Структура и динамика развития сообщества

Казачество в Сибири с самого начала конституировалось как составная часть русских поселенцев, пришедших осваивать новые земли и приводить их обитателей под власть московского царя, и как воинское сословие, его передовой отряд. На такой двуединой основе формировалась и их идентичность. Ее материальным выразителем становились остроги, первые поселения русских за Уралом.

Острог в конце XVI — начале XVIII вв. представлял пространство, где развертывалась деятельность казаков. Первыми поселениями русских в Сибири были, как правило, деревянные остроги. Они являлись властными центрами, выполняя широкий диапазон военно-административных функций. Для обозначения этого круга деятельности в то время употреблялось устойчивое выражение «сидеть в острогах» ^[414].

Прежде всего «сидение» связано с военно-оборонительной деятельностью казаков и непосредственно с осадным временем. Как часто указывалось в воеводских грамотах, «чтоб в городе сидети было безстрашно» ^[415]. Ввиду малочисленности служилых людей, власти требовали оставлять достаточное количество людей в крепости, а в «дальние посылки ходить» и за ясаком отправлять отряд из нескольких человек, иногда всего «человека по 2 и по 3» ^[416].

«Сидеть в остроге» означало для казаков также выполнение и строительно-фортификационных работ. Ежегодно необходимо было «поновлять» деревянные конструкции острога. Вокруг острогов делались «надолбы» (обрубки дерева, вкопанные в землю), а иногда копались и рвы. Наиболее эффективным считалось серия тройных надолбов вокруг всего острога. Так были укреплены большинство острогов Юга Сибири и примыкавшие к ним слободы ^[417].

Немаловажной стороной деятельности, обозначаемой словом «сидение», было пополнение запасов на случай осады острога. В отписках сообщается, что велся учет продовольствия, фуража, боеприпасов (пороха и свинца), лошадей и пр., а также рассчитывалось время, которое можно провести в осаде с имеющимися запасами. Особому учету подлежали запасы пороха и свинца. На южных порубежных территориях недостаточным считался запас, которого бы хватило на три дня осады. В этом случае обращались к воеводам или в крайних случаях в Сибирский приказ ^[418].

Кроме того, «сидеть в остроге» означало и посылку «проезжих станиц» (караульных отрядов) и выставление посменных караулов на острожных стенах. Эти отряды были призваны заблаговременно уведомлять о происходящих событиях в «большой степи». Для этого использовались информаторы из числа ясачных «подгородних» аборигенов. Будучи коренными жителями, проживавшими на этих территориях долгое время, они были лучше осведомлены о том, готовится ли нападение степных воинов.

Сам внешний вид острога приобретал образ идущего военного механизма, нависающего над окрестной территорией. Остроги располагались на возвышенном месте, там, где несколько рек впадали в одну (на Юге Сибири таких острогов было 9 из 15). По углам строились башни, часто они ставились также над воротами, открывавшими взъезд в острог. Ворота усиливались несколькими слоями отесанных бревен и железными скобами. Когда ворота закрывались, они становись продолжением глухой острожной стены. Единственные отверстия в стенах — бойницы — представляли собой смотровые «окошки» для стрельбы из огнестрельного оружия. Сами стены напоминали поднятые копья (оружие нападения). Высокий обрывистый берег у одной из стен острога усиливал образ неприступного бастиона.

Острог выступал материальным воплощением идентичности казаков, которая в первую очередь сопрягалась с военной сферой. Когда строили острог, его сразу же снабжали оружием, боеприпасами и сопутствующими материалами. Так, например, с для «новых Ленских острожков» в 1640 г. было отправлено «для угрозы и для приходов под острожки воинских людей дви пушки ядром по три гривенки, да десять пищалей полковых ядром по гривенке, да к тем ко всем пушечкам и к пищалем пушечныхъ запасовъ двадцать шесть пуд зелья пушечного, а ядер и свинцу по сту зарядов к пищали, да… ручниого зелья, впредь на запас тридцать пуд, а свинцу против того ж; да им же служилым людем, для проезду до Ленских острожков, велено дать по фунту зелья, по фунту свинцу человеку, да на кузнечное дело и на всякие оружейные поделки железа пудов с двадцать, да с четыре пуда укладу.., да про запас для судов же… скоб и гвоздев и парусов и конатов и бечев, и всяких судовых снастей, и якорей, сколько будет надобно» ^[419].

Кроме того, постоянно подчеркивалась обязанность казаков обеспечивать сохранность острога и прилегавших к ним деревень. В воеводских наказах предписывалось жить в остроге «с великим береженьем.., чтоб в день и в ночь были… караулы частые, и сами караулов дозирали почасту» ^[420].

 

Острог был и местом, откуда казаков «посылали» на дальние службы: на сбор ясака и поиски новых земель и «неясачных иноземцов». Об этом речь пойдет в следующей главе. Однако здесь стоит отметить, что и в «новых землицах» и в походах в степь образ острога занимал центральное место: он был начальным и конечным пунктом для казачьего отряда. Кроме того, на «новых землицах» основывались новые поселения, чаще зимовья, которые затем превращались в полноценные остроги.

Таким образом, вокруг острога (острожка или зимовья) сосредотачивалась вся жизнь казака того времени. Все ключевые моменты их службы проходили в этом военно-административном центре. Острог незримо присутствовал и определял жизнь казаков. Если пользоваться термином ментальная карта, то на ней острог занимал узловое, центральное место, где сходились и расходились основные линии жизни казаков.

Внутри острога

· Небольшое пространство, заполненное оружием;

· Стены и башни (караулы);

· Комплекс военно-административных и иных сооружений острога:

Башни;

Воеводская (приказная) изба (ы);

Изба для принятия посольств;

Амбар для хранения государевой оружейной казны;

Зелейный погреб;

Изба для аманатов;

Амбар Изба / помещение для тюремного заключения и пыток;

Амбар для хранения государевой соболиной казны;

Церковь;

Дворы воеводы и других начальных людей гарнизона;

· Панцирь Былиных (помимо денежных поощрений.