Дружба с правительством кяфиров 





Мы поможем в написании ваших работ!



ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Дружба с правительством кяфиров



 

Суфииимеют прочные связи с правящими режимами и империалистами. Они дружат с правительствами кяфиров и помогают им в борьбе с мусульманами-приверженцами Таухида. Они проводят с кяфирами заседание за заседанием, строя планы против приверженцев Таухида, и требуют от кяфиров оружие для борьбы с ними. На протяжении истории они постоянно оказывали содействие кяфирам.

Это подтверждают печальные и горькие примеры из настоящего и прошлого наших стран и из написанного арабскими писателями в их книгах.

Говорит Мухаммад Шакафа: «Последователи тиджанийского тариката и его шейхи были учеными, принесшими огромную пользу Франции в Алжире и некоторых африканских странах. В 1870 году француженка по имени Аурелла Бикар смогла проникнуть в обитель тиджанийцев и выйти замуж за их шейха по имени господин Ахмад. А когда он умер, она вышла замуж за его брата господина ‘Али. Вышеупомянутая женщина стала святой для тиджанийцев, и они стали называть ее “супругой двух господ”. Они совершали омовение (таяммум) песком, по которому она проходила, несмотря на то, что она осталась католичкой, сохранив свою старую веру. Франция наградила ее орденом почета, и французское правительство сказало о причинах ее награждения: “Потому что эта госпожа управляла величайшей тиджанийской обителью прекрасным управлением, как желала того Франция. И она приобрела для французов плодородные поля и много пастбищ. И если бы не она, они не вышли бы из рук арабов-алжирцев тиджанийцев. И она предоставила нам войска поклонников тиджанийского тариката и его мюридов, и они сражались ради Франции одним рядом, словно они — сплоченное здание”»[710].

И продолжает Мухаммад Фахр Шакафа, говоря: «Последователи тиджанийского тариката помогали французским войскам различными способами. Они шпионили для них и посылали людей, которые сражались бок о бок с ними. И их шейхи считали это почетной обязанностью и надеялись на награду Аллаха за это».

Сказал шейх Мухаммад Аль-Кябир, автор книги «Ас-саджадату-т-тиджаниййа-ль-кюбра» («Большой тиджанийский ковер») и преемник великого шейха Ахмада ат-Тиджани, основателя этого тариката, в своей речи, произнесенной перед главой французской военной миссии в городе ‘Айн Мады, основном центре тиджанийского суфийского тариката, а было это 28 декабря 1350 г. х.: «Поистине, наша обязанность — помогать возлюбленной наших сердец — Франции — материально, морально и политически. И я говорю это не в качестве одолжения и превознесения, но с надеждой на награду Аллаха и гордостью от исполнения долга. И, поистине, мои деды сделали прекрасное дело, присоединившись к Франции до того, как она достигла наших стран, и до того, как ее благородные войска оккупировали наши земли»[711].

Здесь уместно привести также слова основателя тиджанийского тариката шейха Ахмада: «Поистине, кяфиры, преступники и грешники поступают согласно повелению Аллаха, а вовсе не отходят от Его повеления»[712].

Я говорю: если дело обстоит так, как говорит шейх Ахмад, то нет ничего удивительного в том, что они радовались своему присоединению к Франции, возлюбленной их сердец, радости их душ и сокровищу их сердец. Таков суфизм — он убивает в душах своих последователей элемент сопротивления и борьбы, и воспитывает в них элемент подчинения и раболепства.

Говорит Мухаммад Фихр Шакафа: «Известно, что при оккупации Кайравана Францией один француз принял Ислам и назвал себя Саййид Ахмад аль-Хади. Он усердно изучал Шариат, достиг высокой ступени и был назначен имамом большой мечети в Кайраване. И когда французские войска подошли к городу, его жители приготовились защищать его, и они пришли к этому человеку и попросили его спросить совета в склепе шейха в мечети, во влияние которого они верили. Сайд Ахмад вошел в склеп, затем вышел из него, устрашая их грядущими бедами, и сказал им: “Шейх советует вам сдаться, поскольку захват страны неизбежен”. И простой народ последовал его словам и не стал защищать город Кайраван, а французы спокойно вошли в него 26 октября 1881 года»[713].

Говорит шейх Тантави Джаухари: «Поистине, многие суфии погрязли в роскоши и жили в изобилии. Люди засыпали их деньгами со всех сторон, им приносили плоды и к ним склоняли сердца из-за укрепившихся в душах представлений об их приближенности к Аллаху. И когда они увидели, что Франция окружила мусульман, им не оставалось ничего иного, кроме как передать им бразды правления, чтобы жить в мире и безопасности. И это случилось в наши дни, и об этом упоминали французские газеты перед нападением на Марокко. Мы читали в них открытые заявления о том, что мусульмане подчинены шейхам суфийских тарикатов, и что именно знать и шарифы в этих странах и суфии вручат французам товар, и политикам необходимо осыпать милостями шейхов тарикатов и шарифов, которым принадлежит власть в странах. Они сказали это совершенно открыто следующей фразой: «Все они наслаждаются благополучной жизнью и изобилием под сенью невежества мусульман. И если мы окажем им почет и милость, они будут с нами, и будут участвовать вместе с нами в сборе трофеев — и, прямо сказать, они будут подобны воронам и хищным птицам, которые питаются остатками добычи львов и орлов»[714].

Среди грустных и смешных примеров следования приверженцев суфийских тарикатов за колонизаторами, нечестивыми правителями и тиранами — то, что суфии Египта искали прибежища у Фарука и устремились к нему, подобно рабам, благодаря его за дарованную их шейху одежду. Суфийский шейх встал перед Фаруком и обратился к нему благодарным рабом, сказав по поводу одежды: «Поистине, она, о, господин мой, символ дарованных тебе Аллахом дарований и знак щедрости Всевышнего, пролитой на сердце Фарука, раскрывающий степень чистоты, помещенной в тебе Аллахом так, что очистился твой прекрасный дух. И это почтение суфиев — горящий уголек из твоего пречистого сердца, которое освещает нам дорогу, и ведет нас по Прямому Пути. Твоим светом мы пользуемся, под твоим руководством идем, и из духа твоего возвышенного черпаем вдохновение и руководство. И, поистине, я, имея честь стоять сегодня перед тобой, даю тебе торжественное обещание, что буду искренним и верным твоему Величеству. Да поддержит тебя Аллах, о, господин мой, духом от Него, и да оденет тебя в одежды Славы Его, и да укрепит тебя войском из Его войск, и да поможет тебе Его помощью и да позаботится о тебе Его заботой»[715].

Говорит Мухаммад Фихр Шакафа: «Поистине, распространение суфийских тарикатов в Исламском мире вызывает удивление и изумление. Увеличилось число их последователей, и от их бедствия спасся лишь тот, кого помиловал Господь твой. И, поистине, я изучал большинство из этих тарикатов и не обнаружил среди них ни одного, согласующегося с Кораном и Сунной».

И мне рассказал один мой друг, что однажды на него произвел сильное впечатление вид паломников (т. е. их множество) и ему пришел в голову вопрос: «В чем причина того, что Аллах дал господство кяфирам над мусульманами в большинстве стран мира, притом что Он обрадовал их тем, что они выше всех остальных, и что им принадлежит слава, и что Он никогда не сделает кяфирам пути против них, и что Он обязательно поможет им». И ему пришло в ум задавать этим паломникам, будь то азиаты или африканцы такой вопрос: «Каков твой тарикат?» И большинство из них говорили ему одно из названий этих странных тарикатов.

И он посетил группу министров одного из исламских государств, страдающего от репрессий соседнего кяфирского государства. Он спросил их о названиях тарикатов, имеющихся в их государстве. Они решили, что он — один из поборников и последователей тарикатов и перечислили ему около десяти названий. Когда же он спросил их, какой же из этих тарикатов соответствует пути и религии Мухаммада (Да благословит его Аллах и приветствует!), этот странный вопрос их озадачил. Один из них ответил: «Каждый, принадлежащий к тарикату, — его тарикат есть тарикат Мухаммада (Да благословит его Аллах и приветствует!)». Тогда он сказал им: «Но у Мухаммада был только один тарикат, и его описал Всевышний, сказав:

 

}وَأَنَّ هَـذَا صِرَاطِي مُسْتَقِيمًا فَاتَّبِعُوهُ وَلاَ تَتَّبِعُواْ السُّبُلَ فَتَفَرَّقَ بِكُمْ عَن سَبِيلِهِ{ [الأنعام: 153]

“Таков Мой Прямой Путь. Следуйте по нему и не следуйте другими путями, поскольку они собьют вас с Его Пути” (Сура 6 «Скот», аят 153).

И сказал Пророк (Да благословит его Аллах и приветствует!):

 

«لَقَدْ تَرَكْتُكُمْ عَلَى مِثْلِ الْبَيْضَاءِ لَيْلُهَا وَنَهَارُهَا سَوَاءُ...»

“Я оставил вас на том, ночь и день чего одинаково светлы…”»

И эти министры разгневались и потребовали прекратить разговор на эту тему.

И тогда он вспомнил Слова Всевышнего:

}وَمَا أَصَابَكُم مِّن مُّصِيبَةٍ فَبِمَا كَسَبَتْ أَيْدِيكُمْ{ [الشورى: 30]

«Любое бедствие постигает вас лишь за то, что приобрели ваши руки» (Сура 42 «Совет», аят 30)[716].

Поистине, суфизм есть суфизм, в прошлом и в настоящем, в наших землях и в других, в своем духе, своей сущности и своей цели, с некоторыми отличиями во внешней оболочке. И все виды суфизма едины в том, что питают отвращение к знанию, отвращают людей от участия в Джихаде, превозносят своих шейхов до уровня пророков и даже выше, до уровня божественности. И все они поддерживают кяфиров, а не мусульман, приверженцев Таухида, и разрушают здание Ислама и т. д.

И если мы посмотрим на историю наших стран, мы обнаружим, что у нас суфийские шейхи, а также их последователи, всегда вставали на сторону кяфиров. Вот Хасан-эфенди Кахибский, шейх суфиев Дагестана, о котором они говорят, что он «божественный кутб и господин гаус, познавший Аллаха и приближенный Аллаха без всяких сомнений». Шейх этот жил в начале двадцатого века и был современником имама Наджмуддина Гоцинского. А Наджмуддин — это пятый имам в Дагестане и Чечне, который выступал против Царской России, как выступали до него Гази-Магомед и Имам Шамиль. Он желал освобождения этих земель от ига русской колонизации и установления в них Исламского государства. Хасан-эфенди начал оказывать ему сопротивление, враждебно отнесся к нему, встал на сторону русских. Он стал отвращать людей от Джихада, посеял рознь и разногласия среди мусульман. И за ним последовали обольщенные, которые доверяли ему. Русские же воспользовались им для осуществления своих целей и претворения в жизнь своих планов. Они посылали его для усмирения восставших в деревнях Дагестана, и он вставал среди людей и обращался к ним с речью, настраивая их против Наджмуддина, и сообщал им о том, что Наджмуддин в действительности не имам, а человек, разводящий смуту. Он также сообщал им о некоторых вещах из области Сокровенного и показывал им чудеса под видом чудесных способностей, дарованных Аллахом, а люди верили ему и следовали за ним. И он состоял в дружбе и вел переписку с лидером большевиков Лениным.

В 1922 или 1923 году Хасан-эфенди устроил конференцию, на которую пригласил семьдесят два ученых из числа ученых двух районов, Хунзах и Гидатль. Они обсуждали вопрос Наджмуддина, его имамство и участие в Джихаде с ним. Они составили согласный протокол и подписали его (кроме шести из них, которые отказались). Они пришли к согласному мнению о виновности Наджмуддина, и о том, что нет у него Джихада, и объявили его врагом народа, прокляли его при всех и прочитали ду’а. На той же конференции они подготовили телеграмму, чтобы послать ее своему лидеру Ленину в Москву в Кремль. Написано там было следующее: «Лидеру мирового пролетариата Ленину. Мы огорчены Вашей болезнью и ожидаем Вашего выздоровления. И, поистине, мы верим в Вашу победу и мы с Вами. И вперед на пути победы».

Таков суфийский кутб и гаус, «познавший Аллаха» и познавший Ленина, Хасан-эфенди Кахибский. Он объявил о своей поддержке лидера большевиков-атеистов и кровавого коммунизма, и выразил сожаление по поводу его болезни и надежду на его скорое выздоровление, чтобы идти вперед вместе с ним по пути победы. И объявил о своей враждебности по отношению к имаму, муджахиду и выдающемуся ученому Наджмуддину (Да помилует его Аллах!), который стремился к освобождению мусульманских земель от ига русской колонизации, утверждению Слова Аллаха и созданию в них Исламского государства.

Результатом борьбы между ними стало то, что последователи Ленина задержали при содействии последователей Хасана-эфенди имама Наджмуддина Гоцинского. А затем, спустя некоторое время, после того, как завершили свои дела с Хасаном-эфенди, и решили, что более в нем не нуждаются, они сделали с ним то же, что и с Наджмуддином, отправили его вслед за ним и претворили в жизнь слова Наджмуддина, которые он сказал ему однажды: «Ты не избежишь одного из двух мечей. Либо я настигну тебя и снесу тебе голову, либо они настигнут тебя и снесут тебе голову».

Есть еще одна выдающаяся личность, один из суфийских шейхов, который сыграл ту же роль, что и Хасан-эфенди. Он встал на сторону русских, вступил в их ряды и подавлял Джихад. И его постигла та же участь, что и Хасана-эфенди, и плоха эта участь! Это ‘Али-хаджи Акушинский.

Таковы суфийские кутбы — они всегда являются друзьями безбожников и врагами приверженцев Таухида.

Таково наше недалекое прошлое, и настоящее наше не лучше, и как похожа сегодняшняя ночь на вчерашнюю, как русские говорят: как все похоже одно на другое. Сегодня для суфиев Дагестана — руководимых Саидом-эфенди Чиркейским, его правой рукой Хас-Мухаммадом и его сыном Саййидом Мухаммадом, ушедшим муфтием, — ближайшим человеком из властей Дагестана стал Муху Гимбатович Алиев, коммунист, атеист и кяфир, глава дагестанского парламента. Именно с ним они проводят заседания, с ним строят планы против Ахлю-с-Сунна и плетут заговоры против них, с ним и с другими врагами Ислама — с целью покончить с движением по обновлению Ислама и движением по призыву людей к Таухиду.

Они требуют от властей оружие для борьбы с Ахлю-с-Сунна, и они много раз использовали кафедры правительства, осуществляя с них ожесточенные атаки на тех, кого они называют «ваххабитами». Они опорочили Ахлю-с-Сунна, обвинили их в заблуждении и куфре, навешали на них грандиозные обвинения, натравили на них народные массы и членов правительства, и исказили их образ так, что он стал крайне отвратителен и уродлив в глазах народа, и люди стали бросаться на Ахлю-с-Сунна, как бросаются поглощающие пищу на блюдо.

Сколько сотрудничали они с правительством, запрещая издание книг, журналов и газет, издаваемых Ахлю-с-Сунна, и запрещая владельцам книжных магазинов и книгохранилищ продавать их. Они также призвали людей с помощью телевидения, радио и газет к отвержению их и отказу от их чтения. А правительство Дагестана помогает им во всем этом, и содействует, и дает им зеленый цвет. И сколько раз они вместе с сотрудниками спецслужб, милиции и правительства устраивали рейды по всем концам Дагестана, оценивая положение и предупреждая людей от распространения там «ваххабизма». Люди не знают Аллаха, и не знают Ислама, и не произносят слова свидетельства, и не совершают намаз, и не соблюдают пост. И вместе с тем, первое, от чего их предостерегают — «ваххабизм». И сколько раз призывали они правительство с минбаров мечетей и кафедр к убийству «ваххабитов». И они не ограничились этим, но стали устраивать облавы в местах проживания и работы Ахлю-с-Сунна. Они нагрянули с милицией в центр «Кавказ», принадлежащий Ахлю-с-Сунна, который был зарегистрирован согласно их закону. Они ворвались туда в масках, все перевернули, поломали все приборы и избили в кровь молодых людей, которые брали там уроки арабского языка. Затем забрали все, что там было, в том числе и этих молодых людей, и отвезли в милицейское управление. А молодые люди держали пост (это было днем в Рамадан), и когда они хотели сплюнуть кровь изо рта, их принудили ее проглотить, сказав: «Не оскверняйте нашу землю своей кровью!»

Но они не ограничились и этим. Они проявили инициативу для издания закона или поправки к закону, где говорится о запрещении того, что они называют «ваххабизмом». А «ваххабизм», о котором они разглагольствуют в своем сумасшествии и бешенстве, — не иначе, как призыв к Аллаху, поклонению одному лишь Аллаху, оставлению ширка и нововведений и соблюдению Сунны. В конце концов, они убедили правительство в необходимости этого. Оно пошло им навстречу и издало 27–28 декабря 1997 года закон, удовлетворяющий их потребности и утоляющий их жажду.

Ахлю-с-Сунна, несмотря на это, идут по пути Таухида и призыва к нему, и по пути Джихада. Не вредит им предавший их и противоречащий им, и их не лишат твердой решимости идти вперед те наказания и трудности, которые они встречают на своем пути, ибо они уверены, что путь к Раю сложен и тернист — такова традиция Аллаха.

Такова упорная работа суфиев Дагестана и их деятельность. И чеченский Джихад шел по соседству с ними, но они не участвовали в нем и не сказали даже полслова в поддержку их, и знать не знали своих коллег и братьев чеченцев-суфиев, и не вспоминали о них во время войны. Тогда как Ахлю-с-Сунна Дагестана встали бок о бок с ними и участвовали в их Джихаде своим имуществом и своими душами. Однако когда война закончилась, и российские войска были выдворены с чеченской земли, суфии вернулись к проблеме «ваххабизма» и подняли ее снова. И тут суфии Дагестана и Чечни нашли общий язык и признали друг друга. Между ними начались встречи, но не иначе, как для обсуждения проблемы «ваххабизма» и необходимости организации работы и объединения усилий против «ваххабитов».

В конце концов, военный командир Шамиль Басаев устроил конференцию в Грозном, столице Чечни, на которой присутствовали муфтии Дагестана, Чечни и Ингушетии. Они обсудили тему «ваххабизма» и методы борьбы с ним, упомянули о необходимости противодействия ему и уничтожения его. И при этом ни Шамилю Басаеву, ни чеченскому муфтию Ахмаду Кадырову не пришло в голову спросить муфтиев Дагестана и Ингушетии: «Где вы были во время войны, когда решалась наша судьба?!» И ни муфтий Дагестана, ни муфтий Ингушетии не боялись, что кто-нибудь задаст им подобный вопрос, поскольку оба они знали, что тема войны закрыта и теперь актуальна тема «ваххабизма»[717].

И сегодня, когда чеченский президент Аслан Масхадов сорвал покрывало Ислама со своего лица, и проявил лицемерие в своих словах и делах, и отнесся враждебно к Ахлю-с-Сунна — так что даже приговорил к смертной казни четырех человек по обвинению в том, что они иностранцы, пришедшие с «ваххабитской» религией, чтобы изменить религию его отцов. Это шейх Абу ‘Умар, ‘Абду-р-Рахман (иорданский чеченец), Хамза (иорданский чеченец (Да помилует его Аллах!) и я. Тогда муфтий Чечни суфий Ахмад Кадыров стал первым человеком, поддержавшим Масхадова и вставшим с ним бок о бок. И Масхадов предоставил ему возможность пользоваться всеми правительственными СМИ для проведения акций против Ахлю-с-Сунна и нападок на них. И не проходило дня без того, чтобы Ахмад Кадыров не появлялся на государственном канале TVI, проводя бешеные атаки против исламского джама’ата Таухида, делая его ненавистным для людей и искажая их представления о нем. И каждый раз он повторял фразу: «“Ваххабиты” — последователи Мухаммада ибн ‘Абду-ль-Ваххаба, который сказал, держа палку: “Вот эта моя палка лучше, чем ваш Пророк”». О Аллах, проклятие Твое на том, кто лжет из них![718]

Таковы суфии в их поддержке кяфиров, врагов Ислама.

 

Аль-Джама’а не относятся дружественно к кяфирам и не поддерживают их, будь то отдельный человек или правительство, не проводят с ними заседаний и не плетут вместе с ними заговоры против мусульман, не доносят им на мусульман, даже на суфиев. И их отношение к кяфирам соответствует Словам Всевышнего, так описавшего верующих:

 

}أَذِلَّةٍ عَلَى الْمُؤْمِنِينَ أَعِزَّةٍ عَلَى الْكَافِرِينَ{ [المائدة: 54]

«Они будут смиренны перед верующими и непреклонны перед неверующими» (Сура 5 «Трапеза», аят 54).

И Его Словам:

 

}يَا أَيُّهَا الَّذِينَ آمَنُواْ قَاتِلُواْ الَّذِينَ يَلُونَكُم مِّنَ الْكُفَّارِ وَلِيَجِدُواْ فِيكُمْ غِلْظَةً{ [التوبة: 123]

«О те, которые уверовали! Сражайтесь с неверующими, которые находятся вблизи вас. И пусть они убедятся в вашей суровости» (Сура 9 «Покаяние», аят 123).

И Его Словам:

}يَا أَيُّهَا النَّبِيُّ جَاهِدِ الْكُفَّارَ وَالْمُنَافِقِينَ وَاغْلُظْ عَلَيْهِم{ [التوبة: 73 والتحريم: 9]

«О Пророк! Борись с неверующими и лицемерами и будь суров к ним» (Сура 9 «Покаяние», аят 73; сура 66 «Запрещение», аят 9).

Поэтому вы видите, что все неисламские правительства относятся враждебно к нам, нашему джама’ату и обновленческому движению, которое возникает тут и там в разных уголках земли с нашей помощью и помощью наших братьев. Они называют наше движение «ваххабизмом», «радикализмом», «экстремизмом» или «терроризмом». Но как бы они его не называли, оно остается обновленческим движением, призывающим людей возвратиться к Корану и Сунне и оставить ширк и нововведения. Посланник (Да благословит его Аллах и приветствует!) предвещал его появление, говоря:

 

« إِنَّ اللَّهَ يَبْعَثُ لِهَذِهِ الأُمَّةِ عَلَى رَأْسِ كُلِّ مِائَةِ سَنَةٍ مَنْ يُجَدِّدُ لَهَا دِينَهَا »

«Поистине, Аллах посылает этой Умме каждые сто лет того, кто обновляет для нее дело ее религии»[719]. Даже правительство Саудовской Аравии, которое, по их мнению, считается «ваххабитским» и с земли которой началось движение Таухида в последние века, враждебно относится к нашему движению. Оно бросило ученых нашего призыва в свои тюрьмы, например, Сальмана аль-‘Ауди, Сафара аль-Хавали, Са’ида аль-Кахтани, Насыра аль-‘Умара и других. И да поможет нам Аллах!

Такова Истина, приверженцы Истины, призывающие к Истине и следующие по пути Истины. Чужаки среди своих на собственной земле и в собственном доме. Просим у Тебя Милости Твоей, о Милостивейший из милосердных, и помощи Твоей, о, Господь Миров!


 

Глава 112





Последнее изменение этой страницы: 2016-06-29; просмотров: 104; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 52.23.215.230 (0.016 с.)