Нам надо узнать, чем мы больны

 

 

  – Геронда, а что больше всего помогает человеку исправиться?

  – Прежде всего воля, желание. Воля, желание [исправиться] – это, некоторым образом, добрый почин. Затем человек должен понять, что он болен, и начать принимать соответствующие [духовные] антибиотики. Ведь если [телесно] больной скрывает свою болезнь, то в какой-то момент он – неожиданно и сам не поняв как – свалится как подкошенный, и медицинские средства уже будут для него бесполезны.

  Скажем, человек знает, что у него предрасположенность к туберкулезу, и по этой причине у него нет аппетита. «Почему ты не ешь?» – спрашивают его. «Э, – отвечает он, – это кушанье мне не очень-то по вкусу!» Потом у него начинается упадок сил и он еле-еле передвигает ноги. «Что с тобой, почему ты едва плетешься?» – удивляются люди. «А мне, – отвечает он, – нравится ходить медленно. Зачем я буду нестись как угорелый!» Он скрывает, что у него упадок сил и поэтому он едва передвигает ноги. Потом у него начинается кашель. «Почему ты кашляешь?» – спрашивают его люди. «Это у меня аллергия!» – отвечает он. Он скрывает, что чахотка уже поразила его легкие и они страшно больны. Проходит еще какое-то время, и больной начинает харкать кровью. «А это что такое?!» – спрашивают его ближние. «Ерунда, – отвечает он, – воспаление слизистой оболочки горла!»

  – Геронда, и все это человек делает для того, чтобы его болезнь осталась незаметной для других?

  – Да, он ведет себя так, чтобы скрыть свою болезнь. Так он ее скрывает-скрывает, а потом туберкулез переходит в скоротечную форму. Легкое разлагается, у больного идет горлом кровь, как из лопнувшей трубы, он валится с ног, и окружающие узнают о его болезни. Однако болезнь уже зашла в такую стадию, что помочь ему непросто. А если бы в самом начале болезни он признал, что причина его, к примеру, чуть повышенной температуры – начинающийся туберкулез, и дал себя лечить, то стал бы здоровее здорового. Так же бывает и в духовной жизни: тот, кто оправдывает свои страсти, в конечном итоге подвергается бесовскому воздействию, и это не может остаться незаметным. А знаешь, что бывает, когда человек принимает бесовское воздействие? Тот, кто принимает бесовское воздействие, ожесточается, становится зверем, встает на дыбы, разговаривает с людьми дерзко, с бесстыдством и не принимает помощи ни от кого.

  Поэтому вся основа в том, чтобы сначала человек познал свой недуг и радовался этому. После этого он должен дать себя лечить, принимать соответствующие лекарства. Кроме того, он должен быть благодарным своему врачу – духовнику или Старцу – и не противиться ему. К примеру, больному делают переливание крови: он протягивает врачу свою руку, дает проколоть вену, чувствует боль, но терпит, потому что знает, что переливание ему поможет. А как страдает тот, кому делают хирургическую операцию! Однако, несмотря на страдание, больной соглашается с тем, чтобы его прооперировали, для того чтобы стать здоровым.

  (Tом III. Часть третья. О грехе и покаянии. Глава третья. О необходимости наблюдения за собой и познания себя. Нам надо узнать, чем мы больны)

 

Кот и лягушонок

 

 

  Молчанием ты обезоруживаешь человека. Однажды кот Дикас у меня в келье собирался придушить лягушонка. Лягушонок сидел без движения, и Дикас оставил его в покое и ушел. Лягушонок своим молчанием и смирением… победил кота. Но стоило бы ему хоть немного пошевелиться, Дикас схватил бы его, стал бы бросать и бить как бубен.

  (Tом V. Раздел первый, часть четвертая. Дети себялюбия и гордости. Глава третья. О Гнев – враг мира Божия. Смирением и молчанием мы побеждаем гнев)

 

Озверевший смиренник

 

 

  Когда я жил на Синае, там был мирянин по имени Стратис. Если ты ему кричал: «Господин Стратис», он отвечал: «Какой господин? Грешный, грешный Стратис зови». Все говорили: «Какой смиренный человек!» Однажды он проспал утром и не встал вовремя на службу. Кто-то пошел его будить. «Стратис, ты все спишь? Уже Шестопсалмие прочитали. Ты что, не пойдешь на службу?» Он как стал кричать: «Да у меня благочестия больше, чем у тебя, и ты будешь мне говорить, чтобы я шел в церковь?» Кричал как сумасшедший… Даже схватил ключ от двери – такой большой, как от амбарного замка, – и замахнулся на человека, потому что задели его самолюбие. Люди, которые слышали, как он кричал, потеряли дар речи, ведь все считали его очень смиренным и брали с него пример. Опозорился Стратис. Видишь, что делается? Сам себя называл грешным, но едва задели его самолюбие, просто озверел!

  (Tом V. Раздел второй, часть первая. Есть одна добродетель – смирение. Глава вторая. Труд по стяжанию смирения. Смирение на деле, а не только на словах)

 

Семена любви

 

 

  Допустим, у земледельца есть небольшой пакетик семян и он их сеет. Потом он собирает плод, наполняет им большой пакет. Если он затем высеет плод из пакета, то, когда соберет урожай, наполнит семенами целый мешок. И когда у него станет много семян и он их высеет, то потом заполнит целый амбар. Но если он будет держать семена в пакетике и не посеет их, то в них заведутся черви. Он должен бросить семена в землю, чтобы они проросли, выросли и дали плод.

  Хочу сказать, что то же самое происходит и с любовью. Чтобы любовь возрастала, нужно ее отдавать. Человек, который не отдает даже ту немногую любовь, что у него есть, словно держит в руке горсть семян и не хочет их посеять. Такой человек – лукавый раб, который скрыл талант (См. Мф. 25,25)

  В зависимости от того, сколько любви ты отдашь, столько и получишь. Если не дашь любви, не получишь любви.

  (Tом V. Раздел второй, часть вторая. Любовь духовная. Глава вторая. Любовь к ближнему. Дорогая истинная любовь)

Глаз в благословение

 

 

  Представьте себе, один человек у меня даже попросил в благословение глаз.

  – Серьезно, геронда?

  – Да, серьезно! Глаз в благословение! Молодой человек лет тридцати потерял зрение и готовился к операции. Его привезли ко мне в келью. Мне так было его жаль, что я ему сказал: «Пожалуйста, не переживай, если вдруг операция будет неудачная, я тебе отдам свой глаз. Мне для жизни хватит одного». Скоро он опять приехал, радостный, потому что операция прошла успешно: хорошо видели оба глаза. Приехал и говорит мне: «Я приехал, чтобы получить с тебя глаз!» – «Да, но ведь ты же видишь!» – говорю я. «Нет, я хочу его как благословение», – отвечает. Тут я его снова пожалел, на этот раз пожалел, потому что не увидел даже следа великодушия и благородства! Это другая боль…

  (Tом V. Раздел второй, часть третья. Благородство и любочестие. Глава первая. Благородство – величие Божие.. Человек либо приобретет благородство, либо завязнет в убожестве)