ТОП 10:

ВОЗНИКНОВЕНИЕ АНТИСЕМИТСКИХ ПОЛИТИЧЕСКИХ



ПАРТИЙ В ЕВРОПЕ

 

В шестидесятых и семидесятых годах девятнадцатого столетия завершился процесс еврейской эмансипации в странах Центральной Европы. Европейские евреи были уверены, что тем самым разрешился и их «вопрос». Однако, к их крайнему изумлению, выяснилось, что и по достижении равенства перед законом окружавшая евреев среда явно продолжала отмежевываться от них; дискриминация по отношению к ним в различных областях не прекращалась, и еврей по-прежнему считался евреем, хотя с государственно-правовой точки зрения он уже стал французом, немцем или англичанином. Таким образом обнаружилось, что с победой принципа эмансипации «еврейский вопрос» лишь изменил свой облик и вместо юридической проблемы стал общественной.

{541} Это было отчасти вызвано быстрым продвижением евреев в экономическом и социальном отношениях, которое, однако, не оправдало надежд поборников ассимиляции. Сторонники равноправия утверждали, что жизненный уклад евреев, их специфические профессии и национальная обособленность порождены ограничениями в правах и многовековыми преследованиями со стороны церкви и правительства: с упразднением ограничений и дискриминации, когда евреи станут равными среди равных, исчезнут их «характерные черты», а вместе с ними исчезнет и наболевший «еврейский вопрос».

 

Однако действительность в эпоху эмансипации не оправдала этих утопических надежд. Хотя большинство евреев Центральной и Западной Европы прошло через процесс ассимиляции с культурой окружающей среды и полностью отожествляло себя с народами стран своего жительства, хотя значительная часть их перестала соблюдать предписания еврейской религии, — все это не стушевало отличительных черт евреев, а иногда даже резко оттеняло их.

Свобода передвижения и выбора местожительства не привела к расселению евреев по всей стране, как надеялись и заверяли их друзья, а наоборот, содействовала их концентрации в городах, главным образом в столичных; и их типично-еврейский быт, который в прежних поколениях преобладал в отдельных, обычно отдаленных, районах разных государств — в Эльзасе, Познанском герцогстве, в Галиции, — теперь стал проникать в центральные области этих стран и в их столицы. Свободный выбор занятий не побудил еврейские массы перейти к земледелию или ремеслам, а усилил их участие в крупной торговле, в банковском деле, в свободных профессиях, в публицистике, в литературе, науке и искусстве. Хотя эти евреи совершенно уподобились местной интеллигенции, в глаза недоброжелателей бросалось их активное участие в некоторых родах занятий, намного превышавшее их процент в общем населении. К тому же, и на их участие в области европейской культуры сказывалось влияние многовекового наследия еврейского творчества и мышления.

{542} Все эти явления отмечались в различных формах а антиеврейской литературе последней четверти девятнадцатого столетия. Поэтому можно с полной уверенностью установить, что существует не только связь во времени, но и причинная связь между завершением эмансипации и возникновением «современного» антисемитского движения. Современный антисемитизм — это в значительной мере реакция окружающей среды на процесс правового уравнения и экономического и культурного включения в нее евреев, хотя корни его таятся в глубокой Юдофобство — старинное явление, начало которого восходит к первичному антагонизму между языческими империями и находившимся в их пределах монотеистическим меньшинством, а также к борьбе еврейства против стремления развивающегося раннего христианства привлечь к себе массы идолопоклонников путем уступок их обычаям.

Уже в новозаветной литературе отчетливо проявляются антиеврейские тенденции, но особенно сильны они в сочинениях отцов церкви. Поэтому вполне понятно, что юдофобство наложило свой отпечаток на облик и культуру христианской Европы. Религиозным и социальным брожениям в средневековой Европе обычно сопутствовали усиление ненависти к евреям, преследования их и даже погромы; однако современному антисемитизму присущи особенные признаки, отличающие его от традиционного юдофобства как в идеологическом, так и в общественном отношениях.

В средние века антиеврейские аргументы подчеркивали, главным образом, присущую якобы евреям злостность. «Неверные жиды» изображались еретиками, «христопродавцами», употребляющими христианскую кровь для совершения своих культовых обрядов, хулителями имени Христова, высасывающими кровь населения ростовщиками, одержимыми коварными умыслами против христиан и христианства и т.п. Только евреи, «избавившиеся от своих пороков», т.е. переменившие свою веру, считались исправленными.

Иными были аргументы современных антисемитов. Они направлены против «еврейского духа», заносимого якобы {543} в окружающую их среду, по сути дела — против самого существования евреев. Согласно этой идеологии христианско-европейской «сущности» противостоит «сущность» еврейская. Более того: отрицательные черты отдельных евреев определяются как отличительные признаки особой еврейской «расы» — понятие, заимствованное из биологической и антропологической терминологии, которому уже с середины девятнадцатого столетия придается общественное значение.

Отсюда и название нового антиеврейского движения — антисемитизм, т.е. сопротивление свойствам семитской расы, наиболее характерными представителями которой являются евреи. На основании псевдонаучных исследований была якобы установлена устойчивость неподдающихся изменению расовых черт, от которых нет возможности избавиться. Поэтому «семитская» раса — полная противоположность расе «арийской» с ее культурой, с ее правовыми и этическими нормами и обычаями.

В современном антисемитизме, по сравнению с минувшими веками, имеется и организационное новшество.

Антиеврейские эксцессы в прошлом, несмотря на их крайнюю ожесточенность, не были результатом деятельности общественных течений, главной целью которых была борьба с еврейством, а лишь побочными явлениями, сопровождавшими общие политические и социальные процессы. Современный же антисемитизм характеризуется множеством организаций — или партий — видящих свое назначение s борьбе с евреями и их влиянием, и вся политика которых сводится к юдофобскому беснованию.

Рост нового движения крайне изумил либеральные и радикальные круги, поддерживавшие в большинстве своем равноправие евреев и считавшие антисемитизм пережитком прошлого. Эти группы, верные рационалистической традиции восемнадцатого столетия, считали, что юдофобство — предрассудок, укоренившийся в сознании народных масс из-за их невежества и из-за порочного влияния клерикальных и реакционных элементов, и что успехи Просвещения приведут к его ликвидации.

Эта надежда не сбылась. Хотя вторая половина девятнадцатого столетия была, несомненно, эпохой быстрого {544} распространения просвещения в широких слоях общества Западной и Центральной Европы, — именно в это время стал формироваться современный антисемитизм. Чем объясняется готовность европейского общества воспринять эти человеконенавистнические теории? Для того, чтобы ответить на этот вопрос, следует рассмотреть связь между некоторыми идейными течениями девятнадцатого столетия и антисемитской идеологией.

Первая половина XIX в. была периодом расцвета романтических концепций, явившихся реакцией на рационалистические идеи конца восемнадцатого столетия и на лозунги Французской революции.

Политический романтизм способствовал возникновению националистических теорий и благоговению перед «духом нации». В свое время эти идеи обогатили арсенал доводов противников еврейской эмансипации, уверявших, что евреи чужды «духу» европейских наций.

После победы эмансипации они послужили оправданием для недовольства разных слоев общества самим равноправием евреев или способами проведения его в жизнь. В Германии либерализм был тесно связан со стремлением к национальному объединению, и большинство либералов готово было пожертвовать любым принципом для достижения желанной цели — объединенного Германского государства. Поэтому преклонение перед единением немцев под влиянием теорий о «германском духе» легко претворилось в требование однородности немецкого общества и во враждебность ко всему тому, что в их представлении не совпадало с устоями «немецкой самобытности».

Однако не только у немцев, но и у других народов, в особенности в пределах многонациональных империй, романтический национализм часто сопровождался обострением неприязни к евреям. Эти народы опасались, что евреи всегда будут сторонниками более богатой и развитой культуры господствующей нации — немецкой или русской.

Усиление социалистических течений в европейском обществе также сыграло значительную роль в обострении отношения широких масс к евреям. Несмотря на то, что евреи принимали активное участие в социалистическом движении, руководители которого безоговорочно {545} поддерживали еврейское равноправие, все же те, кто подчеркивал отрицательные стороны капиталистического развития Европы, приписывали большое значение функции евреев в этом процессе. Поэтому некоторые основоположники утопического социализма, как, например, Шарль Фурье, относились к евреям крайне враждебно. Один из учеников Фурье, Альфонс Тусснель, в своей книге «Евреи — короли эпохи» (1845 г.) дошел до полного отождествления капитализма с еврейством.

 

 

Большинство социалистов того времени проводило знак равенства между евреем и капиталистом. Символом общественного господства капитала стал «иудейский король» Ротшильд. Поэтому борьба этих групп против капитализма порой принимала яркую антиеврейскую окраску.

В некоторых социалистических партиях нарастала враждебность к евреям; и не случайно вождь немецких социалистов Август Бебель называл антисемитизм «социализмом глупцов». Только возникновение правых антисемитских партий, развивавших пропаганду и среди рабочих, побудило социал-демократическую партию в Германии в конце семидесятых годов ( а во Франции гораздо позже) отмежеваться от антисемитизма.

Во второй половине девятнадцатого столетия многие общественные круги в Германии и во Франции были приверженцами позитивизма, придававшего первостепенное значение достижениям наук, в первую очередь — естественных. «Просвещенные» иронизировали над этическими ценностями, основанными на религиозных верованиях или на идеологических философских воззрениях. Действительность — включая и общественную жизнь — представлялась им борьбой за существование между группами или единичными личностями («социальный дарвинизм»); отсюда вытекали теории об истории человечества как борьбе «видов» или «рас». На почве этих теорий вырос и развился так называемый «расовый антисемитизм».

Эти новые идеологические веяния психологически способствовали восприятию антисемитских аргументов даже «культурным европейцем», а социальные сдвиги в Европе во второй половине девятнадцатого столетия создали {546} благоприятную обстановку для развития и деятельности антисемитских организаций.

Это был период демократизации образа правления. В большинстве стран Западной и Центральной Европы было введено всеобщее избирательное право. Факторы, до того определявшие политическую деятельность, решительно изменились. Политические деятели, нуждающиеся в голосах избирателей, старались снискать их поддержку даже путем приноровления к предрассудкам и понятиям широких масс. Ходячее представление о евреях стало в известном смысле объектом политической спекуляции, которым можно было пользоваться и с которым приходилось считаться.

Это был период развития «свободного общества», основанного на экономической конкуренции, на сопротивлении вмешательству государства в область частной инициативы и на упразднении монополистических позиций отживших свой век гильдий и цехов.

Эти перемены предоставляли известные преимущества евреям, которые не были связаны с прежними косными формами общественной организации и проявляли большую предприимчивость в новых отраслях экономики. Однако от этой ломки тяжело пострадали крестьянские массы, оторвавшиеся в огромном числе от отцовских земельных участков и от своей среды и стекавшиеся в города; пострадали и горожане, лишившиеся опеки вековых цеховых устоев, устранявших конкуренцию и устанавливавших «справедливые цены». Они чувствовали себя беспомощными в новых условиях, где как им казалось, основа их существования ускользает из-под ног.

В «реформаторских движениях» семидесятых и восьмидесятых годов сказалась тоска некоторых буржуазных и мелкобуржуазных групп в ряде европейских стран по государственной опеке и по установленному свыше распорядку. Участились протесты против либеральной «манчестерской» школы и требования вернуться к правительственной регламентации и к протекционизму. С тех пор все чаще слышится утверждение, .что система экономического либерализма содействует наживе только крупных капиталистов, членов «золотого интернационала», под которыми подразумевались евреи.

{547} Шаблон «типичного еврея», как представителя определенного социального и человеческого характера, зачастую очень далекого от подлинной еврейской действительности, становится орудием политической пропаганды. Обострение международного антагонизма и межпартийной политической борьбы привело к употреблению трафаретов, легко становившихся символическими и возбуждавшими симпатию или возмущение. Так возникли типы «капиталиста», «большевика», «жида» и т. п. Укоренению в общественном сознании образа «жида», как человека, стремящегося к господству над всем христианским миром — или к монополии в той или иной области, — несомненно содействовала выдающаяся роль некоторых лиц еврейского происхождения в общественной и культурной жизни.

Так Ротшильд стал символом власти евреев на бирже; Дизраэли — олицетворением еврейского господства в политике; Берне и Гейне — гегемонии в оппозиционной публицистике; Маркс — в интернациональном революционном движении; Сарра Бернар — воплощением еврейского засилия в театре и т. д. Все эти явления привели к тому, что антиеврейское брожение в конце семидесятых годов XIX в. приняло форму организованного антисемитского движения в разных странах Европы.

 

В 1878 г. придворный проповедник в Берлине Штёккер основал «христианско-социальную рабочую партию», главной целью которой было бороться с влиянием социал-демократии на рабочих. Партия не пользовалась заметным успехом, и для усиления ее популярности Штёккер счел нужным приправлять свои речи антисемитскими выпадами. Этот прием оказался удачным, и в сентябре 1879 г. он произнес программную речь: «Наши требования к современному еврейству». С тех пор его партия стала явно антисемитской, и ее деятельность была направлена, главным образом, на травлю евреев и на борьбу с «еврейским влиянием».

 

Антиеврейские настроения в семидесятых годах среди русской интеллигенции тоже усилились в немалой степени из-за того, что влияние славянофилов на общественную жизнь России значительно возросло, особенно после русско-турецкой войны. Достоевский утверждал, что {548} евреи «и теперь неуклонно ждут Мессию... они верят все, что Мессия соберет их опять в Иерусалиме... и чтоб не иметь нового отечества не быть прикрепленным к земле иноземцем... иметь все с собою лишь в золоте и драгоценностях, чтоб удобнее их унести... в Палестину».

 

Опираясь на пример Германии, Иван Аксаков отрицает возможность включения евреев в культурную жизнь страны: «Евреи не исчезают... в общем составе христианского общества, как это происходило раньше, когда цивилизация была еще уделом очень немногих евреев, доставалась им порознь, — как это происходит пока к у нас. Цивилизованные евреи в Германии уже образуют теперь довольно плотную солидарность, слагаются снова в еврейскую «нацию», от принадлежности к которой по-видимому отрешились или, по ходячему мнению, должны были отрешиться, через приобщение к европейскому «прогрессу»... они преобразовываются в культурный слой еврейской нации, ядро которой или основной слой — хранилище еврейской вредоносной национальности — еврейские массы, миллионы евреев, угнетающие низшие классы населения в христианских странах, преимущественно в восточной части Европы...».

Однако не только славянофилы, но и писатели народнического лагеря изображали евреев паразитами и эксплуататорами русского народа. После того, как весной 1881 г. разразились погромы на Украине, исполнительный комитет революционной партии «Народная воля» опубликовал прокламацию на украинском языке, в которой говорилось: «А нехай лиш встануть мужики... зараз царь стане жидив рятувати (спасать)... Ось що выроблее той паньский, та жидивский царь... Ви почали вже бунтовати против жидив. Добре робите...».

В издаваемом ею органе появились восторженные статьи в оправдание погромов и описания антиеврейских настроений среди крестьян.

Центром антисемитского движения стала Германия. В конце 1879 г. и в продолжение 1880 г. здесь было опубликовано несколько агрессивных антиеврейских памфлетов журналиста Вильгельма Марра. Известный историк проф. Г. Трейчке нападал на евреев за то, что они будто бы отказываются ассимилироваться с немецким обществом и {549}его культурой, за их стремление создать «гибридную культуру» и за беспрерывный приток еврейских иммигрантов из Польши. Это он впервые выдвинул лозунг «евреи — наше несчастье», ставший при Гитлере девизом нацистов. В то же время появился ряд публикаций, рассматривавших евреев с расистской точки зрения. Самой резкой из них была книга известного оппонента Маркса и Энгельса — Евгения Дюринга.

Этот сочинитель не только порицал различные черты еврейской расы, но и пытался дать «научное» объяснение употреблению евреями христианской крови, начало которого он возводил к принятым якобы у древних иудеев человеческим жертвоприношениям, а сохранение этого обычая, по его мнению, заключается в стремлении еврейских главарей связать круговой порукой каждого отдельного еврея путем участия во всенародном преступлении.

В августе 1880 г. была составлена антисемитская петиция, требовавшая преградить доступ еврейским иммигрантам в Германию, уволить евреев с должностей, связанных с административными полномочиями, и ввести отдельную статистическую перепись еврейского населения. Авторы петиции собрали четверть миллиона подписей и предъявили ее рейхстагу в апреле 1881 г. «Берлинское движение» — так называлась тогда антисемитская агитация — не отличалось единомыслием: в нем боролись две тенденции: консервативно-романтическая и расистско-радикальная. Консерваторы отмежевывались от заявлений радикалов, провозглашавших, что надо убивать и изгонять евреев. Выборы в рейхстаг в том году не принесли успеха антисемитам.

В 1882 г. антисемитские группы в различных странах приступили к созданию международной организации. В конце этого года в Дрездене состоялся первый международный конгресс антисемитов, опубликовавший «Манифест к правительствам и народам христианских государств, обреченных на гибель по вине еврейства». Этот манифест призывал к созданию во всех городах боевых организаций, которые должны были сплотиться во «вселенский христианский союз». На втором конгрессе, в 1883 г., была сделана попытка объявить «учение» {550} Дюринга обязательной для всего движения идеологией («Расовая теория величайшего из мировых мыслителей станет скалой, о которую еврейство разобьется вдребезги и будет предано уничтожению»), но предложение это было отвергнуто в результате сопротивления антисемитов других направлений.

Антисемитская агитация привела к тому, что еврейский вопрос стал одной из центральных проблем германской общественной жизни. Правда, при первых проявлениях активности антисемитского движения немецкие либералы, в том числе ученые и политические деятели, опубликовали 14 ноября 1880 года воззвание против антисемитизма, клеймя его как «национальный позор»; но даже среди них многие придерживались того мнения, что евреи продолжают вести свой обособленный образ жизни, основывают свои отдельные организации и все еще не вполне ассимилировались с немецкой нацией, в результате чего они резко выделяются из окружающей среды, вызывая неприязнь народных масс.

Даже некоторые из лидеров преследовавшейся тогда социал-демократической партии видели в антисемитизме этап на пути к возбуждению ненависти к капиталистам вообще и поэтому не были склонны отмежевываться от антисемитского движения, рассматривая его как одну из форм выражения народного возмущения. Только тогда, когда организованный антисемитизм превратился в опасного соперника социал-демократии, они начали бороться с ним. Большинство же социал-демократических руководителей перестало рассматривать антисемитизм как проявление антикапитализма лишь значительно позже, когда кишиневский погром и политика русского правительства по отношению к евреям наглядно доказали, что юдофобство служит эффективным оружием в руках реакции для достижения ее политических целей.

 

В Австрии в восьмидесятых годах тоже возникло сильное антисемитское движение, прикрывавшееся лозунгами «христианского социализма», как, например, «защита простолюдина от еврейской эксплуатации» и т. п. Это движение поддерживало также идею пангерманизма на том основании, что евреи якобы способствуют укреплению {551} славянских и мадьярских элементов в Габсбургской монархии. Вырастали всякого рода организации, возвещавшие о своем стремлении оградить «маленького христианского человека» от посягательств «крупного еврейского капитала». В особенности процветал антисемитизм в Вене, где господствовали острые социальные противоречия, в результате быстрого темпа ее развития.

Кровавый навет в Тисса-Эсларе и сопровождавшая его газетная травля воодушевили антисемитов в Венгрии. В сентябре 1882 г. был устроен погром в Прессбурге (Братиславе), и власти сумели подавить его только с помощью войска. В венгерском парламенте образовалась довольно большая антисемитская фракция. Во второй половине восьмидесятых годов влияние антисемитских партий в Венгрии, так же, как и в Германии, ослабло.

В начале последнего десятилетия XIX в. возобновилась антисемитская деятельность в Германии вследствие перемен, происшедших в ее политической ситуации и в соотношениях между партиями. По мере того как Бисмарк стал все больше опираться на консервативные элементы, усиливалась тенденция властей препятствовать доступу евреев к государственным и общественным должностям. Еврейские военнослужащие не могли быть произведены в офицеры, так как военная верхушка, состоявшая главным образом из прусских юнкеров, не была готова допустить евреев в свои ряды. Министерство юстиции не давало возможности евреям занимать должности в судебном ведомстве, министерство просвещения отказывалось назначать их преподавателями в государственных учебных заведениях. Враждебное отношение к евреям, принимавшее все более острые формы и в университетских кругах, преградило им путь к научной карьере и к занятию кафедр. Те же евреи, которые были приняты на государственную службу, были лишены возможности продвигаться по служебной лестнице.

Коалиция консерваторов и «национальных либералов» (картель), возглавлявшаяся Бисмарком, отняла всякую надежду на действенное общественное сопротивление политике дискриминации по отношению к евреям. Вступление на престол Вильгельма II еще более усилило {552} влияние привилегированного юнкерства, в особенности военной клики, в политической жизни Германии.

«Христианским социалистам» во главе со Штёккером удалось упрочить свои позиции в рядах консервативной партии, и по их настоянию в ее новую программу, опубликованную в декабре 1892 г., был включен параграф, призывавший бороться с «разлагающим еврейским влиянием на жизнь нашего народа». Одной из причин, побудивших консерваторов выдвигать антисемитские лозунги было их стремление стать массовой партией. На выборах в рейхстаг в 1893 г. антисемитские партии получили четверть миллиона голосов и провели 16 депутатов, но со середины девяностых годов начался их постепенный упадок (в 1898г.—13 депутатов, в 1903г.—9), так как правительство и сам император выступили против необузданной агитации антисемитов, действовавшей якобы «на руку социал-демократии».

 

В 1890 г. в Германии был основан «Союз для борьбы с антисемитизмом», во главе которого стояли видные общественные деятели и члены прогрессивной партии. Союз опубликовал обширный материал, опровергающий антисемитские обвинения. Социал-демократы также приняли участие в этой борьбе, и их лидер Август Бебель неоднократно полемизировал с антисемитами в печати и в своих речах в рейхстаге. Но антисемитские идеи упорно продолжали насаждаться в Германии посредством периодической печати и специальных брошюр, а также путем публикации псевдонаучных исследований.

Особенной популярностью пользовалась книга X. С. Чемберлена «Основы девятнадцатого века» (1898 г.), в которой история человечества изображается как борьба между арийской и семитской расами. Первая созидает и строит, а вторая разрушает и вредит. Это сочинение, научно совершенно необоснованное, разошлось в короткое время миллионным тиражом и пользовалось большим успехом в кругах немецкой интеллигенции. Сам император читал из него отрывки своим детям и рекомендовал ввести изучение его в программу офицерских школ. Антисемитская концепция стала неотъемлемой частью господствующей идеологии.

{553} В эти же годы антисемиты добились успеха и в Австрии, главным образом в Вене. Уже в 1891 г. они провели 13 депутатов в рейхсрат, но особенно усилилось их влияние, когда к ним примкнул Кард Люэгер, бывший демократ, проповедовавший «христианско-социальную» идеологию и требовавший опекать «маленького человека». В 1895 г. антисемиты и антилибералы получили большинство в Венском муниципалитете, и Люэгер был избран бургомистром. Император Франц Иосиф отказался утвердить его на этом посту. Лишь после того, как он был переизбран три раза подряд, он все же стал в 1897 г. бургомистром. Люэгер пользовался своим постом для того, чтобы дискриминировать евреев в Вене и во всей Нижней Австрии, ограничивать в правах еврейских учащихся и т. д. В 1907 г. фракция «христианских социалистов» насчитывала в рейхсрате свыше ста делегатов, и ее представители входили также в состав правительства. Они рекомендовали ввести в учебных заведениях «процентную норму» для евреев, по примеру России, и другие антиеврейские меры.

 

Во Франции первые проявления организованного антисемитизма обнаружились в начале восьмидесятых годов XIX в., когда обострилась борьба между республиканским и радикальным лагерями, с одной стороны, и роялистскими и клерикальными группами — с другой. Непосредственной причиной антиеврейской травли послужил банкрот католического банка, вследствие чего многие мелкие вкладчики потеряли свои сбережения, а директор банка обвинил в крахе «еврейский капитал».

Распространению вражды к евреям в широких кругах французской публики способствовала также книга Э. Дрюмона «Еврейская Франция», вышедшая в свет в 1886 г. В этом сочинении был подчеркнут «исторический антагонизм» между арийцами и семитами и описывалось «пагубное влияние евреев» на протяжении всей французской истории. Дрюмон выдвинул требование провести бескровную социальную революцию путем раздела еврейского имущества. Книга его разошлась в сотнях тысяч экземпляров. Были основаны антисемитские организации, студенческие и другие, развившие оживленную деятельность. Особым рвением отличались круги низшего духовенства, {554} основавшие «христианско-демократическое движение» для борьбы с «еврейским капиталом».

 

Своего апогея достиг антисемитизм во Франции в связи с взволновавшим весь мир делом Дрейфуса.

В 1894 г. был арестован по обвинению в шпионаже капитан Альфред Дрейфус, офицер-еврей, служивший во французском генеральном штабе. Антисемиты видели в этом неопровержимое доказательство тому, что «все евреи изменники». Военный министр решил после некоторых колебаний отдать Дрейфуса под военный суд. Шовинистическая военная клика и клерикально-роялистские круги решили использовать этот процесс в своем стремлении восстановить монархию и реакционный режим во Франции.

На судей было произведено давление, и на основе фальсифицированных материалов был вынесен обвинительный приговор. Дрейфус был присужден к пожизненной каторге на «Чертовом острове».

Но один из офицеров генерального штаба, полковник Пикар, обнаружил, что главный документ, на котором было построено обвинение против Дрейфуса, был написан другим офицером и что Анри, сотрудник французской контрразведки, подделывал бумаги — по-видимому, получив на то согласие своего начальства, — чтобы свалить вину на Дрейфуса. После этого разоблачения Пикар был отстранен от своей должности и послан в Алжир. Тогда же еврейский журналист Бернар Лазар опубликовал брошюру под названием «Правда о деле Дрейфуса».

Некоторое время спустя стали распространяться слухи о том, что происходит в генеральном штабе, и вслед за ними поднялась общественная буря, длившаяся около трех лет (1897—1899 гг.). Антисемиты утверждали, что в Европе существует тайная еврейская организация, задавшаяся целью унизить Францию и ее армию. Французская общественность раскололась на сторонников Дрейфуса и его противников — дрейфусаров и антидрейфусаров. Эти лагери отражали борьбу между социальными силами, которые выкристаллизовались после основания Третьей республики.

Теперь в этой борьбе центральное место заняли «еврейский вопрос» и проблема отношения к евреям. Большинство партий противилось пересмотру процесса. 13 января 1898 г. в газете «L'Aurore» {555} («Заря») было опубликовано открытое письмо известного писателя Эмиля Золя президенту Республики, под заглавием «Я обвиняю..!» («J'accuse»), в котором он осуждал генеральный штаб за искажение правосудия и защиту подлинного шпиона. Это выступление повлекло за собой антисемитские вспышки, и эксцессы в разных городах Франции, включая Алжир, и во время новых выборов большинство кандидатов, выдвинутых дрейфусарами, потерпело поражение. Поворот произошел, когда военный министр пришедшего на смену правительства, заклятый враг дрейфусаров, распорядился вновь расследовать дело.

Сразу же был обнаружен ряд подлогов. Фальсификатор Анри покончил с собой в тюрьме, но руководящие военные круги все еще противодействовали новому судебному разбирательству, что еще сильнее обострило общественную борьбу. В конце концов в августе 1899 г. состоялся повторный процесс, но и тогда большинством голосов была подтверждена виновность Дрейфуса. Однако суд предложил смягчить приговор, а президент Республики помиловал осужденного. Полностью же Дрейфус был реабилитирован лишь в 1906 г.

Дело Дрейфуса имело значительные последствия для политического развития французской республики — оно привело к ослаблению влияния военщины и клерикалов и к усилению радикальных республиканских кругов: вскоре после ликвидации процесса во Франции был проведен закон об отделении церкви от государства. Дело Дрейфуса оказало также первостепенное влияние на отношение европейской общественности к евреям, так как оно способствовало нанесению тяжелого удара организованному антисемитскому движению не только во Франции, но и в других странах.

{556}

Глава пятнадцатая







Последнее изменение этой страницы: 2016-09-18; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 18.206.12.79 (0.018 с.)