Л. И. МЕЧНИКОВ О КУЛЬТУРЕ И ПРИРОДЕ



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Л. И. МЕЧНИКОВ О КУЛЬТУРЕ И ПРИРОДЕ



Экологический кризис XX в. убедительно доказал необходимость бе­режного, гуманного и гармоничного отношения к окружающей при­родной среде. Вместо прежних представлений о господстве и подчи­нении, власти и насилии над природой все большее значение приоб­ретают понятия взаимодействия, взаимной зависимости, поддержа­ния разумного равновесия и баланса между человеком и природой.

«Натура» не противопоставляется культуре как естественное — искусственному, они состоят в органичной и взаимной связи.

Такой поворот в общественном сознании изменил отношение к природе, выдвинул на первый план проблемы преодоления тех­нической «вседозволенности», личной ответственности, сохранения красоты первозданных ландшафтов.

Люди почувствовали, что природные ресурсы ограниченны и их бездумное расходование и расхищение могут привести человечество к вырождению и обнищанию.

Эта новая ситуация, столь обострившаяся в XX в., назревала уже в предшествующие столетия. Так называемый «географический фак­тор», который считали неизменным и потому не влияющим на ход истории, заявил о своем значении. Ученые были вынуждены обра­титься к тем мыслителям, которые и прежде в своих теориях отстаи­вали значение природной среды в развитии культуры и цивилизации.

Французский философ Ш. Монтескье (1689-1755) в работе «О ду­хе законов» развивал идеи о влиянии географических, климатиче­ских условий на быт и нравы людей. Английский историк Г. Бокль (1821-1862) в двухтомном труде «История цивилизации в Англии» особое значение придавал ландшафту, или «общему виду природы».

Впоследствии идеи о роли Космоса и природной среды получили развитие в трудах русских ученых: В. И. Вернадского (1863-1945), А. Л. Чижевского (1897-1964), К. Э. Циолковского (1857-1935).

Однако это направление в общественной мысли вызывало крити­ческое отношение, обвинение в географическом детерминизме, игно-

рировании роли социальных факторов, обоснованиигеополитики и территориальных претензий стран.

Идеологические иполитические факторы содействовали тому, что многие труды ученых были преданы забвению и стали библиографи­ческой редкостью. К их числу можно отнести труды русского учено­го Л. И. Мечникова (1838-1888).

Теперь настало иное время, и мы должны воспользоваться теми открытиями, которые изменят утилитарный и прагматический взгляд на отношения природы и культуры.

Жизнь и деятельность

Лев Ильич Мечников родился 30 мая 1838 г. в Санкт-Петербурге в семье помещика. Его брат Илья Ильич Мечников (1845-1916) был «известным биологом, профессором Петербургского университета, почетным академиком Петербургской академии наук. За открытия в области бактериологии и иммунологии он был удостоен Нобе­левской премии (1908). Ему принадлежат широко известные труды «Этюды о природе человека» и «Этюды оптимизма». С 1888 г. он

жил в Париже и работал в Пастеровском институте. Его именем названа больница в Санкт-Петербурге (и ныне действующая). Но речь пойдет не о нем, а о его старшем брате Л. И. Мечникове, судьба и жизнь ко­торого сложилась совершенно иначе.

По своему характеру, интересам, увлече­ниям, образу жизни, вкладу в науку он во многом отличался от младшего брата.

Лев Мечников неоднократно поступал в различные учебные заведения, но по раз­ным обстоятельствам их не заканчивал.

Причиной тому были нездоровье, разоча­рование в будущей профессии, увлечение политикой. Он был воспи­танником Училища правоведения в Петербурге, один семестр учился на медицинском факультете Харьковского университета; три семест­ра проучился на факультете восточных языков на арабо-персидско-турецко-татарском отделении Петербургского университета; посещал классы Академии художеств.

Но все эти занятия не привлекали его надолго, он их начинал и вскоре бросал. Таково было начало его студенческой жизни. Все это

вызывало тревогу его родителей, и, наконец, по их настоянию он ус­пешно сдал экзамены на физико-математическийфакультет Петер­бургского университета, окончил его весьма успешно и даже полу­чил право на представление диссертации. Но к этой работе он не приступал. На тот момент ему исполнилось 22 года, и многоебыло еще впереди.

Л. Мечников был необычайно деятельным, энергичным, увлека­ющимся человеком. Его притягивала романтика дальних стран, уча­стие в освободительной борьбе в Италии, живое обсуждение поли­тических проблем. Так он стал гарибальдийцем, участвовал в сра­жениях, был ранен. В Италии сблизился с русскими эмигрантами: А. И. Герценом и М. А. Бакуниным. Общение с ними, политические споры о будущем России оказали большое влияние на его мировоз­зрение.

В этот период он становится членом Сиенского комитета за объ­единение Италии, пишет статьи для «Колокола», издаваемого Герце­ном, знакомится с Александром Дюма — редактором газеты «Неза­висимость».

В конце 1864 г. переезжает с семьей в Женеву. Начинается «швей­царский» период его деятельности.

Л. Мечникова привлекали политические позиции и личность М. А. Бакунина, лидера русского анархизма. На стороне Бакунина он принимает участие в Гаагском конгрессе Интернационала, публи­кует политические статьи, делает попытку вернуться в Россию, но испытывает реальные опасения по поводу возможного преследова­ния и ссылки.

В Швейцарии жизнь была трудной, денег не хватало. Он прини­мает приглашение переехать в Японию. Изучив японский язык, по­лучает работу на русском отделении Токийской школы иностранных языков.

Так, с 1874 г. начался еще один, «японский», период его жизни.

Он увлекся новой для него страной, много читал, путешество­вал, делал зарисовки. В результате в 1881 г. в Женеве вышла книга Л. И. Мечникова «Японская империя», в которой не только текст, но и рисунки, фотографии выполнены автором. Пребывание в Япониибыло непродолжительным, и он вновь возвращается в Европу.

Л. Мечников становится членом Этнографического общества в Париже, членом Географического общества в Женеве, профессором, имеющим право преподавать русский, географию, историю, мате-

матику. Возобновляются прежние знакомства с П. А. Кропоткиным, С. М. Кравчинским, Г. В. Плехановым, В. И. Засулич.

Известный французский географ Элизе Реклю предлагает ему должность секретаря издания «Земля и люди. Всеобщая география». Это было многотомное издание по географии и истории культуры стран Европы, России, Востока.

Очевидно, эти занятия, а также дружеские отношения с Э. Реклю повлияли на научные интересы Л. Мечникова.

С 1884 г. он был профессором сравнительной географии и стати­стики Невшательской академии, читал лекции с демонстрацией диа­позитивов. Именно тогда у него возникла идея написания книги «Цивилизация и великие исторические реки». Она была написана на французском языке на основе курса лекций, прочитанных в Невша­тельской академии в Швейцарии. Но книга осталась незаконченной, , II в ее завершении принял участие его друг, географ Э. Реклю.

Л. И. Мечников написал более 400 научных статей, повестей, ост­рой публицистики. Он умер в Кларане 30 июня 1888 г., ему было все­го 50 лет.

Три стадии исторической эволюции культуры

Книга «Цивилизация и великие исторические реки» была впервые опубликована после смерти Л. И. Мечникова в 1889 г. и вызвала немало как положительных, так и отрицательных откликов. О ней писали немецкий ученый, представитель школы диффузионизма Ф. Ратцель, русские философы В. Соловьев и Г. В. Плеханов.

В русском переводе она сначала вышла в 1897 г. в журнальном ва­рианте, отдельным изданием, но с цензурными купюрами — в 1899 г., и полностью — в 1924 г. Но в России вскоре попала в опалу за методо­логические позиции, не совпадавшие с марксистским пониманием ис­тории. Автора обвиняли в географическом детерминизме, а в полити­ческом плане — в анархизме. Этого было достаточно, чтобы предать его имя забвению. Лишь в 1995 г. этот труд был переиздан в России.

Книга отразила идеи эволюционизма, столь популярные в Европе и России того времени. Обсуждались перспективы прогресса в ис­тории, получила распространение концепция культурного диффу­зионизма и роли культурных контактов. Автор был знаком с рабо­тами Г. Спенсера, Ш. Монтескье, О. Конта, этнографов А. Бастиана, Т. Вайца, Ш. Летурно, Ю. Липперта, Ф. Ратцеля. Ссылки на их тру­ды имеются в тексте книги. Это свидетельствует о теоретической эрудиции Л. И. Мечникова.

В основу книги положены тексты лекций, что наложило отпеча­ток на язык и стиль изложения. Она логически последовательна, имеет четкое деление на 11 глав, сохраняет интонацию диалога с чи­тателем. По воспоминаниям современников, Л. Мечников писал до­статочно быстро, почти всегда набело, умел сосредоточиться в любой обстановке, обладал прекрасной памятью и почти энциклопедически­ми знаниями, умело использовал личные впечатления.

Можно выделить следующие основные теоретические проблемы.

1. Обсуждение идеи прогресса в истории цивилизации, выделение трех периодов эволюции общества и культуры (главы 1,2).

2. Влияние природной среды на процесс становления и развития мировых цивилизаций и человеческих рас. Географический син­тез истории, человеческие расы, среда (главы 3-5).

3. Обоснование закона трех фазисов исторического развития миро­вых цивилизаций и выделение речной, морской, океанической эпох (главы 6-7: великие исторические периоды и области реч­ных цивилизаций).

4. Описание речных цивилизаций Египта, Месопотамии и Ассиро-Вавилонии, Индии и Китая (главы 8-11).

Рассмотрим их более подробно.

Прежде всего следует определить понятие цивилизации, которое Л. Мечников использует в своем труде. Он ссылается на книгу фран­цузского ученого П. Мужоля «Статика цивилизации» и разделя­ет точку зрения последнего. Понятие цивилизации включает в себя:

• совокупность всех открытий и изобретений, сделанных человеком;

• сумму идей и технических приемов, находящихся в обращении;

• степень совершенства науки, искусства и промышленной техники;

• состояние семейного и социального строя и всех существующих учреждений.

В целом это достаточно сложное и емкое понятие состояния част­ной и общественной жизни, взятые в совокупности.

В представленном определении при всей широте охваченных со­циальных явлений оно служит для Л. Мечникова обоснованием идеи прогресса:

Человеческая история, лишенная идеи прогресса, представляет лишь бес­смысленную смену событий, вечный прилив и отлив случайных явлений, которые не укладываются в рамки общего мировоззрения1.

1 -Мечников Л. И. Цивилизация и великие исторические реки. М., 1995. С. 232.

Но обоснование критериев прогресса — задача не только слож­ная, но и вызывающая немало споров и дискуссий.

Наиболее простым критерием можно считать усовершенствова­ние техники. Действительно, история техники наглядно подтвержда­ет эту идею. Значительно труднее обнаружить критерий обществен­ного развития.

Л. Мечников считает, что несомненным доказательством прогрес­са в истории является непрерывная эволюция социальной связи меж­ду людьми, нарастание общечеловеческой солидарности.

Существуют различные виды добровольной ассоциации людей, кооперации их усилий для решения жизненно важных задач.

Высшим типом объединения являются союзы на основе свободы, самосознания и взаимного договора. Они представляют более про­грессивную общность в отличие от тех, которые объединяются под влиянием принуждения, насилия или власти. Этот критерий соот­ветствовал политическим воззрениям Л. Мечникова как анархиста. Любой народ обладает всеми перечисленными признаками циви­лизации. Каждый народ обладает орудиями труда, техническими изо­бретениями, использует огонь, имеет язык, подчиняется семейному строю и социальной организации, пользуется средствами транспорта и сообщения. В этом смысле любой народ цивилизован:

Все это скромное культурное «имущество» является наследием многих поколений, оно составляет сумму приобретенных благ; народ, облада­ющий этими благами, уже имеет свою историю, правда, неписаную, а сле­довательно, имеет право на причисление себя к семье цивилизованных народов1.

Конечно, между этими крайними звеньями в общей цепи эволю­ции существует немалая дистанция. Но при этом обнаруживается влияние субъективных оценок и симпатий.

Л. Мечников определяет три стадии исторической эволюции на­родов2:

1. Низший период характеризуется преобладанием подневольных союзов, основанных на принуждении и устрашении, связанных с внешней силой.

2. Переходный период отличается преобладанием подчиненных сою­зов и группировок, объединенных между собой благодаря соци-

1 Мечников Л. И. Цивилизация и великие исторические реки. С. 233.

2 Там же. С. 259.

альной дифференциации, разделению труда, доводимого до все большей и большей специализации.

3. Высший период, основанный на преобладании свободных союзов и групп, возникающих в результате свободного договора и объ­единяющих отдельных людей в силу общности интересов, лич­ных наклонностей и сознательного стремления к солидарности. Этот период только начинается и принадлежит будущему. В его основе три принципа: свободы — уничтожение всякого принуж­дения; равенства — ликвидация несправедливых делений и при­вилегий; братства — солидарной согласованности индивидуаль­ных сил, заменяющих борьбу и разъединение, ведущих к жизнен­ной конкуренции.

История мировых цивилизаций может проиллюстрировать каж­дый из трех актов этой величественной драмы и кровавого шествия человечества по пути прогресса.

В первом периоде пребывали четыре великие культуры — египет­ская, ассирийская, индийская и китайская. Эти культуры характери­зовались беспримерным развитием деспотизма и обожествлением угнетателей. Социальный строй развил принцип власти до неслы­ханных размеров. Власть абсолютного повелителя: бюрократическая в стране фараонов, жестокая и военная — в Месопотамии, мрачно-величавая и жреческая — в Индии, патриархальная и тщательно урав­новешенная — в Китае, «эта власть была главной основой этих древ­них цивилизаций, среди которых с большим трудом можно заметить зачатки позднейшей социальной дифференциации, утопающие в вол­нах рабства», — отмечает Л. Мечников1.

В Древнем Египте ни один человек не имел прав больше, чем его наделял каприз фараона. В брахманской Индии произвол верховно­го повелителя и жрецов ограничен невозможностью для властителя сделать человека низшей касты членом касты высшей.

Начало второго периода в истории мировых цивилизаций знаме­нуется появлением финикийцев. Отныне начинается постепенный упадок восточных деспотий и формируются основы федеративно-республиканского строя. В эту эпоху господствующим фактором по­литической истории становится олигархия. Наиболее чистая форма классической демократии — афинская республика, а также и более поздняя — народная флорентийская коммуна — были разновид­ностью олигархии. На данных принципах господствующей формы

1 Там же. С. 262.

9 Зак. 1050

угнетения и власти над человеком строились все государства. К ним относятся: рабство — для древних деспотий и олигархий, крепостни­чество — для феодальных государств Средних веков, система наем­ного труда за плату — для новейшего времени.

Во всех этих формах сохраняются в той или иной степени власть над человеком, возможность принуждения и вознаграждения, огра­ничения прав и свобод.

Третий период начинается с принятия знаменитой «Декларации прав человека и гражданина», документа Великой французской ре­волюции 1789 г. Но прошедшее столетие, отмечает Л. Мечников, не смогло окончательно ввести эти принципы в наши социальные учреж­дения, а без этого невозможен дальнейший прогресс.

Роль водного пространства

1 Следующий раздел в культурологической концепции Л. Мечникова связан с обоснованием роли географической среды в истории цивили­заций. Данная область исследований стала развиваться сравнитель­но недавно. Среди наиболее известных в этой сфере ученых Л. Меч­ников отмечает К. Риттера, А. Гумбольдта, А. Гюйо, Н. Миклухо-Маклая, Ж. Мишле, Г. Бокля, Ф. Ратцеля. Определяя свою позицию, Л. Мечников подчеркивает, что он далек от географического фата­лизма, в котором нередко упрекает теорию о влиянии среды.

«По моему мнению, — пишет он, — причину возникновения и характер первобытных учреждений и их последующей эволюции следует искать не в самой среде, а в соотношении между средой и способностью населя­ющих данную среду людей к кооперации и солидарности»1.

Он выделяет несколько направлений анализа географического фактора в истории: астрономические, физико-географические, ант-рополого-расовые, а также влияние растительного и животного мира на историю цивилизации. Уделяя должное внимание анализу каждо­го из них, он особенно резко относится к расовым теориям, считая их роль в объяснении истоков цивилизации мало аргументированными и ошибочными.

Зарождение человеческого общества и начало цивилизации ухо­дят корнями в глубину тысячелетий. Ученые до сих пор высказыва­ют различные предположения относительно первичного очага циви­лизации, послужившего фундаментом всемирной истории человече­ского рода.

Мечников Л. И. Цивилизация и великие исторические реки. С. 262.

Л. Мечникову, само собой, не были известны последующие на­ходки и теоретические концепции, но он и не претендует на окон­чательное суждение. Кроме того, он вполне справедливо отмечает возможность существования более древних, чем уже известные, ци­вилизаций, памятники которых бесследно исчезли в силу неблаго­приятных обстоятельств, таких как непрочность строительных мате­риалов, изменение климатических и иных географических условий, разрушавших поселение, отсутствие традиций сооружать какие-ли­бо величественные постройки. Поэтому вопрос о «первоначалах» цивилизации остается открытым.

Не менее остро обсуждается и другая проблема — о множестве очагов цивилизации:

«Зажглись ли светочи цивилизации в одном месте, в одном общем очаге, или же различные культуры и возникали и зародились независимо и от­дельно друг от друга?

А если было несколько первоначальных цивилизаций, то как хроно­логически последовательно они возникали, существовали ли между ни­ми контакты и культурные связи? Говоря вообще, вопрос о происхожде­нии цивилизации на Земле один из самых темных», — заключает Л. Меч­ников1.

Он предлагает как одну из возможных гипотез свою теорию о за­рождении цивилизации. Оставив в стороне вопрос о происхождении цивилизации, Л. Мечников разделяет историю на три последова­тельных периода, или три фазиса развития цивилизации, которые протекали в собственной географической среде.

Общим объединяющим признаком такой классификации миро­вых цивилизаций является водное пространство. Вода как символ жизни и энергии, движения и плодородия, благополучия и богатст­ва, контактов и торговых путей становится центральной категорией.

Л. Мечников называет исторические реки «великими воспитате­лями человечества», ибо они отличались не только мощностью объ­ема своих вод, способствующих выживанию, но главным образом тем, что река-кормилица заставляла население объединять свои уси­лия в общей работе, учила солидарности, осуждала леность и эгоизм отдельного человека или небольшой группы, внушала чувство глу­бокого уважения к объекту общей заботы. С нею были связаны ле­генды и мифы, обычаи и обряды, ее населяли различные божества и темные силы, открывающие свои тайны только избранным. Река

Там же. С. 326.

была воплощением исторического прошлого ис ней связывалась на­дежда на будущее. Вся история человечества разделяется на три пе­риода: речной, морской и океанический1.

I. Древние века, речной период.Цивилизации, возникшие на бе­регах великих исторических рек: Египет в долине Нила; ассиро-ва­вилонская цивилизация на берегах Тигра иЕвфрата, двух жизнен­ных артерий Месопотамской долины; индийская, или ведийская, культура в бассейнах Инда и Ганга; китайская цивилизация в доли­нах рек Хуанхэ и Янцзы.

В периоде речных цивилизаций различаются две эпохи:

1) эпоха изолированных народов, завершающаяся к XVIII в. до и. э.;

2) эпоха первоначальных международных сношений и сближений народов, начинающаяся первыми войнами Египта и Ассиро-Ва-вилонии изаканчивающаяся вступлением на историческую арену пунических (финикийских) федераций около 800 г. до н. э.

II. Средние века, средиземноморскийпериод. Он охватывает 25 веков, начиная с основания Карфагена до Карла Великого, и под­разделяется на две эпохи:

1) эпоха Средиземного моря, в которую возникли и развились куль­туры Финикии, Карфагена, Греции иРима вплоть до Константи­на Великого;

2) эпоха морская, охватывающая весь период Средних веков, начи­ная со времени основания Византии (Константинополя), когда в орбиту цивилизации втягивается Черное море, а затем Балтий­ское.

III. Новое время, или период океанический.Он характерен вна­чале для западноевропейских стран на побережье Атлантики. Делит­ся на две эпохи:

1) атлантическая эпоха — от открытия Америки до момента «золо­той лихорадки» в Калифорнии и на Аляске, широкого развития английского влияния в Австралии, русской колонизации берегов Амура и открытия для европейцев портов Китая иЯпонии;

2) всемирная эпоха, едва только зарождающаяся в наши дни.

Такова схема развития цивилизаций, разработанная Л. Мечнико­вым. Ее отличают широта географического, территориального и ис­торического диапазона, логическая стройность, оригинальность. Ко-

Мечпиков Л. И. Цивилизация и великие исторические реки. С. 337-338.

нечно, возможны и другие подходы, и Л. Мечников их не только не исключает, но даже и подталкивает к поиску иной периодизации. Но сам как ученый отдает предпочтение данному методу анализа, и это вполне оправданно.

К сожалению, общий замысел не был доведен до конца, рукопись осталась незаконченной. Ее очень бережно подготовил к печати из­вестный географ Элизе Реклю, близкий друг Л. Мечникова.

Достаточно подробно в книге освещена история четырех речных цивилизаций.

Египет представляет собой оазис в долине Нила, могучей реки протяженностью более 6 тыс. км, глубина ее посреди фарватера 5— 12 м. Берега Нила весьма живописны, плавучие острова и островки, словно букеты папируса, поднимаются из волн и иногда перегоражи­вают реку. Протекая по равнине с небольшим уклоном, Нил разветв­ляется на множество рукавов. В своем истоке река питается тропиче­скими дождями и поэтому достаточно могуча, чтобы не затеряться в болотистых зарослях и сыпучих песках. Плодородная почва Египта создается периодическими разливами, намывающими ил.

Физико-географические особенности среды требовали от обита­телей совместной и очень четкой организации. Было необходимо поддерживать в реке постоянное русло, при помощи ирригационных каналов распределять ил на обширные пространства, устраивать по­перечные плотины для задержания воды, укреплять берега дамбами и защищать поселения от наводнений, облегчать регулярный спад воды, предотвращая образование болот, изобретать устройства для поливов. Современные феллахи до сих пор пользуются особыми при­способлениями — шадуфами — для переноса воды на поля.

Во главе всей организации стояла династия фараонов, которая вместе со жрецами и многочисленными чиновниками управляла жиз­нью страны. Резиденция фараонов, Мемфис, носила также название «жилище божества», от которого благодаря древнегреческим писате­лям и появилось слово «Египет» (Aegiptos). Два определяющих нача­ла — среда и способность населения к организованной совместной работе — являются основными в развитии цивилизации. Эволюция египетской культуры на протяжении четырех тысячелетий дала ми­ру памятники пирамидального зодчества, великолепные скульптуры и фрески, летописи на папирусе, символику чисел, мастерство орна­мента, религиозные воззрения и ремесла.

Второй очаг цивилизации образовался в Междуречье. Месо­потамию называют «Страной двух рек», расположенной в долине

Тигра и Евфрата, на севере и востоке ассиро-вавилонской равнины, отделенной цепью гор от прикавказской области и плоскогорий Ирана.

У этой древней цивилизации есть несколько названий: «Месо­потамия», «Ассиро-Вавилония», «Халдея». Часто ими пользуются, не устанавливая особых различий. Но в Библии их местоположение определяется более точно. Халдеей называют южную часть области от Вавилона, а Ассирией, или «Сирией двух рек», — северную часть страны, где главным городом была Ниневия.

В этих местах теплый климат, плодородные почвы, здесь сажали виноградники и делали вино; хлебные злаки, произраставшие в ди­ком состоянии, впоследствии были использованы в хозяйстве; на­стоящие леса образовывали персиковые, абрикосовые, гранатовые, фиговые деревья; плодоносили миндаль, апельсины, вишня, груша. Их изображения можно встретить на древних миниатюрах и фре-' сках. Эта страна была родиной многих видов животных, приручен­ных человеком. Нередко ее называли Эдемом, или земным Раем.

Область Вавилона была несколько иной. Здесь Тигр и Евфрат не только сближались друг с другом, но и смешивали свои воды при по­мощи многочисленных каналов и рукавов, холмистая местность сме­нялась равнинной, низменной вплоть до Персидского залива. Именно здесь проходила граница библейской страны Халдеи. Ассирия начи­нается за этими пределами.

Вся эта область была населена многочисленными племенами и на­родами, упоминаемыми в Библии и других источниках.

На севере Месопотамии обнаружены развалины дворцов царей Салманасара и Сеннахерима, в Халдее — многоэтажные обсервато­рии, в которых астрологи вычисляли периоды разлива рек и пред­сказывали будущее. Согласно библейскому преданию, именно в Ниж­ней Халдее произошло «сотворение мира». Наиболее известным центром халдейской цивилизации был Вавилон.

К сожалению, строительные материалы, которыми пользовались в древности, не были достаточно прочны, чтобы выдержать испы­тание временем, как это произошло в Египте. Но обнаруженные ар­хеологами реликты говорят о высоком уровне цивилизации. На гли­няных цилиндрах знаменитой библиотеки Сарданапала (или Аш-шурбанапала) в Ниневии удалось найти образцы клинообразной письменности. Древним астрологам Халдеи были известны десятич­ное счисление, зодиакальный круг и его деление на 360°, измерение пространства, представления о солнечном и лунном годах, вычисле­ние разливов рек и предсказание наводнений.

В Нижней Халдее находилось особое государство, называемое в Библии Элам. В отличие от мирной земледельческой цивилизации Нижней Халдеи Эламская страна (другое название — Сузиана) бы­ла необычайно воинственной, известной грабежами, набегами и раз­рушениями. Различные глиняные таблички содержат сообщения о кровавых расправах, а барельефы, найденные в Месопотамии, пред­ставляют сцены жестоких пыток, распятия на кресте, сжигания в пе­чи и других мучений, наводивших ужас и страх. История Элама и со­седних с ним стран еще недостаточно известна, чтобы судить о ней только по фактам жестокости и завоеваний. Но эта кровавая оргия научила народы необходимости соединять свои силы в борьбе с угне­тателями.

«Среди всех неевропейских цивилизаций только одна древняя халдей­ская культура под владычеством македонцев и селсвкидов пережила сре­диземноморский период цивилизации, с тем чтобы вступить в лице Араб­ского халифата в великий океанический период истории», — заключает Л. Мечников1.

В долинах Инда и Ганга расположена загадочная и таинственная древняя цивилизация — Индия. Она внесла в мировую культуру древнейшие ведийские гимны, эпические поэмы «Рамаяна» и «Ма-хабхарата», законы Ману — принципы социальной справедливости и мудрости, кастовое устройство общества, буддийскую религию. Л. Мечников сравнивает Индию со спящей красавицей, подчиняю­щейся своей судьбе с пассивностью и безразличием, словно загипно­тизированная.

В священных гимнах Ригведы говорится о высокой культуре древ­них индусов. Они были знакомы с земледелием и ремеслами, среди них было немало кузнецов, каменщиков, горшечников, ткачей и юве­лиров, известных своим мастерством. Они были богаты и горды, умели делать колесницы, вооружаться мечами и стрелами. В древне-индусском семейном праве жена главы дома всегда была равноправ­ной, женщина и мужчина вместе могли выполнять священные обя­занности, а семья основывалась на любви.

В течение долгих веков арийцы Пенджаба поклонялись только Агни — богу домашнего очага и Соме — опьяняющему напитку, а в гимнах Ригведы прославляется Любовь как источник мудрости. Ци­вилизация Индии была результатом коллективных усилий многих племен и народов, обитавших в долинах Инда и Ганга. Необходи-

1 Мечников Л. И. Цивилизация и великие исторические реки. С. 405.

мость сотрудничества усиливалась неблагоприятными природными условиями: губительными ветрами и циклонами, проливными дож­дями и засухами, ядовитыми испарениями и свирепыми животными.

«Пожалуй, — пишет Л. Мечников, — ни в одной стране человек не чувст­вует себя так во власти природы, как в Индии. Никакая другая страна не в состоянии дать такое ясное понятие, что жизнь и смерть, добро и зло — это два цветка на одном и том же стебле»1.

Китай, или Небесная империя, принадлежит к числу великих реч­ных очагов цивилизации на берегах Хуанхэ и Янцзы. Философские системы Конфуция и Лао-цзы, иероглифическое письмо и фарфор, чай и шелк, земледелие и рыболовство, «десять тысяч церемоний», регламентирующих общественную и личную жизнь, идея божествен­ного происхождения власти — таковы лишь некоторые черты этой культуры. Эпитет «отец народа», применяемый к императору, упо-. добляет устройство государства большой семье, где глава мудро за­ботится о подчиненных, их благополучии и здоровье.

Лабиринт каналов, множество плотин и дамб, плодородный жел­тозем способствовали развитию высокой культуры земледелия. Но содержание всех водных сооружений требовало семейной и общин­ной солидарности, дисциплины и трудолюбия.

Завершая краткий обзор культурных особенностей четырех ве­ликих речных цивилизаций, Л. Мечников отмечает, что он далек от утверждения идеи «речного фатализма», но исследование истории цивилизации убеждает в том, что солидарность и коллективный труд являются залогом успешного развития человечества.

Мечников Л. И. Цивилизация и великие исторические реки. С. 422.

Глава 9



Последнее изменение этой страницы: 2016-04-07; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.236.222.124 (0.017 с.)