ТОП 10:

Мухаммад Исмаиль аль-Мукаддам



ПО ПРАВДЕ О ВАХХАБИЗМЕ

Мухаммад Исмаиль аль-Мукаддам

КАИР • СВЕТ ИСЛАМА • 2011

ПО ПРАВДЕ О ВАХХАБИЗМЕ[1]

Предисловие редакции

С именем Аллаха Милостивого, Милосердного!

В конце восьмого века от хиджры исламский мир достиг последней ступени в своём упадке. Двери иджтихада, знания и мысли были закрыты уже давно и положение вещей было устрашающим. И уже в начале двенадцатого века от хиджры, этот упадок достиг такой степени, что даже в душах неверующих шевельнулась жалость. Они растерялись, сравнив положение мусульман в этот период с их положением во времена сподвижников.

Американский писатель Стоддарт сказал: «Что же касается религии, то её окутало чёрное покрывало, и единобожие, которое проповедовал обладатель послания (Мухаммад r), густо обросло суевериями и покрылось толстыми плёнками суфизма. В мечетях почти не стало молящихся, зато увеличилось число невежественных проповедников, и множество нищих ходили от места к месту, обвешанные талисманами, амулетами и чётками, внушая людям ложь и сомнения, и побуждая их совершать паломничество к могилам святых и приукрашивая в глазах людей испрашивание заступничества у покоящихся в могилах. И люди пребывали в неведении относительно достоинств Корана, и повсеместно распространились спиртные напитки и опиум. Распространился порок, и установленные религией запреты нарушались без страха и стыда. Благословенную Мекку и Пресветлую Медину постигло то же, что и другие мусульманские города, и священный хадж, который Аллах предписал совершать каждому мусульманину, имеющему такую возможность, превратился в обыкновенный балаган. В общем, мусульмане перестали быть мусульманами и пали столь низко, что если бы обладатель послания вернулся в этот мир в ту эпоху и увидел это печальное зрелище, он непременно разгневался бы и проклял бы заслуживших проклятие мусульман подобно тому, как проклял он вероотступников и идолопоклонников»[2].

Амир Шакип Арслан говорил: «Если бы мудрый философ или талантливый историк, видящий все недуги общества, решил поставить мусульманам этой эпохи диагноз, он бы не смог не согласиться с тем, что сказал американский писатель Стоддарт»[3].

Если вас не утомит, послушайте ещё одну историю, написанную другим западным комментатором: «В восемнадцатом веке чувства мусульман остыли, и номинальный халиф лишился силы, так что жители южных областей не признавали его власть, а жители Йемена вышли из-под его контроля ещё несколько веков назад. А влиятельные люди Мекки противоречили своему правителю больше, чем христиане. Что же касается единства направления, которое наблюдается сейчас, то в те дни оно почти не ощущалось. Если говорить о духовном центре — Мекке, то там господствовала роскошь и изнеженность, и можно было обнаружить расположение и симпатию к чему угодно, но только не к воздержанности, равнодушию к мирским благам и благочестию… И это притом, что они своими глазами видели, как англичане завоёвывают Индию. И войска неверующих ступили на землю турок… Однако арабы почти не замечали этих событий. Что же касается гнева и желания отомстить, которое демонстрируют сегодня мусульмане по отношению к Великобритании, Франции и России, то в те времена ничего подобного не было. А поскольку не было гнева, не было и благородного пыла, — что уж там говорить о призыве к исламу! В заключение можно сказать, что ислам двигался в сторону упадка. Что же касается подъёма, которого достигли исламские течения в Африке и Китае в девятнадцатом веке от хиджры, то ничего подобного никто не мог ожидать в те дни»[4].

Вместе с тем положение в Неджде — сердце Аравийского полуострова — было ещё хуже. Самое малое, что можно сказать о нём - это то, что жители Неджда достигли дна в своём нравственном упадке и перестали различать добро и зло в своём обществе. Языческие убеждения утвердились в их сердцах за прошедшие века, и очень многие люди считали, что эти суеверия и есть правильная, настоящая религия, и они совершенно не были готовы к тому, чтобы хоть на шаг отойти от того, чего придерживались их отцы, вне зависимости от того, правильно это было или неправильно.

В аль-Джубайле (Вади Ханифа) поклонялись могиле Зейда ибн аль-Хаттаба, в ад-Дир‘ие также были подобные могилы и усыпальницы, приписываемые некоторым сподвижникам. Это были центры языческого поклонения в Дехне. В Вади Губайре стояла могила Дырара ибн аль-Азвара. С этим сооружением было связано много мифов и нововведений. Не описать пером то, что делали юноши и девушки со старым деревом в аль-Фида. Женщины, страдавшие бесплодием, шли к этому дереву, чтобы попросить у него детей, а у пещеры близ ад-Дир‘ии совершались непристойные деяния и мерзости!... Продолжать можно бесконечно[5].

И всё это совершалось под именем религии, а люди, которые хоть что-то знали о фикхе и хадисах (их было крайне мало) не находили в себе силы, чтобы бросить вызов (этому язычеству) и побуждать к одобряемому и удерживать от порицаемого.

Если говорить о политической ситуации, то и она была по-настоящему плачевной. Гражданская война вспыхивала время от времени во всех концах Неджда. Бану Халид контролировали северную часть Неджда (Джабаль-Шамр). Там проживали племена Тайй и Хаса. А в ад-Дир‘ие было племя ‘Анза, старавшееся укрепить свою власть. А в Манфухе близ ад-Дир‘ии заправляли дауситы. Несмотря на маленькую площадь области, Неджд был поделен на несколько мелких государств и эмиратов[6].

В эти тёмные времена, погрязшие во мраке омерзительных деяний, обратил свой взор Мухаммад ибн ‘Абду-ль-Ваххаб открыл глаза.

И поднялся, призывая к религии Аллаха и следованию за Его Посланником r: «Я не призываю — и хвала Аллаху! — к мазхабу какого-нибудь суфия, факыха, приверженца калама или возвеличиваемого имама, наподобие Ибн аль-Каййима, аз-Захаби, Ибн Касира и других. Но я призываю к одному лишь Аллаху, у Которого нет сотоварищей. И я призываю к Сунне Посланника Аллаха r, следовать которой он велел и первым поколениям своей общины и последним. И я надеюсь, что никогда не отвергну истину, пришедшую ко мне. И я призываю Аллаха в свидетели, а также Его ангелов и все Его творения, что если придёт к нам от вас слово истины, я непременно приму его, но отброшу в сторону все слова имамов, противоречащие ей (Сунне), потому что только Посланник Аллаха r не говорил ничего, кроме истины…»[7].

Следовательно, шейх Мухаммад ибн ‘Абду-ль-Ваххаб заслуживает справедливого и беспристрастного отношения с нашей стороны, поскольку он не говорил и не делал ничего, кроме того, что заслуживает не просто справедливой оценки, но и поддержки, и обращения к Аллаху с мольбами за него. Он не принёс ничего нового, он не изобрёл ничего от себя. Он основывался на Книге Аллаха, к которой не подберётся ложь, и на Сунне Его Посланника r, то есть его словах, действиях и его молчаливом одобрении слов или действий других людей. Таким образом, все его мнения, слова и дела основаны на Коране, Сунне и программе наших праведных предшественников.

В призыве шейха Мухаммада ибн ‘Абду-ль-Ваххаба (да помилует его Аллах) нет никакой запутанности и неясности, и нет философии. Этот призыв так же ясен, как и сам ислам. Этот проповедник следовал в своём призыве за Посланником Аллаха r и его благородными сподвижниками и праведными предшественниками из числа членов мусульманской общины. Он многое перенял от своих предшественников — мусульманских учёных, особенно от шейха ислама Ибн Таймиййи (да помилует его Аллах), который участвовал в джихаде на пути Аллаха. Следуя их примеру, он вернул людей к Корану и Сунне и отстоял ‘акыду Ахлю-с-Сунна ва-ль-джама‘а. Их влияние хорошо заметно в призыве шейха Мухаммада ибн ‘Абду-ль-Ваххаба, главной осью которого был призыв к признанию Единственности Аллаха, как Господа и Бога, и Его Единственности в обладании совершенными именами и качествами. Он также призывал не обращать ни один из видов поклонения к кому-то или чему-то помимо Аллаха. Это основа призыва всех посланников (мир и благословение Аллаха им всем), в том числе и последнего из них и их предводителя — нашего Пророка Мухаммада r, который усердствовал ради Аллаха истинным усердием, дабы люди поклонялись только Аллаху. Всевышний Аллах сказал: «Мы не посылали до тебя ни одного посланника, которому не было внушено: “Нет божества, кроме Меня. Поклоняйтесь же Мне!”»[8].

Это и есть цель сотворения Аллахом всего сущего. Как сказал Всевышний Аллах: «Я сотворил джиннов и людей только для того, чтобы они поклонялись Мне»[9].

Шейх Мухаммад ибн ‘Абду-ль-Ваххаб (да помилует его Аллах) был дальше всех людей от огульного обвинения людей в неверии, крайностей и чрезмерности, чем кто-либо другой, и в его книгах и письмах можно найти множество доказательств этому[10]. В их числе и слова шейха, сказанные им в свою защиту после того, как его необоснованно обвинили в том, что он якобы считает мусульман, отклонившихся от прямого пути, неверующими. Шейх (да помилует его Аллах) сказал: «И я не считаю никого из мусульман неверующим по причине греха, и не считаю его вышедшим из ислама».

Он также сказал: «Есть среди нас люди, утверждающие, что я якобы считаю неверующими всех людей, кроме тех, кто последовал за мной, и утверждаю, что их браки недействительны… Как удивительно! Как может прийти такое в голову разумному человеку? Разве может сказать нечто подобное мусульманин или даже не мусульманин, знающий или даже умалишённый?..».

Шейх в своей программе объединил переданное (аяты и хадисы) с разумом, потому что слепое следование мнениям определённого мазхаба и отдаление от Откровения, переданного нам, это и есть косность. Он возвращает мнение к ‘акыде и идею — к основе, несмотря на то, что это лишь усилие (иджтихад) человеческого разума… Шейх разъясняет свою программу, основанную на необходимости исходить из достоверного доказательства, переданного нам, а не из слепого подражания и «традиционного» мышления, которые в течение нескольких веков господствовали в мусульманской общине. Программа шейха предполагала открытие дверей иджтихада, основанного на переданном нам доказательстве при полном уважении к имамам мазхабов и их иджтихадам, при условии, что их иджтихады не являются препятствием для иджтихадов остальных учёных-имамов остальных эпох. Шейх кратко излагает основные положения своей программы в следующем высказывании: «Между мной и вами нет разногласий в том, что если учёные достигли единодушия в каком-либо вопросе, следование им в этом вопросе становится обязательным. А если они разошлись во мнениях, то обязан ли я принимать истину от того, кто принёс её? Или же я должен принимать мнение кого-то из них без всяких доводов и утверждать, что истина в его словах? Ты выбрал второе. Но это как раз то, что Аллах осудил и назвал ширком — превращение учёных в господ… Я же придерживаюсь первого, призываю к нему и отстаиваю его в дискуссиях».

Той же программе шейх следовал в своём отношении к мнениям ученых ханбалитского мазхаба, которым он в основном следовал, при условии их чёткой обоснованности (текстами Корана и Сунны). Если внутри мазхаба обнаруживалось несколько мнений, например, когда от самого имама Ахмада передавалось два мнения или его последователи высказали несколько мнений, то шейх говорил: «Если мнение последователей Ахмада отличается от мнения самого Ахмада, мы говорим, что данный вопрос следует возвращать к Аллаху и Его Посланнику (то есть к Корану и Сунне), а не к словам Ахмада и не к словам его последователей. Что же до твоего утверждения: мол, у каждого свои доказательства, то достоверные доказательства не противоречат друг другу, а, напротив, подтверждают друг друга. Однако бывает, что один из них допускает ошибку в доказательствах: либо приводит в качестве доказательства недостоверный хадис, либо приводит достоверный текст, однако неправильно понимает его».

Почему же некоторые люди намеренно поступают несправедливо по отношению к этому человеку?

Могу сказать, что несправедливы по отношению к шейху две категории его оппонентов. К первой категории относятся люди, которые не знают истинной сути этого призыва. Всё, что они знают, — неверные сведения, полученные ими от врагов призыва, которые прилагают усилия для того, чтобы испортить репутацию, как самого призыва, так и его основателя и его последователей и их государства. В действительности, такие оппоненты стали жертвами пропаганды, направленной против призыва, прежде чем стать оппонентами для самого призыва. Эти заблудшие оппоненты нуждаются в тех, кто сказал бы им правду о саляфитском призыве, дабы они изменили своё негативное отношение к нему.

Ко второй категории оппонентов относятся те, кто знает правду о саляфитском призыве, однако относятся к нему и его последователям враждебно, по причине фанатизма и личной испорченности, злобы и зависти, нежелания блага другим и стремления быть на виду, а также нежелания думать о возможных последствиях. Для этой категории оппонентов нужны люди, которые дали бы им достойный ответ.

Нет ничего необычного в том, что оппоненты набросились на него — именно так, всегда, во все времена поступают слабые люди, следующие своим страстям и имеющие корыстные цели. Важно отметить, что он не вёл войну против них — это они стали бороться с ним. И он не пытался изгнать их из их земель, а они изгнали его из родных мест и заставили его переезжать с места на место в поисках убежища и великого человека, крепко стоящего на ногах в этом мире, чтобы соединить свою религию с его мирскими благами и исправить его жизнь посредством своей религии, дабы он защищал призыв, его основы и его последователей. И он нашёл такого человека. Он поверил в его правдивость и встал плечом к плечу с ним и позади него и предрёк ему царство, и предречённое им исполнилось, да так, что никто не мог себе прежде даже представить это. И вместе с тем, он не потребовал для себя власти и не изъявил желания стать соправителем — он не желал ничего, кроме награды от Аллаха.

Они притесняли его и до сих пор относятся к нему несправедливо. Однако благодаря помощи Аллаха и благодаря усилиям верующих, основы этого призыва распространились по всему миру, подобно лучам солнца, которые распространяются утром, вытесняя ночной мрак.

Способный видеть увидел эти лучи, а тот, кто слеп, не заметил их. Тот, кому Аллах помог в этом, смог увидеть силу этого призыва и проанализировать всё точно и беспристрастно.

Для тебя, о читатель, уважающему свой разум, беспристрастно и справедливо относящемуся к себе, адресовано это послание…


 

С именем Аллаха Милостивого, Милосердного!

Хвала Аллаху, Который помог Своему возлюбленному пророку Мухаммаду r страхом, который испытывали враги на расстоянии месяца пути от него, и сделал победу неизменным спутником его последователей до скончания времён. И да благословит Аллах Своего раба и посланника —Мухаммада, членов его семьи и его сподвижников, и да ниспошлёт он им мир постоянный и необъятный!

И далее…

Таков неизменный обычай, установленный Всевышним Аллахом: приверженцы ложного всегда противостоят приверженцам истины и призывающим к ней. Пытаясь настроить людей против них и посеять сомнения вокруг них, дабы отвратить их от пути Аллаха и заставить уклониться в сторону.

Но призывы к исправлению, реформам и очищению не приемлют «срединные» и половинчатые решения. Поэтому они борются с неправильными убеждениями, встречая вначале яростное сопротивление — у оппонента срабатывает защитный рефлекс. Сталкиваясь с чем-то привычным, но неправильным, восставая против него и пытаясь изменить его, эти призывы бросают вызов сторонникам этого неправильного и всем тем, кому выгодно его существование. И это приводит к возмущению, настрою против себя, какими бы жертвенными и спасительными ни были они по своей сути. И это естественное положение вещей.

Поэтому когда взошла звезда шейхуль-ислама Мухаммада ибн ‘Абду-ль-Ваххаба, да помилует его Всевышний Аллах, он столкнулся с нежеланием смириться со стороны своих оппонентов и их упорством в приверженности ложному. И дело не ограничилось вооружёнными выступлениями против его призыва. Некоторые взялись за перо, стремясь исказить суть этого призыва, оклеветав и оболгав его, чтобы у людей сложилось ложное представление о нём.

Многие поспешили с выводами, причём некоторые из них вообще не читали ничего из написанного шейхом, а составили своё представление на основе того, что написали о нём его враги. И политика сыграла здесь немалую роль, особенно политика Британии, которая зорко следила за началом исламского возрождения, дабы успеть покончить с ним до того, как оно обретёт силу и принесёт плоды.

Кроме того, Османская империя, на просторах которой получили широкое распространение радикальные суфийские тарикаты, обрушилась на молодой призыв, так как указанный этим призывом путь, отличался от избранного ими и расходился с ним в некоторых вопросах ‘акыды. В частности, в вопросе посредничества при обращении к Аллаху с мольбами (тавассуль), испрашивании помощи у умерших и других нововведениях и разновидностях придавания Аллаху сотоварищей (ширк).

Сюда следует добавить и рафидитов, которые скверно отзывались о сподвижниках Посланника Аллаха r и известнейших членах семьи посланника Аллаха r (ахлю-ль-бейт) и практиковали различные проявления ширка, считая их основами религии.

И пусть же никто не думает, что трения и разногласия между последователями Ибн ‘Абду-ль-Ваххаба и их оппонентами сводятся исключительно к «ваххабитам». В действительности это убеждения наших праведных предшественников и первого поколения мусульман, основанные на доказательствах из Корана и Сунны и соответствующие пути пророчества. Заслуга шейха и его последователей состоит лишь в оживлении, возрождении этих убеждений, — они обновили их, напомнили о них мусульманам, поставили их на вид и стряхнули с них пыль нововведений.

И в подтверждение своим словам я приведу не только свидетельства сотен выдающихся исламских учёных, которые защищали этот призыв и признали его огромную обновленческую роль. Я собираюсь начать со свидетельств оппонентов ислама, которые оценивали этот призыв беспристрастно.

Как сказал поэт:

А также одна из жен, которую хвалят другие жены,

Ведь известно, что истинное достоинство — достоинство признанное соперниками!

А потом я перейду к высказываниям известных исламских учёных в поддержку этого призыва[11].

В Британской энциклопедии мы можем обнаружить следующее: «Ваххабитское движение[12] — движение очищения в исламе. Ваххабиты следуют только учению Пророка и отметают всё остальное, и враги ваххабизма — это противники правильного ислама».

И сказал испанский востоковед Армано: «Ложь, возведённая на ваххабизм, и наклеенные на него ярлыки не имеют никакого отношения к действительности. Ваххабиты хотят возвращения к исламу эпохи сподвижников Мухаммада r».

Востоковед Гольдцейхер, автор книги «Убеждения и Шариат», писал: «Если мы станем исследовать природу связи между суннитским исламом и ваххабитским движением, мы обнаружим примечательный факт, достойный нашего внимания, особенно с точки зрения истории религий: каждый беспристрастный исследователь событий, связанных с исламом, обязан считать ваххабитов сторонниками исламской религии в том виде, в котором основал её Пророк и его сподвижники, и целью ваххабитов является возвращение ислама к первоначальному состоянию».

Бернард Льюис, автор книги «Арабы в истории», сказал: «Проповедуя ислам, свободный от любых примесей, ислам, который господствовал в первом веке его существования, Мухаммад ибн ‘Абду-ль-Ваххаб, призвал к отдалению от всего, что было добавлено к убеждениям и поклонению, считая эти добавления нововведениями, чуждыми правильному исламу».

И сказал английский востоковед Джоб, автор книги «Гражданские направления в исламе»: «Если говорить об области идеологии, то ваххабизм, посредством вмешательств, проявленных против агрессивного искажения и против теории единства бытия, цель которого заключалась в искажении исламского единобожия, был очень полезным фактором для спасения душ и движением очищения, которое постепенно достигает успеха в исламском мире».

Сказал Буркхардт: «Если мы захотим описать ваххабизм, то в действительности это не что иное, как ислам в его первозданной чистоте».

Он также сказал: «Описать религию ваххабитов — значит описать исламское вероубеждение, поэтому учёные Египта объявили, что не обнаружили никакой ереси в ваххабизме».

Немецкий историк доктор Дакберт пишет в своей книге «Абду-ль-‘Азиз», что «сердцем шейха Мухаммада ибн ‘Абду-ль-Ваххаба овладела новая идея, касающаяся силы арабов. Он считал, что причиной ослабления арабов, которое привело к подчинению их власти иностранных интервентов, было их отдаление от пути праведных предшественников, их разделение на разрозненные группы, а также отдаление от их исконной арабской нравственности».

Далее он говорит: «Шейх считал, что путём к спасению является возвращение к установлениям религии, к истинному учению Посланника. И он начал призывать, по внушению своей совести и веры, к борьбе с нововведениями, которые попали в религию за прошедшие века и вводившим в эти заблуждения, постановлениями учёных религии. Он считал весомым аргументом лишь то, о чём ясно и однозначно говорится в Коране, а также то, о чём достоверно известно, что оно относится к пророку Мухаммаду r. И он стал бороться, против почитания праведников как святых и превращения их в посредников между Аллахом и людьми, используя все свои силы, которые он черпал из своих непоколебимых убеждений. Он призвал разрушить до основания гробницы и мавзолеи “святых”, к которым стягиваются люди, взяв пример с благородного Пророка, который боролся с таким нововведением, как святопочитание строений и поклонение идолам, унаследованное от времён невежества» (цитируется в сокращении).

Известный французский историк Сидьё сказал примерно следующее: «Англия и Франция, узнав о появлении Мухаммада ибн ‘Абду-ль-Ваххаба и Ибн Су‘уда и о том, что все арабы примкнули к ним из-за того, что они оба поднялись для возрождения слова религии, испугались, что мусульмане очнутся и примкнут к ним, и выйдут из отвлечённого и растерянного состояния, и ислам снова станет таким, каким был он во времена ‘Умара, следствием чего станут религиозные войны и исламские завоевания, в результате которых Европа окажется в огромном убытке. Поэтому они стали побуждать Османское государство воевать с ним, и поручили это Мухаммаду ‘Али-паше»[13].

Доктор Таха Хусайн пишет о ваххабизме в своей книге «Литературная жизнь на Аравийском полуострове» (с. 13) так: «Этот мазхаб — новый и старый одновременно. Он новый для его современников, однако, по сути своей, он старый, поскольку является ничем иным, как разумным призывом к чистому исламу, очищенному от любых примесей ширка и язычества. Это призыв к исламу в том виде, в котором принёс его Пророк r, в котором поклонение посвящено только Аллаху и устранены любые посредники между Аллахом и людьми».

Он также сказал на страницах 13 и 14: «И если бы не то обстоятельство, что турки и египтяне объединились для борьбы с этим течением в его вотчине, используя силу и оружие, с которым бедуины не были знакомы, то вполне можно было бы ожидать, что это течение сделало бы слово арабов единым в двенадцатом и тринадцатом веках от хиджры, как в своё время появление ислама объединило их в первом веке».

Таха Хусайн также сказал: «Ваххабитам не удалось повторить победу ислама, но им удалось доказать возможность её повторения или, по меньшей мере, подкрепить доводы тех, кто отвергает навязанное Западом решение».

Ахмад Амин сказал: «Шейх Мухаммад ‘Абдо вырос в Египте и видел, как учением Ибн ‘Абду-ль-Ваххаба пропитывается воздух. И он изучил основы этого учения со времён посланника Аллаха r и до времён Ибн Таймийи, а потом и до времён Ибн ‘Абду-ль-Ваххаба. И его заветной мечтой было сделать что-нибудь благое для мусульман. Его усердие и поиски привели его к двум принципам, на которых Мухаммад ибн ‘Абду-ль-Ваххаб построил своё учение. Первый принцип: борьба с нововведениями и оказавшим негативное влияние на исламскую ‘акыду придаванием Аллаху сотоварищей — “святых” — и возвеличиванием могил и гробниц наряду со Всевышним Аллахом. Второй принцип: открытие двери иджтихада, которую закрыли слабоумные подражатели (мукаллид). И он посвятил себя служению этим двум целям» [14].

Шейх Хафиз Вахба упоминает в своей книге «Пятьдесят лет на Аравийском полуострове», что он слышал, как шейх Мухаммад ‘Абдо, муфтий Египта, «хвалил в своих лекциях, которые читал в “Аль-Азхаре”, шейха Мухаммада ибн ‘Абду-ль-Ваххаба, называя его великим реформатором, и возлагая ответственность за прекращение его реформаторского призыва на турок, а также на Мухаммада ‘Али-пашу из-за их невежества и слепого следования своим учёным-современникам, которые пошли по стопам своих предшественников в утверждении нововведений и суеверий и отказе признать утверждённые исламом истины».

Ахмад ибн Са‘ид аль-Багдади сказал: «Если говорить о сущности этой группы, то она придерживается ханбалитского мазхаба, а всё, что пишут историки об убеждениях этой группы, суть искажение, поскольку оно полно противоречий, что очевидно каждому, кто возьмётся изучить сказанное ими с должным вниманием и обстоятельностью. Дело в том, что большинство восточных историков черпают сведениях в трудах и высказываниях историков западных. Если историк, от которого передаются сведения, действительно обладает знаниями и правдив в своих словах, то всё портит перевод, слишком сухой и буквальный, затушёвывающий истинный смысл сказанного. А если историк неправдив, то и говорить нечего. Некоторые из них утверждают, что эта группа запрещает применять к Пророку r описания, содержащие хвалу и возвеличивание. Они утверждают также, что представители этой группы верят в изначальность Корана. Уже здесь мы видим явные противоречия. Ведь верящий в изначальность Корана верит и в его содержание, а в Коране Пророк r восхваляется. Всевышний Аллах сказал: “Поистине, твой нрав превосходен!” И Всевышний Аллах сказал: “Поистине, Аллах и Его ангелы благословляют Пророка. О те, которые уверовали! Благословляйте его и приветствуйте миром”. И подобных аятов великое множество.

Что же до запретов, то Мухаммад ибн ‘Абду-ль-Ваххаб запретил применять к Пророку r описания, свидетельствующие о Божественности — такие как могущество, воля, знание сокровенного — как христиане описывали ‘Ису (мир и благословения ему и нашему Пророку). Посланник Аллаха r сказал: “О Аллах, да не станет могила моя идолом, которому будут поклоняться!” Кто желает узнать истинные убеждения этой группы, пусть обратится к книгам, в которых излагается мазхаб имама Ахмада ибн Ханбаля (да помилует его Аллах) ибо это и есть их мазхаб…

И эта группа не имеет никакого отношения к тому, что приписывают ей невежды, и кто ругает её, тот совершает грех. А Аллах лучше знает о том в них, что сокрыто от нас»[15].

Устаз Мухаммад Курд ‘Али (да помилует его Аллах) написал прекрасную главу о происхождении ваххабизма в своей книге «Аль-кадим ва аль-хадис», и сказал о жителях Неджда:

«Ибн ‘Абду-ль-Ваххаб был проповедником, который вывел их из заблуждения и привёл их к правильной религии, и если в ком-то из них и проявилась строгость и суровость, то происходит она от бедуинского образа жизни. Редко можно увидеть народ из числа мусульман, которым свойственна такая приверженность религии, правдивость и искренность, как им. Мы видели и простых людей из их числа, и особых, на протяжении многих лет, и не видели, чтобы они отступили от ислама хотя бы на расстояние полёта стрелы. Что же до обвинений, которые выдвигают против них их враги, то это клевета, не имеющая под собой никакого основания».

Доктор Мухаммад ‘Абдуллах Мады пишет в своей книге «Хадыр аль-‘алям аль-ислями»: «Посланник Мухаммад ибн ‘Абдуллах r появился среди арабов тогда, когда они жили в совершеннейшем хаосе, в полном беспорядке, и состояние их характеризовалось общим упадком, разобщённостью и моральным разложением. У них не было того, что могло бы объединить их, и не было идеи, которая могла бы связать их вместе. И он распространил среди них принципы ислама и объединил их посредством единобожия, связав их узами единых убеждений, и они стали верить в единый принцип и поклоняться только Аллаху. Объединение, осуществлённое им, имело и внешние проявления: он сделал из них единую арабскую мусульманскую общину, сильную, могущественную, и построил для них государство, фундаментом которого стала религия единобожия.

Точно так же религиозный реформатор и предводитель мусульман Мухаммад ибн ‘Абду-ль-Ваххаб в середине двенадцатого века от хиджры стал призывать к исправлению убеждений и возвращению к правильным принципам ислама и повторному распространению их среди жителей Неджда, убеждения которых исказились, а сами они свернули с правильного пути».

Доктор Мухаммад Дыяуддин ар-Раййис, преподаватель истории ислама в университете «Фуад», сказал:

«Ваххабиты следуют во второстепенных вопросах религии (фикха) мазхабу Ахмада ибн Ханбаля, а в убеждениях — мазхабу Ахлю-с-Сунна, в особенности тому, как утвердил и разъяснил суннитский имам выдающийся учёный Ибн Таймийя. Ибн Таймийя — непосредственный учитель Мухаммада ибн ‘Абду-ль-Ваххаба[16], несмотря на то, что их отделяют друг от друга четыре века[17]. Он читал его труды[18], и учение шейха оказало на него заметное влияние.

Основные принципы ваххабитского призыва — это очищение понятия единобожия от примесей ширка, явных и скрытых, посвящение религии только Аллаху, отказ обращаться к кому бы то ни было кроме Аллаха (в том, на что способен только Аллах), отказ от чрезмерного превознесения Посланника Аллаха r, выводящего его за пределы человеческой природы и чёткое определение послания, которое он должен был донести до человечества.

Источниками убеждений (‘акыда) являются: обращение к мазхабу праведных предшественников в понимании религии, толковании коранических аятов и хадисов Посланника Аллаха r.

Ваххабиты не приемлют убеждений, которые ввели в ислам приверженцы каляма (догматической философии), философы и суфии. При этом они не видят препятствий для иджтихада и считают обязанностью ведение джихада.

Это движение было объемлющим нравственным возрождением, смелым духовным подъёмом и призывом к истине и исправлению.

Этот призыв пробудил заснувшие, закоснелые разумы, расшевелил остывшие чувства, побуждая по-новому взглянуть на религию, чтобы очистить убеждения (‘акыду) и разумы от суеверий и мифов.

Призыв содержал два принципа, которые оказали огромное влияние на прогресс мусульманского мира, его движение вперёд. Это призыв возвращения к мазхабу праведных предшественников с опорой на Коран и Сунну и утверждение принципа иджтихада. Эти два принципа стали основой для философского и духовного возрождения.

В действительности каждое реформаторское движение, которое появлялось на Востоке в девятнадцатом веке, обязано ваххабитскому призыву, утвердившему эти принципы.

Можно усмотреть связь между этим призывом и всеми этими движениями — наблюдается либо подражание, перенимание, либо влияние».

Устаз ‘Абду-ль-Карим аль-Хатыб в своей книге «Мухаммад ибн ‘Абду-ль-Ваххаб аль-‘акль аль-хурр» пишет:

«Благое слово — благодатное слово, ствол его устойчив, а ветви — в небесах, потому что это слово истины, а истина — под сенью Аллаха, Он благословляет её и помогает ей.

Призыв Мухаммада ибн ‘Абду-ль-Ваххаба относится к числу таких благих слов, потому что проистекает из истины и призывает к ней, и трудится ради неё, перекрывая людям ловушки, расставленные шайтаном и его помощниками».

Он также сказал: «Не приходится сомневаться в том, что ваххабитский призыв был похож на авиабомбу, которая взорвалась ночью, когда люди спали. Он был громовым гласом, разбудившим всё исламское общество и стряхнувшим с него тяжкий сон, в который оно было погружено уже давно».

Аз-Зирикли сказал в «Аль-а‘лям» в биографии Мухаммада ибн ‘Абду-ль-Ваххаба:

«Он избрал путь праведных предшественников, призывая к чистому единобожию и отказу от нововведений и разрушению всего ложного, что наслоилось на ислам. Его призыв был первым факелом современного возрождения во всём исламском мире. Он оказал влияние на реформаторов Индии, Египта, Ирака, Шама и других».

Шейх ‘Али Тантави (да помилует его Аллах) сказал в книге «Мухаммад ибн ‘Абду-ль-Ваххаб»: «Ещё до рождения шейха Мухаммада распространились нововведения, и люди начали верить, что Посланник r, праведники, могилы, деревья, гробницы и усыпальницы могут приносить пользу и отводить вред и стали взывать к ним с мольбами, обращаться к ним в беде, давать им обеты, совершать жертвоприношения для них. Особенно распространилось возвеличивание умерших.

Причём на долю Неджда этого нового невежества выпало значительно больше, чем на долю других областей, поскольку жителям этой области были присущи неграмотность, бедуинский образ жизни, бедность, разделение области на отдельные территории — у каждого селения был свой предводитель (амир), и в каждой небольшой области был совет. И в каждом таком эмирате была могила, а на могиле было возведено строение, или овеянное легендами дерево, и у него был служитель — шайтан из числа людей, приукрашивающий для людей данное неверие и призывающий их верить в действенность обращения к могиле, совершению жертвоприношений для неё, испрашиванию у неё благословения и обращению с мольбами возле неё».

В качестве примера он упомянул о Волчьем дереве и могиле Зейда ибн аль-Хаттаба.

Далее он говорит: «Учёных было очень мало, правители были жестокими и несправедливыми, люди жили в хаосе, сражаясь друг с другом, и сильный притеснял слабого.

В таком обществе родился и вырос Мухаммад ибн ‘Абду-ль-Ваххаб (да помилует его Аллах). Он увидел, что солнце ислама заходит, а мрак неверия, напротив, распространяется. Аллах желал ему блага и предопределил ему стать одним из тех, о ком Посланник r сказал, что они посланы очищать для этой общины её религию. Более того, он заслуживал этой характеристики больше, чем кто бы то ни было в нашей истории.

Всевышний Аллах осуществил через него возвращение Неджда к правильному единобожию, к религии истины и привёл людей к согласию после разногласий и расколов и к объединению после разобщения. Я не говорю, что он был совершенным, идеальным человеком — совершенство присуще только Аллаху.

И я не говорю, что он был безгрешным, ибо безгрешны лишь пророки. И я не говорю, что он был вовсе лишён недостатков и никогда не совершал ошибок.

Но я говорю: это пробуждение, которое объяло весь Неджд, а потом вышло за его пределы и распространилось по всей Аравии и перекинулось на прилегающие к ней области и пошло далее по всем исламским странам — не иначе как одно из его благих дел, с позволения Аллаха».

Устаз Мухаммад Джаляль Кашк (да помилует его Аллах и да простит он его) сказал: «Мы называем ваххабизм первым вызовом, брошенным исламскому миру, объясняя это тем, что это первое движение, открыто объявившее, что в мусульманском обществе имеются ошибки, которые нужно исправлять. И это первое движение, сказавшее: поистине, решение проблемы заключается в возвращении к исламу, а не в том, чтобы перешагнуть через него и искать какое-нибудь “современное” решение. И это первое движение, которое действительно попробовало осуществить это на практике и добилось успеха и дало людям заряд и убеждённость на следующие два века и его влияние продолжает ощущаться и сегодня. И все исламские революции против европейской интервенции в девятнадцатом и двадцатом веке несут в себе семена ваххабитского призыва, и довод, и надежду осуществить то, что удалось осуществить саудовцам в Аравии».







Последнее изменение этой страницы: 2016-08-06; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 34.204.191.31 (0.055 с.)