ТОП 10:

Янтарная комната генерала Гусева



Точные сведения о карьере Г., учитывая его должность, нам недоступны.
Есть только отрывочная информация.

Армен Саркисян.

* * *

Изотов был злым гением ГРУ, он долго стоял за Гусевым (и, кстати, за Поляковым). Можно считать, что Изотов – один из предтеч Фарвеста.

Из письма бурцев.ру автору

* * *

Как произведение искусства Янтарная комната не представляет особой ценности. Это прусский кунштюк, искуснейшая поделка в смоле. Ее гипнотизирующий, ослепляющий эффект основан на апофеозе пышности, на отсутствии границ, какого-либо стилевого самоограничения, на избыточном богатстве детализации. Лишь намек на границу превратил бы эту безделку в безвкусицу. Иными словами, это - идеология ancien régime в янтаре, неотразимая для буржуа, особенно для советского бюрократа на спецраспределителе строго по его шапке.

Из письма автора группе бурцев.ру.

Больное позднее потомство

Еще в начале 1970-х западные советологи обратили внимание на новую социальную тенденцию. В то время как КПСС оставалась вроде бы единственной «направляющей и ведущей» силой советского общества, дети номенклатуры только в редких случаях избирали партийную карьеру. Большинство предпочитало карьеры связанные с контактами с Западом. МИД, внешняя торговля, шестерка т.н. блатных институтов со своими отделами виз, потом шла наука и СМИ. Но вне конкуренции была внешняя разведка системы КГБ и ГРУ. Туда отпрысков советского вышесреднего класса тянуло как мух на летнее варенье. Это и понятно. В стране «победившего социализма», где все вроде бы победоносно катилось к полному равенству, не было в этой стране более сладкого слова, чем приставка «спец». И даже до сих пор, прибавим, нет. Приставка эта означала, грубо говоря, спецжратву, спецшмотки, спецдома, спецполиклиники, спецкурорты, а главное – особую власть «корочек», «допусков», «выездности» и прочих сладких вещей. А в разведке к тому же было и прекрасное образование, осведомленность о вещах простым смертным недоступных, интересная работа, «романтика» и, если повезет, - заграница. Собственно, примерно так и объясняли этот феномен западные советологи. Здесь мы с ними одних мыслей. И заметьте, что времена были не то чтобы очень суровые, а даже наоборот. На дворе стояло вечное «мирное сосуществование». В тыл к немцам забрасывать никого не предвиделось, чтоб папиросы на тебе тушили да звезды на спине вырезали - этого тоже можно было не бояться. В основном как это было: сиди себе в где-нибудь в Брюсселе или Вашингтоне в посольстве третьим секретарем по культуре или помощником атташе, и шпионь себе потихоньку, жена тут же где-нибудь на непыльной работенке пристроена, валютные рублишки идут себе, детишки английскому учатся – чем не жизнь? Но были и другие, конечно, карьерные пути, по-романтичнее, скажем, с уклоном в спецназ, в живое дело. Или работа с «революционными движениями», или еще по внешторговой части, всякие эмбарго и другие подлянки империалистов обходить. В любом случае, куда интереснее было в разведке, чем в какой-нибудь партийной конторе на собраниях свою молодость просиживать. Как хорошо писал Геннадий Водолеев, в советские спецслужбы последних десятилетий шли не по убеждениям, а «за жизненным успехом в его различных воплощениях». А позднее и «за состоянием при благоприятном случае». 39

Все это так. Но у популярности спецслужб у поздней советской элиты была и более глубокая мотивация.

Родители, друзья генерала Гусева, да и он сам, были серьезные, умудренные жизнью люди. Не в тривиальном смысле, как мы, обычные смертные становимся, прожив лет 50, а в том, что знали они больше нас и видели дальше. Это ведь только нашим мамам и папам казалось, что СССР непобедим, что социализм – это навеки и никуда от него не денешься. Так казалось обыкновенным смертным. Такое представление укореняла в их сознание огромная машина советского агитпропа со своими генералами и стратегами. Родители же наших героев, не говоря уже о таком информированном человеке, как генерал Гусев, если и не могли знать наверняка, то как бы чувствовали или, так сказать, полу-знали, что вся эта незыблемость только кажущаяся, и все может перемениться очень скоро. И полу-знали они это, потому что принадлежали душой и телом к тому самому классу, который и готовил эти «большие перемены». Не в каком-то вульгарном, конспиративном смысле готовил, а как бы стихийно, по своему классовому инстинкту, что «так лучше будет». И еще они чувствовали, что когда эти большие перемены придут, лучше всего их будет встретить отнюдь не в партийных кабинетах, а, скажем, во Внешторге, министерстве, главке, в спецслужбах. Там, где вдруг откроются новые возможности и у тебя будут знания и связи, чтобы их использовать. Вот как я понимаю в самом общем виде мотивы, по которым служба в советской разведке стала от большого блата зависеть.

С этим вопросом более-менее понятно. Ну, а что могло двигать генералом Гусевым? Ведь надо было с кадровиками спорить, раз за разом переигрывать их решения, рисковать... Полагаю, что помимо сентиментальных соображений мужской дружбы и т.п., Гусев подбирал себе молодняк, который был бы ему обязан личной преданностью. Не исключено, что Гусев знал этих молодых людей или мог судить о них по своему знакомству с родителями, и что его устраивали некоторые черты характера и взгляды тех и других. Гусев действовал с дальним прицелом, готовил себе команду.

Кстати, о кадрах. И там не боги сидели. Кое-что стало известно об этом из дела генерала ГРУ Дмитрия Полякова, который продолжал активно работать на ЦРУ, когда Гусев, через протесты управления по кадрам, направил своих протеже в закрытые учебные заведения военной разведки. Поляков, кстати, тогда ими и руководил. Одним из его покровителей был начальник Управления по кадрам ГРУ генерал-лейтенант Сергей Изотов, до этого назначения 15 лет проработавший в Административном отделе ЦК КПСС. В деле Полякова фигурируют дорогие подарки, сделанные им Изотову. В 1974 Поляков получил звание генерал-майора и презентовал Изотову серебряный сервиз, купленный сотрудниками ЦРУ специально для этой цели. 40

· Звание генерал-майора Поляков получил в 1974 году. Это обеспечило ему доступ к материалам, выходящим за рамки его прямых обязанностей. Например, к перечню военных технологий, которые закупались или добывались разведывательным путем на Западе. По признанию помощника министра обороны США при президенте Рейгане Ричарда Перла, у него захватило дух, когда он узнал о существовании 5000 советских программ, использовавших западную технологию для наращивания военного потенциала. Перечень, представленный Поляковым, помог Перлу убедить президента Рейгана добиться ужесточения контроля над продажей военной технологии.

Из письма Московской редакции:

· Изотов был злым гением ГРУ, он долго стоял за Гусевым (и, кстати, за Поляковым). Можно считать, что Изотов – один из предтеч Фарвеста... Идея создания Фарвеста – превращение постсоветских остатков анти – КОКОМ и системы неформальных связей и механизмов в частный бизнес. Алмазы, нелегальное оружие, наркотики приплюсовались к анти-КОКОМ еще в 70 годах.

Изотов стоял и за Поляковым, и за Гусевым? Тогда получается, что Поляков передавал американцам секретную информацию по анти-КОКОМ, которой обладал Гусев, курировавший анти-КОКОМ. И за обоими стоял Изотов. Это, а не генеральское звание, давало Полякову и американцам выход на антикокомовские бизнесы. Там их ждали люди Гусева-Изотова. Налаживались взаимовыгодные «неформальные связи и механизмы»; американцы – деловые люди, и зарплаты никогда не хватает. До идеи создания Фравеста оставалось совсем немного.

«После перевода в Союз Поляков, став начальником факультета военно-дипломатической академии, передал ЦРУ полный список всех слушателей «консерватории», из которых готовилась зарубежная агентура». И это назначение должен был предложить или, как минимум, одобрить Изотов.

После ухода на пенсию Полякова, Изотов устраивает его работать вольнонаемным в управлении кадров ГРУ. Поляков получает доступ к личным делам всех сотрудников этой спецслужбы...

Итак, Поляков мог способствовать образованию юных фарвестовцев в качестве начальника факультета академии ГРУ и успеть, как минимум, дважды сдать их американцам. Неплохое начало разведывательной карьеры!

Вспомним дело Пеньковского. Не потому, что оно было каким-то из ряда вон выходящим. Просто об этом деле подробностей больше известно, чем о других. Разведчик из Пеньковского никакой, но был он душа-человек, умел удружить всем, от кого могло зависеть продвижение по службе, кто мог поделиться интересной для англосаксов ведомственной информацией. Умел он нужных человечков «погладить по голенищу», как в армии выражаются. Вот один характерный пример, раскрывающий нравы советской силовой верхушки. Пеньковский, как и питомцы генерала Гусева, был принят в разведку не сразу, не на ура. Генерал Серов, начальник ГРУ, зарубил его кандидатуру и взял Пеньковского только после сильного давления, организованного маршалом Варенцовым. Пеньковский одно время был его личным адъютантом. Потом повторно отказался взять его, когда Пеньковского выгнали из ГРУ за безобразное поведение в Турции. Но опять уговорили Серова. Казалось бы начальнику ГРУ стоило держаться подальше от такого подчиненного. Оказалось наоборот. Жена Серова с дочкой едет в Европу отовариваться в Париже и Лондоне (спрашивается: на какие валютные доходы?!). По Европе спецдам сопровождает Пеньковский, помогает делать шоппинг. И не только. Разве могли совсекретные советские леди пропустить земляничку цивилизованного мира? Конечно, нет! Дочери Серова захотелось побывать на улочках, где находятся дома терпимости и промышляют люди «без комплексов». Пеньковский с большим знанием дела выполняет эту невинную просьбу советской комсомолки. По возвращении семьи из европ генерал Серов, чтобы выразить благодарность услужливому Пеньковскому за успешное выполнение опасного боевого задания, устраивает для него интимный семейный обед! 41 Вот такие были нравы в святая святых советской разведки, где работали самые проверенные наши товарищи! Придет время и, попробовав сладкой жизни на Западе, они перейдут от скромненьких шоп-туров к куда более серьезным вещам. Ждать оставалось не так долго, где-то лет двадцать с хвостиком.

Заканчивая с хрестоматийными примерами, надо обязательно отметить недавний интерес к Пеньковскому и Полякову со стороны Кургиняна. Видимо, подозревая, что дело идет к развязке, и публикации о Фарвесте в нашем «маргинальном журнальчике» появляются неспроста, «системный аналитик» выстраивает еще одну линию обороны для своих коллег, а заодно и для себя. Так просто, на всякий случай. Оказывается, «мы до сих пор не знаем, что такое дело Пеньковского». А заодно и Полякова. Причем по Пеньковскому «есть почти стопроцентный экспертный консенсус», что никаким «шпионом» он не был. Не верите? Пойдите и проверьте сами.

Кургинян знает, но нам не скажет, потому что, как мы уже выяснили, простым смертным запрещено прикасаться к эфирным материям элитных игр. И обычной нашей контрразведке тоже нельзя. Это для нее, лапотной, слишком «тонко». Ее только пусти в калашный ряд! Она мигом всех арестует, допросит и расстреляет. Как Пеньковского с Поляковым. И дела ей нет до того, что оба советских разведчика мужественно выполняли свой межэлитный долг «по совместному решению нашей и американской верхушки». (Не верите? Тогда пойдите и сами спросите у этих верхушек!) А это уже «структурообразующие звенья системы». Вот на кого замахнулась дубовая советская контрразведка! Скажем, Изотова в ГРУ послали «структурообразующие элементы» в Административном отделе ЦК, а то и повыше, чтобы он защищал межэлитного агента Полякова от сермяжных дураков-контрразведчиков. И защитил же! Но в ЦРУ нашелся дурак Эймс. Он сдал эфирного агента Полякова и купил на эти деньги грубо-материальный домище в буржуазном районе города Вашингтона. И что в результате? Полякова расстреляли, Эймса посадили, Ивашутина сняли, структурообразующего Изотова затаскали на допросы, а эфирные сферы отвернулись от такого земного безобразия и не хотят иметь с нами никаких дел! Хорошо хоть время от времени Фарвест спускается к нам, грешным, по доброте душевной. Вот пример того, что может случиться, когда грубая пещерная действительность в форме военной контрразведки КГБ-ФСБ вторгается в высоко одухотворенный мир «элит». Только «стратегическая» может это делать, но таковой у нас нет и не предвидится. А посему – руки прочь от Фарвеста Гейтса, Турки и Брейтвейта! Руки прочь от Спецотдела «Р(оссия)» Филина и Лихвинцева! Руки прочь от Стамбульского Бюро бригадного генерала Саидова и руссоиста Нухаева! Руки прочь от эфирных тел с правом ликвидации человеков в России! А еще лучше вообще похерить эту контрразведку начисто, чтобы эфирные сферы простили нас и вернулись.

Так посреди первопрестольной ликудовский агент влияния Кургинян покрывает цэрэушных агентов влияния мафиозно-политического и военно-разведывательного сообщества Фарвест в газете профессионального госпатриота Проханова, оплачиваемой структурообразующим кремлевским сидельцем Сурковым из «общака», который еще несколько лет назад вполне мог бы наполняться с помощью специфического бизнеса того же Фарвеста. 42 Таков, читатель, круговорот веществ в занимательной природе нашего общества!

Сограждане! а что если старый лицедей прав, и «все пропало»? Что если сермяжная правда жизни именно в кроссвордах после плотного ужина и Булгакове на сон грядущий, а элитная – в седьмом измерении? Ну, не бросят же они нас совсем на погибель в конце-то концов?! Кто-то ведь должен отвозить Сергея Ервандовича на работу, покупать ему туалетную бумагу, да и делать ее тоже. Что если слесарю слесарево, а Фарвесту фарвестово, а? «Нам что, больше всех надо что ли»? Начальство есть, пусть оно и разбирается, а мы пойдем в сад. Вот книгу только допишу и пойду, ей богу, пойду.

Пока же приходится вернуться к генералу Гусеву.

Туфли генерала

Известны четыре открытых источника сведений о Гусеве. Первый и основной это дозированная информация, полученная от Армена Саркисяна. Второй – газетные статьи и книга капитана 1-го ранга, журналиста Сергея Турченко. Третий – статьи журналиста Нажданова. Четвертый – статьи Анатолия Баранова.

Произведения Турченко, Нажданова и Баранова являются дезинформацией, вряд ли полностью сознательной в случае Турченко и Нажданова, и абсолютно сознательной со стороны Баранова. Моя реконструкция истории Гусева опирается в основном на данные полученные от А. Саркисяна и Московской редакции бурцев.ру.

Официальные биографические сведения о Гусеве скупы.

· ГУСЕВ ЮРИЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ 20.05.1935, г. Шахты Ростовской обл. – 30.11.1992, Москва. Из служащих. Тульское СВУ. Генерал-полковник. В 1986-1992 заместитель и 1-й заместитель начальника ГРУ Генштаба ВС. Трагически погиб. Похоронен на Троекуровском кладбище.

Гусев действительно погиб случайно в автокатастрофе, подозрения подстроенности были, но не подтвердились.

Фотографии Гусева нет. Но в своей недавно опубликованной книге “Военные тайны. Янтарная комната” (2005) Сергей Турченко так описывает внешность генерала незадолго до его гибели.

Навстречу вышел из-за стола высокий осанистый мужчина, которому на вид было не более 55 лет, белолицый, с густыми светло-русыми слегка волнистыми волосами, зачесанными назад и чуть наискось, в генеральской рубашке бутылочного цвета с расстегнутым воротником, без галстука, с голубыми авиационными лампасами на безукоризненно отутюженных брюках... Бросились в глаза великолепные коричневые лаковые туфли, каких, конечно, не выдавали в армейских вещевых службах даже маршалам, не то, что генералам... Но самое примечательное во внешности Гусева было гармоническое сочетание цвета лампас с огромными синими какими-то не по должности и не по возрасту наивными, почти детскими глазами... 43

Мое внимание тоже привлекли эти какие-то совсем уж необычные туфли генерала. Из описания Турченко создается образ обаятельного, красивого, любящего пожить мужчины в соку лет, наверное не врага женскому полу. Теперь рассмотрим то немногое, что мы знаем или имеем основания предполагать о днях и трудах генерала до того утра 1991 года, когда, по словам завотделом «Красной звезды», капитана первого ранга Сергея Турченко, Гусев вызвал его к себе в штаб-квартиру ГРУ на беседу о Янтарной комнате.

У меня нет информации, какие службы ГРУ возглавлял Гусев. Но по ряду косвенных данных и сообщений, включая компромат 2003-04, можно предполагать, что в то или иное время круг обязанностей Гусева включал сеть анти-КОКОМ –зарубежных коммерческих организаций для импорта в СССР техники и материалов, запрещенных соглашениями стран НАТО и их союзниками, а также курирование системы спецобучения партизанских кадров из стран Третьего мира.

Известно, что где-то лет за десять-двенадцать до беседы Гусева с Турченко, на рубеже 1980-х годов, генерал Гусев оказал протекцию в поступлении на службу в свое ведомство нескольким молодым людям и, несмотря на категорические возражения кадровиков, добился, чтобы их приняли в эту наисекретнейшую организацию. Если верить источникам подполковника Саркисяна (а доверие они вызывают хотя бы потому, что он заплатил за эту информацию своей жизнью), возражения кадровиков ГРУ против кандидатур Владимира Ильича Филина (1959 г.р.), Алексея Александровича Лихвинцева (1960 г.р.), Руслана Шамильевича Саидова (1960 г.р.) и Антона Викторовича Сурикова (1960 г.р.) (все кроме последнего – имена прикрытия) были вызваны обстоятельствами их родословной, которые в те неполиткорректные времена приводили в сильное возбуждение и кадровиков куда менее таинственных учреждений.

По свидетельству А. Саркисяна, один «очень уважаемый ветеран» сообщил ему, что

Генерал лично знал отцов Сурикова, Саидова, Филина и Лихвинцева. Несмотря на категорические возражения сотрудников, ответственных за кадры (из-за анкет), генерал своим авторитетом добился включения их в структуру.

Можно предположить не без помощи начальника управления кадров Изотова и с санкции Ивашутина. И молодые люди пошли учиться в спецучреждения ГРУ и потом поехали на практические занятия в Афганистан.







Последнее изменение этой страницы: 2017-02-19; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.227.2.109 (0.026 с.)