Из письма полномочного представителя СССР в чср народному комиссару иностранных дел СССР

17 ноября 1938 г.

[...] Ссылаясь на свои связи с судетскими немцами и через них с Германией демократического толка, Шкрах несколько раз уверял меня в том, что считает самым большим несчастьем капитуляцию Чехословакии именно потому, что гитлеровский режим в Германии является насквозь гнилым и не выдержал бы даже самой непродолжительной войны, хотя бы с одной только Чехословакией. Без всякого подсказа с моей стороны Шкрах делал тот вывод, что Чехословакия принесена в жертву именно потому, что все участники этой трагедии страшно боялись крушения гитлеровского режима, боялись погибнуть под развалинами этого колосса, боялись неизбежной революции, которая затронула бы тогда не только Францию, но и Англию, да и всю Европу. По сведениям Шкраха, Гитлер только для внешнего мира держит себя крикливо и гордо. В разговорах же с Чемберленом он якобы прямо поставил перед ним вопрос о том, что не только война будет обозначать близкую социальную революцию, но даже просто неуспех Гитлера поведет в конечном результате и в очень близком будущем к развалу национал-социалистской системы и к торжеству

402

большевизма в Европе. Это якобы совпадало с оценкой Чемберлена, и отсюда его усердие в деле спасения Гитлера и его режима. Шкрах уверен в том, что к такому же убеждению быстро была приведена и Франция, а также правящая верхушка в самой Чехословакии. Отсюда понятна и естественна измена Франции, а также несомненна и измена в Чехословакии. Кто прямой носитель этой измены и ее исполнитель, совершенно ясно в смысле социально-политических группировок. Это — аграрная партия, правая часть народных социалистов и, несомненно, кое-кто из руководства социал-демократической партии. Чисто фашистские группировки, вероятно, не принимали участия, поскольку не играли никакой роли и стояли в стороне от дел правительства. Шкрах не подозревает прямо Бенеша, но все остальное ближайшее окружение Бенеша находится у него под сильным подозрением. [...]

С товарищеским приветом

Полпред СССР в Чехословакии С. Александровский

Печат. по арх. Опубл. в сб. «СССР в борьбе за мир накануне второй мировой войны». M., I97I, с. 81—82.

254. Из записи беседы народного комиссара иностранных дел СССР с временным поверенным в делах Франции в СССР

20 ноября 1938 е.

Пайяр обратился с вопросом, как я смотрю на нынешнее международное положение и дальнейшее его развитие. Я ответил, что новое положение создано мюнхенским соглашением и мне казалось бы, что вопрос должен быть обращен нами к Англии и Франции — как они сами мыслят последствия этого соглашения. Пайяр тогда сказал, что он обратился ко мне не по поручению правительства, а от себя лично. Так как он считает себя сторонником коллективной безопасности, то он хотел бы знать, считаю ли я и теперь возможной политику коллективной безопасности. На это я сказал следующее.

Мы считаем мюнхенское соглашение международным несчастьем. Англии и Франции сейчас вряд ли удастся отступить от намеченной имн политики, которая сводится

403

к одностороннему удовлетворению требований всех трегс агрессоров: Германии, Италии и Японии. Они будут предъявлять свои требования по очереди, и Англия н Франция будут им делать одну уступку за другой. Я полагаю, однако, что они дойдут до такой точки, когда народы Англии и Франции должны будут их остановить. Тогда, вероятно, придется вернуться на старый путь коллективной безопасности, ибо других путей для организации мира нет. Англия и Франция выйдут, конечно, сильно ослабленными из этой полосы, но все же и тогда еще потенциальные силы мира будут превышать потенциальные силы агрессии.

На вопрос Пайяра, считаю ли я возможным привлечение к такой политике коллективной безопасности также Польши и Румынии, я ответил, что в настоящий момент вряд ли это было бы возможным, в особенности в отношении Польши, ибо она, а в меньшей степени и Румыния относятся особо недоверчиво к политике Англии и Франции. Должны сперва объединиться великие державы, и когда они на деле покажут свою способность вести твердую и последовательную политику, то вокруг них начнут группироваться другие страны и будет обеспечена поддержка США. [...]

Литвинов

Печат. по арх. Опубл. в сб. «СССР в борьбе за мир накануне второй мировой войны». М., 1971, с. 85—86.

255. Из письма посланника ЧСР во Франции в МИД ЧСР

10 декабря 1938 г.

Германия не торопится с окончательным установлением статута Чехословакии и гарантией ее границ по следующим причинам:

1. Германия испытывает недоверие к намерениям Чехословакии в отношении Германии. Риббентроп неоднократно заявлял, что Чехословакия в удобный момент может вновь вернуться к политике, которую он называет «à la Benes». Сопровождавшие Риббентропа лица во время бесед были более откровенны и отмечали, что хотя Бенеша в Чехословакии уже нет, тем не менее ею руководят такие же люди, что и раньше, и они действуют теми же методами, что и их предшественники.

404

2. По моим данным, беседа короля Кароля с Гитлером не принесла удовлетворения. Кроме того, смерть Кодряну и его сообщников вызвала у Гитлера и его окружения резкую реакцию как против короля Кароля, так и против Румынии.

3. В Германии пока еще не представляют достаточно ясно, какую окончательную окраску приобретет венгерская политика и не следует ли Германии зарезервировать за собой возможность поддержать Венгрию как против Румынии, так и против Чехословакии.

В Германии думают также над тем, что было бы для ее политики наиболее выгодным и действенным. Если чехословацкие границы будут гарантированы и окончательно закреплены, то изменения в тактике и политике станут затруднительными. Поэтому Германия хочет на будущее зарезервировать за собой возможность разрабатывать политику в районе Центральной Европы по возможности еще и за счет Чехословакии, если это подойдет для ее комбинаций.

Относительно Франции считаю своим долгом обратить внимание на то, что на основе пропаганды и сообщений о том, что происходит в Чехии, Словакии и в Закарпатской Украине, здесь выработалось такое отношение к Чехословакии, словно она уже стала колонией Германии. Подобные настроения существуют также в Англии и в Америке. В связи с этим обращаю внимание на то, что Малькольм Дэвис, поддержкой которого в пользу Чехословакии мне удалось заручиться и который находится сейчас в Америке, где он беседовал с ответственными американскими деятелями, в своих сообщениях в Париж указывает, что в Америке интерес в вопросе оказания помощи Чехословакии значительно ослаб. [...]

В этих обстоятельствах самым решительным образом советую, чтобы чехословацкое правительство поторопилось с переговорами с Германией и Италией о гарантии чехословацких границ. Мы уже потеряли много времени, положение для нас ухудшилось и постоянно ухудшается. И теперь стало ясно: если в скором времени не будет организована гарантия чехословацких границ, то вся идея международных гарантий этих границ отпадет.

Когда 18 сентября в Лондоне родилась идея гарантии чехословацких границ, то это была идея индивидуальных гарантий, наиболее приемлемая для Чехословакии форма гарантий. С тех пор, однако, прошло много

405

времени и отношение к этому вопросу как в Англии, так и во Франции изменилось. Согласно моим данным, англичане теперь ни за что не предоставят индивидуальных гарантий. Следовательно, остаются только коллективные гарантии. Я понимаю все отрицательные стороны таких гарантий, но все же утверждаю, что, не имея большой цены с точки зрения юридической, они тем не менее имеют большой психологический и политический вес. Если мы не поспешим с получением этих гарантий, то я выражаю самые серьезные опасения относительно того, сможем ли мы вообще получить какие-либо гарантии в ближайшее время. Поэтому я считаю целесообразным добиваться хотя бы общей неквалифицированной гарантии, т. е. гарантии коллективной.

По моему мнению, недоверчивая Германия никаких других гарантий Чехословакии не даст. Без гарантий Германии не даст гарантий Италия, а без гарантий Италии не даст гарантий Англия. Само собой разумеется, что одна Франция гарантий не даст. Что из этого следует? Поскольку франко-чехословацкий договор до сих пор имеет юридическую силу, Франция будет обязана прийти на помощь Чехословакии в случае ее дальнейшего насильственного раздела. Чтобы еще раз не подвергнуться нажиму, какому Франция уже подвергалась в сентябре, она, вероятно, просто официально признает чехословац-ко-французский договор недействительным. Это произвело бы в Европе угнетающее впечатление, как если бы Чехословакию сочли погибшей. Чтобы этого не произошло, я настойчиво советую чехословацкому правительству поторопиться.

Осуский

Печат. по арх. Опубл. в сб. «Das Abkommen von München 1938». Рга-ha 1968, S. 330—332.