ТОП 10:

Вопрос 41: восстание ихэтуаней.



Переворот 1898 г. знаменовал собой откат в прошлое — ответную реакцию на «европеизацию» Китая. Борьба против «варваров» и «заморских» машин резко расширилась и приняла наиболее острые формы, особенно на севере — в Чжили, Шаньдуне и Маньчжурии. Здесь иностранное проникновение было новым и непривычным явлением, вызывавшим поэтому крайне болезненную реакцию населения. К концу XIX в. в экономике этого региона произошли резкие изменения. В результате импорта фабричных товаров, интенсивного строительства железных дорог, развития морского пароходства, падения объема перевозок по Великому каналу, появления современной почты и телеграфа лишились работы, дополнительного заработка и разорились несколько миллионов человек, в одном только Чжили — более миллиона. Потеряли работу многочисленные труженики традиционных видов транспорта и связи. Это были лодочники, возчики, кули — носильщики и грузчики, погонщики, охранники и гонцы. В итоге на севере Китая в конце 90-х годов назрел крупный социальный взрыв, направленный в первую очередь против «заморских дьяволов». Назревание антииностранного взрыва было ускорено катастрофическим ухудшением уровня жизни крестьянства северных провинций в результате ряда засушливых лет. В 1898 г. к ним добавилось крупное наводнение в долине Хуанхэ, после чего река ежегодно прорывала дамбы. Особенно страдали юго-восток Чжили и зона Великого канала в Шаньдуне. В результате с 1899 г. большинство областей страдало от голода.

Весной 1900 г. север Китая поразила особенно сильная засуха, только в Шэньси голодало 4 млн. человек. Засуха вызвала эпидемию холеры и других инфекционных болезней. Население обвиняло во всем «заморских дьяволов». Люди верили, что, уничтожив иностранцев, можно покончить с голодом. Организаторами антииностранной борьбы в Шаньдуне и Чжили стало несколько тайных обществ, практиковавших даоские физические упражнения (цюань). Они напоминали кулачный бой, что и побудило иностранцев назвать их членов «боксерами». Это же отразилось и в названии главного общества — «Ихэцюань» («Кулак во имя справедливости и мира»). Конгломерат этих тайных обществ чаще всего именовался «Ихэтуань» («Отряды справедливости и мира»). 250 Последнее дало название всему движению, а его участники чаще всего именовались туань («отряды») и цюань («кулаки»). Сами же ихэтуани именовали себя «священными воинами», «справедливыми людьми» и «священными отрядами». Поклоняясь традиционным божествам, святым и духам, они отдавали предпочтение богу войны Гуаньди. Туани верили, что даоская гимнастика, заклинания и амулеты делали их бессмертными и неуязвимыми для «варварских» пуль и снарядов.

Для этого они проходили специальную усиленную подготовку у своих «алтарей» под руководством особых наставников, а затем объединялись в отряды. В их среде процветали мистицизм и черная магия, а также разного рода суеверия. Движение «Ихэтуань» возникло как реакция низов средневекового общества на иностранную экспансию, как крайне консервативное и обскурантистское движение средневекового типа. Его идеологическими знаменами были конфуцианство, феодальный патриотизм и ярая ксенофобия, оно было крайне далеко от сознательного антиимпериализма. Идеология ихэтуаней своими темными сторонами— мистицизмом и суевериями— была близка к взглядам и психологии «партии императрицы». Ксенофобия туаней, отсталость и стихийность крестьянской массы, ее стремление к разрушению и конфуцианская ортодоксальность впоследствии содействовали союзу туаней с наиболее реакционными силами китайской деспотии. Даже в период репрессий местных властей против «смуть-янов» цюани афишировали свои верноподданнические чувства. Их угрозы относились лишь к тем, кто осуществлял нововведения и контакты с Западом. Сама же династия и особенно императрица Цыси оставались вне критики. Наиболее остро ненависть к «заморским дьяволам» проявлялась в Шаньдуне, где с поразительной наглостью стали хозяйничать немцы — военные, чиновники, концессионеры, предприниматели и миссионеры. Движение ихэтуаней началось весной 1898 г. на границе Шаньдуна и Чжили. Той же осенью «священные воины» выступили и на юго-востоке Чжили. Основным их лозунгом был клич «Поддержим Цин, смерть иностранцам!». Туани беспощадно уничтожали все «варварское» — иностранцев, христианские церкви, школы и библиотеки, миссионеров и китайцев-христиан, а также их жилища. Они разрушали железные дороги, телеграф и оборудование, уничтожали любые импортные товары, жгли европейские книги. Движение «Ихэтуань» объединило под своими знаменами самые консервативные силы Китая. Этот взрыв отчаяния маргинальных слоев общества в Северном Китае был ответом на принудительное насаждение извне современных форм жизни.

Туани не выступали сколько-нибудь серьезно ни против чиновников, ни против местных шэньши, ни против помещиков, ни против маньчжурского господства и самой династии Цин. Они боролись за укрепление всего режима в целом, за сохранение конфуцианского «порядка» против его нарушителей — «заморских дьяволов», будучи весьма благонамеренными подданными, а отнюдь не повстанцами. Основная масса бюрократии, придворных и шэньши практически выступала с ихэтуанями заодно, хотя для правительства они были еще какое-то время «смутьянами» и «бандитами». Цыси, маньчжурская верхушка и китайские сановники поначалу враждебно отнеслись к движению «Ихэтуань», увидев в нем, как и в любом массовом вооруженном выступлении, «бунт», направленный против суще-ствующего порядка. Между тем угроза реального раздела Китая заставляла им- 251 ператорский двор внять антииностранным лозунгам туаней и попытаться использовать «священные отряды» для изгнания из Поднебесной наглых пришельцев. Таким образом, в правящем лагере не было единства по этому вопросу. Довольно сильная группировка ярых ксенофобов и крайних реакционеров во главе с князем Дуанем, Цзайланем и Ганъи требовала использовать ихэтуаней против внешнего врага. Против поддержки цюаней и обострения отношений с державами выступала другая группировка сановников. Вдовствующая императрица не могла сочувствовать народному движению, но в то же время наказывала и отстраняла наиболее ретивых генералов-карателей.

В конечном счетеЦыси сохранила «священные отряды» для двойного удара — по «заморским варварам» и по сторонникам модернизации Китая. Ихэтуани считали предателями родины и деятелей «самоусиления» и реформаторов. Присоединение шаньдунских «священных отрядов» к чжилийским увеличило размах движения. Двумя колоннами туани начали поход на север. Первая двинулась вдоль Великого канала на Тяньцзинь, а вторая пошла на Пекин. Итой и другой пришлось вести бои с правительственными войсками. После ряда военных успехов численность «священных воинов» в мае-июне 1900г. возросла до 100 тыс. бойцов. Лидеры туаней не создали единого командования и действовали разобщенно. Среди вожаков выделялись шэньсиец Ли Лайчжун, бывший лодочник ЧжанДэчэн и люмпен ЦаоФутянь. Среди их вождей было много бедняков и пауперов, а особым женским отрядом командовала проститутка Хуан Лянь. В конце мая 1900 г. «справедливые люди» начали разбирать рельсы, сжигать железнодорожные станции, валить телеграфные столбы и уничтожать всевозможное «заморское» оборудование. Ихэтуани разрушали все здания европейского типа и даже уничтожали трофейное оружие западного образца. Туани громили отечественные торговые и финансовые предприятия и учреждения с такой же яростью, как и собственность иностранного капитала. Новые успехи движения встревожили западные державы. С весны 1900 г. их представители в Пекине требовали от правительства скорейших мер по подавлению восстания «боксеров». В начале июня державы сосредоточили на рейде вДагу более 20 военных кораблей и усилили охрану посольского квартала в Пекине, а также иностранных сеттльментов в Тяньцзине. В Тангу высадился крупный десант из воинских частей Англии, Германии, России и Франции. К ним присоединились отряды США, Италии, Японии и Австро-Венгрии. Во главе этих объединенных сил общей численностью более 2 тыс. человек был поставлен английский вице-адмирал Э.Сеймур. Он должен был пробиться в Пекин и взять под охрану посольский квартал. В трех захваченных китайских железнодорожных составах 10 июня экспедиция двинулась из Тяньцзиня к столице. Однако на полпути она была остановлена ихэтуанями. Начались бои на станциях Лофа и Лянфан.

Веря в свою неуязвимость и бессмертие, цюани бесстрашно бросались в атаки, массами гибли под огнем пулеметов, орудий и винтовок, но вновь и вновь кидались в схватку. Кроме того, они разобрали железную дорогу в тылу войск Сеймура. Экспедиция попала в ловушку. Отступая вдоль Великого канала, отбиваясь от наседавших «священных отрядов» и прави-тельственных войск, она с большим трудом в конце июня вернулась в Тяньцзинь. 252 Скопление иностранных эскадр с десантом у Дагу побудило Цыси сделать выбор. В ее окружении верх одержала группировка князя Дуаня и Ганъи. На секретном совещании в начале июня было решено прекратить карательные операции против ихэтуаней. Для установления союза с ними в район их наибольшего сосредоточения в Чжочжоу направлялась специальная миссия во главе с Ганъи. В Пекин срочно была введена известная своей ксенофобией армия ДунФусяна. Несколько десятков тысяч ихэтуаней во главе с Ли Лайчжуном двинулись к Пекину, где их уже ждали. Маньчжурские князья открыли им крепостные ворота, и с 11 июня «священные отряды» начали постепенно вступать в столицу. От поджогов церквей, построек миссионеров и домов христиан туани перешли к пого-ловному уничтожению всех христиан, а также лиц, хоть как-то связанных с иностранцами, в том числе имевших «заморские» товары, бытовые изделия или одежду. Затем пришельцы приступили к грабежу и поджогам богатых лавок, зданий фирм и жилых домов. Три дня горел разграбленный ими богатейший торговый район Пекина, где сгорело более 4 тыс. зданий. Убийства и грабежи начались даже в Запретном городе. Войска ДунФусяна и шэтуани приступили к осаде посольского квартала. Так начались «56 дней пекинского сидения» иностранцев. Еще раньше началась 63-дневная осада католического храма на Сишику, где укрылись многие европейцы и около 3 тыс. китайцев-христиан.

Правительственные войска в Пекине не только не мешали «справедливым людям» убивать, грабить и устраивать пожары, но и сами карали «заморских дьяволов». Именно от их рук погибли японский дипломат Сугияма Хин и германский посланник К.Кеттелер. Большинство солдат армии ДунФусяна вступило в общество «Ихэтуань». Наместник Чжили заключил союз с цюанями, и в середине июня они вошли в Тяньцзинь и блокировали территорию иностранных концессий. В самом городе и вокруг него сконцентрировалось до 30 тыс. повстанцев во главе с ЧжанДэчэном, ЦаоФутянем и другими вожаками. Неудача экспедиции Сеймура побудила державы приступить к подготовке большого похода в Китай, а для этого им нужен был надежный плацдарм в устье Байхэ. Дабы обрести его, командующие иностранных эскадр потребовали сдать им форты Дагу. 17 июня, после семичасового артобстрела и ожесточенного штурма, иностранные десанты овладели укреплениями Дагу. 21 июня Цыси официально объявила войну державам и пошла на открытый союз с обществом «Ихэтуань». Последнее получило легальный статус и императорское поощрение. Пинские войска в войне с «варварами» должны были взаимодействовать с отрядами «братьев-ихэтуаней», которых правительство попыталось поставить под свой контроль. Большой остроты движение достигло в ряде городов Маньчжурии и в полосе строительства южной линии КВЖД в Фэнтяни, откуда изгонялись русские строители и охранные отряды. Собрав 18 тыс. солдат и сильную артиллерию, губернатор Хэйлунцзяна Шоу Шань организовал 19-дневный обстрел Благовещенска и русских пароходов на Амуре, а также осаду русского сеттльмента в Харбине.

После артобстрела сеттльмента и ряда атак цинские войска готовились к его решительному штурму, но он был остановлен подошедшими русскими войсками. Локальные очаги движения образовались во многих провинциях собственно Китая. Однако в Восточном и Южном Китае бюрократия решительно отмежевалась от этого движения и убеждала правительство разгромить ихэтуаней. В своих наместничествах и провинциях здешние сановники сделали все, чтобы не допустить его опасного развития. Наместники Хугуана, Лянцзяна и Лянгуана боялись «смуты» в своих регионах. Они сделали максимум возможного для ограждения иностранцев и христиан от антииностранных выступлений. В этих вопросах наместники взаимодействовали с представителями держав, а в конце июня совместно с их консулами выработали сепаратное соглашение — «Правила совместной обороны Юго-Восточных провинций». Этим документом наместники гарантировали мир и порядок в долине Янцзы и южнее ее, а консулы — в сеттльменте Шанхая. После падения Дагу сюда стали прибывать свежие подкрепления из Германии, России, Англии, США и Японии. В середине июля союзники начали бои за овладение Тяньцзинем. Огонь иностранных орудий, пулеметов и винтовок косил ряды цюаней, шедших впереди правительственных войск, а те стреляли им в спину, если атака захлебывалась. 13 июля последовал генеральный штурм. Цинские войска и туани потерпели поражение и оставили город. На следующий день победители вступили в Тяньцзинь. ЦаоФутянь попал в их руки и был распят, а вскоре окрестные помещики расправились с ЧжанДэчэном. Свою победу интервенты ознаменовали массовыми расстрелами мирных жителей, которых они принимали за ихэтуаней. Войска союзников скапливались в Тяньцзине и готовились к походу на Пекин.

Вих числе находились 10 тыс. японцев, 4 тыс. русских, 3 тыс. индусов-сипаев под командой англичан и 2,5 тыс. американцев. Остальные страны были представлены небольшими или символическими подразделениями. Всего карательная армия насчитывала 21 тыс. человек. Главнокомандующим был назначен немецкий фельдмаршал А.Вальдерзее. Еще до его прибытия в Китай союзная армия восьми государств 4 августа 1900 г. двинулась вдоль Великого канала к столице империи.В походе участвовало 15 тыс. иностранных солдат и офицеров. Между Тяньцзинем и Пекином им противостояли не менее 50 тыс. цинских солдат, не имевших поддержки со стороны ихэтуаней, так как их тяньцзиньская группировка распалась, а пекинские отряды остались оборонять столицу. После поражений цинских войск у Бэйцана, Янцуня и Хэсиу в Пекине началась паника. 14 августа через пролом во взорванной городской стене японские и русские части ворвались в Пекин, подавляя отчаянное сопротивление цинских войск и последних отрядов туаней. На рассвете следующего дня Цыси, император Цзай-тянь, маньчжурские князья и высшие сановники тайком бежали из Пекина, когда в столице еще продолжались последние уличные бои. После этого Пекин капитулировал. Цинские войска прекратили боевые действия. Только лишь части ДунФусяна, отступая к Шэньси, продолжали оказывать сопротивление союзным войскам. Одновременно с походом на Пекин началось наступление в Маньчжурии.

В начале августа русские войска форсировали Амур. Здесь они устроили кровавую бойню, известную как «благовещенская резня». Вслед за тем последовало продвижение русских войск на юг. В конце августа пал Цицикар, в конце сентября капитулировал Гирин, а в начале октября наступавшие вошли в Мукден. Навстречу им двигались подкрепления из Порт-Артура. В течение двух месяцев вся Маньчжурия была оккупирована, и началось восстановление разрушенных участков железных дорог. 253 254 Цыси обосновалась в Сиане. В начале сентября императорским указом ихэ-туани были объявлены виновниками всех бед и подлежали беспощадному искоренению. Войдя в Пекин, интервенты устроили здесь массовые грабежи. Громили все — храмы, библиотеки, магазины и частные жилища. Императорские и княжеские дворцы были дочиста разграблены. Из столицы в Тяньцзинь шли целые железнодорожные составы, груженные награбленным добром, в том числе драгоценностями, произведениями искусства и антиквариатом.Победители казнили всех, кого считали скрытыми ихэтуанями. Особенно зверствовали японская военщина и германские части. Издевательства над населением и насилование китаянок были обычным явлением. После падения Пекина часть ихэтуаньских отрядов еще продолжали борьбу в Чжили, Шаньси и Маньчжурии. Против них действовали как цинские войска, так и союзные части. В сентябре в Китай с 22-тысячным германским корпусом прибыл Вальдерзее и с небывалым рвением развернул карательные акции. Подозреваемых в причастности к туаням казнили, их дома и целые деревни сжигались. Россия стремилась поскорее вывести свои войска из Чжили. Все свое внимание Петербург сосредоточил на укреплении позиций в Маньчжурии, для чего велись сепаратные переговоры с Ли Хунчжаном.

В конце октября 1900 г. в Пекине начались переговоры между уполномоченными держав и Китая. Пекинская конференция продолжалась почти год и в конце концов выработала свой «Заключительный протокол». Согласно ему, Китай должен был выплатить в качестве контрибуции 450 млн. лянов с рассрочкой на 39 лет плюс 4% годовых, т.е. в итоге около 1 млрд. лянов. Форты Дагу и все укрепления между Тяньцзинем и Пекином подлежали уничтожению. Войска держав могли занимать 12 пунктов по железной дороге Пекин-Тяньцзинь «для поддержания свободного сообщения между столицей и морем». В Пекине создавался укрепленный посольский квартал — своего рода «государство в государстве».Каждое посольство могло иметь здесь свою вооруженную охрану с пулеметами и орудиями. Цинское правительство обязывалось наказывать своих подданных смертной казнью за антииностранные выступления. Китай обязался убрать последние формальные препятствия для освоения своего внутреннего рынка иностранным капиталом. 7 сентября 1901 г. Ли Хунчжан и князь Цин подписали «Заключительный протокол». Ихэтуаньская («боксерская») контрибуция, выплата которой растянулась вплоть до Второй мировой войны, вчетверо превышала контрибуцию Японии по Симоно-секскому договору. Ихэтуани вызвали к жизни нечто вроде «единого фронта» держав против Китая. До 1899 г. единства среди них не наблюдалось, и Пекин тогда еще мог играть на противоречиях между ними. В итоге движение «Ихэтуань» не только не покончило с колониальным закабалением Китая, а наоборот, невольно ускорило этот процесс. Раздел Китая на «зоны монопольных интересов» полностью сохранился. Более того, провинция Чжили фактически превратилась всвоего рода «коллективную сферу влияния» держав с правом последних иметь там свои войска и вводить новые. Речь теперь шла не о разделе, а о переделе «зон монопольных интересов». Движение ихэтуаней усугубило и политическое и экономическое закабаление Китая, привело к серьезному ухудшению его статуса, существенно ослабило способности страны сопротивляться усилившейся экспансии Запада.







Последнее изменение этой страницы: 2017-02-07; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 34.204.191.31 (0.006 с.)