ТОП 10:

Международно-правовой статус и режим Антарктики



Антарктика представляет собой обширный район, расположенный южнее 60-й параллели южной широты и включающий материк Антарк­тику и шельфовые ледники. Особый ее режим не затрагивает прав любого государства в отношении вод открытого моря в пределах этого района.

Особое положение этого района объясняется, в частности, тем, что в начале XX в. ряд государств (Австралия, Аргентина, Великобрита­ния, Новая Зеландия, Норвегия, Франция и Чили) провозгласили на тех или иных основаниях свой суверенитет над отдельными районами этой территории, что привело к конфликтам и вооруженным столкно­вениям между государствами. Советский Союз, в свою очередь, заявил о непризнании территориальных притязаний в Антарктике и о сохра­нении за ним всех прав, основанных на открытиях и исследованиях русских мореплавателей.

Бесперспективность продолжения такой ситуации и интенсивное развитие международного сотрудничества по исследованию и исполь­зованию Антарктики в общих интересах человечества потребовали ус­тановления особого правового статуса и режима ее территории. В 1959 г. была созвана Международная конференция по Антарктике, в которой приняли участие 12 государств (Аргентина, Австралия, Бель­гия, Чили, Франция, Япония, Новая Зеландия, Норвегия, Южно-Аф­риканский Союз, СССР, Великобритания и США) и которая вырабо­тала Договор об Антарктике. Ныне участниками этого договора явля­ются более 40 государств. На основе этого договора в дальнейшем были заключены другие договоры, регулирующие, в частности, использова­ние ресурсов Антарктики.

Договор 1959 г. исходит из двух основных положений: во-первых, он не признает суверенитета какого-либо государства на ту или иную часть территории Антарктики, хотя и не отвергает существующие тер­риториальные притязания (он как бы «заморозил» их); во-вторых, он исходит из убеждения международного сообщества государств в том, что Антарктика должна использоваться исключительно в мирных целях.

Соответственно установлена полная демилитаризация и нейтрали­зация Антарктики. Запрещаются, в частности, любые мероприятия военного характера, такие, как создание военных баз и укреплений, проведение военных маневров, а также испытания любых видов ору­жия. Запрещены также любые ядерные взрывы и захоронения в этом районе радиоактивных материалов.

Персонал станций и экспедиций, осуществляющих научную и иную исследовательскую деятельность в Антарктике, находится под юрисдикцией направившего их государства, в том числе и в случае обмена таким персоналом между станциями и экспедициями.

Глава XIII

НАСЕЛЕНИЕ СОГЛАСНО МЕЖДУНАРОДНОМУ ПРАВУ

Общие положения

Термин «население» употребляется в праве — национальном и международном — в различных его значениях. В международном праве под населением понимается совокупность физических лиц, индивидов, населяющих территорию государства в данный момент, т.е. прожива­ющих на его территории. В силу того что на территории государства распространяется его полный и исключительный суверенитет, насе­ляющие ее лица находятся под полной и исключительной юрисдик­цией (совокупностью властных правомочий) этого государства, которое устанавливает в своем национальном праве их соответствующий юридический статус и правовой режим.

Государство осуществляет в отношении своего населения три вида юрисдикции — законодательную, исполнительную (административ­ную) и судебную. В силу законодательной юрисдикции государство устанавливает юридический статус лиц, составляющих его население, относя их к категориям своих граждан (подданных для государств с монархическим строем правления), иностранцев или лиц без граждан­ства.

Таким образом, регулирование правового положения физических лиц, находящихся на территории государства и составляющих его население, входит в исключительную компетенцию данного государства.

Международное право, как право в своей основе межгосударствен­ное, непосредственно не может регулировать внутригосударственные взаимоотношения, например вопросы, касающиеся юридического ста­туса лиц, составляющих население государств.

Однако полностью отвлекаться от этого международное право также не может. Его роль в данном случае выражается, в частности, в том, что государства, во-первых, в силу обычноправовых норм между­народного права взаимно признают исключительную юрисдикцию го­сударств в регулировании правового статуса лиц, составляющих их население; во-вторых, они взаимно согласились признавать право оте­чественного государства в установленных случаях оказывать содейст­вие своим гражданам, находящимся на иностранной территории, в осу­ществлении их прав, предусмотренных для иностранцев; в-третьих, обычно на взаимных договорных началах государства регулируют во­просы, касающиеся коллизии их внутригосударственных норм об определении статуса лиц, относящихся к категории их граждан (в част­ности, заключая соглашения об исключении двойного гражданства); в-четвертых, регулируют на уровне норм общего международного права правовое положение лиц, входящих в состав их зарубежных ор­ганов внешних сношений (см. гл. XV).

Иными словами, существуют международные обязательства госу­дарств, касающиеся их населения, подлежащие осуществлению в их национальном порядке или национальном правопорядке. В последнем случае требуется их отражение в нормах национального права госу­дарств. Такое отражение обозначается обычно термином «трансформа­ция».

Трансформация международных обязательств государств, касаю­щихся юридического статуса и правового режима лиц, составляющих их население, необходима потому, что они являются обязательствами во взаимоотношениях между государствами. И для того чтобы такие обязательства стали соответственно правами и обязанностями находя­щихся на их территории лиц, они должны найти адекватное отражение в положениях их внутригосударственного права. Трансформация оз­начает, таким образом, совокупность мер государства, направленных на претворение в своем национальном правопорядке соответствующих международных обязательств этого государства.

Речь в данном случае идет о международном обязательстве пове­дения или средства — принять соответствующий внутригосударствен­ный правовой (трансформационный) акт, в отличие от обязательства результата, достигаемого свободно избранным государством средст­вом, иным, чем принятие вышеуказанного акта (см. гл. IX).

Поэтому, например, Международные пакты об экономических, со­циальных и культурных правах и о гражданских и политических пра­вах предусматривают, что государства-участники обязуются принять такие законодательные или другие меры, которые могут оказаться не­обходимыми для осуществления прав находящихся на их территории индивидов, признаваемых в этих пактах.

Проблемы гражданства

Существует много определений термина «гражданство» или ана­логичных ему терминов. Однако представляется, что все предложен­ные в отечественной литературе определения недостаточно удовлетво­рительны.

Приведем определение, данное в «Курсе международного права»:

«Гражданство — это устойчивая правовая связь физического лица с государством, выражающаяся в совокупности их взаимных прав и обязанностей и означающая подчинение данного лица суверенной власти соответствующего государства независимо от своего местона­хождения... Гражданство — это юридическая принадлежность того или иного лица к государственно организованному обществу. Гражданст­во — устойчивая правовая связь, поскольку даже в случае длительного пребывания гражданина за границей она не прерывается». *

* Курс международного права: В 7 т. М., 1990. Т. 3. С. 69.

 

Однако вызывает сомнение, что гражданин, независимо от своего местонахождения, подчинен суверенной власти государства своей граж­данской принадлежности, ибо, находясь в качестве иностранца на терри­тории другого государства, он, безусловно, подчинен юрисдикции пос­леднего. Кроме того, к государственно организованному обществу при­надлежат не только граждане данного государства, но и иные лица — иностранцы и лица без гражданства (апатриды), которые в данный мо­мент проживают на его территории, составляя его население. Речь, сле­довательно, идет о неточностях рассматриваемого определения.

Представляется, что более точное определение может быть таким: «гражданство» (подданство) — термин, означающий юридическую принадлежность к организованному в данное государство обществу индивида, наделенного определенными правомочиями по управлению делами этого общества.

Предложенная формула требует пояснений.

В современных условиях любое государство, независимо от формы правления, так или иначе провозглашает, что его власть исходит от населяющего государство народа и что управление делами государства осуществляется с согласия лиц, имеющих юридический статус его граждан (подданных).

Такое согласие выражается чаще всего путем участия граждан в выборах различных органов власти государства, независимо от того, например, что к участию в голосовании допускаются лишь граждане мужского пола или, наоборот, что к участию в голосовании допускают­ся также некоторые категории лиц, помимо граждан, постоянно про­живающие на территории данного государства, и т.п. Согласие может считаться даваемым молчаливо, если нет протеста со стороны граждан (подданных) в отношении деятельности того или иного органа госу­дарственной власти.

Именно та или иная степень участия индивида в управлении дела­ми организованного в государство общества составляет в современных условиях суть юридического статуса индивида как гражданина (под­данного) данного государства.

Естественно, что установление такого статуса — дело исключитель­ной компетенции данного государства. Однако это порождает в неко­торых случаях коллизию норм о гражданстве различных государств, которая может разрешаться только на уровне международного права, путем соответствующего соглашения между заинтересованными госу­дарствами.

Вопрос о том, каким образом такая коллизия возникает, будет рас­смотрен ниже. Но здесь следует отметить, что прежде всего это касается ситуации двойного гражданства в силу законодательства о гражданстве государств, каждое из которых признает данного индивида своим граж­данином.

В принципе оба таких государства обычно не признают принадлеж­ность данного индивида гражданству другого государства. Однако это лишь усложняет положение соответствующего индивида, поскольку, находясь в пределах юрисдикции одного государства, он может быть привлечен к ответственности за некоторые деяния, которые он совер­шил в пределах территории другого государства в качестве его граж­данина.

Поэтому заинтересованные государства заключают иногда согла­шения о ситуации двойного гражданства, чтобы минимизировать пос­ледствия такой ситуации для индивида или вообще ее исключить.

В связи с ситуацией двойного гражданства следует, видимо, обра­тить внимание на положение, существовавшее ранее в Советском Союзе и ныне продолжающее существовать в Российской Федерации. Речь идет об употреблении термина «национальность» наряду с тер­мином «гражданство (подданство)» или вместо него в качестве совер­шенно равнозначных.

В законодательстве подавляющего большинства государств «наци­ональность» — nationality (по-английски), nationalitе (по-француз­ски) — это то же, что гражданство или подданство. В СССР же и ныне в России — это этническая принадлежность индивида. Для чего нужна такая категория в условиях национальной (этнической), расовой, ре­лигиозной и иной недискриминации граждан и индивидов вообще в соответствии с требованием современного международного права, объ­яснить невозможно.

В СССР было установлено также двойное, или одновременное, гражданство соответствующих лиц — статус гражданина СССР и одно­временно статус гражданина союзной республики, на территории ко­торой он постоянно проживал. При переезде в другую союзную республику на постоянное местожительство соответственно изменялось и республиканское гражданство.

Поскольку гражданство — это юридическая принадлежность инди­вида к организованному в данное государство обществу, а союзные республики СССР по своему существу государствами не являлись, то категория «гражданин союзной республики» являлась совершенно ис­кусственной, юридически бессмысленной. Практически имелось в виду главным образом регулирование вопросов об условиях голосова­ния при выборах органов власти союзной республики и обеспечении иных политических прав граждан СССР. Однако для этого достаточно было бы различать граждан СССР, постоянно проживающих на терри­тории данной союзной республики и находящихся на ней временно.

Похоже, что негативный, как представляется, опыт СССР в выше­указанном смысле не учитывается Россией, в частности Конституцией Российской Федерации. Так, ее ст. 26 гласит: «Каждый вправе опреде­лять и указывать свою национальную принадлежность», т.е. делать это, независимо от этнической принадлежности своих родителей, и далее: «никто не может быть принужден к определению и указанию своей национальной принадлежности», исходя из того, видимо, что вдруг кому-то захочется к этому принуждать.

В свою очередь, ст. 62 Конституции РФ устанавливает, что «граж­данин Российской Федерации может иметь гражданство иностранного государства (двойное гражданство) в соответствии с федеральным за­коном или международным договором Российской Федерации». Од­нако наличие у гражданина РФ гражданства иностранного государства не освобождает его «от обязанностей, вытекающих из российского гражданства, если иное не предусмотрено федеральным законом или международным договором Российской Федерации».

Иными словами, вместо обычной международной практики заклю­чения договоров о предотвращении негативных последствий для ин­дивида в случае наличия у него помимо его воли двойного гражданства Россия собирается заключать договоры об обратном.

Вернемся, однако, к вопросу о том, каким образом возникают кол­лизии национальных законов о гражданстве и как они регулируются с помощью международного права.

Согласно национальному праву государств, гражданство приобре­тается в основном двумя способами: в силу рождения и в силу натура­лизации (приема в гражданство).

В первом случае в основе законодательства лежит либо принцип права крови (jus sanginus) — новорожденный приобретает гражданство родителей независимо от места рождения, либо принцип права почвы (jus soli), когда приобретается гражданство того государства, на терри­тории которого лицо родилось, независимо от гражданства родителей. Будучи основой законодательства, в чистом виде эти принципы не применяются, а так или иначе сочетаются.

Тем не менее такое принципиальное расхождение законодательст­ва государств о гражданстве, на территории одного из которых лицо родилось, может порождать либо ситуацию безгражданства, либо си­туацию двойного гражданства.

Натурализация — прием в гражданство данного государства по просьбе заинтересованного в том лица — также может породить ситуа­цию двойного гражданства, если такая просьба удовлетворяется в от­ношении лица, признаваемого гражданином другого государства.

Таковы основные условия возникновения ситуации безгражданст­ва или двойного гражданства в силу коллизии законов о гражданстве. Возможны и другие ситуации, порождающие безгражданство или двойное гражданство.

Ситуации безгражданства или двойного гражданства аномальны и ущербны не только применительно к соответствующим лицам, но и потому, что могут порождать и действительно порождают конфликты между государствами.

На уровне общего международного права их невозможно разре­шить, хотя в отдельных случаях некоторые меры к тому предпринима­ются. Так, согласно нормам международного права о внешних сноше­ниях государств (см. гл. XV), кодифицированным ныне в ряде универ­сальных конвенций, дети дипломатических агентов и других соответ­ствующих им лиц, родившиеся на территории государства их пребы­вания, не приобретают гражданства в силу исключительно законода­тельства этого государства.

Поэтому основной способ смягчения или недопущения ситуаций безгражданства или двойного гражданства — заключение договоров о гражданстве между заинтересованными государствами, что и делается на практике.







Последнее изменение этой страницы: 2016-12-27; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.219.167.194 (0.008 с.)