Из «Спора разочарованного со своей душой»



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Из «Спора разочарованного со своей душой»



 

Перевод В. Потаповой

 

Первая жалоба

 

Видишь, имя мое ненавистно

И зловонно, как птичий помет

В летний полдень, когда пылает небо.

 

Видишь, имя мое ненавистно

И зловонно, как рыбьи отбросы

После ловли под небом раскаленным.

 

Видишь, имя мое ненавистно

И зловонно, как утиное гнездовье

В тростниках на болоте гнилотворном.

 

Видишь, имя мое ненавистно

И зловонно, как болотная тина,

Как рыбачьи отрепья и невод.

 

Видишь, имя мое ненавистно

И зловонно, как дыханье крокодилье,

Как житье с крокодилами в соседстве.

 

Видишь, имя мое ненавистно

И зловонно, как напраслина, которой

Очернили жену перед мужем.

 

Видишь, имя мое ненавистно

И зловонно, как навет непристойный

На отрока, чистого сердцем.

 

Видишь, имя мое ненавистно

И зловонно, словно город-изменник,

Что задумал от царства отложиться.

 

 

Вторая жалоба

 

Кому мне открыться сегодня?

Братья бесчестны,

Друзья охладели.

 

Кому мне открыться сегодня?

Алчны сердца,

На чужое зарится каждый.

 

Кому мне открыться сегодня?

Раздолье насильнику.

Вывелись добрые люди.

 

Кому мне открыться сегодня?

Хулу мирволят повсюду,

Благу везде поруганье.

 

Кому мне открыться сегодня?

Над жертвой глумится наглец,

А людям потеха – и только!

 

Кому мне открыться сегодня?

У ближнего рады

Последний кусок заграбастать!

 

Кому мне открыться сегодня?

Злодею – доверие,

Брата – врагом почитают.

 

Кому мне открыться сегодня?

Не помнит былого никто.

Добра за добро не дождешься.

 

Кому мне открыться сегодня?

Друзья очерствели,

Ищи у чужих состраданья!

 

Кому мне открыться сегодня?

Потуплены взоры,

От братьев отвернуты лица.

 

Кому мне открыться сегодня?

В сердцах воцарилась корысть.

Что толку – искать в них опоры?

 

Кому мне открыться сегодня?

Нет справедливых,

Земля отдана криводушным.

 

Кому мне открыться сегодня?

Нет закадычных друзей,

С незнакомцами душу отводят.

 

Кому мне открыться сегодня?

Нету счастливых,

Нет и того, с кем дружбу водили.

 

Кому мне открыться сегодня?

Бремя беды на плечах,

И нет задушевного друга.

 

Кому мне открыться сегодня?

Зло наводнило землю,

Нет ему ни конца, ни края.

 

 

Третья жалоба

 

Мне смерть представляется ныне

Исцеленьем больного,

Исходом из плена страданья.

 

Мне смерть представляется ныне

Благовонною миррой,

Сиденьем в тени паруса, полного ветром.

 

Мне смерть представляется ныне

Лотоса благоуханьем.

Безмятежностью на берегу опьяненья.

 

Мне смерть представляется ныне

Торной дорогой.

Возвращеньем домой из похода.

 

Мне смерть представляется ныне

Небес проясненьем,

Постижением истины скрытой.

 

Мне смерть представляется ныне

Домом родным

После долгих лет заточенья.

 

 

Четвертая жалоба

 

Воистину, кто перейдет в загробное царство –

Будет живым божеством,

Творящим возмездье за зло.

 

Воистину, кто перейдет в загробное царство –

Будет в ладье солнечной плыть,

Изливая оттуда благодать, угодную храму.

 

Воистину, кто перейдет в загробное царство –

Будет в числе мудрецов, без помехи

Говорящих с божественным Ра.

 

Песнь из дома усопшего царя Антефа, начетртанная перед певцом с арфой

 

Перевод А. Ахматовой

 

Процветает он, этот добрый властитель,

Прекрасный конец настиг его.

Одни поколения проходят, а другие продолжают существовать

Со вреден предков.

Боги, бывшие некогда,

Покоятся в своих пирамидах.

Благородные и славные люди

Тоже погребены в своих пирамидах.

Они строили дома –

Не сохранилось даже место, где они стояли,

Смотри, что случилось с ними.

Я слышал слова Имхотепа[112] и Джедефхора,[113]

Слова, которые все повторяют.

А что с их гробницами?

Стены обрушились,

Не сохранилось даже место, где они стояли,

Словно никогда их и не было.

Никто еще не приходил оттуда,

Чтоб рассказать, что там,

Чтоб поведать, чего им нужно,

И наши сердца успокоить,

Пока мы сами не достигнем места,

Куда они удалились.

А потому утешь свое сердце,

Пусть твое сердце забудет

О приготовленьях к твоему просветленью.

Следуй желаньям сердца,

Пока ты существуешь.

Надуши свою голову миррой,

Облачись в лучшие ткани.

Умасти себя чудеснейшими благовоньями

Из жертв богов.

Умножай свое богатство.

Не давай обессилеть сердцу.

Следуй своим желаньям и себе на благо.

Свершай дела свои на земле

По веленью своего сердца,

Пока к тебе не придет тот день оплакиванья.

Утомлённый сердцем не слышит их криков и воплей,

Причитания никого не спасают от могилы.

А потому празднуй прекрасный день

И не изнуряй себя.

Видишь, никто не взял с собой своего достоянья.

Видишь, никто из ушедших не вернулся обратно.

 

 

Похвала смерти

 

Перевод В. Потаповой

 

Благолюбивые духи, Гелиополя девять богов!

Услышьте похвальное слово «Отцу божества».[114]

Был он саном возвышен и безупречен душой.

В городе Вечности[115] он сопричислен к бессмертным богам.

 

Вы печетесь о судьбах

Посетителей этой гробницы.

Мне песни известны, что издревле взывают со стен усыпальниц,

Бытие восхваляя земное обители вечной в ущерб.

 

Зачем они сводят на нет славу загробного мира,–

Страны справедливой, блаженной, где страху нет места,

Обители упокоенья, чьим жильцам омерзительны распри,

Где нечего ближних бояться, ибо нету вражды в этом крае?

 

Наши предки покоятся там со времен мирозданья.

Из тех, что родятся на свет во множестве неисчислимом,

Не осядет в Египте никто:

В городе Вечности всем поголовно приют уготован.

 

Разве долго продлится пора гостеванья земного?

Время, как сон, промелькнет,

И «добро пожаловать!» – скажут

В полях Заката пришельцу.

 

 

Прославление писцов

 

Перевод А. Ахматовой

 

Мудрые писцы

Времен преемников самих богов,

Предрекавшие будущее,

Их имена сохранятся навеки.

Они ушли, завершив свое время,

Позабыты все их близкие.

 

Они не строили себе пирамид из меди

И надгробий из бронзы.

Не оставили после себя наследников,

Детей, сохранивших их имена.

Но они оставили свое наследство в писаниях,

В поучениях, сделанных ими.

 

Писания становились их жрецами,

А палетка для письма – их сыном.

Их пирамиды – книги поучений,

Их дитя – тростниковое перо,

 

Их супруга – поверхность камня,

И большие и малые –

Все их дети,

Потому что писец – их глава.

 

Построены были двери и дома, но они разрушились,

Жрецы заупокойных служб исчезли,

Их памятники покрылись грязью,

Гробницы их забыты.

Но имена их произносят, читая эти книги,

Написанные, пока они жили,

И память о том, кто написал их,

Вечна.

 

Стань писцом, заключи это в своем сердце,

Чтобы имя твое стало таким же.

Книга лучше расписного надгробья

И прочной стены.

Написанное в книге возводит дома и пирамиды в сердцах тех,

Кто повторяет имена писцов,

Чтобы на устах была истина,

Человек угасает, тело его становится прахом,

Все близкие его исчезают с земли,

Но писания заставляют вспоминать его

Устами тех, кто передает это в уста других.

Книга нужнее построенного дома,

Лучше гробниц на Западе,

Лучше роскошного дворца,

Лучше памятника в храме.

 

Есть ли где-нибудь кто-то, подобный Джедефхору?

Есть ли кто-то, подобный Имхотепу?

Нет среди нас такого, как Нефри[116]

И Хетти,[117] первого из всех.

Я напомню тебе имя Птахемджехути[118]

И Хахеперра-сенеба.[119]

Есть ли кто-нибудь, подобный Птахотепу

Или Каресу?[120]

Мудрецы, предрекавшие будущее,–

Вышло так, как говорили их уста.

Это написано в их книгах,

Это существует в виде изречения.

Их наследники – дети разных людей,

Как будто все они – их собственные дети.

Они скрыли свое волшебство от людей,

Но их читают в наставлениях.

Они ушли,

Имена их исчезли вместе с ними,

Но писания заставляют

Вспомнить их.

 

 

Тоска по Мемфису

 

Перевод А. Ахматовой

 

Видишь, сердце мое убежало тайком

И помчалось к знакомому месту.

Заспешило на юг, чтоб увидеть Мемфис.

О, когда бы хватило мне силы сидеть,

Дожидаясь его возвращенья, чтоб сердце

Рассказало, что слышно у Белой стены![121]

 

Я беспомощен, все выпадает из рук,

Потому что нет сердца на месте обычном.

Приходи ко мне, Пта, и в Мемфис отнеси.

Неотрывно дозволь мне глядеть на тебя.

 

Целый день мое сердце в мечтанье,

А в груди моей нет больше сердца.

 

Злым недугом охвачены все мои члены,

Слух закрылся мой, очи устали глядеть,

Все слова исказились, и голос охрип.

О, будь милостив, дай до него мне добраться.

 

 

Слово о сборе винограда

 

Перевод В. Потаповой

 

О, погляди на свои виноградники,

Наш повелитель, и сердцем возрадуйся!

Сок выжимают ногами давильщики.

Лозы увешаны крупными гроздьями.

 

Ягоды, соком обильнее прежнего,

Сердце твое услаждать предназначены.

Ты в опьяненье себе не отказывай,

Пей, предавайся утехам и радостям!

 

Время приметно склоняется к вечеру.

Спелые кисти подернулись росами.

Ягоды выжать спешат виноградари,

Сусло в сосудах несут повелителю.

 

Пей, господин, божеству в прославление.

Всякое благо богами даровано.

Доброму духу, садов покровителю,

Ты соверши возлиянье и вымоли

В новом году нам вина изобилие.

 

 

Восхваление Нила

 

Перевод А. Ахматовой

 

Слава тебе, Хапи!

Ты пришел в эту землю,

Явился, чтоб оживить Египет.

Бег его таится, подобно мраку

Среди дня, когда слуги его воздают хвалу ему.

Он орошает поля, созданные Ра,

Чтобы дать жизнь каждой козе;

Он поит и пустыню и сушь,–

Ведь эю его роса падает с неба;

Он любит землю,

Он правит Непра,[122]

Он дарует процветание ремеслам Пта.

 

 

Владыка рыб, повелевающий им подниматься к порогам,

Нет птиц, кружащихся над теми,

Кто сеет зерно и сбирает полбу.

Когда же пальцы его пребывают в лени, а ноздри закупорены,

Нищают все люди.

Когда случается так, скудеет небо богов

И гибнут люди целыми народами.

 

 

Когда случается самое страшное, вся земля в бедствии,

Гибнут и большие и малые.

Но собираются в толпы люди при приближении его.

Когда Хнум сотворил его,

Когда появляется он – и земля ликует,

Всякая тварь радуется,

Каждый позвонок хохочет

И все зубы обнажаются в смехе.

 

 

Приносящий пищу, богатый едою,

Творящий прекрасное.

Владыка силы, благоуханный,

Тот, кому радуются,

Кто родит траву стадам,

Кто сердцем помнит о жертвах богу,

Пребывающему под его покровительством,

Где бы ни был он: в преисподней, в небесах или на земле.

Он держит в своей власти Обе Земли,

Он наполняет житницы, и насыпает груды зерна,

И отдает добро беднякам.

 

 

Одаряющий деревья цветеньем,

Рождающий деревья в изобилье

Для всех, кто желает их видеть.

Строящий суда своей мощью,

Возлагающий на статуи белый венец

Без стараний каменотесов.

Незримый,

Он не держит слуг и сборщиков налогов.

Тайны сути его – непостижимы,

Никто не знает места, откуда он,

И, читая писания, не найти его пещеры.

 

 

Нет таких житниц, чтоб вместили твои дары,

Никому не надо повелевать твоим сердцем.

Тебе радуются юноши твои и дети твои.

Тебе воздают почести, как царю.

Законы при тебе неколебимы.

Ты выходишь у Верхнего и у Нижнего Египта.

Каждый пьет очами воду твою.

Всем сердцем стремишься ты умножить прекрасное.

 

 

Когда о тебе возвещает глашатай,

Радость выходит наружу, каждое сердце веселится.

Крокодилы беременны, у Нейт[123] начинаются роды.

Все твои девять богов Гелиополя – прекрасны.

Всходы на полях подобны излишкам чревоугодия.

Урожай делает людей сильными,

Одного насыщает, другого услаждает,

И нет между ними спора,

Готовящий дары кому-то, никого нет с ним рядом.

Люди ставят ему границы.

 

 

Всё освещающий, выходящий из мрака,

Тучность стад своих,

Мощь, творящая все.

Нет среди живущих никого, кто бы не знал его.

Одаряющий людей, чтобы они выполняли его намерения,

Сердцем обращенный к работе на поле

И вечером ласкающий свои поля.

Друг Пта,

Трудящийся с ним вместе,

Творец божественных писаний

И всего в Нижнем Египте.

 

 

Ты входишь с журчащей речью в середину земли,

Желанный, расстающийся с тайной.

Когда ты гневаешься, исчезает рыба,

Тогда ждут люди большой воды,

Тогда богатый подобен бедняку.

Тогда заметен всякий, идущий на поля с орудиями,

И нет друга, оставшегося ради друзей.

Нет тканей, чтобы одеться.

Нет украшений для детей из знатных семей.

Нет никого, ночью слышащего воду.

И нет в речах желанной прохлады.

Все люди умащивают кожу

На радости, что начинается половодье.

 

 

Утверждающий истину, которой алчут люди,

В изреченье: «Пребывай в готовности до тех пор,

Пока тебе ответят».

Тогда ответит о Ниле Великое Зеленое море.

Знатные следуют за бедняками,

Непра правит живущими,

Ему воздают хвалу боги.

Нет птиц, слетающихся из пустыни.

Руки твои помнят золото,

Когда льют серебро в формы.

Никто не ест лазурит,

Когда созревает зерно.

 

 

Для тебя звучит арфа,

Тебе рукоплещут.

Юноши твои и дети твои радуются тебе

И достойно воздают тебе, когда наступает урожай.

Когда приносит он ценности,

Земля украшается.

Суда его несут людям прибыль.

Он, дающий жизнь сердцам беременных,

Любящий бесконечные стада свои.

 

 

Когда вступаешь ты в город,

Торжествует владелец прекрасных вещей.

Бедняк говорит: «О, если бы был у меня лотос!»

Все на земле едино.

Все травы отданы детям его.

Если же вкушающие пищу забывают его,

Довольство покидает дома

И земля впадает в бедствие.

 

 

Когда прибываешь ты, о Хапи,

Тебе приносят жертвы,

Приводят быков на закланье,

Откармливают птиц для тебя,

Ловят для тебя львов в пустыне,

Дарят тебе прекрасные вещи.

И так нее, как приносят жертвы Хапи,

Приносят их каждому богу:

Небесные благовония, быки, скот,

Птицы, огонь.

 

Хапи прорыл пещеры в Фивах,

Но имя его неизвестно в преисподней.

 

 

Взывают люди к богам

Из страха перед могуществом Владыки всего земного,

Моля о процветании для обоих берегов.

Процветай же, процветай же, Хапи.

Процветай же,

Дарами полей

Оживляющий людей и скот.

Процветай же, процветай же, Хапи,

Процветай, процветай, ты, прекрасный дарами.

 

Доведено до конца благополучно в мире

Трудами писца обоих домов серебра Кагабу.

 

 

К богине

 

Перевод А. Ахматовой

 

О ты, шагающая так широко,

Сеющая смарагды, малахит и бирюзу, словно звезды,

Когда цветешь ты, цвету и я,

Цвету, подобно живому растению.

 

 

К утреннему Солнцу

 

Перевод А. Ахматовой

 

Золотая появляется на судне Солнца,–

Ра любит ее.

Дневное судно могуче,–

Ра любит ее.

Твоя сила достигает Средиземного моря,–

Ра любит ее.

Ра вышел, чтоб узреть красоту ее,–

Ра любит ее.

 

 

К ночи

 

Перевод В. Потаповой

 

Во чреве неба зрела ночь.

Из чрева неба вышла ночь.

Ночь принадлежит матери своей.

Мне принадлежит покой телесный.

 

О ночь, даруй мне мир –

И я подарю тебе мир!

О ночь, даруй мне отдых –

И я подарю тебе отдых!

 

Вечер убрался прочь,

Сломан посох его,

Расколот его кувшин,

И дурная вода пролилась.

 

Ночь принадлежит матери своей, Золотой богине.

Мне принадлежит покой природы.

 

 



Последнее изменение этой страницы: 2016-04-19; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.236.253.192 (0.012 с.)