ЭКСПЛОРЛЦИЯ ПРИ ОТКРЫТЫХ ДВЕРЯХ 





Мы поможем в написании ваших работ!



ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

ЭКСПЛОРЛЦИЯ ПРИ ОТКРЫТЫХ ДВЕРЯХ



Питер (в ответ на требование супруги быть с Синди построже): Ты го­воришь точно так же, как и моя бывшая жена. Донна: Как ты смеешь меня в этом обвинять!

В этот момент у психотерапевта есть выбор: продолжить обсуждение разногласий между Донной и Питером или исследовать только что возник­ший биографический вопрос. Полагая, что тема разногласий может быть поднята в любое время, психотерапевт использует замечание Питера для эксплорации биографических тем:

Психотерапевт: Питер, я не понял, что вы имели в виду, когда сравни­ли высказывание Донны со словами вашей бывшей жены. Какие темы, актуальные для вашего первого брака, были сейчас подняты?

В этом примере психотерапевт касается темы, которая ранее на сесси­ях не упоминалась. Используя спонтанно возникшую ситуацию, он иссле­дует побочные вопросы, связанные с нынешними супружескими отноше­ниями:

Психотерапевт: Питер, оглянувшись назад, перечислите, пожалуйста, какие вопросы вызывали разногласия в вашем первом браке и ка­кие из них повторяются в Отношениях с Донной?

Психотерапевт может не только пользоваться для эксплорации биогра­фических тем спонтанно возникшей ситуацией, но и сам создавать удоб­ный повод заняться этим:

Психотерапевт: Поскольку разница в ваших стилях воспитания на­столько очевидна, я попросил бы рассказать, как воспитывали вас самих. Какой стиль воспитания был характерен для ваших родите­лей?

Или психотерапевт может задать такой вопрос:

Психотерапевт: Что из предыдущего брака каждый из вас хотел бы по­вторить или чего избежать?

УВАЖАЙТЕ ЗАКРЫТЫЕ ДВЕРИ

Дверь в прошлое может захлопнуться так же быстро, как и отвориться. На­пример:

( ' •

Питер: Я не знаю, какая связь между моими отношениями с бывшей

женой и ссорами с Донной.

Психотерапевт: Возможно, никакой связи нет, а возможно и есть. Важ­но поговорить о том, что имеет для вас значение, а потому давайте вернемся к обсуждению разногласий с Донной.

В этом высказывании психотерапевт не отрицает возможную связь меж­ду прошлым опытом Питера и его отношениями со второй женой, но в то же время не настаивает на обсуждении этой темы.

Основная идея заключается в том, что когда в процессе терапии воз­никнет необходимость обратиться к паттернам поведения Питера в первом браке, эта тема проявится вновь. Ответ Питера четко указывает на то, что обсуждение его первого брака в настоящее время представляет для него слишком большую угрозу. Поэтому, обозначив эту тему, психотерапевт пе­реключает внимание на другие вопросы.

ПРЕДОСТАВЛЯЙТЕ ЧЛЕНАМ СЕМЬИ ВОЗМОЖНОСТЬ ВЫБОРА

Поднимая биографические вопросы, психотерапевт стремится повысить

осознанность паттернов поведения. Он связывает темы из прошлого с теку­щей динамикой и рассматривает вместе с членами семьи альтернативные варианты поведения.

Психотерапевт: Питер, вам не нужно отвечать Донне так же, как вашей бывшей жене. У вас есть выбор! Как можно иначе отреагировать на слова Донны?

Психотерапевт опирается на предыдущие ответы Питера и оспаривает паттерны, побуждая его к мозговому штурму при рассмотрении альтернатив.

УВАЖАЙТЕ РЕШЕНИЯ ЧЛЕНОВ СЕМЬИ

В конечном счете необходимо проявлять уважение к решениям членов се­мьи относительно сфокусированности терапии. Биографические вопросы бывают источниками важных открытий и побуждают к изменениям или же резко повышают сопротивление и приводят к преждевременному оконча­нию терапии. Психотерапевт может снизить риск ошибки, если объяснит членам семьи причину интереса к темам из их прошлого и затем проявит уважение к их решению:

Психотерапевт: Донна и Питер, у меня нет никаких сомнений в том, что основную роль в этих конфликтах играют ваши отношения в родных семьях и паттерны интеракций, сформированные в пер­вом браке. При условии вашего согласия обсуждение этих вопро­сов может оказаться полезным. Что думает каждый из вас по этому поводу?

Техники второго порядка '

Техники первого порядка быстро приводят к желаемым результатам при работе с семьями, имеющими высокую мЪтивацию к изменениям, особен­но когда сформирован адекватный терапевтический альянс. Психотерапевт выступает в роли влиятельного консультанта, опирающегося на сильные стороны семейного функционирования и поощряющего членов семьи к воспроизведению уже существующих паттернов поведения. Подобная ра­бота приносит специалисту удовлетворение и убеждает его в правильности выбора профессии.

Однако у большинствасемей нет столь настойчивого стремления к цели. Представители семейной системы отличаются по степени мотивации и уров­ню негативных переживаний. Некоторые отчаянно добиваются изменения другого человека, но сами меняться не хотят. Иногда скрытой мотивацией обращения к психотерапевту является надежда на то, что тот изменит одно­го из членов семьи. В других случаях члены семьи опасаются изменений, поскольку это угрожает их неустойчивой самооценке: «Мне не нужно ме­няться. У меня все в порядке. Это она виновата».

В некоторых семьях происходит борьба за власть, и терапевтические сессии напоминают жестокую схватку: «Я не изменюсь, пока ты не изме­нишься так, как мне нужно». Эти конфликты могут иметь вторичную выго­ду Для одного или всех участников. Например, Синди не нравилось, что мачеха к ней «пристает», но втайне девушка испытывала удовольствие от расстроенного вида Донны. Синди не только чувствовала себя более влия­тельной, но и выражала свой гнев, связанный с разводом родителей, и не­довольство тем, что Донна заняла ее место рядом с отцом.

Аналогичным образом, Питер, хотя он и хотел прекращения ссор меж­ду женой и дочерью, опасался вмешиваться в их конфликты. Он не хотел навлечь на себя гнев ни дочери, ни жены. К сожалению, его уклончивое поведение только усугубляло ситуацию.

Борьба за власть и страх перед изменениями завели семью Мартинов в безвыходную ситуацию. Техники первого порядка позволили добиться оп­ределенных изменений, но вскоре терапия зашла в тупик. Спокойное об­суждение проблем между членами семьи часто прекращалось, и по малей­шему поводу возникали конфликты. Домашние задания не выполнялись или даже не было попыток приступить к их выполнению, поскольку кто-то из членов семьи обычно говорил: «Мы уже пробовали это сделать, но ничего не получилось». На этом этапе терапии пришлось применить техники вто­рого порядка.

ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ВМЕШАТЕЛЬСТВА

Процессуальные вмешательства (process interventions) —это техники, кото­рые психотерапевт может использовать с большинством семей в ответ на семейные интеракции, происходящие здесь-и-теперь на терапевтических сессиях. Эти техники особенно эффективны для воздействия на паттерны интеракций, постоянно повторяющиеся на сессиях и отражающие отноше­ния между членами семьи в быту.


Процессуальные вмешательства (pro­ cess interventions)— техники, которые используются во время терапевтических сессий в ответ на происходящие здесь- и-теперь интеракции между членами семьи. '':: • .

Очень часто специалисты недооце­нивают эффективность такой техники, как вовремя заданный и правильно сформулированный вопрос. Вопросы могут поставить под сомнение суще­ствующие убеждения, стимулировать новые способы мышления о проблеме и направлять членов семьи по пути фор­мирования нового, альтернативного поведения. Вопросы, которые исполь­зуются в качестве техник вмешательства, могут быть стратегическими или рефлексивными. Краткосрочные, сфокусированные на решении подходы предлагают множество специфических, направленных на достижение из­менений вопросов.

СТРАТЕГИЧЕСКИЕ И РЕФЛЕКСИВНЫЕ ВОПРОСЫ

В главе 5 было проведено различие между утверждениями и вопросами. В ут­верждениях выражается точка зрения иди представление, тогда как вопро­сы направлены на прояснение точки зрения или представления. Соответ­ственно, в каждой школе семейной психотерапии устанавливается разное соотношение между количеством утверждений, высказываемых психотера­певтом, и задаваемых семье вопросов (Tomm, 1988).

Томм выделяет четыре типа вопросов, используемых в терапевтичес­ком Процессе: линейные, круговые, стратегические и рефлексивные. Ли­нейные и круговые вопросы описывались в главе 5 при обсуждении про­цесса оценки семейных паттернов. Стратегические и рефлексивные вопро­сы имеют прямое отношение к процессуальному вмешательству.

Психотерапевт задает стратегические вопросы для того, чтобы оказать на семью определенное влияние. В основе этих вопросов лежит убеждение, что психотерапевт определяет то, каким образом семья должна измениться. Поэтому стратегические вопросы ставят семейные паттерны под сомнение:

«Питер, осознаете ли вы, что отворачиваетесь от Донны, когда она про­сит вас помочь с Синди?»

«Донна, ваши попытки воспитывать Синди неизменно заканчиваются неудачей. Почему вы упорно продолжаете делать то же самое?»

«Синди, создается впечатление, что ты испытываешь Донну при каж­дом возможном случае. Ты делаешь это сознательно? Чего ты этим хочешь добиться?»

«Питер, когда вы говорите о матери Синди, в вашем голосе звучит сар­казм. Интересно, с чем это связано?»

Эти вопросы не только содержат предположения психотерапевта о су­
ществующих проблемах, но и сосредоточивают внимание на проблемном
поведении. •

Рефлексивные вопросы, напротив, оказывают влияние на членов се­
мьи, стимулируя размышления над паттернами поведения. Психотерапевт
стремится взаимодействовать с семьей таким способом, чтобы помочь от­
крыть новые паттерны:•

«Питер, как вы думаете, что чувствует Донна, будучи в роли матери в ва­шей семье?»

«Донна, с какими проблемами сражается Питер?»

«Синди, какие изменения с тобой произошли за последний год? Как ты к ним приспособилась?»

Рефлексивные вопросы предполагают, что психотерапевт конструиру­ет терапевтическую реальность вместе с членами семьи, которые являются «экспертами» по своим проблемам. Психотерапевт выступает в роли экс­перта по организации и поддержанию беседы (Goolishian & Anderson, 1987). Следовательно, психотерапевт — эксперт по беседам, который чаще, чем вопросы, требующие специфических ответов (стратегические), задает во­просы с позиции «неведения» (рефлексивные) (Goolishian & Anderson, 1990). Изменения происходят в том случае, когда члены семьи начинают общать­ся друг с другом по-новому, а не ведут из раза в раз все те же самые разгово­ры, сфокусированные на проблеме.

Однако с моей точки зрения, когда психотерапевт активизирует ресур­сы семьи для решения проблем, он никогда не задает вопросы с позиции абсолютного «неведения». Если бы это было так, то вопросы не имели бы . смысла. На самом деле каждый вопрос обусловлен тем, что психотерапевт считает важным в формировании клинических гипотез. Даже рефлексив­ный вопрос направляет внимание семьи и психотерапевта на те или иные аспекты семейного функционирования.

Поэтому, хотя разница и существенна, стратегические вопросы направ­лены на изменение системы, тогда как рефлексивные вопросы способству­ют самораскрытию членов семьи, — в терапевтическом процессе важны оба типа вопросов. Стратегические вопросы сосредоточены на определенном аспекте интеракций и бросают вызов ригидным, устоявшимся паттернам. Рефлексивные вопросы побуждают семью к размышлению и направлены на осознание паттернов интеракций.

СПЕЦИФИЧЕСКИЕ ВОПРОСЫ, ОРИЕНТИРОВАННЫЕ НА ИЗМЕНЕНИЯ

1. Вопросы, ориентированные на исключения.Продуктивной стратегией мо­жет стать обращение к тому периоду времени, когда'проблемного поведе­ния еще не было (DeShazer, 1991; O'Hanlon & Weiner-Davis, 1989). Иногда на терапевтических сессиях преобладает перечисление существующих про­блем. Если этим проблемам не будет брошен вызов, члены семьи продол­жат рассматривать свои интеракции через узенькое оконце с видом на проблему. Вместо того чтобы сосредоточиваться на дисфункциональных ин­теракциях, психотерапевт может порасспросить об исключениях из устояв­шихся проблемных паттернов.

Психотерапевт: Я получил довольно полное представление о ваших проблемах, но чтобы заполнить оставшиеся пробелы, мне надо знать, когда эти конфликты не возникают?

По выявлении исключений психотерапевт опирается на них, чтобы рас­ширить область свободного от проблемы функционирования семьи:

Психотерапевт: Мне приятно слышать, что в вашей жизни бывают пе­риоды, когда вы не конфликтуете друг с другом. Интересно знать, чем поведение каждого из вас в эти мирные периоды отличается от поведения в конфликтных ситуациях?

Психотерапевт: Как бы нам приумножить эти беспроблемные пери­
оды? '

2. Вопросы-предположения.Вопросы-предположения (O'Hanlon &
Weiner-Davis, 1989) отражают различие между разговором о «проблеме» и
разговором о «решении». Эти вопросы содержат указание на то, что изме­
нения действительно произойдут —. важно только, как и когда.

Психотерапевт: Как вы узнаете, что вам больше не нужно сюда прихо­дить? Что будет происходить к тому времени?

Психотерапевт: Что мне искать, чтобы убедиться, что мы на правиль­ном пути?

Психотерапевт: Представьте себе семью, какой вы хотели бы быть. Что там происходит, о чем вы думаете, что чувствуете?

Эта постоянная практика разговора по типу «решение/изменение» на­поминает едва ли не тонкую форму гипноза. Вместо того чтобы соглашать­ся с пессимистичным, ведущим в тупик определением проблемы, которое дала семья, психотерапевт при помощи бесед о решении вводит новый язык перемен.

3. Волшебные вопросы.Призванные перенести семью в светлое беспроб­
лемное будущее, волшебные вопросы (DeShazer, 1991) позволяют избежать
насыщенных проблемами бесед.

Психотерапевт: Представим, что завтра утром вы проснулись и обна­ружили, что произошло чудо. Все идет так, как вам хочется! Чем это отличается от настоящего? Как бы вы изменились?

Психотерапевт (после того, как каждый член семьи описал ситуацию в будущем): Как начать это прямо сегодня?

Волшебные вопросы задаются членам семьи, чтобы перенести их в бес­проблемное будущее. В результате психотерапевт бросает вызов существу­ющим интеракциям и индивидуальной мотивации, спрашивая: каким об­разом завтрашний день может стать сегодняшним?

4. Вопросы о копйнге.Вопросы о копинге часто указывают (Selekman,
1993) сильные качества семьи, о которых та и не подозревала. Некоторые
семьи отличаются пессимистичным настроем и не хотят видеть позитивно­
го будущего. Все, что им видно, — это все те же раздоры и разочарования.
Они настроены скептически и считают, чтолсихотерапевт не до конца по­
нимает глубину их проблем. Вопросы о копинге уводят от беседы по типу
решение/изменение и отражают пессимистический настрой членов семьи,
но так, чтобы помочь им увидеть свои сильные стороны.

Психотерапевт: Я понимаю, что у вас в доме сложилась очень сложная ситуация. Но в то же время она не ухудшается. Что вы делаете, что­бы не стало еще хуже?

Интересуясь тем, что каждый член семьи делает для предотвращения
ухудшения ситуации, психотерапевт узнает о поступках, которые соверша­
ются ради сохранения семьи. Даже в самые худшие времена члены семьи
сознательно или бессознательно пытаются поддерживать семью и не допус­
кать ухудшения ситуации. Выявление этих инициатив освещает усилия чле­
нов семьи по удержанию ситуации от ухудшения. Эти действия не только
получают похвалу за свою эффективность, но на них можно и опереться,
чтобы укрепить силы семьи. ,

5. Экстернализирующие вопросы.В основе экстернализирующих вопро­сов (White & Epston, 1990; White, 1991) лежит представление о том, что люди чувствуют себя подавленными своими проблемами и потому составляют «насыщенные проблемами» истории, которые занимают главенствующее положение в семейной жизни. Донна составила историю о Синди как о не­послушном, неуправляемом подростке, который решил разрушить новую комбинированную семью. История Синди была рассказом о злобной маче­хе. Конфликты между Синди и Донной являются побочным продуктом мни­мых, воспринятых черт личности друг друга.

Экстернализирующие вопросы направлены на то, чтобы отделить чле­нов семьи от их насыщенных проблемами историй. Проблема Мартинов заключается в ссорах, а не в конкретных членах семьи или отношениях. Поэтому психотерапевт пытается дать иное определение существующей проблеме, подавая ее как не коего объективизированного тирана извне, тер­зающего семью. Экстернализирующие вопросы особенно эффективны при работе с весьма ригидными, сопротивляющимися изменениям семьями (Selekman, 1993).

Психотерапевт: Эти ссоры живут сами по себе. Как долго они правили

вашей семьей? Психотерапевт: Эти конфликты не дают семье развиваться. Чему же

именно?

«Проблема» семьи переносится с личностных черт — Синди непослуш­ная, Донна властная — на нечто объективизированное в качестве внешнего по отношению к членам семьи. Экстернализация проблемы отделяет члена семьи от интернализированной вины и стыда, одновременно уходя от игры в обвинения. Объектом изменений становятся конфликты, а не конкрет­ные люди. Члены семьи объединяют усилия для поиска выхода из конф­ликтов и не стремятся изменить друг друга.

После экстернализации проблемы и анализа ее влияния на семью вто­рая серия вопросов эксплорирует влияние, оказанное на проблему членами семьи. ,

Психотерапевт: Бывали ли моменты, когда конфликт мог возникнуть, но вы ему не поддавались? Что в этих случаях позволило вам нане­сти поражение конфликту?

При помощи этой серии вопросов подкрепляется Экстернализация про­блемы и начинается формирование новой истории, в которой члены семьи контролируют свою проблему. Уайт (White, 1991) называет этот процесс эксплорацией уникальных результатов — исключений из семейной истории, перенасыщенной проблемами.

ПОВЫШЕНИЕ УРОВНЯ СЕМЕЙНОЙ ОСОЗНАННОСТИ И ПРЕДОСТАВЛЕНИЕ ВЫБОРА

Семейная осознанность сродни понятиям интерпретации и инсайта в ин­дивидуальной психотерапии и означает, что у членов семьи значительно возрастает понимание функции и кругообразности их интеракций (Byng-Hall & Campbell, 1981). Это не значит, что психотерапевт высказывает семье свое мнение о проблеме: «Синди, я думаю, ты испытываешь обиду и гнев в связи с разводом родителей и повторным браком отца». Скорее, психотера­певт задает рефлексивные вопросы, которые приводят членов семьи к осо­знанию.

Прямые интерпретации могут доставлять удовольствие психотерапев­ту, но зачастую они препятствуют процессу терапии, а не ускоряют его. Во-первых, прямые интерпретации подразумевают, что психотерапевт знает лучше членов семьи, в чем причина их проблем. Во-вторых, психотерапевт может вызвать нежелательное сопротивление. Синди могла бы отвергнуть интерпретацию психотерапевта, если бы сочла ее угрожающей: «Я не ис­пытываю никаких чувств в связи с разводом родителей». В-третьих, интер­претации прекращают поток интеракций между членами семьи, и психоте­рапевт начинает общаться с отдельными представителями семейной си­стемы.

Техники, которые описываются далее в этой главе, напротив, сосредо­точены на паттернах семейных интеракций и помогают семье рассмотреть альтернативные варианты поведения (Worderi, 1991). В работе с семьями может быть использована любая из техник или их сочетание.

/. ИДЕНТИФИКАЦИЯ ПАТТЕРНОВ

Психотерапевт: Я обратил внимание на то, что на сессиях повторяется один и тот же паттерн поведения. Синди Отказывается что-то де­лать, между Синди и Донной возникает ссора, Донна просит Пи­тера помочь, Питер чувствует себя между двух огней и конфликт нарастает. Когда это случается дома, то что происходит потом? Как он угасает?

, Спрашивая семью в самый разгар конфликта на сессии о том, какой следующий шаг будет совершен в ссоре, психотерапевт исследует уровень осознавания каждым участником своих паттернов поведения. Вопросы но­сят не только диагностический характер, выявляя, кто из членов семьи наи­более приспособился к паттернам и на каком уровне — но и направлены на осознание того факта, что конфликты разворачиваются по заранее извест­ным сценариям.





Последнее изменение этой страницы: 2016-07-14; просмотров: 83; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 54.80.249.22 (0.008 с.)