ТОП 10:

Оценка действий финской истребительной авиации в 1941-1944 гг.



 

Читая книгу “Союзники Люфтваффе. Эстония. Латвия. Финляндия” (равно как и монографию о LeLv24) иногда приходишь к мысли, что советские пилоты страдали редкостной формой кретинизма. Довольно часто в книге встречаются описания боёв, где финны, используя тактику “маятника”, абсолютно без потерь сбивали умопомрачительное число “ишаков” и “чаек”, несмотря на численное превосходство последних. И так два года в подряд. Выходит, что советские лётчики-истребители, в том числе из гвардейских полков, ровно столько же времени не могли выработать адекватного ответа на эту финскую “тактическую хитрость”. В то же время, им удавалось надежно прикрывать Ленинград от более опасного противника, которым являлось Luftwaffe. Если ознакомиться с боевой работой эскадры JG54, большую часть времени воевавшей на Ленинградском фронте, и сравнить потери в пилотах и самолётах, напрашивается неутешительный вывод – немцы были хуже финнов по части летной подготовки и взаимодействия в бою. При этом надо учитывать, что немцы всю войну отлетали на Bf.109, а финнам эти истребители были поставлены только в 1943 году. Вообще, если судить по эффективности в пропорции “воздушный бой : сбитые самолёты”, то здесь финны ушли далеко вперед.

Теперь о потерях финской авиации. Согласно официальной версии, с 30 ноября 1939 года по 4 сентября 1944 года финны лишились 523 самолётов:

- боевые потери составили 215 самолётов: 85 сбиты в воздушных боях, 67 сбиты ПВО, 23 сбиты зенитным огнем с земли и ещё 40 пропали по неизвестным причинам; - небоевые потери составили 208 самолётов (по большей части это аварии);
- потери во время обучения – 100 самолётов.

По другим данным в боях финны потеряли 257 самолётов, а небоевые потери составили 215 самолётов, но сути дела это не меняет. Гораздо важнее то, сколько самолётов противника было уничтожено – 3313 штук. Если вычесть 554 самолёта, потерянных ВВС РККА во время советско-финской войны (боевые потери составили только 327), то всё равно получается немало.
Теперь посмотрим, сколько, по докладам финских пилотов, было сбито советских истребителей старых типов. Вот, к примеру, только LeLv24 претендует на 74 И-153 и 55 И-16 – это два полноценных советских ИАП. Итоговый счет не сильно смущает если не думать о том, что “ишаки” и “чайки” сбивались и другими эскадрильями.

LeLv26 – 23 И-153 и 13 И-16
LeLv28 – 13 И-153 и 12 И-16
LeLv32 – 58 1\3 И-153 и 29 И-16

Подведем итог: с июня 1941 по апрель 1943 года четыре финских истребительных эскадрильи записали себе 168 И-153 и 109 И-16. Это без учета истребителей, сбитых ПВО, а также немцами, которые тоже не отказывали себе в “победах” и могли записать по 3-4 “чайки” сбитых за один вылет. Так никакой авиации КБФ вместе с ВВС не хватит. Но тут ещё понятно, а вот откуда, спрашивается, взялась одна треть(!) сбитого самолёта? Оттуда, откуда брались “половинки”. Нюанс заключается в методике подсчета побед в финской авиации и советской. Например, если три пилота совместными усилиями сбили один самолёт, то эта победа делилась на всех по 1\3. Таким же образом и появлялись в счетах финских пилотов 1\2 и 1\4 сбитых самолётов. “Чемпионами” в этом отношении стали пилоты LeLv32:

- 27 марта 1942 года на Суурсари лётчик К.Т.Хертуа (Kers Tapani Herttua) на CU-564 ухитрился уничтожить 1\3 “чайки”;
- 9 ноября 1942 года один Пе-2 был поделен сразу между четырьмя финскими лётчиками (CU-552, CU-560, CU-564 и CU-571);
- 8 мая 1944 года три пилота на CU-581, CU-585 и CU-587 “расписали” между собой один Ла-5;
- 6 июня 1944 года одиночный А-20 также стал жертвой четырех финнов (CU-573, CU-584, CU-585 и CU-587);
- 12 июня 1944 года уже знакомые нам пилоты истребителей с номерами CU-573, CU-584 и CU-585 совместными усилиями сбили один Ил-2 и тоже записали себе по 1\3 сбитого штурмовика.

Это не считая “половинок”, которых было ещё больше. Всё бы ничего, но каждые такие “дольки” впоследствии складывались в полноценные победы, хотя фактически лётчик мог вообще не сбить ни одного самолёта, а только поучаствовать в его уничтожении.
Между прочим, качественный рост советской авиации, так часто упоминаемый во многих изданиях, в том числе и финских, как-то не сильно отразился на эффективности, по отношению к количеству боевых вылетов. Скажем, старыми “брюстерами” и “хоками” неплохо сбивались ЛаГГ-3 (всего 84 сбитых самолёта этого типа), которые по лётно-техническим данным превосходили все финские истребители, а также МиГ-3 (73), Ла-5 (39), Як-1 (15). В не меньших количествах финны уничтожали ленд-лизовские “томахоки” и “харрикейны” ещё до получения немецких Bf.109G. Достаточно сказать, что за полтора года боёв над Карелией LeLv24 заявила об уничтожении 54 “Hurricane” и ещё 12 “завалили” пилоты трех других эскадрилий, что в сумме означало потерю одного полностью укомплектованного советского ИАП. Впрочем, пора перейти на личности.

Ведущие финские асы проявили завидное усердие, записав себе по нескольку десятков советских машин. Больше всех потрудился Эйно Юуутилайнен, на счету которого 94 победы. Отрицать его умение вести воздушный бой было бы, мягко говоря, неправильным, ведь подготовка финских пилотов всегда была на высоте. Но вот список его побед сильно смущает. Сбить в одном вылете 2-3 самолёта не такая уж редкость, однако Юуутилайнен зачем-то записал себе два “мустанга”, два “спитфайра” и один “лайтнинг”. Допустим, что с одномоторными машинами он просто ошибся, но откуда взялся Р-38 “Lightning”? Его характерные очертания легко узнаваемы и перепутать его можно только с FW-189. Получается, что Юуутилайнен либо сбил “немца”, либо ему сильно померещилось. Кстати, подробности этого удивительного боя мне нигде не попадались, а вот про “спитфайры” и “мустанги” финн хорошо помнил.

 

“Да, был еще один бой над Финским заливом, который был довольно необычным. 20 сентября, мы только что атаковали группу МиГов и Супермарин Спитфайров, и я был почти готов сбить МиГ-3, когда у меня сломался привод пропеллера и мощность моего мотора начала падать. Я сообщил о своем положении и попросил помощи, если кто-нибудь мог ее оказать. Один из вражеских истребителей заходил на хорошую позицию для стрельбы чуть ниже меня. Я быстро перевернул свой самолет над ним. Мой неожиданный маневр видимо напугал его, потому что он ушел в сторону и спикировал. Я с облегчением проследил за ним, потом попытался направиться на базу, внимательно наблюдая за вражескими самолетами надо мной. Как и стоило ожидать, Спитфайр зашел сзади сверху, ожидая добиться легкой победы. Я попытался увидеть его, но не мог.
Когда Спитфайр приблизился на расстояние открытия огня, я сделал быстрый, контролируемый переворот, изо всех сил нажимая на педаль. Мой истребитель сильно заскользил в сторону, и я заложил крутой левый вираж, положив самолет на крыло почти под 90 градусов. Противник не мог удержать меня в своем прицеле, я в конце маневра он оказался так близко ко мне, что практически проскользил мимо меня. Я быстро выровнял самолет в прежнем направлении и Спитфайр оказался передо мной, уходя вверх вправо. Скорости у меня не было, но дистанция была мала, около 70 ярдов. Я аккуратно прицелился и нажал на гашетку. Трассы ударили по цели словно хлыст, и самолет начал сильно дымиться. Почти вертикально и слегка вращаясь, он упал в море. Затем, почти сразу же, другой Спитфайр прилетел отомстить за своего товарища. Я дал полный газ, но мой двигатель остановился! Это было по настоящему неприятное чувство. Вражеский самолет приближался сверху и сзади на высокой скорости, так что я заложил крутой вираж под его нос. Спитфайр не смог повторить маневр и после неудавшейся атаки, продолжил пикировать по направлению к Лавансаари. Я развернул свой самолет по направлению к эстонскому побережью, собираясь совершить вынужденную посадку. Потом я заметил, что когда я не передвигаю РУД в положение максимального газа, двигатель начинает чихать и оживать. Я снова начал набирать высоту по направлению к своему звену, когда МиГ атаковал меня под невероятным углом упреждения. Не надо было даже уворачиваться. Затем я увидел, что МиГ-1 круто пикирует к воде, но в последний момент он выровнялся и пошел вверх. Теперь была моя очередь атаковать. МиГ похоже вообще не замечал меня и шел вверх прямо впереди меня. Я лишь слегка довернул на него и нажал на гашетку. Самолет перевернулся и вошел в море. Когда я снова начал набирать высоту, я обнаружил, что наши пилоты контролируют небо, и я присоединился к ним…

 

Тут нужен небольшой комментарий. Описанный выше бой имел место 20-го сентября 1942 года, так что присутствие “Spitfire” Mk.V, поставлявшихся в СССР, было вполне возможно. Только вот на севере эти истребители так и не появились, а в “исправленной и дополненной” версии списка побед Юуутилайнена сбитые им самолёты подправлены на … МиГ-1. Кстати, Юуутилайнен немного слукавил - встречи со "спитфайрами" были и у других финских пилотов, причем не менее часто :

 

20 сентября 1942 года - в бою над Пененсаари Юутилайнен сбил один "спитфайр" и МиГ-1, а Кархунен - один "спитфайр". Вполне вероятно, что это были МиГ-3, но их принадлежность к какому-то определенному ИАП не установлена;
28 октября 1942 года - в групповом бою около Паттерилахти, между 11:00-12:00, группа "брюстеров" сбила четыре советских самолёта - "Hurricane", "Spitfire" (тоже на счету Кархунена) и два ДБ-3;
30 октября 1942 года - отличилось звено "брюстеров" под командованием Луукканена. После 20-минутного боя над Харьявалланьяри финны доложили о четырех сбитых советских самолётах: три И-16 и один "Spitfire". Последний был записан на счет Луукканена;
22 ноября 1942 года - в этот день финны заявили о 8 сбитых самолётах. Среди них в двух боях было "сбито" и четыре "спитфайра". Кроме Юутилайнена отличились пилоты Л.А.Лумме(Luutn Aulis Lumme), И.Т.Ярви (Ylik Tapio Jarvi) и В.С.Иканен (Vaap Sakari Ikonen), пилотировавшие "брюстеры";
23 ноября 1942 года - один "спитфайр" был сбит в бою над Сейскари - победа была записана на счет Л.А.Лумме;
14 апреля 1943 года - теперь настала очередь сбивать "спитфайры"и для Ханса Винда. Судя по отчетам финнов группа "брюстеров" провела бой со смешанной группой советских истребителей, в результате которого было сбито четыре "спитфайра" и один Ла-5. Два "спитфайра" записал на свой счет Винд;

 

Итого - финские пилоты заявили о 13 сбитых "спитфайрах" в течении 7 месяцев. Думается мне, что если осенью 1942 года ошибка в определении типа самолёта была вполне допустима, то по прошествии полугода финская разведка вполне могла установить, что никаких "спитфайров" в Карелии не могло быть вообще.
Но вернемся к нашим “мустангам”, встречу с которыми Юуутилайнен описал очень красочно, со всеми подроьностями воздушного боя. Не исключено, что это могли быть ЛаГГ-3, силуэт которого отдаленно напоминает "мустанга", но финский ас был полностью уверен в своих словах и крепкой памяти:

 

"…Единственный раз, когда мы видели Мустанги, это было во время разгара советского наступления летом 1944 года. Мустанги, которых мы повстречали, были старой модели, с двигателями Аллисон. 26 июня мы сопровождали бомбардировщики Бристоль Бленхейм и возвращались назад через линию фронта, когда я заметил брюхо приближающегося ко мне справа в правом вираже Мустанга. Я полностью убрал газ, чтобы он проскочил мимо меня. Однако пилот Мустанга вышел из виража и заметил меня. Он также сбросил газ, и я увидел длинные всполохи пламени из его патрубков. Он отработал рулем, чтобы сбросить скорость, то я тоже сделал это, и поскольку я предпринял это раньше него, Мустанг выскользнул прямо передо мной. Тогда пилот Мустанга дал полный газ и попытался стряхнуть меня с хвоста, встав в вираж с набором высоты. Сделав это, он допустил свою последнюю ошибку и оказался прямо в моем прицеле. Я открыл огонь и вскоре Мустанг горел в лесу неподалеку от Таммисуо. Два дня спустя, мое звено возвращалось из разведывательного вылета и сделало обычный крюк, чтобы встретить кого-нибудь, прежде чем вернуться на базу. Вскоре мы заметили строй Ил-2, летевших по направлению к нам, в сопровождении трех Мустангов. Один из них ушел влево, а два других начали пикировать. В крутом вираже со снижением я погнался за самолетом, ушедшим влево, стреляя короткими очередями, чтобы подействовать пилоту на нервы. Это сработало, потому что он явно занервничал и ушел в пике. Пилот работал рулем, но слишком быстро, в итоге он лишь размахивал хвостом, в то время как его самолет вполне удобно расположился в моем прицеле. Он был на высоте примерно 150 футов (45 метров), когда его охватило пламя, и он разбился среди высоких сосен.”

 

Можно было бы сказать, что финский ас ошибся с идентификацией советского истребителя, ведь и наши до середины 1942 года верили, что ими сбивались “рекламные” Не-113, хотя на самом деле за них принимались Bf.109F, силуэт которых в 1941 году известен советским пилотам не был. Но тут совсем другой разговор – Юуутилайнен точно определил не только тип самолётов, но и модификацию. Причем дважды. Если бы дело происходило на большой дальности, вероятность ошибки в определении могла составить 100%, однако финн вёл огонь едва ли не в упор.
С “мустангами” в данном случае ещё проще чем со “спитфайрами” – десять Р-51А действительно были поставлены в СССР в качестве пробной партии. Почти всю войну они находились в тылу, за исключением трех машин, отправленных на фронтовые испытания в 5-й ГИАП на Калининский фронт. Боевых вылетов на них так и не сделали, а через несколько недель (после повреждения винтов и не имея запасных) “мустанги” отвели в тыл и затем разобрали. Между прочим, немцы тоже каким-то образом записали себе три Р-51А, якобы сбитых над Карелией. Тоже ошиблись? Возможно. Подобная ошибка имела место у советского аса В.Голубева. В своей книге “Крылья крепнут в бою”, не раз упоминавшейся ранее, советский лётчик описал два боя с финскими “спитфайрами”, первый из которых состоялся 2-го ноября 1941 года и привел к уничтожению одного из пяти вражеских самолётов. По версии советской второны произошло это следующим образом:

"С КП сообщили: "Цоколаев ведет бой над внешним рейдом с группой "спитфайров".
Через четверть минуты мы с Татаренко начали взлет(...)
Издали вижу, как Цоколаев и Творогов на своих тяжелых пушечных "ишачках" ведут воздушный бой на виражах с двумя вражескими самолетами, а в это время сверху на них идут в атаку еще два. Да, положение друзей критическое. Если не заметят угрозу сверху - жизнь их повиснет на волоске. Один И-16 делает переворот, уходит вниз - заметил, значит... Второй продолжает карусель. Трасса "спитфайра" сечет его по плоскостям и фюзеляжу, но И-16 не падает, прекращает вираж и идет на аэродром, мне навстречу. За ним строят маневр для атаки два "спитфайра".
Стрелять из РС-82 на встречном курсе нельзя, могу сбить своего. Спешно даю заградительную очередь с большой дистанции. Но враг бьет вторично по снижающемуся И-16. Делаю резкий правый боевой разворот, от перегрузки темно в глазах, несколько секунд ничего не вижу...
Теперь я сзади "спитфайров". Один из них резко уходит вверх. Хочет пропустить меня и ударить вдогонку. У меня одна мысль: не допустить третьей атаки на уходящий И-16. Торопливо ловлю "спитфайр" врага в прицел, и очередь проходит по его правой плоскости. Этого достаточно, чтобы он прекратил стрелять по Ивану Творогову, как я успел определить по бортовому номеру самолета.
Теперь один "спитфайр" выше меня, второй на моей высоте. Оценив ситуацию, решаю дать еще одну очередь по врагу. Цоколаев оттягивается в мою сторону. Молодец; Геннадий, поддержим друг друга. Сближаюсь на сто метров - моя любимая дистанция, только выходить на нее тяжело - и даю точную очередь по мотору и кабине "спитфайра". Вижу, как разрывные пули рвут обшивку самолета и остекление фонаря кабины. "Спитфайр" переворачивается и падает рядом с нашим миноносцем.
Зная, что где-то за мной второй "спитфайр", я пошел круто вверх. И вовремя: трасса мелькнула рядом с левой плоскостью. Оторвавшись от противника, осмотрелся. Я выше всех. Выгодная позиция. Увеличиваю скорость и бросаюсь выручать Геннадия. Он делает головокружительные маневры и уходит от атак двух "спитфайров". Третий, не вступая в бой, уходит в сторону моря. Ну, теперь два на два... Да еще у меня запас высоты - можно повоевать...
Атакую ближайшего к Цоколаеву преследователя. Он уходит вверх, потом - круто вниз. Почти у самой воды выравнивает самолет и тоже уходит в сторону моря.
Цоколаев дает прицельную очередь из пушек по своему противнику. Тот сразу выходит из боя, удирает на большой скорости...
Первый бой с четверкой "спитфайров" закончился нашей победой. Один сбит, остальные ушли. А вот как они дошли, я узнаю только спустя три года..."

Второй бой с пятью “спитфайрами” произошел несколько дней спустя и также закончился победой советских пилотов на И-16 – было сбито ещё два финских истребителя. Как это могло случиться вообще? Если принять во внимание многообразие типов финских истребителей, а также неверные разведывательные данные о наличии у противника “спитфайров”, которых никто из советских пилотов в глаза никогда не видел, то обстановка более-менее проясняется. Сопоставив даты боёв с потерями финской авиации можно придти к выводу, что Голубев мог драться на И-16 только с “хоками”, о наличии которых тоже не знали, 1-го ноября. Тогда финны действительно потеряли один Н-75А вместе в его пилотом, капитаном Бергом. Более подробно про эту историю можно прочитать в статье “Особая группа Ханко”, где теме финских “спитфайров” отведена отдельная глава.
Впрочем, мы отвлеклись от главной темы – боевые успехи И.Юуутилайнена. На сайте WW2 Ace Stories описывался воздушный бой 9-го марта 1944 года, где группа “мессеров” атаковала четыре Ла-5 из 10-го ГИАП шедших на 500 метров ниже них. Юуутилайнен гонялся за одним из советских самолётов вплоть до высоты 8700 метров, но сбить его так и не смог. После этого автор статьи посетовал, что пилоты Ла-5 уклонились от боя и не было никакой возможности догнать их. Как говорится, без комментариев. На этом фоне шесть побед (два Як-9, два Р-39, один Ил-2 и Ла-5), одержанных финским асом 30-го июня 1944 года, выглядят крайне неубедительно. Впрочем, и другие бои также вызывают некоторые сомнения. Читая “подвиги” этого лётчика напрашивается вывод, что из него упорно делали аса, как немцы из Эрика Хартмана.
Всего же Юуутилайнен участвовал в 437 боевых вылетах и сбил 94 самолета. Как говорится – редко, но метко. Тем не менее, методичное уничтожение советской авиации не сильно помогло Финляндии, правительство которой ещё в конце февраля 1944 года (то есть до начала советского наступления в Карелии) приступило к обсуждению “почетного мира”.
После подписания перемирия с Юуутилайненом был такой интересный случай. Осенью 1944 года на аэродром Мальми перелетели истребители 4-го ГИАП, с которым финны сражались три года. По версии западных источников, командир полка подполковник Голубев, встретив финского аса, ничего не сказал и только крепко пожал ему руку. Кажется, где-то нас опять обманывают. Пилоты гвардейского полка хорошо знали, что именно при помощи финнов удалось сомкнуть кольцо блокады вокруг Ленинграда и вряд ли Голубев стал проявлять к ним подобное “рыцарство”.

С другой стороны, второму лучшему асы Финляндии (Ханс Винд) такая экзотика не попадалась совсем, хотя на его счету 75 побед в 302 боевых вылетах – показатель незначительно худший, чем у Юуутилайнена. В ряде случаев его победы несколько сомнительны, поскольку бои происходили над советской территорией или над водными пространствами, Не брезговал Винд и “половинками” сбитых самолётов – финский ас поучаствовал в уничтожении И-153, Р-5, Ла-5 и двух Як-1. Впоследствии их сложили в 2,5 победы и добавили к общему счету. Вообще, большая часть побед была одержана Виндом в 1944 году, когда активность советской авиации резко возросла.
Боевая карьера Ханса Винда закончилась вполне логичным образом. После того, как в бою с Як-9, состоявшемся 23-го июня 1944 года, один из 20-мм снарядов пробил кабину “мессера”, Винд был тяжело ранен и более в боевых вылетах не участвовал. Список других наиболее результативных финских асов, одержавших более 30 побед за время войн против СССР, приведен ниже;

 

Эйно Антеро Луукканен - начал летать в LeLv26 сначала на британских “Bulldog” Mk.IV, но в 1939 году, после перевода в 3/LeLv24, он пересел в кабину Fokker D.XXI. В ходе Зимней войны он сбил два СБ и один Р-5 в паре. Летом 1940 года эскадрилья полностью освоила истребители В-239 и уже в следующей войне Луукканен одержал 14,5 побед. Остальные 39 побед были записаны на его счет в 1943-1944 гг., когда Луукканен был переведен в HLeLv34 и переучился на Bf.109G.
Вообще Лууканену довелось полетать практически на всех типах самолётов, которые состояли на оснащении финских ВВС, вот лишь небольшой список: Caudron C.60, MS.406, FIAT G.50, Douglas DC-2, Fieseler Fi-156C и т.д. Из его 441 боевого вылета основная часть пришлась на перехват вражеских самолётов (140) и воздушные бои (102). Также Луукканен выполнил 35 вылетов на штурмовку, 66 – на разведку и 98 – на эскортирование бомбардировщиков и разведчиков.
Более подробные данные можно найти на сайте Century of Flight.
Урхо Сакари Лехтоваара – один из наиболее успешных пилотов, летавших на истребителях MS.406. Лехтоваара пришел в военную авиацию в 1939 году и в скором времени был зачислен в LeLv28, недавно освоившую французские “мораны”. Летая на самолётах с номерами MS-306 и MS-326 он сбил 15 советских самолётов, преимущественно истребителей. В этот список вошли сразу три МиГ-3 которые были записаны ему после воздушного боя 9-го сентября 1941 года. Всего в том бою было сбито семь советских самолётов, которые в других источниках определяются как И-16.
Остальные 29,5 сбитых самолётов были заявлены в период, когда Лехтоваара летал на Bf.109G. Таким образом, совершил более 400 боевых вылетов финский ас заработал 44,5 победы.
Ойва Эмиль Калерво Туоминен – gервая победа (а точнее говоря - половинка) на счет Туоминена была записана 25 декабря 1939 года, когда ему довелось поучаствовать в уничтожении ДБ-3. Далее, в ходе Зимней войны, финский ас сбил ещё 3,5 СБ, 3 И-16 и один И-15бис. Первые полторы победы он достиг управляя истребителем Fokker D.XXI, а другие 6,5 – на британском “Gladiator”.
После получения новой техники эскадрилья LeLv26 полностью перешла на итальянские истребители FIAT G.50. У себя на родине эти самолёты не добились больших успехов, зато в Финляндии им сопутствовала большая удача. Туоминен чаще всего летал на “фиате” с номером FA-26, хотя на своей первой машине (FA-3) 4-го июля 1941 года он сбил четыре бомбардировщика СБ.
Чаще всего жертвами финского аса становились советские истребители, хотя ряд побед в воздушных боях вызывает определенные сомнения. Так один из самых известных боёв произошел 29-го сентября 1942 года. Вылетев в составе группы “фиатов” на патрулирование Туоминен внезапно откололся от остальных и по возвращении заявил о сбитых им И-15бис и И-153. По свидетельству поста ВНОС истребитель Туоминена влетел в тучу вслед за И-153, после чего оттуда посыпались обломки и вскоре за “чайкой” оттуда вывалился И-15бис. Удалось установить место падения только одного сбитого истребителя. На основании этих данных было засчитано две победы.
Всего на “фиате” Туоминен записал себе 23 победы, В 1943 году он переучился на Bf.109G и был переведен в состав HLelv34. После боя 2-го июня 1943 года, когда “мессер” Туоминена (номер МТ-212) был выведен из строя, его перевели в ПВО, где за оставшиеся полгода ему удалось сбить только пять самолётов. Всего Туоминен одержал 44 победы сделав более 400 боевых вылетов. Как бы там ни было, но Туоминен оказался лучшим пилотом, управлявшим FIAT G.50, и заработал на нем наибольшее число побед.
Ристо Олли Петтер Пухакка – начинал карьеру в 1939 году летая на Fokker D.XXI (LeLv24). Во время Зимней войны заработал 4 победы. Затем Пухакка пересел в кабину FIAT G.50 (LeLv26, 13 побед), а его последним истребителем стал Messerschmitt Bf.109 (LeLv34, 25 побед). В общей сложности, совершилв 402 боевых вылета, пухакка записал себе 42 сбитых советских самолёта.
Был с биографии Пухакки и такой эпизод. Ранним 13-го августа 1941 года группа советских И-16 вышла на штурмовку финского аэродрома Вяртсила. Поднявшись в воздух с 15-минутной задержкой (у “фиата” с номером FA-1 возникли проблемы с двигателем) Пухакка обнаружил, что силы неравны и его атакуют сразу пять “ишаков”. Пользуясь преимуществом в скорости финскому пилоту удалось уклониться от нескольких атак. В процессе маневрирования Пухакка снизился с высоты 3000 метров до верхушек деревьев и преследовавший его И-16, не рассчитав скорость, врезался в лес. Этот рассказ изложен в статье Olli Puhakka and victory without a shot (на английском языке).
Олави Кауко Пуро – один из немногочисленных финских асов, одержавших победы на трофейном истребителе. Летая в составе LeLv30 и управляя И-153 младший лейтенант Пуро осенью 1942 года сбил два советских самолёта (И-153 и Пе-2). В неудачном бою в районе о.Пенинсаари 23 марта 1943 года, когда три финские “чайки” были атакованы советскими однотипными истребителями и одна из них совершила посадку на лёд, Пуро приземлился рядом и подобрал сбитого лётчика.
Спустя некоторое время состоялся перевод в LeLv24, где Пуро пересел в кабину “брюстера”. До июня 1943 года ему удалось сбить ещё 6 советских самолётов (Ла-5, Як-1 и четыре ЛаГГ-3), после чего эскадрилья приступила к переучиванию на немецкие истребители Bf-109G-2. Именно на “мессере” Пуро добился лучших результатов. По финским данным с июня по август 1944 года он сбил 26 самолётов, но при этом и сам он был сбит 28-го июня, попав ненадолго в госпиталь. Общий итог - 36 побед, большая часть которых пожтверждается советской стороной.
Нильс Эдвард Катаяйнен - боевые вылеты совершал с конца июня 1941 года находясь в составе 3/LeLv24. Первые боевые вылеты провел как ведомый Л.Нисиннена, при этом в одном из тренировочных полётов его “брюстер” едва не потерпел катастрофу из-за сломавшейся стойки шасси.
Свой первый самолёт, бомбардировщик СБ, Катаяйнен сбил 28-го июня, но и советский стрелок оказался не менее метким, продырявив мотор “брюстера”. Хотя победа советской стороны засчитана не была финский лётчик был вынужден покинуть место боя и вернуться на свой аэродром.
Самый крупный успех на долю Катаяйнена выпал 12-го августа 1941 года, о чем уже говорилось ранее. Из 9 сбитых “чаек” две записали на его счет, что довело общее количество сбитых самолётов до пяти. Вплоть до осени 1942 года Катаяйнен продолжал летать на “брюстере”, пока его не направили в LeLv6 для переучивания на трофейный СБ-2М-103. Непродолжительное время финскому асу довелось совершать разведывательные вылеты на бомбардировщике, пока в апреле 1943 года он не добился возврата в LeLv24. В течении весны он одержал ещё три победы, но 6-го июня 1943 года его В-239 получил попадание 20-мм авиационного снаряда, осколки которого ранили финского летчика в ногу, и самолёт едва удалось привести на свой аэродром.
После возвращения из госпиталя Катаяйнен вновь приступил к боевым вылетам и закончил полёты на “брюстере” с 17,5 победами, остальные 18 он одержал на “мессере” в течении июня-августа 1944 г. таким образом, на личный счет Катаяйнена было записано 35,5 сбитых самолётов в 196 боевых вылетах.
Лаури Вильгельм Ниссинен - поступив добровольцем в военную авиацию в 1936 году Л.В.Ниссиннен закончил школу истребителей и во время Зимней войны летал на Fokker D.XXI в составе LeLv24. За четыре месяца ему удалось сбить три СБ и один И-16, а также поучаствовать в уничтожении двух ДБ-3 (были записаны “половинка” и “треть” сбитого бомбардировщика).
Более результативно Ниссинен начал Продолжительную войну, уже 8-го июля 1941 года сбив сразу две “чайки”. К этому времени он пилотировал “брюстер” с номером BW-353. Всего на этом истребителе Ниссинен одержал ещё 22,5 побед, в числе которых были и три “урагана”, сбитых 6-го апреля 1942 года во время неудачного налёта советской авиации на аэродром Тииксярви.
Также Ниссинен сумел отличиться сбив немецкий разведчик Ju-188F (4N+NL) из 3.((F)/Aufkl.Gr.22, который 14-го апреля 1944 года, без предварительного оповещения, вторгся в финское воздушное пространство. Хотя финны были знакомы с новыми немецкими бомбардировщиками Ниссинен предпочел уничтожить предполагаемого противника, весь экипаж которого погиб.
Пересев весной 1944 года в кабину Bf.109G-2 финский ас ожидал более крупных успехов, однако его карьера завершилась слишком резко, если не сказать неожиданно. В ходе боя 17-го июня с группой Ил-2, которые под прикрытием Ла-5 на высоте 2000 м направлялись к финским позициям между Каукярви и Перкярви, финны получили сильный отпор от пилотов 159-го ИАП. Несмотря на рапорты о четырех сбитых штурмовиках и четырех “лавочкиных” собственные потери оказались не менее болезненными. Атакуя Ла-5 лейтенант У.Сарьямо (12,5 побед) сам стал мишенью и получил серию попаданий из 20-мм пушек – “мессер” потерял крыло и в неуправляемом полёте врезался в истребитель Ниссинена. Оба пилота погибли. К этому времени на счету финского аса было 32,5 победы.
Кюёсти Кейю Энсио Кархила - поступив на военную службу в 1938 году принять участие с Зимней войне Кархила не успел. После завершения обучения в ISK (лётная военная школа), состоялся перевод в группу курсантов, которые должны были отправиться в Великобританию для переучивание на “Hurricane” Mk.I. Однако 13-го марта 1940 года Финляндия подписала перемирие и поездку отменили. Вместе этого Кархилу перевели в TLeLv35, где ему предстояло пройти новый курс обучения на старом “Bulldog” Mk.IV.
Боевые вылеты Кархила совершал уже на американском истребителе Curtiss H-75A “Hawk”, уже находясь в офицерском звании в составе 1/LeLv32. На самолёте этого типа ему удалось добиться значительных успехов, хотя далеко не все сбитые им “чайки” и “миги” засчитала советская сторона. Несмотря на это, даже 13 официальных побед, одержанных Кархилой на “хоке” в 1941-1943 гг., выглядят достижением, по сравнению с успехами британских и американских пилотов. Его опередил только лейтенант Калеви Терво, имевший на своем счету 15,5 победы.
Далее, с весны 1944 года, лейтенант Кархила переучился на Bf.109G-2, и сначала был переведен в HLeLv34, а затем в HLeLv30. Неожиданный поворот судьбы случился с ним 28-го июня – после ранения капитана Х.Винда командование назначило командиром 3/HLeLvv34 Карихилу. Правда, совсем не непродолжительное время. Уже 21-го июля его снова перевели, но на этот раз в 2/HLeLv30, где он также стал командиром звена.
Всего лейтенант Кархила провел 304 воздушных боя и сбил 32 советских самолёта, из которых19 на Bf.109G-2 и Bf.109G-6.
Йорма Кархунен - воевать начал с декабря 1939 года в звании лейтенанта. Первые боевые вылеты Кархунен сделал на истребителе Fokker D.XXI с номером FR-112, а первый сбитый самолёт на его счет был записан уже 1-го декабря – им стал бомбардировщик СБ. В течении Зимней войны Кархунен сбил ещё несколько самолётов, включая 3 СБ, по “одной трети” СБ и ДБ-3, а также “половинку” Р-5. Этот дало возможность записать 4,5 полноценные победы.
После переучивания на “брюстер” счет LeLv24, как и самих финских асов, резко пошел на увеличение. Управляя истребителем с номером BW-366 Кархунен добился набольших успехов. Кроме старых “чаек”, “ишаков” и СБ (бывали бои, когда сбивалось по 2-3 самолёта), им сбивались Пе-2 и даже “спитфайры”, которые были записаны Кархунену в количестве двух штук. Всего на “брюстере” финский ас сбил 26,5 советских самолётов в 350 бовеых вылетах. Последним сбитым самолётов стал И-153, бой с которымх был проведен в районе Сейскари. Боевая карьера Кархуенена прервалась в мае 1943 года, когда его назначили командиром LeLv24.

 

При анализе боевых действий ВВС Финляндии в 1939-1940 гг. и 1941-1944 гг. наблюдается интересная закономерность. Пока воздушные бои велись над территорией Финляндии практически все победы финских пилотов находили подтверждение с советской стороны или наземными наблюдателями (как например в случае с боем Ойвы Туоминена 4-го июля, когда были сбиты четыре СБ, хотя пилот заявил только о трех), но как только финны перенесли боевые действия н территорию СССР победные реляции сыпались как из рога изобилия. В рапортах стали фигурировать целы “стада” советских самолётов, которые нещадно уничтожались, но затем появлялись вновь и так много-много раз. Зачастую проверить точное количество сбитых самолётов не удавалось, но это не сильно волновало командование ВВС Финляндии, привыкшего к безусловному превосходству своих лётчиков над большевиками. С этого момента формулировку “согласно финскими данным” нам предлагают считать аксиомой.

Тут хотелось бы отметить следующее. Подсчет побед советских пилотов тоже был, как говориться, отдельной песней. Как известно, вплоть до осени 1943 года самолёты упавшие за линией фронта на счет нашего летчика не записывались, хотя сам факт учитывался в сводках. Эта несправедливость имела под собой очень веское основание, поскольку в ВВС РККА культивировался коллективизм, а не личные победы. Кроме того, заявка советского лётчика на такую победу в обязательном порядке должна была подтвердиться наблюдателями с земли или обломками сбитого самолёта. К примеру, 17 июля 1941 года пилоты 7-го ИАК, защищавшего подступы к Ленинграду, доложили о 12 сбитых немецких и финских самолётах. Противник эти данные не подтвердил, а командование корпуса потребовало представить трофеи, чего в полной мере сделать не удалось. Поэтому далеко не всегда удавалось отделаться фразой типа: «Самолет упал над труднодоступной болотистой местностью». Финны и немцы в такой ситуации поступали более просто – если самолёт упал за линией фронта, то победа засчитывалась под “честное слово”. Это и понятно, ведь “эксперт” врать не будет.
В этом плане хотелось бы отметить другую книгу - "Асы и пропаганда. Дутые победы Люфтваффе", автором которой является Юрий Мухин. Данное издание посвящено, в целом, оценке действий немецких асов и реального числа их побед. На протяжении практически всей книги автор пытается убедить читателя в том, что большая часть немецких летчиков-"экспертов" была очень везучими трусливыми идиотами, которые смертельно боялись открытого маневренного боя и били "дубиной из засады". Мухин местами слишком уж сильно "брызжет слюной", но есть в его книге очень правильные и рациональные мысли, с которыми просто нельзя не согласиться. Вот одна из них:

 

"… Русские далеко не ангелы, они вполне способны жульничать по мелочам, но обязательно должен соблюдаться принцип «как все». Причем этот принцип свят. Мне не раз уже приходилось писать об этом свойстве коллектива с русским менталитетом. Так, к примеру, на каком-либо хозяйственном предприятии работники могут потихоньку что-то похищать, но это должно быть «по справедливости», т.е. все должны похищать понемногу. Если же кто-то хапнет больше, то на такого донесут, такого возненавидят, поскольку он не как все. Причем такой донос может принести вред и доносчику, и всем, но это не имеет значения — ненависть к человеку, не уважающему общество, превысит чувство осторожности. Поэтому гарантирую, что если бы в каком-то полку какой-либо летчик осмелился бы приписать себе не 1 – 2 («как все»), а десяток сбитых самолетов и получил за это орден, пусть и с благословения самого высокого начальства, то русские — это не немцы, они бы такое без последствий не оставили. Они такого летчика в ближайшем же бою бросили бы один на один с немецкими самолетами — выделился из коллектива, теперь и дерись один! "

 

Про скелеты в шкафу







Последнее изменение этой страницы: 2016-04-07; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 35.173.234.140 (0.012 с.)