ТОП 10:

Множественность лиц в обязательстве



Простой случай обязательственного отношения с точки зрения числа его участников это тот, когда в нем участвуют один кредитор и один должник. Но есть обязательственные отношения, более сложные по числу участников: с несколькими должниками, с несколькими кредиторами.

Если предмет обязательства был делим, то, вообще говоря, обязательство дробилось между несколькими участниками. Источники, а именно Кодекс Юстиниана, а еще раньше Павел возводят это правило к законам XII таблиц. Долевая ответственность действует во всех случаях, когда она законом или договором не устранена.

Если желали возложить ответственность на каждого из должников во всем объеме или предоставить право требования каждому из кредиторов во всем объеме, то это должно было быть положительно оговорено в сделке (договоре, завещании). В таком случае наступала ответственность in solidum (буквально — целиком): каждый из нескольких субъектов обязательства обязан был исполнить целиком или вправе был требовать целиком, с тем, однако, что обязательство подлежало исполнению только единожды.

Тут мы имеем дело с той разновидностью совокупных обязательств, которые называются солидарными. В этом отношении солидарные обязательства отличаются от другой разновидности совокупной ответственности, при которой наступало умножение ответственности. Например, если несколько человек убили раба или если несколько человек бросили бревно и задавили раба, то по закону Аквилия (ок. 289 г. до н.э.) имущественная ответственность возлагалась на каждого из соучастников. Это положение, освященное авторитетом старореспубликанских юристов, покоилось на том, что в данном случае ответственность носила штрафной характер. То же самое наступает по actio furti при ответственности нескольких лиц, совместно совершивших кражу. Эта кумулятивная ответственность была исключением; в других деликтных исках, не носивших штрафного характера, наступала ответственность не по принципу умножения ответственности соучастников, а солидарная.

До сравнительно недавнего времени толкование источников производилось таким образом, что солидарная ответственность различалась двух видов:

(1) Солидарная в тесном смысле слова, когда удовлетворение, полученное кредитором от одного из совокупных должников или одним из совокупных кредиторов от должника, погашало обязательство.

(2) Корреальная, когда предъявление иска кредитором к одному из совокупных должников или одним из совокупных кредиторов к должнику погашало обязательство.

Слово "корреальный" происходит от того, что источники говорят о "duo rei" или "correi", т.е. о двух участниках или соучастниках обязательства.

При наличии нескольких солидарных (а в соответственных случаях корреальных) должников говорят о пассивной солидарности (корреальности), а при наличии нескольких солидарных (а в соответственных случаях корреальных) кредиторов говорят об активной солидарности (корреальности). Наибольшее практическое значение имеет пассивная солидарность (корреальность).

Считалось, что корреальная ответственность возникает при совместном вступлении должников в договор, а солидарная ответственность наступала по деликтам или когда должники вступали в обязательство независимо один от другого. Вопрос о различии между корреальными и солидарными обязательствами был, пожалуй, самым трудным в обязательственном праве.

Считалось, что корреальные участники обязательства более тесно связаны между собой, чем солидарные. Так, перерыв исковой давности в отношении одного из корреальных должников действовал в отношении всех корреальных должников, между тем как перерыв давности в отношении одного из солидарных должников не действовал в отношении остальных солидарных должников. Равным образом прощение долга одному из корреальных должников или замена обязательства новым (новация, обновление обязательства) прекращали долг остальных корреальных должников. Такие правовые последствия не были присущи солидарным обязательствам.

Новейшие авторы приходят к выводу о том, что сложный и запутанный вопрос о различии между корреальными и солидарными обязательствами основан на недостаточно критическом отношении к источникам и по существу является беспредметным созданием весьма поздних, преимущественно германских, "теоретиков".

С этой точки зрения считается, что не было двух категорий совокупных обязательств, корреальных и солидарных, а был один тип; будем именовать его солидарным. В классическую эпоху считалось, что иски нескольких совокупных (раньше говорили: корреальных, теперь говорят солидарных) кредиторов или к нескольким солидарным должникам являются исками об одном и том же, вследствие чего предъявление иска одним из кредиторов или к одному из должников влечет за собой погашение других прав требования.

Составители Дигест оставили это положение в силе для активной солидарности, сохранив соответствующие тексты классических юристов без изменения. При наличии двух совокупных кредиторов предъявление иска одним из них ведет к поглощению иском всего обязательственного взаимоотношения. Если один из двух совокупных кредиторов предъявляет иск, то предложение денег должником другому из кредиторов не порождает правовых последствий.

Но в отношении пассивной совокупности (раньше в этих случаях говорили о корреальности, теперь говорят о солидарности) при Юстиниане введено было существенное изменение, а именно:

При наличии двух совокупных (солидарных) должников мы постановляем, чтобы выбор одного должника (для предъявления к нему иска) не преграждал прав кредитора в отношении другого должника, но чтобы право кредитора на иск оставалось за кредитором впредь до полного удовлетворения.

Таким образом, в отношении пассивной солидарности обязательство по реформе Юстиниана прекращалось не в силу поглощающего (консумирующего) влияния предъявления иска, как это было в классическую эпоху (п. 74), а в силу фактического удовлетворения (solutio).

309. Интерполяции в текстах о солидарных должниках. Что же оставалось делать комиссии Трибониана по составлению Дигест? Они по своему обычному методу интерполировали соответствующие места классических юристов с целью привести их в согласие с реформой Юстиниана. Это и сделано в D. 9. 4. 5, где вставлены слова "nec altero convento alter liberabitur" — предъявление иска к одному не освобождает другого. Еще ярче интерполяция звучит в другом тексте:

Если вещь сдана на хранение двум лицам, то можно предъявить иск к любому из них, причем другой не освобождается в силу предъявления иска к первому; ибо обязательство прекращается не в силу выбора одного из должников для предъявления к нему иска, а в силу исполнения.

Выделенные слова и в особенности обобщающий вывод считаются творчеством византийцев, вложенным в уста классического юриста.

То же самое следует сказать о совокупной ответственности нескольких соопекунов за заведомо неправильное действие опекунов по утверждению действий подопечных: perceptione, ab uno facta, et ceteri liberantur, non electione — с получением удовлетворения от одного из них, а не с предъявлением иска к одному из них, освобождаются остальные (D. 27. 6. 7. 4).

Бросается в глаза интерполяция в том месте Дигест, где говорится о таком случае: из общей квартиры что-то выброшено или вылито неизвестно кем, иск дается против каждого из жильцов солидарно; но если к одному предъявлен иск, то остальные освобождаются. Это положение соответствует точке зрения классиков, но на этом месте текст Ульпиана обрывается компиляторами и вставляются из Павла следующие слова: "уплатой, а не закреплением иска".

Выделенные слова являются интерполированной вставкой. Мы ясно видим рядом стоящие: текст классика и добавленный к нему текст интерполяторов, вложенный в уста другого юриста.

В результате следует считать, что римское право не знало, наряду с солидарными, еще и корреальные обязательства. Особенность состояла в том, что в классическую эпоху совокупное обязательство нескольких должников прекращалось в силу факта предъявления иска к одному из них; при Юстиниане же такое последствие наступало лишь по получении удовлетворения от одного из должников.

Солидарные обязательства возникали в результате договора, завещания, совместного причинения вреда, при неделимости предмета обязательства, например, несколько сонаследников обязаны предоставить кредитору сервитут проезда, прогона, прохода, провода воды, или несколько сонаследников вправе требовать от одного должника пользования таким сервитутом. Специфически римской была солидарная ответственность нескольких хозяев за вред, причиненный их общим рабом.

37. Основания и прекращение обязательств.

Обязательство прекращается — obligatio tollitur, или обязательство погашается — obligatio exstinguitur различными способами, из которых главным считалось исполнение (платеж).

Понятие solutio, solvere проделало любопытную эволюцию в римском праве. В древнейшую эпоху это означало, как мы видели (п. 282), развязывать должника от сковывавших его цепей, затем освобождение должника от подчинения его личности должнику. Me a te solvo — я себя отвязываю от тебя (Гай. 3. 174). Затем solvere приобретает значение исполнять, передать предмет обязательства.

Таким образом solutio стало равнозначаще с satisfactio (удовлетворение).

Однако в наиболее архаических типах обязательств слова obligatio и soluto сохранили свой первоначальный, буквальный смысл.

Соответствие старинной obligatio на начальном моменте обязательства и solutio на его конечном моменте дошло до нас в древнем виде кабального займа — nexum. По определению юриста, верховного жреца Квинта Муция Сцеволы (ок. 100 г. до н.э.), nexum заключается путем меди и весов с целью обязать себя: quae per aes et libram fiant ut obligentur. Таким же способом, т.е. при помощи меди и весов, происходит освобождение кабального — nexi liberatio (Varro. De lingua latina, VII. 105). Гай нам рассказывает (3. 173): "Есть такой вид образного платежа (imaginaria solutio) при помощи меди и весов; этот способ вообще принят в определенных случаях, когда долг возник с применением меди и весов".

Становится понятным, что в стабилизированные юридические правила, отлившиеся в ходячие афоризмы традиционного права — regulae iuris antiqui (D. 50. 17), вошли такие изречения: Nihil tam naturale est quam eo genere quidque dissolvere quo colligatum est — нет ничего более естественного, чем то, что каким способом было связано, таким и нужно развязать. А потому словесное обязательство прекращается словесно, а обязательство, основанное на голом соглашении, развязывается противоположным соглашением.

Выработалось противопоставление: какими способами мы вступаем в обязательство, соответственно обратными мы освобождаемся.

Исполнение обязательства

Обязательство может быть исполнено не только должником, но и любым лицом, даже без ведома и согласия должника. Мы не находим в источниках прямого указания на то, что строго личные обязательства должны быть исполнены только должником. Это объясняется тем, что такая область права, как наем труда свободных людей, в рабовладельческом Риме играла сравнительно незначительную роль. Платить нужно кредитору или кому он прикажет — iussu eius, или опекуну, попечителю, доверенному, наследнику, рабу-управляющему — servus actor. Своеобразное положение занимало лицо, субсидиарно (подсобно) управомоченное на получение платежа, т.е. solutionis causa adiectus — лицо, добавленное для целей платежа. Тип этих обязательств: Mihi aut Seio dare spondes? — Обязуешься дать мне или Сею? Право требования принадлежит кредитору, но должник может уплатить Сею.

Порядок засчитывания платежа при наличии нескольких долгов. Источники подробно останавливаются на вопросе о платеже, сделанном при наличии нескольких долгов — cum ex pluribus causis debitor solvit (D. 46. 3. 97). Право засчитать (imputare) плату за тот или иной долг предоставляется должнику, а при отсутствии его указаний — кредитору, а на случай, если ни одна из сторон об этом не позаботилась, устанавливается очередность долгов данного должника, подлежащих погашению: сначала проценты, затем капитальная сумма — prius in usuras deinde in sortem (C. 8. 42. 1); сначала долги, созревшие для принудительного взыскания (D. 46. 3. 103), потом другие; сначала долги, по которым присуждение угрожает бесчестьем или штрафной санкцией, потом другие; сначала обеспеченные залогом, затем необеспеченные.

Частичную уплату кредитор не обязан принимать. Если кредитор требует десять денежных единиц, то его нельзя принудить принять предлагаемые должником пять и судиться об остальном. Таким же образом если кредитор виндицирует поместье, то он вправе отвергнуть частичное добровольное исполнение, предпочитая судиться обо всем. Так обстояло дело в классическую эпоху при Юлиане, когда обязательство рассматривалось как нечто целое, погашение которого строго соответствует его возникновению. Позднее, в Византии, этот ригоризм смягчается и должнику дается возможность освободиться хотя бы от части долга.







Последнее изменение этой страницы: 2016-06-22; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.226.241.176 (0.009 с.)