АМЕРИКАНСКИЙ ДЕСАНТ В ЕВРОПЕ



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

АМЕРИКАНСКИЙ ДЕСАНТ В ЕВРОПЕ



Бумеранг, запущенный в виде регби в мир спорта в середине восемнадцатого века из Англии, вернулся в Европу лишь спустя столетие, но уже в виде американского футбола. И первым делом он, естественно, приземлился в Германии.

Думаю, ничего удивительного в этом нашествии нет, если учесть, что именно в этой стране, начиная с 1945 года, сразу же после окончания Второй мировой войны, и по сей день расквартированы большие части американских войск. Бравые вояки и занесли «вирус» американского футбола в Старый Свет, однако очень долго не могли привить его немцам.

Понадобилось больше двадцати лет, чтобы сломить сопротивление спортивного «организма» Европы и «инфицировать» ему американский футбол. Только в 1977 году во Франкфурте-на-Майне была создана первая на европейском континенте команда — «Франкфуртские львы». Около трех лет американский футбол был исключительно прерогативой Германии. Затем у немецких спортсменов нашлись последователи и в других европейских странах — Англии, Франции, Италии Австрии, Голландии, Швеции, Финляндии. Между командами этих стран начались встречи, причем нередко «родоначальники» американского футбола в Европе оказывались слабее своих соперников. Так, к примеру, сборная Германии в своем первом международном матче с атлетами Италии проиграла с довольно внушительным счетом.

Контакты между футболистами европейских стран крепли и расширялись. Это вызывало необходимость создания всеобщего союза, который мог бы способствовать развитию американского футбола на континенте, координировать международные связи. В июле 1982 года была организована Европейская федерация американского футбола. В марте 1985 года Федерация был переименована в Европейскую лигу американского футбола (ЕФЛ), которая существует и по сей день.

В настоящее время в Европе насчитывается около 1000 клубов по американскому футболу. Этот вид спорта поначалу завоевал себе приверженцев в 14 западноевропейских странах, вошедших в состав ЕФЛ. Затем членом Европейской лиги стал и бывший Советский Союз. По всей видимости, в ЕФЛ на правах самостоятельных членов вступят некоторые страны из Содружества независимых государств, такие как Россия, Украина, Белоруссия. Вероятно, к ним примкнут некоторые страны из Восточной Европы, такие как Венгрия, Чехия и Словакия, Румыния, Болгария, где также стал развиваться американский футбол.

Сегодня к наиболее сильным относят клубы Англии, Италии, Германии и Финляндии, задающие тон в международных соревнованиях. В этих странах командам по американскому футболу оказывают большую моральную и материальную поддержку общественность и средства массовой информации. Новым видом спорта заинтересовалось и частное европейское телевидение. Оно начинает платить за право передачи репортажей с матчей. Активно подключаются к финансированию и спонсоры в лице ряда ведущих промышленных компаний Старого Света.

Именно на их действенную поддержку прежде всего рассчитывали менеджеры НФЛ, когда решили распространить свое влияние на Западную Европу. Они предложили под своей эгидой создать ряд профессиональных клубов по американскому футболу в некоторых городах Европы, после чего включить их в состав созданной Всемирной лиги американского футбола.

 

ПРОВЕРКА БОЕМ

За всю свою многолетнюю историю НФЛ неоднократно отбивала вес попытки конкурентов посягнуть на ее позиции в американском футболе. Видимо, чтобы окончательно — раз и навсегда — лишить соперников всякой охоты бороться с Национальной футбольной лигой за «рынки» сбыта американского футбола, менеджеры НФЛ решили сыграть на опережение и окончательно монополизировать продажу игры как у себя в стране, так и в других частях света. Именно с этой целью хозяева НФЛ и создали свой своеобразный филиал — Всемирную лигу американского футбола (ВЛАФ), с помощью которой попытались выполнить две задачи. Во-первых, навечно приобщить к этой игре Европу. Во-вторых, «растянуть» сезон в профессиональном американском футболе в США, который длится как известно, с сентября по январь.

Первый чемпионат ВЛАФ стартовал 23 марта 1991 года и продолжался около трех месяцев. В турнире участвовало десять профессиональных команд, специально созданных в городах Северной Америки и Европы. От США выступали клубы из Нью-Йорка, Сан-Антонио, Сакраменто, Орландо, Рейли-Дурхэма и Бирмингема, от Канады — один клуб из Монреаля, и от Европы — клубы из Лондона, Барселоны и Франкфурта-на-Майне. Они были разбиты на три дивизиона — европейский, североамериканский и центральный.

Казалось бы, тон в этих соревнованиях должны были непременно задавать американские профессиональные клубы.

Но на поверку вес вышло несколько иначе. Во время финальной встречи на знаменитом стадионе «Уэмбли» в станице Англии победителями стали хозяева — «Лондонские монархи».

Неужели европейские футболисты достигли таких высот и такого класса, что оказались сильнее американских коллег? Естественно, нет! Не было такого и быть не могло! Почему? Да по одной простой причине — европейских футболистов в каждой европейской команде было ограниченное количество: не меньше четырех! А больше никто не включал. Точно так же, как в других командах было по четыре иностранных игрока. Конечно, владельцы клубов пошли на этот шаг не по собственной воле — на это их вынудили условия, поставленные руководством ВЛАФ при формировании составов. В основном же все они были наполнены исключительно американскими футболистами - уже вышедшими в тираж ветеранами НФЛ, решившими немножко подзаработать, или теми атлетами, которые еще только стремятся попасть в НФЛ и хотели бы во всем блеске показать себя перед селекционерами лиги. Не стоит говорить, что лучшие футболисты были собраны в европейских клубах, чтобы те могли продемонстрировать игру высочайшего класса и завоевать симпатии европейских болельщиков.

Устоять перед таким натиском было невозможно. Английские, испанские и немецкие зрители ответили взаимностью на такую любовь. Самую большую аудиторию — в среднем по 40.000 зрителей на игру — собирали трибуны «Уэмбли» во время выступления «Лондонских монархов». В среднем по 30000 болельщиков приходило регулярно на матчи с участием «Франкфуртских Коршунов» и «Барселонских Драконов». Лишь в Нью-Йорке и Монреале распродавалось больше билетов — в среднем по 32 тысячи на матч. А в остальных городах США интерес к поединкам чемпионата ВЛАФ был сравнительно невысок. Достаточно сказать, что в Рейли-Дурхэмс на последние игры своей команды, которая оказалась в числе аутсайдеров, вообще приходило по 4000 человек.

И тем не менее, в общей сложности около 1,27 миллиона зрителей посмотрели 50 игр в предварительном турнире, к которым прибавилось еще 350 тысяч болельщиков, наблюдавших встречи плей-офф, полуфиналов и финала. Совсем неплохо для первого чемпионата, игры которого транслировались на многие страны Европы, в том числе впервые — на Россию, где телевидение, правда, показывало лишь эпизоды встреч, что нисколько не снизило радости отечественных почитателей американского футбола, получивших, наконец, возможность посмотреть игру хотя бы и с телевизионного экрана.

Как считает Майкл Линн, президент Всемирной лиги американского футбола, о жизнеспособности этой организации можно будет окончательно судить лишь после трех лет ее существования — только тогда появится окончательная ясность со всей этой затеей. А пока ее следует продолжать реализовывать, наращивая темпы, чтобы добиться безусловного успеха.

В первом чемпионате Всемирной лиги американского футбола за одну из команд выступали и двое наших парней, чем несказанно поражали американскую публику. Могла ли она когда-нибудь предполагать, что наши ребята вступят в упорную борьбу за ... американскую территорию на американских стадионах. И тем значительнее был интерес американской аудитории к выступлению тогда еще советских атлетов.

 

«НЕБЕСНЫЕ ЯСТРЕБЫ» ИЗ МОСКВЫ

Чемпионаты Всемирной лиги американского футбола — интернациональны. К участию в них привлекаются не только профессиональные спортсмены США, но и атлеты из других стран. Среди них оказались и двое наших игроков: Владимир Гергиев и Олег Сапега. Они защищали цвета спортивного клуба «Небесные ястребы» из небольшого американского города Рейли Дурхэм. Когда ребята вернулись домой, то охотно поделились своими впечатлениями о выступлении во Всемирной лиге.

— Расскажите прежде всего о том, как вы туда попали, каким образом вас нашли в нашей стране?

—Мы оба по своей спортивной специальности — регбисты, — начал рассказ Владимир Гергиев. — Очень долгое время играли за молдавский клуб «Электромаш» из города Тирасполя, который на протяжении многих лет неизменно был представлен в высшей лиге чемпионата страны. Неоднократно нам доводилось выступать и за сборную Союза на самых различных соревнованиях. Без ложной скромности скажу, что уровень нашей подготовки достаточно высок. Когда у нас пустил свои корни и американский футбол, который, хотя заметно и отличается от регби, но имеет с ним все же много общего, мы решили попробовать свои силы и в этом необычном, новом для нас виде спорта. И когда нас пригласили поиграть за команду «Московские медведи», мы сразу же охотно согласились. В се составе выезжали в турне в США, где провели несколько товарищеских матчей со студенческими коллективами. Тогда-то, как мы выяснили позже, нас и приметил тренер и координатор международных программ Всемирной лиги Джон Ролстон. А зимой он специально приезжал в Москву, чтобы сделать нам официальное предложение. Мы его с удовольствием приняли — согласитесь, кому не хочется поиграть в Мекке американского футбола, на его родине, где он считается спортом номер один. В начале весны мы вылетели в Америку, и уже через день оказались в тренировочном лагере в Новом Орлеане, где на пятьсот вакантных мест в десяти командах Всемирной лиги претендовало свыше тысячи кандидатов.

— Признайтесь откровенно, вы только там поняли, что вам еще предстоит побороться за место в команде, или вы знали об этом заранее? Конкурс-то довольно серьезный... И какие же экзамены вам пришлось сдавать?

— Нас предупреждали, что прежде чем мы попадем в клуб, нам предстоит выдержать очень ответственные испытания. Но, скажу честно, не ожидал, что они будут настолько сложными. Прежде всего мы прошли тщательный медицинский осмотр — отклонений в здоровье не нашли. Затем наступил черед тестирования на компьютере — и этот барьер преодолели. Уже на этом этапе отсев кандидатов был довольно большой. Потом нас определили в команды, в составе которых предстояло играть. Так мы очутились в клубе «Небесные ястребы» из небольшого городка Рейли-Дурхэма. Городок-то невелик, но внимание там к американскому футболу просто огромное. Это мы почувствовали сразу же по прибытии на место. Нам буквально не давали прохода ни пресса, ни многочисленные болельщики.

— Видимо, сыграл свою роль эффект неожиданности: русские, а увлеклись чисто американской игрой...

— Да, такое тоже было. Думаю, что на наших именах клуб делал большую рекламу. Без всяких преувеличений скажу, что не проходило и дня, чтобы у нас не брали интервью, часто показывали по телевидению, печатали материалы в различных газетах. Насколько мы знаем, несколько американских сюжетов прошло даже по нашему центральному телевидению.

— В общем, популярностью вы, судя по всему, не были обделены. Наверное, это вам очень нравилось после тихого забвения в Тирасполе.

— Безусловно! Не скроем, приятно, когда тебя узнают на улицах, с тобой здороваются, твои портреты смотрят с афиш и газетных страниц. Однако мы быстро уяснили для себя, что эта популярность в Америке носит совсем иную окраску, чем, к примеру, у нас дома. Скажем, если в иные месяцы она и возникала в Тирасполе, то как бы сама по себе, а в Штатах искусственно насаждается, подогревается и, главное, открыто работает на имидж клуба, на его авторитет. И, в конечном итоге, на его кассу. Даже по условиям контракта нам вменялось в обязанность делать все от нас зависящее, чтобы поднимать славу «Небесных ястребов». Это, в общем-то, была одна из самых приятных обязанностей. Но если бы только ее мы должны были выполнять...

— Что же вам еще приходилось делать?

— Как что? Работать! Работать так, как не принято у нас в стране, работать до одури, до настоящего седьмого пота, работать до того, что после длительного трудового дня мы в прямом смысле слова падали на койки от усталости и тут же засыпали. Вы не подумайте, что преувеличиваю — ничего подобного. Особенно тяжело было в тренировочном лагере, где мы проходили «курс молодого бойца» в течение трех недель перед самым началом сезона. Мы еще не успели как следует адаптироваться к двенадцатичасовой разнице во времени, к новым погодным условиям, к необычной еде, к новым взаимоотношениям с людьми, как нам предложили такой распорядок дня, что у нас, когда мы с ним ознакомились, чуть глаза на лоб не вылезли. Ничего подобного у нас на родине не было. Судите сами. Подъем — в 6 часов утра. Принял душ, почистил зубы, и через пятнадцать минут будь готов к двухчасовой тренировке по общефизической подготовке. Затем — обильный завтрак, небольшой отдых — и в 10.30 следующая тренировка по отработке техники. Пообедаешь и, будь добр, поспеши на теоретические занятия. Но это еще не все. В 5 часов вечера — снова тренировка по отработке тактических вариантов. А после ужина — собрание всей команды — подробный разбор действий как игровых звеньев, так и отдельных игроков. Режим жесткий, но никто не роптал, не возмущался, каждый знал, на что шел.

— Ну а как у вас складывались взаимоотношения с тренерами, со спортсменами? Пришлись ли вы ко двору? Приняли ли вас американские атлеты, как у нас говорят, в свой коллектив?

— У них, по-моему, — включился в беседу Олег Сапега, рослый двухметровый гигант, — нет такого понятия: «принять в свой коллектив». Мы ведь прекрасно знали, что собрались вместе всего на три месяца, пока продолжается сезон, общение ограничено, да и делить было нечего, а вот сообща, вместе мы должны были сделать хороший бизнес. Во всех командах в основном играли или бывшие игроки Национальной футбольной лиги США, или те, кто стремился туда попасть и решил попрактиковаться во Всемирной лиге. У них, конечно, громадный опыт, знания, хватка. Именно они задавали тон во всех дружинах. Чего скрывать, профессионалы были на голову выше иностранных игроков, которых в каждом клубе было по четыре человека. Вот, кроме нас за «Не­бесных ястребов» выступали еще по одному спортсмену из Норвегии и Австралии. Мы, не будем скрывать, были как бы на подхвате, однако это ни в коем случае не значило, что мы были балластом, нас в таком количестве просто никто бы не потерпел. В целом отношение к нам было нормальным, но иные ретивые ребята из команды не упускали возможность проверить, как мы держим удары. Исподтишка то пихнут, то ножку подставят, а то и кулаком в ребра. Мы понимали, что все это в основном шло не от злобы, ненависти, а от естественного желания уяснить, как мы будем вести себя в жесткой мужской игре. Мы себя в обиду не давали, на удар отвечали ударом. Мне кажется, нас ребята уважали, по крайней мере, во время сезона стычек внутри команды уже не было. Тренеров наши взаимоотношения, по-моему, не очень волновали. Они лишь требовали полностью выкладываться на тренировках. Мы не сачковали. Нами были довольны. Вообще, общаться с наставниками было очень интересно. Главным тренером у нас был легендарный Роман Габриэль, который десять лет был ключевой фигурой в команде «Лос-Анджелес Рэмс», а затем пять лет играл квотербеком в команде «Фидельфийские Орлы». Он очень вдумчиво преподносил нам науку американского футбола, и мы благодарны ему и другим тренерам за это. Они учили нас не только тому, как грамотно играть в футбол, но и правилам поведения за кромкой поля.

— Что, и этому тоже учат в американских клубах по американскому футболу?

— Я бы не сказал, что этому учат всех игроков. В общем-то, у многих американских ребят это просто в крови. Ну а нам, конечно, было необходимо брать уроки хорошего тона.

— В чем же они заключались? Это интересно. Расскажите подробнее.

— Этикет нам приходилось соблюдать довольно строгий. Американский футбол в США, как известно» один из самых популярных видов спорта. К игрокам приковано постоянное внимание. Спортсмены считаются людьми, хорошо зарабатывающими — выше уровня «среднего американца». И поэтому в клубе вполне справедливо считают, что атлеты должны создавать и постоянно поддерживать на достаточно высоком уровне свою репутацию, имидж. Скажем, на улицах, в гостинице, в аэропортах всегда полагалось появляться только в строгих костюмах, в белых рубашках и при галстуке. Это, между прочим, сильно дисциплинирует, подтягивает. Правда, это правило выполнялось при том условии, что всю нашу громоздкую экипировку при переездах доставляли специальные служащие, они же и заботились о том, чтобы после тренировок и игр забрать у нас грязную форму, выстирать ее, выгладить — с этим мы никаких хлопот не знали. Такой сервис в порядке вещей, каждый занят своим непосредственным делом, за которое ему, собственно, и платят деньги. Мы были избавлены от многих бытовых проблем, сопутствующих у нас жизни рядовых, да и не рядовых, спортсменов и так надоевших нам дома. Вы думаете — это мелочь, а мы так уже не считаем.

— Ваше активное приобщение к цивилизации, западной культуре поведения и общения было бы, вероятно, невозможно без знания английского языка. Судя по всему, у вас проблем с пресловутым языковым барьером не было. Вы даже телевизионное интервью, которое давали западным журналистам и которое показывали у нас, вели на английском языке.

— Не будем хвастать, до отъезда в Америку мы английского практически не знали. Один из нас, правда, учил его когда-то в школе, а у другого даже такой базы не было. Но сама жизнь и обстановка в команде заставили нас как можно быстрее осваивать английский. Наше руководство и тренеров не волновало, разбираемся мы в языке или нет, мы должны были понимать их команды обращения, теоретические лекции и правильно делать то, чего они от нас добивались. Вот и весь сказ, как хочешь, так и выкручивайся. Специальных переводчиков к нам не приставляли — платить им было слишком накладно. Поначалу по собственной инициативе нам помогали ребята из местного колледжа, изучающие русский язык. Однако такая поддержка была нерегулярной, на нее особо рассчитывать не приходилось. Мы полагались в основном на себя. Профессиональную лексику освоили довольно быстро, разговорную речь тоже, между собой старались говорить на английском. Так и обвыклись. Там и интервью стали давать.

— Но ведь в жизни есть не только радужные стороны, но и быт, который у нас так заедает. А там? Как вы жили в обыденном смысле слова?

— Хорошо! Мы без всяких трудностей сняли гостиницу по своим финансовым возможностям — она обходилась нам по пятьдесят долларов в день. Примерно двадцать—двадцать пять долларов в день уходило на содержание отличной американской автомашины, включая плату за аренду и бензин. Еще долларов двадцать—тридцать тратили на еду и напитки. Мы себя практически ни в чем не ущемляли и не ограничивали. Да и нельзя было: голодным в эту игру не поиграешь. Вели жизнь среднего обеспеченного американца.

— Платили вы за все сами? Или ваши расходы оплачивал клуб?

— Когда нас окончательно приняли в клуб, то подписали с нами контракт на весь сезон, в котором заранее оговорили и всю сумму гонорара — двадцать тысяч долларов. Ее нам сразу же перевели на счет в банке, где мы получили кредитные карточки. Как хочешь, так с этими деньгами и поступай: выбирай гостиницу по вкусам и потребностям, питайся, развлекайся. Тратили мы на себя около ста долларов в день. Думаю, совсем несложно подсчитать, сколько ушло за три месяца. Но и после этого на руках у нас осталась довольно приличная сумма. Если перевести ее в рубли, то наберется такая сумма, которую нам дома заработать было бы очень непросто. Мы могли бы получить и больше, если бы сыграли лучше. В контракте были специально оговорены солидные премиальные в случае наших побед. Увы, наша команда выступила неважно.

— Настроение у вас, видимо, было плохое. И все же, уверен, игра в Америке не прошла для вас бесследно.

— Конечно! Мы приобрели тот опыт, без которого невозможно стать настоящим игроком в американский футбол. Этот опыт, надеемся, пригодится нам дома.

— Как вы думаете, приживется ли новый вид спорта на нашей земле?

— Мы верим в это и сделаем все от нас зависящее, чтобы это как можно быстрее случилось. Наши парни могут за себя постоять, что доказывали уже не раз. Вспомните, когда хоккей с шайбой называли не иначе, как канадским. Сейчас впору переименовать его в русский, настолько сильно выступают в турнирах по хоккею с шайбой наши команды. Надеемся, что в скором времени русские ребята смогут противостоять американцам и в американский футбол.


 

БРОСОК В РОССИЮ

 

 

Долгие годы, а то и вес десятилетия советской власти американский футбол был отгорожен от российских любителей спорта пресловутым «железным занавесом». Насладиться игрой — этим заморским недоступным и даже запретным плодом, было дано немногим. Вкусить его, как, впрочем, и многое другое в ином — капиталистическом мире, могли лишь избранные счастливчики, те, кто наезжал в Америку. Попытки футболистов США показать эту спортивную диковинку на наших стадионах пресекались самым безжалостным образом государственными спортивными организациями, которые считали этот вид спорта чуждым духу русского народа.

Сегодня о тех временах вспоминаешь с улыбкой. Но в 1989 году руководителям двух студенческих американских команд — «Старс» и «Буммерс» было совсем не до смеха, когда они долго и безрезультатно пытались получить разрешение провести показательный матч в Москве, и никак не могли взять в толк, почему официальные органы не дают им «добро». Казалось бы, пустяшное дело решалось чуть ли не на дипломатическом уровне. Новые веяния и коренные изменения во внешней и внутренней политике разрушающегося на глазах Советского Союза позволили все же уладить те недоразумения, сломить предубеждения чиновников от спорта и добиться у них соизволения на проведение такого поединка!

Так впервые американский футбол был показан непосредственно на российской земле. Вы бы знали, какой ажиотаж вызвал в московском спортивном мире приезд в столицу американских гостей. Трибуны Малой спортивной арены «Динамо» в Москве были переполнены. Свыше десяти тысяч зрителей пришло полюбоваться на заморскую диковинку. Первое очное знакомство с экзотической игрой произвело сильное впечатление на публику. Восторгу не было предала!

Думаю, именно тогда американский футбол «проломил окно» в Россию. Среди тех, кто наблюдал за показательной встречей, были и немногочисленные энтузиасты, решившие сами попробовать свои силы в заокеанской игре. Но сделать это было совсем не просто.

Энтузиастам американского футбола в России пришлось приложить немало сил, чтобы отвоевать себе место «под солнцем» в отечественном спортивном движении, где прежде по воле коммунистической партии и правительства развивались лишь те дисциплины, что входили в программу Олимпийских игр, победами на которых, доказывались, якобы, бесспорные преимущества советского строя. Идеологическая подоплека развития российского спорта в те годы уже стремительно отходила на второй план, а на первый выдвигалось естественное желание людей заниматься тем видом спорта, который нравится им, а не государству. С началом перестройки и демократизации общества «зеленый» свет был дан не только американскому футболу, но и еще целому ряду новых видов спорта — бейсболу, гольфу, регби-13, бодибилдингу, армрестлингу.

У истоков зарождения американского футбола в России стояли тогда еще государственный тренер сборной СССР по регби Эдгард Татурян и его сын, тренер, Игорь Татурян. Именно они перевели правила из американских учебников, познакомили с ними спортсменов, стали их тренировать, а в середине лета 1989 года создали первую в России команду под названием «Московские медведи». Рождение «первенца» происходило на моих глазах и было совсем не из легких.

 



Последнее изменение этой страницы: 2016-04-21; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.236.170.171 (0.03 с.)