ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Превознесение вали над пророками



 

Суфизм: его представители (или некоторые из них), считают, что вали превосходит пророка и посланника, и утверждают, что положение вали выше, чем положение посланника и что ему даруется знание, которое не даруется пророку.

И среди их высказываний, указывающих на это, слова Абу Йазида аль-Бастами: «Мы перешли море, а пророки остановились на его берегу».

А вот слова суфийского поэта:

Место пророка в Барзахе

Чуть выше посланника, но ниже вали.

Абу-ль-Мавахиб аш-Шазили так прокомментировал эти строки: «Получение Откровения от Аллаха дает положение пророка. Донесение до людей того, что приказал Аллах, дает положение посланника. А получение (знания) от Аллаха особым образом дает положение вали»[512].

В этих строках их поэт перевернул степени посланника, пророка и вали, и поставил их в порядке, противоречащем порядку Ахлю-с-Сунна. У Ахлю-с-Сунна посланник есть высшая степень, которой может достичь человек. За ним идет степень пророка. Что же касается вали, то это самая низшая из трех степеней. Суфии же перевернули этот порядок с ног на голову, и сделали низшую степень высшей, а высшую – низшей.

Ибн ‘Араби заявил, что вали лучше пророка, сказав: «Потому что вали получает (знание) от Аллаха без посредников, а пророк получает от Аллаха через посредника. И поэтому что вали пребывает в Божественном присутствии, а пророк послан к людям, и тот, кто пребывает в Божественном присутствии, лучше, чем тот, кого посылает глава собрания».

И говорит Ибн ‘Араби о превосходстве вали над посланниками и пророками: «Поистине, Аллах не назвал себя ни пророком, ни посланником, но назвал себя вали». Скорее всего, он имеет в виду аят: «Аллах покровитель (вали) тех, кто уверовал».

Говорит аль-Джиляни: «Вам, о пророки, было дано название, а нам (то есть вали) было дано то, что не было дано вам».

Говорит ат-Тиджани: «Сказал великий шейх (т.е. Ибн ‘Араби): «Аллах дал мне знание, которого не было у Адама и остальных», - при этом он имел в виду остальных пророков и посланников»[513].

Я говорю, комментируя последние высказывание Ибн ‘Араби: под этим знанием, которое было ему дано (если это, конечно, можно назвать знанием) подразумевается теория о единстве бытия (вахдату-ль-вуджуд).

Ахлю-с-Сунна: они считают убеждения суфиев, касающееся превосходства вали над пророками и того, что ему дается знание, которое не дается пророку, куфром, ересью, безбожием и заблуждением. Ахлю-с-Сунна убеждены, что лучший из всех людей – наш Пророк Мухаммад (да благословит его Аллах и приветствует). За ним следуют посланники: Нух, Ибрахим, Муса и ‘Иса (мир им и благословение Аллах). За ними идут остальные посланники, затем пророки, которые не являются посланниками, затем сподвижники Пророка Мухаммада (да благословит его Аллах и приветствует), а за ними следуют другие «приближенные Аллаха» (вали), которые не являются ни пророками, ни сподвижниками.

Говорит Абу Джа’фар ат-Тахави в своем послании: «Мы не превозносим ни одного из вали ни над одним из пророков (мир им), но мы говорим: «Один пророк лучше всех вали». Здесь имеются в виду те, кто не являются пророками.

Говорит шейх Ислама имам Ибн Таймиййа, отвечая на подобные выдумки и глупые высказывания: «Праведные предки Уммы, ее имамы, и остальные приближенные Аллаха (вали) согласны во мнении, что пророки лучше, чем вали, которые не являются пророками. Аллах разделил осчастливленных им рабов, которым он оказал Свою милость, на четыре группы. Сказал Всевышний: «Те, которые повинуются Аллаху и Посланнику, окажутся вместе с пророками, правдивейшими, шахидами и праведниками, которых облагодетельствовал Аллах. Как же прекрасны эти спутники!» (Женщины, 69)»[514].

Эти четыре группы, упомянутые в аяте – пророки, правдивейшие, шахиды и праведные – все они приближенные Аллаха (т.е. вали). Однако порядок их превосходства – как порядок их упоминания в аяте, то есть пророк лучше, чем правдивейший и следующие за ним, а правдивейший лучше, чем шахид и следующие за ним, а шахид лучше, чем праведник (который не является шахидом) и следующие за ним. Это убеждения ученых Уммы, а не слова суфиев.

 

70 – Чудеса (карамат[515])

 

Между Ахлю-с-Сунна и суфиями существует большая разница в понимании чуда (карама) и его определении.

Суфизм: его представители считают любое сверхъестественное явление, которое не под силу человеку, чудом (карама). Как хождение по воде, передвижение по воздуху, исцеление больных, оживление мертвых, преодоление больших расстояний в мгновение ока, сообщения об относящемся к области сокровенного. Они относят сюда же любой развратный и порочный поступок, любую грязь, извращения и отклонения. И круг вещей и явлений, включенных суфиями в понятие чуда (карама) чрезвычайно широк. Все они, по их мнению, являются чудом, без каких либо условий и ограничений. И каждый совершающий подобное – вали, без условий и ограничений.

Суфии проявляют огромное внимание к чудесам и сверхъестественным вещам. Они полагаются на них, считая их признаком, по которому определяется вали. И чудо (карама) и положение вали (виляйа), по мнению суфиев тесно связаны друг с другом. И нет вали без чуда, и не может быть чудес (в их понимании) у тех, кто не является вали. И они обвиняют Ахлю-с-Сунна в том, что те отрицают существование вали и чудес (карамат), хотя это и ложь.

И упомяну позицию Ахлю-с-Сунна в отношении чудес (карамат) и условие, соблюдение которых необходимо для того, что они считались карамат.

Ахлю-с-Сунна: карама, по их мнению, - это сверхъестественное явление, совершенное мусульманином, богобоязненным и праведным, и данное ему как оказание Аллахом почета ему, при наличии условий, о которых мы упомянем далее. И Ахлю-с-Сунна вовсе не считают любое сверхъестественное событие чудом (карама), как не считают они и каждого, совершившего подобное вали, если только не будут соблюдены условия карамат. И нет тесной взаимосвязи между чудесами и степенью вали. Возможно такое, что человек является одним из приближенных Аллаха, но при этом он не совершает чудес, как это было с большинством сподвижников. Возможно такое, что человек совершает нечто сверхъестественное, но при этом он не имеет никакого отношения к вали – как фокусники, колдуны, чародеи и т. д.

Сказал шейх Ислам Ибн Таймиййа: «Знай, что отсутствие сверхъестественного (в области знаний и способностей) не вредит мусульманину в его религии. И тот, кому не было открыто ничего из Сокровенного и ему не было подчинено ничего из составных частей Вселенной – это никак не преуменьшает его положение у Аллаха. Более того, отсутствие этого может полезнее для него в его религии».

Говорит шейх Сулейман ибн ‘Абдуллах: «Всевышний Аллах сказал, что приближенные к нему (вали), над которыми нет страха и не будут они опечалены, это богобоязненные верующие. И не является обязательным условием совершение ими чудес. Если человек является верующим и богобоязненным, это указывает на то, что он – приближенный Аллаха (вали) – даже если он не совершает чудес».

Таким образом, мы узнали, что совершение чудес не играет никакой ралли в определении превосходства определенного человека у Аллаха и его приближенности к Нему. И возможно такое, что человек, не обладающий способностью творить чудеса у Аллаха лучше и выше, чем тот, кто имеет множество сверхъестественных способностей. Это определяет уровень Имана, богобоязненности и то, в какой степени придерживается человек пути Истины.

Мы уже говорили, что не каждое сверхъестественное явление можно считать чудом (карама). Необходимо соблюдение определенных условий. Вот они:

1. Чудо само по себе не должно являться ослушанием Аллаха – как открытие ‘аурата, испражнения в сосуд на глазах у людей, выпуски воды из мочеиспускательного канала, буксирование судна яичками, совокупление с ослами, ощупывание зада женщины или юноши и т.д. Все эти вещи, даже если некоторые из них и являются сверхъестественными не называются карамат, поскольку первое условие в них не соблюдено.

2. Явивший чудо должен идти по пути Истины и быть далеким от притязаний, лжи, вычурности и стремления известности и славе, поскольку все это портит намерение и цель.

3. Чудо должно быть явлено для поддержки религии, помощи мусульманину и при наличии потребности в нем. И если человек сделал нечто, напоминающие карамат, но цель этого действия не было достижение того, что любит Аллах и чем Он доволен, или же это было сделано без какой-то цели, то это не относится к карамат.

Говорит шейх Ислама Ибн Таймиййа: «Чудеса лучших приближенных Аллаха совершаются как аргумент в пользу религии или при потребности мусульман в них, как обстояло дело с чудесами их Пророка Мухаммада (да благословит его Аллах и приветствует)».

От также сказал: «Все эти сверхъестественные способности, дарованные Аллахом своему рабу – если он использует их для совершения того, что любит Аллах и Его Посланник (да благословит его Аллах и приветствует), и чем он доволен, и что возвышает его положение у Аллаха, и что приказывает совершать Аллах и Его Посланник – это возвышает его и приближает к Аллаху и Его Посланнику и поднимает его уровень. Если же он использует их для совершения того, что запретил Аллах и Его Посланник – как ширк, притеснение, прелюбодеяние – за это он заслуживает упрека и наказания».

И после слов Ибн Таймиййа говорит Мухаммад Ахмад Ляух: «Это правило очень важно, поскольку многие обладатели сверхъестественных способностей используют их для совершения того, чем недоволен Их Господь и делают их орудием хитрости, козни. И они используют эти способности с целью заставить людей считать их святыми и превозносить их выше их настоящего положения, даже если совершаемые ими чудеса являются просто сверхъестественными явлениями, не несущими в себе никакой пользы».

Ибн Таймиййа сказал: «Откровения и влияние либо заключают в себе пользу, либо нет. И если они бесполезны – как осведомленность о дурных делах людей, езда верхом на диком животном без всякой потребности, встреча с джиннами без надобности, хождение по воде, когда можно перейти по мосту, - все это не приносит пользу ни в этом, ни в Вечном мире, и это – лишь игра и пустая забава».

Ученые сказали: «На совершившего чуда смотрят с точки зрения Шариата. И если он на Прямом Пути, то его чудо относится к карамат. Если же он не на Прямом Пути, то его чудо – искушение (фитна), вроде тех, которые явит Даджжаль, оживляя мертвых и показывая людям свой Рай и Огонь. И Аллах вводит в заблуждение тех, кому нет доли в Вечной Жизни, через таких людей. Что же касается тех, кто не придерживается высокочтимого Шариата, то даже если мы увидим, как он ходит по воде и парит в воздухе, то мы знаем, что это только искушение для рабов».

Таковы необходимые условия карамат у Ахлю-с-Сунна. И если они соблюдаются, то это чудо относится к карамат, которыми Аллах почтил своего праведного раба. Если же они не соблюдаются, то это не карамат, а искушение, которое Аллах дал совершающему чудо, чтобы он вводил людей в заблуждение и искушал их. Или же это фокус, или колдовство, совершаемое при посредничестве джиннов. Они помогают погрязшим в заблуждении, куфре и ширке и призывающим их на помощь. И человек может парить в воздухе, ходить по воде, преодолевать огромные расстояния при помощи джиннов и сообщать о чем-то из области Сокровенного после того, как джинны поведают ему об этом.. И мы видим, как некоторые люди протыкают себя рапирой, и это не причиняет им вреда, или глотают огонь или жуют стекло, и это никак не вредит им. Эти действия не имеют к карамат никакого отношения, и мусульманину не следует обольщаться ими и считать их чудесами, а тех, кто творит их - приближенными Аллаха.

Ахлю-с-Сунна не придают чудесам и сверхъестественным способностям особого значения и не делают их основным явлением в религии, как это сделали суфии, написав книги, посвященные чудесам (карамат) вали. И они не стараются добиться чудесных способностей путем духовных упражнений, голодания, уединения среди развалин, в долинах и затемненных местах. Даже если у них появляется способность творить чудеса, они скрывают это и стараются не распространять, опасаясь, что это – козни мерзкого Шайтана или испытание от Аллаха.

Отсюда следует, что Ахлю-с-Сунна вовсе не отвергают карама, как их обвиняют в этом суфии. Более того, они убеждены, что карамат существуют, однако для них есть особые условия, о которых мы уже упомянули. В вопросе карамат Ахлю-с-Сунна придерживаются «золотой середины»... Между теми, кто отвергает возможность совершения подобных чудес иначе, как пророками (му’тазилиты и им подобные) и теми, кто считает, что любое сверхъестественное явление является карамат, и каждый совершающий нечто подобное – приближенный Аллаха (вали), не считая при этом необходимым условием Иман, богобоязненность и праведность. Таким образом, становится очевидным, что слова суфиев и их обвинения в адрес Ахлю-с-Сунна несостоятельны и не выдерживают критики.

 

 

Аль-Хидр

Суфизм: его последователи имеют в отношении аль-Хидра весьма странные убеждения, противоречащие Корану, Сунне и разуму. Они утверждают, что аль-Хидр – вечно живой, и что он – обладатель скрытого шариата и тайного знания, которое отличается от известных нам шариатских наук. И что он – вали, а не пророк, и что его знание – мистическое знание, дарованное ему Аллахом без Откровения пророкам. И что подобное знание ниспосылается всем вали во все времена, до Пророческой Миссии Мухаммада (да благословит его Аллах и приветствует) и после нее. И что знание это значимее и величественнее, чем знание пророков. Более того, знание пророков не похоже на него, и даже близко к нему не стоит. И как аль-Хидр (а он, по утверждению суфиев только вали) знал больше, чем Муса, так и вали из Уммы Мухаммада (да благословит его Аллах и приветствует) знают больше, чем Мухаммад (да благословит его Аллах и приветствует).. Потому что Мухаммад (да благословит его Аллах и приветствует) знал только очевидный Шариат, а вали знает «истину» (суфийскую), и ученые «истины» (хакыка) знают больше, чем ученые Шариата.

Они утверждают также, что аль-Хидр встречается с вали и обучает их этой «истине», и заключает с ними суфийские договоры, и что суфийская «истина» отличается от Шариата Мухаммада (да благословит его Аллах и приветствует). Поэтому у каждого вали – свой отдельный «шариат», и то, что является грехом и ослушанием Аллаха в Шариате – как употребление алкоголя, прелюбодеяние и гомосексуализм, может быть суфийской «истиной» и приближением к Аллаху согласно сокрытому мистическому знанию.

И среди них есть такие, кто утверждает, что аль-Хидр не читает намаз, поскольку у него свой особый «шариат». Другие же говорят, что он читает намаз, но по мазхабу аш-Шафи’и. Третьи же заявляют, что они видели, как аль-Хидр читает намаз по мазхабу Абу Ханифы.

Перед этими противоречивыми высказываниями суфиев мы останавливаемся в растерянности, не зная, какой же из трех групп верить. Тем, кто говорит, что он не читает намаз? Или тем, кто утверждает, что он читает намаз по ханафитскому мазхабу? Или же тем, кто утверждает, что он делает это по шафи’итскому мазхабу? Наша растерянность увеличивается еще больше, когда мы вспоминаем, что суфийское знание – знание мистическое, которое пришло от Аллаха к особенным из Его рабов, и в нем не может быть ни на вес пылинки лжи.

Суфии не ограничились тем, о чем мы сказали, они еще и устроили по всей земле места, в которых, по их утверждению, сидел аль-Хидр или там его видел суфий. Поэтому у него появилось во всех исламских странах посещаемое людьми место, на котором режут скот и приносят жертвы, чем пользуются шарлатаны и лжецы.

Очевидно, первым, кто написал об отношении новоизобретенного суфийского знания к аль-Хидру, был аль-Хаким ат-Тирмизи, живший в третьем веке хиджры. Он упомянул в своей книге «Хатму-ль-виляйа» о том, что аль-Хидр с начала Сотворения увидел положение суфизма и их вали и с тех пор захотел застать их. И ему была дарована такая жизнь, чтобы он застал суфиев, жил вместе с ними и был воскрешен среди них (в Судный День), и был, таким образом, последователем Мухаммада (да благословит его Аллах и приветствует).

Он упоминает, что аль-Хидр человек из века Ибрахима (мир ему) и Зу-ль-Карнейна, и был в авангарде его войск, и Зу-ль-Карнейн искал источник жизни, но его нашел аль-Хидр[516].

С тех пор аль-Хидр стал символов суфизма и источником их историй и религиозных норм, и утверждения о встрече с аль-Хидром получили известность среди них. И большой, и малый из тех, кто вступил в тарикат, утверждает, что встретился с аль-Хидром и получил от него знание. И любой суфий, желающий ввести в обращение новый зикр или молитву, заявляет, что встретился с аль-Хидром, и именно он научил его этому. И если кто-то из них совершит преступление или безнравственный поступок, и его станут критиковать за это, он тут же возражает, говоря, что знающий очевидное (т.е. Шариат) не имеет право критиковать знающего шариат аль-Хидра. И если появляется среди них человек, известный своим противоречием велениям и запретам Шариата, они тут же говорят, что он следовал сунне аль-Хидра или его шариату.

Говорит аш-Ши’рани в биографии шейха ‘Али ан-Набтити: «Он встретился с аль-Хидром (мир ему), и это первое доказательство того, что он был вали, ибо аль-Хидр не встречается ни с кем, кроме тех, кто достиг положения виляйи Мухаммада (да благословит его Аллах и приветствует)»[517].

И говорит вышеупомянутый шейх: «Аль-Хидр (мир ему) встречается только с человеком, имеющим три качества, если же он ими не обладает, аль-Хидр никогда с ним не встретится, даже если он поклоняется ангелам. Первое качество: следование раба сунне аль-Хидра во всех своих делах. Второе: он не должен желать этой жизни и любить ее. Третье: чтобы он безоговорочно принимал все это, не противореча этому в своей душе»[518].

Весьма оригинальную историю упоминает Ахмад аль-Фаруки ас-Сарханди в книге «Аль-мунтахабат», что видел аль-Хидра и Ильяса (мир им). Они прибыли к нему на урок, и аль-Хидр сказал ему, что они из мира духов и могут принимать любой образ. Он (т.е. ас-Сарханди) спросил аль-Хидра: «Вы читаете намаз согласно мазхабу аш-Шафи’и?». Аль-Хидр ответил ему: «На нас не лежит обязанность соблюдать предписания Шариата(!). Но поскольку Кутбу-з-заман (полюс времени)[519] - аш-Шафи’и, то мы читаем намаз за ним по мазхабу аш-Шафи’и». Ас-Сарханди комментирует это говоря: «Совершенство виляйи связано с мазхабом аш-Шафи’и, а совершенство пророчества – с мазхабом Абу Ханифы. Поэтому, когда спустится ‘Иса ибн Марйам, он будет молится и совершать другие действия по мазхабу Абу Ханифы».

Очевидно, что вышеупомянутое «озарение» того, кого они называют «божественным ученым», Ахмада ас-Сарханди не ознакомилось с озарением аш-Ши’рани, который утверждал, что аль-Хидр (мир ему) ежедневно после утреней молитвы посещал собрание Абу Ханифы, на котором обсуждались вопросы фикха. Когда же Абу Ханифа умер, аль-Хидр попросил своего Господа вернуть дух Абу Харифы в его могилу, чтобы он смог завершить своего обучение Шариату. И аль-Хидр приходил к нему каждый день и слушал его лекции по Шариату и наукам внутри могилы. Так продолжалось 15 лет, пока он не завершил свое обучение Шариату[520].

Посмотрите теперь, дорогой читатель, на эти удивительные противоречия в словах суфиев. Этот мнимый аль-Хидр, который был, есть и будет живым – почему он не пришел к Пророку (да благословит его Аллах и приветствует) и не перенял шариатские знания от него, без посредников? И почему не учился у праведных халифов, которые лучше всех остальных людей знали Шариат? И почему он не изучал Шариат раньше, а дожидался, пока появится Абу Ханифа со своим мазхабом и своими мнениями, в которых он может быть прав, а может и ошибаться? Сам Абу Ханифа (да помилует его Аллах) сказал: «Оставляйте мое слово ради слова сподвижников Посланника Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует), ибо, поистине, они лучше знали ниспосылавшиеся аяты». И если Абу Ханифа приказывает нам оставлять его слово ради слов Посланника Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) и его сподвижников, то как же этот мнимый аль-Хидр отказался от обучения Шариата у Посланника Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) и его сподвижников и ждал долгие века, пока не появился Абу Ханифа, чтобы учиться у него? И с чего вдруг у него возникла потребность в Шариате после того, как он не испытывал ни малейшей потребности в нем всю свою жизнь до этого момента?

Далее, что же за тупой ученик этот суфийский аль-Хидр, что он провел рядом с Абу Ханифой всю его жизнь и так и не смог перенять от него все его внешнее знание, которое намного меньше и ничтожнее, чем внутреннее, или сокрытое знание? Он взывает к Аллаху, что Он оставил Абу Ханифу живым в его могиле, чтобы он смог закончить свое обучение, и он посещает его могилу ежедневно в течение еще 15 лет, чтобы научиться тому, что знал Абу Ханифа, и это не считая десятков лет, которые он провел возле него до этого.

И как этот суфийский аль-Хидр, который не имел бы никаких знаний, не учись он у Абу Ханифы, является тем, кто снабжает знаниями вали и их накыбом, наставником людей, учителем зикров и берущим заветы?

И что бы делал этот суфийский аль-Хидр, если бы не родился Абу Ханифа и ни его, ни его знаний не существовало бы?

Еще удивительнее утверждение аль-Хасфаки аль-Ханафи, который пишет во вступлении к своей книге «Ад-дурру-ль-мухтар», что аль-Хидр оставил записанный на бумаге мазхаб Абу Ханифы в реке Джейхан до времени пришествия ‘Исы (мир ему) Чтобы он, когда спустится, достал эти свитки и обучился по ним ханафитскому мазхабу и правил согласно ему в конце времен. Здесь возникает вопрос: почему аль-Хидр оставил свитки в реке Джейхан? Разве он сам не будет существовать во время пришествия ‘Исы? Так почему бы ему самому не научить его? И почему именно Джейхан? Или у него есть кладовая в реке Джейхан? Или эта река – место хранения свитков? И какой смысл оставлять их в реке Джейхан? Разве книг по ханафитскому мазхабу не достаточно на земле? Или все они к тому времени будут уничтожены или исчезнут? Кто ответит мне на эти вопросы? Я считаю, что эти слова о связи суфийского аль-Хидра с мазхабом Абу Ханифы и его свитками придуманы не иначе, как для того, чтобы возвысить положение ханафитского мазхаба, к которому сказавший их принадлежит и который фанатично отстаивает.

Ахлю-с-Сунна:говорят, что мнимый суфийский аль-Хидр, о котором они говорят то, что говорят, и которому приписывают все мистическое знание, сделав его основой суфийских озарений и опираясь на его историю с Мусой (мир ему) в своих искаженных убеждениях… Этот аль-Хидр – выдумка, а не реальность, и он полностью отличается от аль-Хидра, о котором упомянул Всевышний Аллах в Коране и историю которого поведал нам Пророк (да благословит его Аллах и приветствует). Настоящий аль-Хидр – пророк, приверженец Таухида, верующий (му’мин). У него было знание, дарованное ему Аллахом посредством Откровения. Он жил отпущенный ему срок и умер в предначертанное ему время, делая в своей жизни то, что он делал, в соответствии с Истиной и Шариатом.

Что же касается утверждений о том, что аль-Хидр до сих пор жив, то правда, по мнению исследователей, заключается в том, что он умер, не застав Ислама. Ведь если бы он был жив в то время, он был бы обязан прийти к Пророку (да благословит его Аллах и приветствует), уверовать в него, участвовать в Джихаде вместе с ним, учиться у него и стать одним из его сподвижников и последователей, поскольку Всевышний Аллах сказал: «Вот Аллах взял завет с пророков: «Я одарю вас из Писания и мудрости. Если же после этого к вам явится Посланник, подтверждающий истинность того, что есть у вас, то вы непременно уверуете в него и поможете ему». Он сказал: «Согласны ли вы и принимаете ли Мой завет?» Они ответили: «Мы согласны». Он сказал: «Будьте же свидетелями, и Я буду свидетельствовать вместе с вами» (Семейство ‘Имрана, 81).

И сказали ‘Али ибн Абу Талиб и Ибн Аббас (да будет доволен ими Аллах): «Не посылал Аллах ни одного пророка иначе, как заключив с ним договор о том, что если Аллах пошлет Мухаммада (да благословит его Аллах и приветствует) при его жизни, он должен уверовать в него и помогать ему»[521].

И на аль-Хидра, будь он пророком или вали, также распространяется этот договор. Так что если бы он был жив во времена Посланника Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует), самым почетным для него было бы находиться вместе с ним, уверовав в него и в то, что ему ниспослано, помогать ему, оберегать его от всего дурного и участвовать в Джихаде вместе с ним… Зная, что все религии и все нормы, которые существовали до начала Миссии нашего Пророка Мухаммада (да благословит его Аллах и приветствует) упразднены и отменены этой самой Миссией. Однако ни в Коране, ни в Сунне, ни в словах сподвижников нет упоминания о том, что аль-Хидр пришел к Пророку (да благословит его Аллах и приветствует) и встретился с ним. Или что он присягнул ему, или что он молился вместе с ним, или что он примкнул к его отрядам в Джихаде, или что он хотя бы посылал ему письмо. Если бы произошло нечто подобное, известие об этом было бы вспышкой ярче солнца в полдень. А поскольку этого не произошло, очевидно, что его уже не было в живых во времена Пророка (да благословит его Аллах и приветствует). Сколько трудных часов и сражений с многобожниками было в жизни Пророка (да благословит его Аллах и приветствует), однако никто не сказал ему, что к нему пришел аль-Хидр с войском приближенных, чтобы помочь ему, поддержать и облегчить его положение.

Например, битва при Бадре. Аллах поддержал в ней Своего Пророка (да благословит его Аллах и приветствует) ангелами, которых Он ниспослал, как упоминается об этом в Коране, а вовсе не аль-Хидром. И в битве при Ухуде Аллах поддержал Своего Пророка (да благословит его Аллах и приветствует) невидимыми войсками, которых Он послал ему на помощь. При этом нигде ни словом не упомянут ни аль-Хидр, ни другие суфийские вали, - нет даже намека на это.

И сколько бед постигло мусульман на протяжении веков – не счесть, – однако ни аль-Хидр, ни кто-то иной не пришел к ним, чтобы отвести от них эти беды или облегчить их. Чеченский народ был депортирован в 1944 году на север Казахстана и в Сибирь, где больше половины их погибли от голода и холода. Но к ним не пришел аль-Хидр или кто-то иной, даже шейх Кунта-Хаджи, столь любимый суфиями, - он не пришел, чтобы спасти их от этой беды.

Неужели аль-Хидр отсутствует в столь важные и великие моменты, а потом показывается некоторым сомнительным суфийским личностям в пустынях и уединенных, диких и безлюдных местах? Говорит кто-то из них: «Я видел аль-Хидра на такой-то горе». А другой говорит: «Я встречался с аль-Хидром на берегу такого-то моря». И так далее…

Поистине, если бы аль-Хидр был жив, ведение им Джихада против кяфиров и охрана границ на пути Аллаха, стояние в ряду и посещение коллективных и пятничных намазов, передача знаний, наставление творений на путь Единобожия, распространение Ислама среди немусульманских народов и использование им всей своей энергии и чудесных способностей для возвышения Слова Аллаха на земле… Было бы намного лучше для него и полезнее для нас.

И все это не может сравниться с его блужданием среди зверей в пустынях и уединенных местах. Поистине, это – откровенное преуменьшение его личности, дискриминация его и принижение.

Поистине, мусульмане в наше время при наличии у них обширного знания из Корана, Сунны и книг имамов Ислама, абсолютно не нуждаются в том, чтобы среди них находился аль-Хидр, который, согласно утверждениям суфиев, сам нуждается в получении знаний от Абу Ханифы, живого и мертвого. Нет им нужды в аль-Хидре и им подобных в их религии и мирской жизни. Ведь их Пророк (да благословит его Аллах и приветствует) оставил то, что избавляет их от потребности в чем-то ином – это Коран и Сунна. И он сказал им, подтверждая обязательность придерживаться их: «Я оставил вам (нечто) чистое (белое), ночь его как день его, отклоняется от него только погибший»[522].

И сказал он (да благословит его Аллах и приветствует): «Если бы Муса был жив, и вы последовали бы за ним и оставили меня, вы впали бы в заблуждение»[523].

Поистине, истории об аль-Хидре, которыми наполнены суфийские книги – большинство их ложь и клевета. А некоторые из них основаны на предположениях людей – как человек, который увидел кого-то в пустыне, и тот сказал ему несколько слов, после чего скрылся от его взгляда в мгновение ока, и он решил, что это был аль-Хидр. Или же этот человек сказал, что он аль-Хидр, а на самом деле он может быть джинном, или лжецом и колдуном. Да и как можно верить говорящему это без доказательства от Аллаха? Или у аль-Хидра есть приметы, о которых знал видевший его? И откуда знает увидевший, что его осведомитель говорит правду?

Абу Хаййан ибн Дакык аль-‘Ид передает, что его шейх видел аль-Хидра и разговаривал с ним. Его спросили: «А кто сказал ему, что это аль-Хидр? И как он узнал об этом?». И он промолчал[524].

Аль-Хафиз ибн Хаджар привел два очень весомых доказательства того, что аль-Хидр не живет в наши дни:

1) То, что он не пришел к Посланнику Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует), а это было его обязанностью.

2) То, что только ему из всех людей, жившим в древние времена, дано подобное долголетие, притом, что на это нет доказательств из Корана и Сунны[525].

Заключение: мы узнали точно и не испытываем сомнений в том, что аль-Хидр – пророк из числа пророков Всевышнего Аллаха. Аллах даровал ему через Откровение особое знание и особенные религиозные положения, о которых не знал Муса, пока тот не объяснил ему их причины.

И что он умер давно, а утверждения о встрече с ним – либо ложь утверждающего это, либо это козни Шайтана, желающего ввести в заблуждение сына Адама и отвратить его от следования Шариату Пророка (да благословит его Аллах и приветствует), и разрушить религию.

Мой завет мусульманам – чтобы они остерегались суфиев и их приукрашенных слов… И не спешили верить их историям, чтобы не впасть в ширк Шайтана и не стать, таким образом, последователями Шайтана и опровергающими Слова Аллаха и слова Пророка (да благословит его Аллах и приветствует), не осознавая этого.

 

72 – Суфийский диван («канцелярия»)[526]

 

Суфизм: у его представителей существует легенда, которая без труда займет первое место среди легенд. Они уверяют, что существует тайная «канцелярия» (диван), которой заправляет Великий Кутб (аль-кутбу-ль-акбар), вынося какие пожелает решения – вместе с малыми кутбами – относительно судеб всего сущего. И это у суфиев – верховный суд, на котором кутбы распоряжаются Предопределением Аллаха, и при этом никакая Божественная сила не способна отменить вынесенные ими решения.

Ад-Дибаг описал этот диван и подробно рассказал о его задачах и работе. Предоставим же ему слово…

 

Место заседания дивана и мазхаб, согласно которому выносят решения его «судьи»

 

Говорит ад-Дибаг: «Диван находится в пещере Хира. Гаус сидит за пределами пещеры, и Мекка располагается за его правым плечом, а Медина – перед его левым коленом. Четыре кутба сидят справа от него. Они придерживаются мазхаба Малика ибн Анаса. Слева от него – три кутба, каждый из которых придерживается одного из оставшихся трех мазхабов. А спереди – заместитель (вакиль), и с ним разговаривает Гаус».

Я говорю: интересно, почему заместитель и четыре кутба придерживаются маликитского мазхаба? Ответ очевиден. Потому что ад-Дибаг, описывающий диван – выходец с Магриба, а маликитский мазхаб – самый распространенный там. Так что этой приверженности стоило ожидать, и именно она подтолкнула его к тому, чтобы сделать заместителя и четырех из семи кутбов последователями маликитского мазхаба, тогда как для остальных мазхабов он оставил всего по одному кутбу. Такое вот административное распределение в шариате суфиев – несправедливый дележ… Если бы рассказчик был представителем ханафитского мазхаба, все, конечно, было бы наоборот, и он оставил бы львиную долю ханафитам.

Вопрос второй: какого мазхаба придерживались эти кутбы до того, как на свет появился имам Малик?

Вопрос третий: какая нужда этим кутбам ограничиваться маликитским мазхабом и становиться его последователями, когда каждый из них (согласно утверждениям суфиев) наделен знаниями первых и последних поколений, и у них – знание Хранимой Скрижали и Письменной Трости? И знание Малика и других имамов мазхаба не более чем капля в море, по сравнению с их знаниями. Не говоря уже о том, что знание Малика и имамов – это именно то знание, которое суфии обожают называть «внешним» знанием или «знанием чертежей».

 

Распорядители

Говорит ад-Дибаг: «(Диван) посещают женщины. Их три ряда. А также некоторые достигшие совершенства из умерших. Они сидят в рядах вместе с живыми. Мертвые, посещающие диван, спускаются в него из барзаха – только их духи. Его также посещают ангелы и джинны, а иногда и Пророк (да благословит его Аллах и приветствует), который говорит вместе с Гаусом.

Что же касается времени заседания, то это час, в который родился Пророк (да благословит его Аллах и приветствует). И пророки посещают его в одну ночь – это Ночь Предопределения (лейляту-ль-кадр). В эту ночь его посещают пророки и посланники, высшее общество приближенных ангелов и Господин всего сущего (да благословит его Аллах и приветствует) со своими пречистыми супругами.

Абу Бакр, ‘Умар, ‘Усман, ‘Али, Фатыма, аль-Хасан и аль-Хусейн являются членами дивана.

Говорит ад-Дибаг: «Если Господин всего сущего (да благословит его Аллах и приветствует) прибудет в отсутствие Гауса, он берет с собой Абу Бакра, ‘Умара, ‘Усмана, ‘Али, аль-Хасана, аль-Хусейна и их мать Фатыму – иногда всех вместе, а иногда – только некоторых… Да будет доволен Аллах всеми ими!».

Я говорю: диван, включающий Пророка (да благословит его Аллах и приветствует), Абу Бакра и остальных является, конечно же, диваном престижным, почетным и достойным уважения. И суфиям было совершенно необходимо заявить о посещении их дивана всеми этими личностями, чтобы приукрасить его и возвысить его положение. Но, несмотря на величие этого дивана, сказал ад-Дибаг о себе: «Что этот диван? Все вали, которые организуют его, у меня в груди, и заседание дивана проходит в моей груди, и небеса и земля по сравнению со мной как мелкая монета в большой пустыне на земле»[527].

Эти высказывания ад-Дибага оставляют нас в растерянности, каким же из них верить? Поверить ли тому, что ад-Дибаг посещает диван, местопребывание которого в пещере Хира? Или же тому, что весь этот диван – в его кармане и его воображении, а вовсе не во внешнем мире? Последнее наиболее вероятно…

 

Язык членов дивана

Говорит ад-Дибаг: «Язык членов дивана – среднеассирийский, из-за его краткости, и потому что он объединяет множество значений, которые невозможно передать на других языках, а также потому, что диван посещают духи и ангелы, а они разговаривают на среднеассирийском языке. На арабском же они разговаривают только в присутствии Пророка (да благословит его Аллах и приветствует) из вежливости по отношению к нему».

Я говорю: мы не знаем, почему суфии избрали для дивана среднеассирийский язык. Чтобы обмануть людей – ведь среднеассирийский – исчезнувший язык, и его используют разве что в некоторых деревнях Сирии и Ирака… Или же потому, что язык этот был языком народов, известных своим поклонением джиннам, идолам и планетам, и суфизм перенял от них их язык вместе с этим их поклонением… Или же это – тайные козни, которые они строят против арабского языка – языка Корана и хадисов…





Последнее изменение этой страницы: 2016-06-26; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.216.79.60 (0.023 с.)