Глава шестая. Доктор Ян Стивенсон



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Глава шестая. Доктор Ян Стивенсон



Слухи о золотых россыпях

Читая любую книгу по реинкарнациям, которую мне удавалось найти, я все время встречала ссылки на доктора Яна Стивенсона. Почти все авторы цитировали его труды или приводили опубликованную им статистику. Из всех этих отрывочных сведений мне удалось заключить, что Стивенсон возглавлял отделение психиатрии на медицинском факультете университета в Виржинии и что он исследовал тысячи детей, спонтанно вспомнивших свои прошлые жизни.

Я должна была узнать больше. Безусловно, доктор медицины, которому знакомы тысячи случаев воспоминаний о прошлых жизнях, сможет ответить на мои вопросы о целительном воздействии подобных воспоминаний. Но я нигде не смогла найти подробного обсуждения его работ. Это было странным. Авторы, пишущие о прошлых жизнях, знали Стивенсона. Почему же они не занимались исследованием той информации, которая, как казалось мне, обладала величайшей ценностью для терапии и почти научно доказывала возможность перевоплощений? Такое безразличие, по моему мнению, было сродни игнорированию слухов о золотых россыпях.

И сейчас, когда у обоих моих детей проснулись спонтанные воспоминания о прошлых жизнях, я решила направить свои шаги туда, куда вели все эти слухи. Я намеревалась узнать, к чему привели исследования доктора Стивенсона.

Я позвонила в местную книжную лавку и заказала книги, названия которых мне удалось найти в библиографии: «Двадцать случаев, свидетельствующих в пользу реинкарнации» и «Дети, которые помнят свои прошлые жизни». Передо мной извинились и сказали, что это академические труды, которые могут быть заказаны лишь в университете Виржинии. Когда я наконец дозвонилась до служащей из отдела университетской прессы, мой голос звучал столь взволнованно, что та не удержалась от замечания: «Нам редко звонят клиенты, проявляющие такой интерес к академическим книгам». С этого дня я бросалась к почтовому ящику каждый раз, как только слышала сирену почтового фургона.

Наконец, когда посылка из университета прибыла, я не удержалась и, сразу же вскрыв ее, стала листать книги на ходу, поднимаясь по тропинке к дому. Мне тут же бросились в глаза названия глав: «Типы доказательств реинкарнаций», «Вариации случаев в различных культурах» и «Связь поведения ребенка с прошлой жизнью». Я издала крик, вспугнувший малиновок, когда в «Двадцати случаях» обнаружила таблицу, в которой приводились сравнительные данные воспоминаний детей о прошлых жизнях и биографий умерших людей.

Я приготовила чашку чаю, уничтожила в мыслях список своих домашних дел на сегодняшний день и уселась в свое самое удобное для чтения кресло. Я открыла «Двадцать случаев» и стала перепрыгивать со страницы на страницу. Один случай был интереснее другого.

Например, мне попался на глаза случай с Пармодом, мальчиком из Индии, которому было два с половиной года, когда он вспомнил, что был владельцем большого магазина, торговавшего газированной водой и бисквитами. Этот магазин находился в другом городе. Когда родители отвезли его в этот город, мальчик сразу же привел их к «своему» магазину и показал как привести в действие автомат с газированной водой, который предварительно отключили, чтобы проверить его знания [1].

Трехлетний Мишель Врайт из Техаса поразил свою мать специфическими деталями об автомобильной катастрофе, во время которой, по его словам, он погиб. Жизнь, о которой он помнил, совпадала с биографией соученика матери (и ее бывшего любовника), о котором никто ни разу не упоминал в семье. Этот человек умер в автокатастрофе точно так же, как описывал маленький Мишель [2]. Когда индийской девочке Сукле исполнилось полтора года, она полюбила укачивать на руках деревянную чурку, называя ее своей дочерью, Миной. Через несколько лет Сукла вспомнила достаточно деталей о своей прошлой жизни, чтобы ее семья смогла отыскать описываемую ею деревню. Сукла отвела их к «своему» дому и там встретилась с девочкой Миной, чья мать умерла, когда та была еще младенцем [3].

В книге было приведено много столь же захватывающих случаев. В каждом из них маленький ребенок (обычно двух или трех лёт) вспоминал достаточно деталей о своей прошлой жизни, чтобы можно было установить его предыдущую личность. В таких случаях доктор Стивенсон проверял каждый из случаев, чтобы убедиться в том, что ребенок не мог получить подобную информацию из иных источников, и единственным объяснением биографических деталей могли быть лишь воспоминания о прошлой жизни.

Эти книги были революционными. Почему работы доктора Стивенсона не были широко известны?

Почитав около часа его книги я, пожалуй, нашла ответ на этот вопрос. Его труды были строго академичны. Я вынуждена была совершать усилие, чтобы проследить за этими категоричными доказательствами, продраться сквозь педантичность лексики длинных обсуждений методологии. Даже после двух чашек дарджелинского чаю меня то и дело клонило в сон. Но я снова приходила в себя, когда на страницах книги то там, то здесь вспыхивали искры живых историй. У меня стало рождаться чувство, что под этими наслоениями научной аргументации лежат бесценные факты, которые я смогу использовать в своем собственном поиске понимания детских воспоминаний.

Но, читая дальше, я ощутила разочарование, осознав, что доктор Стивенсон вовсе не интересовался целительным потенциалом воспоминаний. Вначале я предполагала, что, будучи психиатром, он должен проявить интерес к целительству. Но, очевидно, я ошиблась. Закрыв книгу и отложив ее в сторону, я отдалась власти сна.

Дело в доказательствах

В течение следующих нескольких дней я пыталась осмыслить подход доктора Стивенсона к вопросу воспоминаний. Наконец я стала догадываться, в чем заключалась проблема. Для этого стоило лишь попытаться понять, что хочет высказать автор. Во-первых, доктор Стивенсон в первую очередь эмпирик. Следовательно, его задача состоит в сборе данных и их публикации в сыром виде, чтобы другие исследователи могли воспользоваться плодами его труда. Он упрямо отказывался делать выводы или выступать с заявлениями. Он пишет для подобных себе – ученых, академиков, исследователей. Вот почему извивистый академический стиль этих книг адресован соплеменникам, прекрасно владеющим этим редким наречием.

Доктор Стивенсон не уделил достаточного внимания вопросам целительства, желая в первую очередь дать ответ на более глобальный вопрос, тревоживший человеческий ум с незапамятных времен: Что остается от нас после того, как умирает тело? Благодаря его невероятным усилиям впервые в истории науки мы получили на этот вопрос обоснованный ответ – факты, свидетельствующие о перевоплощениях. А значит, наша личность остается после смерти тела.

Когда я осознала это, мое разочарование как рукой сняло. Единственное, что я испытывала, – это чувство огромной благодарности к человеку, посвятившему долгие годы кропотливого труда для того, чтобы собрать доказательства, ставшие бесценным достоянием науки. Я почувствовала уважение, восхищение и даже благоговение, осознав до конца значение его работы. В этом новом свете научные изыскания Стивенсона показались мне необыкновенно захватывающими.

Доктор Стивенсон является доктором медицины и психиатром, но еще в начале своей карьеры он разочаровался как во фрейдистском психоанализе, так и в бихевиоризме. Ниспровергатель авторитетов, он отверг обе теории, считая их ограниченными, ошибочными, ненаучными и способными завести в тупик. И это тогда, когда они считались столпами науки и были столь популярны в обществе высоких интеллектуалов [4]. Он начал изучать другие теории развития личности, и это привело его к парапсихологии. Парапсихология – это отрасль науки, в которой производится поиск объективных доказательств высших возможностей разума, таких, как телепатия, а также свидетельств того, что смерть личности не приходит с телесной смертью, свидетельств необычных явлений, таких, как полтергейст, – иными словами, всего того, что отказывается признавать консервативная ветвь психологии.

Пересматривая литературу по психологии, доктор Стивенсон натолкнулся на несколько отдельных сообщений о воспоминаниях прошлой жизни у детей. Заинтересовавшись этим вопросом, он решил копнуть глубже и обнаружил сорок четыре подобных сообщения, появлявшихся в газетах, книгах и журналах за последнее столетие. Обо всех случаях сообщалось как об аномалиях – захватывающих историях и необычайных происшествиях, которые не представляли интереса для науки, будучи взятыми в отдельности. Но, начав анализировать и сопоставлять эти случаи, Стивенсон обнаружил, что они во многом схожи. Выявленные совпадения убедили его в аутентичности историй и побудили провести собственное исследование. Ученый увидел возможность объединить эти случаи и, прибавив новые доказательства, заявить о возможности перевоплощений. Никогда прежде не предпринималась попытка провести систематическое изучение воспоминаний детей о прошлых жизнях.

В 1961 году он отправился в Индию, чтобы исследовать единственный новый случай, а также найти подтверждения ранее опубликованным сообщениям. Сразу же по прибытии его ожидал сюрприз – страну облетела весть, что американский профессор приехал в Индию, чтобы собирать сообщения о воспоминаниях из прошлых жизней. Тут же к нему стали являться люди с новыми историями. В течение первых пяти недель его вниманию было предложено не меньше двадцати пяти случаев, которыми профессор заинтересовался. Через три года их набралось около четырехсот. Это было начало проекта, которому он посвятил все последующие годы. Стивенсон стал упорно разыскивать все новые и новые случаи спонтанных воспоминаний, попутно совершенствуя методы поиска. Вскоре иные исследователи начали следовать его путем, подтверждая результаты. Доктору Стивенсону сейчас за семьдесят, но и в эти годы он задает тон на этом поле деятельности [5].

Самым блестящим новаторством доктора Стивенсона, пожалуй, является то, что он обратился к маленьким детям за получением доказательств перевоплощений. Когда воспоминания о прошлых жизнях рождаются у взрослых людей, практически невозможно доказать их подлинность, так как они могли почерпнуть все эти факты из книг, телевидения и других средств информации. Память же ребенка довольно чиста, не тронута мирским опытом. Потому изолированные воспоминания, которые можно отнести лишь к прошлой жизни, намного легче идентифицировать у маленьких детей.

Доктор Стивенсон ограничил поле своих исследований только спонтанными воспоминаниями, когда дети начинали говорить о прошлых жизнях лишь по собственному желанию, не будучи спровоцированными на это никакими замечаниями. Это исключало возможность применения гипноза и иных техник охоты за воспоминаниями, за которые исследователей критикуют скептики, аргументируя это тем, что при гипнозе возможно внушение определенных идей.

Само количество случаев, расследованных, систематизированных и опубликованных доктором Стивенсоном, является весьма весомым доказательством. Суммарная сила приведенных случаев способна компенсировать с избытком любую погрешность отдельных деталей. Давно устоявшийся принцип научного подхода гласит: совпадение общего рисунка множества случаев является более убедительным доказательством, чем самые надежные данные, полученные из отдельных источников. Если растущее число случаев, полученных другими исследователями, несет на себе тот же рисунок, – доказательство является практически неоспоримым.

За тридцать пять лет с момента приезда в Индию доктор Стивенсон осуществил впечатляющий объем работ. Им и его коллегами собрано около 2 600 случаев из различных культурных и религиозных сред мира [6]. Большинство случаев произошло в Юго-Восточной Азии, но есть случаи, описанные на Ближнем Востоке, в Африке, Европе и Соединенных Штатах. Шестьдесят пять случаев, описанных во всех деталях, приведены в четырехтомном труде доктора Стивенсона «Случаи реинкарнационного типа», более двухсот новых случаев должны скоро появиться в печати. Он также опубликовал более 260 статей под такими броскими заголовками, как: «Вера в реинкарнацию среди представителей народности игбо Юго-Восточной Нигерии с особой ссылкой на связь между огбандж («повторными детьми») и серповидно-клеточной анемией» [7].

Детектив по прошлым жизням

Научившись расшифровывать сложный стиль сочинений доктора Стивенсона, я обнаружила в этих книгах поистине детективные истории. Безусловно, в роли главного детектива выступает сам доктор Стивенсон, которому помогают вести расследование его единомышленники. Он идет по следу, куда бы тот ни уводил его. А тот часто проходит по мокрым земляным дорогам, направляющимся в заброшенные деревни стран третьего мира. Там он сталкивается со всевозможными колоритными персонажами, иногда заходит в тупик и даже попадает в опасные ситуации. Его интересуют не только голые факты, он сумел выработать в себе тот острый взгляд, подмечающий малейшие детали и умеющий находить путеводные нити в любом контексте, который и отличает настоящего детектива от рядового следователя.

Подобно детективу, доктор Стивенсон ставит перед собой цель раскрыть случай. Случай «раскрыт» и цель достигнута тогда, когда доктор Стивенсон находит ребенка с отчетливыми и детальными воспоминаниями о прошлой жизни и может сопоставить эту историю с биографией (только одного) некогда жившего человека, так, чтобы они полностью совпадали. (Для определения этого умершего человека он пользуется термином предыдущая личность.) И наконец, после того, как история «верифицирована», доктор Стивенсон проводит другое дотошное исследование, чтобы убедиться в том, что ребенок не имел возможности узнать детали биографии умершего посредством иных средств (какими бы абсурдными они ни казались), кроме воспоминаний из прошлых жизней. (Обычно, чтобы исключить иные связи, доктор Стивенсон проверяет возможность телепатического общения или одержимости духом.)

Другими словами, верифицированным можно назвать только тот случай, при котором совпадения представляются весьма убедительными и который можно объяснить вне всякого сомнения только воспоминаниями о прошлых жизнях. Доктор Стивенсон хранит в своих архивах более девяти сотен верифицированных случаев.

Откуда являются подобные случаи? Поскольку доктор Стивенсон занимается исследованием естественных явлений, они не могут быть созданы или воспроизведены в лабораториях. Доктор Стивенсон ожидает, когда случаи придут к нему, полагаясь на разветвленную мировую сеть исследователей и коллег-единомышленников. Он хватается за каждый слух о ребенке, якобы вспомнившем свою прошлую жизнь. Одна из причин, почему большинство случаев собрано им в Индии, – это то, что его информационная сеть там развита лучше, чем в других странах[4].

Каждый из случаев начинается тем, что маленький ребенок (обычно двух или трех лет от роду) начинает рассказывать о своей прошлой жизни, называя имена людей и названия мест, о которых никто из членов семьи до этого времени не слышал, или проявляет странности поведения. В большинстве случаев он описывает детали собственной смерти – часто насильственной. Иногда ребенок заявляет своим родителям, что он кто-то другой и что у него другие родители, а порой называет имена супруга или супруги и детей, которые живут в другой деревне или в городе, и требует, чтобы его отвезли туда.

Ребенок обычно начинает настойчиво говорить о своих воспоминаниях на протяжении нескольких месяцев или лет, несмотря на желание членов семьи подавить в нем эту память. (Доктор Стивенсон пишет в своих отчетах, что более чем в половине случаев родные пытались подавить воспоминания.) Слухи о воспоминаниях ребенка из прошлой жизни просачиваются из деревни и иногда достигают слуха людей, у которых был родственник, чья жизнь совпадает с историями, описываемыми ребенком. Эти люди пытаются встретиться с ребенком, чтобы определить, действительно ли он является воплощением их умершего родственника, или наоборот, родные ребенка уступают его настойчивым просьбам увидеться со своей семьей из прошлой жизни и отвозят его в описанную им деревню.

Как правило, во время первого посещения ребенок самостоятельно находит дорогу к «своему» дому, безошибочно ориентируясь, шагает по улицам. Он узнает прохожих и называет их по именам. Придя в дом своей предыдущей личности, он говорит об изменениях, которые произошли там за время «отсутствия», спрашивает о вещах и людях, которых не хватает в данный момент, а также вспоминает некоторые факты из жизни семьи, о которых не знает никто из посторонних. Обо всем этом говорится с точки зрения умершего. В некоторых случаях он вспоминает о потайных местах хранения золотых вещей или ценных бумаг, а также о семейных скандалах, которые хранились в полной тайне от окружающих. Самое удивительное, ребенок ничего не знает о том, что произошло в семье после смерти предыдущей личности. Память словно застыла во времени. Изменения постройки и комнат, перемены во внешнем облике родственников и друзей прежней личности, которые произошли после смерти, – все это в новинку ребенку и часто ставит его в тупик.

В тот момент, когда кто-то из информаторов слышит о подобном случае, они докладывают исследователям и те отправляются на место, пока воспоминания свидетелей еще свежи. Когда доктор Стивенсон приезжает, он делает все возможное, чтобы опровергнуть воспоминания ребенка. Используя техники дознания, заимствованные им из судебной практики, ученый проводит «перекрестный допрос» ребенка, членов его семьи, родственников предыдущей личности и остальных свидетелей, пытаясь выявить малейшие разногласия в их свидетельствах. Он отказывается принимать рассказы из вторых рук и настаивает на том, чтобы с ним говорили только прямые свидетели. Без ведома семьи он находит и опрашивает других жителей деревни, не связанных с этим случаем непосредственно и способных дать нелицеприятную характеристику прямым участникам истории.

Доктор Стивенсон делает все возможное, чтобы избежать ошибок: если он не знает местного языка (а он владеет пятью языками), то пользуется во время интервью услугами двух, а иногда и трех переводчиков. Кроме записей, которые интервьюеры делают у себя в блокнотах, вся беседа фиксируется на магнитофонной пленке, участники драмы фотографируются, а также собираются твердые свидетельства: письменные записи и данные метрик. Он переписывает и приводит в порядок первичные записи в первые же дни после визита, а также тщательно строит хронологию открывшихся воспоминаний, проверяя их на наличие сбоев и пробелов.

С той же дотошностью он реконструирует драму на основании показаний прямых свидетелей, присутствовавших при первой встрече ребенка с семьей предыдущей личности. В первую очередь здесь он пытается определить, не получил ли ребенок каких-либо случайных сведений. Он проверяет каждый факт, который помнит ребенок о предыдущей личности. В среднем 90 процентов заявлений проверяется во всех этих завершенных случаях [8]. Затем он проверяет возможность контакта между этими двумя семьями, даже самого отдаленного. Он прилагает все усилия, чтобы обнаружить иные пути получения информации ребенком, кроме воспоминаний.

При публикации своих наблюдений доктор Стивенсон не допускает никаких сырых фактов, которые могли бы снизить научную ценность исследования. При изложении случаев он оговаривает все «за» и «против» любых возможных погрешностей или получения информации обычным путем. Эти проблемы освещены под всеми углами и разобраны до мельчайших деталей. Он желает уверить читателя, что он проверил любой возможный путь получения ребенком этих сведений, не важно, насколько невероятным этот путь мог бы оказаться. Отдельные дискуссии занимают несколько страниц, что требует большого терпения от читателя.

Доктор Стивенсон до конца является последователем строгого эмпирического метода. Меня изумляли многие «точные попадания» детей при их воспоминаниях (труды ученого полны таких примеров), но доктор Стивенсон никогда не допускает эмоций в своих описаниях. Он никогда не старается привлечь внимание читателя к необычным вещам, которые говорили или делали дети. Эти сверкающие драгоценности свидетельств прошлых жизней, а также невероятные и глубокие истории человеческих жизней, прекраснее которых я, пожалуй, никогда не читала, погребены среди нудного изложения технических деталей и подробных комментариев.

Милая Сварнлата

История Сварнлаты из «Двадцати случаев» [9]весьма типична среди случаев, описанных доктором Стивенсоном. Воспоминания девочки о прошлых жизнях начались, когда ей было три года, и были достаточно подробными, чтобы определить семью предыдущей личности, после чего она перечислила более пятидесяти специфических фактов, которые были верифицированы. Но случай со Сварнлатой все же отличался от других тем, что воспоминания не поблекли. И это приятный случай – в нем присутствует любовь и счастливые воспоминания.

Сварнлата Мишра родилась в 1948 году в Индии в штате Прадеш. Ее семья принадлежала к среднему классу. Когда она в трехлетнем возрасте проезжала вместе с отцом мимо городка Катни, находящегося в более чем сотне миль от ее дома, девочка внезапно указала куда-то рукой и попросила шофера свернуть на дорогу, ведущую к «ее дому». Она также сказала, что лучше выпить чаю там, чем на дороге.

Вскоре она сообщила новые детали о своей жизни в Катни, и ее отец записал их. Девочка сказала, что ее имя Бия Патак и что у нее было два сына. Она описала свой дом изнутри и снаружи, а также прибавила, что позади здания находилась школа для девочек. Из окон, выходящих в другую сторону, можно было видеть железную дорогу и известковую печь. Сварнлата сказала, что Бия умерла от «боли в горле» и ее лечил доктор Бабрат из Джабалпура. Она также вспомнила об инциденте, приключившемся во время свадьбы, когда они с подругой никак не могли найти уборную.

Весной 1959 года, когда Сварнлате было десять лет, слухи о ней дошли до профессора Шри Банерджи, индийского исследователя и коллеги доктора Стивенсона. Банерджи отправился в Катни и, пользуясь лишь описанием Сварнлаты, отыскал дом. Известковые печи находились сразу же за этой усадьбой, принадлежащей семье Патрак, а школа для девочек стояла позади дома.

Семья, которой принадлежали дом и усадьба, была зажиточной. Бия Патрак умерла в 1939 году, оставив мужа, двух сыновей и множество младших братьев. Профессор Банерджи в интервью с семьей верифицировал все, что рассказала Сварнлата. Эти Патраки никогда не слышали о семье Мишра, которая жила за сотню миль от них. Семья Мишра также ничего не знала о Патраках.

Через несколько месяцев вдовствующий муж Бии, один ее сын и старший из братьев неожиданно приехали в город, где жила Сварнлата, чтобы проверить ее память. Никому не сообщив в городе о том, кто они такие, и пригласив с собой девять горожан, родные Бии пришли в дом Мишра. Следующая сцена напоминает детективную историю, но она совершенно правдива.

Сварнлата тут же узнала своего старшего брата и назвала его «Бабу» – ласкательным именем, которое ему дала Бия. Доктор Стивенсон сообщает только голые факты, но я думаю, что эмоции в этот момент переполняли всех очевидцев и участников драмы. Затем десятилетняя Сварнлата обошла комнату, внимательно рассматривая лица каждого из присутствующих. Некоторых она узнала, как знакомых из города, иные были совершенно чужими ей. Затем она подошла к Шри Чинтамини Панди – мужу Бии. Встав перед ним, девочка опустила глаза и застенчиво назвала его по имени (как это обычно и делают жены в Индии). Доктор Стивенсон ни слова не пишет о реакции мужа, который после десяти лет разлуки увидел свою жену возрожденной.

Сварнлата также точно идентифицировала сына Бии, Мурли, которому было тринадцать лет, когда его мать умерла. Но Мурли решил сбить девочку с толку и целый день говорил, что он совершенно другой человек. Он также пытался убедить Сварнлату в том, что друг, которого он привел с собой, – второй сын Бии, Нареш. Сварнлата не поверила ни одному из розыгрышей. Она продолжала стоять на своем и говорила, что Мурли – это ее сын, а другой человек – незнакомец. Наконец Сварнлата напомнила своему бывшему мужу о том, что Бия отдала ему две тысячи рупий перед смертью и что эти деньги хранились у нее в шкатулке. Удивленный тем, что Сварнлата помнит о секрете, который был известен лишь ему и покойной жене, Шри Панда согласился, что все, что та говорила, было правдой.

Через несколько недель отец Сварнлаты отвез девочку посетить дом, где жила и умерла Бия. Войдя в дом, та сразу же рассказала об изменениях, произошедших в доме. Она спросила о парапете, о веранде и о деревце ним[5], которое раньше росло в саду, – все это исчезло после смерти Бии. Девочка также узнала комнату Бии, а также другую комнату, в которой та скончалась. Затем она точно идентифицировала более двадцати человек из числа знакомых Бии и проявила при этом эмоции, вполне соответствующие характеру отношений между каждым из них и Бией. Мурли снова расставил ловушки, но девочка не попалась ни в одну из них.

Очевидно, это было захватывающее представление. Перед обитателями дома стояла десятилетняя незнакомка, прибывшая издалека (по индийским понятиям, это весьма далекое расстояние), говорящая на несколько ином диалекте, чем они, но при этом помнящая по именам всех членов семьи, их друзей и старых слуг, владеющая всеми семейными секретами былых времен, да еще и отпускающая шутки насчет того, как все изменились за двадцать лет. Интересно то, что Сварнлата не знала ничего о том, что случилось с этой семьей после 1939 года. Ее память замерла после смерти Бии.

В последующие годы Сварнлата посещала семью Патрак с регулярными интервалами. У нее установились нежные отношения со многими членами этой семьи, которые принимали ее как возрожденную Бию. Отец Сварнлаты также принял правду о предыдущей личности своей дочери. Через много лет, когда пришло время выходить замуж, Сварнлата стала советоваться с Патраками о том, кого следует выбрать в мужья.

Что ощущала Сварнлата, помня обо всем этом? Не казалось ли ей странным то, что она помнит жизнь взрослой женщины? Доктор Стивенсон, поддерживающий с ней связь в течение долгих лет, сообщил, что Сварнлата росла и развивалась нормально, с годами превратившись в красивую женщину, окончившую университет с отличием. Сварнлата призналась ему, что временами, когда она вспоминает свою счастливую жизнь в Катни, ее глаза наполняются слезами и иногда ей хочется возвратиться в ту роскошную жизнь. Но она сохранила преданность семье Мишра и полностью принимает свое настоящее положение.



Последнее изменение этой страницы: 2016-06-07; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.233.242.204 (0.015 с.)