ТОП 10:

Арктические охотники и рыболовы.



На об­ширных пространствах арктического побере­жья Северной Америки от Аляски и до по­бережья Гренландии жили и живут до сих пор группы эскимосов. Общая их числен­ность около 60 тыс. человек. Территориально они делятся на эскимосов Аляски, Канады, Гренландии со своими диалектами. В посто­янном общении находятся сравнительно не­большие группы эскимосов, причем живут они в условиях почти полной изоляции от остальных групп.

Происхождение эскимосов и их жизнь изу­чены неплохо. Привлечение археологических данных позволило установить время форми­рования специфической арктической культуры в Берингоморье. Считают, что такая культура уже сформировалась за 4000 лет до н. э. Не­которые исследователи склонны возводить ее к более ранней эпохе. Несомненно, что мно­гие основы этой культуры могли сложиться только в более южных широтах (мореплава­ние и приемы морской охоты), а затем уже были приспособлены к специфическим усло­виям Арктики. Следовательно, в формирова­нии предков эскимосов и алеутов принимала участие какая-то группа переселенцев с юга. Но конкретные этапы этого раннего этногене­за пока не выяснены.

Эскимосы создали специализированный и хорошо приспособленный к местным условиям тип хозяйства. В основе его лежат охота и рыболовство. Весьма важную роль, хотя и ограниченную по возможностям, играло соби­рательство. Хозяйственные занятия определя­ли весь образ жизни эскимосов, и отдельные виды охоты строго чередовались в зависимо­сти от экологических условий. Больше всего добывали морских животных (тюленей, мор­жей), причем эта охота велась круглый год— летом с лодок, зимой по льду, у лунок. Добыча утилизировалась почти полностью: мясо и жир шли в пищу, шкуры — на обувь, изго­товление лодок, полостей в жилищах, из и костей выделывали орудия охоты.

Охотились на сухопутных животных — оле­ней, медведей, мускусных быков, на пушных зверей. Немало добывалось и водопла­вающей птицы. Но эта охота была продуктив­ной только в летний сезон. Летом же заго­товляли рыбу самыми различными способами. Стремились собрать побольше ягод, так как нехватка растительной пищи ощущалась очень остро.

Орудия лова и охоты выделывались из подручных материалов. Основным снаряже­нием охотника в море был гарпун — копье с отделяющимся наконечником. К гарпуну на длинном ремне привязывали пузырь, чтобы добытое животное не утонуло в море, а ко­нец ремня был прикреплен к лодке. Эскимос­ские лодки делились на два типа: мужская одиночная байдарка (каяк), с которой и охо­тились, и женская большая лодка, в которой помещалось несколько гребцов, использовав­шаяся для переездов и транспортировки до­бычи (обычно этим занимались женщины). Обшивку лодок шили из шкур морских жи­вотных сухожильными нитками и натягивали на каркас, изготовленный из дерева. Дерево очень ценилось. Эскимосы не умели плавать (да это и невозможно в ледяной воде), по­этому, усаживаясь в каяк, вокруг пояса стя­гивали наглухо специальный кожух, так, что ни капли воды не могло проникнуть внутрь каяка. Если лодка переворачивалась набок, то ударом руки о воду эскимос мог вернуться в нормальное положение.

В сухопутной охоте использовали обычное копье, лук и стрелы, различного рода силки, ловушки, сети. На рыбу тоже чаще охотились, т. е. лучили ее острогами, били из луков, применяя сложные системы запруд, загоро-дей.

В значительной степени от охоты зависели характер поселений и жилища эскимосов. В летний период, когда более целесообразно было добывать пищу мелкими группами, рас­селялись широко, подальше друг от друга. Некоторые группы эскимосов уходили далеко в глубь материка. В это время сооружали жилища типа чума — на конический остов из жердей натягивали шкуры. Зимой, когда мно­гое зависело от количества охотников в стой­бище, селились на побережье в землянках, где помещалось сразу несколько семей. Та­кие землянки служили подолгу и строились основательно, с длинным низким входом, внутри сооружались нары, подвешивались по­логи, пол устилался шкурами. Отаплива­лось помещение светильниками, изготовлен­ными из камня. В них наливали нер­пичий жир, вставляли фитиль из мха. Несмотря на весь примитивизм такой системы, в помещении было очень тепло. Более экзотичны знаменитые снеговые дома эскимосов «иглу», когда остов дома складывали из кусков плотного снега в форме полусферы. Внутри такой сферы подвешивался полог из оленьих шкур, отделявший собственно жи­лую часть от снеговых «стен и потолка». Ког­да возник такой тип жилища и насколько он был характерен в прошлом для всех групп эскимосов, точно неизвестно.

Одежда была хорошо приспособлена к образу жизни. Шилась она в основном из ме­ха оленя. Основу одежды составляла меховая рубаха с капюшоном и меховые штаны. На ногах — меховые мокасины, подвязывавшиеся к поясу. Обязательны были и меховые рука­вицы, тоже привязывавшиеся к рукавам (по­терять зимой рукавицу — отморозить руку). Зимой одежда была двухслойной: нижний комплект одевался мехом внутрь, верхний — мехом наружу. Женская одежда отличалась тем, что рубаха и штаны сшивались вместе, а на груди был разрез. Одежда украшалась кусочками меха разного цвета, позже стали применять и бисер.

Пища эскимосов — мясо и жир животных, рыба. Ели, если была возможность, помногу. К столь концентрированной мясной пище примешивали сушеные и сырые ягоды, ко­ренья, растения. Там, где современные эски­мосы вынуждены переходить на мучную и Другие виды европейской пищи, появились болезни, неизвестные у них раньше,—рахит, авитаминозы.

Общественная организация эскимосов вы­зывает постоянные дискуссии среди исследо­вателей. Обычно эскимосы живут сравнитель­но небольшими группами, по нескольку род­ственных семей. Принцип объединения не всегда последователен, чаще это родственни­ки по мужской линии, но могут быть и по женской. Один такой коллектив или община живет порой на очень значительном рассто­янии от соседнего. Какие-либо формы пле­менной организации в крупные и постоянные по контактам общности у эскимосов не про­слеживаются, что и не удивительно в столь специфических условиях. Но нельзя и отри­цать наличие более широких, чем община, групп, осознающих свое единство, хотя и не подкрепляемое регулярным общением,— ведь единственным способом передвижения было хождение на лыжах-ракетках или не­большая собачья упряжка. По-видимому, большое влияние на изменение социальных отношений оказала и роль европейцев — раз­витие специализированного пушного про­мысла, торговля. Все это не объединяло, а разобщало эскимосов, индивидуализировало их быт. Если мясом, добытым на охоте, нужно поделиться с другими семьями, то пушнина была полной собственностью добытчика.

Эскимосы до тонкостей знали окружаю­щую их природу, повадки и образ жизни зве­рей и птиц, пользу и вред от растений. Они безошибочно ориентировались в однообразных просторах тундры и в море, выработали свою систему лечения многих болезней. Знания эти были эмпирические, накоплены тяжелым опытом многих поколений и пере­давались в форме преданий, навыков, ска­зок, обрастая причудливой образностью, фан­тастикой. Окружающий мир населялся духа­ми, добрыми и злыми, которых нужно было ублажать жертвами. Особенно популярна бы­ла «хозяйка моря». У эскимосов была и своя система космогонических представлений о возникновении и устройстве мира, также вы­раженная в мифологических образах. Среди них были и «специалисты» по общению с ду­хами, шаманы, которых приглашали в серь­езных случаях жизни (болезнь, например) вы­ступить в защиту перед духами, изгнать из тела дух болезни. Но общаться с духами мог и каждый.

Современное положение эскимосов вызы­вает постоянную тревогу у прогрессивной об­щественности Канады, США, Дании. Эскимо­сы, жители малопродуктивной тундры, не вытеснились и не истреблялись европейцами, более того, в них были заинтересованы как в охотниках, поставщиках пушнины. Однако «блага цивилизации» — моторные лодки, огне­стрельное оружие, транзисторы, консервиро-санная пища, нейлон и т. п. — вовлекают жи­телей тундры в товарное обращение, бездум­но и бездушно разрушают их специализи­рованный жизненный уклад, основы коллек­тивизма и взаимопомощи. Добыча шкурок отнимает все время, и мясо заменяется кон­сервами. Попытки ввести оленеводство быст­ро привели к появлению кучки богатеев и массы бедняков. Современная культура воз­можна для них только в узких рамках мис­сионерских школ. Не имея профессий, они пополняют население поселков, живущее случайными заработками. Болезни, тяжелые условия жизни остановили демографический прирост эскимосского населения. Только в Гренландии прогрессивным кругам Дании уда­лось добиться для эскимосов определенных прав и улучшения условий жизни.

Племена лесных охотников.

Во внутренних областях Аляски, в лесных районах совре­менных Канады и США жили многочисленные племена охотников, рыболовов и собирателей. В литературе США их обычно называют охотниками на оленя карибу. По языку это представители двух семей — алгоникинов, рассе­лявшихся на северо-востоке (оджибве, наска-пи и др.) и атапасков (чайпеваи и др.), зани­мавшие центральную и северо-западную часть Северной Америки. Несмотря на раз­личия в языке и происхождении, в образе жизни этих племен было много общих черт.

Действительно, охота на оленей во многом определяла их образ жизни. В зависимости от перекочевок оленьих стад строились и сезонные передвижения охотничьих групп. Во время самых крупных весенних и осен­них передвижений оленьих стад на перепра­вах их поджидали охотники. Здесь же не­редко сосредоточивалось и все племя. Мас­совый забой оленей позволял заготавливать значительные запасы мяса, жира, шкур (осо­бенно осенью). Все это различными спосо­бами (копчение, сушение) стремились заго­товить впрок, на долгую зиму. Орудия охо­ты изготовлялись из дерева, кости, камня Индейцам была известна и медь. Ее добывали, но для изготовления орудий не употреб­ляли. Медь шла на изготовление украшений или для обмена с соседними племенами.

Охота на оленей существенно дополнялась другими видами охоты — на лосей, боровую дичь, перелетных птиц. Большое место зани­мало рыболовство. Добывали и пушных зве­рей, используя самую разнообразную снасть и орудия: лук и стрелы, капканы различных видов, силки, ловушки, копья. Собирательст­во корней растений, плодов, ягод уравнове­шивало мясной рацион индейцев необходи­мой растительной пищей. Собирательством занимались дети и женщины. Эмпирически у населения этих областей выработалась свое­образная и хорошо скоррелированная систе­ма хозяйства, сочетавшая различные виды охоты, собирательства и рыболовства.

Небольшие охотничьи группы, состоявшие из двух или нескольких семей, перекочевы­вали с места на место по охотничьим и рыбо­ловным угодьям. Летом эти группы были меньшими по составу, зимой — большими. В случаях массовой охоты индейцы объеди­нялись в очень крупные коллективы, до пле­мени включительно, но лишь на короткий пе­риод. К такой жизни было приспособлено и их жилище. У западных, атапасских, племен это типи — остроконечный чум, крытый ко­рой, берестой (летом), шкурами оленя (зи­мой). Обогревался такой чум костром, на ко­тором готовили и пищу. Все имущество во время перекочевок переносили на себе. Только часть поклажи грузили на небольшие волокуши, которые тащили собаки.

Одежда этих групп индейцев стала свое­образным символом индейской одежды вооб­ще. Шили ее из кожи и шкур животных. Осо­бенно знаменита индейская замша — оленья кожа, выделанная вручную. И мужчины, и женщины носили рубахи с длинными рукава­ми. Мужские рубахи до колен, женские-— длиннее. Летом эта одежда была преимуще­ственно из замши, зимой — меховая. На но­гах — мокасины и ноговицы, защищавшие но­ги. Были известны и кожаные штаны. Голову чаще всего оставляли непокрытой, только в холода к одежде прибавлялся меховой капю­шон. Но почти обязательным было головное украшение из перьев. У простых охотников — из одного-двух орлиных или ястребиных перьев, у вождей племен и старейшин для торжественных случаев были сложные перь­евые уборы. Вся одежда украшалась орна­ментом из разного цвета кусочков меха, узорами из окрашенных игл дикобраза. Орна­мент, характер украшений говорили о месте человека в социальной структуре племени, были его своеобразным паспортом.

Разнообразная утварь изготовлялась из бересты, коры, дерева, часть ее после ис­пользования выбрасывали. Из бересты дела-пи и легкие челноки, быстроходные и вмести­тельные, которые на перекатах легко перено­сились и по суше.

Общественные отношения лесных индей­цев ко времени их изучения этнографами претерпели сильное изменение. Благодаря развитию меновой торговли пушниной и во­влечению в нее всех племен таежной зоны традиционная система хозяйства и образ жиз­ни индейцев стали все больше зависеть от этой торговли. Как и у эскимосов, пушнина быстро превратилась в главный продукт хо­зяйства, обеспечивающий благосостояние семьи, родовой группы, всего племени. В тра­диционной системе распределения добычи пушнина была личной собственностью того, кто ее добыл, теперь же она превратилась в инструмент частнособственнических отноше­ний среди индейцев, быстро разъедавших их первобытно-общинную организацию. И хотя прежние обычаи уравнительного распределе­ния пищи продолжали бытовать очень долго, социальная система сильно изменилась. Воз­росла роль мужчин, главных охотников и главных добытчиков пушнины, а вместе с нею и всех тех благ, которые на эту пушнину можно было выменять. Резче обозначилось имущественное неравенство внутри родовых групп, между родовыми группами в одном племени, между отдельными племенами. Группы индейцев, располагавшие богатыми пушными угодьями или жившие поблизости от торговых факторий, получили возможность наживаться на обменных операциях. Распро­странение железных орудий — ножей, топо­ров, капканов, огнестрельного оружия — не только намного увеличило продуктивность охоты, но вместе с ростом, накоплением бо­гатств стало причиной грабежей, военных столкновений. Возросла роль и отдельной семьи. Прежняя зависимость ее от остальных ячеек племени в случае неудачной охоты благодаря торговле уменьшилась. Процессу индивидуализации позднее способствовали и политика администрации, наделявшей охот­ничьими участками посемейно, а не на основе традиционного общеплеменного владения угодьями.

Реконструкция традиционных обществен­ных отношений индейцев до появления в Аме­рике европейцев сильно затруднена. По-ви­димому, основной производственной ячейкой была небольшая родовая община, состояв­шая из нескольких семейных пар. Счет родства и принцип объединения в большин­стве случаев были по женской линии, но с отмеченным уже ростом влияния мужчин на­метился переход к отцовской филиации. Со­став охотничьих групп не был устойчивым, как и их размеры. Все это менялось в зави­симости от сезона, количества дичи в районе промысла, но при этом соблюдался и извест­ный порядок, регулируемый во время общеплеменных собраний один или несколько раз в году. Во время таких массовых встреч решались и другие общеплеменные дела — об­мен товарами, заключение браков, исполне­ние религиозных ритуалов и т. п.







Последнее изменение этой страницы: 2016-04-07; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.95.131.208 (0.006 с.)