ТОП 10:

День гибели восьми с половиной миллионов человек – последний день из жизни Мракан-сити – города, богатого величием исторического прошлого.



Героймен смотрел на закат, на заход солнца. Весь небосклон в западной стороне горел удивительным ярким пламенем! Какое-то время, то ли от лени, от нежелания замечать подозрительное, то ли от сильной любви к таким явлениям природы, как исчезновение святила под горизонтом, богоподобный пришелец с планеты Зеддер, парящий высоко в небесах, не до конца понимал, что происходит. Но этот огонь, это “горение” небосклона, несомненно, красивое, ознаменовало собой энергичный и уверенный дебют новой эпохи – эпохи моральной бесполезности полубогов, чьи прежние заслуги не зачтутся и пойдет коту под хвост все, что было предпринято ранее.

Микроскопическое зрение позволяло Героймену рассматривать атомы и их составляющие частицы. Эта способность использовалась меньшее количество раз по сравнению с другой способностью – с телескопическим зрением, с помощью которого Героймен может видеть на огромном расстоянии, от сотен метров, до световых лет.

Кэйл просто прищурился, не двигаясь несколько секунд. Оцепенение помогало фокусироваться на конкретном месте. И увидев пустое пространство, скрытое за пеленой жгучей красноты, богопришелец искренне пожалел, что обладает подобными способностями. По краю лезвия пробежалась беда.

Крики… вопли не были криками и воплями одного человека, они были криками, воплями и стонами миллионов людей, как голоса, доносящиеся из ада. Хотя я не знаю, как выглядит ад, и не совсем верю в его существование. Я всегда был склонен предполагать, что ад - миф, не иначе. Но почему-то, в тот день, в тот самый переломный момент, мне показалось, передо мной открылись врата, ведущую в самую что ни на есть преисподнюю.

Первый опыт встречи со столь масштабной смертью, со смертью в особо крупном масштабе, когда я что-то почувствовал на необъяснимом мне уровне, на уровне интуиции, И этот миг мне не забыть никогда. Миг, объяснивший, что такое судьба и рак, показавший, что порой зло одерживает победу над жизнью, и жизнь отходит на второй план, уступая хаосу, уступая злу

 

New York World - крупнотиражная ежедневная газета с собственной штаб-квартирой в Нью-Йорке, существующая с середины прошлого века. Ища работенку, чтобы умело маскировать свое земное альтер-эго и при возможности наслаждаться обычной негеройской жизнью, мистер Барджман познакомился с надежными людьми, быстро устроившими его в New York World. Тайно используя способности для быстрого выполнения поставленных задач, Джошуа также быстро рассекретился. Случилось это неожиданно, внезапно, и не имеет разницы, при каких обстоятельствах. Впрочем, суровый босс и редактор одной из популярнейших газет, Оззи Лермонт, как никто, ценил неприкосновенность частной жизни. Он пообещал не распространять данную информацию, и позаботился, чтобы другие работники также держали рот на замке. Но в обмен за свою доброту, которая должна быть щедро оплачена, суровый босс попросил Барджмана обобщать его обо всех перипетиях их непростого/сложного мира. Разумеется, New York World это пошло бы на пользу.

- Сегодня у тебя выходной, но не забудь предупредить Алису, прежде чем свалишь. Мне нужны надежные люди, а не кучка трепачей-дилетантов, готовых при любой возможности зарыться в песок! – как и всякий матёрый руководитель, имеющий немалый опыт в своем деле, Лермонт отличался командирским складом характера, сформировавшимся у него еще смолоду. Постоянно всех гоняя и на всех ворча, он самоутверждался таким красивым и непростым способом, - Надеюсь, я не пожалею, что под старость лет связался с чудиком, чьи родители отправили его на Землю на космическом корабле! Ты должен полностью оправдывать оказанное правительством доверие и в то же время иметь голову на плечах, чтобы не стать марионеткой этого самого правительства, понял, к чему веду?

Джошуа Барджман/Кэйл Бэннери не избавлялся от маски классического городского ботаника даже тогда, когда речь заходила о вещах, обсуждать которые уместней полушепотом, нежели так громко, чтобы об этом слышали все.

- Я, кажется, не предоставлял вам повода сомневаться в моих качествах. Тем более у парня в желтом хватает проблем помимо правительственных шашней, влияющих на кого угодно, но не на него… - часто поправляя очки, зеддерианец все плотнее и плотнее вживался в созданный им образ, - Мистер Лермонт, если имеются конкретные указания на ближайшие два дня, я готов пожертвовать своим мини-отпуском. Только дайте знать…

Суровый босс вдруг резко помягчал, чего не ожидал от самого себя. Его откровенно достали попытки не замечать, какая хрень творится в обществе. Под рукой начальника лежала газетенка со статьей с тревожно-пафосным заголовком «Шокирующая правда о мистере Вэйне, как трудно быть миллиардером или правила поведения настоящего мужчины с замужними любовницами». Чуть ниже, если прочесть, то можно найти недвусмысленный намек на истинное (негативное) отношение Джона Вэйна к такому необычному явлению, как Героймен.

- Очевидно, он бросает тебе вызов! – констатировал явное шеф, - Мой совет, не ведись на провокацию. Обойди стороной. Ты хоть и считаешься непобедимым, но никто не знает, что в голове у помешенного…

Несмотря на подобное мнение, вполне логичное и имеющее место быть, Джошуа/Кэйл думал по-другому:

- Прятаться от схватки - не выход. Рано или поздно придется принять его вызов, хочу я того или нет… - не горя желанием сражаться с некогда близким товарищем, с которым были связаны лучшие моменты геройской карьеры, зеддерианец тщательно искал пути отхода, но не находил, потому что Джон буквально напирал, не оставляя ему выбора. Уважая Кэйла Бэннери, уважая его выбор и то, с каким бесстрастием он помогает миру, Лермонт всячески пытался его уберечь, помочь выстоять в мире, где надменно относятся ко всем, кто имеет сверхсилу.

- Сомнения в его адекватности зародились у большинства еще во времена детройтской заварухи, когда все вдруг поняли, что Спауну насрать на безопасность! Что ему до одного места на порядок! Им движет лишь месть! - поддаваясь эмоциям и многим бурлящим страстям, шеф превращался в натурального клоуна, но, как бы там ни было, никого не смешил, разве что посторонние временами оглядывались.

Кэйл же, который волновался ни капельки не меньше, сохранял полное спокойствие. Его, конечно же, заботил завтрашний день, он не знал, чего ждать от филантропа, а еще ситуацию ощутимо усугубляла общая непростая обстановка в стране. Достопочтенный Оззи не ошибался, говоря, что героев не очень-то жалуют.

- Закон устанавливает порядок, этика призвана разрешать конфликты миром, а не уподобляться противному – хоть данная философия, к которой прибегал Бэннери каждый раз, когда становилось грустно, и не работала в рамках реальности, ему ничего не мешало мечтать, - При всем уважении, люди бояться меня куда больше, чем Джона. Не путайте, Детройт разогрел их недоверие, но не спровоцировал.

Непосредственность и бесхитростность в глазах журналиста, его по-хорошему наивное намерение сменить акценты и убрать часть ответственности с плеч Джона Вэйна, вызвали у морально зрелого Лермонта скептическую мину, а затем и неширокую улыбку. Слишком уж инфантильным и доверчивым ему казался супергерой, который вместо реальной оценки вещей пытается тупо заступиться за преступника, игнорируя очевидные факты.

- Даже если худшие прогнозы подтвердятся и твой бывший друг окажется в тюрьме, поверь моему слову, всем будет плевать, что Героймен навалял Спауну. Зато это укрепит их веру в тебя и дарует большее терпение. Увы, но играть в благородных рыцарей вечно ты не сможешь, настанет время и тебе придется рассуждать более глобально. А супергеройскую деятельность нужно регулировать!

 

Оставшееся время до конца своей рабочей смены Кэйл слушал шефа с открытым нараспашку ртом, и пытался найти в голове хоть какие-то контраргументы, воздерживаясь от уместных возражений, но не находил. Ему стало жарко изнутри из-за распирающего чувства неудобства, из-за того, что хоть кто-то в кои веки не остался равнодушен и обратил внимание на проблему сверхлюдей – на самую трудную проблему двадцать первого века.

Выражая свою глубочайшую признательность, корректный и учтивый мистер Барджман пожал Оззи руку, попрощался со всеми друзьями-коллегами, поймал в адрес несколько усредненных прибауток, к каким давно привыкли его уши. Хотя опасения по поводу посещения грядущего светского мероприятия не оставляли Барджмана в покое, он покинул здание редакции, удовлетворенный сегодняшним днем.

 

 

Дом Джона Вэйна.

- А-а-а-а-а-а-а! Опять! – Джон Вэйн проснулся посреди ночи, обнаружив себя в луже собственного липкого пота. Первые несколько минут дерганый филантроп чувствовал труднопереносимую жарищу, будто лежал голышом перед пылающей печью. Убедившись, что все недавно пережитое – внеочередной кошмарик, мученик попытался взять себя в руки.

Это просто сон. Никакого постапокалипсиса, никакого Дарейдаса, никакого… злого Героймена

 

Как-то раз, примерно неделю назад, умывая кожу лица холодной водой, Джон обнаружил первый седой волос. Не славясь привередливостью к собственному внешнему виду, он не отдал должного внимания этому явлению. Медики уверяют, что ранняя седина может быть признаком нарушенного психического здоровья человека. Согласно их профессиональному мнению, пережитый глубокий стресс, который стал причиной появления седины, может быть катализатором возникновения опасных психических заболеваний, дефектов, заметных не сразу.

Джеффери тоже заметил за хозяином эти маленькие визуальные инверсии, но в силу воспитания умолчал, т.к. истинному джентльмену не положено придираться к чужой мужской внешности.

 

Дождь был продолжительный, сырой… Когда мистер Вэйн снова вышел на улицу с целью посетить искусственное кладбище, чтобы приукрасить могилку цветами, да погрустить средь вечерней тиши, над ним возвысилось серодымное небо, Ни одной полосы света, ни в одном месте, как будто с облаков на землю спустилось проклятье и поглотило столько, сколько получилось объять.

Стоя с насупистым выражением, точно отзеркаливающим все возможные модификации трагипечали, казалось, Джон забывал, что родители его покоятся далеко отсюда, а эта могила – макет, обман зрения, призванный еженощно вводить его в приятное заблуждение.

 

Слезы смешивались с дождем, грохотал громище, небо прочерчивала белая ломаная линия, потом к ней присоединилась одна, и так до бескрайности, пока “потолок” не стал мелькать гораздо чаще. Буквально швырнув цветы и небрежно, размашисто перекрестившись, словно отгоняя мух, Спаун по-военному выпрямился.

Услышать чьи-то спешные шаги, звонко шуршавшие по мокрой траве, в такой обстановке равноценно сюрпризу в обыкновенный день. Джон уже было подумал, что души умерших откликнулись, что души ожили под воздействием некоего импульса, зова, и с мгновенья на мгновенье заберут его с собой. Но, как оказалось на самом деле, все намного прозаичнее: призраки не имели на него никаких планов, фантасмагория выражалась лишь в психическом недуге, а существом, издававшим шипящие, устрашающие, кидающие в дрожь звуки, была Нэнси.

 

Девушка выбежала из особняка вслед за хозяином. Желая пронаблюдать всю картину самоистязаний и порассуждать втихомолку, она несколько минут неподвижно простояла за деревом и решилась подойти очень нескоро.

- Вам мерещатся приведения, я правильно вас поняла?

Испытывая глубокие сомнения насчет разумности своего поступка, Нэнси ожидала куда более бурной и худшей реакции. Но мистер Вэйн, видимо, озабоченный, опутанный трауром, не стал ни ругать, ни орать на нее. Разумеется, ответа на вопрос не последовало, однако, не оставшись бесчувственным, Джон проявил слабое подобие заботы и беспокойства за ее здоровье, спросив:

- Вы обязательно простынете, если немедленно не вернетесь в дом! Зачем вы вообще вышли? – а потом, вспомнив, что еще совсем недавно грозился убить ее, подошел чуть ближе и понизил голос ровно на полтона, - Тем более после всего того, что было…

Будто позабыв, какую угрозу для нее представлял этот мужчина, Нэнси сослалась на недоразумение и повторила его же слова, произнесенные слишком недавно, чтобы стать забытыми:

- Что было, то уже прошло – а потом она повторно спросила с ощутимой навязчивостью, - Так вас и вправду мучают призраки? Вы их слышите? И что… они куда-то вас зовут или просто просят помнить?

Производя глубокий вдох, и на выдохе с шумным «ха» выпуская из себя шумную эмоцию, Джон из обеих ноздрей подобно паровозу выплеснул две струи пара. Потребовалось несколько минут, чтобы смыть с себя пленку неуверенности и сосредоточиться. Глаза, сверлившие что-то на протяжении длительного времени, остались открытыми, но зрачки закатились вверх, а белки помутнели, как скорлупа вареного яйца. Разговоры, в которых необходимо было вести себя открыто, отнимали уйму жизненной энергии у того, кто привык вечно прятаться.

- Хотите знать, имели ли место в моей жизни мистические события или эпизоды? Все верно. Эти… тени ходят за мной по пятам уже много лет. Не отстают ни на шаг, ведут себя так, будто держат на меня великую обиду. Но реагируют недружелюбно, когда я чувствую себя более-менее хорошо и говорю с кем-нибудь от сердца.

И тут стало ясно, что Нэнси окончательно его простила, раз даже попыталась кое-как утешить.

- Значит, вы не так и одиноки. Вас оберегают, разве не чувствуете?

То отводя взгляд от собеседницы, чей статус до сих пор не определен, то замолкая и начинать теребить молодую седину, Джон подходил к выводу, что жизнь всех затворников - длинная и порванная лента с шероховатыми выступами, которая, скорее, порвется, чем станет чуть глаже.

 

 

Благотворительный бал-маскарад в честь дня города, организованный не последними людьми, произошел в эту среду и ударил громче любого национального праздника. Место празднования – Тайм-Уо́рнер-Центр - двухбашенный мультифункциональный комплекс в Среднем Манхэттене. Туда собрались все “сливки общества” – лучшие представители США, по мнению многих журналов. И хотя в настоящий момент она представляла собой хаотичное собрание богачей, многих из которых волновали лишь собственные интересы, наименее корыстные гости пытались расслабиться, утонуть в атмосфере празднества, вкусить дух как традиционных, так и непривычных им торжеств. Кому-то это удавалось на славу, кто-то даже поверил, что все это проворачивается ради натянутой филантропии, а кто-то так и не смог почувствовать себя в своей тарелке и покинул компанию восторженных господ раньше, чем планировал.

 

Взгляд Джона, резко перешедший от пышной перси подруги в сине-малиновом платье с “рыбками” к глубине бокала, продолжал оставаться на стреме. Богач, у которого на уме крутились тысяча и один план, подобно Цезарю, успевал и дарить комплименты местным танцовщицам, и следить за входящими/выходящими гостями. Сопротивляться природе, по законам которой похоть должна расти по мере усиления стойкости парфюма, и одновременно выполнять важное сверхответственное задание становилось все труднее. Но Джон, как мог, держал марку, и не собирался бросать дело на полпути, оставалось лишь одно – сохранить образ джентльмена, увлеченного танцем с распрекрасной милашкой, покрывая мелкими, частыми поцелуями ее обнаженные плечи.

- Следи вместе со мной, не забывай, зачем мы здесь. Внимательность – залог успеха - время от времени нашептывая напоминания, без которых, похоже, не обходилось ни одно спецзадание, Джон все сильнее сжимал ее кисть и вглядывался в лицо кулуарной напарницы, - А мы не можем позволить себе потерпеть неудачу.

 

На большом балу, в каждом зале, играла музыка на любой вкус: классика, джаз, латина, кантри или же инструментальная эпохи Возрождения. Прекрасные пары кружили в ритм музыки, и даже появление хмурого человека в строгом черном костюме не могло никому помешать, сколько сильны были чары праздного азарта.

Вэйн же, несмотря на царившую кругом беззаботицу, нисколечко не расслаблялся. А тип в костюме, долго кого-то искавший, подошел именно к нему с таким осторожным выражением, что не посчитать его подозрительным было практически невозможно.

- У меня к вам дело государственной важности! – начал он скромно, тихо и кокетливо, - Мне бы узнать о местоположении одной, как бы это проще выразить… - а затем, покраснев, вероятно, от консервативного светского стеснения, продолжил, но уже громче и с уверенностью, - Одной сотрудницы. Девушка, которая, как бы сказать, пропала за несколько дней до рождества, и о ней так никто и не слышал с тех пор, работала в научном подразделении вашей компании. Может быть, вам что-нибудь известно?

Увидев перед собой смуглого, статного человека с гордо поднятой головой и резкими полуазиатскими чертами лица, Джон на минутку отвлекся от танца и, пообещав напарнице утрясти все как можно быстрее, бросил на мужчину весьма задумчивый взгляд и поправил галстук-бабочку.

- В Wayne Enterprises насчитывается более сотни рабочих специальностей. Не могли бы вы уточнить, о ком идет речь? – заранее поняв, кого ищет тип, хитрый плейбой сохранил на себе сыпь заинтересованности.

Незнакомец повторил несколько движений собеседника, по большей части это касалось швейного платка и различных взаимодействий с рукавом.

- Нэнси Гарднер, работавшая под крылом Салдвелла Фрайса, который не так давно умер…. молодая ассистентка. Внешне ТОПом не назвал бы, но выразительные глаза, улыбчивые губы, все это в симбиозе - очень живое, запоминающееся милое лицо. Зная ваш вкус относительно женщин, думаю, вам несложно ее вспомнить, ведь так?

Лучший производитель лжи и фальша, мастер высшего словесного пилотажа, Джон проговорил с удивительной серьезностью и даже напыжился, чтобы придать видимость правдоподобия:

- Я был бы очень рад вам помочь. В нашей компании ценен каждый сотрудник, от санитарки до директора, и люди это чувствуют. Наша компания молодая, она растет и развивается… - демонстративно глядя себе под ноги, Джон ухмылялся, всячески отводил взгляд и нервично подмигивал, - Что до пропавшей, то я не был знаком с ней лично. Но если вдруг близких или друзей Нэнси грызут подозрения, что ее могли похитить или случилась беда, то не затягивайте с этим, посоветуйте им обратиться в полицию.

Явно неудовлетворенный полученным ответом, мужчина затарахтел калейдоскопически быстро, стараясь убедить голосом, но, с наивной азиатской хитростью, опасаясь показаться навязчивым и этим уже вызвать недоверие.

- Ну, тогда, кхм, я воспользуюсь вашей бесценной рекомендацией и там уже своими силами, как-нибудь, думаю, урегулируем проблему. Всего доброго! – изобразив формальную улыбку, он плавно, без резких движений, оставил красивую пару в покое.

Повернувшись к даме, Джон несколько раз извинился за то, что пришлось прервать танец. Мигом позже все встало на круги своя, как и было до того, как к ним подкатил один из старых приятелей Нэнси. Напарница смело обхватила руками натренированную грубую шею и как бы повисла на нем, заставив многих присутствующих высказаться про себя о своем отношении к их видному дуэту и благообразию, от него исходившему. Подавляя в себе бабника, миллиардер рисковал приобрести еще один комплекс, который пойдет в коллекцию ко всем остальным и навечно в нем угнездится - комплекс неусидчивости.

Добившись от мистера Вэйна, возможно, не самого честного, но хоть какого-то ответа, человек с полуазиатскими чертами лица вернулся к своему нанимателю, удрученно взмахнул руками, взъерошил волосы. Его босс, моложавый блондин в дорогом бежевом костюме, без лишних предисловий поднял руку и сказал:

- Меня, разумеется, расстраивает несносная заносчивость, но не настолько сильно, чтобы я визуализировал всю негативную мыслительную энергию и картинно исходился в сыром гневе… - не глядя на список достоинств, часть которых бросалась в глаза при первом же взгляде, блондину были также не чужды и недостатки, к примеру, ярко выраженная аутоэрастия, автомоносексуализм, качество, особенно распространенное в кругах плутократов, нуворишей, политиков и предпринимателей, придававшее многим манерам и телодвижениям парня маньяческую скаженность, - Нет, я дал себе обет и блюду его давно, не одной женщине, какой бы диковинной ни была ее натура, не удастся уничижить мое истинное чувство собственного достоинства – фундамент моего настоящего успеха!

Искренне порадовавшись за душевный подъем шефа, за его способность преодолевать неурядицы без существенного вреда для настроения, подошедший ощерился с поистине британским изяществом и напомнил о запасном варианте.

- Мы не можем утверждать точно, прокатило ли с патриотизмом. Но пока Бэннери находится под строгим наблюдением президента и не представляет опасности, вы можете оставаться в тени, сколько пожелаете. Z-программа прошла все технические инсталляции и готова к запуску…

Выслушав этот подробный отчет, художественно исполненный под аккомпанемент сплошного подхалимства, блондин поднял глаза и посмотрел на него вопросительно:

- Малкольм, в чем, собственно, состоит вопрос? К чему ты упомянул наш аварийный механизм, который может быть задействован лишь в самом крайнем случае?

Верный подчиненный посмотрел прямо в душу Лэтса Гранда молящим изнывающим взглядом и непроизвольно перешел на полушепот.

- Бэкон сообщил, что Героймен по-прежнему недосягаем и, вероятно, не станет вслепую кому-то доверять, а значит, все подковерные игры пойдут коту код хвост…

Стоя на балконе, поёживаясь от вечерней бодрящей прохлады и обдаваясь добрым ветерком, Лэтс откидывал голову назад и насладительно задерживал дыхание. Жадность, надежда, вера и страх - мысли и чувства перемешивались в кучу, будто разноцветные стекла в поломанном калейдоскопе. Общая схема до сих пор не начала выкристаллизовываться.

Резко повернувшись назад, чтобы кое-что сказать Малкольму Классену, человеку со строгими полуазиатскими чертами и североевропейской фамилией, бывшему начальнику безопасности ОПБ, помолодевший Лэтс Гранд едва не выронил из трясущихся ручонок бокал, несмотря на ровный и спокойный тон, какой, казалось, укоренился в нем еще с детсадовских годочков и сохранился по сей день.

- Пожалуй, я открою вам величайший вздор из всех вздоров, мистер Классен, не потребовав ничего взамен! - сделав медленный глоток, Лэтс сознательно наслаждался насыщенным вкусом, катая вино между языком и нёбом. Когда это ему надоело, он просто выкинул бокал, и тот, полетев с балкона, разбился где-то неслышно, - Ложь века, обман тысячелетия!

Слушальщик убрал руки за спину, чувствуя холод спрятанного за пояс пистолета, и молвил с деланным восторгом:

- Буду признателен, сэр!

Лэтсу пришлось выплюнуть застоявшиеся во рту несколько капель вина,

- Говорят, демоны выбираются из ада, во время оккультических обрядов. Но Америке известна совсем другая правда. На нашу Землю из глубин космоса прилетают самые разнообразные гости, в том числе и демоны! - подлая улыбка, самодовольная улыбка, сатанинская улыбка опять просияла на лице блондина, - Угадай, о ком идет речь?

 

Я люблю Америку сильнее жизни. И склонен считать, что ей никогда не были предоставлены условия полномерной свободы.

Означает ли это, что я переквалифицировался в реалиста? Да, несомненно…

А еще я прекрасный новатор. По глубокой несправедливости отныне и впредь человечество обязано принимать мои новации. И вот, спустя годы интеллектуального напряга, я решил, что Америка должна пожертвовать свободой добровольно! Ради безопасности!

Я отниму свободу силой или люди сами пожертвуют ей - не имеет значения! С моим лидерством Штаты обретут безраздельную власть! И Земля покорится мне, сверхинтеллектуальному, начитанному, образованному” – мысли интригана повторялись. К сожалению, ни о чем таком, о чем не думалось прежде, он думать не мог. Знаменитое падение “американской богини” проматывалось изо дня в день, будто это произошло только вчера.

 

Классен собрал всю смелость в кулак для ответа и, подхихикивая над собственной конфузностью, произнес с едва скрытым удовольствием, постепенно тающим под пестрыми миганиями глаз Лэтса Гранда.

- Эмм, сэр, зная ваше пристрастное отношение к нью-йоркскому защитнику, смею предположить, вы говорите о…

- Нет – оборвал его шеф, который наперед угадывал недалекие помышления экс-ОПБшника, - Дьявол, оставаясь понятием твердо негативистским, никоим образом не может гипостазироваться в личность Героймена… - и на его узких губах заиграла всё та же старая коварная улыбка, - Нет, мой друг, дьяволу нужна матрица пожестче, побрутальнее. И, кажется, я нашел подходящую кандидатуру на роль сосуда для дьявола!

Речь шла о сверхсекретном научном проекте под кодовым называнием «Z».

 

Видение Лэтса Гранда, сложившееся многими в ходе прошлого десятилетия - олицетворение практичного капитализма, то бишь готовность ради увеличения бабла и власти идти на все – в этом сущность Адвоката. Его бизнес-империя - полный антипод эпплу и хипарям - только то, что реально приносит доходы, никаких рисков зазря – Лэтса как символ эпохи, которому плевать на изобретения и гениев, если они не несут пользу здесь и сейчас мгновенно. По крайней мере, идеал каноничного Лэтса выглядит именно так, по мнению Технэка, всегда заимствующего и характер, и оболочку субъекта. Но иногда Технэк слегка меняет образ, согласовываясь с современными шаблонами: теперь сабж имеет налет ювенильной мажористости, который, в общем, не делает Гранда, законченным хипстером, и никак не вредит его надменности. Лэтс так и остался частью господствующей системы, рвущейся в верхи, так что канон, можно сказать, соблюден, великий преступник по-прежнему лишен акцентуаций. Просто нагловатых и истеричных парней сейчас больше, чем толстых взрослых дяденек.

Учтя личностные особенности Гранда, подавляющее большинство которых считались отрицательными, Технэк с фантастической точностью сэмулировал закомуристый нрав Адвоката. Выживание на падающем космическом корабле, адаптация к существованию в земных условиях, повышение степени функционирования и обретение макротела – вся эта цепь действий заняла чертовски много времени. Но полная реабилитация при фактически отсутствующих шансах + тот факт, что Земля позиционируется ИИ (искусственный интеллект) как враждебный пункт = данный исход правильно считать огромнейшим успехом.

 

 

Тем временем…

Партнерша Джона по танцам, располагающая красивыми зелеными глазами и удачно подобранным платьем, неспроста согласилась пойти с ним на бал. Имея крепкую мотивацию, достаточную, чтобы рисковать, смазливая дева ни на минуту в себе не сомневалась. Пребывая в чистом пространстве своих благих убеждений, откуда проистекает любое геройство, она не сопротивлялась ура-патриотичным позывам, а могуче шла им навстречу.

Она никогда не забудет, как Адвокат поступил с её соотечественниками, с её королевством, никогда не простит корпорации те бездушные антигуманные опыты, что ставились над жителями Аквы…

 

 







Последнее изменение этой страницы: 2016-06-07; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 34.204.173.45 (0.022 с.)