Историческое развитие и современное понимание геополитики



Существенный вклад в развитие тео­рии международных отношений вне­сли авторы геополитических теорий, которые предложили целый круг идей, раскрывающих зависимость внешней политики государств от факторов, позволяющих им конт­ролировать определенные географические пространства.В истории политической мысли идеи о влиянии географической среды на общество развивались еще Гиппократом, Аристотелем, Платоном. Французские мыслители Ж. Боден (XVI в.) и Ш. Монтескье (XVIII в.) многие свои работы посвятили анализу влияния климата на политическое поведение людей, укрепив тем самым эту исследовательскую тенденцию. Однако как самостоятель­ное направление в теории международных отношений геополитика сложилась лишь в конце XIX – начале XX столетия. В 1900 г. шведс­кий ученый Р. Челлен (1864-1922), попытавшийся рассмотреть госу­дарство в качестве особого географического организма, сформули­ровал и сам термин «геополитика», характеризовавший одно из на­правлений его политических действий. Однако от всей его теории, обозначившей круг специфических проблем, с которыми сталкива­лось в этом отношении государство, остался только соответствую­щий термин, им стали обозначать ту область исследований, которая описывала государство в качестве «географического организма или феномена пространства».В целом геополитика, показывавшая органическую взаимосвязь пространственных отношений и исторической причинности действий государств, хорошо вписывалась в сложившуюся к тому времени те­орию международной политики, базировавшуюся на ценностях «суверенитета», «территории», «безопасности государств». И это неуди­вительно, ибо многочисленные факты действий Римской империи, Золотой Орды, Британской и других мировых империй, менявших по своему усмотрению облик целых континентов, убедительно де­монстрировали приоритет ресурсов, позволявших им навязывать свой императив другим государствам и контролировать значительные тер­ритории («географические пространства»).В то же время через геополитические построения в науку стало интенсивно проникать понятие «естественно-исторические законы», идеи социал-дарвинизма, органицизма и географического фатализ­ма, вытеснявшие человека из объяснения причин политических из­менений на международной арене и абсолютизировавшие влияние географической среды на силовые отношения в мировой политике.В целом же под влиянием такого рода представлений ведущее ме­сто в теоретическом объяснении природы и тенденций развития меж­дународной политики стали занимать идеи сохранения и расшире­ния границ, выхода государств к морю, контроля правительств над собственными территориями и навязывания воли соседним государ­ствам. В интерпретациях межгосударственных отношений стали опе­рировать категориями «континентального могущества», нескончае­мого противодействия сухопутных и морских держав, а смысловым ядром внешнеполитических связей стали ценности территориально­го расширения государств, обоснование средств и путей раздела и передела ими мирового пространства.

К середине XX столетия в условиях территориально поделенного мира акценты в геополитических доктри­нах в основном сместились на обеспечение безопасности как для отдельных государств, так и для мира в целом. Собственный взгляд на геополитические перспективы «законченного мира» выдвинул аме­риканский ученый Н. Спайкман (1893-1944), который исходил из того, что глобальная безопасность в мире может быть обеспечена за счет контроля за «материковой каймой», т.е. прибрежными государ­ствами Европы и Азии, расположенными между материковой серд­цевиной и морями. Это пространство представляло, по его мнению, зону постоянного конфликта между континентальными и морскими державами. И тот, кто будет контролировать этот римленд (побере­жье), тот будет осуществлять и контроль над Евразией и всем миром.Будучи ярым сторонником расширения американского влияния в мире, Спайкман развил концепцию доминирования на мировой арене «океанических» держав. Он утверждал, что потребность в пост­роении системы глобальной безопасности в мире поставила эти стра­ны, и в первую очередь США, перед необходимостью решения прежде всего технологических задач(например, создания военных баз на­земного базирования на материковой части суши, всестороннего раз­вития транспортных коммуникаций, дающих возможность своевре­менно перемещать людей и ресурсы), которые, как предполагалось, и позволят создавать сдерживающий «обруч» вокруг материковой серд­цевины в целях полноценного контроля за соответствующим пространством. По сути дела Спайкман старался не просто обосновать лидирующую роль США в послевоенном устройстве мира, но и стал первым теоретиком, сконструировавшим геополитическую концеп­цию поведения этой сверхдержавы на международной арене.Однако развитие мира после Второй мировой войны внесло суще­ственные коррективы в геополитические проекты. «Холодная война», развитие новых информационных технологий, транспортных коммуни­каций, а главное – появление в арсеналах некоторых государств ядер­ного оружия (особенно космического базирования) по существу стерли разницу между сухопутными и морскими державами. В таких условиях уже не работал принцип уменьшения влияния военной и политической силы государства по мере удаления от его территории. Кроме того, стала ярко проявляться регионализация сотрудничества различных государств. В связи с этим некоторые ученые стали рассматривать международные отношения как многослойные геополитические процессы.Так, С. Коэн выделял в послевоенном мире «геостратегические регионы» мирового масштаба (представленные морскими державами и странами евразийско-континентального мира), между которыми существовали «зыбкие пояса» (их составляли страны Ближнего Вос­тока и Юго-Восточной Азии), а также более мелкие «геополитичес­кие районы» (которые образовывали отдельные большие страны в совокупности с рядом более мелких государств). В этом ансамбле меж­дународных отношений различной сложности, по его мнению, и стали выкристаллизовываться глобальные политические системы – США, прибрежная Европа, СССР и Китай. Данные процессы отражали тен­денции к формированию блоковых систем, государств и коалиций, способных к наиболее мощному влиянию в мировой политике.Крупный вклад в развитие геополитических идей внес Дж. Розенау, выдвинувший концепцию о том, что мир глобальной политики стал складываться из двух взаимопересекающихся миров: во-первых, полицентричного мира «акторов вне суверенитета», в котором наря­ду с государствами стали действовать разнообразные корпоративные структуры и даже отдельные лица и который стал способствовать созданию новых связей и отношений в мировой политике; а во-вто­рых, традиционной структуры мирового сообщества, где главное по­ложение занимают национальные государства. Пересечение этих двух миров демонстрирует рассредоточение властных ресурсов, возникновение противоборствующих тенденций, например: нарастание спо­собностей индивида к анализу политического мира сочетается с край­ним усложнением политических взаимосвязей, эрозия традицион­ных авторитетов соседствует с усилением роли цивилизационных начал в обосновании политики государств, поиск идентичности идет наряду с постоянной переориентацией политических лояльностей и т.д. В то же время признанными, по мнению Розенау, факторами стали в этом мире децентрализация международных связей и отношений, а главное – размывание понятия «сила» и, как следствие, изменение содержания и смысла понятия «угроза безопасности».В 60-80-х гг. XX столетия геополитические теории практически не использовались для обоснования и объяснения новых географичес­ких конфигураций, для расширения сфер влияния и экспансии пред­ставителей двух враждовавших блоков. «Политика железного кулака», проводившаяся США во Вьетнаме и других районах мира, или агрес­сия СССР в Афганистане обосновывались в основном идеологичес­кими положениями. И только с середины 80-х гг. (в основном в аме­риканской науке) стали вновь конструироваться геополитические обо­снования внешнеполитических действий.В современных условиях трактовки геополитических принципов по­лучили новое развитие, они значительно обогатились. Так, С. Хантингтон рассматривает в качестве источника геополитических конфликтов спор цивилизаций. Концепция «золотого миллиарда», согласно которой блага цивилизации смогут достаться только ограниченному числу лю­дей в силу нехватки мировых ресурсов, прогнозирует обострение меж­государственных конфликтов из-за ресурсов и территории, делая при этом акцент на необходимости создания благополучными государства­ми искусственных препятствий в отношениях с менее развитыми стра­нами. Наряду с такими конфронтационными прогнозами ряд полити­ков и теоретиков предлагают «бесполярную» трактовку мира, основан­ного на всеобщей гармонии и сотрудничестве государств, выдвигают модели типа «общеевропейского дома», подразумевающие создание си­стемы коллективной безопасности государств и народов, существую­щих во взаимосвязанном, безъядерном и взаимозависимом мире.Существенные изменения происходят и в трактовке самих геопо­литических принципов, которые стали распространяться не только на международные отношения. Сегодня геополитические принципы повсеместно применяются и для анализа внутриполитических про­цессов. В фокус исследования попадают проблемы взаимоотношений Центра и периферии, влияния районирования населения на электо­ральные процессы, проблемы административно-государственного ус­тройства нацменьшинств и др.

 

 









Последнее изменение этой страницы: 2016-04-07; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su не принадлежат авторские права, размещенных материалов. Все права принадлежать их авторам. Обратная связь - 54.162.10.211