ТОП 10:

Глава 26. Дикие утки и похитители



 

Вежливость . Самая приемлемая форма лицемерия.

Амброз Бирс, «Словарь Сатаны»

 

День выдался на удивление тёплый. Василий расстелил на земле покрывало, лежал и смотрел в небо. Рядом, на лавочке у деревянного стола, сидела София и с ноутбука бороздила просторы Интернета. Решала, стоит ли ей принять участие в эксперименте, в безопасности которого она была не вполне уверена. Николь взяла батон, который они купили по пути, и ходила вдоль реки, кормила уток. Те привыкли к людям и выхватывали хлеб из рук.

– Хорошо как. – сказал Василий.

– Да, замечательный день. И думается тут прекрасно. А еще я рада, что Николь по свежему воздуху погуляет. Ох уж эти дети, не оторвёшь их от компьютера. – ответила София.

Василию иногда казалось, что всё уже позади. Он почти задремал и в его сознании образы Дианы и Софии сливались. Все его прежние планы казались ему чем‑то вроде грозовой тучи, уходящей вдаль по ясному синему небу. «Почему я раньше сюда не приезжал? Казалось бы – простые деревья, трава появляется из земли, утки эти плавают, а так спокойно на душе делается», – думал он.

– Скажите, а вы кого‑нибудь еще знаете, кто проводил бы такие опыты в наше время? – обратилась к Василию София.

Он очнулся от дрёмы, сел.

– Нет, к сожалению не знаю. Уверен, кто‑то экспериментирует, но алхимики – народ скрытный. Раньше в их сторону пристально смотрели правители и инквизиция. По крайней мере – в Европе. А в наши дни открыто признать себя алхимиком может только тот, кому нечего терять. Учёный, да хоть я, например, себе такого позволить не может. Это примерно как заявить во всеуслышание: «Я – сумасшедший». Вот если получить результаты, тогда можно смело сказать о себе: «Я – алхимик, посвящённый, адепт». – ответил Василий.

– Предположим, у вас получится. Мы уже этой темы касались, но всё же… Вы не боитесь, что обнародовав секрет изготовления философского камня, который веками, а то и тысячелетиями, ревностно хранили алхимики, вы поставите мир на грань катастрофы? – спросила София.

– Мир ко всему может приспособиться. Эволюция идёт только вперед, и мы с вами – часть этой системы. Обесценится золото – найдут другой измеритель ценности, будет у людей универсальное лекарство – исчезнут больницы, вместо них будут, скажем, кинотеатры и университеты. Удастся победить смерть – пару поколений будет неразбериха, а потом всё устоится. Меня это не беспокоит. Вы только представьте, ведь даже мы с вами, говоря о философском камне, крутимся вокруг золота да вечной жизни. А ведь этому веществу, уверен, можно найти уйму других применений. Это будет настоящий прорыв во всех областях жизни. Скажите, кстати, вы еще не решили?

– Еще нет. В безопасности эксперимента я уже уверена, а вот над тем, что случится, если он удастся, мне еще надо подумать. Вы видите возможное будущее прямо как рай на земле. А не думали вы о том, что «философский порошок», как его иногда называют, запретят правительства всех стран, как запрещают сейчас наркотики? Ведь он – прямая угроза для тех, кто находится у власти.

– Поначалу, конечно, могут быть с этим проблемы. Но методика изготовления «порошка», как вы говорите, до смешного проста. На самом деле, я уверен в том, что его, после того, как я отработаю технологию и опубликую работу, его сможет сделать любой грамотный человек. Если все люди на планете узнают, например, что есть прекрасное лекарство от любых недугов, которое можно сварить на кухне, никакие правительства это не сдержат. Ну будут волнения в первое время, но, уверен, всё успокоится. – ответил Василий.

– Мне кажется, вы немного анархист. Готовы поставить под угрозу мировой порядок и ничуть этим не обеспокоены.

– Я об этом особо не думал, честно говоря. Если в этом разобраться, мной движет желание, которое всегда было свойственно учёным. Только в былые времена они пытались доказать, что земля круглая и вертится вокруг солнца. И ведь доказали же! А мне хочется показать всему миру, что… он не договорил. София вскочила с лавочки. Она напряжённо всматривалась в то место, где минуту назад Николь кормила уток.

– Василий, вы не видели, куда Николь подевалась? – наконец спросила она.

– Да бегает наверное вдоль реки. – ответил он.

– Не вижу я её, давайте посмотрим. Она ведь плавать не умеет… – ответила София и они пошли к воде.

Николь нигде не было. Чуть в стороне от них, ближе к берегу, расположилась еще одна группа отдыхающих, молодая семья – мужчина и женщина сидели за столом, рядом стояла коляска со спящим младенцем. София и Василий подошли к ним: «Я извиняюсь, вы не видели тут девочку. Не можем найти её. Ей на вид десять‑одиннадцать лет, в джинсах и яркой жёлтой куртке, уток кормила…», – обратилась к ним София. Мужчина сказал, что девочку видели, но куда она пошла – нет.

София готова была заплакать. «Ну надо же, не уследила. А если она и правда в воду упала? Берег скользкий, вон и утки чего‑то на середину реки уплыли, хотя всё время у берега вертелись», – говорила она Василию. Тот успокаивал её, а сам не переставал озираться.

– Послушайте, София. Кстати, перейдём уже на ты? – сказал Василий.

– Хорошо, так что послушать? – ответила София.

– Вот смотри, конечно тебя разговор об этом может напугать, но у Николь яркая куртка. Если бы она упала в реку, она вряд ли пошла бы камнем на дно. Тут глубина‑то – меньше человеческого роста, да и течение слабое. Если бы она утонула, мы бы её уже увидели. Да и сама подумай, ни всплеска не было, ни шума – ничего. Это значит, что она не в реке.

– Мне и думать страшно о том, чтобы её в речке утонувшей увидеть. Я тогда, наверное, и сама тут же умру. Никого ближе неё у меня во всём мире нет. Может она, я не знаю, в магазин решила сходить? Помнишь, у въезда в парк есть небольшой магазинчик? Отсюда, конечно, пешком не меньше получаса идти, но что если решила прогуляться? Хлеб закончился или захотела чего, а нас решила не тревожить?

– Слушай, а телефон у неё есть? Что ж я сразу не подумал! – сказал Василий.

– Есть, только она его на столе оставила, боялась, что утопит. Я бы ей уже десять раз позвонила, будь он с ней. – ответила София.

– Ладно, тогда давай так. Главное не паникуй. Ты пройдись по парку, может она устала и уснула где‑нибудь под деревом, а я смотаюсь в этот магазин и по дороге посмотрю. Вот увидишь, она точно там. – сказал Василий и пошёл к машине.

К Софии подошёл мужчина, у которого они спрашивали о Николь, предложил помочь. Она с радостью согласилась и они, обменявшись номерами телефонов и разделившись, начали осматривать парк.

Василий ехал не спеша, хотя ему хотелось поддать газу, и внимательно осматривал придорожные кусты. Жёлтой куртки нигде видно не было. «Жаль девочку, может и правда утонула. И куда мы смотрели? Если она плавать не умеет, тогда не надо было её и к речке одну пускать. Уток захотела покормить. Ну все вместе бы покормили. Эх», – думал Василий.

Он доехал до магазина, описал продавцу Николь, тот ответил, что такая сюда не заглядывала, да и мимо не проходила. Продавец указал на стену магазина, та целиком состояла из зеркального стекла. «Снаружи ничего не видно, а отсюда я вижу всё. Не было тут вашей девочки», – ответил продавец. Василий пустился в обратный путь. «А может они уже её нашли, вот бы было хорошо. Иначе, если Николь и правда пропала, София так изведется, что ни о каком эксперименте и речи не будет», – думал Василий.

Он вернулся туда, где они отдыхали, на берегу не было никого кроме женщины с коляской. «Ну что, нашли?», – обратился к ней Василий. Та в ответ развела руками: «Нет». Тогда Василий позвонил Софии. Она тут же схватила трубку. Вестей у неё не было. Василий пошёл в глубину парка, заглядывал под каждый куст и вышел, в итоге, на грунтовую дорогу, которой давно не пользовались: она поросла травой, но трава была слегка примята – как раз в тех местах, где совсем недавно мог проезжать автомобиль. Василий пошёл по этой дороге – сначала в одну сторону, потом – в другую, звал Николь, но так её и не нашёл.

Когда он вернулся к тому месту, где всё это началось, София уже сидела за столиком. Плечи её дрожали. «София, ну что?», – обратился к ней Василий и сел рядом. Она подняла глаза. «Не плачет. Держится», – отметил Василий. «Ничего», – ответила София.

– Послушай, я тут набрёл на заброшенную дорогу, похоже, по ней недавно ездили. Скажи, не мог кто‑то из знакомых или родственников неожиданно приехать и её забрать? – сказал Василий.

– Да нету у нас никаких родственников, а здесь и знакомых кроме тебя нет. – ответила София.

– Тогда надо обращаться в полицию. Мы уже тут всё осмотрели, если бы она была где‑то рядом, уже объявилась бы. – сказал Василий.

– Надо, да только когда они её начнут искать? Насколько я знаю, хоть что‑то начинают делать только дня через три? – ответила София.

– Есть у меня один знакомый в полиции, бывший студент, я попрошу его ускорить дело. Заявление они обязаны принять, в любое время, а вот о скорости работы… тут надо постараться их уговорить.

– Знаешь, я об этом думать не хочу, но вдруг… Может вызовем службу спасения, пусть реку прочешут… – тихо сказала София.

– А вот и не будем мы никакую службу вызывать. Я верю в то, что она жива, что всё это – нелепая случайность. Мы её найдём, слышишь. – Василий непроизвольно придвинулся к Софии и обнял её за плечи. Она его не оттолкнула, перестала дрожать.

– Значит, делаем заявление и продолжаем искать. Я тоже верю в то, что мы её найдём. – сказала она.

Пару минут они посидели в тишине, Василий обнимал Софию и продумывал разговор с бывшим студентом

– Ты говорил о дороге, что по ней проезжали. Откуда ты это узнал? – сказала София.

– Там всё травой заросло, но она примята. Причём не так, как если бы там постоянно ездили. Тогда бы колею накатали, а так – будто одна машина проехала, или может две, не знаю. А что? – ответил Василий.

– А то, что я сейчас кое‑что обдумала и поняла, что Николь могли похитить. – ответила София.

 







Последнее изменение этой страницы: 2016-06-26; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 34.204.189.171 (0.008 с.)