ТОП 10:

Народы Новой Каледонии и островов Луайоте



Новая Каледония и соседние с ней остро­ва Луайоте, которые обычно относят к южной периферии Меланезии, заметно отличались от последней по своему культурному облику еще в предколонизационный период, после же установления колониального режима эти отличия стали гораздо более существенными.

Объявив в 1853 г. об аннексии Новой Ка­ледонии, Франция превратила ее в место ка­торги, и да 1894 г., когда ссылка на остров была прекращена, сюда было отправлено не­сколько десятков тысяч каторжан (прежде всего уголовников, но частично и политиче­ских ссыльных, в частности парижских ком­мунаров).

Многие из каторжников после отбытия сро­ка наказания остались на острове. От этих бывших ссыльных и небольшой группы воль­ных поселенцев ведут свое происхождение современные франкоязычные жители Новом Каледонии (франконовокаледонцы), которые составляют сейчас свыше трети всего населе­ния владения (вместе с островами Луайоте) и которые уже несколько обособились в этнокультурном отношении от французов метрополии.

Для работы на плантациях и рудниках (на Новой Каледонии были обнаружены богатейшие месторождения руд никеля и других металлов) с 90-х годов прошлого века начали ввозить рабочих из азиатских стран, и яванцы вместе с вьетнамцами в настоящее время образуют заметную группу в населении ост-роьа.

Несмотря на приток европейских и азиатс­ких переселенцев, коренные жители Новой Каледонии и островов Луайоте до сих пор составляют более двух пятых населения. Они говорят на трех десятках языков океанийской ветви австронезийской семьи и принадлежат в расовом отношении к особому новокале­донскому типу австралоидной расы. Для это­го типа характерны узковолнистые волосы, значительное развитие третичного волосяного покрова, сравнительно высокий рост.

Новокаледонская традиционная культура имела существенные отличия от - культуры других островов Меланезии. Так, в земледе­лии Новой Каледонии широко применялось искусственное орошение. Если в остальной части Меланезии преобладают дома прямоугольного плана, то для Новой Каледонии очень характерны круглые жилища. В противоположность большинству островов Мелане­зии здесь был распространен не материнский, а отцовский род, существовала племенная организация и даже довольно крупные пле­менные объединения.

Сейчас от традиционной культуры Новой Каледонии мало что осталось. Даже местные деревушки сильно «европеизированы». Ста­рый тип жилища можно встретить лишь в самых удаленных от Нумеа, административ­ного центра владения, уголках страны. Почти ничего не сохранилось у коренных жителей и от их традиционного быта, общественного уклада.

В настоящее время наблюдается процесс постепенной консолидации коренного населе­ния острова в единый этнос.

 

 

Народы Фиджи

Существенно изменился за последние 100 лет и этнокультурный облик архипелага Фиджи (численность населения свыше 600 тыс.), лежащего на стыке между Мела­незией и Полинезией.

Как в антропологическом, так и в культур­ном отношении коренное население островов Фиджи занимает промежуточное положение между меланезийцами и полинезийцами. По языку фиджийцы относятся к восточноокеаний-ской группе океанийской ветви австронезий­ской семьи. Фиджийцы (особенно прибреж­ные) стояли по сравнению с жителями Мела­незии на значительно более высоком уровне общественного и культурного развития и не уступали в этом отношении жителям многих полинезийских архипелагов. Высоко было развито ремесло, особенно строительство ло­док. В фиджийском обществе имело место имущественное и социальное неравенство, большую власть приобрели вожди. Сущест­вовало рабство. Появились довольно крупные территориальные объединения.

Контакты с европейцами на первых порах форсировали дальнейшее общественное раз витие Фиджи и привели к созданию на ар­хипелаге раннеклассового государства. Одна­ко европейским и американским дельцам удалось захватить на Фиджи лучшие земли, опутать страну кабальными долгами. А в 1874 г. фиджийская независимость была и формально ликвидирована: архипелаг стал колонией Великобритании.

Европейцы стали создавать на Фиджи плантации, специализированные в первую очередь на производстве сахарного тростни­ка. Так как фиджийцы не желали батрачить на колонизаторов, плантаторы организовали с 1879 г. ввоз в страну законтрактованных ра­бочих из Индии, бывшей тогда британской колонией. И хотя в 1916 г. система контрактов была отменена, индийское население продол­жало быстро расти благодаря высоком ес­тественному приросту.

В настоящее время индийцы (говорящие преимущественно на хиндустани, а также на некоторых других индоарийских и на драви­дийских языках) составляют половину насе­ления страны, заметно превосходя по числен­ности аборигенов-фиджийцев. Большинство индийцев занимается выращиванием сахарно­го тростника на арендуемых земельных уча­стках.

В хозяйствах фиджийцев главной культу­рой является кокосовая пальма. Их деревни продолжают во многом сохранять свой преж­ний облик. Живут фиджийцы частично в традиционных, круглых в плане хижинах, со­оруженных из листьев пандануса и другого местного материала, частично в домах совре­менного типа. Многие фиджийские мужчины продолжают носить свою традиционную по­ясную одежду в виде своеобразной юбки, женщины же предпочитают сейчас одеваться по-европейски. Сохранились на Фиджи и мно­гочисленные элементы прежнего обществен­ного устройства, в частности весьма влиятель­ны здесь традиционные вожди.

Достижение Фиджи независимости в 1979 г. открыло перед страной перспективу более быстрого прогресса в различных областях жизни, однако этому во многом препятству­ет тяжкое наследие колониального прошлого.

 

Народы Полинезии

Несмотря на большую территориальную распыленность по многочисленным, нередко далеко отстоящим друг от друга архипела­гам, все полинезийские народы довольно близки между собой по своему антрополо­гическому типу, языкам и традиционной куль­туре.

Расовый тип полинезийцев весьма специ­фичен. Для него характерны темно-смуглая кожа, высокий рост, широковолнистые воло­сы, средняя степень развития третичного во­лосяного покрова, слегка прогнатное лицо и средневыступающий, довольно широкий нос.

По мнению ряда исследователей, полине­зийцы в антропологическом отношении пред­ставляют собой контактный тип между монго­лоидной и австралоидной расами.

Полинезийские языки, как уже отмечалось, относятся к восточноокеанийской группе океанийской ветви австронезийской семьи. Всего насчитывается три десятка отдельных полине­зийских языков.

Число полинезийских народов несколько больше — около 40, так как в Полинезии раз­ные этносы, живущие на далеко отстоящих друг от друга островах, иногда говорят на различных диалектах одного и того же язы­ка. 14 полинезийских народов живут не в самой Полинезии, а в Меланезии и Микроне­зии. Среди полинезийских этносов имеется пять сравнительно крупных и хорошо консо­лидированных народов: новозеландские мао­ри (280 тыс. человек), самоа (222 тыс.), тонга (94 тыс.), гавайцы (120 тыс) и таитяне (82 тыс.).

К моменту европейской колониальной эк­спансии в Полинезии был распространен осо­бый хозяйственно-культурный подтип или даже тип, который называют островным, или океанийским.

Основными занятиями полинезийцев явля­лись, да и сейчас являются ручное земледе­лие и рыболовство. Главные возделываемые культуры — кокосовая пальма, хлебное дере­во, банан, таро, ямс, батат (на Новой Зелан­дии), тыква, кабачки. Наиболее распростра­ненным традиционным земледельческим ору­дием был деревянный кол, который сейчас вытеснен покупной железной лопатой. В от­личие от Меланезии в Полинезии земледели­ем занимаются и мужчины, и женщины, а на Тонга — даже только мужчины.

Из домашних животных прежде были известны нелающая собака местной породы (разводили ее только для мяса), свиньи и куры. Сейчас появились и другие домашние животные (например, на острове Пасхи важ­нейшей отраслью хозяйства стало овцевод­ство).

Рыболовство повсюду в Полинезии играет весьма важную роль. Орудиями лова служат крючки, сети, устраивают полинезийцы и за­пруды, бьют рыбу копьем, стреляют в нее из луча и т. д. Охота же имеет в этом регионе еще меньшее значение, чем в Ме­ланезии.

Полинезийцы — искусные ремесленники. Они изготовляют разнообразные изделия из дерева, плетут циновки, сумки и т. п. Прежде всего широко распространено производство талы (более совершенной, чем в Мелане­зии), ткачество же совершенно отсутствует. Не получило развития и гончарство. На от­дельных архипелагах оно ранее было изве­стно, но затем забыто. Не знали полинезий­цы и металла. Орудия, оружие, утварь изго­товлялись из камня, кости, зубов животных, раковин и дерева. Важнейшими Ридами ору­жия были палицы, копья, секиры, деревянные мечи, пращи, а также каменные топоры.

Полинезийцы известны как прекрасные мо­реплаватели. Они пересекали водные прост­ранства, ориентируясь по солнцу и звездам, морским течениям и постоянным ветрам, на обладавших великолепными мореходными ка­чествами лодках разных типов (одиночных, двойных, с одним или двумя балансирами).

Очевидно, уже предки полинезийцев, пе­реселившиеся во второй половине 2 тысяче­летия до н. э. с Фиджи на Тонга, обладали определенными навыками мореходства. Мно­говековая жизнь на Тонга и Самоа, состоящих из разрозненных небольших островов, не­обходимость пополнять свой рацион продук­тами морского рыболовства способствовали еще большему развитию мореходного искус­ства полинезийцев, что позволило им пересе­ляться на дальние архипелаги.

Население Полинезии до сих пор живет преимущественно в деревнях. Раньше преоб­ладали мелкие поселения, но затем под влиянием миссионеров, стремившихся с целью усиления контроля над своей паствой собрать ее в одном месте, стала наблюдаться тенденция к укрупнению поселений.

Традиционное полинезийское жилье имеет столбовую конструкцию, в плане прямоуголь­но или овально. Стены дома обычно плетут из листьев травы и т. п., иногда же они отсутствуют, и тогда жилье состоит в первую очередь из массивной низко свешивающейся крыши из пальмовых листьев или соломы.

В настоящее время многие полинезийцы жи­вут в домах европейского типа, построенных из современных материалов.

Полинезийская одежда состояла из набе­дренной повязки или передника у мужчин и юбочки либо передника у женщин. Материа­лом для изготовления одежды служила тапа, трава, циновки, растительные волокна, иногда птичьи шкурки, перья. Теперь такую одежду можно увидеть только во время празднеств, в обиход же прочно вошла дешевая покупная одежда европейского типа. Очень распрост­ранены в Полинезии различные украшения, причем их носят и мужчины, и женщины. Одно из самых излюбленных украшений — цветы.

Социальное расслоение зашло в Полине­зии так далеко, как нигде в других регионах Океании. Почти на всех архипелагах выде­лились наследственные вожди и связанная с ними элита (арики, арии, алии и т. д.). Пред­ставители знати делились на ранги и обычно были связаны между собой родственными узами. Вожди собирали подать с остального населения. Знатным семьям принадлежали лучшие земли на островах. Следующим социальным слоем были сво­бодные общинники, а за ними шла группа несвободного населения, включавшая и рабов. В целом общественный строй полинезий­цев можно охарактеризовать как сословно-кастовый.

Основной общественной ячейкой была большая патриархальная семья, считавшаяся обычно собственником земли. Между боль­шими семьями не было равенства. Несколько живших в одной деревне больших семей объ­единялись в территориальную общину. По­следняя управлялась советом, в котором решающую роль играли главы патриархаль­ных семей.

Формы собственности а Полинезии разно­образны. Кроме общинной собственности на землю существовала также частная собствен­ность на движимое имущество.

Для полинезийских архипелагов было ха­рактерно сравнительно слабое развитие об­мена. В этом отношении Полинезия сущест­венно уступала отстававшей от нее по общему уровню социально-

экономического разви­тия Меланезии.

Интересной особенностью Полинезии является отсутствие в ней родовой организации. В ходе разложения первобытного общества в этом регионе род не сложился, хотя возникшие вместо него большие семьи и носили, безусловно, патриархальный ха­рактер.

Разложение первобытнообщинного строя в Полинезии ускорялось в ходе военных столкновений между вождями. В конце 18—на­чале 19 в. у ряда полинезийских народов (гавайцев, таитян, тонга) стали складываться раннеклассовые государства.

Традиционный общественный строй в раз­ной степени сохранился у различных групп полинезийцев. Он совершенно разрушился у гавайцев, мало что осталось от него у маори и таитян. На Тонга, Самоа и других архипе­лагах Полинезии прежние социальные порядки в значительной мере сохранились.

В противоположность этому традиционная религия полинезийцев практически везде отошла в прошлое, лишь кое-где можно увидеть сильно измененные ее остатки, пережит­ки. Сейчас подавляющее большинство насе­ления Полинезии христианизировано. Из на­правлений христианства наибольшее распрост­ранение получил протестантизм, представлен­ный разными течениями.

Что же касается прежней полинезийской религии, то она достигла довольно развитых форм. Характерному для полинезийцев со-словно-кастовому строю соответствовала ие­рархия в пантеоне, где выделялись четыре верховных бога природы: Тангароа (Тангалоа, Тагалоа, Каналоа и т. д.) Тане (Кане), Ронго (Лоно, Ро'о) и Ту (Ку). Души умерших вождей причислялись к пантеону. Значительное раз­витие получили космологические представ­ления.

В Полинезии в своеобразной форме су­ществовала известная нам по Меланезии. ве­ра в безличную силу мана. Наибольшая мана приписывалась вождям, которые часто поль­зовались связанным с мана правом табу — на­ложением запрета на любую вещь, представ­лявшую для них какой-либо интерес.

Культ отправляли жрецы, связанные с вож­дями родственными узами и пользовавшиеся большим влиянием.

Спектр положительных знаний полинезий­цев был весьма широк. Они различали звез­ды и планеты, имели верные представления об окружающих их водных пространствах и соседних архипелагах, составляли примитив­ные карты из палочек. Все это позволяло полинезийцам совершать отдаленные путеше­ствия.

Глубиной отличались и представления поли­незийцев о своем прошлом (исторические предания, генеалогии вождей и родов).

В Полинезии существовали своеобразные школы с 4—5-летним обучением, носившим сословный характер. Жители острова Пасхи создали свою идеографическую письменность. К сожалению, большая часть дощечек, на которых писали полинезийцы, была уничтоже­на ретивым миссионером, увидевшим в мест­ных иероглифах дьявольские письмена. Это очень затрудняет расшифровку записанных текстов.

Народное творчество у полинезийцев было более развитым, чем у их западных соседей. Изобразительное искусство представлено резьбой по камню (в Восточной Полинезии), дереву и кости. Жители острова Пасхи преж­де вытесывали из мягкого камня огромные статуи.

Широкое развитие получило и музыкаль­ное искусство. Музыкальные инструменты, главным образом ударные (гонг и барабан, погремушки, трещотки) и духовые, (различные трубы, флейты), но есть и струнные («музы­кальный лук»). Полинезийцы очень любят песни, особенно хоровые, и танцы.

Перечисленные формы народного твор­чества довольно хорошо сохранились и поныне в большей части современной Полине­зии. Что же касается полинезийского фольк­лора, то он, к сожалению, в значительной мере позабыт. Наряду с космогоническими мифами полинезийцам были известны исто­рические предания, сказания о необожествленном культурном герое Мауи и богатырях Тафаки и Рата, сказки о животных, пословицы, поговорки и т. п.

Народы Гавайских островов

Когда в 1778 г. Гавайские острова были открыты Джеймсом Куком, их население бы­ло близко по своему культурному и соци­альному облику к жителям других островов Полинезии. В конце 18 в. один из гавай­ских вождей Камеамеа 1 объединил под своей властью весь архипелаг, создав раннеклассо­вое государство. Однако на протяжении 19 в. на острова все более усиливалось проникновение европейцев и американцев. Ими были созданы крупные плантации сахар­ного тростника и ананасов. Для обеспечения плантаций рабочей силой начался ввоз законтрактованных рабочих из стран Азии (сначала из Китая, а затем из Японии и с Филиппин) и с принадлежащих Португалии островов Азорских и Мадейра. Местное же полинезийское население, сильно страдая от жестокой эксплуатации и занесенных болез­ней, стало быстро вымирать, разрушению подверглась и старая культура. В 1898 г. уже фактически подчиненные США Гавайи были официально аннексированы, а в 1959 г. пре­вращены в штат США.

В настоящее время этнический и культур­ный облик Гавайских островов коренным образом отличается от прежнего. Здесь сло­жилось многорасовое и многонациональное общество, причем ни одна этническая группа не составляет сейчас большинства. Американ­цы образуют свыше трети населения, япон­цы— около трети. Немало также филиппин­цев (главным образом илоков), китайцев, португальцев и представителей ряда других народов. Гавайцы же составляют сейчас менее одной десятой населения штата, причем по­давляющее большинство их — метисы, знаю­щие гавайский язык, но чаще говорящие на английском языке и сохраняющие лишь от­дельные элементы традиционной культуры.

Лучше сохранили свою культуру японцы, филиппинцы и некоторые другие живущие на Гавайях группы. И хотя архипелаг пред­ставляет собой своего рода котел, где сплавляются в единое целое различные этно­культурные элементы, до полного культурно­го однообразия здесь еще далеко.

Народы Новой Зеландии

До начала европейской колонизации двой­ной остров Новой Зеландии был заселен по­линезийцами— маори. Хотя основные черты маорийской культуры носили общеполинезий­ский характер, своеобразие природной среды и отдаленность Новой Зеландии от остальных островов Полинезии придали специфику куль­туре ее населения. Так, ввиду сравнительно прохладного климата типичные для остальной Полинезии кокосовая пальма, хлебное дерево и банан произрастать на новозеландской зем­ле не могут, и главной земледельческой культурой маори служит батат. Беднее была Новая Зеландия и домашними животными: ее население разводило только собак. Отли­чался от общеполинезийского образца и маорийский дом: он строился из дерева, вместо тапы, которую на Новой Зеландии не произ­водили, для изготовления одежды маори использовали материю, сплетенную из дикого новозеландского льна. По уровню обществен­ного развития маори несколько уступали та­ким полинезийским народам, как таитяне, гавайцы, тонга.

Хотя Новая Зеландия была открыта А. Тасманом еще в 1642 г., она более ста лет не посещалась европейцами. Лишь с кон­ца 18 в. здесь начинают обосновываться первые европейские поселенцы (беглые ка­торжники из Австралии и дизертировавшие матросы с английских кораблей). В связи с быстрым развитием текстильной промышлен­ности в Англии британские власти организо­вали колонизацию Новой Зеландии с целью превращения этой страны в крупного произ­водителя овечьей шерсти.

Начался массовый захват земель у мао­ри, что вызвало упорное сопротивление ко­ренных жителей. Несмотря на самоотвержен­ную борьбу (так называемые маорийские войны 1843—1872 гг.), аборигены потерпели поражение. Приток британских переселенцев все более усиливался, и уже в 1858 г., по дан­ным переписи, европейцы несколько превы­шали по численности маори.

К настоящему времени основная часть ев­ропейского населения, представляющая собой потомков переселенцев из Англии, Шотлан­дии и Ирландии и сложившаяся в англо-новозеландскую нацию, насчитывает примерно 2,4 млн. человек (около 80% всех жителей страны). Еще 10% населения образуют при­мыкающие к англо-новозеландцам в культур­ном отношении переселенцы из Великобрита­нии и других англоязычных стран. Коренные жители — маори — составляют сейчас лишь 8% населения.

Хозяйство и культура современных маори заметно отличаются от своего предколонизационного состояния. Маори, занимающихся сельским хозяйством на своих участках, сейчас меньшинство. Большая их часть — рабочие, либо на скотоводческих и иных фермах, при­надлежащих англоновозеландцам, либо на промышленных предприятиях и в строитель­ных организациях. Обычно маори выполняют неквалифицированную, низкооплачиваемую (работу.

Одеваются коренные новозеландцы в на­стоящее время преимущественно в одежду европейского типа, существенные инновации заметны также в их жилище и пище, хотя здесь традиция все же сохранилась лучше.

Значительно изменилась и духовная куль­тура маори. Сейчас подавляющее большинст­во их христиане (главным образом протес­танты).

Что же касается преобладающего ныне этноса Новой Зеландиии — англоновозеланд-цев, то их культура близка к англо-шотланд-кой, отличаясь все же рядом местных осо­бенностей.

Англоновозеландцы живут в основном в городах, хотя в Новой Зеландии нет таких

крупных городских центров, как в Австралии.

Наиболее значительная группа городских жи­телей — это рабочие различных промышленных предприятий.

 

Народы Микронезии

Микронезия по этническому составу своего населения намного проще не только Папуасии и Меланезии, но и Полинезии: здесь живет ;ишь полтора десятка народов. Все народы Микронезии говорят на языках австронезийской семьи, причем на западе распространены языки западноавстронезийской ветви этой семьи, на востоке — восточноавстронезийской океанийской). На западноавстронезийских рыках говорят два народа Микронезии — чаморро (73 тыс.) и белау, или палау (15 тыс.). среди остальных народов, относимых по язык океанийской ветви, наиболее многочисленны тунгару, или гилбертцы (64 тыс.), трук , маршалльцы (25 тыс.), понапе

Как уже отмечалось, жители Западной и сточной Микронезии существенно отличаются Друг от друга не только в языковом, но и в культурном отношении. Различаются они и по своему расовому облику. Если на архипелагах Восточной Микронезии можно наблюдать в разных сочетаниях смешение полинезийского и меланезийского расовых типов, то в Западной Микронезии явственно прослеживается южноазиатский расовый элемент (в южной части Западной Микронезии, на островах Палау чувствуется примесь ме­ланезийского типа). Впрочем, исконный антро­пологический тип западномикронезийских на­родов установить трудно, так как они сейчас в сильной степени метисированы. Современ­ные чаморро представляют собой потомков от смешанных браков между женщинами древних чаморро и испанскими солдатами (в числе которых было немало филиппинцев и мексиканцев).

Ко времени первых контактов с европейца­ми население Микронезии занималось земледелием и рыболовством. Земледелие полу­чило наибольшее развитие в Западной Мик­ронезии. Чаморро — единственный народ Океании, возделывавший рис, белау же бы­ло известно искусственное орошение. В За­падной Микронезии выращивались также ямс, таро, бананы, кокосовая пальма, хлебное де­рево, сахарный тростник. Земля обрабатыва­лась палкой с заостренным концом или ка­менной мотыгой.

В Восточной Микронезии земледелие явно уступало рыболовству. Из сельскохозяйствен­ных культур особенно широкое распростране­ние получили плодовые деревья (кокосовая пальма, хлебное дерево, панданус, бананы), меньшее значение имело возделывание клуб­неплодов (таро, ямса, батата). Рыболовство достигло высокой степени совершенства. Се­ти достигали 30—40 м в длину и снабжались поплавками из колен бамбука.

Охота в Микронезии была развита слабо Ее объектами были птицы, летучие мыши, черепахи. Охотились островитяне с помощью копья и пращи.

Из домашних животных были известны лишь куры и собаки.

Западная и Восточная Микронезия суще­ственно различались по характеру ремеслен­ного производства. На Западе было известно гончарство, отсутствовавшее на Востоке. Зато в Восточной Микронезии (на Каролинских островах) знали горизонтальный ткацкий ста­нок.

Дома на Марианских островах, Палау и Яп возводились на каменных столбах и сваях. Крыши и стены делались из пальмовых листьев. Жилище на Каролинских, Маршалловых и Гилберта островах представляло собой четырехугольное строение с двускатной кры­шей и без стен. Иногда дома знати соору­жались на каменном фундаменте.

В качестве средства передвижения исполь­зовались лодки (обычно двойные или с ба­лансиром).

Одежда повсюду была минимальной. Муж­чины носили набедренные повязки, женщи­ны — юбочки из травы или разрезанных ли­стьев. На некоторых островах замужние жен­щины обертывали бедра кусками лыка. Кое-где одежда полностью отсутствовала.

В пищу шли рыба, плоды выращиваемых растений, реже — куры и собаки, а также добытые на охоте летучие мыши, птицы и чере­пахи.

Для Микронезии был характерен перво­бытнообщинный строй, находившийся на ста­дии разложения. Население делилось на сос­ловия, между которыми стояли непреодоли­мые социальные барьеры. На некоторых ост­ровах, например на Яп, представители выс­ших и низших сословий не должны были да­же совместно есть, знатные не могли прини­мать пищу, которую готовили в одном горш­ке с едой простолюдинов.

На некоторых островных группах неравны были по своему социальному положению также различные деревни и округа. Населе­ние же ряда атоллов, расположенных к вос­току от островов Яп, находилось от послед­них в даннической зависимости (такое поло­жение, кстати, сохраняется до сих пор).

Вместе с тем на большинстве архипелагов продолжал сохраняться материнский род. На островах Палау и Яп существовали муж­ские и женские союзы.

Брак был преимущественно парным, жен­щина занимала в семье и обществе в большинстве случаев высокое положение.

Основной хозяйственной ячейкой была большая семья, а самой крупной социальной единицей — род. Лишь на островах Яп и Mapшалловых возникли более крупные объеди­нения.

Между отдельными островами наблюдался оживленный обмен, что привело к появлению своеобразных денег: раковин, бус и т. л. Особенно широкую известность получили ог­ромные каменные диски с просверленными отверстиями, считавшиеся на островах Яп всеобщим эквивалентом при обмене.

Традиционная религия населения Микро­незии плохо изучена. Здесь были отмечены культ предков и культ мертвых, вера в душу и духов, некоторые элементы шаманизма.

Микронезийский фольклор по уровню сво­его развития занимал промежуточное поло­жение между полинезийским и меланезий­ским. Широкое распространение получили сказания о мифических героях, сказки о злых духах и глупых великанах-людоедах, анекдоты о «глупых» родах и т. д.

Население островов Палау создало своеоб­разную пиктографическую письменность.

В настоящее время от прежней культуры в Западной Микронезии, и особенно на Ма­рианских островах, почти ничего не осталось. На Марианах сейчас господствует так называ­емая испанская колониальная культура, рас­пространенная также в большинстве стран Латинской Америки. На нее оказали некото­рое влияние культуры более поздних хозяев этого архипелага (США, Германии, Японии).

Земледелие до сих пор носит подсечно-огневой характер, однако поля обрабатыва­ются с помощью старинного плуга, в который впрягаются некогда интродуцированные волы или буйволы («карабао»). Современные чамо­рро выращивают на своих полях в качестве основной культуры кукурузу. Земля находится в частной собственности отдельных семей.

Из домашних животных разводят крупный рогатый скот (в том числе буйволов), свиней, кур.

Одежда современных чаморро — европей­ского типа, мало сохранились традиционные элементы и в пище, утвари, жилище. Дома стали сооружаться из оцинкованного железа, хотя, как и прежде, ставятся на столбах вы­сотой 0,5—1 м.

Прежние общественные устои заменены капиталистическими отношениями. Ушли в прошлое старинные обычаи и традиции. По­давляющее большинство чаморро в настоя­щее время являются католиками.

В то же время язык древних чаморро, обогащенный заимствованиями из испанского, продолжает господствовать в быту острови­тян.

Особенно большой культурной трансфор­мации подвергся самый крупный из Мариан­ских островов — Гуам, ставший в конце 19 в. владением США, а позже превращенный в американскую военно-морскую базу. Наряду с чаморро здесь сейчас проживает несколько десятков тысяч американцев, а также боль­шая группа филиппинцев, ввезенных на остров по контракту.

Сильно изменился и культурный облик островов Палау. Тем не менее традиционные элементы на этом архипелаге все же выра­жены значительно сильнее, чем на Марианах.

В противоположность Западной Микроне­зии культура Восточной Микронезии осталась в своей основе традиционной. Это касается и материальной культуры (особенно таких ее элементов, как жилище и пища), и общест­венного быта, и духовной культуры (фолькло­ра, песен, танцев, в меньшей степени — ре­лигии).

Совершенно особое положение занимают в настоящее время в Микронезии остров Нау­ру и острова Яп. На Науру, где основой хо­зяйства стала организованная на базе совре­менной технологии добыча фосфоритов, от местной культуры почти ничего не осталось и быт аборигенов полностью европеизирован. На островах Яп, наоборот, традиция держит­ся чрезвычайно стойко. Земледелие и рыбо­ловство сохраняют свой прежний характер. Правда, появились новые культуры (маниока, какао-бобы и др.) и при обработке земли наряду с сажальным колом сейчас использу­ются также железные орудия. Большинство домов здесь, как и раньше, сооружаются на каменном фундаменте, а стены и крыша де­лаются обычно из пальмовых листьев. Дома нового типа встречаются редко. Мужчины, как и в старину, носят набедренные повязки, женщины — юбочки из травы и разрезанных листьев. В качестве украшения продолжает применяться татуировка.

В полной неприкосновенности остался ста­рый общественный строй. Население по-преж­нему делится на различные сословия. Вожди, как и раньше, пользуются очень большой властью. На островах в ходу старинные день­ги, о которых говорилось выше.

На островах Яп прочно держатся местные верования, хотя большая часть населения сей­час формально обращена в христианство (ка­толицизм).

Наиболее образованные, передовые мик-онезийцы, бережно относясь к культурному наследию своих предков, в то же время пре­красно понимают необходимость и полезность определенных перемен, прогрессивного об­щественного развития. Они отдают себе от­чет и в том, что подлинный прогресс их родной земли возможен только после дости­жения ею независимости.

 







Последнее изменение этой страницы: 2016-04-07; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.94.129.211 (0.022 с.)