В день тезоименитства ее императорского высочества, великой княгини ольги николаевны (святая вера наша, друг-друго-приимательно хранимая, есть слава наша и нашего благоденствия основание)

    «Сказа Господь пути Своя Моисеови, сыновом Израилевым хотения Своя» (Пс. 102:7)
Святой царь и пророк Давид в одной песни своей, благодарно    воспоминая благодеяния Божии, особенное останавливает внимание на том, что Он благоволил дать израильскому народу чрез Моисея правый закон и указать прямой путь к богоугождению. Подражая ему, и мы ныне, собравшись в храм сей воздать благодарение Господу за ту особенную милость Его, какую являет Он в благословении царственного дома благословенной России, не можем не припомнить и всех Его к нам милостей и между ними первейшей и высочайшей — дара единой правой веры. Последнее тем естественнее, что настоящее наше торжество освящается празднеством в честь блаженной Ольги, великой княгини Российской, которая первая сподобилась принять благодать сию. Предки наши блуждали во тьме идолопоклонства, но Бог, не хотящий смерти и одного грешника (Иез. 33:11), тем паче целого народа, по богатству благости Своей благоволил воссиять и у них свету Святого Евангелия Своего. Первым сосудом такой благодати была блаженная княгиня Ольга, а потом чрез святого Владимира святая вера, как поток речной, быстро протекла по всей земле нашей и соделалась общим всех достоянием. Да благословит же душа наша Господа и «вся внутренняя» наша «имя святое Его» (Пс. 102:1) за то, что сказал Он и нам «пути Своя» и открыл нам «хотения Своя» (Пс. 102:7).
Велика    поистине милость Божия к нам в том, что Он сподобил нас дара святой веры. Дар сей так многоценен, что на земле ничего нет, что бы можно было поставить в сравнение с ним.
Вера наша не есть только образ    здравых словес или состав совершеннейших понятий о всем сущем, но есть единое истинное Строительство спасения, Богом водворенное на земле, есть сила Божия во спасение. Она пересозидает и претворяет каждого человека и целые народы. Принявшие ее становятся из слуг диавола рабами Богу, из чад гнева — чадами милосердия, из немощных — крепкими, из невежд — мудрыми, из преданных страстям — ревнителями добрых дел, из жертв смерти и тления — причастниками жизни Божией во Христе Иисусе, из ненарода — «родом избранным, царским священием, языком святым, людьми обновления» (1Пет. 2:9). Кроме сей веры нет иной, которая бы приводила к Богу и подавала спасение. Все народы, не знающие ее, еще во тьме ходят и суть мертвы «прегрешеньми» своими (Еф. 2:1). А мы уже призваны в чудный свет Божий и вкушаем, сколь благ Господь, хотя ничем не заслужили такого особенного Его к нам благоволения. Да благословит же душа наша Господа, благоволившего даровать нам веру, «очищающую все беззакония» наши, «исцеляющую все недуги» наши, «избавляющую от истления живот» наш, обновляющую, «яко орлю, юность» нашу (Пс. 102:2—5).
Вера    наша не есть какое-нибудь благодетельное учреждение временное, а есть единственный образ спасения, общий всем временам и всем спасаемым. Мы веруем так, как приняли от отцов наших; отцы наши уверовали так, как предал им Православный Восток; Восток верует, как научен от Апостолов; а Апостолы научены Господом и говорили Духом Святым. Если пойдем далее по линии времени, то найдем, что так же веровали Пророки, патриархи и все ветхозаветные праведники — Давид, Моисей, Авраам, Ной, Енох и сам праотец Адам, с тем только различием, что они искали спасения в Господе, имеющем прийти, мы же ищем его уже в Пришедшем Господе. Таким образом вера наша единая, совершенная и чистая соединяет нас со всеми верующими и со всеми святыми и избранными Божиими вводит в содружество. Ею приступили мы «к Сионстей горе и ко граду Бога живаго, Иерусалиму небесному и тмам Ангелов, торжеству и церкви первородных на небесех написанных» (Евр. 12:22—23). Она есть великое спасительное древо, коего корень еще в раю земном, а вершина на Небе, есть единое древо животное посреде земли, единая лоза истинная, на коей если кто не пребудет, не возможет творити достойных плодов (Ин. 15:4). Да благословит же душа наша Господа, благоволившего быть нам привитыми к лозе сей живой и живоносной!
Притом,    привиты будучи к истинной лозе сей, мы не оставлены быть на ней бесплодными или ветвию сухою, но явлены ветвию живою, исполненною силы и жизни. «Благодать Божия, яже» верою «не тща бысть» (1Кор. 15:10) в роде нашем, но, соделавшись достоянием нашим, принесла Богу обилие плодов правды и святости. Цари, князья, святители, священники, иноки, люди всякого чина и звания просиявали высокою жизнию и величием дел благих прославляли Бога. И Бог, пребывая среди благочестивых отцов наших, благословлял их всяким благословением духовным, или прославлял нетлением и дарами исцелений останки избранных из них, или сообщал чудотворную силу святым иконам, являвшимся по Его мановению в разных местах. Обозрите мыслию все пределы отечества нашего и увидите, что оно все усеяно то нетленными мощами, то чудотворными иконами, то другими знамениями особенной близости Божией к нам. Так многоблагодатна была и есть святая вера наша! Да благословит же душа наша Господа, увенчавшего и венчающего нас Своею милостию и щедротами!
Признавая, таким    образом, в даровании нам святой веры великую к себе милость Божию, позаботимся и о том, чтоб содержать ее достойно ее величия. Предки наши, благоговейно приняв, благодарно хранили дар святой веры и, как лучшее наследие, передавали детям «родящимся», да «поведят» о нем «сыновом своим» (Пс. 77:6). Таков был общий дух всех завещаний, какие делывали отцы детям, что отец, отходя из жизни сей, созывал к смертному одру своему всех своих и, положив во главу всего свое сердечное исповедание веры, простирал потом увещание к окружающим — хранить сию веру, как драгоценнейшее наследие, принятое и им от отцов, бывших прежде его. Так поступали все: цари — наследникам престола, пастыри — пастве своей и всякий глава семейства — дому своему на первом месте завещавали веру святую сохранить и передать в целости детям «родящимся», да и те «поведят... сыновом своим». Слышали или не слышали мы подобный завет, но тем не менее он священным должен быть и для нас, потому что всегда был простираем ко всем последующим родам. Будем же, подражая отцам нашим, благодарно чтить и благочестно блюсти в целости и неприкосновенности преданную нам святую веру. Отцы наши всем сердцем любили ее и дорожили ею, как Вечным Животом. Дети ли мы отцов сих? Да покажем в сердечных чувствах подобие их духу, да будут и у нас глубочайшими из всех расположений любовь и преданность к святой вере. Сына присвояют тому или другому отцу по сходству лица; да содержим же так себя в отношении к вере, чтоб несомненно можно было признать, что мы не по имени только дети благочестивых отцов наших, и чтоб отцы наши, когда станем все мы вместе в Последний День, могли узнать в нас своих потомков по одному отсвету веры на челах наших и к Богу Сердцеведцу исповедать: «Се, мы и дети наши». Аминь.