ТОП 10:

НОВЕЛЛИСТИКА ЧЕХОВА. МАСТЕРСТВО ЧЕХОВА-РАССКАЗЧИКА



 

Главной темой творчества Чехова (как Толстого и Достоевского) стал внутренний мир человека. Но художественные методы, художественные приемы, которые использовали в своем творчестве писатели, различны. Чехов по праву считается мастером короткого рассказа, новеллы-миниатюры. Лаконичность как специфическое и ярчайшее проявление таланта А.П. Чехова оценена была не сразу. Даже во второй половине 80-х годов находились критики, которые считали, что форма короткого рассказа мешала Чехову полно изображать героев и делать их поступки убедительными. Но уже в советском чеховедении вопрос о правомерности новой манеры и об огромном таланте ее создателя уже не вставал: он был решен положительно еще в дореволюционный период. За долгие годы работы в юмористических журналах Чехов отточил мастерство рассказчика, научился в небольшой объем вмещать максимум содержания. В маленьком рассказе невозможны пространные описания, внутренние монологи, поэтому и выступает на первый план художественная деталь. Именно детали несут у Чехова огромную смысловую нагрузку. Буквально одна фраза может сказать все о человеке. Вспомним маленький юмористический рассказ «Смерть чиновника», главный герой которого напоминает нам Акакия Акакиевича Башмачкина. В театре, случайно чихнув, чиновник Червяков обрызгал лысину генерала Бризжалова. Это обстоятельство так поразило Червякова, что он постоянно приходит извиняться перед Бризжаловым. Генерал, человек не злой, сначала благосклонно принимает извинения, но доведенный до исступления назойливостью чиновника выгоняет его вон. Червяков, не понимая, почему Бризжалов так раздражен, думает, что его карьере пришел конец и умирает. В последней фразе автор дает практически объяснение всему: чиновник, «придя машинально домой, не снимая вицмундира, он лег на диван и… помер». Вицмундир, эта чиновничья униформа, как будто прирос к нему. Страх перед вышестоящим чином убил человека. Анна Сергеевна, героиня рассказа «Дама с собачкой», не в состоянии более переносить обстановку своего дома и общество мужа, которого она не любила и не уважала. В определенном смысле она была подготовлена к роману с Гуровым; его она воспринимала как человека из другой, лучшей жизни. Символом того душного мира, откуда она пытается бежать, в рассказе является лорнетка: перед тем, как полюбить Гурова, Анна Сергеевна теряет ее, и это начало попытки «бегства». Позже, в театре города С, Гуров увидел ее вновь с «вульгарной лорнеткой» в руках — попытка «бегства» не удалась. Беликов, «человек в футляре», в противоположность Анне Сергеевне не пытается изменить течение своей жизни, разнообразить ее. В любом многообразии таится неопределенность, что вызывает у него непреодолимое стремление окружить себя «оболочкой», «футляром», чтобы защититься. Отсюда и чехлы и футлярчики, в которые упакованы все его вещи. Беликов всю жизнь чего-то опасался, его пугала сама жизнь, потому-то после смерти его лицо приняло простое, приятное, даже веселое выражение: он попал в футляр, из которого не надо никогда выходить. В рассказе «Душечка» Чехов, описывая жизнь Оленьки Племянниковой, в нескольких местах повторяет, что жила она хорошо и счастливо. Эта деталь наводит на мысль, что на самом деле жизнь «душечки» не казалась автору столь уж достойной восхищения и подражания. «Душечка» не имеет ни собственных желаний, ни мыслей. В последней части рассказа, повествующей об отношении «душечки» к Саше, сыну ветеринара, Чехов уже не пишет, что жила она хорошо и счастливо; может быть, это намек на то, что она это счастье нашла? Оленька Племянникова чем-то похожа на Ольгу Ивановну, героиню рассказа «Попрыгунья». У Ольги Ивановны та же зависимость от чужого мнения. Но если «душечка» не проявляла привередливости относительно своих знакомств, то для Ольги Ивановны ценность представляли только знаменитости и прочие необыкновенные люди, к которым она причисляла и себя. Во всех произведениях Чехова, в том числе и в рассказах, нет ни одной «лишней» детали. Например, в пьесе «Три сестры» Наташа впервые появляется на сцене в розовом платье с зеленым пояском — деталь, подчеркивающая полное отсутствие вкуса, говорит о душевных качествах героини больше, чем развернутая характеристика. Чехов считает, что если в пьесе в первом действии на сцене висит ружье, то в конце оно должно обязательно выстрелить. Так, использование детали важно и в «Вишневом саде». Вспомним «многоуважаемый шкаф», звук лопнувшей струны накануне продажи вишневого сада, стук топоров в конце пьесы. Все эти детали несут обязательную смысловую нагрузку и важны для раскрытия как характеров персонажей, так и для действия пьесы. Сами сюжетные события, комичные и эпизодические, не требовали ни большого количества действующих лиц, ни повествовательной протяженности. Уже сам выбор сюжетной ситуации молодым Чеховым во многом решал вопрос о лаконичности его будущего произведения.
Неизмеримо сложнее пути, которыми достигалась лаконичность произведений Чехова зрелого периода творчества. Ведь именно об этих произведениях неоднократно и справедливо говорилось как о «коротких романах», вмещающих сложные человеческие судьбы, охватывающих такое содержание, которого хватило бы на тома художественного текста. Развив до подлинной виртуозности свое удивительное умение «писать талантливо, то есть коротко», зрелый Чехов пользовался сложными и по-своему необычными приемами.
Наиболее эффективным из них является оригинальный способ типизации, свойственный только А.П. Чехову.
Одним из способов типизации изображаемого у Чехова является включение в художественную ткань его произведений сюжетного «жизненного потока» главного героя.
Суть другого способа сводится к тому, что отдельным частным моментом в жизни своих героев писатель придает характер многократной повторяемости. Он как бы абстрагирует их, лишая приуроченности к определенному времени и соотнесенности с определенными обстоятельствами.
Одним из средств создания подобной повторяемости являются глаголы во всех разновидностях их форм.
Еще одним оригинальным способом типизации изображаемого эффективнейшим образом содействующим лаконичности произведений писателя является форма выражения характерного через частное («частность – общение»), свойственная только Чехову.
Лаконичность определена и редкостной «целенаправленностью» каждого произведения А. П. Чехова. Каждое слово его коротких произведений подчинено определенному единому замыслу. Все другое несет печать своеобразной «попутности».
Так, например, известно, что для «Попрыгуньи» Чехов не сразу подобрал заглавие, которое бы указывало на «душу» рассказа, на тот самый авторский замысел, которому подчинено все другое. Заглавие «Попрыгунья» полностью отвечало целенаправленному замыслу писателя рассказать о вредоносной сущности эгоизма, сущности и тщеславия. Именно эти качества определяют сущность героини рассказа и при всей своей внешней безобидности наносят урон всему истинно ценному и человечному. Показать легкомысленный, суетный и тщеславный эгоизм в его повседневности, в бытовом его проявлении, раскрыть губительные свойства и следствия его – основной замысел писателя.
Лаконичности произведений А.П. Чехова способствует и то обстоятельство, что герои Чехова охарактеризованы не только исключительно скупо, о чем в чеховедении говорилось неоднократно, но даже в известном смысле «односторонне»; то есть они повернуты к читателю именно той стороной, которая необходима для более полного выяснения идейно-композиционной сущности произведения. Его герои в подавляющем большинстве произведений предстают перед читателем уже «готовыми».
Вместе с тем Чехов очень внимателен к происхождению своих героев. В какой среде родился и рос герой, какое положение занимали его родители – об этом писатель в той или иной форме упоминает почти во всех своих произведениях.
Таким образом, совокупность специфических для Чехова художественных средств, а также ряд особенностей художественной манеры писателя определили лаконичность его творений, а значит – и выбор тех или иных стилистических приемов.

Таким образом, определяющей чертой стиля А.П. Чехова является лаконичность. Развив до подлинной виртуозности свое умение «писать талантливо-то есть коротко», Чехов пользовался сложными и по-своему необычными приемами. Наиболее эффективным из них является оригинальный способ типизации.
Подобная типизация достигается за счет характера многократной повторяемости, который писатель придает отдельным частным моментам в жизни своих героев.
Другим способом типизации, который содействует и лаконичности произведения, является выражение общего через частное. Отмечается также строгая обусловленность каждого слова в произведении замыслу автора, т.е. идеи произведения.
В рассказе «Смерть чиновника» изображен трагический, даже анекдотический случай, обозначенный уже в самом названии рассказа – смерть чиновника. Но в тоже время он рисует картину обескураживающего обмельчания и обеднения личности в результате ее подчинения господствующим нравам.
Кроме того, стиль произведения во многом определяется и его жанром, с этой точки зрения «Смерть чиновника» можно рассматривать как сатирический рассказ.
Малый объем произведения, его придельная лаконичность определяют и особый динамизм рассказа.

Закончился XX век, и человечество встретило третье тысячелетие. Но Чехов остается для нас одним из самых бесспорных художественных и моральных авторитетов.

 

 

17.НОВАТОРСТВО ДРАМАТУРГИИ ЧЕХОВА. АНАЛИЗ "ЧАЙКИ"

Чехова принято называть "Шекспиром XX века". Действительно, его драматургия, подобно шекспировской, сыграла в истории мировой драмы огромную поворотную роль. Родившаяся в России на рубеже нового столетия, она сложилась в такую новаторскую художественную систему, которая определила собой пути будущего развития драматургии и театра всего мира.
Разумеется, новаторство драматургии Чехова было подготовлено поисками и открытиями его великих предшественников, драматическими произведениями Пушкина и Гоголя, Островского и Тургенева, на добрую, крепкую традицию которых он и опирался. Но именно пьесы Чехова произвели подлинный переворот в театральном мышлении своего времени. Его вступление в сферу драматургии обозначило новую точку отсчета в истории русской художественной культуры.
К концу XIX века русская драматургия находилась в состоянии едва ли не плачевном. Под пером ремесленных сочинителей некогда высокие традиции драмы выродились в рутинные штампы, превратились в омертвевшие каноны. Сцена слишком заметно удалилась от жизни. В ту пору, когда великими творениями Толстого и Достоевского русская проза была поднята на невиданную высоту, русская драма влачила жалкое существование. Преодолеть этот разрыв между прозой и драматургией, между литературой и театром и суждено было не кому иному, как Чехову. Его усилиями русская сцена была поднята на уровень великой русской литературы, на уровень Толстого и Достоевского
В чем же состояло открытие Чехова-драматурга? Прежде всего в том, что он вернул драму к самой жизни. Современникам недаром казалось, что он попросту предложил для сцены кратко написанные большие романы. Его пьесы поражали непривычной повествовательностью, реалистической обстоятельностью своей манеры. Эта манера не была случайна. Чехов был убежден, что драма не может быть достоянием лишь выдающихся, исключительных личностей, плацдармом только грандиозных событий. Он хотел открыть драматизм самой обыкновенной каждодневной действительности. Вот ради того, чтобы дать доступ драматизму повседневности, Чехову и пришлось порушить все устаревшие, крепко укоренившиеся драматургические каноны.
"Пусть на сцене все будет так же просто и так же вместе с тем сложно, как в жизни: люди обедают, только обедают, а в это время слагается их счастье и разбиваются их жизни", — говорил Чехов, выводя формулу новой драмы. И стал писать пьесы, в которых было схвачено естественное течение будничной жизни, как будто начисто лишенное ярких событий, сильных характеров, острых конфликтов. Но под верхним слоем обыденности, в непредвзятой, словно бы случайно зачерпнутой повседневности, где люди "только обедали", он обнаруживал неожиданный драматизм, "слагающий их счастье и разбивающий их жизни".
Глубоко скрытый в подводном течении жизни драматизм повседневности и был первым важнейшим открытием писателя. Открытие это потребовало пересмотра прежней концепции характеров, соотношения героя и среды, иного построения сюжета и конфликта, другой функции событий, ломки привычных представлений о драматическом действии, его завязке, кульминации и развязке, о назначении слова и молчания, жеста и взгляда. Словом, вся драматургическая структура сверху донизу подверглась полному пересозданию.
Чехов высмеивал власть обыденщины над человеком, показывал, как в пошлой среде мельчает, искажается любое человеческое чувство, как торжественный ритуал (похороны, свадьба, юбилей) превращается в абсурд, как будни убивают праздники. Обнаруживая пошлость в каждой клеточке быта, Чехов соединял веселую издевку с добрым юмором. Он смеялся над человеческой несуразностью, но смехом не убивал самого человека. В мирных буднях он видел не только угрозу, но и защиту, ценил житейский уют, тепло очага, спасительную силу земного притяжения. Жанр водевиля тяготел к трагифарсу и трагикомедии. Наверное, поэтому его шутливые истории таили в себе мотив человечности, понимания и сочувствия.

Основная сюжетная линия пьесы "Чайка" – чувства Константина Треплева и Нины Заречной, которые казались всем настоящими и взаимными. Их объединяла любовь к искусству, театру, социальная ниша и благословление родителей в случае, если молодые решат связать свои судьбы. Треплев любил сочинять литературные произведения, которые чаще всего не приходились по вкусу зрителю. (фамилия героя «говорящая» – он много рассуждает, но мало действует). Лишь благодаря увлеченности Заречной его творчеством, на домашние спектакли собирались соседи.

В это поверхностно идилличные отношения вносит смуту появление Аркадиной, известной актрисы, со своим ухажером Борисом Тригориным (известный беллетрист, который, однако, уже утомился писать тексты и с долей скептицизма настроен к признанию обществом его скромного таланта). Фамилия тоже красноречиво выражает его сущность – «три горя», т.е. натерпишься с ним «дегтя».

В первом действии Треплев и Заречная («говорящая фамилия» - не от мира сего, живущая в мире собственных грез и фантазий) собираются представить на суд зрителей миниатюру из его пьесы. Но в итоге эта постановка в декадентском стиле вызвала лишь протест публики. Константин вспылил и покинул парк, а Нина осталась слушать комплименты в свой адрес, где ярче всех выражал свое восхищение Борис Тригорин. Это становится завязкой дальнейшего сюжета. Возможно, повел бы Треплев себя иначе, то история имела бы другой конец.

С этого момента зародилась симпатия Нины к Тригорину. Она более не выносит вида Треплева, и раздражается от встреч с ним. Треплев же расценивает это как отношение к плодам своего неудачного литературного творчества и пытается даже покончить с собой, но безуспешно. Он перестает писать пьесы и пробует себя в прозе.

Аркадина видит ситуацию намного лучше Треплева, и стремится быстрее покинуть усадьбу вместе с Тригориным. Перед их отъездом Нина подарила Борису медальон, который становится молчаливым признанием в любви. Тригорин желает быть с Ниной, но Аркадина сумела убедить его остаться с ней и оставить подобные мысли, лишенные смысла. Спустя некоторое время и Заречная отправляется покорять Москву своим мастерством, которое, кстати, было совершенно лишено таланта. Но запретный плод всегда манил человека, и Борис договаривается с Ниной о тайной встрече в Москве, плодом которой становится ребенок, умерший вскоре, и изгнание Нины из родной семьи. Тригорин же вскоре бросил Нину и вернулся к Аркадиной.

Даже после этого Константин был готов принять Заречную и любить ее до последнего вздоха, но брошенная женщина лишь сильнее влюбляется в Тригорина, не оглядываясь на прошлое. Актриса из нее получилась третьего класса, годная для приставаний «мужиков» и образованных купцов. А жизнь Треплева оказалась загублена безрассудством Тригорина и раболепством Нины перед легкой светской жизнью, которую мог бы дать ей Тригорин. Треплев застрелился, не желая нести груз этих воспоминаний через всю свою жизнь.

Треплев так и не смог избавиться от чар Заречной. А ведь возможно рядом была та, которая не ловила «журавля (чайку) в небе», а слушала свое сердце. Маша, дочь отставного поручика Шамраева, всей душой любила Константина и на многочисленные предложения руки и сердца Медведенко – школьного учителя, у которого за спиной лишь 23 рубля в месяц с вычетом эмеритуры, отвечала отказом. Любовь к Треплеву безответна и, в конце концов, она соглашается выйти замуж за Медведенко. У них появляется ребенок, но семейное благополучие не пришло к ним в дом, потому что втайне Маша мечтала о Треплеве и старалась чаще находиться в его обществе.

Аркадина и Тригорин выходят из этой ситуации самыми «сухими». Ирина Николаевна мудро повела себя, дав Тригорину пережить этот бесноватый период в его жизни. Со временем он остепенился, и вернулся к ней с повинной. Аркадина же в силу своего ума и жизненного опыта простила ему подобное поведение, и все в их жизни стало по-прежнему: монотонно и вальяжно.

Если бы Треплев был уверенней в себе, если бы Заречная не повелась на известность Тригорина в литературных кругах, если бы Маша смогла полюбить Медведенко и постараться забыть о юношеской влюбленности, то получилась бы совершенно иная история без такого печального конца.

Проблематика произведения основана на нескольких вопросах, на которые в жизни придется ответить для себя каждому человеку:

Стоит ли ради мечты поступиться всем и вся?

Первая юношеская любовь: пронести сквозь года, как идеал чистого чувства, или жить ею всю жизнь и сокрушаться над ошибками прошлого?

Что лучше: синица в руках или журавль в небе?

Простить измену близкого человека или отвергнуть его навсегда.

 







Последнее изменение этой страницы: 2016-08-10; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.94.129.211 (0.007 с.)