НОВОРОССИЙСКАЯ ДЕСАНТНАЯ ОПЕРАЦИЯ



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

НОВОРОССИЙСКАЯ ДЕСАНТНАЯ ОПЕРАЦИЯ



 

Новый план Сталина — Немецкие военно-морские силы на Черном море — Советский десант у Озерейки и на «Малой земле» — Вспомогательный десант одерживает большой успех — Бои за Новороссийск и за Мысхако — Действия немецких подводных лодок

 

24 января 1943 года, когда уже было ясно, что главные силы немецкой 1-й танковой армии выскользнут из заготовленного Сталиным кавказского кольца под Ростовом, в Ставке Верховного Главнокомандования в Кремле прошло секретное совещание, в котором приняли участие все командующие фронтами в районе Сталинграда и Кавказа. Сталин упрекнул своих командующих, что поставленные цели достигаются несвоевременно. Постоянно упоминались названия населенных пунктов Тихорецк, Батайск, Ростов. Судьба 6-й немецкой армии в Сталинграде была уже решена, зато 1-й танковой армии и 17-й армии удалось уйти из ловушки.

На этом заседании Сталин разработал новый план, выполнение которого привело бы к уничтожению 17-й армии на Кубанском плацдарме.

Охват советскими войсками медленно создающегося плацдарма не удался благодаря стойкости немецких солдат.

Теперь советское командование предполагало в ходе запланированной крупной комбинированной операции выйти в тыл 17-й армии и добиться того, что прежде не удавалось.

Для советских войск десантные операции были не в новинку. В 1941 году морем был эвакуирован гарнизон, оборонявший Одессу. В 1942 году также морем эвакуировались последние защитники Севастополя, Тамани, Анапы и Новороссийска[16].

Интересные данные приведены в журнале боевых действий группы армий «А» с 1 по 31 декабря 1942 года. На их основе можно прийти к выводу, что советское командование планировало высадку десанта северо-западнее Новороссийска еще в начале декабря 1942 года. Она должна была проводиться одновременно с активными действиями советского Черноморского флота в западном районе Черного моря.

За 1.12.1942 года в упомянутом журнале боевых действий содержится следующая запись:

«Доклад командующего войсками в Крыму: штаб флота отмечает оживленное передвижение советских кораблей в районе между Севастополем и Констанцей. При этом речь может, по-видимому, идти о лидере, эсминцах и крейсере. Эти корабли вели радиообмен с линкором «Парижская Коммуна» и легким крейсером «Красный Крым», которые должны были также выйти в море. Силам немецкого флота было дано указание привести конвои, следующие из Румынии в Севастополь, в ближайшие порты и провести воздушную разведку.

Перебежчики со стороны противника в полосе 17-й армии говорят, что в ночь на 2 декабря 1942 г. готовится высадка десанта между Анапой и Новороссийском.

В 12.55 командующий в Крыму доложил о передвижениях кораблей противника следующее:

1. ВВС заметили советские крейсер и эсминец юго-западнее Севастополя.

2. С 6.00 до 7.45 пять кораблей противника обстреливали остров в устье Дуная.

3. Пеленгаторами установлено, что русский линкор «Парижская Коммуна» находится юго-восточнее Феодосии.

4. По сообщению румынского горнострелкового корпуса, в 20 километрах юго-западнее Судака произошла перестрелка между русскими и немецкими кораблями.

В 16.35 начальник штаба командующего Крыма доложил, что у Анапы находятся 7 кораблей противника (1 крейсер и 6 мелких кораблей). Это сообщение было сразу же передано в штаб 17-й армии.

Адмирал Черного моря направил все имеющиеся в его распоряжении силы для отражения предполагаемой попытки десантирования в районе Анапы. Одновременно необходимо учитывать возможность попытки высадить десант в районе Феодосии. Румынская береговая охрана усилена мелкими подразделениями немецких войск».

Днем позже в журнале боевых действий группы армий «А» сделано следующее замечание: «Воздушной разведкой установлено, что силы русского флота в восточной части Черного моря вернулись в районы базирования».

Об этих передвижениях кораблей, не говоря уже об их задачах, в советской историографии ничего не упоминается. Читателям она могла бы пояснить, как сторона противника на них реагировала. Сразу же после первых сообщений была проведена воздушная и морская разведка. После этого ни один из кораблей противника уже не терялся из виду.

20 декабря 1942 года агенты и перебежчики снова докладывали о предстоящем десанте под Анапой. Немецкая береговая оборона была реорганизована и включала в себя:

1. Прибрежную боевую группу в составе: 73-й пехотной дивизии и румынской 10-й пехотной дивизии под общим командованием командира 73-й пехотной дивизии;

2. Абинскую боевую группу в составе 9-й пехотной дивизии и румынской 3-й горнострелковой дивизии под общим командованием командира 9-й пехотной дивизии.

Эти предполагаемые десанты, по крайней мере, встревожили немецкое командование и заставили впредь учитывать возможность их проведения.

В январе 1943 года войска левого крыла советской Черноморской группы начали выполнение плана «Море» и пошли в наступление на Новороссийск. Направление главного удара намечалось теперь не на Крымскую, а на Верхне-Баканскую. Как только этот населенный пункт будет взят, планировалось сразу же высадить в районе Озерейки дополнительные части, взять Новороссийск и продолжить наступление в глубь Таманского полуострова.

Одновременно с безуспешным ударом советской 56-й армии в полосе немецкого 49-го горнострелкового корпуса в районе Абинская, Крымская в конце января — начале февраля 1943 года советская 47-я армия начала наступление на позиции немецких 9-й и 73-й пехотных дивизий северо-западнее Новороссийска. На этом участке также не удалось прорваться к Верхне-Баканской. Хотя севернее Новороссийска наступление советских войск в направлении перевала Волчьи Ворота не удалось, Сталин приказал начать выполнение его плана.

Советская десантная операция была очень тщательно подготовлена. Воздушная разведка обеспечила командование данными о немецкой обороне. Были подготовлены группы высадки. Все было оговорено и отработано до мельчайшей детали. Удалось ли обеспечить внезапность?

В ночь на 31 января 1943 года советский крейсер «Ворошилов» и три эсминца обстреляли немецкие позиции в районе Новороссийска. Что это было? Отвлекающий маневр? Советская сторона соблюдала радиотишину.

Вот это была загадка для немецких штабов! Командующий 17-й армией генерал-полковник Руофф не верил в возможность высадки десанта в близком от фронта районе и объявил «1-ю степень готовности» для Крыма и частей береговой охраны от Анапы до Тамани. Ему приходилось считаться с тем, что его армия может быть отрезана от Керченского пролива.

Еще в 20.00 3 февраля 1943 года командир 789-го дивизиона береговой артиллерии, расположенного у бухты в Озерейке, майор доктор Ламайер позвонил в штаб 17-й армии в Славянскую и доложил о своих опасениях по поводу предстоящего десанта в районе бухты Озерейка. Они основывались на усиленном ведении противником морской и воздушной разведки в этом районе. Какой предусмотрительный командир не сделает что-нибудь в этом роде заранее? Штаб армии, куда стекалось много подобных сообщений, как никогда был озадачен вероятным ударом противника в направлении Керченского пролива.

Командир 73-й пехотной дивизии генерал фон Бюнау и его начальник артиллерии полковник Песльмюллер, отвечавшие за район Новороссийска, тоже были склонны думать, что советские войска будут высаживаться поблизости от линии фронта. Многодневные учения и тренировки пугающе показали слабость обороны. Для охраны побережья были выделены дополнительные орудия.

Разгадывание загадок продолжалось!

В ночь на 4 февраля 1943 года советский эсминец «Бойкий» и четыре охотника обстреляли порт в Анапе. Четыре торпедных катера время от времени появлялись у мыса Железный Рог. Может быть, здесь будет высажен десант?

Немецкие береговые батареи продолжали находиться в «1-й степени готовности» и не смыкали глаз.

В Глебовке, в 5 километрах севернее от бухты Озерейка, штаб Ламайера среди ночи был разбужен разрывами бомб. Неужели началось? Бомбы сыпались на Озерейку, Васильевку, Борисовку и Мефодиевку. Одновременно корабельная артиллерия открыла огонь по позициям прожекторов в бухте Озерейка. Теперь у майора Ламайера не осталось никаких сомнений: русские хотят высадиться в бухте Озерейка! Она имеет ширину два километра, песчаные берега, плавно спускающиеся к воде, выход к 10-километровому ущелью, ведущему на север, по которому протекает ручей Озерейка. Берега, поросшие кустарником и отельными группами деревьев, — идеальная местность для высадки десанта.

Майор Ламайер обзвонил по телефону батареи своего дивизиона.

— На 3-й батарее 789-го артиллерийского дивизиона береговой артиллерии все в порядке! — доложил командир батареи обер-лейтенант Хольсхерман.

Передовой наблюдатель лейтенант Крайпе сообщил:

— С моря ведет обстрел тяжелая корабельная артиллерия. Из-за темноты можно различить лишь вспышки выстрелов.

Третья батарея располагалась на половине высоты Глебовской горы, сектор обстрела имела великолепный. Перед ней в кустарнике были установлены в качестве усиления две 105-мм гаубицы обер-вахмистра Вагнера. Вторая батарея находилась на возвышенности у Глебовки, имела хороший сектор обстрела в сторону бухты, включая Озерейкинское ущелье и проходившую по нему дорогу. Командир батареи обер-лейтенант Мённих доложил:

— На 2-й батарее все в порядке. Потерь от налета авиации и обстрела корабельной артиллерии нет!

Первая батарея находилась на озере Абрау и тоже занимала прекрасную позицию. Командир батареи обер-лейтенант Керлер доложил:

— Все в порядке!

Ламайер позвонил командиру 5-й роты румынского 38-го полка капитану Николаи. Его рота располагалась на берегу перед позицией береговой артиллерии. Николаи доложил:

— Некоторые опорные пункты не отвечают. Огнем тяжелых корабельных орудий порваны проволочные заграждения на берегу и разбиты позиции.

Майор Ламайер позвонил генералу фон Бюнау. Они сошлись во мнении, что в Озерейке будет высажен десант противника. Но в штабе корпуса, куда позвонил фон Бюнау, разделяли мнение командующего 17-й армией: «Если и десант, то под Анапой или у Керченского пролива».

План советского командования по десантированию в бухте Озерейка гласил:

1. Действительный огонь группы прикрытия под командованием вице-адмирала Владимирского в составе крейсеров «Красный Кавказ», «Красный Крым», лидера «Харьков» и эсминцев «Беспощадный» и «Сообразительный» с 1.00 до 2.00 4 февраля 1943 г. При этом уничтожить проволочные заграждения на берегу и разведанные огневые позиции артиллерии и пехоты.

2. В 2.00 высадка первой волны морской пехоты (1500 человек) и танков, создание плацдарма.

3. Главные силы десанта подходят еще до рассвета с тяжелым вооружением и танками. Группа прикрытия отходит до наступления рассвета, чтобы уйти из зоны обстрела немецких береговых батарей.

После артиллерийского обстрела берега бухты Озерейка командование советского десанта решило, что немецко-румынская оборона сломлена. Но, кроме легких румынских батарей и ложных позиций артиллерии, ничего повреждено не было. Все пушечные батареи 789-го артиллерийского дивизиона были исправны. В это время командиры батарей и передовые наблюдатели через ночные бинокли вглядывались в водную поверхность бухты. До получения приказа все орудия молчали. Немцы тоже видели во внезапности ключ к успеху обороны.

Около 2.00 огонь был перенесен в глубь суши. Ночь была непроглядной. В ней удалось рассмотреть семафорные сигналы переговоров между крупными кораблями группы прикрытия. Вперед пошла первая волна: 2 эсминца, 3 канонерки, 5 тральщиков, 1-й дивизион сторожевых катеров. Десантные катера и два крупных парома с американскими танками типа «Стюарт», «Ли» и «Грант» приблизились к берегу. На кораблях первой волны внимание напряжено до предела. И никакой обороны! Неужели оборонительные позиции немцев и румын на берегу уничтожены корабельной артиллерией?

У немецких батарей давно уже не было связи со штабом дивизиона — телефонные провода были перебиты. Но командиры батарей и сами знали, что надо делать, а румыны капитана Николаи, пережившие адский огонь, вылезали из укрытий и готовили оружие к бою.

Словно палец привидения, луч света прожектора внезапно уперся в море. Повсюду стали видны темные силуэты десантных кораблей. И тут дали залп немецкие орудия!

Снова и снова лейтенант Крайпе приказывал зажечь прожектора 3-й батареи, и каждый раз четыре пушки и две 105-мм гаубицы обер-вахмистра Вагнера посылали свои снаряды в направлении десантного флота. Гремели взрывы, отмечались попадания, канониры лихорадочно работали.

Несмотря на шквальный огонь, первые десантные корабли подошли к суше, и по мелководью морская пехота пошла к берегу. Орудия обер-вахмистра Вагнера открыли огонь по берегу.

Первые подразделения 83-й и 255-й бригад морской пехоты, а также 165-я стрелковая бригада подошли к берегу и попали под огонь румын. Танковая десантная баржа получила попадание и затонула. Вторая баржа начала десантировать танки преждевременно. Вода попала в выхлопные трубы, двигатели танков заглохли. Все! Лишь немногие десантники добрались до берега и вступили в бой. Остальные десантные корабли повернули назад. Некоторые были оттеснены к узкой полосе крутого берега, где их уничтожили обороняющиеся. Два сторожевика 1-го дивизиона, шедшие в первой волне, попали на мины и затонули.

Тем временем бой на берегу бухты распался на множество мелких очагов. Орудия обер-вахмистра Вагнера и румынская батарея были потеряны. Орудия майора Ламайера, не переставая, продолжали вести огонь.

Советский офицер связи в бухте Озерейка решил, что настал момент вызова главных сил десантного флота: «Плацдарм захвачен, нужно подкрепление!»

С большой тревогой командир десантного соединения контр-адмирал Басистый на своем флагманском корабле ждал этого сигнала. Но прежде чем десантное соединение подойдет к берегу, пройдет целый час, и наступит рассвет!

В 4.15, точно по плану, вице-адмирал Владимирский с большими кораблями группы прикрытия ушел в открытое море. Когда стало достаточно светло, немецкие батареи скорректировали свой огонь и привели десантную флотилию в замешательство. Многие транспорты получили попадания и затонули. В решающий момент не оказалось огневой поддержки со стороны крейсеров «Красный Крым» и «Красный Кавказ», лидера «Харьков», эсминцев «Беспощадный» и «Сообразительный».

Советская книга «Битва за Кавказ» по этому поводу замечает: «... но десантные корабли не своевременно появились в морском районе. К тому времени уже рассвело, и немецкая артиллерия усилила огонь. Поэтому корабли с главными силами десанта вынуждены были возвратиться к местам базирования, не выполнив свою задачу. Таким образом, момент внезапности был потерян».

С немецкой стороны о внезапности не могло быть и речи. Книга замалчивает главную причину неудачи. О ней станет известно позднее: десантной операции предшествовал спор между сухопутным и морским командованием. Сухопутное командование рассматривало темное время суток как главный залог успеха, морское командование считало, что операцию надо проводить на рассвете, когда хоть что-нибудь будет видно. Так, флотилия с основным десантом прибыла с опозданием, намеренно задержанная командованием, а затем вынуждена была вернуться.

Первая волна десанта пыталась закрепиться на суше. Ударные отряды советской морской пехоты дрались как черти. Утром 4 февраля один из них с тремя танками американского производства вышел к Глебовке и штурмовал позицию румынских минометов. В ходе контратаки советские войска были снова отброшены. Вечером орудия 164-го резервного зенитного артиллерийского батальона и 173-го противотанкового дивизиона (73 пд) под командованием капитана Гучеры подбили шесть прорвавшихся танков противника. На этом целенаправленные атаки ударных групп 1-й волны прекратились.

Тут отважным русским морским пехотинцам стало ясно, что они остались одни. Группами и в одиночку они попытались прорваться через линию фронта. Находившийся северо-восточнее Новороссийска 213-й гренадерский полк остановил большинство этих групп.

Когда стало ясно, что в бухте Озерейка высажен десант, стоявший в Крымской 3-й батальон 229-го полка 101-й егерской дивизии был посажен на машины, переброшен в район Новороссийска и придан 73-й пехотной дивизии. 13-я рота 229-го полка под командованием лейтенанта Вичорека 5 февраля вместе с румынами прошла из Глебовки вдоль берега. Были обнаружены только убитые, остовы танков и подбитые десантные баржи, сидящие на мели. Насчитали 620 убитых и 31 подбитый танк американского производства. На мелководье покоилось кладбище военной техники. До 6 февраля было захвачено 594 пленных. Таким образом, из 1500 человек первой волны десанта стала известна судьба 1216, немногим удалось пробиться через линию фронта, а остальным стало кладбищем Черное море.

Одновременно с главной десантной операцией в бухте Озерейка был высажен небольшой десант в составе одного батальона черноморских матросов в районе пригорода Новороссийска Станичка. То, что советским войскам не удалось в районе Озерейки, получилось здесь. Десант, задуманный ранее как отвлекающий маневр, чтобы ввести немцев в заблуждение, позднее вошел в военную историю как блестящий пример морского десанта. Командиром этой группы был майор Куников, инженер по профессии, офицер морской пехоты.

В полночь 4 февраля 1943 года матросы-черноморцы Куникова пошли в Геленджик на сторожевых катерах 4-й флотилии береговой обороны, которой командовал старший лейтенант Сипядон. Вдоль крутого берега, под прикрытием тяжелых русских батарей небольшая флотилия без помех подошла к мысу Мысхако. Затем батареи береговой артиллерии русских с восточной стороны Цемесской бухты обрушили уничтожающий огонь на хорошо пристрелянные районы. Береговая оборона румынской 10-й пехотной дивизии была разгромлена. Две 88-мм зенитных пушки 164-го резервного зенитного дивизиона стояли в 300 метрах над входом в бухту. Расчет одной из них заметил корабли, заходившие в Цемесскую бухту, но тревогу не поднял, так как принял их за свои. А потом было уже поздно! Первая группа десанта была уже на берегу в мертвой зоне орудий. Одно орудие было повреждено попаданием снаряда, второе было взорвано, когда к нему приблизилась ударная группа русских. Правая группа прикрытия Куникова ворвалась в дома городского квартала Станичка.

В немецких штабах началась путаница. Десант в Озерейке, а теперь еще и в Цемесской бухте. Немногочисленные резервы были брошены в атакованные районы. Но где главное направление удара русских?

Части, оборонявшие Новороссийск, входили в подчинение 73-й пехотной дивизии. В городе находился 186-й гренадерский полк со штабом, саперные, противотанковые части, 16-я и 18-я морские портовые комендатуры (одна из них предназначалась для порта Туапсе).

В Новороссийске никто не знал, что случилось в действительности. Прибывавшие для контратаки резервы направлялись в разные стороны и задач не получали. С наступлением дня советские береговые батареи с восточного берега Цемесской бухты пресекли все передвижения немцев. Передовые наблюдатели русских корректировали огонь уже с плацдарма. Русские батареи на Цемесской бухте вели огонь с дальности 5—8 километров, находясь на высоких позициях, с которых хорошо были заметны любые передвижения немцев.

Затем русские доставили к первой волне десанта, насчитывавшей 250 человек, вторую волну в 600 человек. Они расширили плацдарм и закрепились на заросшей кустарником гористой местности. Незнание сил и задач советского десанта приводило немецкую сторону к нерешительности. Генерал фон Бюнау и штаб корпуса после неудачи первой контратаки под Станичкой приказали провести подготовленную атаку. Но на это требовалось время. И именно это время использовали советские десантники!

Генерал Петров, командующий войсками Черноморской группы и ответственный за десанты, после неудачи десанта в Озерейке увидел свой шанс, который ему предоставил отважный батальон Куникова. Петров приказал, чтобы десантные группы главного десанта, возвращавшиеся в Геленджик и Туапсе, не покидали кораблей.

В ночь на 5 февраля на плацдарм у Станички был переброшен полк, а в две последующие ночи — вся группа главного десанта, предназначавшаяся для высадки в Озерейке. К 7 февраля 1943 года на плацдарме было более 8000 человек, а 9 февраля их численность возросла до 17 ООО.

А немецкая сторона? Хотя можно ее упрекнуть в том, что немцы недостаточно быстро и не всеми имеющимися силами приняли энергичные меры, но кто в немецких штабах мог знать размах советской операции? И где было взять соответствующие резервы для ее отражения? В этот момент все корпуса переходили на Кубанский плацдарм. Южнее Краснодара 44-й егерский корпус вел тяжелые бои и не мог выделить ни роты. 49-й горнострелковый и 52-й армейский корпуса имели свои задачи. А 5-й армейский корпус, остававшийся на своих позициях, вынужден был отбивать ожесточенные атаки противника в районе Неберджаевской, которые были связаны с проводимыми десантами.

На 4 февраля для отражения десанта был только резерв дивизии. Пятого февраля стоявший в Крымской 3-й батальон 229-го егерского полка 101-й егерской дивизии на грузовиках был переброшен в Новороссийск. Седьмого и восьмого февраля за ним последовал 305-й гренадерский полк 198-й пехотной дивизии.

Когда 8 февраля немцы подтянули силы и начали контратаку, русским уже удалось добиться в районе высадки численного превосходства. В результате немецкой контратаки в направлении Станичка, берег Цемесской бухты, предпринятой с целью отрезать русские войска на гористом полуострове Мысхако от моря, хотя и удалось захватить часть Станички, но дальше продвинуться не удалось. Снова тяжелые береговые батареи под командованием подполковника Матюшенко своим огнем накрыли атакующие немецкие части. Разрывы тяжелых снарядов уничтожали наступающих целыми отделениями. Паре приданных штурмовых орудий из 191-го дивизиона изменить ход боя не удалось. Только что прибывший с пополнения 1-й батальон 213-го полка и 305-й гренадерский полк подполковника де Темпле понесли большие потери в кровопролитных уличных боях. Седьмого февраля 305-й гренадерский полк возвратился в Новороссийск, имея в своем составе 41 офицера, 168 унтер-офицеров и 738 солдат. А 16 февраля его численность составляла только 27 офицеров, 118 унтер-офицеров и 476 солдат. В атаке наибольшие потери понес 2-й батальон, действовавший северо-западнее города. После боя в нем насчитывалось 2 офицера, 5 унтер-офицеров и 49 солдат. Двадцатого февраля остатки этого батальона были расформированы. 305-й гренадерский батальон по воздуху был направлен вслед за своей дивизией в Запорожье.

Главным героем десанта был майор Куников. Полковником политотдела 18-й армии был Леонид Брежнев, родившийся в 1906 году в семье рабочего. Он был бойцом политического фронта и вдохновлял войска. Брежнев бывал то на «большой земле», то на плацдарме, выступал с зажигательными речами и выдавал партбилеты. От него пошло название «Малая земля», смысл которого заключается в самоотверженной борьбе отважных войск, решивших сражаться до последнего. Воевавших на «Малой земле» принимали в члены партии без кандидатского стажа.

Борьба за «Малую землю» с обеих сторон велась нарастающими силами. К октябрю численность советских войск на плацдарме выросла до 78 ООО человек. Захват плацдарма в районе Мысхако хотя и не привел к большому успеху, как ожидалось ранее, и не означал гибели немецкой 17-й армии, но отвлек значительные силы. Порт Новороссийска простреливался с двух сторон. Ни мелкие, ни тем более оперативные немецкие военно-морские силы не могли использовать его для базирования. Им приходилось действовать из портов Анапы, Благовещенской, Тамани и Керчи.

А что представляли собой немецкие силы флота на Черном море?

В подчинении адмирала Черного моря вице-адмирала Кизерицки находились все силы, находившиеся в акватории Черного моря, на крымском побережье и обеспечивавшие охранение конвоев Севастополь — Констанца: флотилия подводных лодок (подводные лодки водоизмещением 250 т), две флотилии торпедных катеров, две флотилии тральщиков, две флотилии сопровождения, артиллерийская флотилия, две противолодочные флотилии и четыре десантные флотилии. В каждом порту действовала военно-морская комендатура. В ведении морского коменданта Кавказа находились силы флота, действовавшие в Керченском проливе и по обе стороны Таманского полуострова. Соотношение тоннажей флота было следующим: советский флот — 300 ООО брт, немецкий флот — 100 000 брт. Немецкий флот состоял из малых судов и катеров. Основу его составляли торпедные катера, тральщики и 30-я противолодочная флотилия. Кроме них, во флоте были морские самоходные паромы, переделанные дунайские пароходы, буксиры и рыбацкие баркасы. К счастью, за редкими исключениями, советский Черноморский флот ограничивался ведением оборонительных боевых действий.

Во время боев на «Малой земле» против советских морских сообщений применялась немецкая 1-я флотилия торпедных катеров под командованием капитан-лейтенанта Кристиансена. Малые катера, предназначавшиеся для патрулирования прибрежных вод, ночью часто атаковали советские конвои и выставляли минные поля на путях их движения.

До конца февраля 1-я флотилия торпедных катеров потопила тральщик Т-403/Груз и канонерскую лодку «Красная Грузия». Транспортный катер, на котором как раз находился Леонид Брежнев, подорвался на немецкой мине. Матросам удалось спасти Брежнева, потерявшего сознание.

Против советских коммуникаций вдоль кавказского побережья действовала 30-я подводная флотилия капитан-лейтенанта Розенбаума. Она располагала 250-тонными подводными лодками U-9, 18, 19, 20, 23 и 24. Из них 2—3 постоянно находились в доке порта Констанца, остальные были в походах. Эти малые подводные лодки были частично разобраны, по железной дороге доставлены к Черному морю, а там собраны снова.

С 10 по 25 февраля 1943 года подводные лодки U-9, 19 и 24 находились в позиционных районах у Геленджика и Туапсе. В это время советские эсминцы «Железняков», «Незаможник», «Беспощадный» и «Сообразительный», а также пароходами и кораблями доставили из Туапсе в Геленджик 8037 человек. Несмотря на сильный эскорт, подводная лодка обер-лейтенанта Гауде U-19 14 февраля потопила транспорт «Красный Профинтерн» (4648 брт).

В ночь на 22 февраля лидер «Харьков» и эсминец «Сообразительный» обстреляли немецкие позиции перед плацдармом Мысхако.

В то же время полным ходом по морю продолжалось снабжение 17-й армии на плацдарме. Наряду с керченскими конвоями в них принимали участие конвои «Медвежонок» 1-99 из Феодосии до Анапы, который состоял сначала из 2—3, а потом из 5—6 морских паромов 3-й десантной флотилии капитана 2-го ранга Штемпеля, а с апреля — и 5-й десантной флотилии капитана 3-го ранга Мелера. Эти конвои постоянно атаковали советские подводные лодки, но выпущенные ими торпеды проходили под плоскими днищами паромов. От атаки авиации на конвой 89 (19 мая) затонули MFP309 и 367, и на конвой 99 (30 мая) — MFP332. Советские торпедные катера ни одного из паромов не потопили.

Немецкие подводные лодки успешно действовали на советских коммуникациях вдоль кавказского побережья. U-19 обер-лейтенанта Гауде повредила пароход, а U-24 капитан-лейтенанта Петерсена 31 марта в бухте Гагры потопила танкер «Советская нефть» (8228 брт). Торпедные катера 1-й флотилии торпедных катеров S-26 и S-47 во время атак у Туапсе и у побережья Мысхако торпедировали средний танкер, который был отбуксирован в Туапсе. В ночь на 31 марта торпедные катера S-72, 28, 47 и 102 поставили минное заграждение перед плацдармом на Мысхако.

В результате отхода на Кубанский плацдарм 30 марта была высвобождена 4-я горнострелковая дивизия. Ей совместно с 125-й и 73-й пехотными дивизиями, а также румынской 6-й кавалерийской дивизией была поручена окончательная ликвидация плацдарма на Мысхако.

Условия местности затрудняли ликвидацию советского плацдарма на Мысхако. Занятый противником Мысхако с наибольшей высотой 448 метров должна была взять 4-я горнострелковая дивизия.

План предусматривал наступление 13-го горнострелкового полка на гору с запада, а правый его фланг должен был продвигаться вдоль побережья. Одновременно с фронта должен был атаковать 91-й горнострелковый полк.

Шестого и десятого апреля атака была отменена в связи с дождем и туманом.

Операция под кодовым наименованием «Нептун» была начата 17 апреля. Густая облачность и туман затрудняли видимость для пилотов пикирующих бомбардировщиков. Чтобы не нанести урон своим войскам, они сбрасывали свои бомбы слишком далеко в тылу русских. Большое количество атак пикирующих бомбардировщиков, а также Не-111, бомбардировка русских тяжелых батарей на берегу Цемесской бухты не поколебали оборону советских войск.

Ударные группы 91-го горнострелкового полка начали штурм высоты. Горные егеря наткнулись на непреодолимую оборону. Атаки пикирующих бомбардировщиков представляли опасность для своих войск, так как противники находились слишком близко один от другого. Один из огнеметов загорелся. Брошенные ручные гранаты скатывались вниз по склону. Обороняющиеся вели огонь из-за каждого камня и кустарника. Русских было просто не видно, а потери немцев росли и приводили в замешательство. Генерал-майор Кресс приказал прервать атаку и убедил в правильности своего решения командира 5-го корпуса.

Днем позже 125-я пехотная дивизия пошла в атаку на западную часть плацдарма, но и эта атака была остановлена.

Двадцать пятого апреля атака плацдарма на Мысхако была остановлена. Обе стороны понесли тяжелые потери. Политработа Брежнева дала свои плоды. Командир десанта майор Куликов и лейтенант Романов, возглавлявшие первую ударную группу, высадившуюся на берег, погибли.

Во время операции «Нептун» 1-я флотилия торпедных катеров, 3-я флотилия тральщиков и итальянская 4-я флотилия торпедных катеров по ночам совершала атаки на советских коммуникациях. Торпедами с катеров S-47, 51, 102, 72 и 28 было потоплено большое количество советских мелких судов, а также разрушены причалы. Эти рейды продолжались и после прекращения операции «Нептун». При этом часто происходили бои с советскими сторожевиками и торпедными катерами. Атака советских торпедных катеров порта Анапы не дала результатов. Пятого мая U-9 обер-лейтенанта Шмидт-Вайхерта торпедировала советский танкер «Кремль» (7666 брт).

Все чаще советские корабли атаковали конвои Анапа — Феодосия. В ночь на 13 мая торпедные катера ТКА-115 и 125 обстреляли порт Анапы. На следующую ночь лидер «Харьков» и эсминец «Бойкий» обстреляли порт Анапы из корабельных орудий, в ночь на 21 мая «Харьков» обстрелял порт Феодосии, а эсминец «Беспощадный» — Алушту. Советские самолеты сбросили в Керченском проливе большое количество морских мин британского производства. У кавказского берега 20 мая S-72 и S-49 торпедировали два мелких советских корабля. Преодолев сильную оборону, U-9 и U-18 у Поти и Сухуми безуспешно пытались торпедировать советские корабли. Двадцать второго мая Ju-87 совершили большое количество атак советских конвоев у Геленджика, при этом был потоплен сторожевик СКА-041 и поврежден транспорт «Интернационал».

В ночь на 21 августа советские сторожевики «Шквал», «Шторм» и четыре сторожевых катера СКА обстреляли реактивными снарядами аэродром в Анапе.

А тем временем на фронте Мысхако шла ожесточенная позиционная война. Двенадцатикилометровый фронт оборудовался с обеих сторон все мощнее. Особенно большие неприятности доставляло то, что противник хорошо просматривал с Мысхако немецкие позиции и их тыл. Хорошо подготовленные атаки 94-го горнострелкового (бывшего полевого запасного) батальона на гору Мысхако 24 и 28 июля снова потерпели неудачу и были отражены с большими потерями.

После отхода 125-й пехотной дивизии 4-й горнострелковой дивизии была придана румынская 6-я кавалерийская дивизия полковника Теодорини, занявшая оборону на правом фланге прибрежного участка Озерейка.

Одиннадцатого августа от смертельного ранения в голову во время инспектирования передовых позиций погиб командир 4-й горнострелковой дивизии генерал-майор Кресс. Командование дивизией принял генерал-лейтенант Браун.

 

 

БОИ ЗА КРЫМСКУЮ

 

Крымская, оплот «Большой головы гота» — Советская 56-я армия идет на прорыв — 97-я егерская дивизия держится — Майский подарок маршала Жукова генералиссимусу Сталину — Майор Палагита, пастух

 

На северном фланге 17-й армии Славянская удерживалась до 23 марта 1943 года. Затем северный фланг был окончательно отведен на Кубанский плацдарм. Линия фронта стала проходить таким образом: (с севера на юг) Курка — 17 км кубанской дороги (в 4 км южнее Троицкой) — реки Агудан и вторая — западнее Шептальского — Новороссийск.

За это время советские войска предприняли перегруппировку. Черноморская группа была упразднена, некоторые ее части перешли в резерв, командование на этом участке фронта перешло к штабу Северо-Кавказской группы.

К этому времени был уже ликвидирован харьковский кризис. Немецкая сторона смогла обеспечивать лучшую поддержку плацдарма с воздуха, так как усилилась надежда на новое наступление на Кавказ с Кубанского плацдарма, в случае, если предстоящая операция «Цитадель» (окружение курского выступа) завершится успехом.

С точки зрения условий местности новая линия обороны была чрезвычайно удобной. С севера ее прикрывали непроходимые камышовые болота по берегу Азовского моря, с юга — реки с заболоченными берегами. На юге линия фронта проходила по горам, заросшим лесом, также позволявшим создать удобные оборонительные позиции. Оставался только центральный участок по обе стороны от Крымской, где можно было развернуть широкие наступательные действия. Но здесь была создана особо прочная, глубоко эшелонированная оборонительная система немцев.

Передовая линия обороны у Крымской в северной своей части проходила вдоль железнодорожной насыпи Троицкая — Крымская и по высотам, расположенным в 3 километрах восточнее и юго-восточнее Крымской. В районе Неберждаевской эта линия обороны соединялась со старыми позициями, удерживавшимися еще с 1942 года.

В конце марта штаб Северо-Кавказского фронта разработал план наступления на этот узловой участок немецкой обороны плацдарма. В соответствии с ним 56-я армия должна была совершить прорыв по обе стороны железной дороги Краснодар — Крымская. Северная группа наступающих должна была захватить господствующую высоту 30,7 в 3 километрах севернее Крымской, после этого 37-я армия должна была перейти в наступление с выступа фронта в направлении 17 км кубанской дороги, а затем совместно с 56-й армией наступать в западном направлении.

Восточнее Крымской стояла испытанная 97-я егерская дивизия, эмблемой которой было перо тетерева. Генерал-лейтенант Рупп, опытный и любимый подчиненными командир дивизии, знал, что его дивизия вскоре окажется в горячей точке фронта, так как на то были явные приметы, а также и то, что он мог положиться на своих швабов и баварцев.

Ширина полосы обороны 97-й егерской дивизии перед Крымской составляла 10 километров. На ее левом фланге находилась боевая группа Отте, в центре — боевая группа Хёне, а на правом фланге — румынская боевая группа Мостеору. Каждая боевая группа имела в первом эшелоне по два батальона и один батальон в резерве.



Последнее изменение этой страницы: 2016-04-26; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.95.131.146 (0.018 с.)