ТОП 10:

Испытание” А. Бестужева-Марлинского как “светская повесть”.



Тот специфический круг, который именовался «большим светом» (писатель граф В. А. Соллогуб так и назвал свою повесть «Большой свет») или «светом», привлек внимание русских писателей в 1820-1830-е годы и стал предметом художественного изображения и изучения в одной из разновидностей повести, получившей название «светской» и ставшей самостоятельным жанром.

Истоки светской повести лежат в творчестве Карамзина. Тема «света» стала основной в его повести «Александр и Юлия» (1796), причем характерно, что в повести уже есть ирония в адрес светского общества.

Первоначально светская жизнь входит в литературу как материал для сатирико-бытовых зарисовок и философско-психологических размышлений. Со временем, однако, начинают резко проступать основные конфликты и основные герои. Прямая критика «света» и отвлеченные рассуждения отходят на второй план. В центре оказывается психологическое раскрытие характеров главных героев, различных типов светского общества и совокупного, собирательного «лица» «света» или своеобразной светской атмосферы. «Свет», как отдельный и замкнутый в себе мир, становится «сборным» героем повествования, и каждый персонаж изображается писателями с оглядкой на его близость или отдаленность от «света». Это позволяет, во-первых, глубже проникнуть в психологию действующих лиц, полнее описать мотивы поведения, изгибы ума и чувства, а во-вторых, разнообразнее представить непохожие и внутренне противоречивые характеры.

Развитие светской повести шло в двух направлениях, которые условно можно назвать романтическим и реалистическим, хотя грани между ними оставались весьма зыбкими и подвижными, да и бытовали они в литературном обиходе почти одновременно.

К первым светским повестям принадлежат повести «Испытание» и «Фрегат «Надежда»» А. А. Бестужева-Марлинского – известного сочинителя романтических исторических, «кавказских» и отчасти фантастических повестей.

Светская повесть – один из приметных жанров в творчестве писателя.

Автор изображает людей «света», гусарских офицеров, в мирной и военной обстановке. По мысли писателя, «свет» властен над судьбами героев, но не властен над их чувствами и душами. В дальнейшем зависимость внутреннего мира героев от светского воспитания и «правил» «света» будет все более укрепляться.

«Испытание» (1830)

Повесть положила начало романтической ветви светских повестей. В ней характеры героев сформированы «светом», и интрига, возникающая на любовной почве, всецело вытекает из обычных светских отношений. В социальном и общественном положении герои равны между собой. Князь Гремин, и об этом знает его друг майор Стрелинский, очарован черноглазой дамой, графиней Алиной Александровной Звездич. Стрелинский также поклонялся ей целых две недели, пока страсть его не иссякла. В Гремине же минутное увлечение оставило след, но он привязан к службе и вынужден с досадой вспоминать о приключении и достоинствах дамы вдали от нее. Графиня Алина не любит своего мужа и рассеивает скуку в развлечениях. Ей запомнился Гремин, которого она встретила в «свете». Ни один из героев не свободен от предрассудков среды. И пока любовные отношения не выходят за рамки светского этикета и условного кодекса чести, они пребывают добрыми друзьями (Гремин и Стрелинский). Но вот Гремину приходит на ум мысль «испытать» Алину на верность.

Препоручив Стрелинскому проверку Алины, Гремин не мог, конечно, подозревать, что «испытание» графини станет «испытанием» его дружбы со Стрелинским, его человеческой порядочности и его самолюбия.

Случилось так, что Алина и Стрелинский искренно полюбили друг друга, и в этой любви раскрылись, лучшие их качества. Вместо тоскующей и изнывающей от скуки светской дамы Алина преобразилась в женщину, способную к большому и сильному чувству, наблюдательную и умную, готовую пожертвовать привычками ради любимого человека. В Стрелинском тоже наступила перемена: оказывается, его тяготил «свет», и он решился искать тихого семейного счастья в сельском уединении и хотел устроить быт своих крестьян, «упрочить благосостояние нескольких тысяч себе подобных, разоренных барским нерадением, хищностью управителей и собственным невежеством». Герои, испытавшие истинные чувства, сразу столкнулись с нравами «света», с неписаной любовной моралью и господствующими правилами дружбы. Конфликт неумолимо стал приближаться к роковой развязке. Но героев спасает самоотверженность чистой и наивной Ольги, сестры Стрелинского, которая, нарушая этикет, является на место дуэли, умоляет Гремина не стреляться и объясняется в любви к нему. Порыв Ольги всколыхнул лучшие чувства в душе Гремина, и он, «энтузиаст всего высокого и благородного», приносит, не боясь мнений света и не опасаясь отныне за свою репутацию в глазах людей дворянского круга, извинения Стрелинскому.

Герои, вступив в конфликт со светскими законами, преодолевают заблуждения и пороки, поднимаются над условностями и предрассудками. «Испытание», первоначально означавшее обман, злую шутку, становится серьезной проверкой всех без исключения персонажей на человеческую значительность, на высокие нравственные качества. Оказывается, и в светском кругу можно достичь счастья и осуществления идеалов.

Идиллическая, благостная концовка «Испытания» – редкость среди финалов светских повестей.

Романтическая повесть выводила из-под контроля действительности внутренний мир персонажей, и писатели хотели преодолеть этот недостаток.

Развитие повести пошло по пути связи внешних обстоятельств с поступками героев, с мотивами их поведения. Акцент переносился на тайные пружины, управляющие героями.

«Свет» – это среда обитания, которая выступает и в качестве источника любви и других высоких чувств, и в качестве их губителя. С точки зрения авторов светских повестей вина «света» бесспорна. Она заключается прежде всего в том, что действительность противоречит естественным влечениям личности, которая, в свою очередь, обличает навязанные ей нормы поведения и протестует против искусственных, хотя и исторически сложившихся условий.

Человек в светской толпе, по мысли В. Одоевского, – не романтический избранник и не отъявленный злодей. Его отношения со средой объясняются не его романтической исключительностью или врожденными пороками и дурными наклонностями, а условиями жизни, воспитанием, общением, складывающимися привычками, усвоенными понятиями. «Свет», как и любой круг, состоит из характеров, из индивидуальностей, которые, формируясь, сами определяют «лицо» высшего общества. А так как люди «света» получают сходное воспитание, то утрачивают индивидуальность, характерность.

Это, однако, совсем не означает, что каждый человек в «свете» – копия другого лица или других лиц. Люди светского круга по большей части вполне обыкновенны, но их обыкновенность не отменяет особенностей и своеобразия характеров. Одних «свет» подчиняет себе, другие сопротивляются его устоям. Одни теряют способность к напряженной духовной жизни, другие, напротив, приобретают ее. Одни растрачивают душевные силы на пустяки и сплетни, другие обращают их на добро и становятся своего рода героями. Сами обыкновенные люди падают и возвышаются в зависимости от того, какие свойства возобладают в них.

 

37.Оппозиция “мысли” и “чувства” в лирике Е. Баратынского (стихотворение “Все мысль да мысль…”).

Творчество Баратынского с одной точки зрения – поэзия мысли. Главные признаки налицо: стихи часто строятся как последовательная цепь размышлений; автор приводит доводы, аргументы, он анализирует создавшуюся ситуацию. Многие произведения посвящены вопросам бытия: жизнь и смерть («Череп»), судьба искусства («Последний поэт»), будущее человечества («Последняя смерть»). Характерно для поэзии мысли то, что «героем» произведения становится сама мысль. В отличие от Шевырева (судьба мысли – её постепенное развитие, мысль овладевает умами и сердцами) у Баратынского картина более сложная и не такая радужная. Мысль со временем охватывает более широкий круг людей, становится доступнее и понятнее, но одновременно происходит её упрощение, измельчание. Сама мысль в её полном, неупрощённом виде – очень сложное явление. Баратынский освещает его грани, сопоставляя различные виды искусства, с одной стороны – литературу, с другой – скульптуру, музыку, живопись. Каждый из этих видов обозначен материалом или орудием, которым он оперирует: литература, то есть словесность – словом («художник… слова»), скульптура, музыка и живопись – резцом, органом, кистью. И оказывается, что в этих видах искусства «мысль» участвует по-разному: (стихотворение «Все мысль да мысль!»). Писатель – полноправный служитель мысли, её «жрец»: тк мысль воплощается именно в языке, в слове. Скульптор, музыкант или художник работают с «чувственным» материалом, глиной, или звуками, или красками, отражая явления жизни цельно, не переходя её «грань». Но это не для писателя: он обречён на беспрестанную мыслительную деятельность. Состояние мучительное («Художник бедный слова!»), но у него есть преимущество: именно мысли открывается «правда без покрова». С одной стороны, перед мыслью «бледнеет» жизнь, исчезает её полнота и многокрасочность. Но с другой – только мысль, как «нагой меч», проникает в самую суть явлений. Об этом противоречии говорит Баратынский как о противоречии жизни.

Всё мысль да мысль! Художник бедный слова!

О жрец её! тебе забвенья нет;

Всё тут, да тут и человек, и свет,

И смерть, и жизнь, и правда без покрова.

Резец, орган, кисть! счастлив кто влеком

К ним чувственным, за грань их не ступая!

Есть хмель ему на празднике мирском!

Но пред тобой, как пред нагим мечом,

Мысль, острый луч! бледнеет жизнь земная.

 

<1840>

 







Последнее изменение этой страницы: 2016-04-07; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.95.131.208 (0.007 с.)