Границы и управление границами



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Границы и управление границами



 

Граница определяет предмет.

Фриц Перлз

 

В главе 3 мы обсуждали границы семейных систем и субсистем. Формирование границ придает смысл событиям и отделяет семейную систему от окружающей их среды, а границы внутри системы разделяют субсистемы и придают им смысл.

Когда бы вы ни рассматривали супружескую пару или семью, одна из ваших задач состоит в том, чтобы увидеть границы. Вы обязаны определять эти границы и уметь отступать назад. Гештальт-терапия утверждает: границы находятся там, где вы начинаете чувствовать различия. Это пространство, где есть “я” и “ты” или “мы” и “вы”, где есть контакт на границе1.

Различия должны усилиться, прежде чем вы можете вступить в контакт: прежде чем быть вместе, я должен знать, что ты и я различны.

Границы не являются лишь абстрактной идеей — они существуют на самом деле. Конечно, мы не можем видеть их невооруженным глазом, однако мы в состоянии чувствовать их как “реальные” и “актуальные” очертания. Наши органы чувств не ощущают их непосредственно, но это не значит, что их нет. Границы определенно представляют собой энергетические поля2. Вы очень хорошо можете ощутить эти границы, когда собеседник приближается к вам слишком близко и явно вторгается в ваше личное пространство. Вы хотели бы делиться своими мыслями на определенном расстоянии и в своем ритме.

Как я уже говорил в главе 3, границы могут обладать весьма различным качествами. Ретрофлексия удерживает энергетическое поле маленьким и сохраняет “плотную” границу. Проекция, напротив, выбрасывает энергию далеко вокруг, делая границы чрезвычайно тонкими. Когда вы начинаете видеть границы, обмен внутри пары или семьи перестает быть таким важным. Когда вы научитесь чувствовать границы, вы заметите их различное существование и природу: где они расположены, какая из них утрачена, какая никогда не существовала, кто вторгается в пространство, которое ему не принадлежит, а кто или что недопустимо внутри границ.

 

Семья Мадьяр: распознавание границ

Давайте исследуем границы уже знакомого нам семейства Мадьяр. Как мы видели в главе 5, семья Мадьяр состоит из отца, Грегора - заводского рабочего, который позже продвинулся в управляющие завода; матери, Дотти - домохозяйки; Кроме того, в семье два подростка, Тереза шестнадцати лет и Майк четырнадцати лет. Мы уже успели заметить, что эта семья построила себе безопасный рай, который стал одновременно крепостью, защищающей ее от опасного мира. Основную энергию эта семья направляет вовнутрь и лишь немного проецирует в мир. Семейные границы плотные и жесткие. Контакт с миром сведен к минимуму, к самым простым контактам на работе, в школе, с соседями.

Семья Мадьяр редко позволяет себе яркий контакт с терапевтом. Все стремятся замкнуться в себе и не подвергаться влиянию со стороны терапевта. Поначалу, получив инструкцию поговорить между собой, члены семьи с трудом принимают тот факт, что должны делать это в рамках терапии. Затем начинают разговаривать друг с другом с жесткой заданностью, даже когда попадают в тупик.

Прежде чем мы подойдем к обсуждению границы между терапевтом и семьей, было бы полезно посмотреть на внутренние границы в этом семейном анклаве. В своей основе они поделены на две слабо связанные группы: родители и дети. Рис. 7.1 показывает границы между четырьмя членами семьи, а также “жирную” границу между всей семьей и терапевтом.

 

Рис. 7.1. Семья Мадьяр: первоначальные границы

M F S D T

 

Обычно Грегор и Дотти разговаривают между собой в телеграфном стиле, обсуждая такие проблемы, как, например, семейный бюджет. Сестра и брат, Тереза и Майк, стараются поддерживать друг друга и тайно обсуждают тактику раскачивания семейной цитадели. При этом в семье делается упор на различие ролей мужчины и женщины, поэтому Тереза солидаризируется со своей матерью, а Майк – с отцом. Последний союз протекает сложно и налаживается медленно, потому что двое мужчин не знают, как им разговаривать между собой, если рядом нет женщин. Женские разговоры обычно касаются домашнего хозяйства, одежды, здоровья и тому подобного и редко затрагивают интимные вопросы, такие, например, как обсуждение поклонников Терезы или сексуальные проблемы. Мать внушала дочери стыдливое отношение к собственному телу, поэтому Тереза предпочитает задавать подобные вопросы своей учительнице по литературе. Периодически отец, так же как брат, поддразнивает Терезу в связи с телефонными звонками ее “вздыхателя”. Мать пытается управлять Майком (как это делает отец), но ни один из родителей не разговаривает с ним о его чувствах, проблемах, школьных делах или друзьях.

Теперь вы можете сделать вывод, что в семье порой возникают слабые субсистемы. Наиболее слабые взаимоотношения существуют между отцом и дочерью, а также матерью и сыном, но в основном контакты носят формальный характер, который определяется главной задачей – осуществлять власть над детьми. В основном отношения имеют вид ролевого взаимодействия, а не свободного и добровольного общения.

На шестой сессии терапевт начинает с того, что спокойно ждет полного внимания со стороны членов семьи Мадьяр3. Границы вырисовываются, как пистолеты перед дуэлью. Грегор и Дотти сидят рядом. На стороне Дотти, справа от матери — Тереза, Майк — за Терезой.

 

Терапевт: Привет, привет... Что нового произошло на этой неделе? Смогли ли вы использовать что-нибудь от нашего прошлого общения? Как насчет тебя, Майк, что нового? Ты не заметил каких-нибудь изменений после наших бесед?

(Майк отрицательно качает головой.)

Терапевт: Все в порядке. Я просто хотел узнать. А как с тобой, Тереза?

Тереза: Мы немного разговаривали с папой. Я кое о чем его попросила. Так, ничего особенного.

Терапевт: Ладно, спасибо за то, что поделилась со мной. Я рад, что вы немного постарались, пусть это даже обычный разговор с папой. Это хорошо.

 

Такое начало важно для формирования границ между дочерью и отцом – это наиболее слабое звено в семье. Терапевт обращает на него внимание, переходя от одного участника к другому.

 

Терапевт: А как вы, Грегор, с вами произошло что-нибудь новое после наших занятий? Вы помните наш разговор на прошлой неделе?

Грегор: Пожалуй, не особенно.

Терапевт: Хорошо. Я просто хотел узнать, как идут дела.

Грегор: Я был доволен. Все тихо и спокойно.

Терапевт: А как вы, Дотти?

Дотти: Да, я кое-что заметила. Когда дети хотят выйти из дома, я действительно не хочу, чтобы они уходили. Я все-таки отпускаю их, но очень неохотно. Я помню, что здесь происходило, и сказала: пусть, пусть идут. (Она гордо приподнимает подбородок и бросает на Грегора короткий взгляд.)

Терапевт: Я восхищен тем, что вы смогли сделать это. Знаю, как это трудно для вас, и я ценю то, что вы не забыли сказать мне об этом.

 

Дотти показывает, что она ослабила свою власть над детьми - потенциально это может быть предпосылкой для ослабления границ между родителями и детьми. Кроме того, это делает семью более открытой для общества. Глядя на лица своих пациентов, терапевт замечает, что лицо Грегора посерьезнело, Дотти затихла, а дети улыбаются друг другу.

 

Терапевт: А теперь, если мы все обсудили, я бы хотел, чтобы вы повернулись друг к другу и снова побеседовали между собой, так же, как на прошлой сессии. Помните: если вам понадобится моя помощь или вы почувствуете, что зашли в тупик, пожалуйста, обратитесь ко мне. Я буду наблюдать за вами, слушать вас и, если увижу что-нибудь важное, сам скажу об этом.

 

Терапевт помнит успешный опыт того, как семья формировала границы на предыдущей сессии: чьи границы фиксированы (между отцом и матерью) и чьи изменились (между отцом и дочерью). Терапевт хочет увидеть, что Мадьяры собираются делать на этой сессии, и ждет изменений, особенно от внутренних границ семьи.

Теперь терапевт отстраняется и готов наблюдать, как семья формирует субгруппы. Члены семьи могут “переформировать” свои границы. До сих пор терапевт общался с ними на их границе; сейчас, удаляясь от них, он начинает существовать отдельно и делает это таким образом, чтобы не отвлечь членов семьи от работы. Терапевт дает участникам ясные и четкие инструкции, а затем, возможно, даже невербально, дает им понять, что готов отделиться от них и оставаться спокойным наблюдателем. При этом можно смотреть в окно или просто принять спокойную позу.

 

Тереза (повернувшись к отцу): Ты слышал, что говорила мама о том, как она отпускала нас из дома? Понимаешь, она действительно старается научиться опускать нас. Но я не знаю, как ты к этому относишься.

 

Это непредвиденный поворот событий, который немедленно привлекает внимание терапевта: вплоть до прошлой недели отец и дочь были самой последней субсистемой в семье и редко говорили между собой на серьезные темы. Когда же это происходило, мать начинала защищать Терезу и прерывала их контакт, принимая на себя все объяснения с Грегором. Данная попытка контакта показывает существенные изменения, произошедшие во внутренних границах семьи.

Самый безопасный и простой контакт может произойти между Терезой и матерью. Следующий безопасный контакт предполагается у Терезы с ее братом. Тереза может сказать брату: “Я заметила, что ей легче отпускать нас. Ты тоже заметил?” Но самые большие трудности на данный момент существуют в общении Терезы с ее отцом.

 

(Грегор задумался над вызывающим замечанием дочери. Он смотрит куда-то далеко, за ее спину, фокусируясь на какой-то точке в пространстве.)

 

Возможно, он напряжен, потому что хочет восстановить свою сильную позицию в семье, сказав Терезе: “Ты хочешь научить меня жить, Тереза? Не много ли ты на себя берешь?” Но он молчит. Возможно, он осознает некоторую боль в грудной клетке, одновременно чувствуя некоторое предательство жены, которая не получила от него разрешения на все происходящее.

 

Грегор (отрывая глаза от пространства, повернувшись к Терезе, но обращаясь к Дотти): Как ты могла так поступить, не поговорив со мной?

 

Похоже, Грегор впервые продемонстрировал свою обиду – обиду на всю семью. При этом он чувствует себя достаточно защищенным и не боится показаться ранимым.

 

Дотти: Грегор! Мы провели несколько сессий, говоря о том, что дети нуждаются в большей свободе, что им нужно общение с другими детьми. Помнишь?

 

В этот момент терапевт вмешивается в их разговор, чтобы обратить внимание участников на важность открытого обмена мнениями между мужем и женой и на появление новых границ. Конечно, прежде чем работать с другими субсистемами, гештальт-терапевт всегда отдает предпочтение отношениям взрослых.

 

Терапевт: Остановитесь на минутку. Я просто хочу, чтобы вы знали: вопросы, связанные с детьми и их потребностями, очень важны для вас обоих. Замечательно то, что вы оба хотите говорить об этом. Однако я хочу убедиться в том, что дети посидят тихо и дадут вам возможность это сделать.

 

Невзирая на присутствующих, родители вовлечены в разговор друг с другом, и очень важно, чтобы их общение длилось как можно дольше. Терапевт усиленно направляет семью на активное обсуждение проблем, предполагая, что Грегор может замкнуться, и тогда контакт прервется. Его задача – растянуть пусть даже кратковременную конфронтацию в более глубокое, полноценное и открытое общение, как это было на предыдущих сессиях. Похоже, дети понимают терапевта, и вся семья погружается в довольно напряженное молчание, ожидая, как Грегор ответит Дотти.

 

Грегор: Знаю, знаю. Ты права. Мы действительно обсуждали это раньше. Я просто ужасно волнуюсь. Дети могут попасть в беду, если будут общаться с такими парнями, как Маркус, который толкает наркотики.

Дотти: Я так же, как и ты, волнуюсь по этому поводу, Грег, рано или поздно мы должны будем решиться и положиться на их здравый смысл.

 

Дети испытывают почти благоговейный страх перед этой беседой родителей и не вмешиваются, уважая границы между ними и родителями. Их пассивное молчание является символическим проявлением их способности объединяться в субгруппу. Они тихо радуются тому, что являются реальной силой в семье.

Молчание продолжается. Терапевт наблюдает за Майком и Терезой, которые уже встрепенулись и готовы заговорить. Почувствовав это, терапевт поворачивается к ним.

 

Терапевт: Я знаю, что вам тяжело слушать, как родители говорят о вас. Тем не менее, оставаясь в стороне, вы даете им возможность поговорить, выказывая им свое уважение. Это первоклассная работа!

Майк: Спасибо.

 

(Тереза глазами показывает, что поняла терапевта. Грегор и Дотти еще некоторое время разговаривают друг с другом, а затем останавливаются. Молчание как будто объединяет их.)

 

Терапевт: Вам нужна моя помощь или вы хотели бы немного подождать?

Дотти: Мне кажется, ждать уже нечего. Что еще мы можем сказать?

 

Зная, что родители обычно разговаривают в присутствии детей в телеграфном стиле (проявление ретрофлективных границ субсистемы), терапевт делает попытки расширить их контакт. Он указывает Дотти на то, что она не дала понять Грегору, признала ли она его обиду, а Грегору – что он не оценил смелость Дотти, когда она, несмотря на свои страхи, смогла отпустить детей из дома. Теперь супруги пользуются этой возможностью и выражают друг другу свое признание.

Однако терапевт не забыл, что Грегор так и не ответил дочери на ее реплику о том, что Дотти стала предоставлять им свободу. Он принимает тактическое решение – поддержать открытую борьбу между родителями в присутствии детей, и эта цель временно достигается. Удачный момент, чтобы помочь семье переключить границы на субсистему "отец-дочь" и закончить то, что было начато.

 

Терапевт: Насколько я помню, вы, Грегор, не имели возможности ответить Терезе на ее вопрос. Я думаю, было бы хорошо, если бы вы продолжили ваш разговор.

Тереза: Все в порядке, папа.

Грегор: Нет, Тереза, доктор прав. Я так и не ответил тебе и хочу это сделать. Теперь, после того как мы поговорили с мамой, я могу сказать тебе, как отношусь к тому, что вы с Майком ходите в гости к друзьям. Я прямо говорю тебе: меня это беспокоит. Но твоя мама готова держать меня за руки, если я буду слишком волноваться. Посмотрим, что из этого получится.

Тереза: Мне это нравится. Я рада, что ты стал больше доверять нам. И я счастлива, что вы с мамой смогли так говорить при нас.

Грегор: Я рад, Терри, что угодил тебе.

Майк. Я тоже рад вашему разговору в нашем присутствии.

 

Критерием хорошего функционирования семьи является ее способность создавать, распускать, а затем снова создавать ясно очерченные субгруппы. Члены семьи знают, в какой ситуации они играют в одной команде, а когда стоят в стороне. Они также знают, устраивает их эта позиция или нет. Они убеждены, что границы различных ролей или субгрупп могут перемещаться снова и снова. Тем не менее, как члены семьи они не хотят оставаться в стороне от распределения ролей или создания субгрупп. В хорошо функционирующих семьях такой процесс протекает плавно – это и есть “хорошая форма”.

В этой сессии мы видим, что родители формируют сильную связку друг с другом, связку, которая была очевидна присутствующим здесь детям. На следующей сессии родители смогут достичь большего взаимопонимания в своих коротких обсуждениях. Они так увлекаются беседой между собой, что дети начинают скучать и проявляют свое состояние. Во время короткой паузы дети спрашивают родителей и терапевта, не могут ли они “выйти и попить содовой”. Это можно считать хорошим признаком ослабления семейных границ. Родители и терапевт обмениваются взглядами.

 

Грегор: Хорошо. А как на это посмотрит доктор?

Терапевт: Не возражаю. У вас свои дела, а у них свои. Тут неподалеку есть автомат с газированной водой.

 

После того как Майк и Тереза уходят, на сессии происходит другой драматический прорыв. Родители поворачиваются к терапевту и обращаются к нему.

 

Дотти: И что же нам делать? Что вы станете делать с этими детьми? Мы волнуемся за них.

Терапевт: Ну что же, дети должны исследовать мир, в котором живут. Я понимаю, как вы волнуетесь и как это тяжело для вас обоих. Конечно, это пугает. На свете найдется не много родителей, которые бы не волновались за своих детей. И все-таки вы оба должны помочь друг другу пройти через это. Конечно, вы хотите знать, куда они уходят, что собираются делать и когда придут домой. Я понимаю, что вы чувствуете.

 

Когда Грегор и Дотти обращаются к терапевту, они впервые создают субгруппу, которая включает постороннего. Терапевт является частью окружающего мира, и супруги Мадьяр легко смогли попросить этого постороннего о помощи. В течение четырех или пяти сессий они разговаривали только между собой и лишь вежливо реагировали на реплики терапевта. Теперь они стали сотрудничать с “агентом” внешнего мира. Это означает, что они готовы к формированию новых границ с окружающей средой и обучаются этому в терапевтической ситуации. Сейчас они уже смогут позвонить в школу и узнать что-нибудь о своих детях, позвонить в библиотеку или в другие общественные учреждения, чтобы узнать что-то о программах обучения. Внешняя граница семьи стала более подвижной и проницаемой.

Давайте вернемся к тому моменту в сессии, когда Тереза и Майк покидают кабинет, чтобы выпить содовой. Они возвращаются со своими напитками, садятся и снова начинают слушать, а позже и участвовать в обсуждении ограничений, которые связаны с их “приключениями”: что им позволено и не позволено, когда они должны возвращаться домой, нужно ли им делать уроки, прежде чем выйти из дома, и т.д. Родители относятся к детям с достоинством и чувством взаимного уважения. Все как будто довольны достигнутыми результатами. После чего терапевт делает последнюю интервенцию.

 

Терапевт: Простите, можно я перебью вас? Сессия подходит к концу, и я бы хотел поделиться с вами своими наблюдениями. Вы не возражаете? Хорошо. После того, что я увидел сегодня, я думаю, вы все уже готовы попробовать нечто новое, даже если это немного пугает вас. Грегор и Дотти, вы поможете друг другу отпустить детей и определить, когда говорить “да”, а когда “нет”. Мне кажется, вам надо спросить у знакомых и друзей: как они это делают, что рекомендует школа, как поступают другие родители. Вы можете говорить с другими людьми так же, как говорили об этом со мной.

Тереза и Майк, из того, что я видел сегодня, думаю, вам ясно, что вы готовы уходить из дома и возвращаться обратно. И будете продолжать в том же духе.

 

На рис. 7.2. показаны границы семьи Мадьяр после этой сессии. Внешние границы семьи стали более проницаемыми, семья стала более доступной для терапевта и внешнего мира в целом. Отец и мать чувствуют, что могут обсуждать свои проблемы без вмешательства детей. Границы вокруг них стали более прочными. В результате они готовы вернуться к более полноценным супружеским отношениям. Тем временем их дети становятся более независимыми, они готовы заводить новых друзей и покинуть дом, чтобы поступить в колледж или пойти работать. Родители стали чувствовать себя спокойнее, обращаясь за помощью к другим людям, общественным организациям, то есть к внешнему миру. Дети ощущают себя значительно свободнее, уходя из дома и возвращаясь домой.

 

Рис. 7.2. Семья Мадьяр: границы после терапии

M F S D T

 

Какие трудности подстерегают терапевта в его дальнейшей работе с этой семьей? Тереза и Майк могут обнаружить, что они значительно больше боятся внешнего мира, чем предполагали. Возможно, они думали, что были готовы к этому, а родители просто сдерживали их. Но они могут обнаружить внутренний конфликт (возможно, интроективный страх, а быть может, и реальную опасность), который беспокоит их, когда они собираются пойти в гости к своим новым друзьям. Грегор и Дотти могут начать бороться друг с другом по поводу того, что можно и нельзя позволять детям. Могут обнаружить, что дают детям противоречивые указания, а затем разозлиться на Терезу и Майка за то, что они не продумали возможные последствия своего общения с миром.

Короче говоря, когда семейные границы становятся более подвижными, у членов семьи неминуемо возникают проблемы и трудности, связанные с активным взаимодействием с окружающей средой. Однако хочется надеяться, что в этом случае возникнет более глубокий контакт и творческое приспособление друг к другу и к окружающему миру.

Обсуждая тему границ, мы не предполагаем какого-то волшебства, просто мы говорим о том, что может сделать жизнь яснее. Работа терапевта должна быть направлена на то, чтобы определить границы вокруг субгрупп и помочь им вложить всю свою энергию в то, чем они занимаются, и не тратить ее попусту.

 



Последнее изменение этой страницы: 2016-04-07; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.237.97.64 (0.034 с.)