ТОП 10:

Сентябрь: заниматься любимым делом



 

КНИГИ

V Написать роман.

V Выкроить время.

V Забыть о результатах.

V Овладеть новой технологией.

 

Вернувшись из отпуска, я смогла по‑новому оценить достоинства своей любимой библиотеки. Эта библиотека, расположенная всего в одном квартале от нашего дома, была почти идеальным местом: прекрасное здание, свободный доступ к книгохранилищу, Интернет, замечательный отдел детских книжек и тихая читальня для работы… и, господи, какая же в этой комнате была тишина. Я до сих пор помню, как на меня там посмотрели однажды утром, когда я забыла выключить звук загрузки системы в своем ноутбуке. Было так легко привыкнуть ко всему этому и принимать как должное, ведь я ходила туда несколько раз в неделю на протяжении семи лет, но именно недолгое отсутствие в городе позволило вновь осознать, как мне там нравится. (Это еще раз доказывает правоту специалистов в области счастья, которые советуют на некоторое время лишать себя тех или иных удовольствий, чтобы вернуть остроту их восприятия.)

Учитывая, что я была так счастлива вернуться в библиотеку (а также то, что сентябрь ассоциируется с началом нового учебного года), этот месяц очень подходил, чтобы сделать его центральной темой проекта. Моим главным обязательством на этот месяц было «предаться страсти», что в моем случае означало все, имеющее отношение к книгам. Я обожаю читать и писать, и моя работа крутится вокруг чтения и написания текстов, тем не менее у меня постоянно не хватает времени на эти занятия.

Давным‑давно я прочитала предостережение писательницы Доротеи Бранде о том, что писатели слишком склонны тратить свое время на многословные занятия, например читать, разговаривать, смотреть телевизор, ходить в кино и театр. Вместо этого, по ее мнению, писателям следовало бы подзаряжаться энергией в ходе каких‑нибудь неязыковых видов деятельности: прослушивания музыки, походов по музеям, раскладывания пасьянсов или длительных прогулок в одиночестве. Мне это кажется весьма логичным, и я время от времени пытаюсь следовать этому совету. Но во время работы над своим проектом, когда я бродила по книжному магазину, меня вдруг осенило: хорошо это или плохо, но больше всего в жизни я любила читать, писать и делать книги. Если говорить честно, я любила эти занятия до такой степени, что готова была отказаться в их пользу от практически любых других видов деятельности.

Недавно подруга, у которой было трое детей, в разговоре со мной упомянула:

– По выходным я больше всего люблю дни, когда нам всем вместе удается не меньше двух часов с утра и двух часов вечером проводить в играх на воздухе.

– По выходным, – ответила ей я, – мне больше всего нравятся дни, когда нам всем удается проваляться в пижамах до обеда, читая книги.

 

Это правда, но мне почему‑то было не по себе… Почему? Почему мне казалось, что ее предпочтения лучше моих? Почему, валяясь в кровати и «просто читая», я чувствовала себя виноватой? Возможно, потому что для меня это занятие было наиболее естественным.

 

 

Я бы очень хотела стать другой и иметь более широкий круг интересов. Но я такая, какая есть.

 

 

Однако теперь пришло время хорошенько задуматься о своей страсти к чтению и писательству. Лично мне эти занятия казались намного интереснее, чем игры на свежем воздухе. (Разумеется, пока не подрастет Элиза, об утре, проведенном с книгой в кровати, оставалось только мечтать, но мы делали так раньше и будем делать в будущем.)

Чтобы выполнить данное себе в этом месяце обещание «предаться страсти», мне надо было прежде всего определить, что является моей страстью. Это сделано. Теперь нужно выкроить нужное количество времени, найти возможность интегрировать эту страсть в обычный распорядок дня и прекратить оценивать себя по не имеющим ко мне отношения стандартам эффективности жизни.

Кроме того, я хотела овладеть какой‑нибудь новой технологией, упрощающей задачу создания книг. Естественно, не все разделяют мою страсть к книгам: люди могут увлекаться студенческим футболом, политикой, ходить в местную театральную студию или устраивать гаражные распродажи.

Но что бы ни было вашим страстным увлечением, исследования предрекают, что гигантский всплеск счастья человек ощущает, выделяя достаточное количество времени на любимое занятие и считая его по‑настоящему приоритетным делом, а не каким‑то пустяком, позаниматься которым можно в любой свободный момент (чего, кстати, многим людям сделать никогда не удается).

 

Однако из обсуждения в своем блоге я выяснила, что некоторых людей вопрос «Какое занятие ты страстно любишь?» ставит в полный тупик. Этот вопрос кажется им таким глобальным и не имеющим точного ответа, что они просто впадают в состояние паралича. В такой ситуации полезной подсказкой для определения своей страсти, будь то в работе или в развлечениях, будет совет «делай, что делается ». Четко определить суть своего страстного увлечения можно, вспомнив, что ты любила делать в десятилетнем возрасте или чем добровольно предпочитаешь заниматься по воскресеньям. (Один из читателей моего блога предложил еще более простой индикатор: «Можно делать приблизительно так, как советовал мой профессор физики: „Вспомни, о чем ты думаешь, сидя в туалете? Вот именно об этом ты и хочешь думать“».)

Методика «делай то, что делается» помогает, заставляя заняться изучением своего реального поведения, а не созданного внутри себя собственного образа. Соответственно, при ее помощи можно более точно определить свои предпочтения.

 

Написать роман

 

Самым амбициозным из запланированных на этот месяц проектов было написание романа всего за 30 дней. У меня никогда не возникало желания бегать марафон или покорять горные вершины, но мысль о том, чтобы за месяц начать и закончить книгу, наполнила меня таким же восторженным желанием выложиться, напрячь все свои силы. Мне хотелось узнать, способна ли я на это.

Недавно я встретилась на улице с одной своей знакомой, и она упомянула в разговоре, что пишет по роману в месяц.

– Неужели? – немедленно заинтересовавшись, спросила я. – Каким же образом?

– У меня есть книжка «Нет сюжета? Нет проблем!» Криса Бэти. Просто начинаешь писать без всякой подготовки, текст не редактируешь, и, делая 1667 слов в день, получаешь за тридцать дней роман из 50 тысяч слов.

– Пятьдесят тысяч слов? – спросила я. – А этого достаточно, чтобы получилась настоящая книга?

– Примерно столько слов в романах «Над пропастью во ржи» и «Великий Гэтсби».

– Правда? – задумчиво произнесла я. – Знаешь, я, наверное, тоже попробую.

– А еще он устраивает общенациональную акцию Месяц романиста. Это в ноябре бывает. Участвует куча народу по всей стране.

Мы стояли на перекрестке в квартале от книжного магазина «Barnes & Noble», что на Юнион‑Сквер.

– Пойду и прямо сейчас куплю себе эту книгу, – решившись, сказала я. – Мне надо обо всем этом хорошенько подумать.

Я купила ее, и мне в голову пришел сюжет о романе двух живущих в Манхэттене людей. Я читала Лори Колуин, Роксану Робинсон и романы других авторов о кризисе среднего возраста (и среднего «семейного возраста»), мне было интересно осветить такие последствия его проявлений, как измены супругам. Кроме того, я подумала, что забавно попытаться продумать логику процесса, при помощи которого два человека из одного и того же социального круга могли бы сохранять свою интрижку в тайне. Да и просто приятно написать книгу о Нью‑Йорке.

 

В первый же сентябрьский день я напечатала «СЧАСТЬЕ» на титульной странице, а потом написала свое первое предложение: «Вспоминая все это потом, Эмили поняла, что точно знает, когда начался ее роман с Майклом Хармоном: это произошло около 8 часов вечера 18 сентября, на вечеринке в квартире Лизы и Эндрю Кессель». И дальше в таком же духе еще 1667 слов.

Писать роман было трудно, но втиснуть часы работы над книгой в распорядок дня оказалось проще, чем я думала. Конечно, мне в этом отношении было проще, чем другим людям, – я была профессиональным писателем, но и мне пришлось урезать время, которое раньше тратилось на чтение газет и журналов, встречи с людьми за чашкой кофе, чтение для удовольствия или просто всякие хлопоты по дому. Записи в моем в блоге стали заметно короче.

Спустя дней десять я столкнулась с проблемой: сюжет зашел в тупик. Я не слишком думала о насыщении текста действием, то есть Эмили с Майклом идут в ресторан, заводят свой роман, потом заканчивают его. Но большинство этих событий я описала еще до того, как достигла отметки даже в 25 тысяч слов. Бэти в своей книге обещал, что никаких проблем с придумыванием продолжения истории у меня не будет, и я каким‑то образом умудрялась писать дальше и еще дальше. Каждый день я так или сяк выдавливала из себя необходимую минимальную норму по словам, пока 30 сентября не написала фразу: «Теперь она будет ходить за покупками в другой магазин. КОНЕЦ».

Я посмотрела статистику: 50 163 слова. Я закончила роман, по длине не уступающий настоящим книгам, например таким любимым мною романам, как «Мудрая кровь» Фланнери О’Коннор или «Бойцовский клуб» Чака Паланика.

 

Была ли я счастлива? Конечно. Да, работа над романом и вправду отняла у меня много времени и энергии, но одновременно с этим и значительно подняла уровень моего счастья. Тот факт, что я взялась за такой большой проект и смогла довести его до конца всего за один месяц, послужил огромным вкладом в атмосферу роста, создаваемую мною в своей жизни. Было приятно увидеть, чего я способна достичь за такой короткий срок, если возьмусь за дело с умом. Кроме того, так как я постоянно находилась в поиске материала, способного обогатить мой роман, я начала смотреть на мир совсем по‑новому.

Однажды днем я шла домой из библиотеки и увидела большую толпу людей перед входом в знаменитое похоронное бюро Фрэнка Кэмпбелла. «Из этого получится замечательная сцена для моего романа», – подумала я.

Но источником самого пронзительного переживания счастья во всем процессе написания книги была возможность выразить очень сложную идею, на изложение которой обычно требуется много сотен страниц. Я точно запомнила момент, когда эта идея пришла мне в голову.

 

Я была на званом обеде с несколькими семейными парами из нашего квартала. Я увидела, как двое из моих друзей увлеченно ведут явно невинную беседу, и подумала: «А вдруг они крутят роман? Как бы им удалось делать это? И что может случиться потом?»

До этого момента на написание всех родившихся в моем воображении книг уходили годы. Возможно, мой роман нельзя считать образцовым, но я закончила его всего за месяц. Как я уже убедилась в феврале во время Недели Особой Доброты, в строгой дисциплине есть множество преимуществ. Талантливейший Скотт МакКлауд предлагает в своей книге «Как рисовать комиксы» подобное упражнение, названное им «Комикс за сутки»: «Нарисовать законченный 24‑страничный комикс за 24‑часовой период. Без сценария. Без предварительной подготовки… Это великолепная шоковая терапия для людей, находящихся в творческом тупике». Кроме того, пройдя такой «курс молодого бойца», я обрела творческую свободу, поняв, что, как только у меня возникнет непреодолимое желание написать роман (это профессиональное заболевание, поражающее писателей, мало обсуждается, но часто встречается), я могу просто сесть и сделать это.

Как это ни удивительно, я получила от написания «Счастья» огромное удовольствие. Обычно в процессе работы я постоянно сомневаюсь в качестве написанного. На протяжении всего «месяца романиста» у меня на это просто не было времени, и я с облегчением воспринимала отсутствие внутреннего критика. Как мне сказала одна подруга: «Посмотри правде в глаза! Твой роман, наверно, очень плох… но в этом нет ничего страшного!» Этот проект помог мне сдержать данное себе в марте обещание «получать удовольствие от неудач». Написав 50 163‑е слово, я почувствовала, как у меня зачесались руки вернуться к первым страницам и начать редактировать рукопись, но я сдержалась. Я даже не стала его перечитывать. Но когда‑нибудь я это сделаю.

 

Создание романа обеспечило мне «атмосферу душевного подъема», которая, как я все больше и больше убеждалась, является необходимым условием счастья. Я включила этот элемент в состав своей Первой Великой Истины, но он оказался даже более значимым, чем мне изначально представлялось. Удовлетворение, получаемое в результате удачного выполнения масштабного начинания, считается одним из самых значительных в жизни. Когда я спросила у читателей своего блога, чувствуют ли они счастье, справившись с каким‑нибудь большим делом, многие из них поделились со мной своими ощущениями.

 

«Я взяла на себя большие обязательства и очень удивилась, когда мне удалось их выполнить. Я вступила на youtube в группу, проводившую 100‑дневный конкурс реалити‑видео. Я каждый день на протяжении ста дней вела видеоблог. Раньше я никогда не делала видеосюжетов для youtube, но у меня была камера, которой можно снимать фильмы. Я взяла на себя обязательство сосредоточиться на чем‑нибудь позитивном и ежедневно делиться этим с людьми. Делать по одному видео каждый день было, наверно, легче, чем по одному в неделю, потому что это занятие просто становится обыденной процедурой. Хотя темой конкурса было что‑то вроде „закона притяжения“ (мне, кстати, никакого внимания к себе притянуть не удалось), я стала гораздо счастливее, потому что с удовольствием делала свои сюжеты, а через комментарии еще и приобрела новых друзей».

«Я решил, что именно в этом году подготовлюсь и приму участие в спринтерском троеборье. Я вступил в команду, тренировался почти ежедневно на протяжении восьми недель, а когда закончил эти соревнования, то сразу же записался на следующие. Вообще‑то, я больше люблю поваляться и почитать, но мне всегда думалось, что было бы недурно поучаствовать в таких соревнованиях, пока мне еще не стукнуло сорок (это будет через два года). Тренировка получилась отличная, и я настоятельно рекомендую спринтерское троеборье всем, кому хоть раз приходило в голову поучаствовать в каких‑нибудь соревнованиях».

«Я взялась изучить итальянский меньше чем за семь месяцев. У меня появилась такая возможность, и я сразу за нее схватилась. Перед началом курса я не знала ни одного итальянского слова, но не пройдет и семи месяцев с начала занятий, как я буду свободно говорить на этом языке. Я не прошла еще и половины курса, а уже могу беседовать с носителями языка. Для меня это очень серьезное начинание, и много раз я даже чуть не бросала занятия, но этот процесс мне очень нравится, и я получаю от него большое удовольствие».

 

«Выбравшись из тяжелой депрессии, я где‑то недель за шесть построил себе небольшую яхту. Я сделал это, чтобы отпраздновать победу, а также чтобы помочь себе окончательно избавиться от депрессивного состояния. Завершение работы принесло мне много счастья, а все случаи, когда я выходил на лодке в плавание, стали для меня очень памятными событиями. Кроме того, имея лодку, я смог вступить в яхт‑клуб и получил возможность проводить время в прекрасном и тихом месте и также общаться с интересными людьми. Все это делает мое счастье еще большим».

«Я пишу мемуары. Стала работать няней неполный день, чтобы полнее сосредоточиться на литературном труде, и очень счастлива, что занимаюсь этим. Можно сказать, что рукопись уже наполовину закончена. Стремясь исполнить свою мечту, я чувствую себя, будто оседлала волну (я прожила целый год на Гавайях и там увлеклась серфингом). Импульсом к этому стала изменившая всю мою жизнь тяжелая болезнь. Я восемь месяцев не расставалась с костылями, и не знала, смогу ли когда‑нибудь опять ходить на собственных ногах. Мне реально грозила инвалидность. Пройдя через события такого рода, продравшись через трясину отчаяния, начинаешь видеть жизнь по‑другому. На собственном опыте понимаешь, что жизнь слишком коротка, чтобы НЕ делать того, чего страстно желаешь. Вот именно этим я теперь и занимаюсь. Я чувствую, будто лечу по жизни на гребне волны».

«По мере взросления я начинаю осознавать, насколько важно заниматься тем, что любишь. Мне сейчас 22, и я уже два года работаю в корпоративном мире, но моя страсть – дизайн и создание ювелирных украшений. Я начинаю с малого и делаю уникальные украшения для своих родных и друзей, а недавно еще и открыл интернет‑магазин по адресу etsy.com. Я уже давно увлекаюсь разработкой „ювелирки“, но до недавних пор не решался по‑настоящему отдаться этой своей страсти. Хотя пока мне еще рано говорить о собственном предприятии, надеюсь, что со временем у меня будет свой бизнес! Иногда я очень расстраиваюсь, видя, что все мои цели в настоящий момент – это всего лишь какое‑то крошечное зернышко, но знание, чего я хочу добиться, мотивирует меня продолжать двигаться вперед и не сдаваться! Упорный труд ради чего‑то, во что ты страстно веришь, приносит СТОЛЬКО удовлетворения и добавляет жизни такое количество истинно счастливых эмоций!»

 

Вы можете поэкспериментировать с новыми рецептами, отправиться в пятнадцатый на своем веку поход в Национальный парк, распланировать шестидесятую вечеринку в честь чьего‑то дня рождения или следить за прогрессом своей любимой команды в национальном чемпионате. А я предпочла написать роман.

 

Выкроить время

 

Хотя чтение для меня – один из приоритетных видов деятельности и самых больших удовольствий в жизни, я никогда особенно много о нем не думала. Я хотела выделить больше времени для чтения… чтобы успевать прочитывать больше книг и с большим удовольствием. Для этого я дала себе разрешение читать в любой момент, когда захочется. Сэмюэл Джонсон заметил: «Если мы читаем без охоты, половина мозга работает на сохранение внимания, а поэтому на восприятие того, что мы читаем, у нас остается всего половина сознания». Это подтверждается наукой. Когда ученые попытались выяснить, что помогает учащимся младших классов школы запоминать то, о чем они читают, они обнаружили, что заинтересованность ученика в содержании текста во много раз (а конкретно – в тридцать раз ) важнее степени «читабельности» этого фрагмента.

Итак, между книгами, которые я читала для своего Проекта «Счастье», например, «Гипотезой счастья» Джонатана Хайдта, «Планом Б» Энн Ламотт и несколькими биографиями Толстого, я вставила «Частную жизнь загородного дома 1912–1939» Лесли Льюиса. По этой же причине я позволила себе при желании перечитывать «Ярмарку тщеславия» Теккерея, «Наследника Рэдклиффа» Шарлотты Янг или Лауру Инголлс Уайлдер, вместо того чтобы заставлять себя читать что‑то новое. Я всегда считала, что лучшее чтение – это перечитывание некогда прочитанных книг.

Я начала просить людей порекомендовать мне какие‑нибудь книги (у этого действия был и очень позитивный побочный эффект в виде улучшения отношений со многими людьми, так как они начинали реагировать на меня с большей теплотой, увидев, что я записываю их рекомендации). По совету одного из членов группы детской литературы, в которую вхожу и я, подписалась на очаровательный английский ежеквартальный журнал Slightly Foxed, в котором публикуются очерки читателей об их любимых книгах, а кроме того, начала обращать внимание на книги, рекомендуемые в книжном разделе журнала The Week.

Но главным препятствием к расширению круга чтения стала не проблема выбора книг, а нехватка времени на чтение. Сколько бы времени я ни выделяла на чтение, мне хотелось читать еще больше. Естественно, когда люди жалуются на нехватку времени, первое, что хочется им посоветовать, – это «меньше смотри телевизор». Это вполне логично, ведь среднестатистический американец ежедневно проводит перед телевизором от четырех до пяти часов.

– Как ты думаешь, мы не слишком много смотрим телевизор? – спросила я у Джеми.

– Да мы почти вообще не смотрим телевизор, – ответил он.

– Ну, сколько‑то ведь мы его смотрим. Сколько ты думаешь, пять, шесть часов в неделю? Но мы же смотрим только то, что записали на TiVo, да еще фильмы с DVD.

– Не думаю, что нам стоит полностью отказываться от телевизора, – сказал он. – Телевидение – это отличная штука, если смотреть его с умом.

Он был прав. Здорово было посмотреть какую‑нибудь передачу после того, как улягутся спать наши девчонки… Просмотр телепередач казался каким‑то более компанейским занятием, чем чтение в одной и той же комнате. Я думаю, что уют создавался пониманием, что мы одновременно испытываем одни и те же чувства.

 

Но я все‑таки дала зарок не дочитывать книги, которые мне не нравятся. Обычно я гордилась тем, что обязательно заканчиваю все начатые книги, но теперь это осталось в прошлом. Обычно я еще и оставляла все купленные книги, и у нас в доме все свободные горизонтальные поверхности были заняты стопками прочитанной литературы. Я провела безжалостную чистку, и мы отвезли несколько тяжеленных мешков книг в букинистический магазин. Кроме того, я наконец согласилась со своим специфическим отношением к книгам (фильмам и спектаклям), сюжет которых основан на несправедливости и несправедливо предъявленных обвинениях. Я не могла заставить себя читать «Оливера Твиста», «Отелло», «Убить пересмешника», «Искупление», «Путешествие в Индию», «Бирманские дни», «Преступление и наказание» или «Артур и Джордж»… и ничего страшного в этом нет.

 

Забыть о результатах

 

Я люблю по мере чтения книг делать заметки, причем нередко без всякой видимой причины. Я все время делаю пометки в книгах, составляю странные списки, объединяю примеры в диковинные категории, выписываю целые абзацы. Я словно всю жизнь работаю над каким‑то перманентным исследовательским проектом неопределенного назначения. Меня тянет составлять списки иностранных слов, описывающих понятия, не передаваемые английским языком (flaneur, darshan, eudaimonia, Ruinensehnsucht, amae, nostalgie de la boue), образов и концепций, кажущихся мне заряженными каким‑то странным смыслом (например, Король‑Рыбак, Кроатон, Элевзинские мистерии, освящение плодов в День Преображения Господня, Охота на крапивника, Дух Кукурузы, спарагмос, Князь Беспорядка, культ Даров небесных, греческие гермы, потлач, Золотое сечение).

На записки уходит очень много времени и энергии, и поэтому я старалась подавлять в себе этот импульс. Это занятие казалось мне бессмысленным потаканием собственным слабостям. Но в соответствии с принятыми на этот месяц обязательствами, а также с заповедью «Будь собой, Гретхен» я разрешила себе «забыть о результатах» и, не чувствуя никаких угрызений совести, вести такие заметки.

Странно, но, как только я сказала себе: «Хорошо, Гретхен, делай свои заметки сколько тебе угодно», я сразу же поняла, насколько полезными они были. Моя первая книга «Власть Деньги Слава Секс» выросла из огромного свода таких заметок. Когда мне представился случай написать книгу «Бездарные траты», рассказывающую о том, почему люди могут по собственной воле начать уничтожать свою собственность, я смогла нашпиговать книгу самыми поразительными и наглядными примерами благодаря тому, что на протяжении долгих лет делала записи (без всякой на то причины). В силу того, что эти записки не казались мне «настоящей работой», я не видела в них никакой ценности, хотя она в них была.

 

 

Мы получаем удовольствие от своих увлечений именно потому, что нам не надо волноваться о результатах. Ты можешь стремиться к триумфу, а можешь просто возиться с чем‑то, удовлетворяя собственный интерес, не беспокоясь о том, насколько эффективна твоя деятельность или к чему она приведет.

 

 

Окружающие могут гадать, зачем ты с такой радостью столько лет подряд чинишь один и тот же старый автомобиль, хотя он так до сих пор ни разу и не завелся, но для тебя это не имеет никакого значения. Атмосфера душевного подъема приносит людям великое счастье, но оно нередко приходит и тогда, когда ты освобождаешься от навязчивого стремления создать в себе эту атмосферу. В этом нет ничего удивительного: противоположность великой истины нередко тоже бывает истиной.

 

Овладеть новой технологией

 

Создание книг всегда казалось мне развлечением. В детстве я проводила бессчетное количество часов, работая над книгами‑пустышками.[9]До того как стать профессиональным писателем, я написала два совершенно жутких романа. Всю свою жизнь я делала в подарок своим родным и друзьям маленькие книжечки. Когда я задумалась о том, какими проектами с особым удовольствием занимаюсь с Элизой, оказалось, что все они тоже имеют отношение к книгам.

Например, мы сделали с ней книжку, в которой собрали самые удачные и живописные из ее рисунков. Она диктовала мне подписи к каждому из них, а я печатала их на компьютере, потом мы вырезали подписи, подклеили их к рисункам, сделали цветные копии и подшили их в книжки с корешком‑пружинкой.

Работа над этим проектом принесла нам бездну удовольствия, сами книжки стали прекрасным сувениром для нас и замечательным подарком на Рождество дедушкам и бабушкам, в них запечатлелся определенный этап развития Элизы, а еще я смогла наконец со спокойной душой выкинуть гигантские кипы ее рисунков. (Признаюсь, когда я написала об этом проекте в своем блоге, одна из читательниц возмутилась: «Поверить не могу, что вы выбросили оригиналы рисунков своей дочери. Я, конечно, как и вы, сделала бы копии, а из оригиналов сшила бы что‑то типа альбома. Копии НИКОГДА не смогут заменить оригиналы. Прочитав ваш рассказ, я расстроилась».)

 

Недавно я с интересом прочитала о «самиздатовском» сайте с названием lulu.com. В соответствии с приведенной на сайте информацией, я могла издать настоящую книжку в твердом переплете, да еще и вместе с суперобложкой, меньше чем за тридцать долларов. Я рассказала об этом Джеми, но он только презрительно фыркнул: «Интересно, кому вообще такая услуга может понадобиться?»

– Ты хочешь сказать, у кого вообще могут валяться по дому кипы документов размером в фолиант, которые хотелось бы напечатать в книжной форме? – спросила я.

– Ну да…

– Шутишь? У меня! – сказала я. – Если сайт работает, то я напечатаю целую дюжину книжек.

Наконец‑то у меня появляется возможность что‑то сделать со своими вроде бы бесцельными записками. На пробу я решила сделать книгу из дневника, который вела на протяжении первых полутора лет жизни Элизы (вот и еще одна книга, которую я написала, даже не заметив этого). Я уселась за компьютер, внутренне подготовившись к «каторжным» попыткам справиться со своими сомнениями и стремлением делать все как можно быстрее. Однако весь процесс уложился минут в двадцать.

Когда пару недель спустя я получила свою первую самиздатовскую книжку, она превзошла даже самые смелые мои ожидания. Я держала в руках историю жизни своего ребенка! Да еще и в виде самой настоящей книги! Что же дальше? Я заказала книгу своих любимых цитат о природе биографической литературы, потом книгу любимых цитат, не относящихся к каким‑то конкретным категориям, и начала фантазировать, какие еще книги можно было бы сделать в будущем.

Завершив работу над Проектом «Счастье», я напечатаю книгу своих любимых изречений о счастье, возможно, даже с фотографическими иллюстрациями. Я сделаю книгу из записей в блоге. Я напечатаю свой роман «Счастье». Я напечатаю свой лаконичный дневник… причем, смогу даже сделать по экземпляру для девочек! Кроме того, у меня было столько отличных идей для новых книг, связанных с проблемой счастья. Если мне не удастся опубликовать их в настоящих издательствах, то я издам их самостоятельно.

 

А еще я узнала, что при помощи онлайновой фотослужбы Shutterfly можно напечатать фотоальбомы в твердой обложке. Понять, как это делается, было трудно, но постепенно я со всем разобралась и сразу же заказала по экземпляру альбома для нас и наших родителей. Это, конечно, обошлось недешево, но я напомнила себе, что таким образом исполняю не только обязательство «овладеть новой технологией», но и данные себе обещания «делать покупки, способные помочь мне достигать поставленных целей в будущем», «позволить себе немного потранжирить» и «быть сокровищницей счастливых воспоминаний».

Стоило мне только пройти через период накопления знаний, как процесс начал доставлять мне большое удовольствие. Ощущение новизны и сложности, сопутствующее изучению новых технологий (хотя временами я просто с ума сходила от раздражения), приносило мне огромное удовлетворение. Кроме того, я расширяла спектр возможностей предаваться своему страстному увлечению книгами.

 

Из всех прошедших до сего момента месяцев сентябрьские обязательства оказались для меня самыми приятными и легкими.

 

 

Я еще раз убедилась, что становилась гораздо счастливее, когда принимала как данность то, что мне реально нравилось или не нравилось, вместо того чтобы пытаться решить для себя, что должно быть мне по душе.

 

 

Я чувствовала себя более счастливой, перестав подавлять живущую во мне с детских лет склонность вести записки и писать книги и позволив себе заниматься этими видами деятельности. Как заметил Монтень: «Прекраснее всего то, к чему душа лежит без малейшего напряжения и с наибольшей естественностью, а самые лучшие занятия – это те, к которым меньше всего приходится себя принуждать».

Мне надо было согласиться со своей природой, но вместе с тем следовало себя немного подстегивать. Звучит противоречиво, но в глубине сердца я понимала разницу между отсутствием интереса и страхом неудач. Я сталкивалась с этим в марте, когда начинала вести свой блог. Хотя я немного нервничала по этому поводу, но все‑таки понимала, что ведение блога – это занятие из тех, которые мне по душе.

В действительности я осознавала, что мое детское увлечение книжками‑пустышками, когда я собирала интересную информацию, выписывала цитаты, подбирала к тексту выразительные иллюстрации, похоже… на процесс ведения блога. Ну и ну! Поняв это, я решила отказаться от продолжения работы над свежей книгой‑пустышкой. Я с восторгом трудилась над ней с мая, получая ностальгическое удовольствие от возвращения к деятельности, приносившей мне так много удовольствия в детские годы, но потом мне надоело. В качестве места хранения всякой всячины, тягу к собирательству которой я постоянно в себе ощущала, вместо книжек‑пустышек занял мой блог.

 

Итоги сентября

 

В самый последний день месяца меня посетило важное озарение: Четвертая Великая Истина. Мы с Джеми обедали с одним из наших не очень близких знакомых. Он спросил меня, над чем я сейчас работаю, и, когда я рассказала ему о проекте, вежливо не согласился со мной, сказав, что сам придерживается точки зрения Джона Стюарта Милля (John Stuart Mill), а потом произвел на меня большое впечатление, процитировав: «Спроси себя, счастлив ли ты, и сразу перестанешь быть счастливым».

Одной из проблем, порожденных моими непрестанными раздумьями о счастье, стало то, что у меня выработались весьма предвзятые взгляды. Мне хотелось начать лупить кулаком по столу и орать: «Нет… нет… НЕТ!» Вместо этого мне удалось просто кивнуть головой и достаточно спокойным голосом сказать: «Да, многие люди придерживаются таких взглядов, и это заметное течение в теории счастья. Но я не могу сказать, что согласна с этим».

Я прямо читала в его взгляде: Джон Стюарт Милль против Гретхен Рубин. Гм… и кто же из них скорее прав? По крайней мере, по своему собственному опыту я могу сказать, что, начав думать о счастье, я стала гораздо счастливее, чем в те времена, когда совсем о нем не задумывалась. Вполне возможно, что Милль имел в виду состояние «потока жизни», определенное ученым Михаем Чиксентмихайи.

В состоянии потока люди полностью поглощены делом, настолько сосредоточены на том, чем занимаются, что совершенно забывают о себе и находят идеальное равновесие между сложностью задания и своими способностями. Но, мне кажется, Милль имел в виду широко распространенное среди людей поверье, что, думая о собственном счастье, ты становишься эгоцентристом, и перестаешь задумываться об окружающих, своей работе и вообще обо всем, что не приносит тебе удовольствия. Возможно, Милль хотел сказать, что счастье является следствием стремления к успеху в других областях, например, в любви или работе, и не должно быть самоцелью.

Разумеется, бессмысленно просто сидеть и дожидаться счастья, надо еще и делать определенные шаги в его направлении, то есть проявлять больше любви к окружающим, найти себе работу по душе и т. д. Но лично для меня вопрос, счастлива ли я, является важнейшим шагом, помогающим более эффективно культивировать состояние счастья своими действиями. Кроме того, только осознавая счастье, я могу по‑настоящему ценить его. Отчасти счастье зависит от внешних обстоятельств, но также и от того, каким образом ты их воспринимаешь.

Я много задумывалась об этом на протяжении всего года, но тут наконец‑то меня осенило, что в этом и состоит моя…

 

Четвертая великая истина

Ты не счастлив, если не думаешь, что счастлив.

 

А потом я сообразила, что у этой Четвертой Великой Истины есть еще и естественный вывод.

 

Ты счастлив, если думаешь, что счастлив.

 

Это означает, что думать о счастье – полезно, что бы по этому поводу ни говорил Джон Стюарт Милль.

 

Глава 10

Октябрь: быть внимательнее

 

СОСТОЯНИЕ ЯСНОГО УМА

V Медитировать на коанах.

V Изучить истинные правила.

V По‑новому стимулировать свое сознание.

V Завести пищевой дневник.

 

Когда я говорила людям, что работаю над книгой о счастье, самой распространенной ответной реакцией были слова: «Тогда тебе надо некоторое время позаниматься изучением буддизма». (На втором месте с небольшим отставанием шла фраза: «Значит, ты каждый вечер выпиваешь по бутылке вина?») Чаще всего мне рекомендовали почитать книгу далай‑ламы «Искусство счастья».

Меня всегда интриговал буддизм, а поэтому мне не терпелось больше узнать и о религии, и о жизни самого Будды. Но, хотя многие аспекты этого учения вызывали у меня уважение, я не чувствовала никакой связи с буддизмом, который, по сути своей, предлагал отстраненность в качестве средства облегчения страданий. Несмотря на то, что в мире есть место любви и привязанностям, эти чувства рассматриваются, как кандалы, приковывающие человека к наполненной горестями жизни… что, конечно, совершенно справедливо.

Вместо этого я придерживаюсь западной традиции культивирования глубочайших страстей и крепких привязанностей. Я не хочу отстраняться, а хочу участвовать, я не хочу ослаблять связи, а хочу углублять их. Кроме того, в западной традиции делается упор на выражении и совершенствовании любой уникальной, индивидуальной души, тогда как в традициях Востока этого нет.

 

Однако изучение буддизма заставило меня осознать значимость некоторых концептов, которые я раньше обходила вниманием. Самый главный из них – «ясность ума», то есть развитие в себе состояния самоосознания, не предполагающего никакой критики или осуждения.







Последнее изменение этой страницы: 2016-04-23; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 18.215.33.158 (0.032 с.)