ТОП 10:

The child said nothing, only dipped into the box of sweets, which Lou had brought.



"Come talk," said Henry.

 

Elizabeth laughed (Элизабет засмеялась; to laugh — смеяться). "If she does talk (если она действительно заговорит) you'll be sorry (вы пожалеете; to be sorry — переживать, сожалеть) you ever asked (что вообще попросили ее; to ask — просить, спрашивать). She's got a tongue in her head (она остра на язычок: «она имеет язык в ее голове»), that one (та /девчонка/). You should hear (вы бы слышали: «вам следует послушать») her cheeking up to the teachers (как она дерзит учителям; to cheek — вести себя нагло, говорить дерзости)." Elizabeth's bones jerked with laughter (кости Элизабет сотрясались от смеха; to jerk — резко дергать, двигаться резкими толчками) among her loose clothes (в ее просторной одежде; loose — неприлегающий, широкий). There was a lopsided double bed in the corner (кривобокая двухместная кровать стояла в углу), and beside it (и рядом с ней) a table cluttered with mugs (стол, заваленный кружками), tins (консервными банками), a comb (расческой) and brush (щеткой для волос), a number of hair curlers (неким количеством: «числом» бигуди), a framed photograph of the Sacred Heart (изображением в рамке Пресвятого Сердца Иисусова; a frame — рамка; Пресвятое Сердце — имя данное католиками физическому Сердцу Иисуса как символу Божественной Любви, изображается с ранами, увенчанное терновым венцом), and also Raymond noticed (и также Раймонд заметил) what he thought erroneously to be a box of contraceptives (коробочку, которую он ошибочно принял за упаковку контрацептивов: «что он думал ошибочно было коробочкой контрацептивов»). He decided to say nothing to Lou about this (он решил ничего не говорить Лу об этом); he was quite sure (он был совершенно уверен) she must have observed other things (что она увидела /много/ другого: «других вещей») which he had not (которого он не /заметил/); possibly things of a more distressing nature (возможно, вещей еще более огорчительных: «огорчительных по сути/природе»; to distress — причинять горе, страдания).

 

tongue [tAN] cheek [Ci:k] lopsided ["lOp'saIdId] erroneous [I'rqVnIqs]

 

Elizabeth laughed. "If she does talk you'll be sorry you ever asked. She's got a tongue in her head, that one. You should hear her cheeking up to the teachers." Elizabeth's bones jerked with laughter among her loose clothes. There was a lopsided double bed in the corner, and beside it a table cluttered with mugs, tins, a comb and brush, a number of hair curlers, a framed photograph of the Sacred Heart, and also Raymond noticed what he thought erroneously to be a box of contraceptives. He decided to say nothing to Lou about this; he was quite sure she must have observed other things which he had not; possibly things of a more distressing nature.

 

Lou's chatter on the way back to the hotel (болтовня Лу по пути назад в гостиницу) had a touch of hysteria (имела оттенок истерии; touch — прикосновение; оттенок). "Raymond, dear (Раймонд, дорогой)," she said in her most chirpy West End voice (своим сверх-жизнерадостным голосом богатой дамы: «очень веселым голосом из Уэст Энда»; West End — западная фешенебельная часть Лондона), "I simply had (я просто обязана)to give the poor dear (отдать бедняжке; poor — бедный, неимущий) all my next week's housekeeping money (все мои хозяйственные деньги на следующую неделю; to housekeep — вести домашнее хозяйство). We shall have to starve (нам придется голодать), darling (дорогой), when we get home (когда мы вернемся домой). That's simply what we shall have to do (именно это мы должны будем сделать: «это просто то, что мы должны сделать»)."

"O.K. (хорошо)," said Raymond.

"I ask you (я спрашиваю тебя)," Lou shrieked (кричала Лу), "what else could I do (что еще я могла сделать), what could I do (что я могла сделать)?"

''Nothing at all (ничего больше)," said Raymond, "but what you've done (чем то, что ты уже сделала)."

"My own sister, my dear (моя собственная сестра, дорогой мой)," said Lou; "and did you see the way she had her hair bleached (ты видел, как она обесцветила свои волосы; to bleach — белить, обесцвечивать)? — All streaky (все испорчены; streaky — с полосками, прожилками) and she used to have a lovely head of hair (а ведь у нее была когда-то прекрасная копна /голова/ волос)."

"I wonder if she tries to raise herself (интересно, собирается ли она что-нибудь предпринять; to wonder — интересоваться, желать знать, изумляться; to raise — подняться, выбиться в люди)?'' said Raymond. "With all those children (со всеми ее: «теми» детьми) she could surely get better accommodation (она точно могла бы найти лучшее место для проживания; accommodation — приют, пристанище, проживание) if only she (если бы она только) —"

 

hysteria [hI'stI(q)rIq] chirpy ['Cq:pI] shriek [Sri:k] bleached [bli:Ct]

 

Lou's chatter on the way back to the hotel had a touch of hysteria. "Raymond, dear," she said in her most chirpy West End voice, "I simply had to give the poor dear all my next week's housekeeping money. We shall have to starve, darling, when we get home. That's simply what we shall have to do."

"O K.," said Raymond.

"I ask you," Lou shrieked, "what else could I do, what could I do?"

''Nothing at all" said Raymond, "but what you've done."

"My own sister, my dear," said Lou; "and did you see the way she had her hair bleached? — All streaky and she used to have a lovely head of hair."

"I wonder if she tries to raise herself?'' said Raymond "With all those children she could surely get better accommodation if only she —

 

"That sort (/люди/ такого сорта)," said Henry, leaning forward from the back of the car (наклонившись вперед с заднего сидения машины), "never moves (никогда не действуют: «двигаются»). It's the slum mentality, man (это менталитет/умонастроение/ трущоб, приятель). Take some folks I've seen back home (возьми /для примера/ некоторых людей, которых, я видел у себя дома —

"There's no comparison (здесь не /может быть речи о/ сравнении; to compare — сравнивать).'' Lou snapped suddenly (огрызнулась внезапно Лу), "this is quite a different case (здесь: «это» совершенно другой случай).''

Raymond glanced at her in surprise (Раймонд взглянул на нее с удивлением; surprise — изумление, неожиданность, сюрприз): Henry sat back (Генри откинулся: «сел» назад), offended (обиженный). Lou was thinking wildly (Лу думала в бешенстве: «дико»), what a cheek (какая наглость) him talking like a snob (что он разговаривает, как сноб). At least Elizabeth's white (по крайней мере, Элизабет белая).

 

slum [slAm] mentality [men'txlItI] comparison [kqm'pxrIs(q)n]

 

"That sort," said Henry, leaning forward from the back of the car, "never moves. It's the slum mentality, man. Take some folks I've seen back home —

"There's no comparison.'' Lou snapped suddenly, "this is quite a different case."

Raymond glanced at her in surprise: Henry sat back, offended. Lou was thinking wildly, what a cheek him talking like a snob. At least Elizabeth's white.

 

Their prayers for the return of faith to Henry Pierce (их молитвы за возвращение веры к Генри Пирсу) were so far answered in that (были пока вознаграждены: «получили ответ» тем, что) he took a tubercular turn (сначала он заболел туберкулезом: «дела приняли туберкулезный оборот») which was followed by a religious one (после чего он вернулся к религии: «за которым последовал религиозный»; to take a turn — принять оборот, измениться, повернуться). He was sent off to a sanatorium in Wales (он был отправлен в санаторий в Уэльсе) with a promise from Lou and Raymond (с обещанием от Лу и Раймонда) to visit him before Christmas (навестить его до Рождества). Meantime (тем временем), they applied themselves to Our Lady (они обратились с просьбой к Пресвятой Деве Марии; to apply — обращаться с просьбой, просить) for the restoration of Henry's health (о восстановлении здоровья Генри).

Oxford St. John (Оксфорд Сент.-Джон), whose love affair with the red-haired girl (чья любовная интрижка с рыжеволосой девушкой) had come to grief (плохо закончилась; grief — горе, печаль, огорчение), now frequented their flat (теперь часто посещал их квартиру), but he could never quite replace Henry (но он так и не смог: «никогда не мог» полностью заменить Генри) in their affections (в их привязанностях). Oxford was older and less refined than Henry (Оксфорд был старше Генри, и менее утонченный; refined — изысканный, благородный). He would stand (он бывало стоял) in front of the glass in their kitchen (перед зеркалом: «стеклом» на их кухне) and tell himself (и говорил сам себе): "Man, you just a big black bugger (приятель, да ты просто большой черный шельмец: «мерзавец»)." He kept referring to himself as black (он продолжал называть себя черным; to refer to — называть, отсылать, давать ссылку), which of course he was (каковым он, конечно, и был), Lou thought (думала Лу), but it was not the thing to say (но об этом не стоило говорить: «но это не была вещь, о которой говорить»). He stood in the doorway (он стоял в дверях: «дверном проеме») with his arms and smile thrown wide (с широко раскинутыми руками и широкой улыбкой /на лице/: «с его руками и улыбкой раскинутыми широко»): "I am black but comely (я черный, но симпатичный; comely — миловидный, хорошенький). O ye daughters of Jerusalem (о вы, дочери Иерусалимские)". And once, when Raymond was out (и однажды, когда Раймонда не было дома; to be out — отсутствовать, не быть дома, на месте), Oxford brought the conversation round to that question (Оксфорд подвел тему разговора к вопросу о том; to bring — приносить, приводить) of being black all over (/он/ был черен везде: «повсюду»), which made Lou very uncomfortable (что заставило Лу почувствовать себя очень неуютно; (un)comfortable — (не)удобный, (не)комфортабельный) and she kept looking at the clock (и она постоянно смотрела на часы) and dropped stitches in her knitting (и пропускала петли в своем вязании; to drop — капать, ронять).

 

tubercular [tju:'bq:kjVlq] grief [gri:f] bugger ['bAgq] knitting ['nItIN]

 

Their prayers for the return of faith to Henry Pierce were so far answered in that he took a tubercular turn, which was followed by a religious one. He was sent off to a sanatorium in Wales with a promise from Lou and Raymond to visit him before Christmas. Meantime, they applied themselves to Our Lady for the restoration of Henry's health.

Oxford St. John, whose love affair with the red-haired girl had come to grief, now frequented their flat, but he could never quite replace Henry in their affections. Oxford was older and less refined than Henry. He would stand in front of the glass in their kitchen and tell himself. "Man, you just a big black bugger." He kept referring to himself as black, which of course he was, Lou thought, but it was not the thing to say. He stood in the doorway with his arms and smile thrown wide: "I am black but comely. O ye daughters of Jerusalem." And once, when Raymond was out, Oxford brought the conversation round to that question of being black all over, which made Lou very uncomfortable and she kept looking at the clock and dropped stitches in her knitting.

 

Three times a week (три раза в неделю) when she went to the black Our Lady (когда она шла к черной /статуи/ Пресвятой Девы) with her rosary to ask for the health of Henry Pierce (со своими четками, чтобы помолиться: «попросить» о здоровье Генри Пирса), she asked also that Oxford St. John (она просила также, чтобы Оксфорд Сент-Джон) would get another job (получил бы другую работу) in another town (в другом городе), for she did not like to make objections (так как ей не хотелось выдвигать обвинения; objection — возражение, нелюбовь, неприязнь), telling her feelings to Raymond (говорить о своих чувствах Раймонду); there were no objections to make (/кроме того/, не было возражений) that you could put your finger on (которые были бы доказуемы/реальны: «которые могут быть обнаружены»; to put one's finger on — раскрывать, распознавать). She could not very well complain (она не могла просто пожаловаться на то) that Oxford was common (что Оксфорд был простоват; common — общий, обыкновенный, грубый); Raymond despised snobbery (Раймонд презирал снобизм), and so did she (да и она тоже), it was a very delicate question (это был очень щекотливый: «деликатный» вопрос). She was amazed when (она была удивлена, когда), within three weeks (через три недели), Oxford announced (Оксфорд объявил) that he was thinking (что он подумывает) of looking for a job in Manchester (поискать работу в Манчестере; to look for — искать, подыскивать, присматривать).

Lou said to Raymond (Лу сказала Раймонду), ''Do you know (ты знаешь), there's something in what they say (есть что-то в том, что /они/ говорят) about the bog-oak statue in the church (о статуе из мореного дуба в церкви)."

"There may be (да, может быть)," said Raymond. "People say so (люди говорят, /что это/ так)."

Lou could not tell him (Лу не могла сказать ему) how she had petitioned (как она молила о; to petition — подавать прошение, ходатайствовать, просить) the removal of Oxford St. John (переезде Оксфорда Сент-Джона; removal — перемещение, переезд; устранение). But when she got a letter from Henry Pierce (но когда она получила письмо от Генри Пирса) to say he was improving (/в котором/ говорил, что поправляется; to improve — улучшать, совершенствовать), she told Raymond (она сказала Раймонду): "You see (/ты/ видишь), we asked for Henry to get back the Faith (мы просили, чтобы Генри вернулся к Вере; to get back — вернуться), and so he did (и он вернулся: «сделал это»). Now we ask for his recovery (сейчас мы просим о его выздоровлении; recovery — исцеление) and he's improving (и его состояние: «он» улучшается)."

 

rosary ['rqVz(q)rI] snobbery ['snOb(q)rI] announce [q'naVns]

petition [pI'tIS(q)n]

 

Three times a week when she went to the black Our Lady with her rosary to ask for the health of Henry Pierce, she asked also that Oxford St. John would get another job in another town, for she did not like to make objections, telling her feelings to Raymond; there were no objections to make that you could put your finger on. She could not very well complain that Oxford was common; Raymond despised snobbery, and so did she, it was a very delicate question. She was amazed when, within three weeks, Oxford announced that he was thinking of looking for a job in Manchester.

Lou said to Raymond, ''Do you know, there's something in what they say about the bog-oak statue in the church."

"There may be," said Raymond. "People say so."

Lou could not tell him how she had petitioned the removal of Oxford St. John But when she got a letter from Henry Pierce to say he was improving, she told Raymond. ;'You see, we asked for Henry to get back the Faith, and so he did. Now we ask for his recovery and he's improving."

 

"He's having good treatment (он получает хорошее лечение; treatment — обращение; лечение, уход) at the sanatorium (в санатории)," Raymond said. But he added (но он добавил), "Of course (конечно) we'll have to keep up the prayers (мы должны будем продолжать молитвы; prayer — молитва, просьба, мольба)." He himself (он сам), though not a rosary man (хотя и не читал усердно молитвы: «не был человеком с четками»), knelt before the Black Madonna (преклонял колени перед Черной Мадонной; to kneel — становиться на колени, knee — колено) every Saturday evening after Benediction (каждым субботним вечером, после благословения) to pray for Henry Pierce (чтобы помолиться за Генри Пирса).

Whenever they saw Oxford (каждый раз, когда они видели Оксфорда) he was talking of leaving Whitney Clay (он говорил о том, что /собирается/ покинуть Уитни Клэй; to leave — оставлять, уезжать). Raymond said: "He's making a big mistake (он делает большую ошибку; mistake — ошибка, заблуждение) going to Manchester (что собирается в Манчестер). A big place can be very lonely (большой город: «место» может быть очень одиноким; lonely — одинокий, унылый). I hope he'll change his mind (я надеюсь, что он передумает; to change — менять, переделывать; mind — ум, рассудок)."

"He won't (он не /передумает/)," said Lou, so impressed was she now (так поражена была она теперь; to be impressed — быть под впечатлением, быть потрясенным) by the powers of the Black Madonna (божественной силой Черной Мадонны; power — сила, мощь, энергия). She was good and tired of Oxford St. John (она основательно устала от Оксфорда Сент-Джона; good — хороший, приятный; изрядный, основательный; tired — утомленный, усталый) with his feet up on her cushions (с его /привычкой задирать/ свои ноги на ее подушки), and calling himself a nigger (и называть себя ниггером).

"We'll miss him (мы будем скучать по нему)," said Raymond, "he’s such a cheery big soul (он такой большой и веселый человек; soul — душа, сущность)."

 

sanatorium ["sxnq'tO:rIqm] benediction ["benI'dIkS(q)n] cushion ['kVS(q)n]

 

"He's having good treatment at the sanatorium," Raymond said. But he added, "Of course we'll have to keep up the prayers." He himself, though not a rosary man, knelt before the Black Madonna every Saturday evening after Benediction to pray for Henry Pierce.

Whenever they saw Oxford he was talking of leaving Whitney Clay. Raymond said. "He's making a big mistake going to Manchester. A big place can be very lonely. I hope he'll change his mind."

"He won't," said Lou, so impressed was she now by the powers of the Black Madonna. She was good and tired of Oxford St. John with his feet up on her cushions, and calling himself a nigger.

"We'll miss him," said Raymond, "he’s such a cheery big soul."

 

"We will (мы будем /скучать/)," said Lou. She was reading the parish magazine (она читала приходской журнал; parish — церковный приход), which she seldom did (что она редко делала), although she was one of the voluntary workers (хотя она была одной из добровольных сотрудников: «работников») who sent them out (которые рассылали их /журналы/), addressing hundreds of wrappers every month (подписывая: «указывая адрес на» сотни бандеролей: «упаковок» каждый месяц). She had vaguely noticed (она мельком: «неясно» заметила), in previous numbers (в предыдущих номерах), various references to the Black Madonna (различные упоминания: «ссылки, указания» о Черной Мадонне), how she had granted this or that favour (как она даровала ту или иную милость; to grant — жаловать, дарить). Lou had heard (Лу знала: «слышала») that people sometimes came from neighbouring parishes (что люди иногда приезжали из близлежащих: «соседних» приходов) to pray at the Church of the Sacred Heart (чтобы помолиться в Церкви Священного Сердца) because of the statue (/специально/ из-за статуи). Some said (некоторые говорили) they came from all over England (что они приезжали со всей Англии), but whether this was to admire the art-work (но приезжали ли они: «было ли это», чтобы восхититься произведением искусства) or to pray (или чтобы помолиться), Lou was not sure (Лу не была уверена). She gave her attention (она уделила внимание = внимательно читала) to the article in the parish magazine (статье в приходском журнале):

 

parish ['pxrIS] wrapper ['rxpq] vaguely ['veIglI]

 

"We will," said Lou. She was reading the parish magazine, which she seldom did, although she was one of the voluntary workers who sent them out, addressing hundreds of wrappers every month. She had vaguely noticed, in previous numbers, various references to the Black Madonna, how she had granted this or that favour. Lou had heard that people sometimes came from neighbouring parishes to pray at the Church of the Sacred Heart because of the statue. Some said they came from all over England, but whether this was to admire the art-work or to pray, Lou was not sure. She gave her attention to the article in the parish magazine:

 

While not wishing (пока, не желая) to make excessive claims (делать чрезмерные утверждения) ... many prayers answered (многие молитвы услышаны: «отвечены») and requests granted (и просьбы выполнены: «одарены») to the Faithful (верующих) in an exceptional way (исключительным образом) ... two remarkable cures effected (два замечательных случая исцеления осуществлены; cure — лекарство, лечение, излечение), but medical evidence is, of course, still in reserve (но медицинское подтверждение, конечно, все еще необходимо подождать: «в запасе»), a certain lapse of time being necessary(определенный промежуток времени необходим) to ascertain permanency of cure (чтобы убедиться в окончательности излечения; permanency — постоянство, неизменность). The first of these cases was a child of twelve (первым из этих случаев был ребенок двенадцати лет) suffering from leukaemia (страдающий лейкемией)... The second (второй) ... While not desiring to create a cultus (пока не желая создать религиозный культ) where none is due (пока: «где» не все еще /получило/ должное подтверждение) we must remember (мы должны помнить) it is always our duty (что это всегда наша обязанность) to honour Our Blessed Lady (почитать Богородицу: «Нашу Благословенную Госпожу»; to bless — благославлять), the dispenser of all graces (подательницу всех милостей), to whom we owe (которой мы обязаны) ...

Another aspect of the information (другой аспект в информации) received by the Father Rector (полученной приходским священником) concerning our "Black Madonna" (и имеющей отношение к нашей «Черной Мадонне») is one pertaining to childless couples (это аспект, относящийся к бездетным парам) of which three cases (из которых три случая) have come to his notice (попали в его поле зрения; to come to notice — привлечь внимание). In each case (в каждом случае) the couple claim (пара утверждала, что) to have offered constant devotion to the "Black Madonna" (возносили молитвы с особым рвением к «Черной Мадонне»; to offer —предлагать, выражать; devotion — набожность), and in two of the cases (и в двух случаях) specific requests were made (особые просьбы были сделаны; request — просьба, заявка) for the favour of a child (о даровании ребенка; favour — благосклонность, одолжение, милость). In all cases (во всех случаях) the prayers were answered (молитвы были услышаны: «отвечены»). The proud parents (гордые родители) ... It should be the loving duty (это должно стать преданной обязанностью) of every parishioner (каждого прихожанина) to make a special thanksgiving (произнесение: «делание» специальной благодарственной молитвы; thanksgiving — благодарение, благодарственный молебен) ... The Father Rector will be grateful (Приходской священник будет благодарен) for any further information (за любую дополнительную информацию) ...

excessive [Ik'sesIv] ascertain ["xsq'teIn] permanency ['pq:mqnqnsI]

cultus ['kAltqs] pertaining [pq'teInIN]

 

While not wishing to make excessive claims ... many prayers answered and requests granted to the Faithful in an exceptional way ... two remarkable cures effected, but medical evidence is, of course, still in reserve, a certain lapse of time being necessary to ascertain permanency of cure. The first of these cases was a child of twelve suffering from leukaemia... The second... While not desiring to create a cultus where none is due, we must remember it is always our duty to honour Our Blessed Lady, the dispenser of all graces, to whom we owe ...

Another aspect of the information received by the Father Rector concerning our "Black Madonna" is one pertaining to childless couples of which three cases have come to his notice. In each case the couple claim to have offered constant devotion to the "Black Madonna," and in two of the cases specific requests were made for the favour of a child. In all cases the prayers were answered. The proud parents ... It should be the loving duty of every parishioner to make a special thanksgiving ... The Father Rector will be grateful for any further information ...

 

"Look, Raymond (смотри, Раймонд)," said Lou. "Read this (прочитай это)."

They decided (они решили) to put in for a baby to the Black Madonna (обратиться за ребенком к Черной Мадонне; to put in for smth. — ходатайствовать, подавать заявку на что-либо).

The following Saturday (в следующую субботу), when they drove to the church for Benediction (когда они ехали в церковь на благословение; to drive — водить машину, ехать), Lou jangled her rosary (Лу бренчала своими: «ее» четками). Raymond pulled up outside the church (Раймонд остановился у церкви). "Look here, Lou (послушай, Лу)," he said, "do you want a baby in any case (ты хочешь ребенка при любых обстоятельствах: «в любом случае»)?" for he partly thought (так как он отчасти: «частично» думал, что) she was only putting the Black Madonna to the test (она только /хотела/ испытать /силу/ Черной Мадонны: «она только подвергала Черную Мадонну испытанию»; test — испытание, проверка) "Do you want a child (ты /действительно/ хочешь ребенка), after all these years (после всех этих лет)?"

This was a new thought to Lou (это была новая для Лу мысль). She considered her neat flat (она задумалась о своей аккуратной квартирке) and tidy routine (регулярной уборке; to tidy — прибирать, наводить порядок), the entertaining with her good coffee cups (приемы гостей и кофе из дорогих чашечек: «приемы гостей с ее хорошими кофейными чашками»; to entertain — принимать гостей, развлекать), the weekly papers (еженедельные газеты; paper — бумага, документ, газета) and the library books (и книги из библиотеки), the tastes which they would not have been able to cultivate (привычки, которые они не могли бы развивать) had they had a family of children (если бы имели /семейство/ детей). She thought of (она подумала о) her nice young looks (ее приятной моложавой внешности; looks — наружность, внешний вид) which everyone envied (которой все: «каждый» завидовали; to envy — завидовать), and her freedom of movement (и ее свободе передвижения).

 

jangle ['GxNg(q)l] routine [ru:'ti:n] entertaining ["entq'teInIN] envy ['envI]

 

"Look, Raymond," said Lou. "Read this."







Последнее изменение этой страницы: 2016-08-26; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.81.28.94 (0.017 с.)