ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

ВОЗЬМИ ДВЕ. Я УМИРАЮ С ГОЛОДА.



 

Час спустя, я завалился на диван, смотрел бейсбол, когда в дверь медленно открылась, и появился Вайпер с пиццей и пивом.

— Поужинаем? — прокричал он, когда кинул пиццу на кухонный стол и вернулся пожать мне руку.

Я встал, чтобы пожать ему руку в ответ.

— Очевидно, мои дела лучше твоих. Что у тебя дома происходит?

Он прорычал и закатил глаза.

— Кейт пришла домой и застала там уборщицу.

Я с недоумением уставился на него.

— И почему это взбесило ее?

— Ну, Кейт вошла, а я расслаблялся в кресле. Горничная была на коленях... отсасывала, — он рассмеялся. — Очевидно, ей это не понравилось. Кейт подбежала, схватила ее за хвост и оттащила. Не буду врать, но поначалу это даже возбудило меня, как эти двое дерутся, но я оттащил Кейт, пока «как-там-ее-зовут» выбегала из дома. Излишне говорить, что это разозлило ее не на шутку, и я не хотел сидеть и всю ночь выслушивать ее.

Я покачал головой, и спросил:

— Почему ты делаешь это? Зачем опять проходишь через все это? Это того стоит? Почему просто не разойтись с ней и жить так, как тебе хочется?

Вайпер нахмурился, обдумывая мой вопрос.

— Я не знаю. Она всегда рядом, когда нужна мне. Хорошо всегда иметь кого-то под рукой. Я знаю, она никогда не оставит меня. Плюс, она дикая в постели, — он поиграл бровями. — Царапается, кусается, кричит. Кто сваливает, когда каждую ночь так трахается?

— Ты... ломаешь мой мозг, — я залепил ему подзатыльник и пошел на кухню взять пиццу.

— Кстати о трахе, что у тебя? Я не разговаривал с тобой всю неделю. Ты уже трахнул ту девчонку?

Я развернулся и посмотрел на него.

— Чувак, не начинай.

Он поднял руки вверх в защитном жесте, его глаза увеличились.

— Извини, чувак.

Я взял коробки с пиццей с кухонного стола и повернулся к гостиной, кивая в сторону кухни.

— Пиво возьмешь?

— Уже, — Вайпер взял шесть бутылок пива и поставил их на кофейный столик. — Это девчонка реально сводит тебя с ума?

— Да. И я полностью доволен.

— Что в ней такого? Я не думаю, что когда-нибудь встречу девушку, которая заставит меня вести себя по-идиотски, как ты, — сказал он и засунул кусок пепперони себе в рот.

— Ничего. Всё, — сказал я и улыбнулся.

— О боже. У тебя появилась киска, пока был там?

Я дотянулся и врезал ему по руке, сильно.

— Серьезно, чувак, — он с недоверием посмотрел на меня. — Что в ней такого? Я никогда не видел тебя таким.

— Я не знаю... — моменты, когда я был с Кейся начали мелькать в моей голове, и я пытался определить, что именно меня так цепляло. — Как она выглядит, когда играет с девочками. Как она морщит свой милый веснушчатый носик, когда улыбается. Как сексуально выглядят ее волосы, даже в хвосте. Я могу сидеть и перечислять часами и даже половины всех ее черт не назову.

Вайпер смотрел на меня выпучив глаза и не веря услышанному.

— Ого

«Ого» было преуменьшением, это было больше, чем сумасшествие и совершенно не характерно для меня. С тех пор как я себя помню, хоккей был моей жизнью. Я всегда о нем думал, был одержим им. Я анализировал прошедшие игры в своей голове, смотрел тысячи и тысячи раз нарезки, все, чтобы улучшить свою игру. Кейси была первым человеком, который вытащил меня из хоккея и поглотил мои мысли тем, чего я никак не ожидал. Чем-то намного лучше. В моем мозгу постоянно крутились мысли о ней и о том, что она могла делать в эту минуту, что она надела сегодня, думала ли она обо мне.

— Она приедет на этой неделе, — небрежно сказал я.

— Да? — он хищно улыбнулся и облизнул свои губы, как волк перед жертвой. — Я ее увижу?

— Ни за что!

— Ну же! — взмолился он.

— Ни единого шанса, — я повертел головой. — Ты можешь остаться здесь сегодня, но ты уберешься до того, как она приедет.

Он хмыкнул, будто у него были другие планы.

— Посмотрим.

 


 

 

 

 

— Перестань волноваться, с нами все будет хорошо, — мама ободряюще улыбнулась и крепко меня обняла. — Иди. Повеселись и расслабься.

Она слишком хорошо меня знала, иногда лучше, чем я сама. Мой живот был скручен в маленькие узелки, каждый из которых обозначал причину, по которой может пойти что-то не так в следующие тридцать шесть часов. — Знаю, мам. Спасибо... за все.

Погладив меня по щеке, она сказала:

— Для тебя все, что угодно. Поторопись, пока не стало больше пробок, — она достала чехол с платьем из шкафа в коридоре, и протянул его мне. — Не забудь это.

Из-за моего полнейшего отсутствия чувства стиля, Лорен заскочила ко мне утром с дюжиной платьев для моего ужина с Броди. Они с мамой пищали и хохотали после каждого примеренного мною платья, обсуждая, как льдисто-голубой цвет делает мою задницу идеальной, а лососевый оттеняет мою кожу. Я просто смотрела на них как олень на встречную машину, и поворачивалась, когда они говорили.

Очевидно, что я выбрала льдисто-голубое.

Я забросила сумку на заднее сидение джипа и повесила чехол на крючок. Бабочки взмыли в моей груди, когда я выехала с подъездной дороги, и помахала двум маленьким улыбающимся мордашкам на крыльце. Я не была готова, сдала назад, выпрыгнула из джипа и побежала к крыльцу, чтобы поцеловать их еще раз.

Боже, я буду скучать по ним.

Мой телефон пропищал, когда я выехала на главную дорогу. Я проверила его и увидела сообщение от Броди. Я решила позвонить ему, а не писать в ответ.

— Привет! — с удивлением ответил он.

— И тебе привет.

— Просто проверяю, где ты. Ты уже выехала?

— Нет, плохие новости. Я заболела и не смогу приехать.

Гнетущая тишина повисла на другом конце линии, и послышался его выдох.

— Правда? Это хреново, — из-за его расстроенного голоса я почувствовала себя виноватой... почти.

— Нет, не правда, — рассмеялась я. — Я в джипе, недавно выехала.

— Думаешь, это смешно? — его голос снова расслабился. — Ты заплатишь за это... я обещаю.

 

 

 

Два часа спустя я, наконец, заехала на подземную парковку дома Броди. Я ввела код на панели безопасности, который он дал мне, и ворота открылись. Я припарковалась на свободном месте возле пикапа Броди, как он и сказал, вышла и вытащила свою сумку.

— Отличная задняя парковка.

Повернувшись, я увидела Броди, прислонившегося к бетонному столбу, с двусмысленной улыбкой на лице, его руки были скрещены на груди. Я взглянула на него сверху вниз, с головы до ног, исследуя каждый сексуальный дюйм. На нем была футболка «Дикарей», которая обтягивала его бицепсы и делала цвет его глаз выразительнее. Беспорядочные завитки выглядывали из-под бейсболки, которую он, как обычно, надел задом наперед. Я практически забыла, каким невероятно красивым он был, и он улыбался мне.

— Привет, — тихо ответила я, все еще привыкая к его комплиментам.

Не тратя больше времени, он подошел ко мне, крепко обнял и поднял. Мое тело горело, и я обняла его так же крепко.

— Я могу привыкнуть, — сказала я в его футболку, вдыхая запах парфюма.

Он опустил меня, положив палец на мой подбородок, приподнял мое лицо и коснулся моих губ своими. Это был сладкий, нежный поцелуй, который развеял все мои страхи и заставил меня расслабиться.

— Хорошо, — ответил он, когда отстранился. — Давай помогу с вещами.

Он вытащил мою сумку с заднего сидения левой рукой и взял меня за руку правой. Притянув ее к губам, он поцеловал мои пальцы.

— Я рад, что ты здесь.

Мое сердце растаяло, и я улыбнулась ему.

— Я тоже.

Когда мы подошли к двери его квартиры, он остановился и повернулся ко мне.

— Должен предупредить тебя... мой друг Вайпер здесь. Он вчера поругался со своей девушкой и остался у меня, но он уже уходит. Вообще-то, он уже должен был убраться, но он поздно заснул.

— Скорее бы встретить его, — сказала я, игнорируя узелки в животе.

Он повернул ручку и скорчил мне гримасу.

— Ты можешь пожалеть об этом.

Всю неделю я представляла квартиру Броди. Низкие кресла в гостиной, горы пустых банок из-под пива на полу и коробки из-под еды на каждом столе.

Я более, чем ошибалась.

Здесь не то, чтобы было идеально, здесь было уютно и тепло. Отделка из кожаной фурнитуры, необычные вещицы, и, конечно же, самый большой телевизор, который я когда-либо видела.

Вскочив с дивана, Вайпер подошел к нам и крепко обхватил меня руками. Немного ошарашено я вежливо обняла его в ответ. Он отстранился и посмотрел на меня.

— Ты и есть та девушка, которая укротила зверя? — он посмотрел на Броди и кивнул. — Отличный выбор, мужик. Одобряю.

Броди предупреждающе прищурился на Випера:

— Полегче.

— Я просто сделал ей комплимент. Сейчас, еще раз попробую, — он взял мою руку в свою, поцеловал тыльную сторону и склонил передо мной голову. — Я — Вайпер, очень рад познакомиться.

— Привет Вайпер, — я улыбнулась и пожала его руку. — Я тоже рада.

Вайпер был опасным. он был таким же высоким, как Броди и мускулистым, но на этом сходства заканчивались. Татуировки драконов и змей, и бог знает чего еще, оплетали его руки и скрывались под его футболкой, заканчиваясь под нижней челюстью. Его плеч касались светлые волосы, которые были убраны в беспорядочный низкий хвост, и на его губах был пирсинг в двух местах. Выглядел как байкер, но что-то в нем было приятное. Он мне понравился, очень.

Броди сильно ударил Вайпера по плечу и обнял его.

— Он уже уходит.

Вайпер выглядел удивленным.

— Да?

— Да, — Броди подошел к кофейному столику и взял его ключи и телефон, протягивая их ему.

Вайпер подмигнул Броди.

— Оу, понял. Ты хочешь побыть с ней наедине. Я понял, мужик.

Я рассмеялась, когда Броди выдохнул, снял свою кепку и пробежался пальцами по волосам.

Вайпер прошел к двери мимо меня и остановился, чтобы поцеловать меня в щеку. Броди оттолкнул его.

— Иди, иди, Казанова.

Когда они подошли к двери, Вайпер обернулся и посмотрел через плечо Броди и еще раз помахал мне.

— Чувак, если с ней ничего не получиться, дашь мне ее номер? — спросил он.

— До свидания, — Броди закрыл дверь, но Вайпер из-за двери продолжил: — Я просто спросил. Она офигенно хорошо пахнет!

Броди повернул замок и повернулся ко мне.

— Извини за это.

— Все в прядке, правда, — я рассмеялась. — Думаю, он был милым.

— Милым? — он почесал голову. — Обычно не таким словом описывают Вайпера, но ладно.

Он подошел и снова обнял меня.

— Хотя, он был прав насчет одного. Ты, действительно, удивительно пахнешь.

— Ты тоже пахнешь очень вкусно, — ответила я, осмелев оттого, что мы остались наедине. Я обняла его за шею, касаясь его губ своими. Он охотно ответил мне, всосал мою нижнюю губу и провел по ней языком.

В этот момент я не думала о своем материнстве или о том, что девочки делают дома, или о том, чем не занималась с тех пор, как начала общаться с Броди. В его руках, я парила выше и выше в облака, кружась в эйфории. Все, что было важно — это поцелуй, я полностью отдавалась, не требуя ничего взамен. Его руки медленно опустились на мою спину, пальцы впились в бедра.

Наши языки продолжали изучать друг друга, когда Броди подтолкнул меня к гостиной. Засмеявшись, я села на диван, притянула его на себя, и смогла почувствовать, насколько он счастлив видеть меня. Осознание, что я могу сделать с ним такое, заставляло хотеть его еще больше. Я скользнула руками к низу его футболки, пробежала по изгибам мышц спины, ощутила, как они сокращаются от каждого его движения. Он рукой скользнул к моему затылку и сжал в кулак волосы, мягко оттягивая назад, открывая доступ к моей шее. Я больше не могла сдерживать стон, когда его губы, наконец, коснулись моей кожи, целуя и посасывая ее.

— Могу ли я показать тебе всю квартиру? — дрожь окутала мое тело, когда его губы коснулись моего уха. — Моя спальня как раз за этой дверью.

В этот же момент мои чувства вернулись ко мне.

— Подожди, нет... медленно. Помнишь?

Он уткнулся головой мне в плечо и вздохнул.

— Я должен был держать рот на замке, — он сел и улыбнулся мне, протягивая мне руки. — Давай, я устрою тебе большое турне, медленно.

Я взяла его руки, встала, поправляя свой топ.

— Ты не злишься?

— На тебя? Никогда, — он снова поцеловал мою руку и повел меня по коридору.

Спальня Броди была простой и просторной. Огромная кровать, застеленная темно-коричневым покрывалом и постельным бельем, стояла возле стены слева, с обеих сторон низкие черные тумбочки. Черное кожаное кресло — в дальнем углу у правой стены возле книжной полки, которая меня заинтересовала. Я подошла к ней, желая увидеть, что же за книги могли привлечь внимание Броди.

— Не трать время, ничего кроме журналов, — он был немного смущен. — Большинство «Спорт Илюстрейтед».

Я повернулась и улыбнулась ему.

— Ничего страшного, — полдюжины фотографий висело на стене по другую сторону кресла. На большинстве из них с Броди была женщина средних лет. — Это твоя мама?

Он подошел и обнял меня за талию сзади.

— Да, красивая.

— Очень, — я касалась каждого снимка и рассматривала их ближе. Сходство было поразительным, от их каштановых вьющихся волос до невероятно красивых улыбок. Она была взрослая и более мягкая версия своего привлекательного сына. — У тебя ее глаза — красивые и искренние, очень выразительные. У тебя способность рассказать всю историю одним взглядом. Ты знал это?

Он обнял меня крепче, и положил свою голову мне на плечо, пока я продолжала изучать женщину, ответственную за его существование.

Мое сердце сжалось, когда я подошла к фотографии, на которой она сидела в большом кресле, свернувшись под пледом. На голове был очень тонкий розовый платок, ее лицо было такого же цвета. Несмотря на все это, она красиво и заразительно улыбалась и держала два больших пальца вверх.

— А, что на этом? — полюбопытствовала я.

— Я сделал его, — гордо ответил он. — Это было около трех лет назад, утро ее последней химиотерапии. У нее нашли рак груди третье степени, но она победила его. Я храню это фото здесь, как напоминание, что она смогла сделать. Я горжусь ею.

— Вы очень близки?

Он вздохнул, его дыхание согрело мою шею.

— Что я могу сказать? Я маменькин сынок.

— Надеюсь, она не против поделиться? — я повернула голову вправо и поцеловала его в щеку. Как только мои губы коснулись его лица, он схватил меня за бедра и развернул к себе лицом.

— Я хочу затащить тебя в кровать и сделать все по-своему. Может, прекратим разговаривать о моей маме?


 

 

 

 

— Готов? — крикнула Кейси из гостиной.

— Почти, — выкрикнул я в ответ. — Ты можешь войти. Я переодеваю футболку.

Дверь в спальню скрипнула, когда она открыла ее, выглядывая из-за угла.

— Ты уверен?

Я не мог отвести от нее глаз, пока она шла к кожаному креслу, ее вьющиеся, каштановые волосы струились по обнаженным плечам. На ней были джинсовые шорты, которые были достаточно длинные для появления на публике, но достаточно короткие, чтобы сводить меня с ума весь вечер, ярко-розовый топ, который подчеркивал все ее изгибы и черные шлепанцы. Никогда не думал, что маленькие розовые пальчики могут быть такими сексуальными. Она поджала под себя ноги на кресле и улыбнулась мне, сморщив свой носик. Ее розовые губы были все еще распухшими после двадцати минут, которые мы провели в моей постели, прежде чем она остановилась... снова.

Я имел в виду то, что обещал ей, что не буду торопить события. Но я хотел быть внутри нее, так же сильно, как и кубок Стенли, однако я буду терпеливым.

Я провел много времени в душе, холодном душе.

Я вышел из гардеробной с футболкой в голубую и зеленую полоску и бросил ее на кровать, заметив, как Кейси наблюдает за мной. Ее всепоглощающий взгляд был самой мучительной прелюдией, таким взглядом должны пытать заключенных. Когда наши взгляды встретились, мне показалось — время остановилось. Я не мог оторвать от нее взгляд. Я не хотел этого делать. Я хотел подойти, подхватить ее на руки и разложить на кровати, после я написал бы Энди о том, что он может взять свой обед и засунуть его в задницу Блэр. Провести вечер с Кейси в постели было бы намного приятнее.

Я стянул свою футболку через голову, и она вздохнула.

— У тебя есть тату?

Я рассмеялся.

— Ага. Это семейный крест Мерфи... сделал в восемнадцать лет. У папы такой же.

— Она огромная! — она встала с кресла и подошла ко мне ближе, чтобы рассмотреть. Она мягко коснулась кожи между лопатками, где начиналась моя татуировка и прошлась вдоль всей моей спины. — Вау. Она невероятная, — еле слышно произнесла она.

— Что не так?

Она не ответила, и я повернулся к ней лицом. Блеск ее зеленых глаз сменился на печаль, и она опустила глаза в пол.

— Кейси, что такое? — я спросил, обхватывая ее лицо раками.

— Ничего, — вздохнула она и посмотрела на меня. — Я облажалась.

— Почему?

— Когда ты уехал из гостиницы тем утром, и я нашла твой свитер возле камина, я сделала определенные выводы, — ее плечи поникли, но она продолжила. — Я подумала, раз ты свободен, знаменитый спортсмен, ты, вероятно, эгоистичный плейбой, которому наплевать на семью, или на еще кого-то. После того, как услышала историю о твоей маме, и увидела семейные фотографии, а сейчас это... я ошибалась, Броди. Прости меня, — она снова опустила голову и печально вздохнула.

— Эй, все в порядке. Ты ничего не знала обо мне, — я приподнял ее голову, и она снова посмотрела на меня. — Возможно, я просто кажусь каким-то чуваком, который только и мечтает залезть к тебе в трусики, и эту часть я не буду отрицать, — мимолетная улыбка коснулась ее губ, но она меня не убедила. — Правда, все в порядке. Иди ко мне, — я притянул ее ближе и обнял, прижимая ее голову к своей обнаженной груди.

— У нас есть еще парочку часов перед тем, как начать собираться на этот ужин, может, выпьем кофе? Прогуляемся.

Кейси улыбнулась.

— Конечно. Может, тебе сначала надеть футболку?

— Или ты можешь снять свою, и тогда мы будем квиты.

Она закатила глаза и вышла из комнаты с улыбкой на лице.

Погода была идеальной. Я держал Кейси за руку, и мы прогуливались неподалеку от дома. Я показал ей «Бампер» и мой любимый польский гастроном, где делают превосходнейшую запеканку. Менее чем за десять минут мы добрались до кофейни, в которую я ходил почти каждый день.

Кафе «Скутера Джо».

— Милое название, — сказала Кейси, когда мы вошли.

— Подожди, пока не встретишь Джо, — я подмигнул. — Думаю, он тебе понравится, но будь осторожна, у него волшебные руки.

Она прищурилась, сильно смущенная, когда Джо подошел к ней и обнял.

— Броди, кто эта маленькая девушка?

Джо был неопасным, маленьким старичком, который отказался идти на пенсию, после работы в союзе водопроводчиков, и вложил все сбережения в это место. Удачное вложение.

Кейси застыла, она перевела взгляд с Джо на меня, широко распахнув глаза. Я усмехнулся и протянул руку Кейси.

— Джо, это моя девушка, Кейси.

— Привет, Кейси, — сказал Джо, обнимая ее крепче. — Приятно познакомиться.

Кейси выскользнула из его рук и повернулась, протягивая ему руку:

— Приятно познакомиться, Джо.

— Мы сядем на мое место, — сказал я.

— Отлично, босс. Я принесу вам меню, — он улыбнулся Кейси и поспешил за стойку.

— Обычно я сижу за геридоном снаружи, не возражаешь сесть там?

Кейси попыталась спрятать свою улыбку.

— Звучит здорово.

— Почему улыбаешься? — спросил я, когда мы вышли на террасу.

— Просто, — ответила она с небольшим смешком.

— Врушка.

— Забавно, что ты знаешь, что такое геридон.

— Можешь поблагодарить за это мою маму. Я привел ее однажды сюда, когда она ночевала у меня, — я выдвинул стул для нее и поборол желание зарыться носом ей в волосы, когда ее запах окутал меня. — Я назвал его столиком на двоих. Она меня исправила.

Кейси пододвинула свой стул ближе ко мне.

— Мне нравится слушать, как ты рассказываешь о своей маме.

— Она волшебная, кстати, похожа на твою маму.

— А папа? — спросила она, когда Джо принес нам меню.

— Мы близки, но не так как с мамой. Отец много работал, когда я был ребенком, чтобы оплатить мои занятия хоккеем, так что я проводил много времени с мамой.

Она наклонилась ближе, опершись подбородком на руку.

— Когда я получил первый чек, первое, что я сделал — это поехал к ним домой, вернул ему деньги и заставил его уйти на пенсию. Несколько лет спустя я построил дом их мечты.

— Вау. Это впечатляет.

— Да, мне очень повезло. А твой отец? — любопытно спросил я. — Я не слышал, чтобы ты говорила о нем.

Она взяла меню и пожала плечами.

— Нечего рассказывать. Они с мамой были женаты пятнадцать лет, и в один прекрасный день он решил уйти. Без предупреждения, вот и все.

— Интересно... он сказал почему?

— Очевидно, он встречался с кем-то, она забеременела, и он решил уйти к ней. Больше я с ним не разговаривала.

— Мне очень жаль, — искренне сказал я.

— Мне нет, — она выдавила улыбку и осмотрелась. — Где наш официант? Я хочу булочку.

Булочку или отвлечься?


 

 

 

Находиться рядом с Броди для меня совершенно естественно и легко. Когда он смотрит на меня проницательными глазами, в животе трепещут тысячи бабочек, словно я подросток. Мы можем сидеть, как пожилая пара, держась за руки, и часами болтать обо всем на свете. Целый день мы провели вместе, гуляя по городу, и признаться, я хотела бы так проводить каждый день моей жизни. Я представляла, как мы просыпаемся воскресным утром и идем в кофейню за углом, обсуждая какое кино посмотрим позже, а девочки едят булочки с корицей и танцуют под музыку уличного музыканта.

Я приложила усилие, выкидывая эту фантазию из головы, потому что это была лишь ... фантазия.

Это... чтобы это ни было, не имело шансов стать чем-то особенным, потому что мы слишком разные.

Мои отношения с Броди имели срок давности, и я старалась не заглядывать наперед и наслаждалась каждым моментом настоящего.

Прямой сейчас мне нужно было принять душ и подготовиться к ужину. Я открыла дверь в спальню и крикнула ему:

— Эй, я могу у тебя найти какой-нибудь шампунь и кондиционер? Я забыла взять свои.

— В бельевом шкафу в ванной.

— Спасибо!

— Без проблем, малышка, — невозмутимо ответил он, будто это были единственно возможные слова, но эти ничего не значащие, простые слова, заставили мое сердце трепетать.

Оставив дверь в спальню приоткрытой, я прошла в гостевую ванную, открыла бельевой шкаф и не смогла сдержать смех. На полках в ряд были выстроены, по меньшей мере, тридцать разных шампуней и кондиционеров — фруктовые, цветочные, укрепляющие — от различных производителей. Все еще смеясь, я прокричала в открытую дверь:

— Ты что, ограбил косметический магазин?

В его голосе был слышен смех, когда он прокричал в ответ:

— Нет, я не знал, каким ты пользуешься, поэтому купил все, какие у них были.

У меня отвисла челюсть, потрясение наполнило мои вены, и я пораженно уставилась на полки. Это было настолько мило, с его стороны простой жест, но для меня он значил намного больше, чем кто-то мог бы себе представить.

Подумаешь о шампуне позже, Кейси. Соберись и вали принимать душ.

Сегодня я встречу новых людей, большинство из которых узнают меня лишь как "спутницу Броди", так что для меня было важно не смутить его и не выставить в дурном свете. Еще важнее, что один из них, с детства был лучшим другом Броди, и его жена, по словам Броди, выглядела волком в овечьей шкуре. Мои нервы были натянуты до предела, мне отчаянно хотелось, чтобы все прошло идеально. Я хотела понравиться им.

Нет. Я хотела, чтобы они полюбили меня.

Когда ты проводишь большую часть своей взрослой жизни в джинсах и футболках, предстоящее событие, как это, откровенно пугало. Лорен помогла мне с выбором платья и туфель, но я сама должна была справиться с макияжем. Не хотелось бы выглядеть, как дешевая проститутка, которую он подобрал на дороге. И даже не начинайте про правила поведения за столом.

Вилка для салата, вилка для горячего, суповая ложка, обычная ложка... это угнетает.

Час спустя я стояла перед зеркалом во весь рост, проверяя каждую деталь своего наряда. Я то закалывала волосы наверх, то распускала их шестью различными способами, меняла три раза макияж глаз и три раза выругалась из-за того, что отказалась от лососевого платья.

Будь что будет. Пора показаться.

Я обула серебряные «не-такие-уж-высокие» шпильки Лорен, глубоко вдохнула, смахнула последние штрихи сомнений в себе и вышла в гостиную.

Никого.

— Твою мать, — пробормотал Броди, застыв у меня за спиной, около раковины на кухне, где он, по-видимому, и стоял.

Сердце бешено заколотилось, пока я поворачивалась к нему.

— Это хорошее «твою мать» или плохое?

Он не ответил, но его глаза все сказали за него, медленно скользя по моей фигуре снизу-вверх, изучая.

— Это самое лучшее «твою мать».

С гордостью я осмотрела себя и улыбнулась ему.

— По шкале от одного до десяти...

— Шестьсот пятьдесят два, — перебил он и подошел ближе, положив ладонь мне на затылок, и впился в мои губы.

Этот поцелуй отличался от предыдущих. Его язык погружался глубже, обещая восхитительное удовольствие грядущей ночью. Все сложнее и сложнее было сопротивляться и отказывать ему в том, что он хотел сделать со мной. Он отстранился, но ровно настолько, чтобы прижаться своим лбом к моему, все еще поддерживая мой затылок рукой.

Его голос был твердым, если бы у секса был голос — он звучал бы именно так.

— Нам нужно ехать, потому что я готов забить на все, забросить тебя на плечо и отнести в спальню.

От этого предложения жар устремился ко мне между ног, поселив в голове мысли, будет ли сон после этого хорошей идеей?

 

 

 

Охранник махнул нам через закрытые ворота эксклюзивного гольф-клуба. Вдоль извилистых дорожек были установлены антикварные фонарики и росли идеально подстриженные кусты. Каждый дом был больше и шикарнее предыдущего.

— Что это? Степфордское подразделение? — спросила я в ужасе, когда Броди повернул свой черный «БМВ 740i» на широкую брусчатую дорогу, изгибающуюся полукругом, перед тем, что с легкостью можно было назвать замком.

— Что-то типа того, — он припарковался, и у меня отвисла челюсть, при виде двух служащих парковки.

— У них есть лакеи на званном ужине? В их доме?

Броди посмотрел на меня и закатил глаза.

— Все лучшее для Блэр.

Дверь с моей стороны открылась, и один из молодых людей подал мне руку, помогая выйти из машины.

— Спасибо, — сказала я, улыбнувшись.

Броди протянул ключи другому парню и подошел ко мне. Он согнул руку в локте, предлагая взяться за нее, что я незамедлительно и сделала, пока не сломала каблук на туфле Лорен или лодыжку на этой витиеватой брусчатке.

— Ты не фанат Блэр? — спросила я, когда мы шли к дому.

Он посмотрел мне прямо в глаза.

— Ни на йоту. Мы не понравились друг другу еще в колледже. Я всегда думал, что она вымогательница, а она была уверенна, что я плохо влияю на Энди. Я здесь только потому, что он попросил. Плюс я хочу увидеть детей, если она не отправила их спать.

— У них есть дети?

—Да, Логану четыре и Бекке почти два.

Идеально!

Будет о чем поговорить с Блэр, все мамы любят говорить о своих детях и рассказывать удивительные истории или давать советы. Это будет легче, чем я думала.

Вблизи их дом был еще более впечатляющим, чем с улицы. Огромная арочная входная дверь была сделана из темного ореха с коваными вставками, напольные вазы с ярко-розовыми, ниспадающими по бокам, цветами украшали крыльцо. Броди дотянулся до дверного звонка и позвонил, через секунду яркая женщина лет шестидесяти открыла дверь. Ее короткие седые волосы, подстриженные под боб-каре, обрамляли пухлые щеки, которые еще больше округлялись во время улыбки.

— Добро пожаловать, проходите, — она отошла назад и вежливо кивнула, как только мы вошли.

Едва мы пересекли порог, как маленький мальчик спрыгнул с самой широкой лестницы, которую я когда-либо видела, и запрыгнул на Броди.

— Дядя Броди!

Милый маленький мальчик с золотистыми волосами и ярко-голубыми глазами, одетый в пижаму с изображением «энгри бердс», обхватил торс Броди ногами и руками, как обезьянка. Я не могла его винить, иногда мне самой хотелось так сделать.

— Как дела, мужик? — Броди оторвал его от себя и подбросил несколько раз вверх. Визг Логана разносился эхом по огромному холлу. Холодок пробежался по моей спине. Даже и не скажешь, что здесь живут дети.

Она, наверное, держит их в подвале.

Я усмехнулась про себя и увидела маленькую девочку с платиновыми вьющимися волосами, подошедшую к Броди и протягивающую к нему ручки.

— Беки! — поприветствовал он, присел и поднял ее второй рукой, осыпая маленькое личико девочки быстрыми поцелуями, от чего она завизжала и расхохоталась.

— Первое, что тебе следует сделать, когда дети начинают беситься, сесть и подумать, как можно их успокоить, — послышался успокаивающий голос позади нас.

Ослепительный мужчина, одетый именно так, как я и представляла, в дорогой угольно черный костюм, появился с задней стороны дома. Я была в шоке от его сходства с Логаном, который был его точной копией, только меньшего размера. Такие же песочные волосы, такие же ярко-голубые глаза.

Он подошел, протягивая руку Броди, которую тот неловко пожал, не выпуская Беки, и притянул его в свои мужские объятия, похлопывая по спине, что не смутило ни одного, ни второго.

— Рад, что ты сделал это. Не думал, что ты появишься.

Он потянулся к Беки, которая с нетерпением прильнула к груди отца, тут же положив головку ему на плечо и с опаской поглядывая в мою сторону.

— Поверь мне, я не хотел, но Кейси безумно хотела попробовать стряпню Блэр, — с сарказмом ответил он и обнял меня за плечи.

— Привет Кейси, я — Энди, — его улыбка была теплой, он мягко пожал мою руку.

— Привет Энди, спасибо за приглашение, — я больше не могла устоять перед милой малышкой, вцепившейся в его шею. — А ты, должно быть, Беки? Самая милая малышка, которую я когда-нибудь видела. Это твой малыш? — я указала на куклу в ее руке.

Ее глазки засветились и, выпрямившись, она потянулась ко мне.

— Беки, сиди прямо, милая. Не все хотят брать тебя на руки, — Энди поцеловал ее в щеку.

— Все хорошо, с удовольствием... если ты не против.

— Конечно, нет, — сказал он, протягивая ее мне. — Все равно надо оторвать Логана от Броди. Это не легкая задача, — он пощекотал Логана, думая, что тот ослабит хватку вокруг шеи Броди, но Броди еще сильнее прижал мальчика и потянул его на себя. Энди посмотрел на меня и вздохнул. — Как видишь, у них один уровень развития. Поэтому они так хорошо ладят.

Беки протянула свою куклу мне и указала на ее лицо:

— Нос.

— Это носик малыша? — проворковала я. — А где твой носик?

Она рассмеялась и засунула свой пухленький пальчик в ноздрю. Энди быстро достал его.

— Наверное она научилась у Дяди Броди.

Я рассмеялась, чувствуя, как расслабляюсь рядом с Энди и, гадая, почему же такой приятный парень женился на ведьме, которую мне описывал Броди. Очевидно, он преувеличивал. Энди протянул руки к Беки, но она оттолкнула их и положила голову мне на плечо.

— Вау, похоже, мне нашли замену, — подразнил он.

— Меня, — подтвердила я. — Она как перышко, — запах детского шампуня напомнил мне о девочках. Я настолько отвлеклась сегодня с Броди, что подумала о том, что быть вдалеке от них не так уж плохо, пока это маленькое напоминание не щелкнуло меня по носу.

— Ох, прошу прощения! — проорала женщина, входящая в комнату. По виду она была супермоделью. Высокая, невероятно худая и одета, как с обложки журнала. Ее крупные платиновые локоны развевались во время движения. Уверена, что у нее есть дантист, наблюдающий ее с самого детства, и, благодаря которому, у нее ослепительно-белоснежные зубы.

— Беки, иди ко мне. Хватит докучать людям, — она грубо забрала у меня ребенка, хотя девочка не хотела сходить с моих рук. — Глория, подойти, пожалуйста, сюда, — крикнула женщина раздраженно, и ее бирюзовые серьги качнулись.

— Иду, — молодая девушка быстро вошла в холл. Ее руки были сложены, а глаза опущены, будто у ребенка, которого только что отчитали.

— Глория, за что я тебе плачу? Ты должна смотреть за детьми! — прокричала она и протянула ей Беки. Девочка уронила свою куклу на пол, и я присела, чтобы ее поднять, протянув ее Блэр, а та закатила глаза. — Держи. Не забудь ее дурацкую куклу.

Она посмотрела на Броди и Логана, щелкнув пальцами.

— Логан. Иди. Сейчас.

Броди посмотрел на Блэр и мягко снял Логана со своих плеч, поставив его на пол.

— Еще поиграем, пока ты не пошел спать? — Броди дал ему пять, и Логан ушел вместе с Глорией, его плечи были опущены от разочарования.

— Прошу прощения за них, — она посмотрела на меня и взяла за руку. — Я Блэр, приятно познакомиться.

— Кейси. И мне тоже.

Броди встал позади меня и снова положил руку мне на плечо.

— Кейси моя пара, — гордо сказал он.

Она взглянула на него и сморщила нос в отвращении.

— Прошу прощение и за это тоже, — сказал она, наклонившись ко мне. — Вы заходите или нет? — она развернулась и так же быстро исчезла, как и вошла.

Энди вздохнул, поднимая свой стакан.

— Пойду, налью себе чего покрепче. Будете что-нибудь?

— Конечно! — ответил Броди за нас обоих, замечая, что я все еще пребываю в некотором потрясении. — Отличный галстук, начальник, — он щелкнул по небесно-голубому галстуку на груди Энди, который был украшен маленькими желтыми птичками из «энгри бердс».

— Отвянь, его Логан выбирал, — он подмигнул мне. — К тому же, он ее невероятно бесит.

Мы прошли за Энди во двор, всю дорогу Броди сжимал мою задницу. Потрясенная его наглым поведением, я повернулась, чтоб бросить на него взгляд полный негодования.

Он схватил меня за руку и остановил, позволяя Энди пройти дальше без нас, и крепко обнял.

— Не смотри на меня так, я не выдержу. Боже, это платье, — прорычал он мне в шею.

Второй раз за день Броди проявил животную силу, и, черт возьми, мне это нравилось. Если он может завести меня лишь одними словами, боюсь представить, что может сделать его тело... или язык.

Я закусили губу, когда он лизнул мочку уха.

— Если будешь себя хорошо вести, возможно, оно окажется на полу в твоей спальне.

Он прорычал и осыпал поцелуями мою скулу.

— Эй, может, вам выделить гостевую комнату или потерпите до конца ужина? — улыбнулся Энди, стоя в дверях, ведущих на кухню. Я оттолкнула Броди и расправила платье, следуя за ним.

— Прости, — я извинилась почти искренне.

— Не извиняйся, я пошутил, — Энди наклонился к моему уху. — К тому же, я никогда не видел его таким, это даже прикольно, — он улыбнулся и сжал мою руку.

Блэр, сощурив глаза, смотрела на меня. Я даже обернулась посмотреть, нет ли позади меня кого-нибудь, но никого не было.

— Ты в порядке? — обеспокоенно спросил Броди, нахмурив брови.

— Да, просто подумала... ничего. Все хорошо, — я покачала головой и нервно засмеялась, радуясь тому, что кто-то позвал его, и он отвлекся на разговор о хоккее.

Оказалось, что вечеринка не такая уж большая, как я думала, было приглашено всего лишь восемь пар. Лакеи Блэр принесли еще один стол, и мы разделились по четыре пары за каждый. К счастью, Броди сделал так, что мы оказались за другим столом, а не с Блэр.





Последнее изменение этой страницы: 2016-04-23; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.216.79.60 (0.04 с.)