ТОП 10:

Хэшан Шарик доставляет хлопоты судье Бао. Ли Эр доносит на волшебника и платится за это жизнью



 

 

Долг человека – хранить чистоту,

в бедности праведно жить,

Грязными средствами, ложным путем

не стремиться богатство добыть.

Точно случится в назначенный срок

начертанное судьбой,

Коль усомниться в этом посмел –

беда случится с тобой.

 

Итак, Вэнь Дяньчжи со служителями ворвался в харчевню и увидел хзшана, спускавшегося вниз по лестнице. Тотчас по его знаку служители бросились на монаха, но стоило тому сделать лишь один жест, как произошло невероятное: хозяин харчевни, его слуги и посетители – все превратились в хэшанов. Превратились в хэшанов и сам Вэнь Дяньчжи, и его подручные. Все остолбенели и только глядели друг на друга, не понимая, кого же надо хватать. Поднялся переполох, вновь пришедшие посетители бросились бежать. Тем временем Вэнь Дяньчжи пришел в себя, протер глаза и увидел, что хозяин харчевни, его слуги и посетители вновь приняли свой естественный облик.

Не теряя времени, Вэнь Дяньчжи разослал людей на поиски хэшана-колдуна, а сам возвратился в ямынь. Как раз в это время правитель области начинал вечерний прием. Вэнь Дяньчжи приветствовал его, и тот спросил:

– Как обстоит дело с поимкой колдуна?

Зная, что правителя области Бао Справедливого обмануть невозможно, Вэнь Дяньчжи доложил все как есть:

– По-вашему приказу я предпринял розыски хэшана Шарика. В это время у стен храма Первого министра известный в столице фокусник Ду Семисвят показывал свой знаменитый фокус: отрубал голову своему сынишке, а затем приращивал ее. Сидевший в харчевне напротив хэшан, желая потешиться над фокусником, похитил душу мальчика, после чего отрубленная голова никак не прирастала к телу. Догадавшись, в чем дело, Ду Семисвят быстро вырастил тыкву-горлянку, разрубил ее мечом пополам, и тут же, в харчевне, у хэшана свалилась с плеч голова. Хэшан как ни в чем не бывало поднял ее и снова поставил на плечи. И в это же мгновение отрубленная голова мальчика вновь приросла к телу. Я сразу догадался, что это и есть колдун, которого надо схватить. Мы бросились в харчевню, увидели хэшана, а тот только сделал жест рукой, и все, кто там находился, превратились точно в таких же хэшанов, как он сам. Даже я и мои помощники! Господин начальник, такого колдуна поймать не просто. Надеюсь, вы что-нибудь придумаете.

– Да, дело серьезное, – согласился Бао Справедливый. – Если позволить такому колдуну безнаказанно орудовать в городе, то слухи об этом дойдут до государя, и с меня первого спросят, как с правителя столичной области.

Он тут же распорядился объявить розыск преступника, о чем и вывесить объявления на всех воротах столицы. Тотчас во все храмы и монастыри был разослан приказ: немедленно схватить хэшана по прозвищу Шарик, где бы он ни появился. За поимку была обещана награда в тысячу связок монет. Укрывшему у себя подозрительного монаха грозила кара. После появления этого приказа в народе пошли разные толки и пересуды…

А теперь расскажем о некоем торговце маслинами по имени Ли Эр, который жил в самом центре восточной столицы. Жил он на постоялом дворе со своей женой, в последнее время хворал и лишь за день до всех событий поднялся с постели. Денег, чтобы возвратиться домой, у него не было. Ли Эр попробовал было занять у знакомых, но ничего не получилось, и на постоялый двор он вернулся расстроенным.

– Ну как, удалось занять денег? – спросила жена.

– Не удалось, – сказал муж. – На улицах переполох, никто ничем не торгует. Только и разговоров что о каком-то хэшане, у которого в харчевне с плеч свалилась голова, а он ее снова взял да поставил на место. Хотели его схватить, так он всех людей превратил в таких же хэшанов, как он сам. Сегодня кайфынский правитель издал приказ изловить монаха, который незадолго до этого обманул начальника военной палаты Вана; за поимку обещана награда в тысячу связок монет.

– Это правда? – усомнилась было жена.

– Да я сам только что читал приказ! – сказал Ли Эр.

– Эх, муж! – воскликнула жена. – У нас нет денег, а ты упускаешь тысячу связок монет!

– Глупости говоришь! – рассердился Ли Эр. – С властями не шутят!

– Ручаюсь, ты мог просить награду! – сказала жена.

– Как так?

– Очень просто. Этого хэшана незачем искать за десять тысяч ли, – он рядом!

– Где?..

– Тут, за стеной, у наших соседей.

– Ты сама его видела?

– Ну да! – отвечала жена. – Он живет здесь уже три месяца! Поначалу мне показалось странным, что он никогда не выходит за подаянием и сутры не читает, а спит себе чуть ли не до обеда, а потом куда-то уходит и лишь к вечеру возвращается пьяный. С полмесяца назад у меня разболелся живот, и я пошла по нужде. Иду мимо соседнего дома и вижу – свет в окне. Дело было утром, и я подумала: чего это лампа горит, когда уже светло? Дай, думаю, загляну в щелочку в стене. Заглянула и вижу: хэшан сидит на постели, а все его тело охвачено огнем. Потом он вдруг тряхнул головой, и она взлетела к самому потолку. Я перепугалась и побежала обратно в дом. Этот хэшан, несомненно, колдун, которого ищут.

– А ты правду говоришь? – все еще не верил Ли Эр.

– Зачем мне врать?!

– Ладно, только ты пока об этом помалкивай, – строго наказал Ли Эр жене, а сам направился в сыскное ведомство.

Однако войти туда сразу он не осмелился и стал прохаживаться у ворот. Его заметил один из служителей и окликнул:

– Ты чего здесь прохлаждаешься? Или дело есть?

– Да вот хотел переговорить с инспектором по весьма секретному делу, – отвечал Ли Эр.

– Подожди пока здесь, а я доложу, – приказал служитель и удалился.

В это время в приемном зале как раз дежурил Вэнь Дяньчжи, и служитель доложил ему:

– Господин инспектор, пришел торговец маслинами Ли Эр, хочет переговорить с вами по весьма секретному делу.

– Зови его, – распорядился Вэнь Дяньчжи.

Ли Эра ввели в зал. Вэнь Дяньчжи не стал стращать его, как это делают некоторые чиновники, а любезно спросил:

– Брат Ли, что ты хотел мне сообщить?

– Докладываю господину инспектору, – начал Ли Эр. – Вчера вечером я прочитал объявление, в котором обещана награда в тысячу связок монет за поимку хэшана-колдуна. Рассказал об этом жене, а она говорит, что на нашем постоялом дворе, в соседнем с нами доме, живет именно тот колдун, которого ищут.

Вэнь Дяньчжи внимательно выслушал, однако поспешных решений принимать не стал и лишь с улыбкой сказал:

– Брат Ли, дело это серьезное, его надо тщательно проверить. У тебя есть доказательства, что этот хэшан действительно колдун?

Ли Эр слово в слово передал ему рассказ жены.

– Все это хорошо, но одни лишь слова не могут служить доказательством, – сказал Вэнь Дяньчжи. – Возьми-ка бумагу и напиши все, что ты мне рассказал.

Ли Эр вышел, попросил одного из служителей набросать черновик его показаний, затем собственноручно переписал и передал инспектору.

– Сейчас этот хэшан дома? – спросил Вэнь Дяньчжи.

– Обычно к обеду он уходит, а возвращается в сумерки, – отвечал Ли Эр.

– Ты пока оставайся здесь, – сказал Вэнь Дяньчжи. – А чтобы тебе не было скучно, я велю купить тебе вина…

Когда Ли Эру принесли вино, Вэнь Дяньчжи приказал служителям присматривать за ним, а сам вместе с помощниками отправился в чайную, находившуюся рядом с постоялым двором, и, устроившись у окна, стал дожидаться появления хэшана…

С наступлением сумерек хэшан действительно появился; он был пьян и шел пошатываясь. По знаку Вэнь Дяньчжи служители набросились на него, скрутили веревками и поволокли в сыскное ведомство.

– Дело сделано! – радостно потирал руки Вэнь Дяньчжи. – Господин Бао Чжэн будет доволен!

Он отправился прямо в ямынь и доложил правителю области:

– Колдун схвачен и доставлен в сыскное ведомство. Однако сейчас он пьян и добиться от него ничего невозможно. О чем докладываю и жду дальнейших распоряжений.

Бао Чжэн приказал хорошенько стеречь пойманного, а утром доставить его в ямынь.

Ну, а теперь вернемся к хэшану. К полуночи, когда прошел хмель, он открыл глаза, увидел при ярком свете ламп стоявших по обе стороны от него служителей и с недоумением спросил:

– Где это я?

– В сыскной управе, – отвечали ему.

– В чем я провинился, что меня сюда притащили?

Служители знали, что перед ними колдун и волшебник, и, боясь навлечь на себя его гнев, молчали. Но один из них, человек почтенного возраста, все же осмелился заговорить:

– Почтенный хэшан, не сердись! Такая у нас служба – кого прикажут, того и хватаем. Если ты сейчас уйдешь, мы за тебя будем в ответе. А нам надо кормить детей да престарелых родителей! Донес же на тебя торговец фруктами Ли Эр, что живет с тобой рядом на постоялом дворе. Он рассказал, будто ты не собираешь подаяние, никогда не читаешь сутр, лишь каждый день приходишь домой пьяным. Вот нам и велели тебя схватить.

– Я гость высокого сановника, он меня поит и кормит! – возмутился хэшан, – Кто вам позволил меня трогать?

– Уж вы простите, почтенный хэшан, но придется подождать до утра, – сказали ему. – А там вы все объясните правителю округа.

Во время пятой стражи Вэнь Дяньчжи приказал доставить хэшана во двор Кайфынаского ямыня. Как только правитель области поднялся в зал и занял свое место, Вэнь Дяньчжи вышел вперед, приветствовал его и велел ввести хэшана.

Бао Чжэн прочитал показания Ли Эра, поглядел на хэшана и сердито сказал:

– Ты, мерзавец, ушел в монахи, но вместо того чтобы достойно блюсти свой долг, выманиваешь у людей деньги!..

Он велел тюремным надзирателям надеть на хэшана самую большую каигу, а двум дюжим служителям приказал:

– Дайте этому колдуну для начала сто батогов, а уж потом я его допрошу.

Служители тотчас набросились на хэшана, повалили его, и в воздухе замелькали батоги. Однако не успели они сделать и нескольких ударов, как в зале поднялся шум и крики.

– Тише! – прикрикнул распорядитель.

Когда водворилась тишина, Бао Чжэн увидел, что на полу лежит канга, из отверстия торчит опутанная веревками метла, а хэшан исчез.

– Откуда здесь метла? – удивился он, – Я же сам видел, как на монаха надевали кангу!

Между тем снова послышался шум, но уже снаружи.

– Что там случилось? – с беспокойством спросил Бао Чжэн,

В зал вбежал привратник и доложил:

– Господин, какой-то монах у ворот хлопает в ладоши и громко потешается: «Ну и правитель Бао, с простым монахом не может управиться!»

– Вот наглец! – рассердился Бао Чжэн. – Хватайте его! Кто схватит, получит тысячу связок монет в награду!

Служители толпой бросились за ворота. При виде стражников хэшан вразвалку вышел на середину улицы и неторопливо зашагал прочь. Служители бросились за ним, однако догнать не смогли. Наконец они выбились из сил и остановились, хотя хэшан был от них на расстоянии каких-нибудь десяти шагов.

Немного отдышавшись, люди продолжили погоню. Когда же добрались до храма Первого министра, хэшан скрылся за его воротами.

– Сам полез в ловушку! – ликовал Вэнь Дяньчжи, – Теперь ему от нас не уйти!

Приказав служителям окружить храм и следить за всеми выходами, Вэнь Дяньчжи с помощниками устремился к галерее возле зала Будды. Но тут навстречу им вышел настоятель храма и обратился к Вэнь Дяньчжи с такими словами:

– Господин начальник! Этот храм – священное место, здесь воскуривает благовония сам государь! Вы же врываетесь сюда с целой толпой вооруженных людей, да еще поднимаете шум!..

– Я получил повеление схватить колдуна, который прячется в вашем храме, – сказал ему Вэнь Дяньчжи. – Если вы человек умный, то не станете его укрывать, а свяжете и выдадите нам.

– В моем храме больше ста монахов, и у каждого из них есть «ставленная грамота»[155], – сказал настоятель. – Правда, на праздники приходят и чужие, но у нас есть распорядитель, который строго следит, чтобы никто из посторонних в храме не ночевал. Раз вы утверждаете, что монах-колдун находится у нас в храме, вы, несомненно, его знаете. Почему же вы не схватили его сами, а требуете, чтобы я это сделал?

– Этот монах выманил у начальника военной палаты Вана три тысячи связок монет и учинил беспорядки в стране – люди потеряли покой! – строго сказал Вэнь Дяньчжи. – Если вы его не выдадите, я пожалуюсь правителю области, и вам придется отвечать.

Испуганный настоятель засуетился:

– Господин начальник! Все монахи нашего храма люди известные, среди них нет ни колдунов, ни волшебников. Если хотите, я их созову, а вы проверите каждого в отдельности.

– Пожалуй, так будет лучше, – согласился Вэнь Дяньчжи.

Настоятель ударами в колокол созвал монашескую братию. Вэнь Дяньчжи и его помощники оглядели всех по очереди, но хэшана-колдуна среди них не оказалось.

– Почтенный отец настоятель, я же сам видел, как он только что входил в храм, – сказал Вэнь Дяньчжи. – Куда же он мог деваться? Позвольте все же обыскать храм.

– Ищите, я покажу все, что пожелаете, – согласился настоятель.

Вэнь Дяньчжи и его люди обыскали каждый уголок храма, начиная с келий и кончая кладовыми, но колдуна не нашли, и вернулись в зал Святого. Здесь Вэнь Дяньчжи увидел статую Ночжи[156]с тремя головами и шестью руками и обратился к настоятелю:

– В храме нет статуи самого Будды, но почему-то есть статуя Ночжи!..

– Дело в том, что Ночжа является как бы олицетворением добра и зла и своими добрыми и дурными деяниями помогает вразумлять людей, – пояснил настоятель.

Так как в зале было пусто, все направились к выходу, но тут услышали голос:

– Вэнь Дяньчжи! Правитель Бао велел тебе схватить меня! Почему не хватаешь?

Вэнь Дяньчжи обернулся – казалось, говорила сама статуя Ночжи. Люди приблизились к статуе – она была высотой почти в полторы сажени, рот одной из ее трех голов с четырьмя окровавленными клыками то и дело открывался:

– Вэнь Дяньчжи! Иди же сюда, хватай меня!

– Наваждение! Нечистая сила! – испуганно забормотали настоятель и стражники.

Но что могли они поделать с огромным глиняным истуканом?!

А Ночжа тем временем продолжал выкрикивать:

– Вэнь Дяньчжи, почему не велишь людям хватать меня?

– Может, это глиняный Ночжа ожил и вздумал морочить нас? – переговаривались стражники. – Надо доложить правителю области, пусть велит разбить статую, чтобы избавить народ от наваждений…

– Нет, нет! Так не годится! – испугался настоятель, – Разве статуя может говорить? Это, видно, проделки колдуна! Если вы разобьете статую, новую будет сделать нелегко…

– Статую надо уничтожить, – решительно заявил Вэнь Дяньчжи. – Не то колдун опять может воспользоваться ею и натворить бед.

Среди храмовых монахов находился один добродетельный хэшан. Не вытерпев подобных разговоров, он почтительно сложил руки и обратился к Будде:

– Хранитель трех сокровищ[157], изгони колдуна, не дай погибнуть священной статуе!..

Едва он произнес эту молитву, как со двора храма послышались хлопанье в ладоши и раскатистый смех:

– Я здесь, начальник! Зачем тратишь силы понапрасну? Хватай!

Перед входом в зал стоял хэшан. Когда люди бросились к нему, чтобы схватить, он стал медленно удаляться. Шел он посреди улицы, ни на кого не обращая внимания. А вокруг творилось нечто невообразимое: отовсюду сбегались любопытные, торговцы прекратили торговлю, все шумели, кричали.

Миновав городские ворота, хэшан взошел на мост, переброшенный через реку Бяньхэ[158], и обернулся к толпе:

– Зря вы преследуете меня! Я сам уйду!

С этими словами он спрыгнул с моста и скрылся под водой.

– Никак, утопился! – облегченно вздохнули стражники. – Хоть нам теперь хлопот будет поменьше!..

Вэнь Дяньчжи не оставалось ничего иного, как доложить обо всем случившемся правителю области. Бао Чжэн выслушал его и сказал:

– Этот мерзавец изрядно докучал мне, а справиться я с ним не мог! Хорошо, если он действительно утопился…

Не успел он произнести эти слова, как услышал жалобы какой-то женщины, стоявшей на крыльце.

– Кто тебя обидел? – спросил правитель.

– Господин начальник, мой муж Ли Эр донес на монаха-колдуна, а его самого за это схватили и посадили в тюрьму! – запричитала женщина. – Не надо мне никаких наград, только прикажите, господин, его отпустить.

– Ли Эр поступил правильно и заслуживает вознаграждения, – обратился к помощникам Бао Чжэн, – Почему же его посадили в тюрьму?

– В тюрьму его не сажали, наоборот, весь день кормили и угощали вином! – доложил Вэнь Днньчжи. – Сейчас он находится в сыскном приказе и ждет ваших повелений.

Бао Чжэн приказал вызвать Ли Эра и сказал ему:

– Я обещал тому, кто укажет местонахождение колдуна, тысячу связок монет в награду. Вот, возьми их!..

Сразу разбогатев, Ли Эр с женой вернулись на постоялый двор…

Уж так ведется издревле, что нет денег у человека – и никому до него дела нет, а появятся деньги – тут же начинают докучать всякие просители…

Ли Эр с женой сняли неподалеку от храма Первого министра дом и поставили у ворот фруктовую лавку. Теперь они богато одевались, всегда были сыты.

Как-то раз зимой Ли Эр разжег жаровню, чтобы подогреть вино. Только они с женой собрались выпить, как снаружи их кто-то окликнул:

– Брат Ли Эр, не продашь ли немного фруктов?..

Увидев в дверях хэшана-колдуна, супруги остолбенели от испуга. А хэшан между тем продолжал:

– Брат Ли Эр, подумай, смог бы ты так разбогатеть, если бы не я? Вот я и пришел попросить у тебя подаяния.

Будь хоть один из супругов разумным, он встретил бы хэшана с поклоном и угостил. И не обеднел бы от этого. Но случилось по-другому. Вместо того чтобы любезно приветствовать хэшана, они обрушились на него с бранью:

– А ну, проваливай отсюда, гнусный колдун, не то стражников позовем!..

– Стражники не могут меня схватить, не то давно уже схватили бы, – спокойно отвечал хэшаи. – А тебе, если бы не я, не видать бы ни тысячи связок монет, ни лавки. Но вместо благодарности ты грозишься позвать стражников! Ну и дурак же ты! Вот тебе за это!..

Хэшан поднял палец и воскликнул: «Живо!» И тотчас жаровня с раскаленными углями взлетела и опрокинулась на Ли Эра. Тот завопил и повалился на пол. Жена бросилась на помощь мужу, подняла его и увидела, что лицо Ли Эра сплошь покрыто волдырями. А хэшан тем временем исчез…

Ли Эр страдал от боли. Жена пригласила лекаря. Тот приложил к ожогам лекарство, но от этого боль лишь усилилась. Так он мучился три дня, и жена не знала, что делать.

На четвертый день у ворот их дома появился даос в желтом халате и в синей головной повязке.

– Подайте милостыню! – попросил он.

– Не вовремя ты пришел! – сказала жена Ли Эра. – В другое время я дала бы тебе две-три монетки, а сейчас не до тебя – муж тяжело болен.

– Что же с ним случилось? – спросил даос.

– Ах, наставник! – вздохнула женщина. – Какой-то хэшан-колдун обжег ему лицо. Три дня уже, как мучается, боюсь, как бы не помер.

– Может, я смогу помочь? У меня есть лекарство от ожогов. Я многих людей спас.

– Помогите, если можете, – я щедро вас отблагодарю.

– Ну что ж, приведите вашего мужа и принесите немного воды.

Жена привела Ли Эра и подала даосу воду. Даос вынул мешочек с лекарствами, всыпал в воду какое-то снадобье, размешал, обмакнул в него гусиное перо и помазал им больные места.

– Чудо зелье! – воскликнул обрадованный Ли Эр. – Боль как рукой сняло!

– Ну, это еще не чудо! – сказал даос. – Вот что вы скажете, если у вас сразу заживут раны и отпадут струпья?!

– Я вас отблагодарю, наставник! – пообещал Ли Эр.

– Вас поразил дух жара, – продолжал даос. – Выйдите во двор, подставьте лицо холодному ветру, и ваши раны заживут.

Ли Эр вышел во двор. Даос подал ему скамеечку и велел сесть.

– А теперь говорите: «Раны, заживите, болячки, отпадите!»

Ли Эр повторил слова даоса. В то же мгновенье скамейка взвилась в воздух, опустилась на самую верхушку флагштока в храме Первого министра и словно приросла к нему. Прохожие на улице все это видели и подняли шум. Жена Ли Эра переполошилась:

– Наставник, беда! Как же он оттуда спустится?

– Не беспокойся, – отвечал даос. – Не беспокойся, я все сделаю, а пока узнай, кто я такой…

С этими словами даос сбросил с себя желтый халат и синюю головную повязку, и жена Ли Эра пришла в ужас – перед нею стоял хэшан-колдун.

– Твой муж был настолько глуп, что хотел меня погубить, – сказал он женщине, – Однако сделать это невозможно. Вот я и хочу, чтобы он посидел немного там и натерпелся страху.

На улице между тем собралась толпа, в которой были и служители ямыня. Задрав головы, они переговаривались между собой:

– Только недавно в ямыне выдали тысячу связок монет за поимку хэшана-колдуна, а он, оказывается, опять творит чудеса!..

Вместе с местным квартальным старостой они бросились на хэшана, но тот юркнул в толпу и, как всегда, пропал.

Ли Эр тем временем продолжал сидеть на верхушке флагштока, не зная, как спуститься вниз, а люди внизу суетились, не зная, чем ему помочь. Взбудоражился весь город. Люди только ахали:

– Ну и монах! Натворил дел!

О случившемся доложили Бао Чжэну, и тот в паланкине прибыл в храм Первого министра. Не в силах помочь Ли Эру, он решил расспросить его жену:

– Ну-ка, расскажи, как там оказался твой муж?

Жена Ли Эра все ему подробно рассказала…

– Совсем обнаглел колдун! – возмутился Бао Чжэн. – Если его не изловить, бед не оберемся!

Не успел он договорить, как из храма вышел хэшан и, поклонившись, громко сказал:

– Если позволите, господин, я опущу этого человека на землю.

– Сделайте это, наставник, и вы получите вознаграждение, – ответил ему Бао Чжэн.

Хэшан подошел к флагштоку, легко взобрался на его верхушку, обхватил руками Ли Эра и крикнул:

– Бао Чжэн! Ты честный и справедливый человек, я не хотел тебе досаждать. Да, я выманил у начальника военной палаты Вана три тысячи связок монет! Но какое тебе до этого дело и зачем ты приказал меня схватить? Но мстить тебе я не намерен, пусть лучше за тебя поплатится Ли Эр…

С этими словами хэшан разжал руки, и Ли Эр полетел вниз. Все закричали. А когда подбежали к Ли Эру, то увидели…

Поистине:

 

Тело подобно ущербной луне,

что в предутреннем небе угасла,

Жизнь подобна мерцающей лампе,

в которой кончается масло.

 

Если хотите знать о дальнейшей судьбе Ли Эра, прочтите следующую главу.

 

Глава тридцать первая.

Ху Юнъэр продает глиняные свечи. Ван Цзэ[159]встречается со Святой тетушкой

 

 

Колдовство легко проникает в души

и омрачает народ,

Однако считают, что сила волшебная

мудрость святых превзойдет.

Юнъэр из глины лепила свечи

способом колдовским,

И они светили, как настоящие,

целую ночь напролет.

 

Итак, Ли Эру и за тысячу связок монет не надо было доносить на хэшана. Но раз уж он это сделал, получил наградные и открыл торговлю фруктами, то ему следовало отплатить добром за добро – почтительно встретить и угостить хэшана, когда тот пришел просить подаяние. А он вместо этого обрушился на своего благодетеля с бранью, рассердил его, хэшан же в отместку его погубил.

Когда Бао Чжэн подошел к упавшему, он увидел, что голова его от сильного удара ушла в плечи, а сам он мертв…

Мы не будем рассказывать о том, как горевала жена Ли Эра и как соседи помогли ей устроить похороны, а расскажем о хэшане, который все еще продолжал сидеть на верхушке флагштока. Внизу шумела толпа, людей нельзя было никак успокоить. Бао Чжэн тем временем все думал, как же схватить хэшана. Послать за дровосеком, чтобы они срубили флагшток? Бесполезно: отлитый из меди флагшток топором не срубишь…

А хэшан между тем насмехался над Бао Чжэном. Тот сердился, но ничего поделать не мог. И вдруг его осенило – он распорядился вызвать из военного лагеря сотню лучников и поразить хэшана стрелами.

Среди лучников были меткие стрелки, их стрелы пролетали совсем рядом с хэшаном, но тот прикрывался рукавом рясы. Бао Чжэн совсем было растерялся, но тут к нему обратился Жань Гуй.

– Я придумал, как изловить колдуна.

– Как? – спросил Бао Чжэн.

– Поскольку этот хэшан – колдун, в него надо пускать стрелы, смоченные в смеси из собачьей и бараньей крови, конской мочи и чеснока, – сказал он. – Только тогда его чары утратят силу.

По приказу Бао Чжэна все необходимое было тотчас же приготовлено. По сигналу все лучники разом выстрелили. Толпа ахнула – хэшан вместе со скамейкой летел вниз…

– Если монах не убьется, так уж наверняка искалечится, – говорили люди.

Надо сказать, что у западной стены зала Святого Будды находилось отхожее место, и, падая, хэшан угодил прямо в яму с нечистотами. Служители из ямыня тотчас вытащили его оттуда и, окатив с ног до головы собачьей и бараньей кровью, связали и поволокли в ямынь.

Бао Чжэн поднялся в зал и велел привести хэшана.

– Мерзкий колдун, – сказал он ему, – как ты посмел творить безобразие в храме, куда сам государь приезжает воскуривать благовония?! И все же ты попался мне в руки! Ну что теперь скажешь?

Он приказал надеть на хэшана самую тяжелую кангу, отправить в следственный приказ и допросить, нет ли у колдуна сообщников, а сам удалился отдыхать.

Связанный хэшан наконец утратил свое колдовское искусство и теперь был безопасен. Как только его доставили в следственный приказ, чиновник сразу начал допрос.

– Правитель области повелел мне выяснить, кто ты такой и есть ли у тебя сообщники. Отвечай!

Чтобы еще сильнее застращать монаха, он велел зажать его ноги в колодки и бить по ним палками. Служители дали хэшану триста палок, однако тот ни разу не вскрикнул и не пошевелился. Когда же изумленный следователь внимательно пригляделся, то увидел, что хэшан крепко спит и похрапывает.

– Чудеса! – подивился чиновник и велел отправить хэшана в тюрьму, а как только проснется, снова привести на допрос.

В этот день хэшана пытали трижды, однако он так и не произнес ни слова. Когда его начинали бить, он сразу засыпал. Судейский чиновник доложил Бао Чжэну:

– По вашему повелению я допросил колдуна, но он молчит, а во время пыток спит. Если держать его в тюрьме и дальше, боюсь, как бы не случилось беды. Жду ваших распоряжений.

– Таких колдунов нельзя оставлять в живых! – сказал Бао Чжэн и распорядился вывести хэшана на базарную площадь и обезглавить.

Жители столицы и ее окрестностей, услышав о предстоящей казни, бросились на площадь, даже торговцы прекратили торговлю. Народу собралось великое множество…

Когда стражники вели хэшана к месту казни, неподалеку от базарной площади он вдруг остановился.

– Ты что встал? – прикрикнул на него палач. – Иди!

Не слушая его, хэшан обратился к толпе:

– Почтенные люди, лишь за то, что я посмел потревожить правителя области, меня хотят лишить жизни! Здесь поблизости есть винная лавка, прошу вас, исполните мою последнюю просьбу, принесите чашечку вина!

Ничего не подозревая, палач разрешил. Вино принесли, и хэшан одним глотком осушил полную чашу. После этого процессия продолжила путь. Но только вступили на площадь, где должна была совершиться казнь, как хэшан вдруг остановился и прыснул в воздух вином, которое он держал во рту. Тотчас же с ясного неба хлынул ливень, поднялся ветер, и площадь погрузилась в непроглядную тьму, а на головы людям посыпались камни и обломки черепицы. Все стали в панике разбегаться…

Когда утих ветер и рассеялась тьма, тюремщики протерли глаза и увидели, что хэшан исчез. Бросились искать, но где там!.. Поистине, если рыба сорвалась с крючка, не надейся поймать ее снова!

Тюремные служители, начиная от начальника и кончая простым стражником, переполошились. Они боялись, что правитель их сурово накажет, но Бао Чжэн, прекрасно знавший о необыкновенных способностях колдуна, ни с кого не стал взыскивать. Он лишь представил доклад ко двору, испрашивая разрешения на особые меры, дабы предотвратить появление новых колдунов и могущих возникнуть в связи с этим беспорядков. За сим последовал высочайший указ, предписывающий выявлять колдунов на всех дорогах, по всем деревням и городам и беспощадно уничтожать. Указ этот пришел и в Бэйчжоу и был вывешен перед окружным ямынем.

Место перед ямынем оживленное, здесь всегда толпятся люди. А в день, о котором пойдет речь, в толпе как раз оказалась молодая женщина в белом траурном платье[160]с бамбуковой корзинкой в руке. Не отличайся она красотой, на нее вряд ли обратили бы внимание, но в том-то и дело, что она была настоящей красавицей и не могла остаться незамеченной. Вскоре к ней привязался молодой бездельник:

– Что это ты здесь прогуливаешься, сестрица?

– Не стану тебя обманывать, брат, но у меня недавно умер муж, а жить не на что, – отвечала красавица. – Вот и хочу кое-что продать из того, что умею делать, чтобы заработать на пропитание.

– Что же ты умеешь делать?

– Если хочешь, могу показать. Только для этого мне нужно немного свободного моста.

– Сейчас найдем, – сказал он и отвел ее в сторонку.

Женщина села на землю, поджав под себя ноги. Вокруг тотчас же собрались любопытные. Некоторые недоумевали:

– Что она собирается делать?

Между тем молодая женщина вытащила из корзинки чашку и, окинув взглядом собравшихся, сказала:

– Почтенные люди, женщина я не продажная, гадать и лечить тоже не умею. У меня умер муж, жить стало не на что – вот и приходится самой зарабатывать на прожитье. Может, кто-нибудь из вас принесет мне чашку воды?

– Сейчас принесу! – откликнулся из толпы молодой человек.

– Зачем ей вода? – удивлялись люди.

А женщина тем временем вынула из корзины нож.

– Ну, сейчас начнет показывать фокусы! – переговаривались собравшиеся.

Выкопав в земле небольшую ямку, женщина достала из нее комок глины, сбрызнула водой и размяла. Потом взяла бамбуковую трубочку и выдавила через нее размятую глину, а получившийся стержень, похожий на свечу, положила на землю рядом с собой. Таким же образом она сделала десять стержней.

Глядя на нее, люди подталкивали друг друга и посмеивались:

– Дурачит нас! Ничего интересного, зря только пришли. Подумаешь! Вылепила из глины несколько свечей – а к чему они?

Некоторые возражали:

– Погодите, посмотрим, что дальше будет.

Закончив работу, женщина вымыла руки оставшейся в чашке водой, вытерла их насухо и обратилась к толпе:

– Почтенные люди, я не торговка, я только хочу заработать на пропитание, и поэтому много не прошу – всего три монеты за свечу! Зато эта свеча будет гореть с вечера до самого утра!

– Насмехается над нами! – недоверчиво покачивали головами люди. – Где это видано, чтобы свечи из сырой глины горели?!

Так как покупателей не находилось, женщина сказала:

– Какие же вы все недоверчивые! Неужто я из-за трех монет стала бы вас обманывать? Принесите огня и смотрите!

Кто-то сбегал в чайную и принес горящий факел. Женщина вынула из корзинки серную спичку, зажгла ее, а от спички зажгла головку глиняной свечи.

– Великолепный фокус! – восторженно закричали зрители. – Сырая свеча, и горит! И стоит всего три монеты!..

Люди бросились нарасхват покупать свечи. Распродав все, что у нее было, женщина убрала в корзинку нож и чашку и ушла.

На следующий день она явилась снова. И опять собралась толпа.

– Вчера я немного заработала, – обратилась она к людям. – Но этих денег хватило только на один день. Не поможете ли еще?

– Поможем, поможем! – зашумели люди. – Твои свечи замечательные – целую ночь горят, дешево стоят и светят ярче масляной лампы!

Женщина снова попросила воды, вылепила десять свечей и быстро распродала их.

Так повторялось несколько дней подряд. Взбудоражилась вся округа, люди только и говорили:

– Какая-то женщина перед окружным ямынем торгует глиняными свечами. Удивительные свечи! Легко зажигаются и ярко горят!

В один из дней, когда женщина, как обычно, делала свечи, из ямыня вышел молодой человек по имени Ван Цзэ, служивший начальником ряда в охране правителя округа. Был он высок ростом, строен, с белым лицом и густыми бровями.

Однажды гадатель предсказал его отцу – известному и округе богачу – рождение знатных потомков, если он приобретет счастливый участок земли. Этот счастливый участок, на который указал гадатель, принадлежал соседу, и находилось на нем семейное кладбище. Сосед был беден, и богач Ван не очень с ним считался. К тому же некогда сосед взял у него в долг деньги, однако вернуть вовремя не смог. И вот теперь, когда благодаря процентам долг вырос вдвое, Ван потребовал вернуть все деньги сполна. Сделать это сосед был не в состоянии – пришлось уступить участок, облюбованный богачом. Богач Ван уничтожил семейное кладбище соседа, а на его месте захоронил останки своих родителей. Вслед за тем его жена, госпожа Лю, родила подряд восьмерых детей: одну дочь и семерых сыновей. Ван Цзэ как раз был ее пятым ребенком. В ночь накануне его рождения богачу Вану приснился сон, будто в его доме остановилась танская государыня У Цзэтянь и сказала: «У вас должен родиться выдающийся сын, который станет основателем династии и прославит ваш род». А на следующее утро ему доложили, что у жены действительно родился сын. Вспомнив о вещем сне, богач дал ему в честь танской государыни имя Цзэ.

Мальчик оказался умным и одаренным, к пяти годам уже выучился читать. Однажды дед по материнской линии приехал поглядеть на своих внуков. Мальчики ему очень понравились, но больше других поразил его пятый внук. Старик не удержался от восклицания:

– Еще мал, а умом превосходит взрослых!..

На что мальчик, точно вторя ему, отвечал:

– А станет взрослым, мир содрогнется перед его могуществом!

Дед похвалил внука за умный ответ и снова сказал:

– Достойных сыновей родила мать: если сейчас они подобны тиграм, то повзрослев – станут подобны драконам.

– Когда воин-дракон побеждает в бою, он становится государем[161], – отвечал на это Ван Цзэ. – А постигнет его неудача – объявят злодеем.

Ответ внука еще больше поразил деда, и он сказал своему зятю:

– Мальчик необыкновенный, однако счастья и покоя семье он не принесет. Когда подрастет, не позволяй ему учиться военному делу!

А вот другой примечательный случай. Однажды Ван Цзэ гулял с нянькой по улице. Им повстречался гадатель. Он внимательно поглядел на мальчика и покачал головой:

– Судя по его сложению, он в ближайшие тридцать лет совершит много необыкновенного. Но и наказание за это последует жестокое: он лишится всех своих близких и наследственного имущества. Правда, потом он все же обретет счастье, но вот каково оно будет, пока предсказать невозможно…

Перепуганная нянька поспешила домой и передала богачу Вану слова гадателя. Тот послал за гадателем, желая расспросить его поподробнее, однако его нигде не нашли…

Прошло два года. Богач Ван неожиданно заболел и умер. Вскоре на людей напал мор и унес одного за другим всех шестерых братьев Ван Цзэ. Мать занемогла от горя и умерла. Дед умер еще раньше, и Ван Цзэ остался круглым сиротой. Присматривать за ним стало некому, и он всецело предался удовольствиям. Начал увлекаться петушиными боями и конными скачками, приглашать учителей и биться с ними на копьях и дубинках. Особенно хотелось ему постигнуть искусство магии. Однако учителя, попадавшиеся ему, оказывались мошенниками, свои секреты не передавали, а только выманивали деньги… И, наконец, женщины!.. Женщины нравились Ван Цзэ с малых лет. Бывало, встретит красивую девчонку и все готов отдать, лишь бы погладить ее ручку! О женщинах легкого поведения и говорить нечего – тех он просто покупал!

Не прошло и десяти лет, как от наследства ничего не осталось. Пришлось искать средства на пропитание. И вскоре, благодаря незаурядным способностям, ему удалось устроиться начальником ряда в охране при окружном ямыне. Ван Цзэ снял себе неподалеку от ямыня домик и стал жить в нем. Женился было, но жена оказалась бесплодной, и он ее выгнал. Хотел снова жениться, но никто не соглашался отдавать за него дочь…







Последнее изменение этой страницы: 2016-04-08; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 18.205.60.226 (0.047 с.)