ТОП 10:

Авентюра XXXIX. О том, как Дитрих бился с Гунтером и Хагеном



2324Поднялся Дитрих с места, доспехи сам достал,И в них ему облечься помог старик-вассал.Так сокрушался бернец и в горе был таком,Что от стенаний витязя дрожмя дрожал весь дом. 2325Но, с силами собравшись, он овладел собой,Надел на левый локоть свой добрый щит стальнойИ вместе с Хильдебрандом отправился туда,Где с бернскою дружиною произошла беда. 2326"Спешит,- промолвил Хаген,- к нам Дитрих через двор,И у него от гнева огнем пылает взор.Он был обижен нами и мщенья вожделеет.Вот мы сейчас и поглядим, кто в схватке одолеет. 2327Хотя правитель Берна на вид несокрушим,Известен повсеместно бесстрашием своимИ нам за смерть вассалов мечтает отомстить,Я все ж отважусь с ним в бою оружие скрестить". 2328Той речи бернцы вняли еще издалека -Во двор из зала вышли два рейнца-смельчакаИ там, к стене прижавшись, стояли у дверей.Поставил Дитрих наземь щит и глянул на гостей. 2329Затем возвысил голос: "Я знать хочу, король,За что же причинили вы мне такую боль.Изгнанник я бездомный, живу в краях чужих,А вы меня лишаете всех радостей моих. 2330С вас, вормсцев, было мало, что Рюдегер, наш друг,Наш давний благодетель, погиб от ваших рук.Вы всех моих вассалов убили сверх того,Хотя не сделал вам, король, я ровно ничего. 2331А вы ведь испытали и сами на себе,Как тяжело и горько друзей терять в борьбе,Как после их утраты душа у нас болит.Ах, до чего же грустно мне, что Рюдегер убит! 2332Людей, меня несчастней, еще не видел свет,Но до чужой печали вам, рейнцы, дела нет.Моих бойцов отборных вы в сече истребили,И перестану слезы лить о них я лишь в могиле". 2333"Не так уж мы виновны,- вскричал владетель Тронье.-Нас вынудили бернцы сегодня к обороне -Они вломились сами с оружьем в этот зал.Вам кто-то о случившемся неправду рассказал". 2334"Но Хильдебранд клянется, что амелунги васТруп Рюдегера выдать просили много раз,А вы лишь насмехались над слезной их мольбой.Могу ль я допустить, что лжет мне мой вассал седой?" 2335"Нет, с вами был он честен,- признался Гунтер смело,-Но верьте, что не выдал я вашим людям тело,Чтоб Этцеля - не бернцев задеть и оскорбить.Все б обошлось, когда б не стал ваш Вольфхарт нам грубить". 2336"Пусть так,- ответил Дитрих,- но долг и честь велят,Чтоб за беду платился тот, кто в ней виноват,И если ты со мною желаешь примиренья,Изволь сейчас же, Гунтер, дать мне удовлетворенье. 2337Коль ты с вассалом вместе согласен сдаться мне,За вашу безопасность ручаюсь я вполне.Не подпущу я гуннов к заложникам моим,Надежнейшим защитником и другом буду им". 2338Воскликнул Хаген: "Боже, спаси нас и помилуй!Пока мы невредимы, не оскудели силойИ дать отпор достойный способны всем врагам,Два столь могучих воина в плен не сдадутся вам". 2339На это Дитрих молвил: "Не говорите так.Ведь по вине бургундов, хотя им был не враг,Всего лишился в жизни я с нынешнего дня,И долг ваш, Гунтер с Хагеном, вознаградить меня. 2340Рукой моею правой и честью вам клянусь,Что лично вас доставить на Рейн не поленюсь,Что раньше сам погибну, чем вред вам дам нанесть,И не взыщу с вас за ущерб, мне причиненный днесь". 2341Владетель Тронье бросил: "Не тратьте время даром.Здесь не возьмете пленных вы с Хильдебрандом старым -Постигнет нас бесчестье, коль разнесется слух,Что убоялись мы врагов, притом всего лишь двух". 2342Тут Хильдебранд вмешался: "Клянусь Творцом небесным,Мой государь явился к вам с предложеньем лестным.Пойти на мир почетный должны вы, Хаген грозный,Пока уладить все добром еще отнюдь не поздно". 2343"Да,- усмехнулся Хаген,- куда почетней сдаться,Чем с перепугу в бегство без памяти кидаться,Как сделали вы нынче, прервав наш бранный спор,Хоть смельчаком вас, Хильдебранд, считал я до сих пор". 2344"Вот вы,- старик ответил,- смеетесь надо мной,А кто под Васкенштайном, забыв свой долг прямой,В бой с Вальтером Испанским вступить не захотел,На щит уселся и с него на смерть друзей глядел?" 2345"Молчите! - крикнул Дитрих седому удальцу.-Браниться, как старухам, мужчинам не к лицу.Вы, Хильдебранд, отныне не раскрывайте рот -С меня довольно и без вас печали и забот". 2346А Хагену он молвил: "О чем, у зала стоя,Вы с королем беседу вели между собою,И правильно ль расслышал я, подходя к дверям,Что силами померяться со мной угодно вам?" 2347"Я впрямь,- признался Хаген,- так говорил недавно.Пока мне верно служит меч нибелунгов славный,Я с вами потягаться согласен хоть сейчас.Гневлюсь я, что в заложники вы взять хотели нас". 2348Увидев по ответу, что схватка предстоит,Проворно бернец поднял с земли свой добрый щит,И Хаген тут же прыгнул на недруга с крыльца.Меч нибелунгов засверкал в руках у храбреца. 2349Смекнул могучий Дитрих, что сильно Хаген зол,И с превеликим тщаньем опасный бой повел,Стараясь понадежней стальным щитом прикрыться.Он знал, как страшен враг его, коль скоро разъярится. 2350Сообразив, сколь Бальмунг широк, тяжел, остер,Он избегал сходиться с противником в упорИ, лишь когда почуял, что тот не сладит с ним,Бургунду рану тяжкую нанес мечом своим. 2351"Тебя,- подумал бернец,- усталость доконала.С тобой покончить просто, да чести в этом мало.Хочу я, чтоб достался ты, Хаген, мне живой,И ради этого рискну, пожалуй, головой". 2352Отбросив щит, он вормсца руками обхватил;Тот стал сопротивляться, собрав остатки сил,Но скоро рухнул наземь под натиском егоК безмерному отчаянью владыки своего. 2353Был Хаген бернцем связан и отведен потомТуда, где находились Кримхильда с королем.Она повеселела, увидев, что в пленуХрабрец, который столько зла ей сделал в старину. 2354В поклоне королева склонилась до земли."От смерти и позора вы, Дитрих, нас спасли.Пусть счастье вам за это сопутствует вовек,А я по гроб у вас в долгу, бесстрашный человек". 2355В ответ герой промолвил владычице надменной:"Прошу вас, королева, чтоб жив остался пленный.Теперь его бояться причины больше нет.Пускай живет и возместит вам причиненный вред". 2356Она врага велела в темницу отвести,Чтоб там, от всех сокрытый, сидел он взаперти.Меж тем державный Гунтер взывал у входа в зал:"Куда же бернский богатырь, обидчик мой, пропал?" 2357К нему вернулся Дитрих, услышав этот зов.Был Гунтер силой равен славнейшим из бойцов.Отважно устремился навстречу бернцу он,И тотчас огласил весь двор клинков булатных звон. 2358Как ни был бернский витязь могуч, проворен, смел,Он лишь каким-то чудом остался жив и цел -Так беззаветно Гунтер рубился в том бою,Так вымещал на недруге тоску и боль свою. 2359Мир не знавал доселе подобных силачей.Гудел дворец огромный от стука их мечей.Старались друг на друге бойцы рассечь шишак,И Гунтер доказал, что он доподлинный смельчак. 2360Но был король измучен, а бернец бодр и свеж.Он Гунтера осилил, как Хагена допрежь.Пробил кольчугу вормсца клинок его меча,И хлынула из раны кровь, красна и горяча. 2361Связал бургунду руки победоносный враг,Хоть с государем пленным не поступают так.Но Дитрих знал: коль рейнцев освободить от пут,Всех, кто к ним ни приблизится, они вдвоем убьют. 2362Потом правитель бернский, прославленный храбрец,Отвел свою добычу к Кримхильде во дворец.При виде скорби брата забыв печаль и боль,Она сказала Гунтеру: "Привет мой вам, король!" 2363Он молвил: "Поклонился б я вам, моя сестра,Когда бы вы хотели сородичам добра.Но приуготовляли вы нам не встречу - месть.Недаром плохо приняты и я и Хаген здесь". 2364Возвысил голос Дитрих: "Вам, госпожа моя,Заложников презнатных привел сегодня я.Доныне в спорах ратных никто не брал таких.Прошу в награду за труды - оставьте их в живых". 2365Взяв с королевы слово, что пленных пощадят,В слезах пошел воитель куда глаза глядят.Но клятве оказалась Кримхильда неверна -У двух бургундских витязей жизнь отняла она. 2366Велела их Кримхильда держать в темнице врозь,И больше им друг друга узреть не довелось,Покуда брата смерти сестра не предалаИ с головою короля к вассалу не пришла. 2367Когда владетель Тронье был отведен в тюрьму,Явилась королева и молвила ему:"Верните то, что взяли вы у меня когда-то,А не вернете - я велю казнить и вас и брата". 2368Лишь усмехнулся Хаген: "Не след меня стращать.Поклялся вашим братьям о кладе я молчать,Покамест не узнаю, что умерли все трое,И где он - этого я вам до гроба не открою". 2369Она в ответ: "От клятвы освобожу я вас",-И обезглавить брата велела сей же час,И к Хагену обратно вернулась поскорей,Отрубленную голову влача за шелк кудрей. 2370На государя глянул в последний раз вассал,К Кримхильде повернулся и с вызовом сказал:"Напрасно ты ликуешь, что верх взяла в борьбе.Знай: я поставил на своем благодаря тебе. 2371Погиб державный Гунтер, король моей страны.Млад Гизельхер и Гернот врагами сражены.Где клад - про это знаем лишь я да Царь Небес.Его ты, ведьма, не найдешь - он навсегда исчез". 2372Она в ответ: "Остались в долгу вы предо мной.Так пусть ко мне вернется хоть этот меч стальной,Которым препоясан был Зигфрид, мой супруг,В тот страшный день, когда в лесу он пал от ваших рук". 2373Из ножен королевой был извлечен клинок,И пленник беззащитный ей помешать не смог.С плеч голову Кримхильда мечом снесла ему.Узнал об этом муж ее к прискорбью своему. 2374"Увы! - воскликнул Этцель с горячими слезами.-Убит рукою женской храбрейший меж мужами,Превосходил отвагой он всех, кто носит щит,И смерть его, хоть он мой враг, мне совесть тяготит". 2375А Хильдебранд промолвил: "Себе я не прощу,Коль за бойца из Тронье сполна не отомщу.Пусть даже я за это погибну в свой черед,Та, кем был обезглавлен он, от кары не уйдет". 2376Старик, пылая гневом, к Кримхильде подскочил.Мечом своим тяжелым взмахнул он что есть сил.Она затрепетала, издав короткий крик,Но это ей не помогло - удар ее настиг. 2377Жену владыки гуннов он надвое рассек.Кто обречен был смерти, тот смерти не избег.Стенал в унынье Этцель, и Дитрих вместе с ним,Скорбя по славным ленникам и родичам своим. 2378Бесстрашнейшим и лучшим досталась смерть в удел.Печаль царила в сердце у тех, кто уцелел.Стал поминальной тризной веселый, пышный пир.За радость испокон веков страданьем платит мир. 2379Сказать, что было дальше, я не сумею вам.Известно лишь. что долго и дамам и бойцамПришлось по ближним плакать, не осушая глаз.Про гибель нибелунгов мы окончили рассказ.

Примечания к Беовульфу

Единственная дошедшая до наших дней рукопись «Беовульфа», датируемая концом X в., входит в так называемое Коттонское собрание и хранится сейчас в Британском музее. Текст был записан благодаря счастливому стечению обстоятельств. Англию христианизовали с двух сторон: с севера (ирландцы) и с юга (миссия папы Григория). Южная миссия шла от католиков и не потерпела бы траты пергамента на языческие стихи даже в христианской оправе. Но ирландское христианство само представляло собой смесь новой веры с язычеством, и германские обычаи были близки ему. Не удивительно, что чуть ли не вся поэзия создавалась на севере и только переписывалась у саксов. Папская миссия потерпела неудачу, и в Англии не было такого уничтожения старых текстов, как в ряде других стран. В более поздние века поэму спас сказочный сюжет: она уцелела среди прочих текстов о «деяниях чудовищ». В 1731 г. рукопись пострадала от пожара, а главное — от его последствий: из-за того что вовремя не были приняты меры по спасению пергамента, обуглившиеся края листов продолжали осыпаться. Текст поэмы разделен на 44 главы. Иногда новая глава начинается внутри сложного предложения (эта особенность подлинника обычно не сохраняется в переводах). Сам заголовок поэмы добавлен современными издателями.

В 1786—1787 гг. исландец Торкелин (Grimur Jonsson Thorkelin) был в Англии и сделал два списка с поэмы (один сам, а другой заказал неизвестному копиисту). В то время на краях можно было прочесть гораздо больше, чем сейчас. Он же был первым издателем текста (1815 г.). С тех пор «Беовульф» издавался около двадцати раз целиком (не считая переизданий) и примерно столько же раз переводился на английский. Поэма переводилась также на немецкий (десять раз), датский, французский, итальянский (трижды), шведский, норвежский (лансмол) и голландский (по одному разу). Кроме того, Торкелин перевел весь текст на латынь. Поэму переводили дословно и с попыткой воспроизвести атмосферу подлинника, ритмом оригинала, пятистопным ямбом, размером баллад, нибелунговой строфой и свободным стихом, с аллитерацией и без нее, с огромным количеством архаизмов и простым языком. Даже прозаические переводы очень заметно отличаются друг от друга по манере изложения и характеру стилизации.

Публикуемый ниже текст — первый перевод «Беовульфа» на русский язык. Как уже частично говорилось во вступительной статье, точное воспроизведение поэтических особенностей «Беовульфа» и «Эдды» противоречило бы нормам современной поэтики. Главная из этих особенностей — аллитерация. В каждом полустихе было не меньше одного слова, начинавшегося на тот же согласный, что и в соседнем. Кроме того, все гласные аллитерировали между собой. Ударение в древнеанглийском и древнеисландском чаще всего падало на первый слог корня, и на полустих приходилось по два слога с акцентом. Они отбивали такт, как метроном, а неударные слоги (сколько бы их ни было) проговаривались за примерно одинаковые интервалы времени: быстро, если их было много, и медленно, если их было мало. В таких условиях начало ударного слога было самым важным участком слова, и аллитерация подчеркивала именно эти функционально значимые точки стиха. Легко видеть, что аллитерационный стих был хорошо приспособлен для фонетических особенностей этих языков. Ритм «Беовульфа» основывается на чередовании долгих и кратких слогов, но зависит и от количества слогов в полустихе, хотя регулярный дольник отсутствует. Существовал ряд метрических типов, которыми автор «Беовульфа» пользуется с большим искусством. Но русскому (так же как и современному английскому и немецкому) читателю древнеанглийские стихи кажутся прозой. Аллитерация для него не более чем второстепенное украшение текста, подобно тому как для древнеанглийского поэта была рифма. Рифма внутри строки в сочетаниях типа «гол как сокол» встречалась не так уж редко, но была дополнительной, несущественной частью стиха. С другой стороны, поэты той поры почти никогда не рассматривали аллитерацию как стилистическое средство. Лишь в нескольких случаях две длинные строки подряд имели одинаковую (сквозную) аллитерацию, и можно предположить, что это не небрежность, а особый прием. В «Беовульфе» есть и другие приемы подобного рода: ассонансы, игра слов. Так, мрачный каламбур проходит через все описание Гренделя: по-древнеанглийски «гость» и «дух» звучали очень похоже, а Грендель часто называется злым и проклятым духом, но он же и незваный гость. Однако главное в звуковой ткани «Беовульфа» — это смена метрических типов и неумолкающая аллитерация. Переводчик «Беовульфа» сохранил аллитерацию (хотя не всегда на первом слоге), но он не мог сохранить ее древней функции, поэтому читатель в большинстве случаев даже не услышит созвучий типа «призВАл ДерЖавный Делить с ДруЖиной уДары сраЖений», «сЛуЖили им ЛоЖами»... и пр. Кроме того, в переводе аллитерируют не только первые согласные и не только начала ударных слогов. Строки в «Беовульфе» очень длинны и конец строки часто не совпадает с концом предложения; полустих же краток и динамичен. Исландцы, которые понимают свои древние памятники без перевода и, следовательно, из всех германских народов слышат их лучше, чем кто бы то ни было, печатают «Старшую Эдду» только полустроками. Так же поступил в свое время с «Беовульфом» один из первых его издателей Торп (B. Thorpe). Изданный полустихами, русский перевод позволяет воспринять текст «Беовульфа» как поэтический.

Современный читатель напрасно стал бы искать в «Беовульфе» привычные ему приемы: в поэме мало сравнений, эпитеты довольно условны, а метафор нет вовсе. У англосаксонского поэта были совсем иные средства воздействия на слушателей. О некоторых из них будет сказано в примечаниях к отдельным строчкам. Но с самого начала следует обратить внимание на то, что в «Беовульфе» масса необиходных поэтических слов и поражающее обилие синонимов, особенно для понятий, связанных с княжеской властью, мореходством н войной. В русском тексте эта черта древнеанглийского поэтического стиля частично сохранена.

В англосаксонской поэме X века очень многое непривычно для нас. Отсутствуют знакомые приемы обозначения одновременности событий (см. прим. к ст. 917); основной сюжет все время прерывается отступлениями, и эти отступления сами составляют свой собственный сюжет, в котором есть и план и система, хотя ни то ни другое не видно при первом чтении; оба сюжета взаимодействуют по своим, не всегда очевидным для нас правилам; многие события рассказаны не подряд; все время встречаются намеки на людей и сраженья, о которых уже, по крайней мере, тысячу лет никто ничего не помнит, а персонажи поэмы зашифрованы малопонятными нам кеннингами (Хигелак — наследник Свертинга, а королева Хюгд — дочь Хереда, но о Свертинге и Хереде мы только и узнаем из этих кеннингов). Тролли и драконы для нас — существа из мифов, а для людей того времени они были совершенно реальны. Исследователи «Беовульфа», т. е. многие поколения лингвистов, литературоведов, историков, археологов, толковали сложные места в поэме, описывали ее ритм, выясняли истоки древнеанглийского эпоса, его связи с мифом, легендой и историей, разыскивали параллели с Библией, со скандинавской и ирландской традицией, обнаруживали влияние Гомера, латинских авторов и отцов церкви, устанавливали точный возраст поэмы и ее отношение к другим памятникам древнеанглийской литературы.

Из «Беовульфа» узнавали об этике и этикете германцев, об их религии, времяпрепровождении н быте. Текст «Беовульфа» служил неисчерпаемым источником самых разнообразных сведений. II лишь сравнительно недавно к специалистам пришло откровенье, что перед ними не литературное ископаемое, а прекрасные стихи. Тогда и появились обстоятельные работы о стиле поэмы н о секрете ее художественного воздействия. Последние пятнадцать лет явились свидетелями нового расцвета беовульфоведения. После того как была обнародована теория: двух американских фольклористов Пэрри и Лорда (М. Parry, А. В. Lord), многие исследователи стали искать формульную основу и тематический каркас поэмы, т. е. те готовые части, которые всегда использует сказитель эпоса. М. Пэрри, специалист по древнегреческому эпосу, изучал творчество сказителей на Балканах и пришел к выводу, что текст героических поэм не выучивается певцом наизусть, а импровизируется, но импровизируется по определенным правилам: певец без перерыва комбинирует словесные формулы и все время использует традиционные темы, т. е. привычные для этого жанра группы идей (приезд героя, отъезд героя, прибытие посла и т. п.). Пэрри погиб молодым от несчастного случая, и его теория приобрела особенно широкую известность после выхода книги А.-Б. Лорда «Певец-сказитель» (А. В. Lord «Singer of Tales»).

Эта теория применялась и к изучению «Беовульфа». Цель исследований состояла в том, чтобы установить, был ли «Беовульф» продуктом импровизации или произведением, сочиненным так, как сочиняются поэмы и романы в наши дни. Формульно-тематичеекая основа «Беовульфа» (угадывавшаяся многими и раньше) была очень убедительно вскрыта в работах фольклористов и не вызывает сейчас никаких сомнений, но отсюда ничего не следует относительно истории возникновения англосаксонского эпоса, поскольку в ту эпоху и сказители, и профессиональные поэты, т. е. люди, вполне осознававшие себя авторами своих стихов, пользовались одной и той же манерой повествования. Школе Пэрри — Лорда противостоит в английской филологии другая, утверждающая, что «Беовульф» имел определенного автора, знавшего и языческие сказания, и латинские стихи, и отцов церкви. Интерес сосредоточился теперь на личности поэта: был ли он неграмотным певцом или образованным человеком (монахом?), начитанным в церковной и светской литературе, и правомерна ли такая постановка вопроса в эпоху, когда от устного творчества переходят к письменной литературе; совместимы ли импровизация и высокое художественное мастерство; импровизировал ли он свои стихи или записал готовый текст. Во многом по-новому стали изучать аудиторию поэта. Англосаксы VII—VIII вв. образовывали военно-аристократическое общество, сочетавшее варварство с глубоким интересом к литературе, а Нортумбрия (королевство на севере Англии) была главным центром европейской культуры того времени. Но важно было сузить понятие «аудитория», чтобы лучше понять замысел поэта. О «Беовульфе» написано так необозримо много, что каждая строчка в нем может стать поводом для разностороннего обсуждения. В несравненном ло глубине анализа издании Клэбера («Beowulf and The Fight at Finnsburg». Edited, with introduction, bibliography, notes, glossary and appendices by Fr. Klaeber. Third edition with first and second supplements. D. C. Heath and Company. Lexington, Massachusetts, 1950) текст «Беовульфа» занимает неполных 120 страниц, а предисловие и комментарии (не считая словаря и цитат из разных источников) — почти 300 страниц петитом, при том что, большинство сведений в них все же дано намеком (ссылкой на библиографию). В издании Добби («Beowulf and Judith». Edited by E. van K. Dobbie. New York, Columbia University Press, 1953; «The Anglo-Saxon Poetic Records», IV), где рассматриваются только лингвистические вопросы, на 98 страниц; текста 170 страниц комментариев (петитом), а в библиографии 600 названий.» Комментарий, помещенный ниже, несравненно более скромен и преследует только две цели: разъяснить исторические намеки и кеннинги и обратить внимание читателя на систему художественных средств поэмы. Хотя исторические выкладки помогают разобраться в хитросплетении войн и династических конфликтов, к ним надо относиться с большой осторожностью: во-первых, в науке нет общепринятого мнения по рассматриваемым вопросам, во-вторых, мы не знаем, было ли у древнего поэта ясное представление о тех событиях, последовательность и взаимозависимость которых с таким трудом восстанавливают современные ученые. (Далее цифры в примечаниях к «Беовульфу» обозначают порядковый номер стиха.)

2. ...о доблести данов, о конунгах датских... — Действие первой части «Беовульфа» происходит во владениях датского короля (конунга) Хродгара, поэтому вся поэма открывается прославлением данов.

7. Найденыш — Скильд Скевинг, легендарный основатель датского королевского рода, появился среди данов бездомным ребенком; его уход (ст. 26 след.) окружен такой же таинственностью, как и прибытие.

10. Дорогой китов — морем, океаном; один из примеров кеннинга, т. е. иносказательного описания предмета.

12. Добрый был конунг. — Концовки подобного рода (обычно дидактического характера) очень характерны для «Беовульфа».

16. В век безначалия. — Древние германцы входили в княжеские дружины. Дружина означала не только службу и награды, но и защиту от посягательств других сильных мира сего, поэтому для воина не было большего несчастья, чем остаться без покровительства князя. О причинах безначалия у данов см. прим. к ст. 901 след.

18. Беовулъф. — Это еще не герой поэмы, а другой Беовульф, сын Скильда Скевинга (герой поэмы — гаут, или, что то же самое, ведер, а не дан). Имя Беовульф, как и все многосложные имена, встречающиеся ниже (Хигелак, Эггтеов и пр.), произносится с ударением на первом слоге.

32 след. Челн крутогрудый вождя дожидался... — Как стало ясно после раскопок кургана в Саттон Ху (Button Hoo, ср. вступ. ст.), описание похорон Скильда Скевинга не просто глубоко поэтичная аллегория смерти: германских конунгов действительно иногда хоронили подобным образом (но обычно мертвые тела сжигали на погребальном костре: ср. ст. 1114 след., 2125—2126 и похороны Беовульфа в последней главе).

56. Халъфдан, т. е. «полудан»; его мать была дочерью шведского короля, так что Хальфдан был даном не наполовину, а на три четверти.

79. Хеорот и означает «олень». Возможно, дело было не только в том, что зал украсили оленьими рогами, но и в том, что олень служил символом королевской власти, а в еще более древние времена — предметом религиозного поклонения.

81 след. Дом возвышался... недолговечный... — Сожжение Хеорота не описано в поэме (ср. лишь ст. 782), но мрачные пророчества и предсказания гибели тому, что сейчас процветает постоянны в германской поэзии (ср. прим. к ст. 2024 след., где излагаются события, приведшие к уничтожению дворца).

90 след. ...преданье // повел от начала, от миротворенъя... — Типичный пример песни на христианский сюжет (пересказ первых глав «Ветхого завета»). События, о которых повествуется в «Беовульфе», относятся к языческой эпохе, но в том виде, в каком поэма дошла до нас, она сочинена христианским поэтом и вся пронизана христианской фразеологией. Ссылок же на эпизоды из Библии в ней мало (и только на «Ветхий завет»). Ср. вступ. ст., стр. 11 и примечание к ст. 175 след.

107. Не рад был Каин... — Грендель, как и все великаны, возводится автором к родоначальнику всякого зла Каину.

128. ...был после пиршества плач великий! — Это в значительной мере символическая картина: в древнеанглийской поэзии сама жизнь часто уподобляется пиру (ср. ст. 6 и особенно 1006—1008), а смерть — неизбежной расплате за него.

130. Муж безупречный — Хродгар.

147. Двенадцать зим. — Германцы мерили время зимами. Двенадцать — условное число (как и большинство чисел в «Беовульфе») и не обязательно означает, что Беовульф узнал о несчастьях Хродгара лишь на тринадцатый год после первого набега Гренделя (ср. ст. 1769, 2208 и прим. к ним).

157. ...цену крови платить и не думает... — По германским обычаям, искупить убийство можно было денежным штрафом, вирой (так называемым вергельдом), и существовала точная цена, которую следовало заплатить за любого человека. Грендель же убивал безнаказанно.

168 след. ...только места высокого... трона кольцедарителя. — В подлиннике эти строки плохо понятны и, может быть, речь идет не о троне конунга, а о Божьем престоле и о том, что милость Господня не была дана Гренделю, или о том, что, хотя Грендель и проводил ночи в зале, он не стал ближе к трону, т. е. не разделил судьбы остальных ратников Хродгара, или о том, что Хродгар не смел подойти к своему трону (ср. след. прим.).

175 след. ...молились идолам... не чтили Всевышнего. — Это непонятное место, так как автор недавно рассказал, что даны были христианами и что придворный поэт складывал песни о сотворении мира Богом. Сам Грендель тоже противостоит воинам Хродгара как порождение дьявола и богомерзкий дух. Здесь же говорится совсем иное. Понимание данных строк зависит от того, как разные комментаторы оценивают роль христианского элемента в поэме. Основные линии интерпретации таковы.

1) Слушатели «Беовульфа», как и сам поэт, успели уже глубоко проникнуться идеями христианства. Языческий сюжет полностью приспособлен к новому мировоззрению. В VIII в., когда был создан «Беовульф», все, конечно, знали, что скандинавы — язычники, но язычник не мог быть центральным лицом эпического повествования, и поэтому даны и гауты представлены как христиане,— обстоятельство, мало кого беспокоившее. В X же веке, когда записан «Беовульф», скандинавы не только еще оставались язычниками, но и превратились в злейших врагов англосаксов (походы викингов, эпоха Скандинавского завоевания), и весь отрывок — очевидное позднее добавление писца, которому хотелось плохо отозваться о данах и уготовить им место в аду (Whitelock).

2) Поэт был довольно безразличен к христианству. Его интересовали подвиги, а они могли быть взяты только из языческого прошлого. Эпизод отступничества данов сочинен тогда же, когда и вся поэма, а не добавлен впоследствии. Поэт просто хотел рассказать, до какого отчаяния дошли люди Хродгара. Они испробовали все средства, и все напрасно. Поэт мог заставить иx молиться Богу, и тогда Беовульф явился бы как ответ на молитву, но он избрал другой путь. Есть безусловное несоответствие между началом поэмы и этим эпизодом, но таких несоответствий в поэме множество, и никто их не замечал. Что же касается исторической стороны дела, то хорошо известно, что христианизированные германцы не раз возвращались к язычеству в минуту смертельной опасности (Sisam).

3) «Беовульф» — это поэма о языческих временах, но рассказанная христианином. Общий тон и этическая позиция поэта, безусловно, христианские: проповедуются умеренность п альтруизм. Бог признается движущей силой всего происходящего в мире, а сочувствие везде на стороне слабого; можно найти черты сходства между Беовульфом и Христом, а дракон, хотя и не исчадие ада,— хорошо известный символ дьявола в церковной литературе, так что все битвы героя направлены против сил зла в христианском смысле этого слова. Нельзя себе представить, что «Беовульф» сочинен в языческие времена и лишь переписан христианином. Не исключено, что обсуждаемый эпизод — действительно намек на отступничество доведенных до отчаянья данов. Но возможно и то, что, сделав данов VI в. христианами, поэт иногда забывал о самим же себе навязанном анахронизме. Кролю того, как показывает текстологический анализ, «Беовульф» был сочинен позднее древнеанглийской поэмы «Даниил» и испытал ее влияние. В «Данииле» есть рассказ о том, как вавилоняне приносят жертвоприношения идолам, и эпизод в «Беовульфе» выглядит как эхо этого рассказа. Но в «Данииле» повествование идет естественно, а в «Беовульфе» литературное подражание оказалось неуместным (Klaeber).

4) Беовульф — сплав лучших черт языческого и христианского идеалов. Поэт сочинял для христиан, и это определило тональность рассказа, но он, несомненно, и сам был человеком, глубоко убежденным в правоте христианского учения. Даны же были язычниками. Непонятные строки 168 след, (см. прим. к ним) означают, что Хродгар не мог приблизиться к собственному трону, так как не знал милости Божьей; это и было его величайшей бедой. Другими словами, автор прямо утверждает, что Хродгар — язычник, и в эпизоде с языческими храмами нет речи об отступничестве; напротив, подчеркивается, что даны верили не в истинного Бога, а в идолов и были достойно наказаны. Говоря так, поэт делал вынужденную уступку своему времени. Он лишь позволяет себе сказать, что язычество доброго Хродгара и его подданных не вина, а беда этих людей. Он и не мог не сделать данов язычниками, поскольку все в Англии знали, что их северные соседи — идолопоклонники. Поэт поступил очень мудро, сразу назвав религию данов и гаутов. Потом он разрешил им выражать свои чувства в соответствии с привычками англосаксонской аудитории (Brodeur) (в этой версии, частично восходящей к Чемберсу, не объяснено, почему языческий поэт поет в Хеороте песнь о создании мира на библейский сюжет). В настоящее время едва ли возможно принять однозначное решение относительно этого трудного места.

200. Лебединая дорога, так же как и дорога китов (ст. 10),— море.

218. ...с попутным ветром, скользя, как птица... — Воины Беовульфа плыли на парусном судне. Сравнение с птицей было особенно естественно для древнеанглийского поэта, потому что нос таких судов часто имел форму гусиной шеи.

248 след. И я ни в жизни // не видел витязя... — Страж сразу выделил Беовульфа среди воинов (обычная ситуация в эпосе).

260. ...раскрыл сокровищницу слов благородных... — Часто встречающееся перифрастическое выражение, означавшее «заговорил».

264. Отец мой, Эггтеов. — Ответ Беовульфа характерен: герои называет не свое имя, а имя князя, которому служит, и имя отца.

305. Вепри-хранители. — Вепрь был священным животным у ряда скандинавских племен, и его изображением часто украшались шлемы (ср. прим. к ст. 1287).

321. На пестрые плиты... —Дорога была вымощена по римскому образцу.

339. ...не ради прибежища, как изгнанники... — Древние германцы часто изгонялись за преступления, что особенно хорошо известно по исландским сагам, но отряд Беовульфа приехал на чужбину по доброй воле (ср. «путь желанный», ст. 216).

344. ...я, воин Беоеулъф... — Только здесь герой впервые назван по имени.

349. Вождь венделов. — Едва ли венделы — это вариант названия восточногерманского племени вандалов. В Уппланде (Швеция) есть поселение Вендель (Vendel), а в Северной Ютландии (Дания) есть Вендиль (Vendill), и Вульфгар скорее был уроженцем какого-то из этих двух мест. Более вероятно, что его родина — Уппланд. Высказывались предположения, что в шведских междоусобицах (которые упоминаются в последних главах «Беовульфа», см. прим. к ст. 2379 след.) участвовали две партии: продатская (Онела, принадлежавший шведской королевской линии, был зятем Хальфдана, ср. ст. 61—62, а сам Хальфдан тоже был шведско-датского происхождения — ср. прим. к ст. 56) и прошведская, причем венделы якобы поддерживали первую из них. Таким образом пытались объяснить, почему столь высокую должность при Хродгаре занимал недан.

376. Хредель — основатель гаутской династии, отец трех сыновей (в том числе Хигелака) и дочери, ставшей впоследствии женой Эггтеова. Беовульф — внук Хределя, племянник Хигелака и сын Эггтеова.

398 след. ...а ваше оружие покуда оставьте... — Обычное условие при входе к князю (ср. «Песнь о нибелунгах», строфы 406—407).

406—407. ...кольчуга искрилась... сплетенная в кузнице. — В «Беовульфе» множество подобных описаний доспехов и мечей, в которых сквозит восхищение германцев перед искусными изделиями из металла (ср. выше ст. 322 след.). В эпоху Тацита (I в. н. э.) германцы еще не умели плавить металл.

455. Вилунд (в «Старшей Эдде» Вёлунд) — искуснейший кузнец, известный всем германским племенам. Он напоминает Гефеста (Вулкана) грекоримской мифологии.

460. Хадолаф,— Этот воин больше нигде но упоминается.

470. ...да умер Херогар прежде времени! — У Хальфдана (ст. 60—61) было три сына: Херогар, Хродгар и Хальга — и дочь. После смерти отца власть перешла к Херогару, который, судя по словам Хродгара, правил недолго и, видимо, умер молодым. Впоследствии корона досталась второму брату, хотя у Херогара уже был сын Херовард (ст. 2162). Неизвестно, каким образом и почему Хродгар оттеснил от трона своего племянника (скорее всего, Херовард был слишком молод).

471 след. ...я же немедля в оплату крови... — Хродгар заплатил вергельд за Хадолафа и тем искупил вину Эггтеова (ср. прим. к ст. 157). Речь Хродгара построена очень тонко: хотя в беде и вынужденный принять помощь от пришельца, он спешит напомнить Беовульфу, что подвиги, которые тот собирается свершить,— лишь платеж старого долга, доставшегося ему от отца.

500 след. Выступление Унферта (его имя означает «сеющий смуту», «подстрекатель») кажется на редкость неуместным, да и сам Унферт — во многом противоречивая и даже загадочная фигура. Смелый, но ревнивый к чужой славе, он прекрасно осведомлен о том, что происходит у соседей (никто, кроме него, не знал о состязании Беовульфа и Бреки). Он сидит на почетном месте, но должность его неясна (советник? поэт? оратор? шут?). Он убил родных братьев (ст. 589—590), но не утратил своего положения при дворе. Он обращается к гостю, явившемуся спасти данов от страшной беды, с оскорбительными словами, но никто не прерывает его. Однако с композиционной и художественной точек зрения эпизод с Унфертом — большая удача поэта, так как с самого начала служит прославлению Беовульфа и вселяет в слушателей надежду, что ему по плечу поединок даже с самым сильным противником (ср. ст. 1807 след., 1456 след, и прим. к ним).

546. Пятеро суток. — Унферт говорит (ст. 517): «семеро суток». Скорее всего, Беовульф и Брека плыли после расставания еще двое суток.

574 след. Судьба от смерти // того спасает, кто сам бесстрашен.— Один из наиболее ярких афоризмов в «Беовульфе». Германцы постоянно говорили об обреченных смерти. Таким ничто не могло помочь, ибо Судьба поставила на них свою печать. Но остальные, не обреченные, должны были в трудную минуту постоять за себя сами, тогда и Судьба проявляла к ним благосклонность.







Последнее изменение этой страницы: 2016-08-01; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 18.206.48.142 (0.032 с.)