ТОП 10:

Предшественники черносотенцев



 

Словом черносотенцы русских людей, поднявшимся на борьбу с беззаконием и смутой, назвали их враги революционеры, для которых такое наименование было ругательным. Однако сами черносотенцы его приняли. Один из основателей Союза Русского Народа А.А. Майков (сын известного русского поэта) в своей брошюре «Черносотенцы и революционеры» утверждал, что нет оснований стыдиться такого названия, потому что первыми поднявшими знамя «За Веру, Царя и Отечество» были большею частью русские люди простого звания, крестьяне, мещане, а простой народ в прежние времена назывался «чернью», «черными людьми» [Майков А.А. Революционеры и черносотенцы. СПб. 1907. С. 23].

А В.А. Грингмут в известной статье «Руководство черносотенца‑монархиста» на поставленный им вопрос: Почетное ли это название «черная сотня»?, без обиняков утверждал: «Да, очень почетное. Нижегородская черная сотня, собравшаяся вокруг Минина, спасла Москву и всю Россию от поляков и русских изменников, и к этой славной черной сотне присоединился и князь Пожарский с верными Царю русскими боярами. Все они были настоящими „черносотенцами“, и все они стали, как и нынешние „черносотенцы‑монархисты“, на защиту Православного Монарха, Самодержавного Царя» [Грингмут В.А. Руководство черносотенца‑монархиста. Собрание статей Владимира Андреевича Грингмута. Вып. IV. М. 1910. С. 136].

Черная сотня возникла в самый разгар революционных беспорядков 1905 г. Однако попытки народной самоорганизации для противостояния беззаконию и смуте к тому времени уже имели свою, весьма поучительную, историю. В 1881 г. после убийства Царя‑Освободителя Александра II, когда органы правопорядка пребывали в растерянности, в Петербурге была создана Священная дружина. Ее назначением была борьба с народовольческим террором. Организация просуществовала около года. Тогда власть собственными силами справилась с террористами.

Одновременно в Москве по инициативе М.Н. Каткова и К.П. Победоносцева была создана Добровольная народная дружина для охраны Государя и членов Императорской Фамилии во время Их приездов в Москву. В нее входили верующие русские люди, в основном в силу ограниченности своих задач эта организация созывалась эпизодически.

Однако к концу XIX виден отход русского образованного слоя от истоков русской жизни: Православия, Самодержавия и Русской Народности. Безверие, политическая фронда и космополитизм становились признаками хорошего тона в среде интеллигенции. Особенно пагубно это действовало на молодежь. В этих условиях в среде московских интеллектуалов возникла идея в борьбе за умы молодежи объединить усилия тех, кто еще не порвал духовной связи с основами русского устроения.

Так в 1890 г. появился журнал «Русское обозрение» [Журнал издавался 6 раз в год с января 1890 г. по май 1898 г. Редактором вначале был известный философ и поэт князь Д.Н.Цертелев (1852–1911), а затем приват‑доцент Московского университета А.А. Александров (1861–1930). В 1901 г. и в 1903 г. была предпринята попытка реанимировать журнал, но дело завершилось неудачей. (Филиппов А.) Из истории журнала // Русское обозрение. 1901. Вып. 1. С. V], который поставил главной задачей обозревать всю текущую действительность и все историческое прошлое с русской точки зрения.

Вдохновителем журнала был великий русский мыслитель К.Н. Леонтьев [Леонтьев Константин Николаевич (1831–1891), великий русский мыслитель, государственный деятель и беллетрист. Из богатой дворянской семьи. Изучал медицину в Московском университете, участвовал в качестве военного врача в Крымской войне, затем был домашним и сельским врачом в Нижегородской губернии. В 1863–1873 гг. консул в Турции. Летом 1871 г. тяжело заболев, был при смерти. После чудесного исцеления отправился на Афон и решил принять постриг. Вышел в отставку и прожил год на Афоне. Не получив благословения от старцев на немедленный постриг, настоящим православным человеком тем не менее стал.

Вернулся в Россию, был помощником редактора консервативной газеты Варшавский дневник, затем с 1880 по 1887 гг. цензором в Москве. Выйдя в отставку в 1887 г., поселился в Оптиной пустыни. Во второй половине 70х в 80е гг. написал свои самые важные произведения, среди которых наиболее известны сборник статей Восток, Россия и славянство (1885–1886 гг.) и статья Племенная политика как орудие всемирной революции (1889 г.). В 1891 г., незадолго до кончины, тайно принял постриг под именем Климента и поселился в Сергиевом Посаде]. Именно люди, входившие в близкий Леонтьеву кружок молодежи (Л.А. Тихомиров, В.А. Грингмут, А.А. Александров, Ю.Н. Говоруха‑Отрок, о. Иосиф Фудель, о. Иоанн Соловьев, В.В. Розанов), составили костяк журнала.

Поначалу, правда, была предпринята попытка собрать в журнале известные имена консервативно настроенных мыслителей и литераторов. Издателем журнала стал популярный в ту пору беллетрист Н.Н. Боборыкин, а редактором философ и поэт князь Д.Н. Цертелев, которому удалось привлечь к сотрудничеству известных философов В.С. Соловьева и П.Е. Астафьева и ряд не менее известных поэтов и писателей. Однако вскоре стало очевидным, что, имея такой разномастный состав сотрудников, журнал не может выполнить своей задачи. Кроме того, выявились некоторые финансовые махинации Боборыкина. В 1892 г. князь Цертелев отказался редактировать издание при первых слухах о запутанности материальных дел у издателя.

С этого времени редактором и издателем журнала стал приват‑доцент Московского университета Анатолий Александров. С 1893 г. лицо журнала стали определять люди из кружка Леонтьева, и он сделался в полном смысле русским обозрением. В издании такого журнала были заинтересованы и оказывали ему покровительство оберпрокурор Св. Синода К.П. Победоносцев, министр народного просвещения граф И.Д. Делянов. Финансовое состояние журнала было совсем не блестящим.

По ходатайству понимавшего важность дела Победоносцева дважды для поддержки журнала выделял деньги из личных средств Государь Император Николай II, один раз вдовствующая Императрица Мария Федоровна. Однако Александров оказался никудышным организатором и хозяйственником (увы, это характерная особенность и многих нынешних деятелей православно‑патриотического движения).

Этими обстоятельствами не преминули воспользоваться враги. По Москве поползли слухи, что редактор просто присвоил деньги себе. На Александрова начали косо смотреть сотрудники, авторы отказывались писать для журнала. На основании только слухов редактора даже исключили из списка приват‑доцентов университета.

В августе 1898 г. с большим запозданием вышел майский номер журнала. По проверке счетов конечно выяснилось, что редактор не взял себе ни копейки, у него не оказалось никакого состояния. Но благое дело было загублено [Опозоренный Александров уехал из Москвы в Петербург, а затем в Ригу, где работал в скромной должности преподавателя гимназии. Но идеалам своим не изменил, в начале ХХ века мы видим его в составе Русского Собрания].

Однако свои плоды оно принесло. Москва в последующем стала, можно сказать, рассадником черносотенства. Здесь были одни из самых сильных организаций черной сотни. В Москве проходили два Всероссийских съезда русских людей.

 

Возникновение чёрной сотни

 

Наконец, в октябре 1900 года в среде национальной столичной интеллигенции, убедившейся в той опасности, которую представляла для русского дела космополитичность высших слоев русского общества, возникла идея создать националистический кружок. Так возникло общество под названием Русское Собрание, устав которого был утвержден в конце января 1901 г. По сути, это была первая черносотенная организация.

Поначалу она, правда, мыслилась как чисто просветительское общество. Его задачи определялись следующим образом: создать такой центр, куда сходились бы русские люди и где могли бы обмениваться мыслями, по мере сил служить русскому искусству [Список членов Русского Собрания с приложением исторического очерка Собрания. СПб. 1906. С. 1].

На первом собрании было избрано 120 членов организации. У истоков Русского собрания стояли известные литераторы, публицисты и ученые: плодовитый сочинитель, писавший под псевдонимом Муравлин, князь Д.П. Голицин (первый председатель общества), блестящий поэт В.Л. Величко, правовед, приват‑доцент университета Б.В. Никольский, крупнейший русский военный инженер и ученый К.И. Величко, публицист, правнук декабриста князь М.В. Волконский, знаменитый издатель и журналист А.С. Суворин и другие известные люди.

Членом общества состоял даже министр внутренних дел В.К. Плеве, убитый вскоре террористами. В 1903 году в Харькове был открыт первый местный отдел Русского Собрания, во главе которого встал крупный ученый‑историк, профессор местного университета А.С. Вязигин.

Начавшаяся смута вынудила общество перейти от чтения докладов и проведения литературных вечеров к активной политической деятельности. В 1904–1905 гг. в дополнение к харьковскому были созданы отделы Русского Собрания в Киеве, Одессе, Варшаве, Оренбурге, Казани, Перми и Вильне. В Харькове и Петербурге при отделах РС появились Кружки русских студентов. С 1906 г. общество начало издавать еженедельный Вестник Русского Собрания. Была принята политическая программа Русского Собрания.

В программе определялись причины смуты: умаление веры в народе, расхищение Самодержавия представителями бюрократического строя, ослабление национального чувства и патриотизма, упадок русского просвещения, инородческое, в особенности еврейское, преобладание во всех сферах русской жизни. Выход из этого состояния Русское Собрание видело в призвании выборных от народа, «которые сумеют на деле осуществить истинное единение народа с Царем в деле государственного строительства» [Программа Русского Собрания… С. 1]. Нельзя не заметить, что программа Русского Собрания развивала и применяла к условиям начала ХХ века идеи основоположников славянофильства: И.В. Киреевского, А.С. Хомякова, К.С. и И.С. Аксаковых.

В апреле 1905 года в Москве был создан Союз Русских Людей. Его костяк составили представители древних аристократических фамилий: графы Шереметевы, князья Голицыны, князья Мещерские, графы Олсуфьевы, князья Щербатовы, князь Трубецкой, князь Волконский, князь Куракин, граф Шувалов, князь Гагарин и др. В состав Союза вошли сын славянофила Д.А. Хомяков, сын и внук великого русского поэта Федора Тютчева И.Ф. и Ф.И. Тютчевы, известный московский священник, публицист о. Иосиф Фудель, известный историк Д.И. Иловайский и другие влиятельные московские общественные деятели.

В уставе Союза Русских Людей его цель определялась так: содействовать законными средствами правильному развитию начал Русской Церковности, Русской Государственности и Русского народного хозяйства на основах Православия, Самодержавия и Русской народности [Устав Союза Русских Людей. Б.м. Б.г. С. 1].

Тогда же в апреле 1905 г. усилиями редактора Московских ведомостей В.А. Грингмута вокруг редакции начал формироваться костяк будущей Русской Монархической партии.

Организационное ее оформление произошло в самый разгар смуты осенью 1905 г. Руководителем партии стал В.А. Грингмут. В отличие от Русского Собрания и Союза Русских Людей новая партия отличалась большей проработанностью программных положений и составом (в ее отделы входили в большем количестве представители низших сословий: мелкие чиновники, мещане, рабочие, крестьяне).

Осенью 1905 г. по всей стране начали создаваться многочисленные черносотенные организации: в Петербурге, Москве, Киеве, Тифлисе, Казани, Нижнем Новгороде, Курске и других городах и весях империи. Народ поднимался на борьбу с крамолой. Но настоящим массовым движением стал Союз Русского Народа. Он был создан по инициативе настоятеля Воскресенского монастыря Новгородской епархии игумена Арсения, который свел воедино доктора медицины А.И. Дубровина, художника А.А. Майкова, петербургского купца И.И. Баранова и московского мещанина К.К. Полторацкого.

Первое собрание состоялось на квартире Баранова. 8 ноября 1905 года был создан Главный совет СРН. Его председателем стал А.И. Дубровин, товарищем председателя инженер А.И. Тришатный, которого вскоре сменил В.М. Пуришкевич, казначеем И.И. Баранов, секретарем присяжный поверенный С.И. Тришатный. Помимо них в первый состав Главного совета вошли такие известные деятели черносотенного движения: неизменный защитник черносотенцев в судах, присяжный поверенный и публицист П.Ф. Булацель, известный публицист, специалист по финансовому вопросу и иудаизму Г.В. Бутми, А.А. Майков, председатель совета петербургского Гостиного Двора купец П.П. Сурин и др.

Уже 21 ноября Союз организовал первый массовый митинг в Михайловском манеже. А 28 ноября вышел первый номер печатного органа СРН газеты Русское знамя. В уставе цель Союза определялась как «развитие национального русского самосознания и прочное объединение русских людей всех сословий и состояний для общей работы на пользу дорогого нашего Отечества России единой и неделимой» [Устав общества под названием «Союз Русского Народа». СПб. 1906. С. 3].

Согласно программным положениям СРН, Православная Церковь должна сохранить господствующее положение в России. Только через веру, богослужение и таинства можно установить прочное общение и единение Царя со своим православным народом. Выход из смуты виделся союзникам в реформировании церковно‑государственных отношений, так чтобы основой церковного и государственного строения стал церковный приход как правоспособная и дееспособная церковно‑государственная единица [Московский Союз Русского Народа. Основоположения. М. 1906. С. 2].

 

На подъёме

 

Наивысшего подъема черносотенное движение достигло в 19 071 908 гг. На тот момент оно было самым массовым общественно‑политическим движением России. По подсчетам Департамента полиции в это время черносотенцев насчитывалось около 500 тысяч человек. Сами черносотенцы числили в своих рядах значительно большее количество до трех миллионов. Столь разительное расхождение в цифрах объясняется разной методологией подсчета. Полиция, несомненно, подсчитывала только более‑менее активных участников черносотенного движения. Но были еще и пассивные члены, и таких, естественно, было значительно больше. Это те, кто разделял идеологию черной сотни, кто заявлял о своем согласии с целями и практическими действиями черносотенцев.

Стоит заметить, что практически все тогдашние партии России имели расплывчатые критерии членства.

Яркий пример Почаевский отдел Союза Русского Народа. Он был создан в августе 1906 года. Во главе отдела встал настоятель Почаевской Лавры архимандрит Виталий (Максименко). Это сразу подняло авторитет новой организации. Через полтора месяца в составе отдела насчитывалось 10 тысяч членов. А в 1908 году уже свыше 100 тысяч. В 1909 году делегация из Почаева привезла в Петербург целый миллион подписей под верноподданническим адресом.

Такой успех черносотенных идей в Почаеве имел, конечно, свои специфические причины.

Вопервых, Почаев находился, можно сказать, на передовой борьбы с католичеством, иудаизмом и анти‑русским сепаратизмом поляков. Во‑вторых, черносотенцы добивались успеха там, где во главе их организаций стояли авторитетные и инициативные лидеры, каковым, несомненно, был игумен Виталий. В‑третьих, игумен Виталий ясно понимал, что черная сотня должна выражать конкретные жизненные интересы прежде всего крестьянства. И он, используя свое влияние, занялся организацией различных обществ, которые помогали русскому крестьянству выжить во враждебном окружении.

Словом, если бы везде у черносотенцев были руководители, подобные игумену Почаевской Лавры, то… Впрочем, как говорится, история не знает сослагательного наклонения. Если взять в целом всю Россию, то видно, что наибольшей численности и наибольшего влияния черносотенное движение имело на Украине, в Белоруссии, а также в обеих столицах. Как раз по тем причинам, по которым оно было широким и влиятельным в Почаеве.

Черная сотня являлась в то время единственной общественно‑политической силой, которая объединяла православных русских людей. Это определяло тот высокий духовный настрой, которым отличались мероприятия черносотенцев. Вот как, к примеру, открылся IV Всероссийский съезд русских людей, который проходил в Москве с 26 апреля по 1 мая 1907 года.

Съезд начался крестным ходом, который проследовал от Епархиального дома к Успенскому собору Кремля, где были отслужены литургия и молебен и освящена икона Покрова Пресвятой Богородицы, исполненная великим русским художником В.М. Васнецовым специально для Съездов Объединенного Русского Народа. Затем с образом и освященными накануне хоругвями крестный ход направился на Красную площадь к памятнику Минину и Пожарскому. Там священники отслужили литию с провозглашением вечной памяти спасителям Отечества. После чего на площади перед домом генерал‑губернатора состоялась манифестация с пением народного гимна.

Только после этого делегаты съезда вернулись в Епархиальный дом, где и начались заседания съезда.

Одной из главных причин широкого влияния и распространения черносотенства были всесословность и демократизм организации. В числе членов‑учредителей самой массовой черносотенной организации Союза Русского Народа мы видим представителей дворянства, духовенства, купцов, почетных граждан, крестьян.

Предпринимались и попытки привлечь в свои ряды рабочих. Особенно активно такая деятельность велась в Москве. Активное содействие в этом черносотенцам оказывала администрация и лично генерал‑губернатор Москвы великий князь Сергей Александрович (до своей мученической кончины). С начала века там существовала Комиссия для общеобразовательных чтений среди фабрично‑заводских рабочих г. Москвы. В ноябре 1905 г. было создано Общество активной борьбы с революцией и анархией, которым руководили отставной офицер Л.Н. Дезобри и вдова чиновника В.Н. Степанова. В состав общества входили в основном рабочие.

В Петербурге активную работу среди рабочих проводил Союз Русского Народа, который имел свои отделы на ряде крупнейших заводов. Черносотенцы пытались отвлечь рабочих от пагубной политической борьбы, поддерживали их справедливые экономические требования. В 1909 г. возник Экономический рабочий союз, почетным председателем которого был Пуришкевич. В Киеве был создан Союз русских рабочих, которым руководил рабочий‑литограф К. Цитович.

Но все это были, увы, единичные примеры. Широкого влияния на рабочих черносотенцам достичь так и не удалось. Но не это было главной причиной упадка черносотенного движения.

 

Раскол и упадок

 

К 1917 году времени великих испытаний и потрясений черносотенное движение оказалось в плачевном состоянии. Это был такой разящий контраст времени подъема (1906–1908 гг.), что просто диву даешься. Каковы же причины упадка черносотенного движения? Какие факторы привели к тому, что широкое и мощное общественное образование превратилось в жалкую кучку грызущихся между собой групп и амбициозных лидеров? Конечно, следует иметь ввиду, что существовал ряд факторов, которые не зависели прямо от намерений и действий черносотенцев и которые обрекали в тех условиях черную сотню либо на мученичество, либор на вырождение. Речь идет об общем оскудении веры во всех слоях общества, особенно верхних. Но были и субъективные факторы, связанные со страстями тех или иных деятелей, с неумением решать конкретные проблемы, т. е. те, которых можно было избежать.

 

Непартийность

 

Руководители черной сотни изначально мыслили свое движение как непартийное. В.А. Грингмут утверждал, что Союз Русского Народа не какая‑нибудь партия он есть не что иное, как сам Русский Народ, объединившийся в общий многомиллионный союз на защиту своей Церкви, своего Царя и своей Родины [Владимир Андреевич Грингмут… С. 113]. Это была мудрая позиция, ибо монархическим политическим партиям нечего делать в самодержавном государстве. Такой подход полностью оправдал себя во время беспорядков 1905–1907 гг.

Однако, враги России, потерпев поражение в открытом бою, сменили тактику и начали плести вокруг Государя масонскую паутину. В условиях видимой стабильности, когда не были заметны прямые угрозы существованию Церкви, Царя и Родины, черносотенное движение не могло успешно функционировать. Черная сотня встала перед альтернативой. Либо превратиться в обыкновенную парламентскую политическую партию, т. е. фактически включиться в игру на чужом поле и по чужим правилам. Либо под водительством священников и архиереев сформировать при храмах что‑то типа прообраза народного ополчения.

Но в 1913 г. Св. Синод принял решение, запрещающее лицам духовного звания принимать участие в деятельности политических партий и движений. Это решение было роковым для черносотенства, оно обрекало его на вырождение. Руководящие посты в черносотенных организациях вынуждены были оставить о. Иоанн (Восторгов), архимандрит Макарий (Гневушев), игумен Виталий (Максименко) и многие другие представители активной части духовенства.

Справедливости ради стоит сказать, что к тому времени черная сотня была уже парализована расколами. В конце концов, черносотенное движение все более и более политизировалось. Это, в свою очередь, привело к тому, что ряд лидеров, «заигравшихся в политику» превратились, по сути, из охранителей в революционеров, из монархистов в анархистов. Такова была судьба талантливых лидеров черносотенства Пуришкевича, монаха‑расстриги Илиодора (Труфанова), Шульгина, Савенко, Бобринского.

 

Отношения с духовенством

 

Как это ни парадоксально, но у черносотенцев зачастую возникали непростые отношения со священно‑началием Православной Церкви, да и с некоторыми священниками. С одной стороны, черносотенное движение поддерживали многие архиереи, священники и монашествующие.

Нередко местные отделы Союза Русского Народа и других организаций возглавляли священнослужители. С другой стороны, скоро выяснилось, что в среде духовенства оказалось немало противников черной сотни. Они через либеральные газеты открыто осуждали идеи и практические действия черносотенцев, способствуя формированию в обществе отрицательного мнения о черной сотне. Не правда ли, как это все напоминает день сегодняшний?!

К примеру, в Москве 14 октября 1905 года, в самый разгар революции Союз Русских Людей через газету Московские ведомости обратился с призывом ко всем верноподданным русским людям создать при каждом приходе комитеты порядка. Для этого предлагалось в воскресенье 16 октября после Божественной литургии образовать такие комитеты и превратить, таким образом, храмы в опорные пункты противостояния крамоле.

Комитеты должны были создать при каждом приходе дружины порядка, предназначенные для непосредственной борьбы со смутой. В том же номере Московских ведомостей было опубликовано слово тогдашнего митрополита Московского священномученика Владимира (Богоявленского), в котором осуждались безбожники‑революционеры. Владыка требовал от каждого верующего: «Исполняй то, чего от тебя потребуют слуги Царевы, что скажут тебе пастыри церкви» [»Московские Ведомости» от 14 октября 1905 г.].

Однако, вскоре в кадетских Русских ведомостях группа профессоров Московской духовной академии обозвала обращение владыки Владимира черносотенной агитацией (ох уж эти профессора духовных училищ!). А целых 76 священников осмелились опубликовать заявление об их полной не солидарности с поучением своего архипастыря. Более того даже в определении Св. Синода Митрополиту Владимиру было выражено порицание, хотя и завуалированно [См.: Степанов С.А. Ук. соч. С. 43]. Этот пример показателен. Уже в то время существовала довольно влиятельная группа либерально настроенных иерархов и священников, которые составили после революции костяк обновленчества.

Словом, дом разделился сам в себе (Мф. 12: 25). Как же ему было устоять!

 

Козни бюрократии

 

Одной из серьезных причин расколов и упадка черносотенного движения были козни высших сановников и в целом бюрократии. Увы, к тому времени большинству слуг Царевых духовно близки были либералы и совершенно чужды консерваторы‑черносотенцы. Правые, конечно, не могли смириться с заигрываниями правительства и других чиновников с врагами Самодержавия.

Монархисты критиковали непоследовательность правительства, требовали от чиновников либо публичного исповедания своего монархического мировоззрения, либо ухода в отставку.

Так в 1907 г. на одном из частных совещаний в Ярославле руководители монархических организаций заявляли: Наличность известных конституционных партий, существование которых, очевидно, немыслимо при Самодержавном строе; и открытое их признание правительством, и допущение к участию в Государственной думе является доказательством того, что само правительство как бы колеблется в решении вопроса о существующем строе.

Естественным последствием такой неустойчивости правительства должна быть или замена его личного состава лицами убежденными и прямо стоящими за самодержавие, или открытое проявление своих убеждений, ныне скрываемых по тактическим соображениям [Там же. С. 171].

Однако правительство вместо этого взяло курс на провоцирование внутренних неурядиц в черносотенном движении. Методы использовались самые разные. Власти налагали денежные штрафы на монархические издания, запрещали собрания, угрожали судебным преследованием.

Вместе с тем приближали к себе готовых к компромиссам лидеров, выборочно выдавали денежные субсидии. Активно использовалось потворство страстям, присущим разным деятелям черносотенного движения, особенно тщеславия и сребролюбия. К сожалению, активно проводил подобную политику такой талантливый государственный деятель как П.А. Столыпин. По утверждению осведомленного Н.Е. Маркова председатель правительства всячески через своих подчиненных поддерживал рознь в союзе [Там же. С. 186].

Хотя конечно некоторые действия Столыпина в отношении черной сотни можно понять. Столыпин мог бы опереться на черносотенцев, но деятельность некоторых активистов его пугала.

Так в ответ на доклад саратовского губернатора Стремоухова о безобразиях Илиодора глава правительства сказал: «Ужасно то, что в исходных своих положениях Илиодор прав, жиды делают революцию, интеллигенция, как Панургово стадо, идет за ними, пресса также, да разве Толстой, подвергнутый им оплеванию, не первый апостол анархизма, но приемы, которыми он действует, и эта безнаказанность все губят и дают полное основание оппозиции говорить, что она права» [Цит. по: Степанов С.А. Ук. соч. С. 204].

Но чиновничество в целом, особенно его высшие слои, откровенно деградировало в духовно‑нравственном отношении. Совершенно прав в своей оценке В. Острецов, когда пишет, что правительственная администрация давно уже предала принципы самодержавия и православия и не хотела поддерживать Союз, как не могла открыто заявить о своей враждебности к нему.

Отсюда постоянная половинчатость, недоброжелательство градоначальников, губернаторов, министров внутренних дел и их заместителей, начальников военных округов… Такое отношение действовало деморализующе на рядовых членов Союза, и число отделов правых организаций неуклонно сокращалось. Им не разрешалось устраивать даже благотворительные вечера, отказывалось в разрешении проводить собрания. Давление нарастало по мере приближения к 1917 г. [Острецов В. Ук. соч. С. 30–31].

 

Камень преткновения

 

Камнем преткновения для черной сотни стало отношение к Манифесту 17 октября и Государственной Думе, которые ставили черносотенцев в двусмысленное положение. С одной стороны, как истинные сторонники самодержавия они не могли не отвергать любое поползновение на ограничение власти Царя, а Манифест положил тому начало. С другой стороны, Манифест дан Государем, а потому всякий черносотенец был обязан ему повиноваться. Эта коллизия стала одной из причин раскола крупнейшей черносотенной организации Союза Русского Народа.

По сути, в черносотенном движении сложилось два течения. Первое представлял А.И. Дубровин и его сторонники. Они являлись принципиальными противниками Государственной Думы, выступали за неограниченное самодержавие. Однако, зачастую дубровинцы проявляли усердие не по разуму, и превращались, таким образом, из надежных помощников Государя в настоящих «революционеров справа».

Второе течение представляли Н.Е. Марков и ряд депутатов Государственной Думы от правых. Они утверждали, что Государственная Дума вовсе не ограничивает Самодержавия. Марков, выступая перед курскими союзниками, заявил: «Можно быть недовольным 3й, 4й Думой, 20й, разгоните их, выберите настоящую, русскую, но, как учреждение, Государственная дума необходима: без этого России не существовать» [Цит. по: там же. С. 195].

 







Последнее изменение этой страницы: 2016-08-26; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 18.207.132.114 (0.017 с.)