ТОП 10:

Глава 17 «Крадущаяся Истина»



Я прекрасно осознавал все намерения, с которыми к нам подошли эти трое, особенно когда услышал уверенный голос Ильи, во взгляде которого читалась откровенная злоба, как и у его дружков, что с ехидными ухмылками осматривали меня, демонстративно проворачивая в руках биты. Но вот Ника оказалась куда смелее и вышла вперёд, даже не смотря на то, что я пытался её одёрнуть.

— Что вам от нас надо? — рыкнула Чернова, исподлобья осмотрев Илью.

— Что я вижу, Вероника? Неужели он тебе стал так дорог, что ты даже готова кидаться на меня? Не совершай глупостей, малышка, и лучше иди домой. О нём я сам позабочусь, — со злобой выпалил Илья, отстраняя Нику в сторону.

— Не смей его трогать! Если ты думаешь, что в таком случае я буду твоей, то ты в корне ошибаешься! Уходи! И отморозков своих забирай! А нас не трогай, — уже повысив голос, прикрикнула Ника, толкнув Илью ладонями в грудь, от чего он даже отступил на шаг на зад, но продолжал коварно ухмыляться.

— А ты его так любишь, я смотрю? А чё, у вас уже было что ль? Да? Да? — рассвирепел глава шайки, схватив Нику за запястье.

— Да! Люблю я его! Тебе-то, какое дело до всего этого? Забудь уже про меня! Я никогда твоей не буду! — прокричала Чернова, выдернув свою руку из захвата Ильи.

— Пшла отсюда, — небрежно рыкнул Илья, после чего оттолкнул Нику в сторону, что она упала на землю и, видимо, сильно ударилась головой, ибо признаков сознания больше не подавала, — с тобой я позже разберусь!

Увидев, что девушка обезврежена, Илья ехидно улыбнулся, но эти его действия заставили меня откровенно рассвирепеть, от чего я тут же направился в сторону парня, но он быстро выставил впереди себя нож, остриё которого было направлено мне в грудь.

— Ну, вот мы и одни. Ей этого лучше не видеть, так ведь? Пойдём, прогуляемся, сопляк, — улыбнулся главный, после чего схватил меня за руку и потянул за собой, но я тут же выдернул её из захвата, от чего Илья огорчённо вздохнул, — ну, придётся тебя тащить…

Сразу после этих слов Илья сделал ленивый жест головой в мою сторону, от чего один из его дружков, тот, что рыжий, тут же двинулся в мою сторону и, замахнувшись своей битой, нанёс мне удар по виску…

Невольно зажмурившись от удара о свою голову, я лишь услышал глухой стук. Ни боли, ни темноты в глазах. Ничего. Когда я открыл глаза, то встретился с крайне нестандартной картиной — рыжий держал в руках обломок биты и с неподдельным шоком в глазах переглядывался между мной и рукояткой своего «орудия», которое оказалось на редкость трухлявым. Видимо осознав, что со мной ничего не случилось, ибо я даже не пошатнулся, второй дружок Ильи повторил подобную процедуру, от чего мне прилетело уже по второму виску. А я как стоял в шоке, как вкопанный, так и не двигался, всё недоумевая насчёт своей неуязвимости. Потому… да какого вообще хрена об меня биты крошатся, аки хрустальные бокалы об пол? Когда второй дружок главаря шайки тоже начал в непонимании кидаться растерянным взглядом, Илья уже не выдержал и решил взять ситуацию в свои руки, уверенно и со злобой двинувшись в мою сторону. Ну ещё бы… с холодным то оружием в руках! Стоило мне только опомниться от произошедшего и встряхнуть головой, будто стараясь вытряхнуть из своих мозгов все лишние мысли, я успел увидеть лишь замах столовым прибором, который угодил мне под ребро и… погнулся. Просто погнулся, словно он был не из стали, а из пластилина. Пострадала лишь моя любимая ветровка, которую я с трепетом носил с первого дня появления в этой деревне. Уже полностью осознавая серьезность ситуации, что меня уже три раза пытались пришить, я откровенно рассвирепел, что эти подонки покушались не только на меня, так ещё и на Нику, которая пострадала и всё это время лежала на холодной земле без сознания. Замахнувшись и собрав в кулак всю свою злобу, я намеревался ударить Илью в солнечное сплетение, чтобы этот хмырь хорошенько подумал без возможности нормально продохнуть. Но… от резкого удара в грудь парня, я услышал отчётливый хруст и то, как мою руку обволакивает вязкая жидкость, будто я пронзаю тёплое тесто. Осознав, что произошло на самом деле, я выпал в самый, что ни на есть, откровенный шок, если не ужас. Илья был насажен на мою руку, словно кусок мяса на острый шампур. Мой окровавленный кулак вышел у него из спины, а прохладный, ночной ветер обдувал его, стремительно остужая горячую кровь, от чего я вскоре почувствовал слабоватый холодок на своей руке. В полной растерянности я был вынужден наблюдать за тем, как Илья испускает свои последние вздохи…  

Его глаза были пропитаны ужасом, а сам он издавал горловые хрипы, испуская из своего рта небрежную стройку крови, что стремительно стекала по его подбородку. Увидев то, как их главаря безжалостно убивают, два дружка с животным страхом в глазах из-за того, что и их может настигнуть подобная участь, решили стремительно исчезнуть с глаз моих долой, устремившись в сторону полей, к густым кустам шиповника. Да я и сам бы хотел убежать за ними после произошедшего, но мог лишь в оцепенении стоять с телом Ильи, что было проткнуто моей рукой. Ещё несколько десятков секунд парень бился в предсмертной агонии, издавая слабые, горловые звуки, говорящие о его страшных муках, которым вскоре настал конец, о чём говорил его стеклянный, застывший взгляд, что устремился в бесконечную пустоту…

Немного придя в себя и, наконец, вынув руку из тела Ильи, я опустил его безжизненное, обмякшее тело на землю, а самого меня накрыло нескончаемой лавиной паники. Страшные мысли осознания произошедшего, хаотично крутились в моей голове. Я убил человека! Рукой! Буквально продырявил его без лишних усилий! Что за чертовщина вообще!? Но сейчас главной проблемой было не то, что и как я сделал. Теперь передо мной стояла задача: что делать дальше? Что делать с телом? Что делать с теми, кто убежал в сторону полей!? И сначала я решил разобраться с телом, пока меня не заметили…

Недалеко от места нашей прогулки есть озеро, о чём я прекрасно знал и решил не медлить. Несмотря на габариты Ильи, я взял его за руки, чтобы не волочить его окровавленной спиной по земле, и с лёгкостью оттащил к водоёму, где отправил это бренное тело на дно под приличный всплеск воды. Отмыв руки от крови всё в том же водоёме, я вспомнил про Нику, что оставил лежать одну на холодной земле без сознания и без промедлений рванул к ней.

Когда я прибежал на место, где всё случилось, то застал там Веронику всё ещё бессознательной. Из ранений у неё была лишь ссадина на виске, что не могло меня не успокоить, как и ровное дыхание девушки. Аккуратно взяв Нику на руки, я, передвигаясь по темной, безлюдной деревне, быстро отнёс Чернову домой. Трудности ждали меня лишь в её доме, где передвигаться пришлось максимально бесшумно, чтобы не разбудить Игоря Николаевича. Быстро уложив девушку на диван в своей комнате, где избавил её от лишней одежды из-за сильного отопления в доме и, на радость себе, не разбудил отца Ники, я вновь вышел на улицу, всё ещё не до конца осознавая то, что намеревался сделать.

«Как я смог убить его? Какую же силищу надо иметь, чтобы с такой лёгкостью пронзить человеческое тело не острым предметом? Что я скажу Нике, что я сделал с тремя парнями, один из которых в разы больше меня? А если эти двое расскажут всем, что это я его убил? В любом случае, надо что-то делать, чтобы предотвратить неизбежное…» — прокручивая эти мысли в голове, я уже покинул территорию деревни и стремительно приближался к месту происшествия. Пристально осматриваясь по сторонам, я увидел лёгкое движение в кустах шиповника, куда и убежали дружки Ильи. Видимо, заметив меня, они резко затихли, но я уже не мог себе позволить их отпустить после того, что они увидели, от чего уверенно направился к ним. Увидев меня, они попытались разбежаться, но я, уже рассчитав силы, двинул рыжему в челюсть, что тот сразу же свалился с ног, а второго просто схватил за грудки, пока его дружок валялся в траве, держать за ушибленное место.

— Вы уже разболтали кому-то? — гневно прошипел я, пристально смотря на парней, чьи глаза пропитывались ужасом и слезами.

— Отпусти нас, пожалуйста! Мы никому ничего не расскажем! Клянусь! Только не убивай нас! — в отчаянии молил тот, которого я держал за грудки. Говорили они искренне, да и рассказать ночью про убийство Ильи было попросту некому. Можно было бы, конечно, их отпустить, но… рисковать я не мог. Если они проболтаются, то мне придётся уйти отсюда, а оставлять Нику одну я никак не хотел. Схватив этих двоих за шеи, я начал стремительно усиливать хватку, от чего парни начали безутешно кряхтеть, пытаясь вдохнуть хоть немного живительно кислорода, держась при этом за мои руки, всеми силами стараясь скинуть их со своих сдавленных шей. Когда их тела безжизненно обмякли, я, уже долго не думая, отправил их в бессрочный круиз к Илье, кормить рыб, а сам отправился домой, к Нике.

***

По приходу домой я застал всё ещё бессознательную Веронику, рядом с которой и расположился, осторожно поглаживая девушку по волосам. Бросив взгляд на ранку у виска Черновой, я заметил уже чуть набухшую шишку и быстро сходил за льдом на кухню, приложив его к месту ушиба. Мне ничего не оставалось, кроме как ждать, пока Ника очнётся, периодически любуясь тем, как девушка мирно спит… На одно я надеялся, что она не видела того, что произошло с Ильёй… Не совладав с напором бесконечного потока мыслей, я даже не заметил, как меня поклонило в сон. Видимо, инстинкты организма были куда рассудительнее меня и поступили мудрее, направив моё сознание в страну Морфея…

Мне снова снился тот дом у озера, та незнакомо-знакомая девушка, что просила меня к ней вернуться. Но этой ночью в нём появилась ещё одна новая деталь, которая меня в конец запутала. Когда она уже отошла от меня в сторону, я заприметил маленькое существо, ростом не более метра, облачённое в чёрное одеяние, лицо которого скрывала железная маска. Но меня поразила даже не внешность этого создания, а то, как он обращался ко мне.

— Где же ты, сын мой? Мы ищем тебя… ты нужен нам! Возвращайся скорее, — своим басовым, металлическим голосом, обратилось ко мне это существо. Я уже хотел ринуться в его сторону, но до меня начал доноситься голос Вероники, что вырвал меня… вырвал меня из этого сна!

Я просыпался от того, что шелковистые волосы Ники щекотали моё лицо — она залезла на меня и, склонив надо мной голову, смотрела в мои сонные глаза, улыбаясь.

— Андрей… — прошептала она, погладив меня по щеке, — ты давно спишь? — продолжала интересоваться Ника своим нежным, приятным голоском.

— Я не помню, как и когда уснул… Вот же блин! Я уснул рядом с тобой! Надеюсь, твой отец этого не видел? — с долей волнения спрашивал я, потирая глаза.

— Я проснулась от скрипа двери… папа заглядывал к нам в комнату. Но он лишь улыбнулся и, прикрыв дверь, тихонько вышел, — с улыбкой на лице сказала Ника, после чего поцеловала меня, — я смотрю, ты позаботился обо мне? Принёс домой, да ещё и раздел? — заглянув под одеяло, спросила девушка, от чего мне открылось её почти обнажённое тело, на котором виднелось лишь нижнее бельё.

— Ну да, тебе же жарко было! Игорь Николаевич на совесть дом топит, вот я и решил раздеть тебя… а потом холод приложил к твоему ушибу и лёг рядом. И сам рядом уснул, не помню уже как… Кстати, как ты себя чувствуешь? — спросил я девушку, поцеловав её в висок около ссадины.

— Всё хорошо, ничего не болит! А что там дальше было? Они тебя не тронули? Ты вроде цел и невредим… — в её голосе читалось волнение, с примесью непонимания, как же всё так гладко сложилось.

— Всё в порядке, милая, — погладил я девушку по щеке, — видишь же? Я жив, здоров. Давай вечером тебе всё расскажу подробнее, а сейчас пора вставать. Отец, наверное, заждался уже нас. Пора работать, — спустив дальнейшие расспросы на тормозах, высказался я. Мне на облегчение, Ника без лишних возмущений оделась и вышла из комнаты, а я остался размышлять над своим сном, который увидел этим утром.

Что это за маленькое существо, которое назвало меня своим сыном? Не мог же это быть мой отец! Но, скорее всего, я был с ним как то связан. Нет, теперь я уже был полностью уверен, что это не просто сны! Это отголоски моей прежней жизни, которую я полностью забыл… Значит, меня действительно может кто-то ждать? Есть те, кому я нужен? Но… одновременно с этими снами, я вспомнил то, как Ника вчера сказала, что любит меня, а это не могло меня не радовать, ведь я питал к ней те же чувства! Но эти мысли добавили в мою душу не меньше волнения, в сравнении с радостью, ведь мне следовало бы поскорее разобраться со своей прошлой жизнью и найти ответы на все загадки, что являются ко мне во снах. Но, помимо этого, нужно было еще придумать, как объяснить Нике, что я без труда отделался от трёх вооруженных парней. Да и как мне объяснить их исчезновение?…

***

Следующее утро после происшествия с Ильёй и его дружками проходило довольно спокойно. Мы с Никой трудились на огороде, периодически прерываясь на лёгкие поцелуи. Всё было гладко и обыденно ровно до того момента, пока в калитку не постучали две взволнованные женщины. Игорь Николаевич сразу же пошёл встречать прибывших гостей, а мы с Вероникой проследовали за ним.

— Кто эти женщины? Впервые их вижу… — поинтересовался я, украдкой поглядывая на этих колхозниц, а в душе уже зародилась тревога.

— Это мамы тех парней, которые вчера были с Ильёй. Но я понять не могу, что им нужно? — удивлённо высказалась моя Ника, намереваясь вслушиваться в разговоры женщин и своего отца, что уже открыл калитку и увидел, что обе гостьи были в отчаянии, а на их глазах не просыхали слёзы.

— Здравствуйте, что случилось? — встревожено спросил Игорь Николаевич.

— Да, Николаич… Дети наши… — женщины явно не могли говорить, не заливаясь при этом слезами, — Кирилл и Олег! Они как ушли ночью гулять с Ильёй, так до сих пор и не вернулись! Мама Ильи ещё не в деревне, она не знает ничего. А мы уже всю деревню обыскали — нигде их нет! Наши мужья отправились в соседнюю деревню, а потом в лес, искать их, — в очередной раз разразились слезами матери пропавших парней, — ох, горе-то, какое, Игорь Николаич! Помогите нам, вы их нигде не видели?

— Да нет, не видели! Мы двор-то не покидаем, дел по горло. А к нам ребята не заходили, — объяснялся мужчина, после чего повернулся в нашу сторону, а моя душа замерла в нервном ожидании, — дети мои, вы видели Кирилла и Олега?

— Нет, отец. Мы вчера вечером после бани сразу спать пошли. И вот, только недавно встали, — выручила ситуацию Ника, но сразу же кинула на меня свой озлобленный взгляд, от которого мне стало не по себе. Аж дух захватило.

— Ну, спасибо и на этом. Мы пойдём дальше соседей опрашивать. Если будут какие-то новости, сообщите, пожалуйста, нам. Мы места себе не находим! — рыдая, договорила одна из женщин, после чего они обе удалились.

— Вот дела-то! Пропали пацаны... Да-а-а, чей, не впервой же! Опять поди, куда-то смотались, а матерей даже и не оповестили! Ходят теперь бедные, места себе не находят, да слёзы льют по этим оборванцам. Тьфу! Бестолочи одним словом! — разочарованно произнёс Игорь Николаевич и пошёл заниматься своими делами. Когда он удалился из поля зрения, Ника схватила меня за рукав и сразу потащила вглубь огорода — туда, где нас никто не услышит.

— Ты что с ними сделал? Почему их нигде нет? Мы ведь последние их видели! Так ведь? — гневно засыпала меня вопросами девушка.

— Ник, я ничего с ними не делал. Да, пришлось подраться с ними, ибо за этим они и искали меня! Не зря же они вооружились битами и ножом. Но меня они не смогли одолеть, а вот я их образумил! Всех троих, — как можно увереннее говорил я, стараясь убедить девушку в своих словах, — я сказал им убираться в соседнюю деревню, а дальнейшая их судьба мне неизвестна.

— Всех троих? Как ты умудрился? И что, они послушали тебя? Прямо таки сразу? — продолжала подозревать неладное Ника.

— Конечно не сразу, Никуль. Я их пинками выпроводил из деревни, а дальше что с ними стало, не знаю! Я, как оказалось, раньше владел боевыми искусствами, вот и вспомнилось в самый подходящий момент. Ну, это, видимо, что-то на уровне инстинктов! Раз научился, и всё, — на ходу придумал я и развёл руками.

— Нужно тогда ничего и никому не говорить! Пусть если кто-то и узнает, то лично от них. Потому, что если они не найдутся или, не дай Бог, с ними что-то случилось в лесу, по дороге, то всё свалят на нас. Просто дальше занимаемся своими делами и не высовываемся, — уверенно произнесла Ника.

— Как прикажете, любовь моя, — уверенно, но с улыбкой произнёс я и ненадолго прильнул к её губам, от чего Ника начала сиять и бросилась ко мне в объятия, а мы немного увлеклись друг другом. Но вскоре, всё же пришлось заняться делами...

Лишь вечером, закончив работу, я проводил Нику в баню и, когда собирался уже выходить, она меня окликнула.

— Ты разве после меня пойдёшь? Я хотела вместе помыться, чтобы побыстрее домой пойти и отдохнуть вместе, — с долей стеснения произнесла Ника и, тяжело выдохнув, начала нежно гладить меня по руке, — день сегодня выдался морально трудный…

— Ну, конечно же, я за! Какие могут быть вопросы, красавица? — сказал я, а внутри обрадовался как ребёнок, которому родители наконец-то подарили долгожданную игрушку. Уже в предвкушении приятного времяпровождения, я закрыл дверь в предбанник и начал раздеваться…

Мои ожидания меня не подвели и, вместе с пылающей страстью Никой, мы очень долго резвились в бане и уже освежившиеся, отправились в дом. Я и думать не мог, что такая деревенская тихоня может быть такой ненасытной в любовных вопросах. Но это не могло меня не радовать. После всего, что случилось за последние дни в деревне. Через страх, волнение и незнание, я начал осознавать, что… не могу без неё. Похоже, я правда её полюбил.

Когда мы пришли домой в бодром расположении духа, её отец уже ждал нас за накрытым столом. Накрыт он был куда лучше, чем в первый раз, когда я только появился, от чего в голову сразу закралась мысль, что сегодня какой-то праздник.

— Ну, наконец-то! Заждался я вас тут уже, — с улыбкой произнёс отец Ники, после чего, подмигнул мне.

— Ну, пап… хватит, — уже покраснела Ника.

— Ладно, садитесь, дети мои. Ужинать пора, — уже смеясь, сказал Игорь Николаевич.

— Я заметил, что стол намного пышнее, чем когда-либо. Сегодня какой-то особый день? — с интересом спросил я.

— Нет. Просто, когда ты начал жить с нами, мы можем намного больше себе позволить. Это всё благодаря тебе! Твоя заслуга! — с гордостью произнёс отец Ники и обвёл рукой накрытый стол, а сам я поймал взгляд любимой, наполненный гордостью за меня. Лицо Ники всё чаще стала украшать улыбка, что не мог не приметить ее отец.

— Сам Бог нам тебя послал, никак иначе объяснить не могу. Да и дочка моя счастлива с тобой. Она, последнее время, сияет ярче Солнца! Я такой её никогда не видел ранее… Я безмерно тебе благодарен, Андрей, что так осчастливил мою принцессу. Да ты и сам остепенился уже. Тебя, вроде, всё устраивает, да и Нику ты мою любишь. Так оставайся тут навсегда! Живи у нас, будь счастлив рядом с моей дочкой, — сам сияя от счастья, сказал Игорь Николаевич, чуть не роняя слёзы.

После лучистых откровений мы плотно поели, а я, по традиции, остался с отцом Ники на откровенный разговор, но на этот раз за бутылкой уже хорошего коньяка, за которой мы просидели где-то до полуночи, а после разошлись по комнатам. Только отец Ники закрыл свою комнату, как Ника тут же затащила меня за рукав кофты к себе в комнату. Её спальня была куда лучше моей: с не жёлтыми обоями, аккуратными, чистыми коврами и большой, двуспальной кроватью.

— Будешь теперь спать здесь! — уверенно и чуть задрав голову кверху, сказала Ника, пока я не успел её что-то сказать. Ну, здесь так здесь. Я давно этого ждал…

Что-то сказать на это заявление я больше не мог, ибо девушка тут же впилась в мои губы, положив начало нежному поцелую, который мы продолжили уже на кровати. Этой ночью уснуть нам удалось лишь в два часа ночи…

***

Проснувшись следующим утром, я и подумать не мог, что новый день принесёт в мою жизнь новые и, наверно, роковые перемены… Уже под вечер, закончив все дела по хозяйству, мы с Никой снова выбрались за пределы деревни, намереваясь вдвоём насладиться красотой просторных полей, пока не решили углубиться в сторону леса, миновав не один километр… Мы настолько были увлечены разговорами и друг другом, что заметили чёрные тучи, что заволокли всё небо, лишь тогда, когда оказались посреди поля. Точнее, нас отвлёк оглушительный раскат грома, от которого мы даже непроизвольно вздрогнули, а Ника даже вжалась в меня. Осознавая всю опасность, мы спешно развернулись и двинулись в сторону деревни, намереваясь в неё как можно быстрее вернуться. Чернова так волновалась, что даже выбилась вперёд. Но не я… В отличие от этой трусишки, я остановился и решил полюбоваться грозовым фронтом. В момент, когда она обернулась и окликнула меня, чтобы я поторапливался, произошло то, что заставило Веронику покрыться чудовищным ужасом, судя по её взгляду. Меня поразил прямой разряд молнии! Я тут же упал и, наверно, должен был умереть. Или почувствовать чудовищную, пронзающую боль. Но ничего не было… Точнее, меня посетило воспоминание. Навязчивое чувство дежавю, только будто происходило это со мной в другой обстановке. А наблюдал я следующую картину, что нарисовал для меня разум: в меня ударила молния, но только не в этом поле, а в другом месте, рядом с огромным роботом. Остальные детали были расплывчатые, всё происходило в суете и спешке, с невнятными голосами. После этого странного видения я очнулся уже под проливным дождём, а надо мной плакала безутешная Ника, опасаясь меня трогать. Но стоило ей только увидеть, как я открываю глаза и поднимаюсь на ноги, словно ничего и не было, девушка в шоке округлила глаза и даже попятилась от меня назад. Да она и слова вымолвить не могла, ровно, как и я. Однако, одна деталь едкой краской въелась в мою память — на левой руке, под кожей, я увидел ясное свечение голубого цвета, что продержавшись там несколько секунд, быстро пропало…







Последнее изменение этой страницы: 2019-08-19; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.228.21.186 (0.013 с.)