Воздействие внутригосударственного права на международное право.

Такое взаимодействие происходит на уровне и в фор­ме взаимного влияния друг на друга источников права каждой из систем. Первичность влияния внутригосударственного права на международ­ное право в сегодняшнем мире не следует понимать как признание при­мата внутригосударственного права над международным. Поэтому говорить о влиянии национально­го права отдельных государств, оказываемом на международное право, можно прежде всего применительно к нормам основных законов этих стран - конституций или других актов, закрепляющих фундаментальные принципы их внутренней и внешней политики,. Примеры: значение для развития международного права:

1) актов Великой Французской буржуазной революции или первых революционных декре­тов России - Декрета о мире от 8 ноября 1917 г., Декларации прав на­родов России от 2 (15) ноября 1917 г., 10 принципов внешней политики в Конституции СССР 1977 г., соответствовавших по содержанию прин­ципам, которые были сформулированы в Заключительном акте Совеща­ния по безопасности и сотрудничеству в Европе 1975 г. и сыграли из­вестную роль в формальном закреплении их в действующих нормах ме­ждународного права.

Воздействие сложившихся во внутригосударственной сфере принци­пов и норм на международное право в рамках нормообразования последнего выступает наиболее яркой и типичной формой влияния. Здесь существуют самые разнообразные примеры. В частности, известна связь между положениями российского, а затем и советского законода­тельства и последующим закреплением в Уставе ООН (п. 2. ст. 1) такой нормы, как

2) принцип самоопределения народов. Аналогично этому про­возглашение Советским Союзом во внутреннем праве, в том числе в ак­тах праыво на 3) национализацию, права государства на создание подобным образом государственной собственности и в дальнейшем последовательное и не­уклонное отстаивание этого права практически, т.е. в процессе реально­го осуществления международных политических и торгово-экономи­ческих отношений, привело к признанию равноправия двух форм собст­венности, свободы выбора форм внешнеэкономической деятельности и возникновению тождественного специального принципа международного экономического права.

Равным образом включение развивающимися странами в тексты сво­их конституций или иных основополагающих национальных актов о

4) не­отъемлемом суверенитете над естественными ресурсами и богатствами.

Помимо всего сказанного, рассматривая вопрос о влиянии систем на­ционального права на развитие международного права, необходимо ука­зать и 5) на такой важный аспект,' как рецепция и активное использование в настоящее время международным правом основных правовых формул ("юридических максим") - особых юридических принципов, пришедших из внутригосударственного права (первоначально из римского права, а затем усвоенных буржуазными национальными правовыми системами); "последующий закон отменяет предыдущий", "общий закон отменяется специальным", "договоры не вредят и не приносят выгоды третьим лицам", "никто не может предоставить другому больше, чем имеет сам": "равный над равным власти не имеет" и т.д.

6) Затем такое содержание суверенитета государства в территориальном море, имеюще ширину не более 12 морских миль, было подтверждено Конвенцией i морскому праву 1982 г. Таким образом, в современном между народном праве понимание суверенитета государства в территориальных водах однозначно включает право на запрещение осуществления судами ино-странных государств какой-либо хозяйственной либо иной деятельности (юз специального разрешения (выраженного или в национальном праве, или в международном соглашении) прибрежного государства.

.

 

Правовой режим Антарктики.

Антарктика как пространство с особым международно-правовым режимом — это район южнее 60-й параллели южной широты, включающий материк Антарктида, шельфовые лед­ники и прилегающие воды. Режим этого района регулируется Договором об Антарктике от 1 декабря 1959 г:

Договор об Антарктике не признает суверенитета какого-либо государства в каком-либо районе Антарктики. Вместе с тем договор не отрицает территориальных претензий; он их "заморозил". Пока Договор находится в силе, никакие действия или деятельность не образуют основы для заявления, поддер­жания или отрицания какой-либо претензии на территориаль­ный суверенитет в Антарктике и не создают никаких прав суверенитета в Антарктике; новые претензии не заявляются (ст. IV).

Любая страна, независимо от ее участия в Договоре, впра­ве проводить исследовательские работы в Антарктике. Прави­тельства, организации и граждане всех стран осуществляют на.этом континенте научные исследования на равных основаниях. Координация такой деятельности осуществляется Специальным комитетом координации научных исследований, в Антарктике (СКАР).

 

"Антарктика, — согласно ст. 1 Договора, — используется только в мирных целях. Запрещаются, в частности, любые ме­роприятия военного характера, такие, как создание военных баз и укреплений, проведение военных маневров, а также ис­пытания любых видов оружия". Однако Договор не препятству­ет использованию военного персонала или оснащения для на­учных исследований или для любых других мирных целей.

Международно-правовой режим природных ресурсов вклю­чает режим живых ресурсов и режим минеральных ресурсов.

Согласно Конвенции о сохранении морских живых ресур­сов Антарктики 1980 г., любой их промысел проводится в соответствии с принципами: а) предотвращения сокращения чис­ленности любой популяции до уровней ниже таких, которые обеспечивают их устойчивое положение; б) поддержания эко­логических взаимосвязей между вылавливаемыми и связанны­ми с ними популяциями морских живых ресурсов; в) предот­вращения изменений в морской экосистеме, которые являются принципиально неотвратимыми на протяжении двух или трех десятилетий. Для осуществления целей и принципов Конвен­ции из ее участников учреждается Комиссия по сохранению морских живых ресурсов Антарктики.

Конвенция о сохранении тюленей в Антарктике 1972 г. обя­зывает не забивать и не отлавливать в этом районе определен­ные виды тюленей, за исключением строго оговоренных в Кон­венции случаев.

Конвенция по регулированию освоения минеральных ре­сурсов Антарктики 1988 г. обусловила соответствующую дея­тельность государств вынесением заключений, оценивающих возможное воздействие освоения на антарктическую окружаю­щую среду, на региональный и глобальный климат и констати­рующих достаточный уровень технологии и процедур обеспе­чения безопасности.

Оператор (государство, орган или учреждение государст­ва, юридическое лицо, совместное предприятие этих субъек­тов), проводящий освоение минеральных ресурсов, предприни­мает все необходимые меры для предотвращения нанесения ущерба окружающей среде, а в случае нанесения такового не­сет материальную ответственность.

Однако конвенционные меры в дальнейшем были призна­ны недостаточными. В Мадриде 4 октября 1991 г. был подписан Протокол по охране окружающей среды к Договору об Антарк­тике, ратифицированный от имени РФ 24 мая 1997 г. Его участ­ники характеризуют Антарктику как природный заповедник, предназначенный для мира и науки. Протокол (ст. 7) запрещает в Антарктике любую деятельность в отношении минеральных ресурсов, за исключением научных исследований. Следовательно, действие Конвенции как бы заморожено на срок действия Про­токола (50 лет). Запрет ст. 7 продолжится до разработки нового режима в отношении освоения минеральных ресурсов с учетом приемлемости такой деятельности в интересах всех государств.

В компетенцию периодически созываемых консультатив­ных совещаний входит обмен информацией, взаимные консультации, разработка рекомендаций правительствам стран-участниц принять меры, содействующие реализации принципов и целей договора, включая меры относительно; 1) использования Ан­тарктики только в мирных целях; 2) содействия научным ис­следованиям в Антарктике; 3) содействия научному сотрудни­честву в Антарктике; 4) содействия осуществлению инспекций;

5) вопросов, касающихся осуществления юрисдикции; 6) охра­ны и сохранения живых ресурсов Антарктики. Рекомендации подлежат утверждению всеми странами — участницами Дого­вора. Вступившие в силу рекомендации являются составной ча­стью международно-правового режима Антарктики.

Статья V Договора запрещает проведение в Антарктике ядерных взрывов и удаление в этом районе радиоактивных ма­териалов. Первое Консультативное совещание государств — уча­стников Договора рекомендовало правительствам своих стран обмениваться информацией относительно применения ядерно­го оборудования и техники в указанном районе.

Каждое государство — участник Консультативных сове­щаний имеет право назначать неограниченное число наблюда­телей, которые должны быть гражданами государств, их на­значающих. Любой наблюдатель имеет полную свободу доступа во все районы Антарктики в любое время.

Территория этого континента, а также станции, установки,и оборудование в его пределах, морские и воздушные суда в пунктах разгрузки и догрузки снаряжения, материалов или персонала всегда открыты для инспекции. Наблюдение с возду­ха может проводиться во всякое время над любым районом Антарктики. О результатах контроля наблюдатели составляют доклады, которые направляются государствам — участникам консультативных совещаний.

Государства обязаны заблаговременно информировать друг друга о всех экспедициях на этот континент, совершаемых их судами или гражданами, а также о всех экспедициях, органи­зуемых на их территории или направляющихся с их террито­рии, о всех станциях в Антарктике, занимаемых их граждана­ми, о любом военном персонале или оснащении, предназначае­мом для отправления в Антарктику.

Наблюдатели и научный персонал, а также сопровождаю­щий их персонал находятся в Антарктике под юрисдикцией того государства, гражданами которого они являются.