ТОП 10:

Глава 12. Основание Киева на Днепре.



В 429 году умирает сын Белобора Князь волжской Болгарии Мундзук и власть передается его сыновьям Аттилу и Болелу. А в Русколани одним из царств-княжеств, после смерти князя Руса правит его сын Кий, который решает увести свои рода в более спокойные места и вначале они переселяются на Дунай, а потом уже окончательно обосновываются на Днепре, рядом с Родами князя Вуслова, где в 427 году основывается град Киев-на-Днепре. Но в Причерноморскнх и Приазовских степях остаются многочисленные рода русов-саков, русов-антов, русов-тавров и так далее. Своей столицей они считают город Голунь (на Северном Донце) и Кийяр (современный Пятигорск).

Велес книга

«Был Кий до захода Солнца и оттуда шёл до солнца до Днепра-реки, там Кий утвердил град, где обитали другие славянскне роды. И там осели, и огнище сотворили Дубу — Снопу, яко он Сварог Пращур наш».

«…. Се было, после того как Готы порушили Русколань. Потекли мы до Кия, и сели на земле той, где ходили на битву со степью вражеской, чтобы себя оборонить. И так было после 1500 лет от Отцов Киевских (От прихода родов Бугумира), 300 от жизни в Карпатах и тысячу от Кияра Града (на северном Кавказе, который основал первый князь Kий). И часть пошла до Голунь и там осталась, а иная в Кие Граде, и первая есть Русколань, а другая Киевляне, которые тоже Суру чтут, за скотом ходят и стада водят десять веков на земле нашей.

Голунь. была городом славным и триста городов сильных имела. А Киев (Новый на Днепре) городок имел меньше, на полудне 10 городов и всё, и сёл немного. А вообще были в степях все роды, и жито меняли на полудне. И его грекам давали, в общем, за золотые цепи и кольца и ожерелья. Носили грекам на обмен пиво на вино, и творили его для обмена сами....

«…. Пришло князю Кию на yм ходить на болгар (жили по Волге, волгары). И повёл рать на полночь (север) и дошёл до Воронежца и вынужден был своих воинов полян повернуть, Осаживает и берёт измором и голодом Голунь, город руских на Донской земле и населяет тот край русскими. Лебедян сидел в Киеве граде у горы (Киев, который был на Кавказе) и правил по умному, от храма.... И так это земля наша от края до края, и зовётся Русколань... И есть земли волжская по обеим берегам Ра реки (Волги). И эта земля отцов наших, и её мы имеем и бережем…»

Сказание про Кондыря-Деда и Волынского Князя

Ещё до того, как князь Кий на Днипро пришёл, ходили Щуры наши с Пращурами по Дикому Полю (казачье название наших степей), гоняли скот на травы зелёные. И был у них Старейшиной Кондырь-Дед, такой старый, что борода его белая уже в прозелень пошла. И многие люди ещё помнят, каким он был добрым и заботливым, и потому при нём жилось просто и счастливо. Гоняли Щуры-Прашуры наши скот по степи, кормились кислым молоком, творогом, когда надо, мясо добывали на охоте — в те времена всякого зверя и птицы в степи много было — диких коз, быков, сагайдаков, дроф жирных и стрепетов. Так с утра молодёжь шла на охоту, а дети искали траву — калачики. Дикий щавель, чеснок, перуновы батоги, катран, рогоз-жорень брали и до воза несли, а там мать их борщ из травы с мясом варила.

И царь Кондырь на возу жил, с людьми говорил, споры судил. А то соберёт Спиваков и песни слушает про старовнну древнюю, а рядом горит костёр большой, а на нём царица варево готовит ему, песни слушает да вздыхает, когда в них про Беду или Тяготы русские рассказывается.

И собрались как-то вечером Родовики у царского костра и стали жаловаться:

— Всем хороши эти степи, и трава тучная, и вода сладкая, только от врагов покоя нет, горя не оберёшься! На прошлой седьмице нападали, и нынче опять коров угнали! Скачут с мечами длинными и арканами, и нет на них никакой управы, и людей наших уже гибнет больше, чем рождается. Что делать, камо грясти, где мира искать?

И сказал Кондырь-Дед:

— Надо уходить из степи, в другие места подаваться, в леса уходить и там жить!

— Что ж, веди нас, — согласились люди.

Поднялись славяне на Зорьке, запрягли возы, овец и ягнят положили рядом со своими детьми, а остальной скот так погнали, и взяли путь к полуночи. Доходили до реки, останавливались, раскидывались на ночь станом, возы в коло ставили и сторожу не забывали. А наутро отправлялись дальше к полуночи. И через месяц пути дошли до Боголесий Дубовых, а оттуда вверх по реке, пока ни сёл, ни людей вокруг не стало. Тогда поглядели на кобь, и Птица Вещая указала им место, где они и осели.

На полуночном берегу реки поставили хаты, чтоб река отделяла их от степи, и враги не могли легко нападать. И принялись за работу: построили для скота большие загоны, косили сено, сушили, в стога складывали. Кто рыбу пошёл ловить, солить, сушить на зиму, кто в лес отравился охотничать. И когда пришли Овсени, увидели люди, что жизнь у них стала тихая, мирная и сытная, и благодарили за то Кондыря-Деда.

Шло время, и стали забывать дети, как трудно приходилось отцам в степи, как тяжко было сохранить стада, как всякий день надо было с врагом сражаться. А теперь молодёжь росла и не знала, как меч на меч рубиться, как в поле стоять насмерть, — не хотела, и слушать про войну. Обеспокоились Отцы-Деды, пришли к Кондырю и сказали:

— Ежели враг нападёт, уничтожит всех до единого!

Отвечал Кондырь-Дед:

— Как выпадет побольше снега, надо слать гонцов на Волынь и просить прислать Князя, чтоб учил нашу молодёжь военному делу.

Согласились Отцы-Деды, и как только выпал снег, послали пятерых всадников на Волынь. К Колядиным святкам вернулись они, а с ними Князь добрый на санях вместе со своею родыной.

И стал Волынский Князь собирать дружину, начал обучать молодёжь науке воинской. А уже летом пришла Беда, напали враги с полудня, два села разорили, детей побили, скот угнали. Погнался за ними Князь с Дружиной, отбили пленников и скот, и вражеское добро отобрали — коней и мечи, и больше не приходили враги те. А Пращуры за то Волынского Князя уважали и с полюдья платили ему часть, чтоб имел всё необходимое и защищал людей своих. И ещё привёз с собой князь Знахаря-Ведуна, чтоб он лечил Пращуров, а также учил их, что есть Навь, Правь и Явь русская. И с тех времён Русы называли Правь, кто Правой, а кто — Равой. И назвали ещё Равой Русскою речку, что течёт у Карпат-горы за Покутом, и значит она Праву нашу, А от той Правы и Правда идет, а без Правды одна Ложь остаётся в жизни,

Князь Кий и Цари-Ярусланы

В древние времена, когда ещё Деды Пращуров наших в Донских степях жили, то были там и Ярусланы-цари (Адыгейцы) с Родами своими, и были они в дружбе с Дедами Пращуров наших, поелику пили с ними Братскую Чашу и язык знали, разумели друг друга.

Жил в тех степях и князь Кий с братьями и сестрой — прекрасною Лыбидью, и ходили они в степях, скот гоняли, до Новграда Ставрского (Крымского) и до Сурожи доходили. А потом заявились в тех степях Годи с Гунами, и начались бесконечные войны, и многие народы оттуда к заходу Солнца ушли.

Ушёл и князь Кий к Дунаю синему, дошёл до дунайского гирла и там осел. Да увидел он и люди его, что житья там мирного нет — всякий день война, и всякий тыждень, месяц и целый год война, и кровь, и убитые.

И пошёл князь Кий к Тыше-реке дунаевой, и поставил там град Киевец-на-Дунае, и обосновался в нём со своими людьми.

Да вскоре и туда война добралась, Волохи не давали покоя русам, и другие народы против киян восставали, и ушёл князь Кий из тех мест и к Карпат-горам отправился. Однако ж и на Карпат-гope не было житья мирного, и там война шла всякий день.

И пошёл он к Роси-реке и укрепил там Княжгород, а оттуда пошёл к Днепру на поток Боричев и там град Киев на пещерах поставил. И там уже мирно жил, и не всякий день шла война, а с полудня от него Ярусланы-цари гоняли свой скот — коней и коров — они ещё прежде Кия за Славуту-Днипро переселились и теперь опять были в дружестве с Русами.

И когда Волохи в степь приходили угонять людей в рабство волошское, то Ярусланы брали котлы великие, их кожей обтягивали и били в те. котлы палицами. И все Роды в степи знали, что тревога идёт, и собирались вместе и на Волоха храбро набрасывались, и гнали его за синий Дунай, и аж до Панщины доходили и там добра набирали всякого.

А отойдут Волохи, Ромеи с берега моря налезают на Русь. Отобьются от Греков, опять гонцы скачут и упреждают про Волохов. И пришли как-то Волохи силами многими — тридцать тысяч отборных воинов — и вели их Воеводы в червоных плащах.

И приготовились русские цари и князья к отпору. И сказал тут Ярусланский воевода Уляг-Сунь (Заходящее Солнце):

— Выпустим, братья, на них быков!

И когда быки увидели воевод Волошских, в червоное одягнутых, так заревели страшно, на них накинулись, стали бить и топтать. Потом и силы русские подоспели, прогнали Волохов. А быков добрая сотня загинула, и многих пришлось дорезать, шкуры снять, посолить.

Да не успели мяса накоптить Русы, не успели нарадоваться Князь Кий с Ярусланами, как прискакал гонец с новой вестью — Волохи на Карпат-гору войной идут!

И сказал Ярусланский царь Руса-Сунь (Светлое Солнце) Хоробрый, что полетит сизым орлом в небеса и поглядит оттуда на Волохов. И ударился трижды о землю, взмыл сизым орлом в облака, оглядел всё, вернулся, трижды о земь ударился и опять встал царём Руса-Суном. И поведал так царь им Вещий:

— Видел я всю Русь с облаков, и видел Волошину злую, и видел их войско великое, и видел, как хватают они рабов, как сжигают дома и посевы наши. Поскачем же, братья, на выручку!

Стали Кияне с Ярусланами к войне готовиться. А на полночь от них жили другие Русы, которые ниоткуда не приходили, и звались они Великая Сивера, и были то Борусы и Венцы, и носили они меховые плащи-венцирады и высокие шапки бобровые. И пришли они к Киянам и сказали, что хотят дать помощь против Ромов с Ромеями, потому как много у них людей Ромы похитили и угнали в полон, и ежели они киян одолеют, то и на Сиверу нападут.

И прислали Сиверцы воев своих и припасы, и пошли вместе с Ярусланами и киянами на Дунай, дошли до Межи, до Панщины, а оттуда до старого Киевца.

А там сидела Годячина злая и, дальше их не пускала. И та Годячина была с Ромами, а то была против Ромов вместе с Ромеями а то хотела союза с Русами и против Ромов, и против Ромеев.

И велел Кий не сговариваться с Годяками, потому как те — обманщики великие, на хитрость и злобу богатые, и верить им можно только мёртвым. Тогда уже Годяка не встанет, не обманет, не обхитрит.

И была Годячина завсегда одна, и Русы сами по себе были.

И шла война с Волохами не год и не два. Дети рождались, вырастали, сами родителями становились, жёны — матерями, мужи — отцами и храбрыми воинами. А страшная война всё шла, и Волохи на Русь лезли, как волны на берег, одна за другой непрестанно, русы били их, а они лезли.

И всё время Ярусланы с Русью шли — все сто годов. И за времена те тяжкие научились Русы смерти не бояться, и видели враги, что, сколько не воюют Русь, а уничтожить её не могут. И шли на Волоха почти все народы степные — и Комыри, что теперь Кутригурою стали, и Кутригура пришла Балан-харская (харийская), и Сивера, и Вятичи, и Радимичи.

И вся степь поднялась против Волохов, и пошли за Дунай и на Греков. Вспомним же те дела славные наших храбрых Пращуров, токмо благодаря которым мы, их потомки, до сих пор на нашей земле живём!







Последнее изменение этой страницы: 2016-08-01; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.93.74.227 (0.007 с.)