Преподобный Парфений, епископ Лампсакийский

 

Как-то к святому Парфению пришел некий человек, имевший в себе духа нечистого; бес уже давно вселился в него, но он не мог понять сего. И вот сей, одержимый бесом, человек, приступив к святому Парфению, стал приветствовать его ласковыми словами. Святитель же Христов, заметив присутствие в нем духа нечистого, воздержался от приветствия.

Тогда посрамленный в сем человеке бес сказал святому:

- Я тебя желал видеть, оттого и приветствовал тебя; от чего же ты не ответил на мое приветствие?

- Вот ты видел меня, итак – что же тебе нужно? – ответил ему на это святой Парфений.

- Я увидел и узнал тебя, - сказал бес.

- Если бы ты, увидев, действительно узнал меня, - отвечал святой Парфений, - то ты вышел бы из сего Божьего создания.

На это бес сказал:

- Молю тебя, не выгоняй меня из моего жилища, в котором я так давно обитаю.

- А как давно ты находишься в этом человеке? – спросил святой.

- С самого детства его, - отвечал бес, - и до сих пор меня никто не заметил, один только ты; и теперь, как я вижу, ты изгоняешь меня; но если так, то куда же ты повелишь мне отойти?

- Я дам место, где тебе поселиться, - отвечал святой Парфений.

- Думаю, что ты непременно повелишь мне войти в свиное стадо, - сказал бес.

- Нет, я укажу тебе человека, в котором и обитай, только из этого выйди, - отвечал святой Парфений.

- Но действительно ли ты хочешь это сделать, или только так говоришь, скажи мне об этом? – спросил бес святого Парфения.

- Я тебе правду говорю, - сказал святитель, - что знаю человека, в котором, если хочешь, можешь обитать, - только из этого выйди скорее.

После этого бес, убежденный словами святого, стал просить, чтобы он указал ему такого человека.

Тогда святой Парфений, открыв уста свои, сказал бесу:

- Вот этот человек: войди и обитай во мне.

Диавол, как бы опаленный огнем, воззвал на это:

- Увы, мне! Если ты, после столь долгого времени, выгоняешь меня из постороннего человека, то какого же зла ты мне сделаешь, если я вселюсь в тебя? И как я войду в дом Божий?

Сказав это, бес скрылся в местах пустынных и непроходимых; человек же тот, по благодати Божией, стал здоровым и восхвалил Господа.

В другой раз нечистый дух стал мешать рыбакам: когда они опускали сети свои в воду, им, по наваждению диавольскому, всегда казалось, что в них попало множество рыбы, но когда с великим трудом они вытаскивали свои сети на берег, они не находили в них ни одной рыбицы; и так рыбаки напрасно трудились долгое время. Это происходило не только в Лампсаке, но и во всех окрестных городах и местностях той страны. И вот к святому Парфению собрались отовсюду рыбаки и просили, чтобы он помолился о них Богу, дабы их труд не был напрасным. Когда же угодник Божий со слезами молился о них Господу, ему от Бога было открыто, что эти козни рыбаки претерпевают от диавола. И тотчас святой, восстав, пошел и обошел все берега и пристани, творя молитвы и прогоняя отовсюду гнездящегося в водах диавола; потом он велел рыбакам закинуть перед ним в воду сети. Когда они это с радостью исполнили, то, по молитвам святого, добыча их была так велика, что от множества рыбы едва можно было вытащить на землю сети, и с тех пор, как и прежде, улов рыбы у них был всегда обилен.

Преподобный Герасим

Великому угоднику Божию Герасиму даже бессловесный зверь служил, как разумный человек. Однажды шел он по Иорданской пустыне и встретил льва, показавшего ему свою ногу, опухшую и наполненную гноем от вонзившегося шипа. Лев кротко глядел на старца и, не умея выразить свою просьбу словами, умолял об исцелении своим смиренным видом. Старец, видя льва в такой беде, сел, взял ногу зверя и вытащил из нее шип. Когда вытек гной, он хорошо очистил рану и обвязал платком. Исцеленный лев с тех пор не покидал старца, а ходил за ним, как ученик, так что святой Герасим дивился уму и кротости зверя. Старец питал его, давая ему хлеб или иную пищу. У иноков был осел, на котором они привозили для братии воду из святого Иордана. Старец поручил льву сопровождать осла и охранять его, когда тот пасется на берегах Иордана.

Случилось однажды, что лев отошел от пасшегося осла на значительное расстояние и уснул на солнце. В это время шел мимо с верблюдами один человек из Аравии и, увидев, что осел пасется один, взял его и увел с собою. Проснувшись, лев стал искать осла и, не нашедши его, с унылым и печальным видом пошел в обитель к отцу Герасиму. Старец подумал, что лев заел осла, и спросил:

- Где осел?

Лев стоял молча, опустив глаза вниз, как человек. Старец тогда сказал:

- Ты его заел! Но благословен Господь, ты не уйдешь отсюда, а будешь делать для обители все то, что делал осел.

По повелению старца с тех пор на льва стали навьючивать, как прежде на осла, бочонок, и посылать на Иордан за водой для монастыря.

Однажды пришел к старцу помолиться один воин и, увидев льва, носящего воду, сжалился над ним. Чтобы купить нового осла, а льва освободить от работы, он дал инокам три золотые монеты. Осел для монастырской службы был куплен, а лев освобожден от работы.

Через некоторое время купец из Аравии, уведший осла, пошел в Иерусалим с верблюдами продать пшеницу; с ним был и осел. Около Иордана с караваном случайно встретился лев; узнав осла, он зарычал и бросился к нему. Купец и его спутники в ужасе убежали, а лев, схватив узду зубами, как делал прежде, повел осла с тремя привязанными один за другим верблюдами, обремененными пшеницей. Выражая ревом свою радость, что нашел потерянного осла, лев привел его к старцу. Преподобный старец тихо улыбнулся и сказал братии:

- Напрасно мы бранили льва, думая, что он заел нашего осла.

Льву дано было имя «Иордан». После этого он часто приходил к старцу, принимал от него пищу и не отлучался из обители более пяти лет. Когда преподобный отец Герасим отошел ко Господу и был погребен братиею, по устроению Божьему, льва тогда не оказалось в обители, а пришел он через некоторое время и стал искать своего старца. Отец Савватий и один из учеников отца Герасима, увидев льва, сказали ему:

- Иордан! Старец наш оставил нас сиротами: отошел ко Господу.

Они стали давать ему пищу, но лев пищи не принял, а озирался во все стороны, ища преподобного отца Герасима, и скорбно рычал.

- Если ты веришь нам, то иди с нами; мы покажем тебе место, где покоится старец.

И пошли с ним в гробницу, где был погребен преподобный Герасим. Гробница находилась около самой церкви. Став над гробницей, отец Савватий сказал льву:

- Вот здесь погребен наш старец.

И, преклонив колена, стал плакать. Услышав это и увидев, что Савватий плачет, лев ударялся головой о землю и страшно ревел. Сильно рыкнув, он умер над гробницей старца. Не мог ничего выразить лев словами, но все-таки, волею Божиею, прославил старца и при его жизни, и после смерти, показав нам, как послушны были звери Адаму до его грехопадения и изгнания из Рая.

 

Мученик Конон, Исаврийский

В стране Исаврийской в одной пещере, находившейся в пустынном месте, обитал страшный бес. Он, как воин или разбойник, нападал на проходивших мимо людей и животных и умерщвлял их. Исавряне приносили ему множество жертв, умоляя его не делать им вреда и не умерщвлять их, но их мольбы не приносили им пользы, а приводили еще к большей погибели. Тогда собралось множество людей, верующих и язычников, и они все пошли к святому Конону и усердно молили его, чтобы он прогнал беса из их страны.

Верующие молили его, нисколько не сомневаясь в силе Христовой, содействующей святому Конону; язычники же коварно искушали святого Конона, ибо сами думали, что он не сможет изгнать свирепого беса, а напротив – бес умертвит его. Снисходя к мольбам исаврян, святой Конон отправился в пещеру, сопровождаемый множеством народа. Он подошел к самой пещере, где обитал бес, народ же с трепетом стал в отдалении. Обратясь лицом к пещере, святой Именем Христовым повелел нечистому духу выйти из пещеры в виду всего народа. Бес изнутри воззвал к святому, прося его, дабы он разрешил ему выйти невидимо, чтобы люди не видали его мерзкого образа. Но святой с угрозою повелел ему явиться пред всеми. Тогда бес на глазах у всего народа вышел из пещеры в виде страшной трясущейся женщины. Святой, запретив бесу причинять кому-либо вред, отослал его в геенну.

Спустя некоторое время святой Конон, пребывая в своем доме в безмолвии, увидал множество бесов, ополчившихся на него. Все бесы, жившие на острове и изгнанные из людей и из идольских капищ, вооружились против святого. Увидав бесов, святой Именем Иисусовым связал их, так что они не могли двигаться. Тогда бесы стали молить Конона, чтобы он не посылал их в бездну, но пусть повелит им сделать что угодно. Святой, запретив им делать вред людям, послал их на различные работы: одним велел копать в огородах землю и вырывать худые травы, терновники, крапиву, другим – вспахивать нивы и сеять на них, иным – стеречь плоды, кому – пасти стада и охранять их от зверей, кому – колоть дрова, носить воду и исполнять всякую домашнюю работу. Бесы, как рабы и пленники, служили блаженному Конону до тех пор, пока ему было угодно, исполняя с усердием всякое указанное им дело, ибо, связанные непобедимою силою Божией, они были порабощены Божию угоднику.

Случилось, что ночью на дом святого напали разбойники, надеясь найти у него богатую добычу, ибо он был славен по всей той стране.

Связав святого, разбойники хотели пытками заставить его указать место, где спрятано у него золото. Они начали его мучить, как вдруг, по повелению Божию, явились служащие святому бесы, схватили разбойников и немилосердно били их; потом развели огонь в печи и стали опалять их тела, а святого освободили от уз. Святой, смиловавшись над разбойниками, запретил бесам, и те прекратили истязания над разбойниками, которые были едва живы. Бесы не только освободили святого Конона от разбойников, но, по Божьему произволению, даже оберегали честь его имени. Ибо если кто-либо из неверующих исаврян дерзал хулить Конона, тотчас на таковых невидимо нападали бесы и били, так что имя Конона для всех стало предметом почитания и страха.

Однажды двое идолопоклонников вспомнили о Кононе и стали поносить его дурными словами. Тотчас же на них напали бесы, били их, протащили по дороге за волосы и повергли хулителей к ногам святого. После того у всех неверующих страх пред Кононом так был силен, что они не дерзали даже помыслить что-нибудь худое про святого Конона.

 

Преподобный Фома Дежуркин (прозвище, данное преподобному Фоме)

 

Иноки удалились, оставив своего вождя духовного в пустынном уединении. Но после того, как бы по нарочитому извещению, к святому подвижнику начали со всех сторон приходить благочестивые люди - миряне, желавшие принять иноческое пострижение, и просили преподобного, чтобы он позволил им жить у него в послушании. Всех таковых, как приходящих на служение Господу, он облекал в монашескую одежду, и двоих, как первых учеников Христовых, нарек именами апостолов, - одному дав имя Ионна, а другому Петра, и с ними усиленно возносил молитвы Богу.

Но для виновника зла дьявола нестерпимо было видеть свои козни и злоумышления побежденными. И вот они навели на преподобного, прежде всего, комаров в таком множестве, что блаженный не мог даже говорить: комары нападали на него и, когда он лежал, и когда вставал на молитву, - набиваясь ему в рот, они проникали даже до гортани. И скудная пища, и все, что было в келии святого, всегда наполнялось множеством комаров. Три года продолжалась такая напасть, но преподобный не только без ропота и воздыхания претерпевал сие, но еще благодарил Бога, испрашивая себе отпущение грехов. Потом, когда, по воле Божьей, нападение комаров прекратилось, появились большие мухи, которые кусали преподобного и как бы острыми стрелами пронзали его изнуренное воздержанием тело. Миновала и эта напасть, продолжавшаяся также три года. После этого на преподобного напали муравьи, которые заползали к нему и в глаза, и в ноздри, но он, как крепкий дуб, оставался, непоколебим в поднятом им подвиге терпения. Видя такую твердость блаженного старца, переносившего эти девятилетние напасти как бы мимолетные, однодневные, искуситель напал на него еще с большею, неистовейшею злобою. Зная, что человеку, от создания почтенному образом Божьим, присуще по природе отвращение к змее как орудию первородного греха, коварник, чтобы разрушить душевный мир преподобного и вселить в его сердце чувства озлобления, равно и у его сподвижников, наслал на него множество змей. Это многим может показаться невероятным, но то не было каким-либо только привидением. Змеи являлись не в воображении преподобного Фомы, но на самом деле подползали, окружали его и не однажды или дважды, а постоянно.

И не один год или два года, но целых одиннадцать лет святой окружаем был ими, и ни разу не произнес он ропота. От змей не свободно было и ложе его; они гнездились и там во время его отдыха. Но охраняемый промышлением Божьим преподобный оставался невредим от них.

Однажды блаженный отец совершал Божественную безкровную службу; служение приближалось к концу, и вот откуда-то выпал громадный змей и, как кольцом, опоясал собою всю церковь, в которой совершалось священнодействие. Прислуживавший преподобному инок вышел пред тем из церкви, чтобы принести потребную при священнодействии теплоту, а змей, сначала как бы опоясавший собою церковь, в это время свернулся у порога церковного, представляя собою огромный клубок. И вот произошло дивное чудо: совершавший Богослужение преподобный, удивляясь, почему не подается по обычаю своевременно теплота, оглянулся и увидел чудовище, лежавшее у порога, а прислуживавшего инока стоящим в трепетном ужасе, и, исполнившись Духа Святого, сказал брату:

- Входи и не бойся.

Сам же продолжал святое дело. Ободренный отеческим повелением инок, как бы на крыльях, перескочил через змея и вошел в церковь. По окончании Божественной службы блаженный старец в священном облачении подошел к порогу, где лежало чудовище, и сказал:

- Если это появление твое здесь, змей, означает кончину твою помощью Бога моего, то следуй за мною.

Змей схватился зубами своими за край одежды святого и последовал за ним; Фома же отошел от церкви на расстояние полета стрелы из лука и, зайдя в дебрь, где была глубокая яма, остановился и начал молиться; ко многим молитвам он присоединил и такую:

- Боже, давший власть верующим в Тебя наступать на змей, скорпионов, благоволи, Господи, и мне, меньшему, наступить на гортань змея по слову Твоему!

Как только преподобный произнес сию молитву, змей тотчас поднялся с места и низвергся в пропасть; с ним осыпались и края этой пропасти, так что на том месте образовалась заровненная котловина. Возблагодарив Бога, старец возвратился в свою келию. А затем последовало и новое дивное чудо: змеи, гнездившиеся под келиею преподобного и столько лет устрашавшие его при виде его святого лица, как бы спасаясь от огненного опаления, внезапно все ушли в то место, где погиб и змей-чудовище. Там волей Божией их погибло многое множество, и птицы нападали на них и поедали.