Логические операции с понятиями: обобщение и ограничение, определение, деление



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Логические операции с понятиями: обобщение и ограничение, определение, деление



Обобщение и ограничение понятий

 

Обобщение понятия – переход от понятия с меньшим объемом, но с большим содержанием, к понятию с большим объемом, но с меньшим содержанием («российское государство» и «государство»). Предел обобщения – предельно общие понятия, – категории.

Ограничение понятия – переход от понятия с большим объемом, но с меньшим содержанием, к понятию с меньшим объемом, но с большим содержанием («преподаватель» и «преподаватель логики»). Пределом ограничения будут единичные понятия.
На приведенной ниже схеме движение от А к D представляет собой операцию ограничение понятия «деяние», и, наоборот, движение от D к А есть операция обобщения понятия «должностной подлог».

 

 

Определение понятий

Определение (дефиниция) – логическая операция, раскрывающая содержание понятия. Понятие, содержание которого надо раскрыть, называется определяемым, а понятие, раскрывающее содержание определяемого понятия, – определяющим. Например, «остров (определяемое понятие) – это часть суши, со всех сторон окружения водой (определяющая часть определения)». От определений в узком, собственном смысле слова, следует отличать определения в широком смысле. Так называется, например, всякая квалификация предмета вообще: «Золото – это металл», «Конституция – это закон». Определения в собственном смысле этого слова нельзя смешивать также со сходными операциями, такими, как сравнение, описание, характеристика и т. д.

В процессе сравнения устанавливается сходство одних предметов с другими в том или ином отношении: «СПИД – чума ХIХ века», «Организованная преступность есть не что иное, как партизанская война против общества».

Описание – это перечисление ряда признаков предмета, как существенных, так и несущественных, часто внешних, позволяющих выделить его среди других: например, описание внешности преступника, жертвы преступления, самого деяния, вообще обстоятельств какого-либо дела.

Характеристика есть выделение лишь некоторых, наиболее важных и существенных в каком-либо отношении признаков предмета: например, характеристика человека с места работы или учебы.

Отличительные черты определения по сравнению с перечисленными приемами состоят в том, что в нем указываются такие общие и существенные признаки предмета, каждый из которых в отдельности необходим, а все вместе достаточны для выделения предмета среди других сходных предметов.

Всегда ли необходимы определения? Нет, ведь содержание многих понятий нам известно из опыта. Попытку определять все понятия – как будто бы для полной ясности речи – высмеяли еще древние. Однако в ряде случаев без него не обойтись:

· определения необходимы для подытоживания главного в познании сущности предмета;

· определения нужны, когда употребляются такие понятия, содержание которых читателю или слушателю неизвестно;

· определением пользуются, если вводится в обиход новое слово или известное слово употребляется в новом значении.

Однако при всей несомненной значимости определений, их роль все же не следует преувеличивать. И это также обусловлено их сущностью. В определении по самому существу дела раскрываются далеко не все свойства, связи и опосредования предмета, а лишь его общие и существенные признаки; огромная масса знаний о нем остается за «бортом» определения; хотя сущность предмета, отражаемая в понятии, до поры, до времени остается неизменной, сами формы ее проявления в процессе развития могут изменяться; и все это также не может быть втиснуто в прокрустово ложе определения.

Определение – основа для понимания предмета, но не все знания о нем.

В логике различают явные и неявные определения. К явным относятся определения, раскрывающие существенные признаки предмета; в них даны определяемое и определяющее понятия, объемы которых равны. К их числу относится самый распространенный способ определения через ближайший род и видовое отличие. Суть его состоит в том, что в процессе определения мы сначала формулируем понятие с широким объемом – родовое, и добавляя видообразующие признаки, ограничиваем его объем до нужного размера. Например, «Барометр есть прибор для измерения атмосферного давления». Здесь мы сначала указываем род приборов, к которым принадлежит барометр, – «приборы для измерения», а затем с помощью дополнительного признака выделяем определяемый вид. Такого рода определение считается классическим и используется во всех науках, в т. ч. правовых. Разновидностью определения через род и видовое отличие является генетическое определение, в котором указывается способ образования только данного предмета. Например, «Шар есть геометрическое тело, образованное вращением круга вокруг одного из своих диаметров».

Чтобы определение было правильным, нужно соблюдать следующие правила.

1.Определение должно быть соразмерным, т. е. объем определяющего понятия должен быть равен объему определяемого понятия. Так, определение «Кража есть тайное хищение чужого имущества» – соразмерно. Определяемое и определяющее можно переставить местами, и смысл не изменится: «Всякое тайное хищение чужого имущества есть кража».

Если правило соразмерности нарушается, то возможны две логические ошибки:

· определение слишком широкое. Например, если мы скажем: «Кража есть хищение чужого имущества» (без указании на то, что оно «тайное»), то под это определение подойдут и грабеж, и мошенничество, и разбой, а это разные преступления;

· определение слишком узкое. Так, если мы скажем: «Кража есть тайное хищение чужих денег», то этим определением не будут охватываться все возможные виды кражи.

2.Определение не должно быть только отрицательным. Это означает, что в определении могут быть отрицательные признаки, но ими нельзя ограничиваться. Например, в определении «Грабеж – открытое хищение чужого имущества без применения насилия» есть отрицательный признак («без применения насилия»), но он сочетается с рядом положительных признаков: «открытое хищение чужого имущества». Такое определение правильное. Нарушение этого правила означает логическую ошибку, которая называется «определение только отрицательное». Например, к определению «Атеизм есть отрицание бога» надо добавить: «и утверждение бытия человека на Земле».

3.Нельзя раскрывать определяемое через самое себя. Иными словами, определяемое понятие не должно повторяться в определяющем ни прямо, ни косвенно. При нарушении этого правила могут быть две логические ошибки:

· тавтология. Так, в ныне действующем законодательстве коллегия адвокатов определяется как «объединение лиц, занимающихся адвокатской деятельностью». Получается «масло масляное». Такая ошибка называется еще «то же через то же»;

· круг в определении. Это более завуалированная ошибка, когда определяющее понятие в свою очередь само раскрывается через определяемое. В юридической литературе долгое время фигурировало следующее определение права: «система норм, имеющая задачей охранять и оправдывать существующий правопорядок». А что такое правопорядок? Он сам определяется через право! Получается «круг».

4.Определение должно быть четким и ясным. При определении нужно отказаться от сравнений, метафор и иных риторических фигур; недопустимо определять неизвестное через неизвестное. Иначе – тоже логическая ошибка: «определение через неизвестное». Вот примеры некорректных определений: «Быстрота – мать успеха», «Сепулькарии есть объекты, служащие для сепуления».

Формальная логика отвлекается от того, что предметы и явления действительности находятся в состоянии универсального взаимодействия. А это значит, что в разных отношениях они могут проявлять самые различные, порой противоположные свойства, черты, признаки. Поэтому не может быть раз и навсегда данных, неизменных, «застывших» определений. Возможны и необходимы разные определения одного и того же. При этом чем «богаче» предмет, тем больше может быть и его определений.

Взаимодействуя, предметы и явления так или иначе претерпевают изменения и развиваются. Поэтому определения, вполне правильные и пригодные для одного времени, могут оказаться неправильными и непригодными для другого.

Наконец, и это особенно важно отметить, сама форма определения тоже не остается раз и навсегда данной. Она может быть более или менее развитой. Так, по существу, зачаточной формой определения выступают высказывания типа «Солнце есть Солнце», «Война есть война», «Закон есть закон». Определения такого типа – не пустые тавтологии. Не случайно они широко распространены в практике мышления. В них в «свернутой» форме указывается на качественную определенность предмета, которая сохраняется во всех формах ее проявления, а в этом – суть определения. Солнце есть Солнце независимо от того, утреннее оно или полуденное, зимнее или летнее и т. д. И с этим надо считаться. Вспомним афоризм древних: «Закон суров, но это закон». А отсюда вытекают соответствующие последствия: если закон есть закон, то, каким бы он ни был (даже суровым), ему следует подчиняться.

Неявные определения не имеют формы равенства двух понятий, определяющего и определяемого. К примеру, всякий отрывок текста, всякий контекст, в котором встречается интересующее нас понятие, является в некотором смысле неявным его определением. Контекст ставит понятие в связь с другими понятиями, и тем самым косвенно раскрывает его содержание. Контекстуальныеопределения распространены в обычной жизни, они всегда остаются в значительной мере неполными и неустойчивыми.

Не ясно, насколько обширным должен быть контекст, познакомившись с которым, мы усвоим значение интересующего нас понятия. Никак не определено также то, какие иные понятия могут или должны входить в этот контекст. Вполне может оказаться, что ключевых слов, особо важных для раскрытия содержания понятия, в избранном нами контексте как раз нет.

Почти все определения, с которыми мы встречаемся в обычной жизни, – это контекстуальные определения. Услышав в разговоре неизвестное ранее понятие, мы не уточняем его определение, а стараемся сами установить его значение на основе всего сказанного. Никакой словарь не способен исчерпать всего богатства значений отдельных понятий и всех оттенков этих значений. Понятие познается и усваивается не на основе сухих и приблизительных словарных разъяснений. Употребление понятий в живом и полнокровном языке, в многообразных связях с другими понятиями – вот источник полноценного знания как отдельных понятий, так и языка в целом. Контекстуальные определения, какими бы несовершенными они ни казались, являются фундаментальной предпосылкой владения языком.

 

В «Словаре русского языка» С. И. Ожегова «охота» определяется как «поиски, выслеживание зверей, птиц с целью их умерщвления или ловли». Это определение звучит сухо и отрешенно. Оно никак не связано с горячими спорами о том, в каких крайних случаях оправданно убивать или заточать в неволю зверей или птиц. В коротком стихотворении «Формула охоты» поэт В. Бурич так определяет охоту и свое отношение к ней:

Черта горизонта

Птицы в числителе

Рыбы в знаменателе

Умноженные на дробь выстрела

и переменный коэффициент удочки

дают произведение

доступное каждой посредственности.

Завзятый охотник может сказать, что эта образная характеристика охоты субъективна и чересчур эмоциональна. Но тем не менее она явно богаче и красками, и деталями, относящимися к механизму охоты, чем сухое словарное определение.

 

К неявным определениям можно отнести и остенсивноеопределение (устанавливает значение термина путем демонстрации предмета, обозначаемого этим понятием). Например, демонстрация приборов, орудий и т. п. при ознакомлении с криминалистической техникой.

Определения такого типа напоминают обычные контекстуальные определения.
Но контекстом здесь является не отрывок какого-то текста, а ситуация, в которой встречается объект, обозначаемый интересующим нас понятием.

Остенсивные определение, как и контекстуальные, отличаются некоторой незавершенностью, неокончательностью. Они связывают слова с вещами. Без них язык – только словесное кружево, лишенное объективного, предметного содержания.

Определить путем показа можно, конечно, не все понятия, а только самые простые, самые конкретные. Можно предъявить стол и сказать: «Это – стол, и все вещи, похожие на него, тоже столы». Но нельзя показать и увидеть бесконечное, абстрактное и т. п. Нет предмета, указав на который можно было бы заявить: «Это и есть то, что обозначается словом «абстрактное». Здесь нужно уже не остенсивное, а вербальное определение, т. е. чисто словесное определение, не предполагающее показа определяемого предмета.

Определение понятий играет важную роль в практической деятельности. Ошибочные толкования понятий «вина», «умысел», «соучастие» и т. п. могут привести к ошибке следствия и суда. Избежать ошибок позволяет знание прецедентов: как этот термин трактовался ранее, например, в решениях суда.

 

Деление понятий

 

Делением понятия называется логическая операция, раскрывающая объем понятия посредством разбиения его на виды.

В операции деления присутствуют три элемента: делимое понятие, основание деления – один из признаков предметов, образующих объем делимого понятия, опираясь на который мы производим деление; члены деления – те виды, которые получаются в результате деления. Возьмем пример: люди делятся на блондинов, брюнетов, шатенов, рыжих и альбиносов. Здесь делимое понятие – «люди», основание деления – цвет волос, члены деления – блондины, брюнеты и т. д. Такое деление называется делением по видообразующему признаку.

В качестве особой разновидности выделяют дихотомическое деление (дихотомия) – деление объема некоторого понятия на две части с помощью противоречащих друг другу понятий («Натуральные числа делятся на четные и нечетные», «Вещества делятся на органические и неорганические»).

Деление следует отличать от мысленного расчленения. Первое есть деление рода на виды, а родо-видовые отношения характеризуются тем, что то, что можно связать о роде, можно сказать о виде. Так, конституция федеративного государства характеризуется всеми признаками конституции вообще. Второе есть членение целого на части. Например, конституция делится на разделы, главы, статьи. Отношение целого и части характеризуется следующим: то, что можно сказать о целом, нельзя сказать о части (отдельная статья, глава или даже раздел – это еще не конституция). Другое различие: деление не распространяется на одиночные предметы (они неделимы), а расчленение – распространяется.

Следует соблюдать следующие правила деления.

1.Деление должно быть соразмерным, т. е. сумма членов деления должна быть равна объему делимого понятия. Пример неверного деления: «Химические элементы делятся на металлы, неметаллы и сплавы».

2.Члены деления должны исключать друг друга, т. е. не иметь общих элементов, быть соподчиненными понятиями, объемы которых не пересекаются. Ошибочное деление: «Войны бывают справедливыми, мировыми и захватническими».

3.Деление должно производиться только по одному основанию. «Транспорт делится на наземный, водный, транспорт общего пользования, частный транспорт», – правило не соблюдено.

4.Деление должно быть непрерывным: не закончив деления родового понятия, нельзя переходить к делению видовых понятий. Нарушение этого правила: «Высшие растения делятся на травы, деревья и сосны».

О важности деления красноречиво свидетельствует то, что эта операция лежит в основе всякой классификации, а она широко распространена в науках. От обычного деления классификация отличается относительно устойчивым характером. Различают два вида классификации: естественную (научную), отражающую реальные различия между предметами, – периодическая система элементов, классификация элементарных частиц, и искусственную (практическую), имеющую вспомогательное значение, – классификация книг в библиотеке, распределение студентов по группам.

 



Последнее изменение этой страницы: 2016-12-26; просмотров: 1866; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 35.153.166.111 (0.008 с.)