ТОП 10:

Судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения постановления по доводам, изложенным в кассационной жалобе. Кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.



На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия

 

определила:

 

постановление Угличского районного суда Ярославской области от 17 ноября 2010 года в отношении К.Д.Ю. оставить без изменения, а кассационную жалобу осужденного К.Д.Ю. - без удовлетворения.

Далее к статье.

Интересен вопрос относительно обязательности возмещения вреда. В тех случаях, когда вред, причиненный преступлением (материальный ущерб и моральный вред), по гражданскому иску не возмещен в силу таких объективных причин, как инвалидность осужденного или наличие у него заболеваний, препятствующих трудоустройству, невозможность трудоустройства из-за ограниченного количества рабочих мест в колонии и т.д., суд не вправе отказать в УДО только на этом основании. В то же время установленные факты умышленного уклонения осужденного от возмещения причиненного преступлением вреда (путем сокрытия имущества, доходов, уклонения от работы и т.д.) наряду с другими обстоятельствами могут служить препятствием к УДО. При этом, по нашему мнению, не имеет существенного значения то обстоятельство, когда именно осужденным предприняты меры, направленные на сокрытие имущества или доходов, - до вступления приговора суда в законную силу или после.

Так, при наличии в представленных материалах сведений о сокрытии осужденным имущества или доходов в период времени, предшествующий вступлению приговора суда в законную силу, можно вести речь о стойком нежелании такого осужденного возмещать причиненный преступлением вред и на стадии исполнения приговора - ведь в указанном случае осужденный располагает информацией о реальном наличии у него доходов или фактическом месте нахождения сокрытого имущества и способе его сокрытия, однако продолжает сохранять такую информацию в тайне. Если же меры, направленные на сокрытие имущества или доходов, совершены осужденным после вступления приговора суда в законную силу, характер таких действий говорит сам за себя.

Думается, что при оценке личности осужденного судам следует проводить сравнение характеристик осужденного при поступлении в исправительное учреждение и на момент условно-досрочного освобождения от отбывания наказания. Применение судами указанного подхода к условно-досрочному освобождению повысит эффективность данного института.

Вопросы об УДО разрешаются районным (городским) судом по месту отбывания наказания осужденным, а также гарнизонным военным судом независимо от подсудности уголовного дела. Представляется, что при рассмотрении ходатайства осужденного об условно-досрочном освобождении суду не следует забывать и о таких целях наказания, как восстановление социальной справедливости и предупреждение совершения новых преступлений (ч. 2 ст. 43 УК РФ).

Хотя ссылка на достижение таких целей наказания в ст. 79 УК РФ отсутствует, указанные обстоятельства, по нашему мнению, должны учитываться судом посредством оценки характера и степени общественной опасности содеянного, оставшегося не отбытым срока наказания, иных обстоятельств, которые могли бы свидетельствовать о том, что для достижения целей восстановления социальной справедливости и предупреждения совершения новых преступлений осужденный не нуждается в полном отбытии назначенного ему судом наказания в виде лишения свободы.

Данный аспект в некоторой степени затронут и в названном выше Постановлении Пленума Верховного Суда РФ, п. п. 7 и 11 которого касаются вопросов возмещения материального ущерба и морального вреда, причиненных преступлением. В этой связи представляется разумным по некоторым делам уведомлять и потерпевшего о времени и месте рассмотрения ходатайства осужденного об условно-досрочном освобождении, разъяснив ему возможность представить в суд свои возражения по этому поводу. Во всяком случае такой подход должен способствовать полному и всестороннему рассмотрению ходатайств осужденных об условно-досрочном освобождении, а также обеспечению индивидуального подхода к каждому осужденному, на необходимость которого суды ориентируют названное Постановление Пленума Верховного Суда РФ.

Так, судебная коллегия по уголовным делам Воронежского областного суда отменила постановление районного суда (материал № 22-1455/н), которым было удовлетворено ходатайство осужденного С. об условно-досрочном освобождении, за неисследованностью на том основании, что причиненный ущерб на сумму 27 680 руб. полностью осужденным не возмещен, несмотря на то что С. работал в исправительном учреждении в деревообрабатывающем цехе и имел заработок. Причины невозмещения ущерба судом не выяснены.

 

ПРОБЛЕМЫ ПРИМЕНЕНИЯ УСЛОВНО-ДОСРОЧНОГО ОСВОБОЖДЕНИЯ

И ЗАМЕНЫ НЕОТБЫТОЙ ЧАСТИ НАКАЗАНИЯ БОЛЕЕ МЯГКИМ

 

Н.П. БАЯРКИНА

К сожалению, приходится констатировать, что и в принятом 21 апреля 2009 г. Постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 8 "О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания" также отсутствуют четко сформулированные критерии признания осужденного не нуждающимся в полном отбывании наказания, а содержащиеся в нем разъяснения в большей своей части касаются процедурных вопросов, возникающих при рассмотрении ходатайств осужденных об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания.

В частности, в п. 5 данного Постановления указывается: "Вывод суда о том, что осужденный для своего исправления не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания или заслуживает замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания, должен быть основан на всестороннем учете данных о его поведении за весь период отбывания наказания, а не только за время, непосредственно предшествующее рассмотрению ходатайства или представления. При этом суду следует учитывать мнение представителя исправительного учреждения и прокурора о наличии либо отсутствии оснований для признания лица не нуждающимся в дальнейшем отбывании наказания или замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания".

В то же время если мы обратимся к редакции ранее действовавшего Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 19 октября 1971 г. N 9 "О судебной практике условно-досрочного освобождения осужденных от наказания и замены неотбытой части наказания более мягким", то увидим указание на то, "что вывод суда об исправлении осужденного должен основываться в том числе и на сведениях о соблюдении осужденным режима в исправительно-трудовом учреждении, его отношении к труду и обучению, участию в общественной жизни и т.п.".

Таким образом, мы видим, что прежнее Постановление более четко ориентировало суды на критерии, которые подлежали оценке при признании осужденного исправившимся и не нуждающимся в дальнейшем отбывании наказания.

О том, что суды как первой, так и кассационной инстанции по-разному подходят к определению оснований условно-досрочного освобождения, свидетельствует и практика рассмотрения данными судами ходатайств об условно-досрочном освобождении. Приведу четыре примера.

Пример первый. Постановлением Можгинского городского суда Удмуртской Республики от 18.10.2007 в удовлетворении ходатайства осужденного К. об условно-досрочном освобождении от наказания было отказано. Мотивом для отказа послужило то, что на осужденного за период отбывания наказания налагались взыскания, и несмотря на то, что все взыскания сняты и погашены, их наличие характеризует осужденного за весь период отбывания наказания. Определением Верховного суда Удмуртской Республики от 18.12.2007 данное постановление суда оставлено без изменений, кассационная жалоба осужденного без удовлетворения <4>.

--------------------------------

<4> Архив Можгинского городского суда Удмуртской Республики. Дело N 1-576/07.

 

Пример второй. Определением Верховного суда Удмуртской Республики от 19.07.2007 Постановление Можгинского городского суда Удмуртской Республики от 16.05.2007 об отказе в удовлетворении ходатайства об условно-досрочном освобождении от наказания осужденного К. отменено. При этом одним из мотивов отмены постановления послужила необоснованная, по мнению суда кассационной инстанции, ссылка суда первой инстанции на наличие у осужденного погашенных взысканий <5>.

--------------------------------

<5> Архив Можгинского городского суда Удмуртской Республики. Дело N 1-222/07.

 

Пример третий. Постановлением Можгинского городского суда Удмуртской Республики от 18.10.2007 в удовлетворении ходатайства осужденного К.В.В. об условно-досрочном освобождении от наказания было отказано. Мотивом отказа послужило то, что осужденный имеет только 2 поощрения за время отбывания наказания и не содержится на облегченных условиях. Определением Верховного суда Удмуртской Республики от 13.12.2007 данное постановление отменено и дело направлено на новое рассмотрение. Основанием отмены послужило то, что, по мнению суда кассационной инстанции, доводы суда были бы правомерны лишь в том случае, если бы осужденный допускал нарушения установленного порядка отбывания наказания, даже если бы они и были погашены <6>.

--------------------------------

<6> Архив Можгинского городского суда Удмуртской Республики. Дело N 1-577/07.

 

Пример четвертый. Определением Верховного суда Удмуртской Республики от 10.04.2007 постановление суда об отказе в условно-досрочном освобождении от наказания осужденного П. по аналогичным основаниям оставлено без изменений <7>.

--------------------------------

<7> Архив Можгинского городского суда Удмуртской Республики. Дело N 1-054/07.

 

Указанные примеры свидетельствуют, что суды кассационной инстанции при наличии одних и тех же обстоятельств, послуживших принятию решения об отказе в условно-досрочном освобождении осужденного от отбывания наказания, по-разному подходят к их оценке и принимают противоположные решения.

На мой взгляд, правильной является позиция судов, состоящая в том, что отсутствие взысканий за период отбытия наказания, а также факт погашения взысканий не могут служить безусловным основанием для принятия решения о признании осужденного не нуждающимся в дальнейшем отбывании наказания и подлежащим условно-досрочному освобождению. И хотя Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21 апреля 2009 г. N 8 не содержит по данному вопросу конкретных указаний, однако его разъяснение "о всестороннем учете данных о поведении осужденного за весь период отбывания наказания, а не только за время, непосредственно предшествующее рассмотрению ходатайства или представления", по моему мнению, нужно расценивать как обязательное условие учета всех полученных осужденным взысканий за период отбывания наказания.

Данный вывод согласуется и с правовой позицией, приведенной в определениях Конституционного Суда РФ относительно оснований условно-досрочного освобождения.

Так, в п. 2 Определения Конституционного Суда РФ от 24 ноября 2005 г. N 449-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Соловьева Андрея Владимировича на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 175 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации" указано, что "законодатель не устанавливает, какое именно значение при решении вопроса об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания могут иметь те или иные сведения, предоставляя тем самым суду общей юрисдикции право в каждом конкретном случае решать, достаточны ли эти сведения для признания осужденного не нуждающимся в полном отбывании назначенного судом наказания и подлежащим условно-досрочному освобождению".

Продолжая развивать свою позицию по данному вопросу, Конституционный Суд РФ в п. 2.2 Определения от 28 мая 2009 г. N 640-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Гладкова Владимира Михайловича на нарушение его конституционных прав положениями статей 78, 117 и 175 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, статей 58, 79 и 80 Уголовного кодекса Российской Федерации" указывает, что "оспариваемые нормы уголовно-исполнительного и уголовного законов, исходя из требований индивидуализации наказания и дифференциации условий его отбывания, наделяют суд правом в зависимости от поведения и отношения к труду осужденного решать вопрос об изменении вида исправительного учреждения, причем как в сторону улучшения условий отбывания наказания, так и в сторону их ужесточения, а также с учетом поведения осужденного решать вопрос о замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания".

Как мы видим, Конституционный Суд РФ ориентирует на то, что при решении вопроса об условно-досрочном освобождении подлежат оценке сведения об осужденном, указанные в ст. 175 УИК РФ. В том числе исходя из ч. ч. 2 и 3 ст. 175 УИК РФ к таким сведениям относятся раскаяние в совершенном деянии, полное или частичное возмещение вреда, причиненного преступлением, данные о поведении осужденного, его отношении к учебе и труду во время отбывания наказания.

Заслуживает поддержки позиция тех юристов, которые считают, "что при решении вопроса о том, встал ли осужденный на путь исправления, учитываются его поведение, осознание своей вины и т.п. И рассматривается это применительно к режимным правилам отбываемого наказания. При отбывании лишения свободы, например, учитываются дисциплинированность осужденного, его отношение к труду, к возмещению причиненного преступлением ущерба, к общеобразовательному и профессионально-техническому обучению, к семье и т.д." <8>. Исходя из этого при определении того, насколько осужденный исправился и каким образом доказал свое исправление применительно к режимным правилам отбывания наказания, положения ст. 79 УК РФ нужно применять в совокупности с УИК РФ.

--------------------------------

<8> Ткачевский Ю.М. Условно-досрочное освобождение от отбывания наказания // Законодательство. 2004. N 8.

 

Правда, существует и иное мнение, состоящее в том, что "регламентация условно-досрочного освобождения должна осуществляться только уголовным законом, материальным правом, а статьи УИК РФ, посвященные условно-досрочному освобождению от наказания, фактически вносят изменения и дополнения в ст. 79 УК РФ" <9>.

--------------------------------

<9> Курс уголовного права. Общая часть. Учение о наказании / Под ред. Н.Ф. Кузнецовой, И.М. Тяжковой. М.: Зерцало-М, 2002. Т. 2.

 

Позиция же Верховного Суда отражена в надзорном Определении Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 9 апреля 2007 г. N 82-Д07-2 (по жалобе осужденного И.Л.В. на неправомерный отказ в условно-досрочном освобождении от отбывания наказания). В частности, в данном Определении указано, что, "детализируя положения ст. 79 УК РФ, уголовно-исполнительное законодательство в ст. 9 УИК РФ нормативно определяет понятие исправления, а в ст. 175 УИК РФ законодательно закрепляет критерии, свидетельствующие о том, что для дальнейшего исправления осужденный не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания" <10>. Данная позиция представляется верной.

--------------------------------

<10> См.: Определение Верховного Суда РФ от 9 апреля 2007 г. N 82-Д07-2 // СПС "КонсультантПлюс".

 

Говоря об исправлении осужденных применительно к ст. 79 УК РФ, необходимо понять, как же законодатель определяет понятие "исправление осужденных". Ответ на этот вопрос мы видим в ст. 9 УИК РФ. В соответствии с частью первой данной статьи исправление осужденных - это формирование у них уважительного отношения к человеку, обществу, труду, нормам, правилам и традициям человеческого общежития и стимулирования правопослушного поведения. Из данной нормы видно, что исправление осужденных подразумевает достижение такого результата, когда ценности человеческого общежития осужденный соблюдает глубоко осознанно, а не из-за боязни нового наказания.

В качестве характерного примера того, какие требования предъявляются судами при оценке личности осужденного и его исправлении, является надзорное Определение Верховного Суда РФ от 15 января 2009 г. N 37-Д08-18 (по жалобе на неправомерный отказ в условно-досрочном освобождении от отбывания наказания осужденной Х.).

В частности, в данном Определении Верховным Судом РФ сделан вывод о том, что критериями применения условно-досрочного освобождения для всех осужденных являются: правомерное поведение, отношение к содеянному, отсутствие злостных нарушений, добросовестное отношение к обязанностям в период отбытия назначенного наказания, а также уважительное отношение к другим осужденным и сотрудникам исправительной системы. При этом суды должны учитывать поведение осужденного за весь период отбывания наказания, принимать во внимание как имеющиеся у него поощрения, так и взыскания, оставшийся неотбытым срок наказания. Также судом в данном Определении было обращено внимание и на то, что закон не требует, чтобы осужденные имели какие-то особые, исключительные заслуги <11>.

--------------------------------

<11> См.: Определение Верховного Суда РФ от 15 января 2009 г. N 37-Д08-18 // СПС "КонсультантПлюс".

 

Обобщая изложенную судебную практику, позицию Конституционного и Верховного Судов РФ, мнения научных работников, считаю, что вывод суда о том, что осужденный не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания, должен быть основан на всестороннем учете данных о его поведении за весь период нахождения в исправительном учреждении, с учетом средств исправления, примененных к осужденному при отбывании им наказания, достигнутых при этом результатов и отношения осужденного к содеянному, примененных в соответствии со ст. 113 УИК РФ мер поощрений, наличия взысканий за весь период отбывания наказания (в том числе и погашенных), возмещения материального ущерба, а также данных о том, как сам осужденный реагировал на применение средств исправления.

Кроме того, было бы логично, чтобы при оценке личности осужденного судами проводилось сравнение характеристик осужденного при поступлении в исправительное учреждение и на момент условно-досрочного освобождения от отбывания наказания. В том числе, учитывая криминологическую характеристику осужденных и данные Минюста РФ об увеличении числа заключенных с повышенной агрессивностью и возбудимостью, а также психическими отклонениями, необходимо принимать во внимание мнения и характеристики, представленные психологической службой и социальными работниками. Применение судами указанного подхода к условно-досрочному освобождению возможно и в рамках действующего законодательства и вполне применимо судьями на практике, что, полагаю, повысит эффективность данного института.

 

Можно отметить следующие недостатки, выявляющиеся в судебной деятельности при решении вопросов об условно-досрочном освобождении осужденных:

- неполнота либо необъективность характеристик на осужденных;

- освобождение осужденных, имеющих неснятые взыскания (при этом законность наложения взысканий не контролируется);

- отсутствие в практике дел об условно-досрочном освобождении вызова свидетелей;

- пассивность участников судебного заседания, особенно отмечается пассивное участие прокуроров в судебном следствии по делам об условно-досрочном освобождении;

- отсутствие в большинстве случаев у суда вопросов к осужденным и иным участникам судебного заседания либо наличие вопросов, не имеющих существенного значения и требующих коротких ответов;

- в подавляющем большинстве определений не приводятся доказательства;

- отсутствие вывода об исправлении осужденного;

- редкое использование судом возможности влияния на улучшение качества досудебной подготовки материалов путем вынесения частного определения либо с помощью истребования дополнительных материалов для более тщательного рассмотрения дела об условно-досрочном освобождении;

- несоблюдение принципа состязательности сторон, выраженного в присутствии осужденного при рассмотрении ходатайства или представления.

В связи с выявленными проблемами необходимо регламентировать в законе следующие положения:

- закрепление права осужденного на участие в судебном процессе, даже путем видеоконференцсвязи;

- разъяснение понятия "исправление", его субъективной стороны: осознания, раскаяния;

- регламентировать обязательность участия свидетелей, таких, как родственники и будущий работодатель;

- при замене наказания разъяснить возможность применения штрафа в зависимости от имущественного положения осужденного и тяжести наказания.

В целях устранения существующих недостатков в деятельности судебных органов по осуществлению условно-досрочного освобождения необходимо наличие четко разработанных критериев, по которым суд может сделать вывод о законности и целесообразности применения данных правовых институтов, и регламентация их в законодательстве РФ.

 

АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ТЕОРИИ И ПРАКТИКИ ПРИМЕНЕНИЯ УСЛОВНО-ДОСРОЧНОГО ОСВОБОЖДЕНИЯ ОТ ОТБЫВАНИЯ НАКАЗАНИЯ К ОСУЖДЕННЫМ, СТРАДАЮЩИМ НАРКОТИЧЕСКОЙ ЗАВИСИМОСТЬЮ <*> Д.В. ДОЛГОПОЛОВ

О том, что вопросы условно-досрочного освобождения от отбывания наказания осужденных-наркоманов требуют более взвешенного подхода и формирования ряда дополнительных критериев с учетом специфики их рассмотрения, свидетельствуют и примеры из судебной практики, а также данные о высоком уровне рецидивов (или возвращении к прежнему характеру потребления) и передозировок после периода воздержания от употребления наркотиков в местах лишения свободы. Например, в одном из исследований 41% участников сообщили о том, что вернулись к инъекционному потреблению наркотиков в первую неделю после освобождения и 82% из них сделали это в первый же день пребывания на свободе <3>.

--------------------------------

<3> Меры по профилактике ВИЧ-инфекции в тюрьмах: программы обеспечения иглами и шприцами, стратегии дезинфекции (серия аналитических обзоров). Всемирная организация здравоохранения. Женева, 2007. Ст. 13.

 

Характерным в этой части является и пример из судебной практики.

Так, 20 августа 2009 г. Можгинским городским судом Удмуртской Республики был осужден гражданин У. за совершение преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 228.1 УК РФ. В ходе рассмотрения данного уголовного дела было установлено, что У. с 1999 г. состоит на учете в наркологическом диспансере с диагнозом "Зависимость от опиоидов". В 1999 г. он уже был осужден за совершение преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 228, ч. 1 ст. 228 УК РФ, а в 2007 г. за совершение преступления, предусмотренного ст. 158, ч. 2, п. п. "а", "б", УК РФ к реальному лишению свободы. В декабре 2008 г. У. был освобожден условно-досрочно от отбывания наказания. Однако в непродолжительный период времени после освобождения У. вернулся к потреблению наркотиков и совершил новые преступления, связанные с незаконным оборотом наркотических средств. При этом, как видно из материалов дела и пояснений самого осужденного, в период отбывания им наказания в виде лишения свободы какое-либо лечение к нему не применялось, о при рассмотрении судом вопроса о его условно-досрочном освобождении от отбывания наказания оценка личности осужденного была дана без учета данных о его наркотической зависимости, отсутствия либо наличия рецидива заболеваний, данных о ремиссии <4>.

--------------------------------

<4> Архив Можгинского городского суда УР. Уголовное дело N 1-214/09.

 

На практике возникает ряд вопросов, связанных с применением условно-досрочного освобождения от отбывания наказания к указанной категории осужденных, в том числе:

- кого считать осужденным-наркоманом;

- каким критериям должен соответствовать осужденный-наркоман, чтобы его признали не нуждающимся в дальнейшем отбывании наказания;

- какие обязанности может и должен суд возложить на осужденных указанной категории при их условно-досрочном освобождении от отбывания наказания;

- кто должен являться инициатором возложения данных обязанностей;

- какой порядок осуществления контроля осужденными-наркоманами, освобождаемыми условно-досрочно, и кто должен осуществлять указанный контроль?

Формирование единого подхода к разрешению и пониманию данных вопросов, несомненно, будет способствовать повышению эффективности применения института условно-досрочного освобождения от наказания к рассматриваемой категории осужденных.

Отвечая на поставленные вопросы, было бы правильным под понятием "осужденный-наркоман" понимать категорию осужденных, официально страдающих наркоманией, вне зависимости от того, за совершение каких преступлений они осуждены. При этом в отношении осужденных за преступления, связанные с незаконным оборотом наркотических средств, а также осужденных, эпизодически употребляющих наркотические средства, целесообразно ставить вопрос о назначении в отношении таких лиц медицинской экспертизы на предмет установления диагноза "наркомания".

Учитывая особенности криминологической характеристики осужденных, употребляющих наркотики, закономерен вывод о том, что при решении вопроса об условно-досрочном освобождении от наказания данных лиц судам надлежит проводить сравнение характеристик личности осужденного при поступлении в исправительное учреждение и какие результаты в исправлении достигнуты на момент условно-досрочного освобождения от наказания. Кроме того, при оценке личности осужденного необходимо учитывать мнение и характеристики, предоставленные психологической службой и социальными работниками. Также крайне важно, чтобы суды основывали свои выводы об исправлении осужденных-наркоманов и возможности применения к ним условно-досрочного освобождения от наказания на основании результатов медицинского обследования как на момент их поступления в исправительное учреждение, так и на момент рассмотрения ходатайства об условно-досрочном освобождении от наказания, в которых должны быть отражены результаты обследования психического и соматического состояния, с уточнением вида и стадии наркомании, а также последующие изменения в состоянии, отсутствие рецидивов заболевания и данные о ремиссии.

Практика показывает, что сложившийся порядок осуществления контроля за освобожденными условно-досрочно от отбывания наказания осужденными носит формальный характер и фактически не эффективен. В том числе снижению эффективности контроля способствует то, что судами крайне редко решается вопрос о возложении обязанностей на осужденных при применении к ним условно-досрочного освобождения.

О необходимости применения данной обязанности свидетельствует и то обстоятельство, что сама по себе изоляция наркоманов от общества и помещение их в исправительные учреждения не гарантируют их избавление от наркотической зависимости.

На мой взгляд, представляют интерес положения, содержащиеся в Рекомендации N REC (2003) 22 Комитета Министров Совета Европы "Об условно-досрочном освобождении", правовая позиция которых вполне может быть применима при рассмотрении ходатайств об условно-досрочном освобождении и судами Российской Федерации и при этом не противоречит отечественному законодательству. Так, например, согласно п. 25 указанной Рекомендации: "При рассмотрении вопроса о том, надо ли налагать какие-либо обязанности на заключенного и необходим ли надзор за ним, распорядительный орган должен располагать отчетами, включая устные заявления служащих тюрьмы, знакомых с заключенным и его личными обстоятельствами" <5>.

--------------------------------

<5> Рекомендация N REC (2003) 22 Комитета министров Совета Европы "Об условно-досрочном освобождении" (принята 24.09.2003 на 853-м заседании представителей министров) // Справочно-правовая система "КонсультантПлюс".

 

Хотелось бы отметить, что в пункте 10 Постановления Пленума ВС РФ от 21 апреля 2009 г. N 8 "О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания" судам рекомендовано при применении к осужденному условно-досрочного освобождения от отбывания наказания рассматривать предоставленную законом возможность возложения на осужденного исполнения обязанностей, предусмотренных ч. 5 ст. 73 УК РФ <6>. Однако анализ судебной практики показывает, что фактически данная норма судами не применяется.

--------------------------------

<6> Постановление Пленума ВС РФ от 21 апреля 2009 г. N 8 "О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания" // Справочно-правовая система "Гарант".

 

Таким образом, было бы правильным, чтобы инициатором возложения обязанностей, способствующих исправлению осужденных, в том числе и обязанности пройти курс лечения от наркомании (ч. 5 ст. 73 УК РФ), должна выступать администрация исправительного учреждения, где осужденный отбывает наказание.

Данная позиция является оправданной, поскольку не кто иной, как администрация исправительного учреждения, обладает полной информацией об особенностях отбывания осужденным наказания.

При этом, полагаю, во всех случаях без исключения, когда решается вопрос об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания осужденных, страдающих наркотической зависимостью, в том числе и осужденных за незаконный оборот наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, судам надлежит устанавливать обязанность прохождения амбулаторного наблюдения (медицинского освидетельствования) у врача-нарколога с установлением периодичности явки для прохождения медицинского освидетельствования и обязательной сдачей анализов (тестов) на наличие следов наркотиков в организме.

И в этом контексте выступает на первый план деятельность специализированного органа по осуществлению контроля за освобожденными лицами.

Несмотря на то что законодатель до сих пор специализированный орган по контролю за лицами, освобожденными условно-досрочно, не создал, создание данного органа было бы оправданно как с учетом международного опыта, так и с учетом отечественного законодательства.

К примеру, надо отметить, что фактически во всех развитых странах созданы и существуют специализированные органы по контролю за лицами, осужденными к альтернативным мерам наказания, в том числе и условно освобожденных. Как правило, данные функции возложены на различные тюремные ведомства. Например, во Франции этим занимается тюремное управление Министерства юстиции, в Италии - Главный департамент тюремного управления Министерства юстиции, в Великобритании - Тюремная служба Министерства юстиции <7>.

--------------------------------

<7> Дворянсков И.В., Сергеева В.В., Баталин Д.Е. Применение альтернативных видов наказания в Западной Европе, США и России (сравнительно-правовое исследование). М.: РОО "Центр содействия реформе уголовного правосудия", 2004. С. 55.

 

Представляет интерес в этой области и опыт Швеции. По законодательству этой страны тюремная администрация и служба пробации составляют единое ведомство, которое называется национальной администрацией. И что особенно важно, сотрудники службы пробации фактически начинают работу со своими будущими поднадзорными еще в тюрьме и продолжают в условиях надзора за ее пределами. Этим достигается непрерывность процесса воспитательного воздействия на осужденного <8>.

--------------------------------

<8> См.: Там же. С. 82.

 

Несомненно, зарубежный опыт должен быть использован в дальнейшем развитии российского законодательства, касающегося процедур условно-досрочного освобождения от наказания, в том числе и лиц, страдающих наркотической зависимостью.

На мой взгляд, большинство из высказанных предложений, в том числе и предложенный комплекс критериев оценки личности осужденных-наркоманов, вполне могут быть применены судьями и на практике, что, в свою очередь, позволило бы повысить эффективность применения института условно-досрочного освобождения к рассматриваемой категории осужденных.

 







Последнее изменение этой страницы: 2016-04-06; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.234.208.66 (0.021 с.)