разум тела». В текстах школы Ян прямо говорится о «знании тела» как основе мастерства в тайцзицюань.

 

Нужно помнить: когда что‑то двигается, нет ничего, что не находилось бы в движении. Когда что‑то приходит к покою, нет ничего, что не находилось бы в покое.

Комментарий Чэнь Вэймина: «Так получается оттого, что внешнее и внутреннее связаны Шестью соответствиями, а верх и низ друг в друге продолжаются».

 

Притягивая противника к себе или отталкивая его, следи за тем, чтобы ци было как бы приклеено к спине, тогда оно войдет в позвонки. В таком случае внутри дух будет прочный, а вид должен быть покойный и безмятежный.

Комментарий Чэнь Вэймина: «Здесь говорится о том, что в схватке, притягивая к себе противника или отталкивая его, нужно держать грудь вогнутой, а спину выпуклой, чтобы ци как бы прилипало к спине и входило в позвонки. Когда же наступает подходящий случай, она испускается вовне. У того, кто умеет делать так, что ци прилипает к спине и входит в позвоночник, сила‑цзинг исходит от спины. В противном случае это будет только сила рук и ног. Когда же дух прочен, а тело расслаблено, не будет смятения ни в движениях, ни в сердце».

 

Ступаешь, как ходит кошка.

Движение внутренней силы – как вытягивание шелковой нити из кокона.

Комментарий Чэнь Вэймина: «Это означает, что в движениях нет разрывов. Когда же наступает благоприятный момент, сила‑цзинг испускается вовне».

Комментарий Дун Инцзе: «Внутренняя сила от бедер, поступательно вращаясь, поднимается вверх и исходит из рук, как будто наматывается сырая шелковая нить. Когда же силу пускают в обратном направлении, она движется сверху обратно в тело, и это называется силой кручения нити».

 

Воля всего тела обращена на дух1, а не на ци. Если она будет обращена на ци, будет застой2.

Когда сосредоточен на дыхании, силы не будет. Когда же нет сосредоточенности на дыхании, будет чистый булат.

 

Комментарий Чэнь Вэймина: «Движения в тайцзи происходят от духа, а не от ци или физической силы. Речь идет о посленебесном ци. Ци, питающее ци, есть прежденебесное ци, а ци, движущее ци, ‑ это по‑сленебесное ци. Посленебесное ци исчерпывает себя, а прежденебесное ци неисчерпаемо».

Комментарий Чэнь Цзичжоу: «Когда внимание сосредоточено на ци, оно заполняет все тело и действует как физическая сила, так что противник чувствует отсутствие настоящей силы. Когда же ведет дух, ци движется, как стрела слетает с лука, и может стать как чистый булат. Вести духом означает: сосредоточить внимание на разрыве в пояснице, где Киноварное поле, и тогда ци следует вращению поясницы».

Комментарий Цзоу Кайшэна: «Имеется в виду грубое ци, связанное с посленебесной физической силой, ци поверхностное и исполненное ярости. Такое ци не дает возможности претворять пособление. Тогда во всем теле будет застой и отсутствие одухотворенности».

1 В большинстве списков здесь фигурирует бином цзин‑шэнь, в современном языке означающий «дух». В списке Дун Инцзе и в некоторых других изданиях сказано: «воля обращена на накапливание духа…». Второй вариант, является, вероятно, ошибкой переписчика.

2 В «списке уезда Вань» здесь добавлено: «если будет обращена на дух, то будет живость».

 

Комментарий Дун Инцзе: «Когда полагаешься на грязное ци, то самому кажется, что сила есть, а противник чувствует, что у меня силы нет. Когда же нет грязного ци, рождается сила мягкая, как парча».

Комментарий переводчика: Перевод данного пассажа представляет немалые трудности. Начать с того, что в разных списках в оригинале имеются существенные разночтения. Сюн Янхэ, Шэнь Шоу, Цянь Ти‑мин, Чжан Бои, Цзоу Кайшэн принимают другой вариант последней фразы, зафиксированный еще в списке Ли Июя: «Когда питаешь (вариант: «пестуешь») ци, будет чистый булат». Сюн Янхэ противопоставляет «присутствие ци» и «питание ци» как работу соответственно с «по‑сленебесным ци» и «прежденебесным ци».

Приведенная здесь версия двух последних фраз (зафиксированная в большинстве списков) буквально гласит: «Есть ци, нет силы. Нет ци, есть чистый булат». Выглядит это суждение крайне невнятно, что, возможно, и стало причиной появления разных ее вариантов. Большинство китайских комментаторов, а среди английских переводчиков Б. Ло и др. толкуют это высказывание в том смысле, что действие ци исключает наличие физической силы, а ее отсутствие как раз и делает возможным действие «грубой, как сталь», силы. Таково же пояснение Чэнь Паньлуна: «твердость без гибкости» (в английском переводе фигурирует слово, на военном языке означающее гибкость, подвижность обороны). Надо признать, что в таком виде данное суждение предстает в своем роде уникальным, не имеющим даже приблизительных аналогов в других текстах литературного корпуса тайцзицюань. Кроме того, эта трактовка требует дополнить фразу понятием действия ци, в тексте отнюдь не очевидным. Есть еще одна неясность: как вообще ци может «отсутствовать» в теле? Да и сами выражения «присутствие» или «отсутствие» ци выглядят очень неуклюжими. Следует ли понимать данный пассаж в том смысле, что ци не должно быть объектом внимания и сознательного регулирования? Но об этом уже было сказано в предыдущем предложении. Прежде чем разбираться с этими вопросами, отметим две текстологические особенности данного сочинения. Во‑первых, выше термин ли явно употреблен в значении родового понятия силы и относится к силе‑цзинь. Во‑вторых, выражение «стократно закаленная сталь» также употреблено выше в положительном смысле. Было бы странно, если бы автор употребил во второй раз то же понятие в диаметрально противоположном значении. К этому следует добавить еще одно обстоятельство: ци может быть, как отмечает Чэнь Вэймин, «прежденебесным» и «посленебесным» и, соответственно, играть разную роль в практике тайцзицюань. В данном случае, согласно Чэнь Вэймину, имеется в виду вторичное, «посленебесное» ци. Поэтому гораздо более убедительным выглядит перевод У. Ляо, который отождествляет термин ци с таким явлением «посленебес‑ного» бытия, как дыхание – вполне обоснованное сближение, учитывая современную семантику этого слова. «Контролирование тела дыханием не дает внутренней силы. Только избегнув такой ошибки, обретаешь чистейшую и мощнейшую внутреннюю силу». Этому толкованию близко разъяснение Цай Чжаоци: «пока чувствуешь, что дышишь (букв. «имеешь ци), не можешь применить тайцзицюань. Когда же такого ощущения нет, тайцзицюань становится всесокрушающим булатом». Достоинство этой интерпретации в том, что она не требует толковать понятие ци как «действие ци». Аналогичным образом понимает данный пассаж и учитель Линь Алун, предпочитающий говорить просто о дыхании. «Отсутствие дыхания» соответствует здесь отсутствию волнения, полному покою, что и позволяет применить силу‑цзинг в полной мере. Добавим, что ци в современном разговорном языке (а к нему стилистически тяготеет данный текст) вообще означает возбуждение, волнение, ярость. Речь идет о крайнем эмоциональном напряжении, исступлении, агрессии, которые блокируют действие внутренней силы и даже физические движения. В положительном смысле интерпретируют образ «чистого булата» как указание на силу‑цзинг также У Тунань, Чжан Бои, Цянь Ти‑мин, приводящие еще одну версию заключительной фразы: «Когда нет силы‑ли, будет чистая сталь»1. Один из китайских авторов, Ши Хэн, предлагает промежуточный вариант. Он полагает, что речь действительно идет о «загрязненном» (субъективной чувственностью) ци, которое блокирует применение силы. Однако отсутствие ярости, отмечает Ши Хэн, еще хуже: оно делает человека «косным, словно сталь». Вариант Ши Хэна представляется надуманным.

 

Ци – как тележное колесо. Поясница – как ось телеги.

Комментарий Чэнь Вэймина: «Здесь говорится о движении ци и поясницы. Поясница – ось всего тела. Когда поясница приходит в движение, прежденебесная ци начинает вращаться. Вот что называется: «ци наполняет все тело и нигде не застаивается».

Еще сказано:

«Он не двигается, и я не двигаюсь. Он едва сдвинулся, а я двинулся прежде него.

Кажется, что расслаблен, а на самом деле не расслаблен. Вот‑вот распрямишься, но не распрямлен. Сила‑цзинь прерывается, но воля не прерывается».

 

1 Ввиду важности этих разночтений приводим точные ссылки на источники: Чжан Бои. Тайцзицюань цзи тайцзицюань цзи ии, с. 122, 152; Цянь Тимин. Тайцзи нэйгун синьфа цюаньшу, с. 199; У Тунань. Тайцзицюань чжи яньцзю, с. 107; Цай Чжаоци. Во со жэньши ды тайцзицюань, с. 145. В публикации У Тунаня весь этот пассаж существенно отличается от прочих вариантов. Вот как он выглядит: «Кто взволнован (полагается на дыхание), не имеет силы. А имеющий силу не взволнован (не полагается на дыхание). Когда нет силы‑ли, будет чистый булат».

 

Комментарий Чэнь Вэймина: «В схватке, когда противник не двигается, я тоже не двигаюсь, встречая его покоем. Если же противник чуть‑чуть сдвинулся, его движение должно быть направлено в какую‑то сторону. Моя воля опережает его действия, и я могу прийти в движение прежде него, учитывая направленность его движений. Тогда он обязательно потерпит неудачу. В словах «как будто расслаблен, а не расслаблен», «вот‑вот распрямишься, но не распрямлен» говорится о чувствовании его движений. Владей потенциалом ситуации и, когда приходит момент, применяй внутреннюю силу. В момент испускания внутренней силы она как будто прерывается, но воля не прерывается».

Комментарий Цзоу Кайшэна: «Здесь сообщается важнейшая истина о том, чтобы, полагаясь на импульс, соответствовать переменам, оставить себя и следовать другому. Но нужно опустить (ци) вниз и накапливать внутреннюю истину. «Внутренняя сила прерывается, а воля не прерывается» означает: хотя сила не вышла, воля продолжает бдить и не теряется. Тогда в отсутствие отталкивания и сопротивления, в смачивании, примыкании и следовании накапливается внутренняя сила».

 

Песнь о рукопашном бое.

Приписывается Ван Цзунъюэ

Заголовок этого сочинения (Да шоу гэ) может означать и «рукопашный», и «кулачный» бой, а сам текст относится к числу древнейших в литературе о тайцзицюань. В рукописных собраниях материалов, хранившихся в семье Ян, его автором назван Ван Цзунъюэ. Интересно, что из всех ранних сочинений о тайцзицюань только эта Песнь (в сокращенной записи) была известна в школе Чэнь из Чэньцзягоу, где она называлась «Ка шоу гэ. (Некоторые исследователи полагают, что знак «ка» (биться, драться) является искаженной записью сходно звучащего слова «као» – «полагаться», «опираться», т.е. в поединке следует исходить из действий противника.) В тексте песни мы встречаем фразу «четырьмя унциями столкнуть тысячу фунтов», присутствующую и в «Рассуждении о тайцзицюань». На этом основании некоторые комментаторы высказали предположение о том, что Песнь появилась даже раньше «Рассуждения». Но скорее всего мы имеем дело с популярной поговоркой, бытовавшей прежде письменных текстов. Более вероятным представляется версия о сравнительно позднем происхождении Песни, поскольку в ней детализируются принципы кулачного боя, лишь в самом общем виде намеченные в «Рассуждении». Как бы там ни было, именно здесь содержатся классические формулировки, относящиеся к ведению схватки. В рукописях семейства Ян имеются и пояснения понятий, упоминаемых в последней строке. Как видим, литературная традиция тайцзицюань развивается как последовательная конкретизация ряда ключевых понятий.

 

Нужно познать, что есть подлинного в четырех видах силы‑цзинь:пэн, люй, цзи, анг. Верх и низ друг с другом связаны: другому трудно войти.

Пусть он со всей силы наносит по мне удар.

В неразрывном движении «четыре унции столкнут тысячу фунтов».

Вовлекай и давай провалиться в пустоту; через сжатие

испускаешь силу‑цзинь. Соприкасайся и связывай, примыкай и следуй,не теряя контакта и не противодействуя1.

Комментарий Чэнь Вэймина: «Познать подлинное» в действии внутренней силы означает следовать наставлениям учителя без малейших погрешностей. Каждый день занимаясь рукопашным боем, можно незаметно для себя добиться того, что верх и низ будут друг с другом связаны. В каждом движении не будет ничего, что не двигалось бы. Даже если на меня нападут с огромной силой, неспешно, не разделяя движений, я смогу четырьмя унциями опрокинуть тысячу фунтов». Пусть сила его велика, нужно действовать решительно и прямо. Ведь когда он наносит удар, он уже не может изменить направление. Следуя направлению его удара, я увожу его в пустоту. Однако нужно прилипать, связывать и тщательно следовать, не отрываться и не противодействовать – только так можно вовлечь в пустоту и четырьмя унциями опрокинуть тысячу фунтов».

 

Приведем другой вариант этой песни из того же рукописного собрания семейства Ян, озаглавленный: «Песенное наставление о рукопашном бое по тринадцати фигурам силы».

 

Нужно познать, что есть подлинного в четырех видах силы‑цзинь:

пэн, люй, цзи, анг. Цай, ле, чжоу, као полагаются на сгибания и растяжения. Вперед и назад, влево и вправо со срединной устойчивостью. Примыкание и вращение следуют разделению на пустое и полное. Руки и ноги следуют движениям поясницы и бедер. Вовлекай и давай провалиться в пустоту,

в искусности войдешь в духовное состояние.

 

В списке из Чэньцзягоу здесь сказано: «полагаясь на сгибы и растяжения».

 







Последнее изменение этой страницы: 2019-04-27; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 18.206.13.39 (0.026 с.)