Зачем смоковница зря землю занимает

Корнями, ветками, листвой, но без плодов?

Себя, садовника трудами только мает,

Еще раз осмотреть её ладом.

Хозяин строго вник и рассмотрел,

Велел срубить и выбросить в кострище,

Под нож пустить, под пытки, под расстрел, -

Уж столько лет плоды напрасно ищем.

Не святость от тебя, шальная Русь,

Пропила, проблудила, прогремела;

О прошлом ностальгия, слёзы, грусть, -

Но что же в прошлом от Христа имела?

Как правило, суют тебе под нос.

Монастыри, иконы, много храмов.

Но Иегова всё пустил под нож,

В семнадцатом году трагедии и срама.

На что она и землю занимает,

Когда не в Бога богатеет жадно,

Не благовестие - развёрнутое знамя,

Но дух болотный и повсюду жабы.

В пробирках КГБ злых «сергиан» зловонье -

Спросонья приняли их кваканье на веру.

Не в Библию поверили - в монахов на Афоне,

И ныне под фатой безбожная мегера.

Где плод смирения, прощенья и свободы,

Любви к поверженным, от благовестья дети?

Кто наградил разбойников, уродов,

Канонизировал слепцов по страшной смете?

На что шестую часть земного шара

Похабно-дико, зряшно занимаем?

Чем дальше, хуже и не просто кара, -

На нас все Гитлеры, Аттилы и Мамаи.

Бог высвободил место для других -

Патриотизм земной сгорит бесследно.

Не прореки и слова вопреки...

За нами катафалк и конь предельно бледный. 31.12.04.ИгЛа (Игнатий Лапкин)

 

 

Зачем стреляют люди в небеса.doc

 

Зачем стреляют люди в небеса,

Хлопушки, феерверки и салюты.

Быть может это тысячи «Осанн»,

Что избежали в прошлом казни лютой?

Застолье заполночь, что в битве одолели,

Врага примерного сумели превозмочь;

И добрели до рубежа калеки,

Не сбросила земля всех в яму прочь.

Ликуют искренно и поздравленья шлют,

На траты не взирая телеграммы.

В честь Иеговы мой каков салют,

Что несмертельные зализываю раны?

Под корень срублены леса из редких ёлок,

На безработицу каникулы похожи,

Расхорохорился к двенадцати и квёлый.

И обувь праздная до п о лночи в прихожей.

Из новогодней с у етности пользу

Не по-язычески извлечь бы христианам.

К воздетым стр е лкам каяться – не позже,

В мольбе и наши длани так протянем.

Долготерпенье Бога восхвалить,

Что Он не смёл хулителей и дерзких.

В улыбку благодарности да изогнётся всхлип,

И раска я нья акт да станет веским.

Летим, зажавши волосинки в горсть,

Стирает в памяти успехи, пораженья.

А жизни смысл до удивленья прост:

«Христос есть жизнь, и вечной жизни стержень».

На небе алчность сущим не присуща,

Ничто нечистое не вхоже в вечный град,

Вся жизнь есть возвращенье к райским кущам;

Жить в Духе Божием всех сладостней наград.

И небеса расцвечивать не стоит,

Быть может, это вызов падших духов?

Я с Библией сажусь к двенадцати за столик,

Лампадка теплится на и ноческой кухне. 01.01.08. ИгЛа (Игнатий Лапкин)

 

 

Защитником быть сирых и вдовиц.doc

 

Защитником быть сирых и вдовиц,

Покинутых, больных и одиноких,

И от насильников спасти, напавших на девиц,

Когда обиду видел и спасти бы мог их.

Но иногда, не приведи, Господь,

И сила есть, отчётливо всё видишь,

На расстоянии твой крик души и злость,

Но крыльев нет, и ты свидетель лишний.

Живу по милости Господней не в столице,

А на окраине, имею голубей.

Из леса рядом злые террористы,

И похищают как чеченец злой людей.

Что делать с ястребом, ума не приложу,

Советы нереальные отбросив;

Решаюсь сделать крест и освятить прошу,

Остановить молитвой не человека просто.

Не думаю, что крючконосый изверг

Мог видеть водружение распятья.

Среди ветвей невидимый был выстрел

И снайперу в молитве тот камуфляж попался.

До этого не раз я видел в небесах

Как нежная голубка добычей становилась.

Теперь наш спор был на иных весах,

И чаша благодарности до алтаря склонилась.

И только раз я видел меж ветвей.

Как сиротивший нежных голубят

Летел за той межой, не смел посметь,

И разворачивался, отступая вспять.

Такое повторялось и в деревне -

Испытанное средство наготове:

Молитва, крест – рецепт от самых древних,

И не к зенитке руки, к Иегове.

Умильно по утрам смотрю туда, где храм,

Не скрежещу на ястреба зубами,

Не устоит стократ сильнейший тот тиран,

Я защищён с моими голубями. 7.9.04.ИгЛа (Игнатий Лапкин)

 

 

Звезда последняя в предутреннем тумане.doc