ТОП 10:

В которой гиперболы и эвфемизмы используются с целью разоблачения художественной и фактографической несостоятельности части 4 «Синие и серые» главы 11 «Братья и пушки» из книги А.А. Бушкова.



 

«На Севере насчитывались десятки крупных пороховых мельниц - на Юге их имелось всего четыре. Для производства пороха, как известно, кроме угля и серы необходима еще и селитра, но ее-то как раз зажатый в блокаде Юг получал мало. Чтобы хоть как-то исправить положение с лютым дефицитом пороха, южане изворачивались, как могли: в пещерах Теннеси, Кентукки и Алабамы разрабатывали многолетние залежи помета летучих мышей, содержавшего селитру. Рыли длинные канавы, наполняли их навозом, гниющими растениями и трупами павших животных. В одном из городов Алабамы даже поставили бочку, куда горожане по утрам сливали содержимое ночных горшков….».

А теперь сравним с источником - книгой Джека Келли «Порох. От алхимии до артиллерии».

«Когда с первыми пушечными залпами у форта Самтер началась война, запасы пороха на Юге были незначительными: в наличии имелась только 491 тысяча фунтов. В отколовшихся штатах работали всего четыре маленьких мельницы, каждая из которых производила меньше пятисот фунтов пороха в день. Конфедерация находилась сейчас в столь же затруднительном положении, как и тринадцать колоний на заре Американской революции. Было ясно, что, если ситуацию не удастся изменить, дело сепаратистов неизбежно угаснет из-за недостатка пороха.

Перед лицом этой мрачной перспективы конфедераты обратились к Джорджу Вашингтону Рейнсу. Рейнс, родившийся в 1817 году в патриархальной Северной Каролине, с отличием окончил военную академию в Вест-Пойнте и остался там преподавателем химии. В 1856 году он вышел в отставку и возглавил металлургический завод в Ньюберге, штат Нью-Йорк. Когда началась война, Рейнс, хотя и прожил полжизни на Севере, принял сторону рабовладельческих штатов. Президент конфедератов Джефферсон Дэвис поручил ему создать ведомство, которое скоро станут называть Бюро пороха и селитры.

Рейнс знал, что местные производители могут поставить любое количество древесного угля: он выяснил, что американский тополь, более распространенный на Юге, чем ива, не хуже ее подходит для изготовления пороха. На складах Нового Орлеана имелось несколько сот тонн серы, [274] завезенной для нужд сахарорафинадной промышленности. Кроме того, достаточные дополнительные партии можно было приобрести у техасских поставщиков.

Главной проблемой, как обычно, оставалась селитра. Рейнс отправил в Европу агентов, сумевших за годы войны провезти 2,7 миллиона фунтов сырья сквозь блокаду, которой северяне пытались задушить южные штаты. Некоторое количество селитры было получено из гуано летучих мышей - его добывали в пещерах Теннеси, Кентукки и Алабамы. Стремясь пополнить запасы и добиться, чтобы Конфедерация могла сама обеспечить себя селитрой, Рейнс обратился к старинному способу устройства селитряниц - «нитриариев». Рабочие копали длинные канавы и заполняли их навозом, гниющими растениями и тушами павших животных…

…Джонатан Харелсон, рьяный чиновник, отвечавший за сбор селитры в окрестностях города Сельма, штат Алабама, настаивал, чтобы домохозяйки не выливали зря свои ночные горшки, а опорожняли бы их в специальную сборную бочку…

…Так или иначе Конфедерация пала прежде, чем большая часть домодельной селитры - которой требовалось восемнадцать месяцев, чтобы дозреть, - попала в ружья и пушки мятежников. Тем временем Рейнсу было не до шуток. Ему предстояло на пустом месте создать эффективную пороховую промышленность. «Не имея ни планов, ни механических мастерских, ни пороховых дел мастеров, ни механиков, - вспоминал он, - я должен был воздвигнуть где-то какие-то гигантские фабрики. Единственное, на что я мог рассчитывать, была моя изобретательность».

Руководством к действию для Рейнса стала брошюра, написанная одним британским артиллерийским офицером. В брошюре описывалась новейшая пороховая фабрика в аббатстве Уолтэм в Англии. Консультируясь с бывшим работником этого предприятия, Рейнс руководил строительством самого современного в мире порохового производства. Фабрика в Огасте, штат Джорджия, была спроектирована с расчетом на наибольшую эффективность. Производственные здания растянулись на полторы мили. На одном конце производственного цикла подавалось сырье, на другом появлялся готовый порох.

Рейнс выбрал Огасту из-за того, что город был безопасно расположен вдали от побережья и имел удобное сообщение по воде и по железной дороге. Он приобрел паровую машину мощностью в 130 лошадиных сил и соединил ее с дюжиной перетирающих мельниц, каждая из которых имела пару пятитонных жерновов. Противопожарная безопасность [276] обеспечивалась специальным устройством (такие же использовались в Англии): если на мельнице начинался пожар, на жернова проливались потоки воды, предотвращавшие взрыв. Работая на полную мощность, фабрика давала три с половиной тонны пороха в день, за все время войны было изготовлено 2,75 миллиона фунтов».

Для чего мы процитировали источник? Поверьте, лишь во вторую очередь для того, чтобы указать читателям на очевидные передергивания автора «Неизвестной войны». А в первую очередь для того, чтобы продемонстрировать, насколько поверхностны знания и суждения А.А. Бушкова, который посвящает десятки страниц высосанным из пальца ужасам войны и не менее фальшивым подвигам южан - но, при этом, забывает про такие аспекты американской междоусобицы, которые поистине достойны восхищения. И среди них - замечательные успехи конфедератов, которые практически из пустоты создали военно-промышленный комплекс, до самой капитуляции справлявшийся с задачами обеспечения армии. По этому поводу - примечательная цитата с сайта stuart1861’а: «Для того, чтобы сражаться, Югу был нужен не импорт. Ему была нужна стремительная индустриализация собственной экономики, чем он и занялся, засучив рукава. Мы знаем, что Конфедерация никогда не испытывала серьезных перебоев или дефицита с оружием и боеприпасами. Армия Конфедерации не проиграла ни одного крупного сражения по причине недостатков оружия или патронов со снарядами. Как писал Раймондо Лураджи (92) в «Истории военно-морского флота Конфедеративных Штатов», «Происходило нечто, невиданное прежде в истории... Отсталая аграрная страна, с небольшим количеством преиндустриальных фабрик и заводов, создавала гигантскую промышленность, инвестируя миллионы долларов, вооружая и снабжая одну из самых крупных армий мира...»

«Юг держался. Не потерявшие присутствия духа люди устраивали «голодные балы», где единственным угощением была холодная вода…»

Не будем утверждать, что Юг благоденствовал - мягко говоря, нет. Но изображать Конфедерацию словно Ленинград периода зимы 1941-1942 гг., как пытается это сделать А.А. Бушков, также не стоит. И вот лишь один довод в пользу того факта, что даже на Юге периода последнего военного года при наличии денег жить можно было неплохо.

Так случилось, что в то время, когда многие тайны истории остаются покрыты мраком, туманом и прочей неизвестностью, муза Клио сохранила счет из известного ричмондского ресторана «Восточный салон», который оплатили в январе 1864 г. австрийский военный наблюдатель Эдвард Фитцджеральд Тортон Росс (капитан австрийских гусар, родившийся однако, в 1825 г. в Англии), а также южные кавалеристы полковник Брайан, майор Херос фон Борке и еще человек шесть неустановленных личностей, а также ресторанное меню.

 

Так вот, меню:

«ВОСТОЧНЫЙ САЛОН», 8 января 1864 года

 

МЕНЮ

 

СУПЫ (за тарелку, в долларах)

Говядина.....................1.50

Курица

Макароны

Овощи

Моллюски

Устрицы

Террапин

Черепаха

Фальшивая черепаха

 

ПТИЦА

Жареная индейка..............3.50

Жареный гусь

Жареная утка

Жареные цыплята..............3.50

 

РЫБА

Ерш..........................5.00

Голавль

Сельдь

Окунь

Шэд

Крабы и лобстеры

 

МЯСО (за порцию)

Жареная говядина.............3.00

Жареная баранина.............3.00

Жареная свинина..............3.00

Жареный ягненок..............3.00

Жареная телятина.............3.00

 

СТЕЙКИ (за порцию)

Стейк из говядины............3.50

Стейк из свинины.............3.50

Баранья котлета..............3.50

Котлета из телятины..........3.50

Стейк из оленины.............3.50

 

РАЗНОЕ

Яичница с ветчиной...........3.50

Вареное яйцо.................2.00

Яйцо-пашот...................2.00

Яичница-болтунья.............3.00

Яичница-глазунья.............3.00

Омлет........................3.00

 

УСТРИЦЫ

Жареные устрицы..............5.00

Фестончатые устрицы..........5.00

Сырые устрицы................3.00

 

ДИЧЬ

Куропатка....................3.50

Каролинский погоныш

Малиновка

Бекас

Ржанка

Вальдшнеп

 

ОВОЩИ

Кочанная капуста.............1.00

Помидоры

Зеленый горошек

Коровий горох

Огурцы

Лук репчатый.................1.00

Салат-латук

Сквош

Фасоль

Бобы

Ирландский картофель.........1.00

Сладкий картофель............1.00

Салат........................2.00

Спаржа

Сельдерей....................2.00

 

НАПИТКИ (за чашку)

Чистый кофе..................3.00

Чистый чай...................2.00

Свежее молоко................2.00

 

ВИНА (за бутылку)

Шампанское...................50.00

Мадера.......................50.00

Портвейн.....................25.00

Кларет.......................20.00

Шерри........................35.00

 

СПИРТНЫЕ НАПИТКИ (за порцию)

Французское бренди............3.00

Яблочное бренди...............2.00

Персиковое бренди.............2.00

Голландский джин..............2.00

Ржаной виски..................2.00

 

СОЛОДОВЫЕ НАПИТКИ (за бутылку)

Портер.......................12.00

Пиво.........................12.00

 

Прекрасная гаванская сигара...1.00

 

Хлеб, 50 центов – Масло, 1 доллар – Горячая булочка, 1 доллар 50 центов

 

Выбор дичи – в соответствии с сезоном

 

Питер К. Морган, владелец

 

А вот сам счет, полученный и оплаченный Ф. Россом и его спутниками 15 января 1864 г.:

 

Суп для девяти персон...........13.50

Стейк из оленины, девять........31.50

Жареный картофель................9.00

7 птиц..........................24.00

Печеный картофель................9.00

Сельдерей.......................13.50

Хлеб и масло....................14.00

Кофе............................18.00

Яблоки..........................12.00

5 бутылок мадеры...............250.00

6 бутылок кларета..............120.00

1 ведерко коктейля..............65.00

Желе............................20.00

Торт............................20.00

1 дюжина сигар..................12.00

---------------------------------

Вина и десерт..................487.00

Обед...........................144.50

 

ИТОГО: 631.50

 

Юг не был вольной республикой мечтателей, героев и идеалистов, как пытается уверить доверчивых читателей автор «Неизвестной войны». И социальные проблемы, включая градацию «богатые/бедные» не обошли КША точно так же, как любое иное известное истории государство. И меркантильные интересы также стоили не воюющем Юге немало - что иллюстрирует хотя бы организация военных поставок из-за границы.

Как известно, правительство КША практически национализировало всю промышленность Юга в интересах интенсификации военных поставок. Но нарушение морской блокады судами торгового флота правительством КША не контролировались вплоть до начала 1864 г., да и то контроль в данном вопросе сводился лишь к тому, что капитаны судов - нарушителей блокады обязаны были резервировать половину коммерческого тоннажа для правительственных нужд. При всем том, исследования коносаментов и деловой переписки «прорывателей блокады» свидетельствуют, что при организации поставок далеко не в последнюю очередь учитывались соображения личной выгоды, а вовсе не интересы государства. Вот типичный пример: в ноябре 1864 г. уилмингтонская фирма сообщала своему агенту в Нассау о том, что просит его прекратить грузить на борт «прорывателя блокады» хлороформ, потому что исполнение государственного заказа не приносит желаемой прибыли. Вместо хлороформа фирма просит загрузить на борт судна партию духов «Essence of Cognac», которые очень хорошо расходятся на рынке.

Таможенные декларации подтверждают, что такого рода отношение - отнюдь не единственный случай.

 

Очередная цитата: «О неудачной для южан битве под Геттисбергом (июль 1863 г.) современники рассказывали потом, что более леденящего кровь зрелища в жизни не видели: когда южане за сорок минут расстреляли свои скудные запасы снарядов, в атаку пошла южная пехота. Пятнадцать тысяч человек, оборванные и разутые, под неумолчный треск барабанов полтора километра шли до вражеских позиций по огромному полю - без единого выстрела, со штыками наперевес, под огнем северных орудий, осыпавших атакующих картечью. Дошли. И ворвались на позиции противника. Сражение Север выиграл исключительно благодаря тому, что в очередной раз задавил массой - массой щедро кормленного ветчиной и рисом, поенного кофе с сахаром разноплеменного сброда из Европы, щеголявшего в кожаных сапогах и непромокаемых плащах…»

И создается ощущение, что автор знать ничего не знает о том, что битва под Геттисбергом продолжалась три дня (1-3 июля 1863 г.). Что в знаменитую атаку Пиккета пошли не 15 000 человек, а около 12 500 южан. И дистанция атаки составляла не полтора километра (тут А.А. Бушков верен себе - в финале книги дистанция атаки увеличивается уже до 2 километров), а, по разным данным, от 800 метров до 1200 метров (причем, скорее всего, обе цифры правильные - ведь фронт наступления составлял около мили). И что артподготовка южан перед началом атаки Пиккета длилась не сорок минут, а почти 2 часа (грохот артиллерийской канонады был слышан в Питерсберге за 200 миль от места сражения). Но ведь не может он этого не знать - потому что этот эпизод Геттисберга подробно описан все у того же Джека Келли в книге «Порох. От алхимии до артиллерии»!..

Но самое отвратительное в вышеприведенной цитате - это тупой и безапелляционный апломб, не оставляющий ни шанса скептикам. Ему, А.А. Бушкову, все понятно и известно про апогей Гражданской войны в США, словно бы про Геттисберг вообще и атаку Пиккета в частности не писаны многие тысячи книг и исследований, словно бы не являлись предметом дискуссий мотивы Р.Э. Ли, отдавшего роковой приказ, словно бы не изучены досконально причины, следствия и возможные альтернативы атаки.

Версия Геттисбергской битвы от А.А. Бушкова является, на наш взгляд, довольно оскорбительной по смыслу профанацией, в равной степени нивелирующей героизм как северных, так и южных солдат.

Чем вызван повышенный интерес историков к Геттисбергу? Отчего о ней написаны тысячи - если не десятки тысяч - исследований, книг и монографий? Отчего она, даже исследованная до мельчайших нюансов и хронометрированная до секунд, продолжает будоражить интерес историков?

А именно потому, что к данному сражению в меньшей, чем к прочим битвам Гражданской войны между штатами, применим общий принцип успеха северян.

Стороны были стихийно втянуты в сражение. Это не дало им использовать свои традиционно сильные стороны - Р.Э. Ли создать полевые укрепления и максимально эффективно использовать артиллерию, а Дж.Г. Миду использовать численное преимущество его армии.

Обе стороны не имели решающего превосходства в живой силе, а в первый день сражения южан на поле битвы было даже больше, чем северян.

Обе армии слабо представляли себе «рисунок» боя, отчего оперативная обстановка оставалась неочевидной для штабов обеих противоборствующих сторон.

Командиры обеих противоборствующих сторон совершили немало ошибок и просчетов.

При всем том стороны были равно мужественны.

Драматизм Геттисбергской битвы определен тем фактом, что в течение трех дней битвы стороны находились в патовой ситуации, и не одна из воюющих сторон не могла добиться какого-либо заметного преимущества.

До сей поры никто не может достоверно судить о том, какой фактор стал решающим для победы северян.

Никто не может достоверно утверждать, так ли была важна для позиций Юга и Севера высота Литтл-Раунд-Топ.

Кто знает, какую роль для течения битвы сыграли действия Джеба Стюарта.

Никто не может доподлинно дать ответ на вопрос, какими мотивами руководствовался умница Р.Э. Ли, отдавший приказ о роковой «атаке Пиккета»…

Вот только чего не было именно в Геттисбергском сражении - так это подавляющего численного превосходства победителей, давления массой и превосходства ресурсов. Солдаты обеих армий равно были вымотаны и равно страдали от нехватки еды, боеприпасов и, особенно, воды.

Победа северянами была одержана если уж и не умением, то, во всяком случае, не числом.

И сводить именно данную битву к слабости тыла южан неверно, неправильно и, рискнем даже предположить, оскорбительно для солдат, в первую очередь, южной армии. Потому что это очень и очень разные вещи - проиграть равному по силам противнику или его тыловому обеспечению. Это разные вещи - погибнуть от пули или снаряда или быть погребенным под лавинами ветчины, риса, кофе, молока и фланелевых портянок...

 

«Вообще-то и на Юге согласно тамошним законам о мобилизации можно было «откупиться» от армии - но там откупившихся было ничтожно мало. Откупившегося ждало общее молчаливое презрение, в особенности со стороны женщин, о чем вспоминают иностранные очевидцы: «Тот, кто не надевал мундира, считался трусом». Именно поэтому на Юге «выкупной закон» был достаточно быстро отменен - а на Севере сохранился до конца войны…»

Думаем, каждый человек хотя бы раз в жизни испытал крайне неприятное чувство смертельного стыда за кого-либо или за что-либо, хотя сам ты вроде бы ни в чем и не виноват. Вот именно такой стыд мы ощутили после прочтения вышеприведенной цитаты из книги А.А. Бушкова «Неизвестная война»…

Цитата не понятна нам даже не с точки зрения ее несоответствия историческим реалиям. Цитата нам непонятна с точки зрения убедительности приведенных аргументов, пусть они и выдуманы, - неужели А.А. Бушков всерьез верит, что сказки про молочные реки с кисельными берегами, населенные сплошь рыцарями без страха и упрека, заслуживают доверия пусть даже с позиций житейского опыта?...

Южане испытывали точно такие же трудности с формированием своей армии, как и любое другое государство. Поэтому правительству КША пришлось приложить немало усилий для того, чтобы поддерживать армию в боеспособном состоянии и, увы, пресловутый «боевой дух» мало способствовал данным усилиям.

Достоверных сведений относительно общего числа военнослужащих КША за период войны мы не имеем. Различные историки оцениваю количество мобилизованных в диапазоне от 500 000 до 2 000 000 человек. По сведениям военного министерства Конфедерации в 1861 г. на службе Юга состояло 326 768 человек, в 1862 г. - 449 439, в 1863 - 464 646, в 1864 - 400 787 и, наконец, в 1865 г. - 358 692 человек. Оценки вербовок в течение войны были от 1 227 890 до 1 406 180 человек.

Всего в КША состоялось 6 этапов мобилизации:

6 марта 1861 г.: объявлено о наборе 100 000 добровольцев и милиции;

23 января 1862 г.: объявлено о наборе 400 000 добровольцев и милиции;

16 апреля 1862 г.: издан 1-й акт о воинской повинности, согласно которого призывались на воинскую службу белые мужчины в возрасте от 18 до 35 лет вплоть до окончания боевых действий;

27 сентября 1862 г.: издан 2-й акт о воинской повинности, согласно которого призывались на воинскую службу белые мужчины в возрасте от 18 до 45 лет вплоть до окончания боевых действий, срок вступления в действие - с 15 июля 1863 г.;

17 февраля 1864 г.: издан 3-й акт о воинской повинности, согласно которого призывались на воинскую службу белые мужчины в возрасте от 17 до 50 лет вплоть до окончания боевых действий;

13 марта 1865 г.: принято решение о призыве на воинскую службу 300 000 афроамериканцев (данное решение реализовано не было).

«И тем не менее процент дезертирства на Юге никогда не был таким высоким, как на Севере, где он, согласно подсчетам К. Маля, составил десять процентов… Причем дезертирство на Севере процветало с первых дней войны, а на Юге стало представлять проблему только в 1865 г., буквально в самом конце».

Свое отношение к книге К. Маля мы уже высказывали неоднократно - как популяризатору и подвижнику ему цены нет, а вот факты лучше изучать по другим книгам…

Дезертирство было подлинным бичом армии Юга; одна из последних работ, посвященная этому вопросу, книга историка Марка А. Уэйтца, так и называется - «конецформыначалоформыMore Damning Than Slaughter: Desertion in the Confederate Army» («Хуже, чем резня: Дезертирство в армии Конфедерации»).

Вот лишь некоторые факты, позаимствованные из данной книги.

Рапорт Т.Дж. Джексон из-под Кернстауне, март 1862 г.: дезертиры и отставшие (их не считают пока дезертирами и именуют специальным термином - straggling) сократили количественный состав его армии на 1/3 (около 1500 человек).

Июнь 1862 г., корпус Дж. Лонгстрита: по списочному составу корпус насчитывает 24 полка, 32 000 бойцов. В наличии имеется лишь 19 000 бойцов. Остальные: 6 000 ранены или больны, 7 000 просто «отсутствуют».

Вплоть до 1863 г. южане отказывались признавать, что у них существует проблема дезертирства - их именовали «отсутствовавшими» или «отставшими» и прочее. Однако, события осенней кампании 1862 г. продемонстрировали, наконец, однородность таких явлений, как «отставание» и «дезертирство».

После Антьетама Д.Х. Хилл назвал всех т.н. «отставших» «трусами и ворами, потерявшими чувство стыда». Ли пытался бороться с этой проблемой и заметил однажды, что именно «отставшие» помешали победить северян при Антьетаме, потому что многие из его солдат так никогда и не пересекли Потомак по пути в Мэриленд. Через пять дней после сражения корпус Лонгстрита и корпус Джексона насчитывали вместе 36 407 человек, а к октябрю это число вдруг возросло до 48 689 человек за счет вернувшихся в части - добровольно или принудительно. Вместе с тем, бороться с дезертирством репрессивными мерами было невозможно и нелогично.

Еще одна форма дезертирства: т.н. «госпитальное дезертирство», то есть случаи невозвращения бойцов в их подразделения после пребывания в госпитале или дома по ранению. За 4 года войны таких дезертиров насчитывалось до 10 000, то есть количество людей, из которых можно сформировать полноценную дивизию.

Генерал Бракстон Брэгг заявил еще в 1862 г.: «Ни одна армия не может нормально существовать при такой системе».

Р.Э. Ли, 17 августа 1863 г., письмо Дж. Дэвису: «Дезертирство в этой армии настолько велико и продолжает достигать такого уровня, что, если не предпринять неотложных мер, я буду опасаться за успех на поле боя».

Только за последние 20 месяцев войны более 35000 конфедератов дезертировали, затем пересекли линию фронта и приняли присягу на верность Союзу.

Середина февраля 1864 г.: дивизия Дж. Эрли - отсутствует 3 227 человек, дивизия Р. Роудса - 4 102 человек, дивизия Б. Джонсона - 4 045 человек. Всего же 2-й корпус не досчитался 11 610 человек.

Армия Юга была достаточно разнородным человеческим конгломератом даже на уровне идеологии и понимания целей и задач войны. Значительное число южан считало, что армия КША имеет строго оборонительно назначение, а потому отказывались принимать участия в наступательных операциях. Когда Ли двинул армию Северной Вирджинии через границу Мэриленда осенью 1862 г., около 50 000 человек покинули армию, утверждая, что целью их вербовки была защита родины, а не вторжение на Север. Потеря Виксберга и поражение при Геттисберге стоили южанам еще около 100 000 человек.

А теперь пусть автор «Неизвестной войны» попрочнее присядет на свой стул: всего за годы войны из южной армии дезертировало как минимум 104 000 человек. Многие историки считают эту цифру заниженной, но и в этом случае из армии Юга дезертировало от 8 до 12% ее личного состава. И это самый высокий процент дезертирства по итогам всех войн, в которых участвовали США.

И автор «Неизвестной войны» совершенно напрасно полагает, что дезертиров на Юге не расстреливали так же, как и в любой иной армии иного государства.

Точная статистика приговоров военных судов Конфедерации отсутствует. Однако достоверно известно как минимум два случая массовых казней дезертиров армии КША.

В августе 1863 г. 12 южных солдат дезертировали из 3-го пехотного полка Северной Каролины, убив при этом адъютанта 46-го пехотного полка Северной Каролины Ричардсона Маллета-младшего. 11 человек из 12 были расстреляны по приговору военного трибунала уже 10 сентября 1863 г. «Повезло» лишь рядовому Хенсону М. Фатчу из роты «К» - он был ранен при задержании и помещен в госпиталь Ричмонда, где умер от оспы 17 декабря 1863 г.

4 мая 1864 г. в Далтоне, штат Джорджия, были казнены 14 дезертиров - 12 солдат 58-го пехотного полка Северной Каролины и 2 солдата 60-го пехотного полка Северной Каролины.

Имеется также информация о нескольких других случаях массовых казней дезертиров. Так, автор знаменитых мемуаров «Company Aytch» Сэмюэл Р. Уоткинс вспоминает о том, что генерал Джозеф Э. Джонстон во время отступления к Атланте отдал приказ о казни 17 дезертиров после битвы у хребта Роккифейс (там же, по словам Уоткинса, были повешены 2 разведчика-северянина), однако казнь была организована таким образом, что ее подробностей не знал никто, кроме непосредственных исполнителей 93.

В августе 1862 г. были расстреляны 3 дезертира из корпуса Стонуолла Джексона.

War of the Rebellion: Official Records of the Union and Confederate Armies также указывают, что после мятежа бригады в Александрии, Вирджиния, было расстреляно от 15 до 35 человек. Однако данный пример не документирован настолько убедительно, чтобы считать его бесспорным.

Учитывая крайний дефицит человеческих ресурсов, военные суды Конфедерации были, в целом, снисходительны к дезертирам.

Так, военные суды легко переквалифицировали обвинения в дезертирстве на обвинения в самовольной отлучке, даже если таковые отлучки продолжались по нескольку месяцев. Дезертирство и самовольные отлучки составляют абсолютное большинство всех рассматриваемых судами случаев. Так, достоверно известно, что военные суды армии Северной Вирджинии в августе-сентябре 1862 г. вынесли 36 судебных решений, 30 из которых касаются дезертирства и самовольных отлучек (в том числе 12 дел в отношении военнослужащих, которые отсутствовали более 2 месяцев и пропустили все крупные сражения мая-июля 1862 г.). 17 дел о дезертирстве завершились обвинением 9 человек в самовольной отлучке. Смертных приговоров вынесено не было; осужденным за дезертирство полагался срок «тяжелого труда» и клеймение левого бедра буквой D. В некоторых случаях дезертиров публично прогоняли через лагерь под барабанный бой.

15 октября 1862 г. открылась очередная сессия военного суда армии Северной Вирджинии, было рассмотрено 30 дел, 26 из которых касались дезертирства и отлучек. Смертных приговоров вновь вынесено не было.

Итог. Всего за годы войны по приговорам военных судов КША было казнено 225 человек. А по приговорам военных судов США - 267 человек. Напомним, что общее количество военнослужащих за годы войны на Юге достигало 900 000 человек, на Севере - 2 100 000. Следовательно, в процентном отношении от общего числа военнослужащих смертных приговоров военными судами Юга было вынесено вдвое больше, чем на Севере - 0,025% против 0,012%.

Впрочем, как говаривал один старый раввин из Бердичева, «почти бесплатно» и «не совсем задаром» - одинаково мало»…

«В тылу цены на некоторые продукты взлетели вдесятеро, а на соль - в пятьдесят раз».

Не критикуем, просто уточним: Марк Курлански пишет, что рост цен на соль был постепенным. До войны на рынке Нового Орлеана 200-фунтовый (60 кг) мешок ливерпульской соли стоил 50 центов, осенью 1862 г. - 6 долларов, весной 1863 г. - уже 25 долларов.

Именно по данной причине нам представляется несколько сомнительным следующий отрывок: «Генералу Пикетту, впоследствии герою сражения под Геттисбергом, на свадьбу преподнесли маленький пакетик соли - царский подарок для Юга тех времен… (85)».

Свадьба генерала Джеймса Эдварда Пиккета с 20-летней ЛаСалль «Салли» Корбелл состоялась 13 ноября 1863 г. (для генерала это был третий брак, если считать его союз с индианкой Утренний Туман из племени эйда), то есть пятью месяцами спустя после сражения при Геттисберге. Так что слово «впоследствии» использовано автором «Неизвестной войны» исключительно не к месту.

Что же касается сути отрывка (который базируется опять-таки на книге М. Курлански), то эпитет «царский» представляется надуманным. Судите сами - если цена 60-килограммового мешка составляет 25 долларов, то «маленький пакетик» вовсе должен стоить гроши.

Отметим, что «герой Геттисберга» Пиккет был человеком крайне малоприятным. Так, именно по его инициативе в феврале 1864 г. в городе Кинстоне, штат Северная Каролина, публично повешены были 22 пленных федеральных солдата из 2-го добровольческого пехотного полка Северной Каролины.

«Юг головы не опускал и знамен не сворачивал - через год после Геттисберга, в июле 1864-го, южане едва не взяли Вашингтон. Генерал Конфедерации Эрли с двадцатитысячной армией через горные перевалы подошел с той стороны, откуда его никто не ждал, и добрался до места, откуда мог невооруженным глазом видеть купол Конгресса. Военные моряки, не уведомляя Линкольна, приготовили для него специальный пароход на случай бегства».

Иной раз просто непонятно, за кого более душой автор «Неизвестной войны». Вроде бы, за южан - однако приводит примеры их военной доблести таким образом, что читатель может прийти к выводам совершенно противоположным. Ну и зачем понесло генерала Эрли с двадцатитысячным отрядом на Вашингтон, если годом ранее под Геттисбергом забуксовала армия численностью более 70 000 человек?..

Реальность, увы, чуть посложнее авторского вымысла.

Начать следует с того, что 2-й корпус армии Северной Вирджинии под командованием Джубала Эрли (бывший корпус Томаса Дж. Джексона) насчитывал не 20 000, а всего 14 000 человек личного состава (в иных источниках есть также число 13 000).

Летом 1864 г. основные силы генерала Ли были блокированы возле Питерсберга. Положение южан осложнялось тем фактом, что федеральная армия практически полностью контролировала долину Шенандоа и, тем самым, лишала армию Северной Вирджинии последних баз снабжения.

Кроме того, 12 июня 1864 г. подразделения северян под командованием Дэвида Хантера уничтожили Вирджинский военный институт - главный центр подготовки офицерского корпуса южан в течение всей войны, 15 выпускников которого стали генералами в армии Конфедерации.

Уничтожение военного института выглядело мерой логичной - в начале войны в Ричмонде 500 юных кадетов Вирджинского военного института подготовили к службе более 15 000 южных солдат, сержантов и даже офицеров - но до такой степени противоречащей законам войны своего времени, что вызвало категорическое неодобрение не только на Юге, но и на Севере. И потому, отдавая приказ о вторжении корпуса Эрли на территорию Союза, Р.Э. Ли ставил перед ним три задачи: основную - заставить командование северян снять часть войск из-под Питерсберга для организации защиты Вашингтона, а также вспомогательные - очистить линии снабжения в долине Шенандоа и провести акцию возмездия за уничтожение Вирджинского военного института.

Операция началась в середине июня 1864 г. Никакого штурма горных перевалов, разумеется, не было - корпус Эрли перемахнул, конечно, через Голубой хребет (Блю-ридж) в долину Шенандоа, но, учитывая, что максимальная высота хребта не превышает 2037 метров над уровнем моря, такое препятствие никак нельзя отнести к числу непреодолимых.

Отбросив со своего пути части Дэвида Хантера в сражении у Линчберга 17-18 июня 1864 г. и не встретив более сопротивления, Эрли вышел через долину к Потомаку, форсировал реку выше Харперс-Ферри, и оказался в пределах Севера, ознаменовав тем самым третье в истории Американской гражданской войны вторжение южан в пределы Союза.

К тому времени уже стало ясно, что рейд Эрли, хотя бы частично, достиг цели - Грант распорядился снять с фронта под Питерсбергом 2 бригады 6-го корпуса, около 6000 человек, и перебросить их к столице, назначив командиром группы бригадного генерала Джеймса Бревертона Риккетса.

Эрли повел себя расчетливо и агрессивно. Захватив город Хагерстаун, он получил с его жителей 20 000 долларов контрибуции, захватив город Фредерик - еще 200 000 долларов.

Первое серьезное сопротивление ему оказали лишь на подступах к Вашингтону, в районе железнодорожной станции Монокаси, в субботу 9 июля 1864 г. Шансов у федералов не было - против 14 000 ветеранов Эрли выступило 5 800 северян, частично состоящие из необстрелянных тыловых частей под командованием генерал-майора Лью Уоллеса (автора романа «Бен-Гур»), частично - из солдат Риккетса, только что прибывших из Балтимора. Северяне заняли оборону вдоль берега реки Монокаси, но задержали продвижение солдат Эрли лишь на несколько часов. При этом суммарные потери северян составили 1294 человека, южан - от 700 до 900 человек.

При всем том, если у Эрли и был, хотя бы умозрительный, шанс захватить столицу США, то именно краткая задержка у Монокаси начисто лишила его этой возможности.

35 миль, отделявшие Монокаси от Вашингтона, Эрли преодолел за два дня, и к полудню 11 июля 1864 г. он мог наблюдать в бинокль купол Капитолия, стоя напротив форта Стивенс в самом конце 7-й улицы.

Форт был построен в 1861 г. как один из элементов фортификационной системы обороны столицы и назван первоначально фортом Массачусетс. Позднее он был переименован в форт Стивенс в честь генерала Айзека Стивенса, павшего в сражении при Шантильи.

Узнав о результатах стычки у Монокаси, Грант немедленно распорядился снять с фронта и перебросить к Вашингтону части 6-го, 8-го и 19-го корпусов во главе с генерал-майором Горацио Гувернером Райтом. Судно с первым подкреплением прибыло в столицу примерно в то же время, что и корпус Эрли.

Столица, впрочем, посильно готовилась к обороне от противника. Вообще, автор «Неизвестной войны» напрасно полагает Вашингтон беззащитным тыловым городом - подступы к нему охранали 68 фортов и 93 артиллерийские батареи. Генерал-майор Александр МакДауэлл МакКук, ветеран сражения у Чикамоги, принял на себя общее командование обороной города, бригадный генерал Куинси Адамс Гилмор командовал северо-восточной линией обороны (от форта Линкольн до форта Тоттен), бригадный генерал Монтгомери Каннингем Мигс - северной линией (от форт Тоттена до форта Де Росси включая форт Стивенс), а бригадный генерал Мартин Дэвис Хардин - северо-западной линией (от форта Де Росси до форта Самнер).

Никакой возможности атаковать столицу с марша у Эрли не было. Его корпус находился в походе с 13 июня, погода была крайне жаркая, а ко всему этому вдобавок вечером 10 июля южане разгромили усадьбу Монтгомери Блэра в Силвер-Спрингсе, обнаружили там большие запасы спиртного и не преминули данным обстоятельством воспользоваться.

Многие историки корят Эрли за то, что он действовал недостаточно активно и упустил шанс ворваться в столицу США. Полагаем, что такого намеренья не было у него вовсе - его корпус в полной мере выполнило свою боевую задачу, оттянув войска федералов из-под Питерсберга, а захват Вашингтона был бы рискованной авантюрой, следствием которой явилось бы, скорее всего, полное уничтожение вверенных Эрли подразделений. При этом никакой иной пользы, кроме кратковременного хаоса в столице США, такая акция не принесла бы и явно не стоила жизней 14 000 ветеранов.

Перестрелка в районе форта Стивенс началась в 15.00 11 июля и продолжалась примерно в течение суток. Вечером 12 июля Эрли быстро отвел свои войска за Потомак, потеряв в сражении около 500 человек, включая 400 раненных, оставленных им при отступлении. Суммарные потери северян составили 373 человека. На участке форта Стивенс погибло 43 защитника города.

Ни на каком этапе обороны Линкольн даже не помышлял об эвакуации из столицы. Днем 11 июля известный огайский конгрессмен, а в тот момент - военный юрист Джон Армор Бингхем спросил его, не желает ли президент принять меры предосторожности на фоне угрозы захвата столицы, тот кратко ответил: «О, нет, наши мальчики волнуются, и я отправлюсь подбодрить их». Помощник президента, будущий государственный секретарь США Джон Хей записал в своем дневнике от 11 июля 1864 г.: «Этим вечером президент находится в очень хорошем настроении. Он, кажется, нисколько не обеспокоенным безопасностью Вашингтона».







Последнее изменение этой страницы: 2017-01-26; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.227.233.78 (0.034 с.)