ТОП 10:

Северо-Западная Пограничная провинция и Пенджаб



Пропаганда среди индийских войск с помощью листовок и бесед. Огромное количество дезертиров. Взорвано: 1 железнодорожный мост, 1 водопровод, 2 автомобильных моста. Подожжено: 24 полицейских грузовика, 1 здание суда, 1 почтамп, 1 склад продовольствия, 1 арсенал, 2 деревообрабатывающих предприятия, 1 зернохранилище.

Синд

Кампания «Работай медленно». Два месяца из-за многочисленных разрушений была парализована стратегически важная железнодорожная линия Карачи – Кветта (в связи с одновременным разрушением шоссе в результате взрыва плотины на Инде снабжение Кветты осуществляется только с помощью самолетов). Железная дорога Ларкана – Дадапур еще не функционирует, постоянные диверсии с применением бомб, особенно в Карачи, где сработала бомба с часовым механизмом в полицейском участке и взорвана одна текстильная фабрика.

Дели

Сильно повреждены бомбам и взрывами: главный железнодорожный вокзал, 5 полицейских участков, секретариат центрального правительства, казарма американских войск (убитые!).

Объединенные провинции

С начала широкого массового движения только полицейских убито 1331, многочисленные разрушения правительственных зданий и учреждений. Через некоторое время диверсионная деятельность принесла следующие успехи: повреждено 6 железнодорожных путей, подожжено 14 железнодорожных вокзалов, диверсии на линиях телефонной связи; подожжены или взорваны: арсенал в Канпуре, сахарный завод, обувная фабрика (оборонное предприятие!), сахарный завод в Гарахпуре, деревообрабатывающее предприятие в Шахджаханпуре. Небольшие стычки с полицией и войсками с применением огнестрельного оружия.

Бихар и Орисса

Самое сильное массовое движение во всей Индии. Часть округов в течение недели, некоторые целый месяц, после отстранения правительственного аппарата от власти были под национальным индийским правлением. С середины сентября начался организованный саботаж. 50% промышленности не работает из-за забастовок, закрытия предприятий с выплатой зарплаты рабочим и саботажа. Пропаганда в армии с помощью листовок и через агитаторов. Успехи саботажа: разрушено 10 железнодорожных путей (железная дорога между Калькуттой и Дели в декабре еще не действовала). Разрушение путей в индийском Руре[3] вызвало нехватку угля в Калькутте. Нарушена телефонная связь. Повсеместно разрушения на улицах и уличные баррикады. Поджоги и повреждения: колледж в Патне, сахарный завод, железнодорожное предприятие (оборонное производство!) в Джамалпуре.

Бенгалия

Широкомасштабное обучение партизанских банд. 25% индустрии бездействует. Около 25 диверсий на железных дорогах с целью парализации путей сообщений Восточной армии, находящейся в Ассаме.

Ассам

Очень успешная деятельность, несмотря на политическую отсталость провинции, среди прочего, благодаря специалистам по саботажу из других провинций. Работа в войсках через сикхских дезертиров. Три разрушения железнодорожных путей, 1 крушение воинского эшелона, многочисленные поджоги железнодорожных вокзалов, диверсии на телефонных и телеграфных линиях связи.

Бомбей. Гуджарат. Катхиявар

Забастовка с августа по декабрь на текстильных предприятиях Ахмадабада. Промышленность почти полностью парализована. Еще ранее были организованы налеты на полицейские и армейские части. Обучение партизанских банд. Многочисленные повреждения транспортных путей, среди них важная дорога из Бомбея в глубь страны. Многие железнодорожные вокзалы разрушены, уличные баррикады, саботаж на узлах телефонной связи, ограбление почтовых поездов, машин и ящиков. Это привело к тому, что возле каждого из почтовых ящиков выставлено по одному полицейскому. Бомбы с часовым механизмом и зажигательные устройства замедленного действия использованы в большом количестве в 6 городах против размещенных там британских войск, в бомбейском отеле «Majestic» и регистратуре Верховного суда. В 8 городах на промышленных предприятиях взорваны бомбы.

Мадрас и остальная Южная Индия

Массовое движение, главным образом в равнинных районах, крестьян, которые, разбирая рельсы, повредили железнодорожное полотно во многих местах. Обучение партизанских банд, но их выступление произойдет только незадолго перед японским наступлением. Успехи в саботаже: 11 разрушений железнодорожных путей (участок дороги Мадрас – Калькутта до середины декабря не будет работать); уличное вредительство (прежде всего крестьян) еще более успешно, чем на железных дорогах, сотни случаев. Как и в Бомбее, саботаж почты и вредительство на узлах телефонной связи. В Мадрасе разрушены здания главпочтампта и Верховного суда; обычные и с часовым механизмом бомбы в полицейских участках. Взорвано 3 фабрики.

Центральные провинции

Сильное массовое движение, как и в Объединенных провинциях. Многочисленные поджоги железнодорожных вокзалов и общественных зданий. Многочисленные разрушения телефонных узлов связи. На железных дорогах: 3 повреждения полотна, взорвано 3 моста. Большое количество подрывов небольших мостов. До сих пор взрывы бомб с часовым механизмом в почтовых отделениях и полицейских участках. Массовый грабеж продовольственных товаров. Для обучения новобранцев используются дезертиры из Пенджаба. Подготовка партизанских банд. Фабрика индийского революционного комитета по производству диверсионных средств.

Подлинник подписал: Кепплер.

In: Selter G. Zur Indienpolitik der faschistischen deutschen Regierung wahrend des zweiten Weltkrieges. Leipzig, 1965, Anlagen 14.

 

Примечания

 

1. В данном документе в сжатой форме приведена дезинформация, которой советская и британская разведки через Бхагат Рама снабжали абвер в 1943 г.

2. Речь идет о членах «Организации Мацотты».

3. Бихар в Германии часто именовали «индийским Руром».

 

 

ДОКУМЕНТ № 26ВЫДЕРЖКИ ИЗ ПРОТОКОЛА ДОПРОСА НЕМЕЦКОГО ПОСЛА Г. ПИЛЬГЕРА В БУТЫРСКОЙ ТЮРЬМЕ ОТ 31. 1. 1946 ГОДА[1]

 

ПИЛЬГЕР Ганс Адольфович, 1886 г. рождения, уроженец Германии, гор. Кельн, по национальности немец, с высшим образованием, член фашистской партии с 1937 года и с того же времени занимал должность германского посланника в Афганистане до момента капитуляции Германии.

Вопрос : Какую шпионскую и подрывную работу вы совместно с сотрудниками абвера проводили с территории Афганистана против Советского Союза?

Ответ : Не буду скрывать, что с моего ведома прикомандированные к германской миссии в Кабуле сотрудники военной разведки абвер – старший лейтенант ВИТЦЕЛЬ и унтер-офицер ДОУ [2], помимо шпионской работы против англичан в Индии, также проводили активную разведывательную работу и против Советского Союза. В этих целях ВИТЦЕЛЬ и ДОУ подготовляли агентуру из числа эмигрантов из России: туркмен, узбеков и других, при содействии которых намечали проводить на территории Советского Союза шпионскую работу. В частности, на территории Туркменской ССР. [...] Поскольку я имел указание из Берлина о том, чтобы по возможности помогать ВИТЦЕЛЮ в его работе, я, конечно, не стал препятствовать ему в этом, к тому же должен заявить, что ВИТЦЕЛЬ информировал меня о начале своей разведывательной работы против Советского Союза в начале 1942 года, тогда как эту работу он начал задолго до этого, так что мне ничего не оставалось, как только согласиться с ним. Тогда же я предупредил ВИТЦЕЛЯ, чтобы он свою шпионскую работу против Советского Союза проводил исключительно осторожно, соблюдая все правила конспирации. После этого ВИТЦЕЛЬ периодически стал информировать меня о том, как проходит у него работа в этом направлении и что им разрабатывается план, в котором он предусматривает конкретные цели и задачи для немецкой агентуры на случай ее переброски на территорию Советского Союза.

Вопрос : Расскажите об этом более подробно.

Ответ : В 1942 году ВИТЦЕЛЬ разновременно рассказал мне о том, как идет у него работа в отношении вербовки агентуры, а затем подробно информировал о своем плане, который им был разработан в том же году. В этом плане ВИТЦЕЛЬ предусматривал насаждение обширной агентуры на территории Советского Союза, в частности в Южных районах Туркменской ССР, Таджикской ССР и, насколько помню, в Уз. ССР.

Немецкая агентура, как мне говорил ВИТЦЕЛЬ, предназначалась для сбора шпионских сведений военного и экономического характера, о политико-моральном настроении населения СССР. Кроме этого, ВИТЦЕЛЬ и ДОУ имели намерения создать на территории Туркменской ССР антисоветское националистическое подполье [...]

Но, судя по сообщениям ВИТЦЕЛЯ в абвер, им в этом направлении велась только подготовительная работа, в связи с чем он испрашивал в Берлине санкцию для дальнейшего осуществления своей разведывательной работы, в частности в отношении переброски немецкой агентуры на территорию СССР. Кроме этого, в последней своей телеграмме ВИТЦЕЛЬ указывал, что работа в Советском Туркестане только начинается.

Вопрос : Что этим вы хотите сказать?

Ответ : Я хочу сказать, что ВИТЦЕЛЬ лишь только вел подготовительную работу, которая заключалась в приобретении им агентуры, установлении связи, а также были намечены им пункты перехода немецкой агентуры с территории Афганистана в Советский Союз.

Последнее сообщение от ВИТЦЕЛЯ исходило в январе 1943 года, а спустя месяца 2—3 после этого разведывательная работа ВИТЦЕЛЯ была раскрыта афганской полицией, часть агентуры была подвергнута репрессии, а ВИТЦЕЛЮ и ДОУ было предложено покинуть Афганистан. Несмотря на мои переговоры с афганским правительством, в которых я пытался доказать «невиновность» ВИТЦЕЛЯ и ДОУ в отношении их шпионской работы против Советского Союза, мне все же не удалось отстоять эту точку зрения, и осенью 1943 года ВИТЦЕЛЬ и ДОУ были вынуждены выехать в Берлин.

Вопрос : Как часто ВИТЦЕЛЬ информировал руководителей абвера о своей разведывательной работе?

Ответ : На этот вопрос я затрудняюсь ответить, так как ввиду давности времени не могу сейчас припомнить, сколько конкретно телеграмм ВИТЦЕЛЕМ было отправлено в абвер. Припоминаю, что в одной из телеграмм ВИТЦЕЛЬ указал о том, что он через агента германской разведки под кличкой Фиат пытается установить связь с участниками турецкой организации «Младо-Турок»[3].

Вопрос : Для какой цели?

Ответ : Как мне говорил ВИТЦЕЛЬ, ему через агента Фиата было известно об обширной связи последнего с участниками организации «Младо-Турок». Учитывая сложность военного времени, ВИТЦЕЛЬ предполагал, что не исключена возможность, что наша связь из Кабула с Берлином будет прервана, поэтому он решил на этот случай осуществлять свою связь с Берлином через Турцию при помощи немецкого агента Фиата, который в то время выезжал из Афганистана в Турцию.

Если мне не изменяет память, агент Фиат имел связь с лицами, проживавшими в Туркменской ССР, и как будто бы по договоренности с ВИТЦЕЛЕМ дал свое согласие информировать о всех сведениях, добытых им о Советском Союзе.

Вопрос : Кто такой Фиат, кем и когда он был завербован в немецкую агентуру?

Ответ : Если я не ошибаюсь, Фиат по фамилии САИД АТОДОМИР, по национальности турок, профессор химии, около 6 лет проживал в Афганистане, где занимался якобы своей научной работой. САИД АТОДОМИР впервые познакомился с ВИТЦЕЛЕМ и ЦУГЕНБЮЛЛЕРОМ в 1941 году и с этого времени поддерживал с ними тесную связь. Как мне говорили ЦУГЕНБЮЛЛЕР и ВИТЦЕЛЬ, САИД АТОДОМИР являлся профашистски настроенным человеком, был связан с организацией «Младо-Турок» и как будто бы через эту организацию имел связь с антисоветски настроенными лицами, проживавшими в Туркменской ССР. САИД АТОДОМИР очень хорошо знал географическое положение Таджикской и Туркменской ССР, быт и нравы местного населения и что он имел много знакомых на территории Туркменской ССР. В этой связи ЦУГЕНБЮЛЛЕР приблизил к себе САИДА АТОДОМИРА и предложил ему работать в пользу немецкой разведки. Судя по телефонным сообщениям ВИТЦЕЛЯ из Берлина, САИД АТОДОМИР, уезжая в 1942 году из Афганистана в Турцию, дал свое согласие сотрудничать с немецкой разведкой, причем перед выездом в Турцию ЦУГЕНБЮЛЛЕР договорился с САИДОМ АТОДОМИРОМ поддерживать связь посредством турецких врачей, которые периодически должны были приезжать из Анкары в Кабул в турецкую миссию. Было ли это впоследствии осуществлено, мне об этом неизвестно. О работе САИДА АТОДОМИРА может дать подробные показания ЦУГЕНБЮЛЛЕР, так как последний непосредственно поддерживал связь с САИДОМ АТОДОМИРОМ. Насколько мне известно, САИД АТОДОМИР должен был при приезде в Анкару установить связь со своим личным другом зятем ЭМИРА-ХОТА, работавшим в военной академии, и через него получать сведения, интересующие немецкую разведку о Советском Туркестане.

Вопрос : Вам предъявляются телеграммы, из которых видно, что вы, находясь на посту германского посланника в Кабуле, систематически информировали МИД Германии о своей подрывной работе в Афганистане против союзников. Дайте подробные показания по существу предъявленных вам телеграмм.

Ответ : Ознакомившись с предъявленными мне телеграммами, показываю следующее: в телеграмме № 258 я сообщил МИДу Германии в отношении ХАСАНА и ГУЛЬ МУХАММЕД-ХАНА. ГУЛЬ МУХАММЕД-ХАН являлся руководителем антиправительственной партии в Афганистане, а ХАСАН, министр почт, вел борьбу против этой партии, причем в одной из бесед с бывшим итальянским посланником в Кабуле КВАРОНИ последний мне заявил, что ХАСАН является итальянским агентом и периодически информирует КВАРОНИ о всех разногласиях внутри афганского правительства.

Вопрос : Вы лично с ХАСАНОМ по шпионской работе были связаны?

Ответ : Нет, не был, так как в этом не было необходимости, ибо все сведения, передаваемые ХАСАНОМ КВАРОНИ, мне были известны от последнего. В 1942—43 гг. ХАСАН был назначен на дипломатическую работу в Америку.

В телеграмме № 380 мною было сообщено МИДу Германии, что сотрудники немецкой колонии перед выездом из Афганистана по предложению ВИТЦЕЛЯ все имеющиеся у них деньги, фотоаппараты и оружие передали на хранение немецким агентам «Рабочему» и «Племяннику».

Вопрос : А почему вы не приняли указанные выше вещи на хранение в немецкую миссию?

Ответ : По сложившейся в то время ситуации я стремился избежать лишних разговоров по отношению к немецкой миссии. Кроме этого, у ряда сотрудников немецкой миссии сложилось мнение о том, что в скором времени немецкая миссия в Афганистане будет расформирована.

Вопрос : Уточните, кто такие «Рабочий» и «Племянник»?

Ответ : Агент немецкой разведки по кличке «Рабочий» в то время служил в Министерстве труда, является сыном высшего муллы, фамилия этого агента АБДУРАХМАН ХАН. Что же касается агента «Племянника», то я о нем ничего не знаю.

Вопрос : Какая сумма денег была передана вышеуказанным вами агентам, количество оружия и фотоаппаратов?

Ответ : Примерно около 30 пистолетов, несколько фотоаппаратов, что же касается денег, то я не помню, какая сумма была передана этим лицам.

Вопрос : В телеграмме № 502 вы сообщаете МИДу Германии о ваших тесных связях с НАИМ ХАНОМ и ХАШИМ ХАНОМ. Скажите в чем конкретно выражалась ваша связь с этими лицами?

Ответ : ХАШИМ ХАН был афганским премьер-министром и НАИМ ХАН его заместителем. Оба они исключительно лояльно относились к фашистскому гитлеровскому правительству, отсюда и к немецкой миссии в Афганистане. Как я уже показал, Наим Хан, будучи у меня на приеме в 1942 году, сообщил мне, афганское правительство на случай продвижения немецких войск в глубь советской страны имеет намерение помочь немецкому правительству вооруженной силой, и тогда же он мне заявил, Афганское правительство готово выставить хорошо вооруженную армию с тем, чтобы ударить в тыл Красной Армии, о чем я информировал Министерство иностранных дел Германии. Однако после разгрома немецких войск под Сталинградом Афганское правительство изменило свою тактику и перестало вести переговоры в отношении вооруженной помощи Германии.

Однажды при встрече с НАИМ ХАНОМ он мне заявил, что английская разведка в Афганистане ведет усиленную работу против миссий стран Оси и предложил мне и остальным сотрудникам немецкой миссии быть осторожными.

Тогда же НАИМ ХАН дал мне согласие систематически информировать меня о всех интересующих вопросах, как в отношении англичан, так и в отношении Советского Союза. [...]

Архив СВР. Подлинник, машинопись.

 

Примечания

 

1. Г. Пильгера допрашивали в 1945—1946 гг. в Бутырской тюрьме шесть раз.

2. Правильно не Доу, а Дох.

3. Подразумеваются проживавшие в Афганистане турки из окружения младотурецких деятелей Энвер-паши и Джемал-паши.

 

ПРИЛОЖЕНИЕ III

 

ДОКУМЕНТ № 1

КРАТКАЯ СПРАВКА о деятельности немцев в Афганистане. 1930—1940 гг.

 

СОВ. СЕКРЕТНО

Проникновению немцев в Афганистане предшествовала их большая деятельность, направленная к созданию прочной экономической базы в Афганистане.

В 1937 г. немцы представили афганцам кредит в 27 млн марок на 8 лет. В счет этого кредита Германия обязалась предоставить афганцам промышленное оборудование, необходимое для создания собственной афганской промышленности. Завоз промышленного оборудования в Афганистан вызвал необходимость привлечения большого числа квалифицированных специалистов, которых немцы и направили в Афганистан.

Таким образом, в Афганистан прибыло много специалистов, среди которых: инженеры-дорожники, горняки по строительству гидростанций, городскому строительству, коммерсанты, монтеры, врачи, землемеры, агрономы, преподаватели и др.

По далеко неполным данным, немцев в Афганистане насчитывается до 185 человек. Однако немцы не ограничились установлением торговых связей и оказанием технической помощи Афганистану: в Афганистане, как и в соседних странах Востока, немцам нужна была твердая база для осуществления своих широких агрессивных планов.

Пользуясь своим экономическим влиянием на Афганистан и представленными ей афганским правительством широкими возможностями, Германия стала создавать в Афганистане нужные и ненужные технические и торговые представительства и конторы вроде «бюро по координации действий всех немецких промышленных и торговых фирм в Афганистане». Все это дало возможность немцам вести разведывательную работу, агитацию и пропаганду в самых широких масштабах.

Немцы в курсе дела всех мероприятий, проводимых афганским правительством. Они проводят активную работу среди государственных деятелей, склоняя их на свою сторону.

Особенно надо подчеркнуть влияние немцев в Министерстве общественных работ (министр РАХИММУЛЛА-ХАН ), где свили себе гнездо такие колоритные фигуры фашистской колонии в Афганистане, как ВЕНГЕР, КНЕРЛЯИН, ЛИВЭН, БАЛЬК, ГЕРЛАХ, ВЕЙСЕЛЬ, ЧЕКАН и др. По протекции ВЕНГЕРА (см. ниже) устраиваются на работу в Министерство общественных работ такие немецкие агенты, как ПЕНЕР, направленный для руководства строительством мелких мостов в Аргендат (Кандагарская провинция), или эмигрант ШИШКИН – люди совершенно некомпетентные и неимеющие специального образования.

Установлено, что организующим центром разведывательной работы в Афганистане и работы среди государственных деятелей на стороне Германии является немецкая миссия.

В деле создания авторитета и популярности немцам в Афганистане немалую роль играют такие крупные деятели государственного аппарата Афганистана, как министр общественных работ, министр здравоохранения, заведующий промышленным отделом Нац. банка, генеральный директор по строительству дорог и др.

Немцы возобновляют связи с находящимися на севере Афганистана представителями эмиграции с целью подбора людей для посылки в Среднюю Азию. Особый интерес для немцев представляет духовный вождь туркмен Ишан Халифа КЫЗЫЛ-АЯК, располагающий большими возможностями и якобы большой вооруженной силой.

Приехавший недавно из Турции немецкий инженер ВАЛЬТЕР установил связь с братом известного басмаческого главаря Курширмата Нурмамата.

Кроме того, немцы намечают широко использовать для разведывательной и подробной работы в СССР кадры, подготовляемые из взятых в плен на Восточном фронте туркмен, узбеков и др. восточных национальностей.

Все это говорит за то, что немцы активизируют свою работу среди пап. к. р. [1] эмиграции с целью подготовки опытных агентов-разведчиков для заброски в Среднюю Азию.

Руководителем немецкой разведки в Афганистане является коммерческий атташе немецкой миссии РАСМУС.

Архив СВР. Подлинник, машинописный текст.

 

Примечания

 

1. к. р. – контрреволюционной.

 

 

ДОКУМЕНТ № 2

ОТРЫВОК ИЗ ОПЕРАТИВНОГО ПИСЬМА «СЕМЕНА»[1]

 

№3 от 31. 03. 1941 г. [2]

[...] Вам еще в своем первом письме Леон сообщал о неком индусе, бежавшем из Индии в Афганистан и нашедшем прикрытие у «пивоваров»[3]: как позднее выяснилось, этот индус оказался никем иным, как известным политическим деятелем, бывшим руководителем индийского национального конгресса Субхи Чандра Босом.

В первых числах февраля в полпредство прибыл возглавляющий немецкую миссию в Кабуле Пильгер, который в беседе с полпредом заявил о том, что к нему явился известный индус Субхи Чандра Бос, который заявил ему, что бежал от англичан из Индии и просит у немцев покровительства. Далее якобы Пильгер связался со своим правительством по этому вопросу и получил указание направить его транзитом через СССР в Германию. Полпред обещал по этому поводу в свою очередь запросить Москву. После непродолжительной переписки полпред получил личное указание т. Вышинского выдать визу, требующуюся для проезда Ч. Б. транзитом через СССР в Германию без права остановки.

Спустя несколько дней Пильгер явился вновь и прямо заявил полпреду, что от своего правительства он получил сообщение о том, что из Москвы по нашей линии указание полпредству о выдаче Чандра Босу визы уже дано, и просил ускорить оформление документа, т. к. ему якобы с Ч. Б. заниматься надоело. При этом Пильгер спросил, нельзя ли Ч. Б. перебросить в Союз самолетом (нашим), и что, если мы согласие на это дадим, он организует с помощью итальянских инструкторов на аэродроме негласную посадку в наш самолет Ч. Б. Получив категорический отказ, Пильгер заявил, Ч. Б. будут направлять через Афганистан в Союз с итальянским паспортом, и просил его не подвергать по существующему у нас порядку вызову в полпредство для оформления документов, а выдать визу заочно. Полпред распорядился оформить документ в порядке, требуемом немцами.

Для оформления документов Ч. Б. явился советник немецкого посла, он же зав. канцелярией, Шмидт. Он представил итальянский паспорт на имя инженера Орландо Мацотта (с фиктивной фотокарточкой). На паспорте имелась въездная виза немцев. После выдачи нашей визы № 064033 от 15/III 1941 г. для проезда через п. п. Термез – Заремба, они получили афганскую визу, и таким образом Ч. Б. в сопровождении немца Венгера 18/III выехал на машине из Кабула к границе, которую перешел 22/III. с. г.

Архив СВР. Заверенная копия, рукопись.

 

Примечания

 

1. Кому из советских разведчиков в Кабуле принадлежал псевдоним Семен, автору этой книги установить не удалось.

2. В верхнем правом углу этого документа сделана пометка: «В д[ело] „Мародеры“.

3. «Пивовары» – немцы.

 

 

ДОКУМЕНТ № 3

ВЫДЕРЖКА ИЗ ДОНЕСЕНИЯ ЗАМАНА[1]

 

Сентябрь 1941 г.[2]

[...] Помимо связи с Факиром из Ипи, немцы поставили перед БХАГАТ РАМОМ задачу устройства аэродрома и приема парашютистов. В подтверждение заданий, полученных БХАГАТ РАМОМ от РАСМУСА, несколько дней тому назад на имя БХАГАТ РАМА поступила из Берлина от БОСА телеграмма, в которой БОС подчеркивает важность и серьезность организации аэродрома, вся ответственность за которую возлагается на БХАГАТ РАМА. В связи с этим РАСМУС предложил БХАГАТ РАМУ форсировать свой отъезд в район расположения племен. Ориентировочно отъезд намечен на 2 октября с. г.

ВИТЦЕЛЬ, о котором упоминалось в самом начале, после получения телеграммы от БОСА в свою очередь телеграфировал в Берлин свои соображения об организации высадки парашютистов в районе расположения племен. По его мнению, в состав группы должны входить:

1. Врач.

2. Инженер-радист и электрик.

3. Механик.

4. Специалист топограф.

5. Инструктор по военному делу.

6. Радист-телеграфист.

7. Фотограф.

Группа должна быть снабжена оружием, патронами, деньгами, топографическими приборами и картами, инструментами, медикаментами, радиоаппаратурой, гримом.

Люди должны подбираться с расчетом на сходство с местными жителями.

Высадка должна быть произведена только ночью, поэтому площадка должна быть точно обозначена кострами.

БХАГАТ РАМУ предложено сообщить о готовности к приему парашютистов, а также принять меры к охране площадки и высадившихся парашютистов с последующим укрытием их в надежных местах.

БХАГАТ РАМ получил от РАСМУСА для вручения ФАКИРУ из Ипи 500 фунтов золотом, 500 индийских рупий и 55 тысяч афгани.

Для принятия самолета им же получено сигнальное ружье и 30 штук сигнальных ракет.

На случай если будет необходимость осуществить устройство такого аэродрома, организовать захват немецких парашютистов и десантников, БХАГАТ РАМ предложил использовать для этого местность в районе Баджаура, между населенными пунктами Бандагай и Джар и между Хор и Рамакая, которая ему лично хорошо известна и которую он считает удобной для этой цели.

Одновременно ЧАНДРА БОС передал для БХАГАТ РАМА следующие поручения:

1. Единомышленникам БХАГАТ РАМА поручается направить в пограничные с Афганистаном районы своих делегатов для того, чтобы убедить племена выступить против английских властей. Делегаты должны дать обязательство руководителям племен по снабжению последних военным имуществом и заявить им, что в программу Свободной Индии входит экономическая помощь племенам и защита их от нападения противников и что на независимость и свободу племен никто покушаться не будет. Делегациям должны быть предоставлены полномочия на заключение договоров с отдельными племенами.

О результатах переговоров с племенами и о том, с какими из племен будут заключены договоры о совместных действиях против английских властей, БОС просит ему сообщить.

2. Организовать встречу с председателем «Дженнет Оль Улам» Муфтием Кифаетулла, секретарем данной организации Моулана Ахмед Саид и активистом Моулана Гуссейн Ахмед... и передать им приветствие от РАШИДА АЛИ ГАЙЛАНА[3] и Муфтия Иерусалимского, при этом заявить, что настал момент встать на защиту ислама и отечества, так как другого такого времени, удобного для борьбы за освобождение Индии от ига англичан, возможно, не наступит. Для успешной борьбы нужно действовать сообща с последователями БОСА.

БОС просит БХАГАТ РАМА передать от своего имени этим лицам, что предшествующие встречи с ними БОС расценивает, как благоприятные в смысле общности точек зрения по вопросам борьбы с английскими угнетателями. Подтвердить, что в данное время наиболее целесообразно и своевременно выступить против англичан, так как если этого сделано не будет, то после вряд ли представится возможность для этого.

БОС также просит передать о том, что взгляды его, БОСА, РАШИДА АЛИ ГАЙЛАНИ и Муфтия Иерусалимского в отношении борьбы с англичанами вполне совпадают.

3. Проверить, насколько хороша слышимость двух коротковолновых широковещательных станций, находящихся в Германии (в Берлине).

Эти радиостанции умышленно распространяют слухи о том, что они находятся и работают на индийской территории. Первая станция работает от имени индийского национального конгресса и производит передачу в 6.30 (кабульское время). Вторая станция представляет Мусульманскую лигу, начинает передачи за 30 минут до конца радиопередач станции «Азад Индустан»[4].

БОС, кроме этого, просит проверить и сообщить, какова эффективность работы этих станций, подчеркивая, что радиопропаганда в настоящих условиях является самым важным видом пропаганды.

Для того чтобы население Индии поверило в факт существования этих станций непосредственно в Индии, РАШИД АЛИ ГАЙЛАНИ и сам БОС произносили речи в Берлине через германские радиостанции. В своих речах они приветствовали Конгресс за организацию радиостанций, работающих нелегально в Индии.

4. БОС получил в Берлине сведения о том, что в Индии скрываются несколько немцев, бежавших из-под стражи. БХАГАТ РАМУ поручено установить, где эти немцы, если удастся выяснить их местонахождение, связаться с ними и привлечь их к работе против английских властей.

5. БОС подчеркнул крайнюю необходимость поддержания связи с японцами и посылки людей в Рангун, если они еще не посланы. Для этой цели БОСОМ был предложен другой пароль [...] . Этот пароль был сообщен японцам. Однако РАСМУС предложил БХАГАТ РАМУ пользоваться прежним паролем... впредь до особых указаний. [...]

Архив СВР. Подлинник, машинопись.

 

Примечания

 

1. Аллахвердов Михаил Андреевич (Заман ) (1900—1968) – родился в г. Шуша (Степанакерт). Армянин. В 1918 г. ушел добровольцем в Красную Армию. Участвовал в боях с белогвардейцами в составе 3-го Туркестанского стрелкового полка. В 1919 г. рекомендован на работу в органы ВЧК, вел борьбу с бандитизмом в Средней Азии.

В июне 1921 г. М. А. Аллахвердов в качестве заместителя начальника Особого отдела Памирской военно-политической экспедиции направлен на Памир. В течение полутора лет активно ведет борьбу с басмачеством и английской агентурой, засылаемой из Афганистана.

В 1923 г. переведен на работу в Восточный отдел ОГПУ. Работая в нем, в 1925 г. без отрыва от оперативной деятельности оканчивает восточный факультет Военной академии РККА им. Фрунзе. В 1925 г. направляется в служебную командировку в Иран. До 1928 г. был оперативным работником резидентуры. Приобрел необходимые источники информации в интересующих внешнюю разведку кругах, вел активную работу по проникновению в эмигрантские антисоветские организации.

В 1928—1930 гг. – руководитель резидентуры внешней разведки в Иране: ведет кропотливую работу по приобретению квалифицированной агентуры для проникновения в спецслужбы противника, принимает активные меры по разложению антисоветской эмиграции. В 1930—1933 гг. – сотрудник центрального аппарата разведки.

С приходом Гитлера к власти в Германии и обострением обстановки руководство внешней разведки направляет его на нелегальную работу в Европу. В 1933—1934 гг. возглавлял нелегальные резидентуры в Австрии, Швейцарии и Франции.

В 1934—1936 гг. – резидент внешней разведки в Афганистане. Из Афганистана был переведен на ту же должность в Турцию, где находился до 1938 г. В 1938—1941 гг. работал в центральном аппарате внешней разведки.

С началом Великой Отечественной войны вновь назначается резидентом в Афганистан. В этой должности проработал до 1944 гг. В 1944—1945 гг. – начальник самостоятельного отдела в 1-м Управлении КГБ СССР (внешняя разведка). В 1945 г. выезжал в Швейцарию для выполнения специального разведывательного задания.

В ноябре 1947 г. М. А. Аллахвердов переводится на работу в Высшую разведывательную школу Комитета информации заместителем начальника школы по учебной и научной части. В 1955 году вышел в отставку по выслуге лет.

За достигнутые успехи в разведывательной работе полковник Аллахвердов награжден орденами Ленина, Красного Знамени, «Знак Почета», Отечественной войны I степени и многими медалями. Ему был также вручен нагрудный знак «Почетный чекист».

2. Донесение датировано по его содержанию.

3. Руководитель антибританского восстания в Ираке в 1941 г.

4. Название радиостанции, созданной С. Ч. Босом в 1941 г. в Германии организацией индийских националистов «Свободная Индия».

 

 

ДОКУМЕНТ № 4

ВЫДЕРЖКА ИЗ ДОНЕСЕНИЯ ЗАМАНА ИЗ КАБУЛА от 3. 05. 1942 г.[1]

 

1-го мая состоялась встреча с Ромом совместно с Сашей[2]. Беседа продолжалась шесть часов. Рому было заявлено, что Саша приехал из Москвы и является представителем советской разведки, к которой имеет отношение и Заман. Ром на это ответил, что доволен приездом товарища и рад обсудить с ним все вопросы, связанные с его работой. Передаю содержание беседы в сокращенной стенографической записи.

1. Вопрос : Прежде чем приступить к обсуждению вопросов, я бы хотел выяснить обстоятельства вашего знакомства с БОСОМ, выезда последнего из Индии.

Ответ : Еще до ареста БОСА в Индии последний обратился к партии Кирти-Кисан с заявлением, что дальнейшее пребывание его в Индии невозможно, так как он будет арестован, и хотел бы перебраться в Москву. Руководство Кирти-Кисан поручило ЛАРКИНУ (Ачар-Синг) и мне организовать переброску БОСА. Когда в Пешавере было уже все приготовлено для этой цели, ЛАРКИН выехал в Калькутту за Босом. Но последний к этому времени был уже арестован. [...][3]

Архив СВР. Подлинник, машинопись.

 

Примечания

 

1. Внизу первой страницы этого документа начальник внешней разведки П. Фитин сделал пометку: «Мария Отрощенко составить план вербовки Расмуса. 11. V. 42 г. Фитин».

Фитин Павел Михайлович (1907—1971) родился в с. Ожогино Курганской области. В 1920 г. после окончания начальной школы работал в сельхозкоммуне в родном селе. В 1928—1932 гг. учился в Сельскохозяйственной академии им. Тимирязева. 1932—1934 гг. – заведующий редакцией «Сельхозгиза». 1934—1935 гг. – служба в Красной Армии. 1935—1938 гг. – заместитель главного редактора «Сельхозгиза».

В марте 1938 г. направлен по партнабору на учебу в Высшую школу НКВД. После окончания специальных ускоренных курсов в Школе особого назначения, готовившей кадры для внешней разведки, в ноябре того же года направляется стажером в Пятый отдел ГУГБ НКВД СССР (внешняя разведка). В связи с острой нехваткой разведывательных кадров в конце 1938 г. П. М. Фитин назначается заместителем начальника того же отдела.

В 1939—1946 гг. возглавляет внешнюю разведку органов безопасности. Его высокий интеллект и выдающиеся организаторские способности особенно ярко проявились в годы Великой Отечественной войны.

После войны Берия рассчитался со строптивым начальником разведки, который оказался прав в отношении сроков нападения Германии на СССР. В конце июня 1946 г. по его распоряжению генерал-лейтенант Фитин был освобожден от занимаемой должности.

В декабре 1946 г. П. М. Фитина направляют заместителем уполномоченного МГБ в Германию, где он находился до 1947 г. В 1947 г. его вновь понижают в должности: П. М. Фитин назначается на пост заместителя начальника Управления госбезопасности по Свердловской области. В сентябре 1951 года Берия перебрасывает его в Алма-Ату. В 1951 г. Берия распорядился уволить его из органов госбезопасности «по неполному служебному соответствию» без военной пенсии.

Лишь после суда над Берией в 1953 г. П. М. Фитину удалось устроиться директором фотокомбината Союза советских обществ дружбы и культурной связи с зарубежными странами, где он работал до конца жизни. Умер П. М. Фитин 24 декабря 1971 г.

За большие заслуги в деле обеспечения государственной безопасности нашей страны генерал-лейтенант П. М. Фитин награжден двумя орденами Красного Знамени, орденом Красной Звезды, орденом Красного Знамени Тувы и многими медалями.







Последнее изменение этой страницы: 2016-08-01; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 34.204.189.171 (0.039 с.)