ТОП 10:

Трижды посетить соломенную хижину



Вновь я обращаюсь к Чжугэ Ляну (181—234), советнику основателя государства Шу-Хань Лю Бэя (161—223) из эпохи Троецарствия. Как установились отношения нерушимого доверия между этими двоими людьми?[212]

Сначала о Чжугэ Ляне. Он скромно жил в горах Лунчжун близ города Сянъян (нынешняя провинция Хубэй) и оттуда наблюдал за ходом китайской политики. В дружеском кругу он часто сравнивал себя с Гуань Чжуном и Юэ И, великими старыми мастерами политического и военного искусства доимператорского Китая. Для воплощения его мечты ему не хватало только найти такую личность, на службе у которой он мог бы находиться. Ему не казалось возможным связывать свою карьеру ни с одной из установившихся политических группировок. Более или менее подходящим казался Лю Бэй. Его далеко идущие планы стать главой всего Китая не имели под собой никакой опоры, однако как отдаленный родственник Ханьского императорского дома он излучал некоторое обаяние величия.

Чжугэ Лян узнал, что Лю Бэй ищет советника. Таким образом, ему выпадал шанс. И он решил употребить все силы, чтобы завоевать сердце Лю Бэя. Поэтому он поручил различным преданным ему людям поговорить о нем с Лю Бэем.

Лю Бэй, который, помимо всего прочего, страдал от сознания надвигающейся старости, в последнее время потерпел ряд поражений. В битве с Цао Цао он потерял практически всю свою армию. Затем он с трудом избежал двух покушений со стороны Лю Бяо, правителя Цзинчжоу, своего дальнего родственника, под покровительство которого отдался. Казалось, уже все потеряно. После бегства из Сянъяна, где он пережил второе покушение, он встретил отшельника Сыма Хоя, прозванного господином Водяное Зеркало. Лю Бэй сказал: «Я случайно проходил поблизости, и мальчишка подпасок привел меня к вам. Какое счастье иметь возможность вас приветствовать!»

Господин Водяное Зеркало отвечал: «Вы явно спасаетесь от кого-то бегством. Это я заключаю по вашему мокрому платью и утомленному виду. Не следует скрывать правду».

Лю Бэй рассказал ему на это, что произошло в Сянъяне. Водяное Зеркало предложил Лю Бэю чаю и сказал: «Уже давно слышу я о вашей славе. Как попали вы в такое униженное положение?»

Лю Бэй отвечал: «Судьба ко мне неблагосклонна».

Однако господин Водяное Зеркало возразил: «Дело не в судьбе. Вам не хватает верных людей».

С этим Лю Бэй не согласился. Он перечислил имена своих помощников: «Все они остались мне верны».

Водяное Зеркало отвечал: «Конечно, у вас есть прекрасные военные, но трое советников, которых вы назвали, — это просто книжные ученые. Они не способны упорядочить хаос и принести в мир благословение».

Лю Бэй сказал: «Я уже пытался найти какого-нибудь живущего в уединении мудреца, ожидающего своего часа, но пока, к сожалению, безуспешно».

Водяное Зеркало проговорил: «В этой местности собрались все способные люди государства, только ищите».

«Как же мне найти их?» — спросил жадно Лю Бэй.

«Если бы вам удалось заполучить Спящего Дракона, империя была бы ваша».

«Кто же это?»

Водяное Зеркало сложил ладони и, смеясь, сказал: «Ну, ну!»

Когда Лю Бэй спросил его снова, Водяное Зеркало сказал: «Уже поздно. Вы можете переночевать здесь, а завтра мы дальше поболтаем».

После ужина Лю Бэй еще долго лежал с открытыми глазами. Ему все время вспоминались слова Водяного Зеркала. На следующий день Лю Бэй спросил Водяное Зеркало о Спящем Драконе, но тот снова, смеясь, отвечал: «Ну, ну!»

Когда Лю Бэй предложил Водяному Зеркалу поступить к нему на службу, тот отказался: «Есть другие, в десять раз более подходящие для того, чтобы стоять рядом с вами. Вы должны только найти их».

Лю Бэй попрощался с Водяным Зеркалом и поскакал в Синье, где встретился со своими побратимами Гуань Юем и Чжан Фэем.

Наконец одному из друзей Чжугэ Лян а удалось поступить на службу к Лю Бэю под вымышленным именем Дань Фу в качестве военного советника. Когда ему случилось в неслужебной обстановке беседовать с Лю Бэем, он упомянул Чжугэ Ляна: «Отец его рано умер, и он рос у дяди в Наньяне. По названию близлежащей горы он принял прозвище Спящий Дракон. После смерти дяди он переехал в горы Лунчжун. Там он живет вместе со своим младшим братом. Если вам удастся получить его в помощники, вы можете больше не беспокоиться о мире в государстве».

Так уже дважды внимание Лю Бэя было обращено на Чжугэ Ляна. Теперь у него была лишь одна цель: нанять Чжугэ Ляна в советники. Взяв богатые дары, он вместе со своими побратимами отправился на поиски Чжугэ Ляна. Как пишет тайбэйская книга о стратагемах, Чжугэ Лян втайне принял меры, чтобы еще выше подняться во мнении Лю Бэя. Когда Лю Бэй приблизился к Лунчжунским горам, он услышал, как крестьяне в поле пели песню, полную аллегорий и упоминаний мудрого отшельника. Когда Лю Бэй спросил, кто автор песни, они назвали Чжугэ Ляна и показали Лю Бэю дорогу к его соломенной хижине.

Но Чжугэ Лян, который втайне больше всего на свете хотел попасть на службу к Лю Бэю, отсутствовал. Это еще более подстегнуло интерес Лю Бэя. Заинтригованный, он вернулся в Синье. По дороге он встретил, конечно случайно, Цуй Чжоупина, друга Чжугэ Ляна. Тот в краткой беседе с Лю Бэем проявил глубокую мудрость. Из Синье Лю Бэй послал шпионов в горы Лунчжун, чтобы те понаблюдали за Чжугэ Ляном. Они сообщили Лю Бэю, что Чжугэ Лян теперь вернулся в свою соломенную хижину. Лю Бэй отправился к нему снова. Его верный сторонник Чжан Фэй сказал было, что Чжугэ Лян простая деревенщина и Лю Бэю следует просто привезти его силой, но тот отвечал: «Как мог бы я приказывать величайшему мудрецу нашего времени?»

Итак, Лю Бэй опять поехал в сопровождении своих побратимов в Лунчжунские горы. Была середина зимы и очень холодно. Оба его спутника повернули назад, но Лю Бэй подумал: «Если я выдержу эту снежную бурю, я докажу тем Чжугэ Ляну мое почтение».

Но Чжугэ Ляна опять не было дома. Его младший брат, бывший в хижине, сказал Лю Бэю, что объект его поисков отправился в путешествие вместе с Цуй Чжоупином, причем точно неизвестно куда. Так что Лю Бэй во второй раз вынужден был вернуться ни с чем, правда оставив Чжугэ Ляну записку. В ней Лю Бэй выразил глубочайшее сожаление в том, что опять не встретил его. Он надеется, что Чжугэ Лян поможет ему умиротворить государство. Он еще приедет к нему. Перед этим, однако, он постарается очиститься с помощью поста и омовений лекарственными настоями.

Теперь Лю Бэй дождался весны и приказал выбрать благоприятный день с помощью искусных предсказателей по «И цзину». После этого он в третий раз отправился в соломенную хижину Чжугэ Ляна. Чтобы продемонстрировать свое уважение, последнюю милю он не проехал на лошади, а прошел пешком.

Теперь мальчик, который жил в хижине Чжугэ Ляна, сообщил, что хозяин вчера вернулся.

«Пожалуйста, сообщи, что я пришел, чтобы повидаться с ним».

«Хозяин, конечно, дома, но сейчас он спит».

«Ну, тогда подожди с сообщением».

Лю Бэй попросил обоих своих спутников подождать перед хижиной, а сам потихоньку вошел в нее и увидел Чжугэ Ляна, погруженного в глубокий сон, на циновке.

Лю Бэй в знак приветствия сложил руки на высоте груди и молча ожидал, стоя в ногах циновки. Прошло довольно много времени, а хозяин все не просыпался. Наконец он пошевелился, но только для того, чтобы перекатиться на другой бок лицом к стене. Юный слуга хотел его разбудить, но Лю Бэй не разрешил.

Еще целый час он стоял и ждал. Наконец Спящий Дракон открыл глаза. Он обратился к мальчику: «Что, гости пришли?»

«Это Лю Бэй, дядя императора. Он уже давно тут стоит, ожидая вас».

«Что же ты мне раньше не сказал? Дай мне сменить одежду». И Чжугэ Лян исчез в отгороженном углу, откуда вскоре вышел тщательно одетый. В последующей беседе Чжугэ Лян изложил свой план того, как Лю Бэю стать императором. Он предложил Лю Бэю укрепить в качестве базы своей военной мощи область нынешней провинции Сычуань, затем установить отношения с Сунь Цюанем, властителем лежащего к востоку государства У, завоевать варваров на западе и на юге и объединенными силами ударить по Цао Цао, властителю северного государства Вэй.

Лю Бэю сразу же понравились советы Чжугэ Ляна. Обсуждение стратегии в Лунчжунских горах кончилось тем, что Лю Бэй возбужденно вскочил, скрестил руки на груди в знак почтения и воскликнул: «С тех пор как я вас послушал, мне блестнул свет впереди. Как будто черные тучи разогнало ветром и я увидел вновь голубое небо. У меня нет сейчас имени и мало добродетелей, но надеюсь, что Учитель не пренебрежет мною, ничтожным, и покинет свое уединение, чтобы помогать мне. Я буду с величайшим почтением следовать вашим указаниям».

Чжугэ Лян ответил: «Уже давно возделываю я здесь свое поле и счастлив этим. У меня нет желания отправляться в широкий мир, и я не смогу следовать вашему зову».

Лю Бэй начал плакать: «Если вы не выйдете в мир, что же будет с нашим бедным народом?»

Когда Чжугэ Лян увидел, что рукава Лю Бэя омочены в слезах, у него не осталось более сомнения в твердом намерении Лю Бэя опереться на него. Жаждущее мудрого советника сердце Лю Бэя теперь было у него в руках, так что Чжугэ Лян больше не отказывался. Так началось его молниеносное возвышение в качестве советника Лю Бэя, слепо доверявшего ему.

С этого эпизода из романа «Троецарствие», который большинство исторических трудов относит к 207 г., а его историческая достоверность ни у кого не вызывает сомнений, возникает нерушимое доверие между Лю Бэем и Чжугэ Ляном. Здесь, согласно гонконгской книге о стратагемах, которую в основных чертах поддерживает пекинская книга о стратагемах от 1986 г., Чжугэ

Лян использовал Стратагему № 16: он дважды отпускал Лю Бэя, с тем чтобы на третий раз прочнее привязать его к себе.

Это событие до сих пор живет в китайской поговорке: «Сань гу мао лу» («Трижды посетить соломенную хижину»)[213].

*







Последнее изменение этой страницы: 2017-02-05; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.228.24.192 (0.007 с.)