ТОП 10:

Замещение отсутствующих звуков



Что касается передачи ребенком звуков родного языка, еще не усвоенных им, то, прежде всего, общей чертой, последовательно отмечаемой у всех детей, является их замещение известными звуками из числа тех, которые имеются в говоре данного ребенка; следовательно, эти звуки, как единицы речи, воспроизводятся ребенком, хотя и в отличном от образца виде. Как общее правило, для пропуска звука необходимы особые фонетические условия. Нам не пришлось наблюдать такого не усвоенного ребенком звука, который опускался бы им во всех положениях. Правда, эти особые условия довольно часто имеют место. Главнейшие из них были рассмотрены выше.

Перейдем теперь к выяснению принципов, которыми определяется замещение отсутствующих звуков другими, существующими в распоряжении ребенка.

Замещения проводятся в общем последовательно и единообразно (об одном отступлении от этого единообразия будет упомянуто ниже). Чаще всего на месте отсутствующего звука языка взрослых является звук, имеющий с ним из всех употребляемых ребенком звуков наибольшее число тождественных артикуляционных работ и в отличающихся работах более всех к нему приближающийся. Так у Жени Г. отсутствующие твердые разновидности согласных субституировались имеющимися мягкими (н'-н, т'-т, л'-л, с'-с, ц'-ц, например: нога (много), там (там), д'ом (дом), тс'а (коса), с'онц'ик (солнце); мягкая свистящая аффриката ц замещает передненёбную аффрикату ч мац'ик (мальчик); с, как единственный переднеязычный фрикативный, субституирует все переднеязычные фрикативные – с, з, ш, ж, ш'ш', ж'ж например: с'уп, с'он'т', тус'и, с'ен'а (Женя), дос'ик, ис'и (ищи); звонкий взрывный губной б субституирует губно-зубной фрикативный в: бад'а, д'ебъц'ка (девочка).

Этот же принцип широко проводится в субституциях у детей, описанных А.Александровым и В.Благовещенским. Так, у первого ребенка сюда относится замена твердых н, д, т, л, с соответствующими мягкими. Как указывалось, у него в начальный период из язычных и задненебных существовали только н', д', т', поэтому глухой смычной т' субституирует глухие язычные и задненёбные с, ш, ц, ч, к, например: т'ат'а (Саша), ут'и (уши), епт'а (хлебца), йут'и (руки), а звонкий д' субституирует звонкие з, ж, р: ад'ай (козёл), д'ип (жив), т'ад'апт'и (коробки). Непоследовательной является замена звонкого г посредством глухого т' но это могло зависеть от того, что звук д' появился несколько позже , чем т', или же от наличия колебания в произношении (о чем ниже); смычные губные б, п субституируют губно-зубные фрикативные в, ф: бат'и (волосы), д'ип (жив).

У второго ребенка также отмечается субституция твердых посредством мягких; глухой т' субституирует глухие ц, ч', с, ш, ш'ш'; т'ап (цепь), т'ау (чаю), т'ата (Саша), ат'и (уши); взрывные б, п субституируют в, ф: бас' (воз), йцп (жив).

Как видно, в приведенных случаях большое значение имеет место образования звуков. Здесь субститут – одного или ближайшего места образования с замещаемым звуком, но другого способа образования; обычно – смычный появляется на месте фрикативного.

В более редких случаях при замещениях имеет значение способ образования; сюда, несомненно, относятся у Жени Г. субституции в через л: дала (дрова), кал'ац' (кровать), или, правда, редкая замена язычного р губным р: брыс' (здесь – губное р).

В обследовании А.Александрова сюда относится субституция задненёбного фрикативного х посредством билабиального фрикативного глухого ф: фат'ит (хочет) и у В. Благовещенского – посредством губно-зубного ф: пл'аф (плох).

По-видимому, сюда же относится субституция р, л посредством и; йука, дай (дал), или р, й посредством л: л'иба, мал'а (моя), очень часто отмечаемая у разных детей. Объединение в одной группе звуков й, р, л подтверждается их судьбой в группах согласных.

Из приведенного обзора субституций видно, что обычно известный звук последовательно субституируется одним и тем же звуком; но изредка в начальный период у некоторых отсутствующих звуков наряду с главной субституцией имеется второстепенная посредством звуков, артикуляционно менее близких к замещаемому, чем обычный субститут, но такие двойники употребляются редко и рано исчезают, например, у Жени Г. ч иногда замещается через т' (т'ан'т'ин'к – чайник) и д' (д'ис'и – часы) при обычном замещении посредством ц; также на месте существующего т' иногда бывает ц' (д'ац' – дать).

Итак, система субституций базируется, главным образом, на артикуляционном родстве звуков, в первую очередь на группировке их но месту образования, реже по способу образования.

Крупной особенностью передачи ребенком звуков в начальный Период является неустойчивость артикуляции в произношении звуков; она простирается до того, что даже в одном слове, произнесенном несколько раз подряд, на месте одного звука чередуется несколько звуковых вариантов; сюда относятся: 1) чередование звонкого и глухого: банка – банга; 2) смычного и фрикативного: п'ит' – п'ис'; 3) смычного и аффриката: мат'ик'и – мац'ик'и (мальчики); 4) аффриката и фрикативного: соц'ка – сос'ка (щечка).

Объяснение этого явленья надо видеть в несогласованности артикуляционных работ, из которых слагается звук; так при правильном воспроизведении остальных работ: 1) может отсутствовать работа голосовых связок (глухой вместо звонкого) или она присоединяется, где не следует (звонкий вместо глухого); 2) может один способ образования сужения заменяться другим (чередование смычного, аффриката и фрикативного). Во всех указанных случаях чередующиеся звуки оказываются одного места образования, что говорит о том, что локализация звука является первичным элементом.

Этой несогласованностью артикуляционных работ следует объяснить, с одной стороны, редкие и непоследовательные случаи появления звонких вместо глухих и наоборот, или смычных вместо фрикативных и наоборот; с другой – появления второстепенных субституций звука наряду с основной, так как второстепенная субституция отличается от главной способом образования (фрикативный вместо смычного: с' вместо т'; взрывные вместо аффриката: т’, д' вместо ц).

В то же время это свидетельствует о том, что в данный ранний период у ребенка еще отсутствуют строго разграниченные фонемы, он еще оперирует своего рода диффузными звуками, характеризующийся неустойчивостью отдельных компонентов. Эти колебания, как уже указывалось, охватывают способ образования и участие голосовых связок. Такое положение, по нашим наблюдениям, продолжалось приблизительно до 2,1.

Характерной чертой раннего произношения, свидетельствующей о том, что детям далеко не сразу удается найти нужную артикуляцию, является употребление ими звуков, отсутствующих в языке взрослых.

В одних случаях это совсем особые звуки. Таково, например, у Жени Г.

губное р (обозначим его латинским заглавным R), образуемое попеременным смыканием и размыканием губ: бRыс'ка, бRуа (просьба гулять),

билабиальные ф, в у ребенка (обозначаются посредством F , W): йиF (жив), Wайс'и (волосы),

задненёбное н (обозначим его заглавным латинским N), отмеченное у ряда детей в положении перед задненёбным: баNка, мас'иNка (машинка), кан'т'иNка (картинка). В других случаях произносимые ребенком звуки не совсем точно производят соответствующие им звуки взрослых. Так, вместо мягких согласных произносятся полумягкие разных оттенков; зубные взрывные оказываются более задними, чем в русском языке, с произносится шепеляво; на месте узких гласных и и у встречаются звуки, средние между и и е, между у и о (п 'иец 'ка – спичка, гоус' – гусь).

Неясность и неотчетливость раннего произношения отмечается Сикорским: «Неустойчивость и неясность выражается в том, что гласные о и у так мало дифференцированы в известных словах, что трудно сказать, который из них говорит ребенок. То же должно сказать об е и и. Согласные также отличаются неопределенностью и неотчетливостью, например, детское ч и ц звучит то ближе к т, то ближе к ц в слове хочет; с часто есть среднее между ш и с подобно английскому шепелеватому th» [См.: Державин 1935: 81].

Такая неразграниченность звуков, относящихся к разным фонемам, также свидетельствует о том, что фонемы еще не усвоены ребенком.

Появление новых звуков

Как видно из сделанного обзора начального периода детской фонетики, звуковой состав ее обладает известной устойчивостью, почему и представляется возможным рассматривать его в целом, дать обзор имеющихся в этот период у отдельных детей звуков, но эта устойчивость фактически нарушается в различных частях, благодаря происходящим переменам.

Главным источником, вносящим эти перемены, служит появление в говоре ребенка новых звуков родного языка. Для уяснения того, как ребенок усваивает новые звуки, надо рассмотреть отдельно следующие вопросы: 1) как вырабатываются нужные для них артикуляции, 2) как происходит распространение вновь появляющихся звуков в словах детского языка, 3) какова последовательность и группировка в появлении новых звуков.

Как общее правило, уклады органов речи и артикуляционная работа, необходимая для нового звука, не появляются (фазу в сложившемся виде, а вначале наблюдается выработка ее; это выражается в появлении ряда звуковых вариантов, лишь приближающихся к усваиваемому звуку.

Особенно заметна группа таких звуковых вариантов, которые представляют переходный звук между субститутом и новым звуком. Так у Жени Г. при усвоении твердых т, д, н, с, л, которые субституировались до того соответствующими мягкими, появлялись полумягкие звуки. При усвоении шипящих ш, эй, которые субституировались зубными с, з, появлялись звуки, средние между ними, например, ш, склонное к с.

Особняком от этого стоят колебания при усвоении в, которое ко времени его появления имело субституты в виде б, л, и. Попытка произносить в приводила к тому, что рядом с этими субститутами появлялись различные оттенки: у слоговое,;; неслоговое, билабиальное в и губно-зубное в; все эти звуки появлялись иногда поочередно в одном слове и имели еще промежуточные варианты.

Так 1,10,8 отмечено: «Когда Жене было предложено сказать «Вера», он с явным усилием и колебаниями произносил с неслоговым у: уела, но несколько раз произнес и в'ел'а; были варианты с билабиальным в. Спустя некоторое время, он уже говорил: л'е'л'а».

Также далеко не сразу далась выработка рокота при звуке р, р'. Вначале он не удавался и первой стадией его усвоения было появление картавых переднеязычных вариантов, особенностью которых является не вполне удающийся характерный для р рокот. Так 2,0,18 отмечено: «Произнес “сыры”. Впервые встретилось р. Произносилось оно с явным усилием, дрожание с трудом удавалось и было очень коротко; но некоторые случаи были совсем удачны. После, на вопрос, каковы дрова, он сначала произнёс сш'ии, но потом опять с картавым р».

Самый факт колебаний при выработке артикуляций говорит за отсутствие наследственного предрасположения в этой области.

При усвоении других звуков рядом с переходными звуками вскоре или сразу появлялся и новый звук. Обычно переходные звуки исчезали и новый звук произносился вполне чисто, т. е. выработка его артикуляции заканчивалась раньше, чем этот усваиваемый звук оказывался во всех словах в соответствии с таким же звуком у взрослых.

По вопросу об условиях, при которых появляется новый звук, следует отметить такие детали: иногда новый звук появляется при невнимании к выговору, а при старательном произношении появляется старый субститут. Так у Жени Г. отмечено: «Произнес волк с твердым л (которого у него еще не было, изредка было полумягкое л), но когда он стал повторять с явным старанием, то уже значительно отступил от этого произношения – именно появлялось: вот, йот. Первый же вариант сказался как бы сам собой, без всякого напряжения с его стороны» 1,10,20.

Подобное же наблюдение о Коле Шилове сделала его мать: «Как-то недавно в разговоре малыша я совершенно ясно слышала, как он произнес твердо букву р.

Попросили повторить, опять по-прежнему вышло л» [Рыбникова-Шилова 1923: 130]. С другой стороны, отмечается подчеркнутое произношение нового звука, принимающее характер упражнения. Так, об Ирине Виноградовой замечено: «Начинает стараться выговаривать звук» [Словарь ... 1926: 58], 4,8,28; о Борисе Виноградове: «Упражняться в словах с р стало его удовольствием» [Там же: 65], 3,5,4; о Боре Соколове: «Когда звук р произносится в словах, то сильней и продолжительней других и как бы с придыханием перед ним» [Соколов 1918: 30], 2,4,4.

Наличие намеренных усилий и упражнений, а также гордости достигнутыми результатами в усвоении звуков отмечает ряд наблюдателей (об этом ниже).

Как же распространяется вновь появившийся у ребенка звук в употребляемых им словах? Это распространение при усвоение разных звуков характеризуется одними и теми же чертами. Обычно вначале новый звук встречается не часто – в небольшой части слов с этим звуком, употребляемых ребенком, в остальных словах по-прежнему его замещает субститут. Потом количество слов с новым звуком все увеличивается, пока, наконец, субститут не вытесняется вовсе; этим и заканчивается усвоение звука. Срок от первых случаев появления нового звука до полного вытеснения им субститута можно назвать периодом усвоения звука. Период усвоения характеризуется смешением субститута и усваиваемого звука, что выражается в том, что они поочередно появляются при одних и тех же фонетических условиях, например, в одном слове на месте нового звука; так, при усвоении шипящего ш отмечается то ш, то с (прежний субститут): нап'ишы, рядом – нап'исы\ ф школу н'и пайд'ош, рядом – ф сколу н'и пайд'ос и т. д.

Случаи такого колеблющегося произношения отмечены в большом числе при усвоении всех звуков.

Кроме того, важно отметить, что смешение распространяется и на область употребления звука, служившего субститутом вновь появившегося, именно новый звук иногда произносится и там, где в языке взрослых произносится его прежний субститут, например, при усвоении шипящих на месте с произносится ш, хотя раньше в этих словах у ребёнка было с:

шуда (сюда), шыръс 'т' (сырость).

Хотя случаи такого рода единичны, но они последовательно отмечались при усвоении всех звуков, например, с'идац' (сидят) при усвоении твердого д, которое замещалось раньше посредством д'; палто, лапу (шляпу) при усвоении твердого л (его субститут л'); ср'ид'им (съедим) при усвоении мягкого/?' которое недолго субституировалось посредством я.

Такое же неуместное появление усваиваемого звука отмечается в дневниках и у других детей, Боря Виноградов «звук/? стал произносить и там, где не надо» [Словарь ... 1926: 65 ], 3,15,19; Ирина Виноградова «нередко ставит/? там, где нужно л» [Там же: 58], 4,8,29; Боря Соколов, когда стал произносить шипящие, «даже начал пересаливать, заменяя иногда з и с звуками жиш» [Соколов 1918:33], 2,7,21.

Об этом же сообщает Сикорский, который замечает, что «в своих преобразованиях ребенок сплошь и рядом заходит за надлежащие пределы, внося новые формы и там, где следует, и невпопад; так, например, выучившись произносить звуки ш и р, он не только преобразовывает свое прежнее – голяцая каса в горячая каша» но в то же время начинает нередко говорить – шад, рампа, вместо правильного выговора сад, лампа, который он уже давно практиковал» [См.: Державин 1935: 86-87].

Такие случаи вторжения вновь усваиваемого звука на место уже существовавшего раньше у ребенка звука-субститута свидетельствуют о том, что четкое различение этих звуков на этой стадии еще не достигнуто (ведь и субститут в отдельных случаях продолжает еще употребляться на месте нового звука), и они остаются еще не разграниченными в употреблении ребенка (сум вместо шум, шама вместо сама). Поэтому их обособление в качестве самостоятельных фонем можно признать только после того, как подобное смешение прекращается.

Старый звуковой вид, т. е. субститут, дольше сохраняют слова, ранее усвоенные и часто употребляемые ребенком, например, после усвоения твердого д мягкое д' единично встречалось в слове д'ай; а это было первое слово в словаре Жени Г. и употреблялось оно необыкновенно часто. То же отмечается у Левы Гаврилова: «Новые слова часто выговаривает правильно, прежние же не пытается переделывать: Витя – Витя, а дядя Витя по старому Дыба – Диба» (1, 9, 4) [Гаврилова, Стахорская 1916: 47]. Коля Шилов много слов произносит неправильно, «так, как он давно их произносил и к которым как будто привык», когда мать указала ему на ошибку «он стал тотчас же поправляться» (2,8,22) [Рыбникова-Шилова 1923:123].

Это сохранение раннего произношения у часто употребляемых слов объясняется, по всей вероятности, прочностью моторных навыков. Ведь хорошо известно, как трудно в более позднем возрасте переделать свое привычное произношение.

Длина периода усвоения у разных звуков колеблется; у Жени Г. отмечены такие сроки (правда, они до известной степени приблизительны):

т – 20 дней, л– 1 месяц и 1 день; н– 1 месяц и 8 дней; в – 2 месяца и 24 дня; л – 2 месяца и 1 день; с – 1 месяц и 22 дня; з – 1 месяц и 24 дня;;? – 2 месяца и 11 дней; ш – 1 месяц и 18 дней; ж – 2 месяца и 7 дней; ш'ш'– 15 дней; ж'ж'– 19 дней; ч'– 2 месяца и 4 дня.

По-видимому, уменьшение периода усвоения имеет место, когда число слов с усваиваемым звуком невелико (ш'ш', ж'ж') и когда субституция звука существовала недолго (н, д, т).

Новые звуки обычно появлялись группами. Это происходило тогда, когда несколько звуков характеризовалось наличием одной артикуляционной работы (кинемы), раньше отсутствовавшей у ребенка, тогда как все другие работы, необходимые для их произношения, уже были в его распоряжении. Поэтому появление такой группы звуков представляло собой усвоение отдельной работы, являющейся для звуков этой группы недостающим слагаемым. Эта последовательность появления групп звуков такова (цифры около звуков показывают время первого появления звука и время его усвоения):

1) Твердые смычные зубные: т – 1, 9, 9 – 1, 10, 19; д – 1,9, 14 –

1, 10, 15; т – 1, 9, 17 – 1, 10, 7; они замещались мягкими н', д', т'; недостающей работой было смыкание у десен верхних зубов посредством кончика языка; до того смыкание производилось кончиком и передней спинкой языка вместе (при мягких), так что здесь имела место дифференциация работы языка.

2) Твердые фрикативные зубные: с – 1, 11, 3 – 2, 0,25; л – 1, 10, 20 – 2, 1, 7; они замещались мягкими с', л'; недостающая работа – дифференциация фрикации (без подъема передней спинки языка).

3) Зубной дрожащий: р – твердый – 2,0,18 – 2, 2, 2, и мягкий – 2, 0, 28 – 2, 3, 9; они замещались лил' (частью и ; недостающая работа – вибрирующее смыкание посредством кончика языка. 1 Следует отметить что глухой ф также встречается в речи ребенка, правда, редко: фампа (лампа), 1,9,21, фука 1,9,21.

4) Узкий нелабилизованный средний (или задне-средний): ы – 1, 11, 10 – 2, 2, 16; он замещался посредством переднего «; недостающая работа – узкое сужение спинкой языка, не сопровождаемое лабиализацией.

5) Передненёбные фрикативные и аффрикат: ч – 2, 5, 18 – 2, 7, 25; ц –2,6, 8–2, 7, 25; ас'лс'–2, 6,29–2,7,18; ш'ш' – 2, 6–2, 7,7; ч'–2, 6,22 – 2,8,27.

Прямых подтверждений, что усвоение новых звуков происходит такими группами, в литературе не имеется, так как нет работ, где бы приводились точные данные о хронологии усвоения звуков родного языка ребенком. Но по некоторым данным дневников, правда, не отличающимся точностью, можно предполагать, что это так. Вот одно относящееся сюда замечание: «Боря осилил последние звуки, которые у него не выходили, а именно ж, ш и ч' (2, 6, 21) [Соколов 1918: 33].

Но встречались случаи, когда звук отсутствовал при наличии всех работ, из которых он слагается, тогда усвоение его состояло в выработке известного комплекса работ. Это нередко отмечается для одной категории жуков: появление звонких опаздывает до сравнению с парными глухими; это свидетельствует о том, что более сложный комплекс работ, имеющийся у звонких, требует особого усвоения. Сюда относятся: 1) усвоение губно-зубного в – /, 10, 8 – 2, 1,2; он замещался посредством б, л', и1; 2) усвоение звонкого зубного з твердого – 2, 1, 10 – 2, 2,4; з' мягкого – 2, 0, 10 – 2, 2,4; они замещались глухими с и с'. То же отмечалось у ребенка, наблюдаемого А. Александровым, по отношению к звонким д и г, которые замещались глухими т и к.

Смена субститутов

Рассмотрев, как происходит усвоение новых звуков, вернемся к судьбе субституций. Как указывалось, отсутствующие в произношении ребенка звуки замещаются наиболее близкими к ним звуками из имеющихся в говоре ребенка. Под влиянием появления у него новых звуков эти замещения подвергаются изменениям. Именно, если среди вновь усвоенных звуков имеется такой, который является более близким артикуляционно к замещаемому звуку, чем его субститут, то он становится его субститутом, например, ш замещается мягким с', когда же появляется твердое с, то оно становится субститутом ш.

Вследствие этого у поздно усваиваемых звуков оказывается целый ряд последовательно сменяющихся субституций, например, у Жени Г. отмечалась такая смена, л', л=р; с', с=ш; с', з'–ж'ж'; с', с, , например: лис'ат, л 'изат (лежат). На такую же смену субституций указывает А. Александров: б, билабиальное в=в; п> билабиальное ф-ф; т', с'=с; т*, с'=ш; д, и=ж, например: д'ип, йиф(жив);й, л'=л. То же встречается у ребенка, описанного В. Благовещенским: я', с=с; т', с'=ш, например: т'ат'а, с'ас'а (Саша); д', г (фрикативное), з=ж, например: мад'ик, маг'и, музык (мужик) и т. д.

Приведенные факты смены субституций одного звука, причем каждый новый субститут является артикуляционно все более близким к замещаемому звуку, показывают, что именно овладение новой артикуляционной работой (кинемой) дает возможность продвигаться ребенку в области усвоения звуков. Это же обнаруживает, что звук представляет собой сложный комплекс таких кинем, которые легко разъединяются и слагаются в новые единства, так что из их комбинации может получиться отсутствующий в усваиваемом русском языке звук, например, мягкое ц. Выработка той или иной кинемы открывает возможность к усвоению всех звуков, которые не могли быть произнесены ребенком из-за ее отсутствия.

В полном соответствии с тем, что отмечалось об употреблении субститута при появлении вновь усваиваемого звука, старый субститут в рано усвоенных и часто употребляемых ребенком словах удерживается дольше, не сразу уступает место новому субституту. Например, у Жени Г. ж субституируется посредством раннего с в слове лълое'н (положи) 2, 4, 25, когда уже давно его субститутом является твердое з.

Появление нового звука в качестве субститута недостающих звуков последовательно опаздывает по сравнению с его употреблением в соответствии с тождественным ему звуком языка взрослых, например, с появляется раньше в словах типа сам, чем в словах типа суба (шуба).

Так у Жени Г. отмечены такие различия: л появился 1, 10, 2; л на месте р – 2, 0,1 (да и употреблялся очень редко); с – 1, 11, 3; с на месте ш – 1,11, 19; с на месте ж – 2, 2, 3. Это показывает, что звук в качестве субститута усваивается более сложным путем: для него нет непосредственного образца, как для тождественного звука, и его использование в качестве субстатута необходимо требует разложение жука на кинемы; последнее показывает, что замена известной кинемы в прежней субституции вновь усваиваемой кинемой приближает произношение еще недоступного в целом звука к его норме у взрослых. Конечно, это разложение на кинемы не следует понимать как сознательно осуществляемый ребенком анализ







Последнее изменение этой страницы: 2016-12-14; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.80.4.76 (0.011 с.)