ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

К: ПРИВЕТ НЕЗНАКОМЕЦ, НУЖНО ПОГОВОРИТЬ. ПОУЖИНАЕМ НА СЛЕДУЮЩЕЙ НЕДЕЛЕ?



Я удалил сообщение, даже не задумываясь, и вытащит свои вещи из пикапа. Я подошел на переднее крыльцо, и удивился, увидев Люси, сидящую на плетеном диване, со сложенными на коленках руками.

— Привет, малышка. Что случилось? — присел я рядом с ней. На ней было бледно-желтое платье, а обычно прямые светлые волосы, были слегка завиты.

— Я сказа маме, что хочу выйти на улицу, а она сказа сидеть здесь и не двигаться.

— Ты очень красивая.

— Ты приехал на свадьбу?

— Да.

— Ты будешь танцевать с мамой?

—Эм, может быть. Ты ведь не против?

Она нахмурила свои маленькие светлые бровки и думала об этом почти минуту.

— Да. Мама много улыбается, когда разговаривает с тобой. Думаю, она будет счастлива, потанцевать с тобой.

Я улыбнулась как пятнадцатилетний подросток, которому друг сказал, что его объект ухаживаний испытывает взаимную симпатию.

— Люси?

Ее невинные темно-карие глаза посмотрели на меня, и внезапно на меня нахлынуло желание защитить Люси и Пайпер и их маму. Называйте меня ревнивцем или собственником, но эти трое мои и я разорву любого, кто будет им угрожать, на части.

— Думаешь, я смогу потанцевать и с тобой? — спросил я.

Широкая лучезарная улыбка озарила ее личико. У нее была улыбка ее мамы, курносый носик и все остальное.

Она не ответила «да», но положила свою ладошку мне на руку и расхохоталась, поэтому я был более чем уверен, что это приравнивалось к смайлику в сообщениях ее мамы.

— Люсииииии! Подойди сюда, пожалуйста, — услышали мы голос Кейси несколько минут спустя.

Мы оба встали, и Люси первой прошла в дом. Я завернул за угол и остановился.

Кейси сидела за кухонным столом спиной ко мне, завивая волосы Пайпер. На ней было желтое платье без бретелей, немного темнее, чем у девочек. Она завораживала, та поза, в которой она сидела за столом, заботясь о детях, была особенной.

— Не шевелись, егоза, — сказала Кейси Пайпер.

— Это платье колется.

— Ты в нем прекрасно выглядишь. Я самая везучая мама в мире c такими девочками, — сказала она, и Люси залезла на стул рядом с ней.

— Броди сказал, что я очень красивая, — заявила Люси.

— Броди? — Кейси взглянула на Люси. — Он здесь? — она посмотрела туда, куда указывал маленький пальчик Люси.

Она обернулась, и наши взгляды встретились. Вот оно, чтобы это ни было. Боже, она была великолепна. Хотя я любил ее естественный вид, сегодня на ней было чуть больше обычного косметики, тем не менее, выглядела она роскошно.

— Привет, — улыбнулся я.

— Привет, — быстро ответила она.

— Ты... выглядишь фантастически, — сказал я, а она закусила нижнюю губу и застенчиво опустила глаза, рассматривая себя.

— Спасибо. Я не была уверена на счет этого цвета, но, думаю, он не плох.

Я оглядел ее с головы до ног и снова посмотрел ей в глаза.

— Намного лучше, чем «неплох».

Я подошел и обнял ее, прекрасно зная, что девочки смотрят на нас. Хоть меня и не волновало то, что между нами была некоторая дистанция, мне нужно было обнять ее. Когда она не отпрянула от моих объятий, мне захотелось сделать сальто, но сперва надо было, научиться этому.

После минуты наслаждения ее объятиями, она отстранилась и посмотрела на меня из-под своих длинных ресниц.

— И почему перед тобой так сложно устоять? — вздохнула она.

— Почему ты пытаешься устоять передо мной?

— Почему ты отвечаешь вопросом на вопрос?

Я улыбнулся ей, и желание поцеловать эти пухлые губы было практически невыносимым.

— Вы уже готовы? — спросила София, входя на кухню. — О, привет, Броди, ты сегодня великолепен.

— А я, Гиги? — спросила Люси, гордо прыгая вокруг стола.

— О, мои драгоценные детки! — голос Софии дрогнул.

Кейси взяла камеру со стола и передала ее маме.

— Сфотографируй нас вчетвером.

— С удовольствием.

Вчетвером? Плюс очко!

Она подозвала девочек и поставила их перед нами. Я обнял ее за талию и притянул ближе, пока она не положила руку мне на грудь.

Эта картина, этот момент... казался идеальным.

— Все готовы? — спросила София. — Раз... два... три.

— Ладно, — произнесла Кейси. — Готовы ехать?

Я взглянул на свои часы.

— Да, уже пора.

— План остается такой же, так? — Кейси повернулась к маме. — Ты заберешь девочек из церкви и отвезешь на прием, останешься на ужин, затем отвезешь их домой?

— Поняла, — ответила София и прокричала в глубину дома. — Пошевеливайся, старый пердун.

Фред вышел из уборной, одетый как сутенер, в темно-серый костюм с желтым галстуком. Кейси присвистнула, что заставило всех рассмеяться.

— Я чертовски привлекателен? — Фред расстегнул жакет и уперся рукой в бедро.

— Тебе придется палкой отбиваться от дам, Фред. Теперь все готовы? — я открыл дверь и наблюдал за реакцией девочек.

Их мордашки засияли, рты открылись от удивления, когда они увидели припаркованную машину.

— Лимузин!!! — провизжали они, обнимая друг друга.

— Тебе нравится? — спросил я.

— Что это? — Кейси выглядела так же потрясенно, как и девочки.

— Почему ты снова отвечаешь вопросом на вопрос? — улыбнулся я и изогнул бровь.

В ее глазах плескалось веселье, а язык заплетался.

— Я не понимаю... как...

— Просто. Когда Фред, София и девочки будут уезжать, их уже будет ждать машина. Также и нас будет ждать машина, — я взглянул на девочек, которые обувались и одновременно смотрели на лимузин. — Я лишь подумал, что они были в таком восторге на прошлой неделе, и будет здорово, если они отправятся на нем куда-нибудь, а не покатаются по кругу.

Кейси посмотрела на меня с обожанием.

— Ты великолепен, ты знаешь это?

 

 

 

Церковь выглядела впечатляюще. Алекса и Кейси проделали утром невероятную работу, украсив ее цветами с желтым акцентом. Лорен выглядела прекрасно, и Томми заплакал во время произнесения клятв. Вся церемония прошла, как по маслу, а затем... пришло время веселиться.

Прием проходил в огромном зале с еще большим количеством желтых акцентов. Я сидел за одним столом с Дереком, девочками, Софией и Фредом. Во время ужина я развлекал девочек порцией «тук-тук» шуток и болтал с Дереком, с которым я раньше не встречался, но в итоге мы с ним неплохо поладили. Мы с Кейси продолжали обмениваться взглядами и улыбками, усиливая накал между нами. Что бы ни волновало ее в последние несколько дней исчезло без следа, может это и вправду был предсвадебный стресс. Еда была удивительной, но я хотел, чтобы ужин поскорее закончился и я смог, наконец, зажечь с горячей подружкой невесты.

Наконец, официанты начали прибирать столы. Лорен и Томми станцевали их первый танец в качестве мужа и жены. Томми плакал... снова. Кто бы мог подумать, что большой туповатый качок, с которым я встретился на ярмарке, превратится в эмоционального слабака на собственной свадьбе? Хотя, для него это хорошо, хорошо для них обоих. После того, как все традиционные танцы были завершены и гости повалили на танцпол, я заметил, как София начала собирать девочек.

— Можешь подождать еще минутку? — попросил я.

Она выглядела озадачено, но кивнула, и я поспешил к ди-джею. Он наклонился ко мне, прикрывая рукой ухо, затем улыбнулся и поднял оба больших пальца вверх.

— Внимание, гости, у меня есть заказ, немного раньше обычного, но две маленьких принцессы уже собираются уходить и им обещали особенный танец. Эта песня для... Близняшек.

Я взял девочек за руки и вывел их в центр танцпола под «Isn’t She Lovely», Стиви Уандера. Каждую я поставил на свою ступню и кружился по площадке, пытаясь попадать в такт. Я дико хотел посмотреть на Кейси, но не хотел, чтобы она думала, что я делаю это лишь для того, чтобы произвести на нее впечатление. Это было не так, я не хотел разрушать эти мгновения с девочками, которых действительно полюбил. Наши мгновения. Которых, надеюсь, в будущем будет еще очень много.

И как только песня закончилась, толпа зааплодировала нам, а я думал, что мои ноги отвалятся, но широченные улыбки на мордашках девочек однозначно того стоили. Кейси ждала нас возле нашего стола.

— Мама, ты видела нас? — восторженно запищала Пайпер.

— Видела, вы были очень красивыми. И вы отлично танцевали!

— Мы не танцевали, — рассмеялась Люси. — Мы все время стояли на ногах Броди.

— Ого! — Кейси поднесла руки к своим щекам, притворяясь удивленной. — Думаю, вы всех одурачили.

Я предложил Кейси провести всех вместе с ней, но она сказала, что ей нужно побыть с мамой, поэтому я не упустил шанса взять себе пива. Дерек подошел и похлопал меня по плечу.

— Два, пожалуйста, — сказал он бармену, опираясь о деревянную стойку бара. — Что за ночка, да?

— Абсолютно, — кивнул я в сторону Томми и Лорен, которые целовались на танцполе. — Эти двое выглядят офигенно счастливыми.

— Да. Как и Кейси, — с любопытством посмотрел на меня Дерек.

— Разве? Хорошо, — вздохнул я. — У нас была странная неделя, я думал, сделал что-то не так, но она лишь говорила «все нормально».

Дерек поежился.

— Нормально, это не хорошо.

— Я знаю! — я протянул Дереку его пиво, и мы отправились к нашему столу.

— Кейси было тяжело после Зака, она скептически ко всему относилась. Будто ждала, что на нее сбросят бомбу, — он покачал головой, и посмотрел на танцпол. — Не знаю, женщины странные.

— Выпьем за это, — сказал я, чокаясь с ним пивом.

— За что пьете? — Алекса стояла между нами, опираясь на одну ногу и скрестив руки на груди. Кейси стояла позади нее, она изогнула бровь и кусала внутреннюю сторону щеки. Она выглядела сексуально и уверенно... и сексуально, черт бы меня побрал!

Дерек развернулся, притянул Алексу в свои объятия и поцеловал в шею.

— За охренительно сексуальных женщин.

— Правда—правда, — я притянул к себе Кейси и начал танцевать возле стола.

— Ни за что, — она отстранилась, качая головой. — Если я буду танцевать, мне нужно намного больше алкоголя.

— Уже несу, — улыбнулся я и потащил ее к бару.

 

 

 

— Так хорошооооооооо, — невнятно пробормотала Кейси после четырех бокалов яблочного мартини. Ее взгляд был расслаблен, глаза светились счастьем, а движения были раскованы.

— Как ты себя чувствуешь? Думаю, тебе уже достаточно, — резюмировал я.

— Черта с два! — она обвила руками мою шею и потерлась об меня своим телом так, что за эти движения любой мужик готов вывалить солидную оплату. — Я только начала, малыш.

— Малыш? — я рассмеялся.

— Да, малыш, — она провела языком по своим губам и улыбнулась мне, покачиваясь из стороны в сторону. — Ты мой малыш.

Я ухватил ее за бедра, не давая упасть.

— Вот это точно... малыш, — я наклонился и прикоснулся к ее губам. Ее холодный, сладкий на вкус язык ворвался в мой рот, углубляя поцелуй.

— Ты готова идти? Я переживаю, что утром тебе будет плохо.

— Я в норме, — снова ответила она, икнув.

— Разве?

— Трезвая как стеклышко! — рассмеялась она.

— Алекса и Дерек уже собираются, большинство гостей уже разошлись. Ты точно не хочешь уйти?

Кейси выпрямилась и удивленно посмотрела на меня.

— Эта Алекса умная сучка.

— Эм... ладно?

— Нет, Броди. Правда, подумай. Она помогла все это украсить, — она вскинула руки вверх и покружилась вокруг, покачиваясь из стороны в сторону. — И она знает, когда я говорю херню. Она очень хороша в этом.

— В херне? — спросил я, подхватывая ее.

— Ага, она сказала, что я люблю тебя. Я сказала, что нет. Но… Она права.

Я замер на танцполе, пока она кружилась вокруг меня.

— Ты любишь меня? — спросил я, когда первый шок рассеялся.

— Срань господня, да, — рассмеялась она, широко раскрывая руки. — Очень!

Я не смог произнести ни звука, кислород едва поступал в мой мозг. Я не знал, как реагировать. Ни одна женщина не говорила мне, что любит меня, и определенно ни одну я не любил так же, как Кейси.

— Ладно, думаю нам пора.

— Ты хочешь отвезти меня домой и воспользоваться мною, да? — прошептала она интимно мне на ухо. — Я согласна.

Она обняла меня за талию и крепко держала, пока я вел нас к машине, прощаясь с Лорен и Томми.

Я осторожно усадил Кейси на пассажирское сидение, и прежде чем я смог обойти машину, она обхватила ладонями мою голову, притягивая и снова целуя меня.

Я оторвался от нее, прежде чем окончательно потерять контроль и, к чертовой матери, не сорвал ее платье прямо на парковке. Скорее всего, там были камеры наблюдения, и не было сомнений, что завтра эти кадры будут во всех новостях.

— Ты такой сексуальный, Броди.

Я не смог сдержать смешок. Я никогда не видел ее такой, и как ни странно, она была очаровательной, как и все, что она делала. Обычно, эта женщина контролировала каждую деталь своей жизни, сейчас же было мило наблюдать, как она потеряла контроль.

Всю дорогу домой она касалась моего затылка и шеи сзади, лаская меня пальчиками. Это сводило меня с ума и сделало твердым.

— Я серьезно говорила... Я люблю тебя, Броди, — ее голова лежала на спинке сидения, повернутая в мою сторону; ее блестящие зеленые глаза были едва приоткрыты.

— Я люблю тебя, Кейси, — я погладил ее по щечке тыльной стороной ладони.

Я задержался на светофоре, хоть уже давно зажегся зеленый, только, чтобы посмотреть, как она засыпает.

 


 

 

 

Я попыталась повернуться, но не смогла, будто кто-то завалил мои конечности мешками с песком. И голова... вот черт, моя голова. Мне казалось, что от каждого движения, я могу свалиться с кровати.

Как, черт возьми, я попала в свою кровать?

Чем сильнее я пыталась вспомнить, тем громче кровь шумела в ушах. Голову будто зажали в пасти льва, очень злого льва, которого проткнули раскаленной кочергой.

Простонав, я перевернулась и открыла один глаз, чтобы взглянуть на часы, но увидела листочек бумаги. Я подняла свою трехсоткилограммовую руку и взяла листочек, пытаясь сфокусироваться на словах, пришлось даже поморгать.

 

 

Я подняла голову и увидела возле будильника две таблетки аспирина и стакан воды. Сев, я сконцентрировалась на своем дыхании.

Вдох и выдох. Вдох и выдох.

Подкатывающая тошнота, наконец, отступила, позволяя выпить таблетки. Я забросила их в рот и сделала глоток воды. Глоток превратился в гигантский, и я, кряхтя, выпила весь стакан прохладной, освежающей жидкости. Поставив стакан обратно на тумбочку, я оглядела себя. Броди надел на меня пижаму.

Я хотела лишь зарыться поглубже в кровать и оставаться в ней еще часов двенадцать, но мочевой пузырь протестовал. Заставив себя выбраться из постели, я думала, что все еще пьяна. Все болело. Вот черт, это же, сколько я вчера выпила, или пробежала марафон?

Посетив ванную, я отправилась в гостиную, проверить проснулись ли девочки, в надежде, что за ними присматривают.

Я завернула за угол и замерла.

— Что за... — пробормотала я, пытаясь понять то, что увидела.

Люси и Пайпер устроили салон красоты в гостиной. Броди сидел на диване, между его пальцами торчали шарики ваты, а ногти были покрыты месивом из розового лака, на голове торчала дюжина коротеньких хвостиков, украшенных заколками.

Он склонил голову на бок и прищурился на меня.

— Скажешь кому-нибудь об этом, и весь мир узнает, что ты пускаешь слюни во сне.

Из меня вырвался смешок, усиливая давление в голове.

— Ай-ай-ай, — взвыла я, хватаясь за виски и отправляясь на кухню.

— Видишь? Я об этом и говорил, — подразнил Броди. — Девчонки, я хочу сделать перерыв. Скоро вернусь, хорошо?

— Моя очередь! — крикнула Люси, занимая место Броди.

Он подошел и поцеловал меня в макушку.

— Ой, даже волосы болят.

— Так тебе и надо, Королева Мартини, — рассмеялся он.

— Шшш, не так громко. Лучше шепотом сегодня, — я опустила голову на руки и помолилась о смерти.

— Голодна? — от его слов мой желудок издал урчащий звук. — Может, хочешь... зеленое яблоко?

— Ты хочешь, чтобы меня стошнило? — пробормотала я в столешницу.

— Не совсем, но это забавно. Может кофе? — он включил кофемашину.

— Да, пожалуйста, — прорычала я.

Броди молчал, пока я пила первую кружку. Он сказал девочкам, что у мамы болит голова и пообещал, если они будут вести себя тихо, он позволит им разукрасить свои ногти еще раз.

— Ты что-нибудь помнишь о прошлой ночи? — наконец спросил он.

Я напрягла память, но ничего не могла припомнить.

— Последнее, что я помню, как провожала Фреда и маму к машине. Кстати, где мама?

— Она сказала у нее завтрак с друзьями, но не хотела уезжать из-за твоего... состояния, — усмехнулся он. — Я обещал ей присмотреть за девочками и за тобой.

— Ты хорошо справляешь с ними, — я в третий раз налила себе кофе. Скорее всего, я не засну ближайшие два дня, но кофеин помогал устранить головную боль.

— Последняя ночь была интересной, — Броди выглядел странно.

— Я сделала что-то глупое?

— Нет, нисколько, — он изогнул бровь. — Но ты просто жжешь на танцполе.

Я простонала и опустила голову на руки, резче, чем собиралась.

— Ай. Ты уложил меня в постель?

— Ага.

— Ты переодел меня?

— Ага.

— Мы... — я оглянулась, чтобы убедиться, что девочки нас не слышат.

Он рассмеялся.

— Нет. Я не поклонник некрофилии. Ты отрубилась на первом светофоре. Хотя ты сказала одну интересную вещь.

— И что же? — просила я, не поднимая головы.

— Ты сказала, что любишь меня.

Я перестала дышать, паника сдавила мою грудь, а голову будто сжали тиски. Медленно я подняла лицо и посмотрела на Броди, который довольно улыбался и дул на свою кружку кофе.

— Разве?

Он медленно кивнул, его взгляд блуждал по моему лицу.

— Прости, — поежилась я.

Он нахмурился.

— Прости? За что ты извиняешься?

— Я была пьяна, не следовало этого говорить.

— Так ты?

— Что я?

— Ты меня любишь?

«О, боже-боже». Меня начало тошнить, и это никак не было связано с похмельем. Моя голова болела, но теперь болело и сердце. Глядя в проникновенные глаза Броди, зная что он ждет ответа, я не могла вымолвить ни слова. Это было тяжело. Слишком тяжело.

Я любила его. Любила так сильно, что иногда задыхалась рядом с ним, но я не могла ему этого сказать. Этим словам никогда не суждено быть произнесенными, тогда все станет слишком реально. Это отдаст ему всю власть.

Я хотела встать и уйти, но голос Алексы вертелся в моей голове «хватит бегать». Ее голос был не единственным. Там был и голос Блэр, кудахчущий и предупреждающий меня, что я не более чем «курортный роман». И если он собирался меня бросить, не было ни единого шанса, что я скажу ему правду.

— Кейси, — голос Броди выдернул меня из размышлений.

Мои глаза изучали его лицо... лицо, мужчины, которого я люблю и которому должна солгать, чтобы защитить себя.

Я сделала глубокий вдох.

— Нет.

 


 

 


34

 

«У вас десять новых сообщений. Чтобы прослушать...» — я выключил телефон и забросил его подальше, не обращая внимания на то, что он спружинил о кровать и упал на пол. Ни одного сообщения от Кейси! И это меня раздражало.

Свадьба Лорен и Томми была две недели назад, и мы с Кейси не разговаривали с того самого утра, когда она сказал, что не любит меня. Черт, я едва выходил из квартиры все это время. В тренажерку и обратно. Вот и все. Несколько раз я разговаривал с мамой, чтобы она не начала мои поиски, но я ничего не рассказал ей о Кейси. Я не хотел говорить об этом вслух — это злило меня.

После того как она сказала «нет», мы долго сидели молча за кухонным столом. Она не знала, что еще сказать, а я лишь хотел обозвать ее лгуньей. Я один из тех, кто верит в то, что, когда пьяны, мы говорим то, что думаем на самом деле: «Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке». Уверен, алкоголь помогает произнести вслух то, что мы не можем озвучить в трезвом состоянии. Но теперь я ничего не мог поделать, любила она меня или нет, я должен был принять ее слова.

Так я оказался здесь, валяющимся в жалости к себе, на грязных простынях и две недели подряд висящий на футбольном канале, забыв о мире за порогом своей квартиры. Я взял еще одну пачку «Слим Джим»[20] из коробки возле прикроватной тумбочки и засунул ее в рот, а обертку швырнул на пол.

К черту.

Я услышал, как открылась дверь в квартиру. На мгновение я подумал, что это Кейси, но голос Энди вернул меня в реальность.

— Здесь, — крикнул я в ответ.

Он появился в дверях с отвращением на лице.

— Чувак, какого хрена?

— А что не так? — ощетинился я.

— Я звонил тебе целую неделю. Что с тобой происходит?

— Ничего, расслабляюсь.

— Расслабляешься?

— Что ты хочешь, Энди? У меня дела.

— И что же это за дела? Позвонишь кардиологу и назначишь обследование из-за всего этого дерьма? — он подошел и уставился на коробку «Слим Джим». — Я разговаривал с Вайпером, он рассказал мне.

— Да какая разница, тоже мне, проблема, — отмахнулся я.

— Раз это не проблема, почему ты топишь свою печаль в содовой и просмотре реалити-шоу?

— Не забудь пиво, — добавил я.

— Послушай, почему бы тебе не прийти на ужин в эти выходные? — спросил он.

— К черту.

— Дай закончить, придурок. Блэр и все ее отвратительные друзья уезжают на выходные в долину Напа. Только я и дети. Я приглашу Вайпера и еще несколько парней. Будем курить дорогие кубинские сигары и пить до зеленых соплей, так что планируй остаться у меня.

— Нет.

— Да ладно, на худой конец поиграешь с Логаном и Бекки.

— Если я скажу «да», ты отвалишь?

— Конечно, — хмыкнул он.

— Ладно, — вздохнул я и перевернулся. — А теперь проваливай. И оставь «Слим Джим».

Энди рассмеялся и, выходя из комнаты, бросил на ходу:

— Я заберу их в качестве залога.

 

 

 

Я подъехал к дому Энди и сидел в пикапе, размышляя, стоит ли повернуть назад и уехать домой. Я просто не хотел идти туда. И как только я решился уехать, Логан появился на крыльце и жестом пригласил войти.

Фак!

— Как дела, дружок? — я подхватил мальчика с крыльца.

— У меня новая PS3[21], хочешь посмотреть? — радостно спросил он.

— Знаешь что? Давай я поздороваюсь с твоим папой и присоединюсь к тебе?

Когда я вошел, Энди крутился на кухне, вынимая пиццу из духовки.

— Привет. Рад, что ты пришел.

— Я тоже, наверное.

— Ты говорил с ней?

Я уставился на него.

— Нет, об этом сегодня я говорить не буду.

— Ладно, ладно, — он поднял руки вверх перед собой. — Больше не буду спрашивать.

— Куда это поставить? — я протянул ему бутылки текилы и рома, которые купил по пути сюда.

— Ю-ху, текила? Кто-то настроен решительно? — Энди изогнул бровь. — Положи их в холодильник в подвале.

Поднимаясь наверх, я услышал неповторимый голос Вайпера, разносившийся по всему дому.

— Король прибыл, вечеринка может начинаться! — он зашел на кухню с поднятым кулаком вверх, и упаковкой пива в другой руке.

— Король? — я приблизился. — Ты себя так любишь?

— Люблю, люблю, — мы пожали друг другу руки, и он поставил пиво на стол.

— Большой Майк, как ты? — он пожал огромную руку нашего защитника. Энди был агентом и Вайпера и Большого Майка, поэтому не удивительно, что они оба были здесь.

— Офигенно, — ответил он с широкой, туповатой улыбкой на лице. — Угадай что? Мишель беременна.

— Отлично! Прими поздравления! — сказал я, как можно искреннее, хотя вряд ли мог радоваться за кого-нибудь. Эгоистично, да, но это правда.

И прежде, чем мы успели начать, у парадной двери послышался какой-то шум, но в этот раз я услышал голос дьявола.

— И что это вы тут делаете? — у Энди отвисла челюсть, его лицо застыло от шока, когда Блэр и ее друзья материализовались в дверях.

— Наш рейс отменили из-за штормового предупреждения над долиной, поэтому мы решили устроить грандиозную ночевку здесь. Лимузин рано утром отвезет нас на первый самолет, — она окинула презрительным взглядом кухню и сморщила нос. — Что здесь происходит, Эндрю?

Вайпер — единственный, кого Блэр ненавидела больше меня.

— А на что-то похоже? Я пригласил парней на ужин, — принял защитную позицию Энди.

— Привет, Броди.

Из-за спины Блэр показалась голова.

Черт, Кендалл.

— Привет, Кендалл, — сухо ответил я, внезапно, желая превратиться в маленькую девочку из Канзаса в голубом платьице, чтобы, постучав каблучками, смог оказаться дома. Вообще, в каком угодно месте, кроме этой кухни.

Так мы и стояли, «банда» Блэр и наша, Запад и Восток, «Калеки» и «Кровники»[22], оценивая друг друга, в ожидании объявления победителя.

— Мы пойдем в подвал смотреть баскетбол. А вы делайте, что хотите, — наконец, Энди нарушил тишину.

— Хорошо, Эндрю, — сказала Блэр, целуя его в щеку, от этого зрелища меня чуть не вырвало.

Ко мне подошла Кендалл и обвила своими руками. Я наклонился и обнял ее в ответ. Она хорошо пахла. Отстранившись, она посмотрела на меня из-под длинных искусственных ресниц и соблазнительно улыбнулась. На секунду я задумался, мог ли я оттянуться с ней, хотя бы на одну ночь. Бог свидетель, мне нужно было отвлечься.

— Мне нужно поговорить с тобой, но наедине. Здесь, слишком людно, — промурлыкала она.

— Пошли, Мерфи, — Вайпер позвал меня, когда они выходили из кухни.

— Я скоро подойду, — я отошел, и Кендалл недовольно надула губки.

— Спасибо, бро, — я похлопал его по спине.

— Чувак, ты почти на ее крючке. Она выпустила коготки, но еще не вонзила их, — пошутил он.

Мы спустились вниз, в кинотеатр Энди, и расположились на креслах, пока он сам включал игру «Твинсов» и «Кабс» на большом экране, раздавая сигары. И прежде чем я уселся с комфортом, понял, что мне позарез нужно было выпить. Чего-нибудь покрепче.

— Скоро вернусь, кто-нибудь хочет выпить чего-нибудь?

Вайпер и Большой Майк не обернулись, они просто подняли вверх свои бутылки с пивом. Энди отрицательно покачал головой.

Я взял из бара стакан и направился в огромный винный погреб. Если я буду пить сегодня, бутылка должна быть побольше, не так ли? Я взял бутылку текилы из холодильника и уже собрался уходить, когда услышал голос Кендалл в коридоре. Я быстро прижался к стене.

— Ты не сказала, что Броди будет здесь, — услышал я ее громкий шепот.

— Я не знала, я даже не знала, что Эндрю приведет гостей, — защищалась Блэр. — Если ты помнишь, мы должны были быть в самолете.

— Он выглядит печальным.

— Да, Эндрю сказал, что он такой мрачный уже пару недель.

— Из-за той девушки?

Я увидел в стекле отражение Блэр. Она прислонилась к стене, руки были скрещены на груди.

Черт, они не уходили. Я оказался в ловушке.

— Кейси.

Слышать, как Блэр произносит ее имя, было для меня в высшей мере возмутительно, но я не хотел выходить и снова сталкиваться с Кендалл.

— Она ему так нравится? — спросила Кендалл.

— Кого, блин, волнует? — рассмеялась Блэр.

— Шшш.

— Они не услышат нас, они в кинотеатре за закрытыми дверьми. На самом деле, мне должно быть вообще по фиг, кто и насколько сильно ему нравится. Этому мальчику надо сконцентрироваться на хоккее и ни на чем другом. Знаю, это превращает меня в стерву, ну да ладно. Как только Эндрю рассказал мне, насколько эта девка зацепила его, я должна была что-то сделать, — она тихо рассмеялась. — Ее не так уж и трудно было подловить. В ту же секунду, как я сказала, что она «курортный роман» — семя было посажено. Ее выражение лица было бесценным.

Я не мог поверить в то, что услышал. Когда Блэр снова с ней разговаривала? Боже мой... на благотворительном ужине! Поэтому Кейси вела себя так странно. Бл*дь, и почему я не догадался раньше?

Кровь закипала, но я не двигался, я слушал, что она еще скажет.

— Ты была позади нее, ты видела ее лицо, когда вошла я? — расхохоталась Кендалл. — Умора.

Твою мать, Кендалл тоже была там?

— Нет, но я бы посмотрела. Думаю, она чуть в штаны не наложила, — Блэр едва выговаривала слова из-за смеха. — Выкуси. Маленькая мамашка может катиться и искать кормушку в другом месте. Может, в этот раз она заарканит какого-нибудь бейсболиста?

— Может, я и его отобью? — усмехнулась Кендалл.

— Фу. Я не понимаю, что ты в нем нашла, Кендалл, серьезно? Ты можешь найти парня на много лучше, — Блэр была явно не в духе. — Вы двое делали кучу отвратительных вещей, он не будет оббивать твой порог. Двигайся дальше. К тому же, разве ты меня не слышала? Ему нужно заботиться лишь о забитых голах, больше ни о чем.

Достаточно.

Я вышел из своего укрытия, и у этих двоих отвисли челюсти, как только они меня увидели.

Я смотрел на Блэр, чувствуя, как в груди разгорается ярость.

Ты прогнала ее! Не я, это ты, ты, шлюха долбаная!

Блэр не возражала, даже не пыталась. Ее потрясение было очевидным и всеобъемлющим. Она знала, что попалась.

— Броди...

— Заткнись, Кендалл... — рявкнул я. — Я не удивлен таким поведением Блэр, но ты…

Она молчала, лишь сверлила взглядом пол, а я опять повернулся к Блэр.

— В чем, бл*дь, твоя проблема? Тебе так хреново живется в своей собственной шкуре, что хочешь, чтобы и остальные танцевали под твою дудку, от этого тебе становится легче? — ярость полилась по моим венам. Я навис над ней, меня уже не волновало, как громко я кричу. — Она тебе ничего не сделала, ничего! Ты используешь всех. Люди для тебя вещи, и если они не приносят тебе выгоды, ты гадишь на них. Поздравляю с твоей сучной натурой.

Губы Блэр дрожали, Энди и остальные парни пришли на шум.

— Что происходит? — взволнованно спросил Энди.

— Энди, я люблю тебя как брата, но ты уволен, — сказал я настолько спокойно, насколько мог, и снова повернулся к Блэр. — Я предупреждал тебя, тварь. Ты трахаешь меня, я трахаю тебя в десять раз жестче. Я бью по самому дорогому для тебя... по твоему банковскому счету.

 

 

Несколько недель назад, до того, как мы с Броди... расстались, он пригласил меня на еще один благотворительный ужин. Я согласилась. Этот ужин был вчера, и я солгала бы, если бы отрицала, что весь вчерашний вечер молча таращилась в телефон, в надежде, что Броди позвонит и скажет, что уже едет забрать меня. К сожалению, телефон молчал весь день.

Сегодня мне не хотелось выбираться из постели. Мне хотелось лежать и кукситься, жалеть саму себя, хотя я знала, что сама была во всем виновата. Каждый день последние три недели, по крайней мере, один раз или двадцать, я хотела схватить телефон и сказать ему, что я была дурой, что мне очень жаль, и умолять простить меня, но я так и не осмелилась. Гордость та еще злая сучка.

На прикроватной тумбочке зазвенел телефон.

— Привет, как ты сегодня? — услышала я голос Алексы в трубке.

— Нормально. Жалею себя, но нормально, — зевнула я.

— Ты, вообще, спала прошлой ночью?

— Да, только этим я и занималась. Я рано уснула.

— Ты уже встала? — осторожно, растягивая слова, спросила она.

— Нет, я все еще в постели. А что?

— Просто спрашиваю.

— Врушка. Что?

— Ничего. Позвони, когда встанешь.

— Алекса Рене... Я с детства знаю, когда ты врешь. И не рассказывай мне сказки.

Она молчала минуту, тяжело вздохнула и произнесла.

— Он пошел.

— Куда он пошел?

— На ужин.

Я рассмеялась.

— Конечно, он пошел, Алекса, он один из спонсоров этого ужина.

— Он... был не один.

— Оу….

Во мне, словно взорвалась бомба, дрожь от взрыва которой, прокатилась до кончиков пальцев. От мыслей о том, что он пригласил другую женщину на ужин, на который должна была пойти я, пройтись с ним по красной ковровой дорожке, держать его за руку... меня затошнило. Я прервала разговор с Алексой и схватила свой ноутбук, мысленно уговаривая себя ничего не смотреть, пока пальцы вколачивали в поисковую строку «Броди Мерфи».

Большинство последних ссылок были о прошлой ночи. И раз я оказалась мазохисткой, я открыла одну из них.

Мое сердце сжалось.

Броди выглядел великолепно, будь то спортивная одежда или голубая полосатая пижама, или черный смокинг, как на этой фотографии. Его волосы были короче, еще больше подчеркнув улыбку. Он улыбался в объектив и по этой фотографии я, наверняка, могла вынести вердикт, что он был «включен». Он был в настроении суперзвезды.

Рядом с ним была роскошная рыжеволосая девушка, сияющая так, будто только что сорвала «Джек-пот». У меня не было сомнений, она девушка Броди. На ней было длинное, изумрудно-зеленое платье и грудь, за которую можно умереть. Губы были подчеркнуты огненно-красной помадой, сочетавшейся с лаком для ногтей. Их пальцы были сплетены, и они позировали фотографам, как парочка моделей. Она зажигала на красной ковровой дорожке намного круче, чем я. Она была прекрасна, и я возненавидела ее.

Я больше не могла смотреть на них, но что же я сделала на самом деле? Я щелкнула следующую фотографию, и сердце перестало биться.

Она, слегка откинув голову назад, смеясь над тем, что Броди шептал ей на ухо. Его руки были на ее талии, притягивая ближе к себе. Они определенно знали друг друга, им было уютно вместе. Очень уютно. Я больше не могла это вынести и захлопнула ноутбук, выбежав из комнаты.

— Доброе утро, — улыбнулась мне мама, когда я вошла на кухню.

— Привет.

Она окинула меня пристальным взглядом, широко распахнув глаза.

— Что-то случилось?

— Ничего. У нас закончилась овсянка?

— Кажется, да, я возьму ее, когда поеду в город.

Я громко захлопнула дверцу шкафчика.

— Ты точно в порядке?

— Нормально. Где девочки?

— Они играют на улице, Фред присматривает за ними.

Она не проронила ни слова до самого появления девочек в доме.

— Мам, можно мы поплаваем?

— Конечно, — вздохнула я. — Пойдемте, переоденемся и нанесем солнцезащитный крем.

На самом деле я хотела заползти в кровать, но отказывать девочкам только из-за своего плохого настроения, не хотела.

Мы спустились к озеру, девочки бурно обсуждали, что им придется надеть свои надувные нарукавники.

— Простите, но мне не хочется сегодня купаться. Я посижу на берегу и почитаю, поэтому вам придется их надеть.

Они выглядели расстроенными, но я была матерью, и последнее слово было за мной, хотя, наверное, я должна была сказать им об этом мягче.

Я расположилась под старым деревом, упавшим много лет назад, а девочки сидели у кромки воды, оставив меня наедине с моими мыслями. Мои эмоции сегодня вышли из-под контроля. По очевидным причинам, я ревновала. Я была зла, по большей части на себя, за то, что солгала Броди. Я была расстроена, из-за того, что сглупила, мучая себя просмотром этих фотографий. Маленькая часть меня злилась на Броди, за то, что он взял другую девушку — он мог бы и бороться за меня. Когда за меня кто-нибудь боролся? Почему люди так легко меня отпускали?

Притащить сюда книгу было бессмысленно; я не могла отвести глаз от Люси и Пайпер, играющих в воде. К тому же, группа идиотов каталась на гидроциклах, как сумасшедшие. Уже дважды они подъезжали слишком близко к берегу. На третьем круге я встала и прокричала изо всех сил.

— Вы, придурки! Больше не приближайтесь к берегу, здесь дети играют!

Парень взглянул на меня и помахал рукой.

— Что лучилось? — спросила мама, подходя ко мне.

— Эти парни рассекают по озеру, будто оно их собственность! — сказала я.

— Ладно, успокойся, — она подняла руки в защитном жесте. — Я поддерживаю тебя за то, что ты на них накричала, но ты кричишь все утро.

Она присела рядом со мной.

— Прости, — рявкнула я. — Я просто... не в настроении.

— Я это вижу. Может, обсудим это?

— Нет.

— Может, ты поговоришь об этом с Броди?

— Что? — я повернулась к ней. — Почему ты спрашиваешь?

— Он здесь.

— Он здесь?





Последнее изменение этой страницы: 2016-04-23; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 35.153.39.7 (0.06 с.)