Коллективизация сельского хозяйства:причины, методы. Социально- экономические последствия.



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Коллективизация сельского хозяйства:причины, методы. Социально- экономические последствия.



 
Радикальное влияние на развитие советской экономики в период первой пятилетки и вообще в 30-е годы оказал процесс принудительной коллективизации сельского хозяйства. В первую очередь необходимо рассмотреть причины отказа большевиков от реализации первоначального варианта проведения коллективизации сельского хозяйства, заложенного в плановую модель первой пятилетки. Можно напомнить основные аспекты данного варианта: доля коллективных хозяйств планировалась на уровне 20%, но предполагалась их высокая товарная эффективность; ориентация на мотивированные нэповскими методами крестьянские хозяйства, совхозную экономику и кооперативный сектор («кооперативная коллективизация»); подготовка юридических, финансовых, организационных и технических условий для постепенной коллективистской перестройки крестьянских хозяйств на добровольных принципах. Непосредственной причиной для изменения большевиками первоначальной коллективистской программы явился аграрный кризис 1927 – 1928 годов, который формально проявился как хлебозаготовительный кризис: государство традиционно не смогло выполнить план закупок хлеба у крестьян, но фактически данный кризис имел макроэкономических характер, т.е. оказал негативное влияние на систему аграрных рынков и обострил структурный дисбаланс между промышленным и сельскохозяйственным секторами экономики. Данный аграрный кризис объясняется следующими причинами: 1. Традиционная для российского сельского хозяйства ситуация: засуха и неурожай 1927 года. 2. Низкая товарность колхозной и совхозной аграрной продукции: например, в 1927 году на долю крайне неэффективных колхозов и совхозов приходилось всего 7% товарной продукции сельского хозяйства. 3. Резкое снижение товарной продукции зажиточных крестьянских хозяйств: например, если в период столыпинской реформы сельская буржуазия производила 45% товарной аграрной продукции, то в 1927 году их доля снизилась до 20%, что объясняется, с одной стороны, социальной ориентацией правительства на приоритетную поддержку экономически слабых бедняцко-середняцких хозяйств (так называемый «культ бедноты»), а с другой – проведением политики сдерживания развития хозяйств зажиточных крестьян (политика «ограничения» кулачества). 4. Неблагоприятная для крестьянских хозяйств сложившаяся на рынке ценовая и товарная ситуация. Проводимая правительством ценовая политика – «ножницы цен» - привела к неэквивалентному товарообмену между городом и деревней: низкие закупочные цены на сельскохозяйственную продукцию не компенсировали затраты на ее производство и не позволяли крестьянству покупать по высоким ценам необходимые промышленные товары. Поэтому вполне логической была экономическая позиция крестьянства: снижение товарности крестьянских хозяйств, их рыночной ориентации (например, в 1927 году они потребляли до 85% своей продукции – фактически возврат к натуральному хозяйству); сокращение посевных площадей и изменение их структуры; вплоть до сознательного срыва хлебопоставки государству. Ситуация хлебозаготовительного кризиса, в свою очередь, повлекла за собой невыполнение экспортно-импортной программы и резкое сокращение валютных доходов от экспорта зерна за границу, а для реализации программы форсированной индустриализации большевикам необходимы были крупномасштабные закупки импортного промышленного оборудования. Таким образом, логика форсированной индустриализации привела к осуществлению на рубеже 1920-х - 1930-х годов варианта принудительной, ускоренной коллективизации сельского хозяйства для насильственного изъятия у колхозов аграрной продукции в пользу гипертрофированного развития тяжелой промышленности. С точки зрения экономического анализа большевистская программа всеобщей коллективизации сельского хозяйства имела два основных аспекта: 1. Форсированное формирование в деревне насильственными методами колхозной системы. О противоречивости данного процесса говорят показатели динамики темпов проведения коллективизации: ноябрь 1929 г. – 8 % коллективных хозяйств; март 1930 г. – 58%; июнь 1930 г. – 24%; 1931г. – 53%; 1932 г. – 62%; 1934 г. – 72%; 1937 г. – 93%; 1940 г. – 97%. Обращает на себя внимание период своеобразной «деколлективизации» с марта по июнь 1930 года, когда наблюдался массовый выход крестьян из колхозов: во-первых, в марте 1930 года руководство страны вынуждено было признать высокие темпы и насильственные методы образования колхозов, а во-вторых, сначала сыграл свою роль фактор крестьянской общинной психологии, но затем крестьяне поняли отличие общины от обобществленной колхозной структуры; отметим, что после 1930 года большевики пошли все-таки на более умеренные темпы коллективизации. 2. Насильственная ликвидация зажиточных (кулацких) крестьянских хозяйств. С точки зрения большевистской идеологии основным критерием определения «кулацкое хозяйство» должно быть неиспользование наемной рабочей силы, однако большевики в 1925 году юридически разрешили наем работников в деревне, поэтому в практике раскулачивания учитывалось прежде всего имущественное положение крестьянского хозяйства (количество земли, средств производства, товарной продукции). Кроме того, у большевиков были в данном процессе и экономические интересы: во-первых, раскулачивание сопровождалось экспроприацией крестьянского имущества, которое не только передавалось в неделимые фонды колхозов, но и использовалось для финансирования форсированной индустриализации; во-вторых, раскулаченные крестьяне («спецпереселенцы») рассматривались как рабочая сила для хозяйственного освоения восточных районов страны. Созданная комиссия по раскулачиванию разделила всех потенциальных кулаков на три категории: первая – контрреволюционный кулацкий актив (60 тыс. хозяйств), который подлежал практической ликвидации; вторая – наиболее богатые кулаки (180 тыс. хозяйств), к которым применялись методы экспроприации их имущества и высылка на Север, в Сибирь и на Дальний Восток; третья – «остальные кулаки» (800 тыс. хозяйств), которые подвергались репрессиям сначала в местных районах, а затем на них начала распространяться категория «спецпереселенцев» на восток страны. С точки зрения макроэкономической оценки коллективизация сельского хозяйства проявилась как радикальный аграрный переворот, но с негативным структурным эффектом. Можно выделить две основные группы социально-экономических последствий коллективизации. Первая группа – последствия, которые проявились в ходе самой коллективизации и в 1930-е годы как естественная реакция сельского хозяйства на насильственную коллективистскую перестройку. Во-первых, ситуация голода 1932 – 1933 годов, которая вызвана комплексом как объективных (природно-климатических и агротехнических), так и субъективных факторов, связанных с проблемой форсированной индустриализации: в условиях резкого падения зерновых цен на мировом рынке в период мировой депрессии 1929 – 1933 годов для обеспечения массированных закупок зарубежного оборудования необходимо было увеличить хлебный экспорт (интересно отметить, что практически 50 % вывоза зерна шло в Германию за поставки немецкой техники и кредитов), поэтому правительство проводит антикрестьянскую хлебозаготовительную политику – насильственное изъятие продук-ции в основных зернопроизводящих регионах страны (Украина, Северный Кавказ, Поволжье), что и привело к зерновому или продовольственному кризису 1932 – 1933 годов. По средним данным, голодало 25 – 30 миллионов крестьян а потери составили 8 мил чел. Во-вторых, низкие (стагнационные) темпы развития в 30-е годы сельского хозяйства, о чем говорят показатели среднегодовых темпов прироста аграрной продукции по пятилеткам: первая пятилетка – 3 %; вторая - + 5%; третья - + 2%. Депрессивная ситуация в советском аграрном секторе объяснялась следующими обстоятельствами: отсутствие у «крепостного» колхозного крестьянства юридической и экономической свободы и, как следствие, заинтересованности в высокой производительности труда; низкий агротехнический уровень колхозной экономики, особенно по сравнению с западными технологиями; продолжение политики ценового диспаритета: например, если реальные государственные цены заготовок оказались на уровне 1928 года, то общий индекс цен в стране повысился к концу 1940 года в 6,4 раза. 2. Вторая группа – последствия долговременного характера, которые проявились не только в 1930-е годы, но и на протяжении всей советской аграрной истории: во-первых, ликвидация всех основных форм нэповской крестьянской кооперации (кредитной, потребительской, сельскохозяйственной), которая практически не восстановлена и до сих пор; интересно отметить, что большевики рассматривали колхоз как временную переходную форму организации экономики, а совхоз в качестве идеальной аграрной структуры, что проявилась позже в хрущевских аграрных реформах; во-вторых, ликвидация крестьянства как крупной социальной и профессиональной группы населения: колхозный крестьянин превратился в «крепостного» наемного работника, отчужденного от земли, средств производства, производственного продукта, управления хозяйством и не имеющего мотивации и рыночной психологии – поэтому так сложно в современной России формируется профессиональное фермерское сословие и рынок аграрной рабочей силы; и в третьих, в результате коллективизации произошло «включение» аграрного сектора в административно-командный хозяйственный механизм: колхозы постепенно потеряли свой исходный кооперативный хозрасчетный характер и превратились в государственные предприятия, включенные в государственные планы по производству и сдаче сельскохозяйственной продукции.   36. Творческий энтузиазм народных масс, в строительстве социализма в годы первых пятилеток. К середине 20-х годов наша страна на основе реализации новой экономической политики достигла значительных успехов в укреплении хозяйственного и политического положения. Приближалась к концу работа по восстановлению народного хозяйства. В международной обстановке также произошли изменения. Правительствам западных стран удалось подавить революционные движения рабочего класса. Одновременно экономика капиталистических стран стабилизировалась. Сложилось временное равновесие сил между Советским Союзом и капиталистическим миром, что открывало возможность для периода мирного сосуществования стран с различным общественным строем. Именно на этот период приходится полоса признания СССР со стороны западных государств и установления с ним дипломатических и торговых отношений.Это был временный, но благоприятный внешнеполитический фактор, который способствовал решению важнейших внутренних задач нашей страны. Основой для пересмотра заданий пятилетки стал ряд причин внутреннего и внешнего характера: во-первых, это несомненные успехи первого года пятилетки; во-вторых, энтузиазм передовой части рабочего класса; в-третьих, желание значительной части населения страны быстрее преодолеть противоречия многоукладной экономики; в-четвертых, стремление на деле доказать преимущества нового нарождающегося общества перед капитализмом; в-пятых, глубокий экономический кризис (1929 1933 гг.), охвативший капиталистический мир и, который, как казалось тогда, должен привести его к катастрофе; в-шестых, рост международной напряженности. 37. Формирование и развитие тоталитарной политической системы в СССР, ее содержание и эволюция На рубеже 20-30-х гг. в СССР окончательно утвердилась тоталитарная система. Тоталитаризм - особая форма полного подчинения личности и общества в целом гос-ву. Тоталитарным наз-т общество, в к-ом ликвидирована многопартийность и сущ-ет однопартийная полит. система; сложился культ вождя; утвердилась единая идеология; правящая партия срослась с гос. аппаратом и подчинила его себе; массовые репрессии в отн-ии граждан; монополия на ср-ва массовой инф-ции; контроль над общ-м с помощью массовых общ. орг-ий; централизованная система управления экономикой. 38. Ликвидация неграмотности. Развитие народного образования, науки в СССР (20-30 гг.). Ликвидация неграмотности — массовое обязательное обучение грамоте неграмотных взрослых, а также подростков школьного возраста, не охваченных школой. После Октябрьской революции в России борьба за всеобщую грамотность стала одной из решающих предпосылок коренных преобразований в сферах общественных отношений, народного хозяйства, культуры. В декабре 1917 года в Наркомпросе РСФСР был создан внешкольный отдел под руководством Н. К. Крупской (с 1920 г. — Главполитпросвет), одной из главных задач которого стала организация ликвидации неграмотности в стране. Ликвидация неграмотности разворачивалась в условиях Гражданской войны и иностранной военной интервенции. По декрету Совета народных комиссаров (СНК) «О ликвидации безграмотности среди населения РСФСР» (дек. 1919, проект был подготовлен в Наркомпросе по инициативе участников 1-го съезда по внешкольному образованию) все население республики в возрасте от 8 до 50 лет, не умевшее читать или писать, обязывалось учиться грамоте на родном или русском языке (по желанию). Ликвидация неграмотности рассматривалась как непременное условие обеспечения сознательного участия всего населения в политической и хозяйственной жизни страны. Наркомпросу предоставлялось право привлекать всех грамотных лиц к обучению неграмотных на основе трудовой повинности. Декрет предусматривал также организацию обучения детей школьного возраста, не охваченных школами. Эта задача решалась посредством создания школ для переростков, а также — в условиях борьбы с беспризорностью — путем школ при детских домах, колониях и прочих учреждениях, входивших в систему Главсоцвоса. В ликвидацию неграмотности включались массовые общественные организации. 19 июля 1920 года СНК создал Всероссийскую чрезвычайную комиссию по ликвидации безграмотности (ВЧК л/б), которая была подчинена Наркомпросу. Комиссия взяла под свой контроль организацию курсов ликбеза, подготовку учителей, издание учебной литературы. Материальную поддержку, помощь комиссии в создании учебников оказывали М. Горький, Л. Н. Сейфуллина, В. Я. Брюсов, В. В. Маяковский, Демьян Бедный, а также ученые Н. Я. Марр, В. М. Бехтерев и др. Каждый населенный пункт с числом неграмотных свыше 15-ти должен был иметь школу грамоты (ликпункт). В программу обучения включались чтение, письмо, счет. В начале 20-х годов программа была уточнена: занятия на ликпункте имели своей целью научить читать ясный печатный и письменный шрифты; делать краткие записи, необходимые в жизни и служебных делах; читать и записывать целые и дробные числа, проценты, разбираться в диаграммах и схемах; учащимся объяснялись основные вопросы строительства советского государства. Срок обучения составлял 3-4 месяца. Учебная программа потребовала широкой организованной подготовки учителей и других педагогических работников. К осени 1920 году только органами ВЧК л/б в 26 губерниях были созданы курсы учителей — ликвидаторов неграмотности. Для содействия обучению неграмотных для взрослых учащихся сокращался рабочий день с сохранением заработной платы, предусматривалось первоочередное снабжение ликпунктов учебными пособиями, письменными принадлежностями. В 1918 году была осуществлена реформа русского правописания, существенно упростившая обучение грамоте. Велась работа по созданию письменности для народов, прежде ее не имевших. С 1922 года была проведена как временная мера латинизация алфавитов тюркских и монгольских языков народов СССР, облегчившая овладение чтением и письмом взрослыми учащимися. В конце 30-х годов письменность некоторых народов была переведена на русскую графику. Эти меры преследовали задачу расширения масштабов ликвидации неграмотности. В то же время их нельзя оценивать однозначно, поскольку перемена графической основы письменности в определенной степени затрудняла для многих народов освоение их культурного наследия. Кроме того, перемена графики делала неэффективной грамотность, освоенную взрослыми в предшествующие годы. В Наркомпросе были разработаны методики обучения грамоте с применением политически актуальных и понятных взрослым учащимся лозунгов и простых текстов. Методы обучения ориентировались на развитие навыков учебного труда и самостоятельного мышления. Развернулось издание специальных букварей. В 1920—1924 годах вышли два издания первого советского массового букваря для взрослых Д. Элькиной, Н. Бугославской, А. Курской (2-е издание — под названием «Долой неграмотность» — включало такие лозунги, как, например, «Мы — не рабы, рабы — не мы», а также стихотворения В. Я. Брюсова и Н. А. Некрасова). В те же годы появились «Рабоче-крестьянский букварь для взрослых» В. В. Смушкова, «Букварь для рабочих» Е. Я. Голанта. Часть пособий была напечатана за рубежом с оплатой из валютных фондов республики. Массовые газеты («Беднота» и др.) публиковали на своих страницах или в специальных приложениях материалы тематических уроков обучения грамоте. В работе по ликвидации неграмотности приняли участие поэты В. В. Маяковский (стихотворная «Советская азбука», 1919), Демьян Бедный и другие. Было налажено издание массовых букварей и других начальных пособий для взрослых на украинском, белорусском, киргизском, татарском, чувашском, узбекском и других языках (всего ок. 40). С переходом страны к нэпу и переводом учреждений внешкольного образования на местный бюджет сеть ликпунктов значительно сократилась. В этих условиях 1-й Всероссийский съезд по ликвидации неграмотности (1922) признал необходимым первоочередное обучение грамоте рабочих промышленных предприятий и совхозов, членов профсоюзов и других трудящихся в возрасте 18—30 лет. Срок обучения на ликпункте устанавливался в 7 месяцев (6-8 часов еженедельно). Осенью 1923 года было создано Всероссийское добровольное общество «Долой неграмотность После 1-го Всероссийского съезда ОДН (1926) в составе Центрального совета были созданы комиссии: по работе среди национальных меньшинств, агитационная — по руководству низовыми ячейками и другие. К ликвидации неграмотности шире привлекалась общественность, в том числе учителя, студенты, грамотные трудящиеся. В 1925/26 учебном году в программы ликбеза в качестве обязательного был введен курс политграмоты. Массовые общества, подобные ОДН, возникли на Украине (Г. И. Петровский), в Белоруссии (А. Г. Червяков), Грузии (М. Цхакая), Казахстане (С. Сейфуллин), Армении (Р. Даштоян), Киргизии (С. Мендешев). В 1926 году уровень грамотности лиц в возрасте 9—49 лет составил 56,6% (в 1920 — 44,1%). Всего в 1917—27 годах было обучено грамоте до 10 млн взрослых, в том числе в РСФСР 5,5 млн. Однако в целом СССР занимал по уровню грамотности сравнительно с другими странами Европы лишь 19-е место, уступая таким странам, как Турция и Португалия. Оставалась низкой грамотность населения автономных национальных территориальных образований: в Якутии — 13,3%, в Дагестане — 12,2%, в Кабардино-Балкарии — 23,6% , в Ингушетии — 23,8% , в Калмыкии — 12,1%. Сохранились значительные различия в уровне грамотности городского и сельского населения (в 1926 г. — соответственно 80,9 и 50,6%), мужчин и женщин (в городе — 88,6 и 73,9%, в селе — 67,3 и 35,4%). Существенную роль в расширении движения за ликвидацию неграмотности сыграл всесоюзный культпоход, начатый в 1928 году по инициативе ВЛКСМ. Опорными центрами культпохода стали Москва, Саратов, Самара и Воронеж, где основная часть неграмотных были обучены силами общественности. В ликвидации неграмотности в процессе культпохода включались тысячи добровольцев. К середине 1930 года число культ-армейцев достигло 1 млн, а число учащихся только в учтенных школах грамоты — 10 млн. В этот период азбучная грамотность перестала удовлетворять потребности хозяйственного и культурного переустройства страны. В программы школ ликбеза стали вводиться занятия по техминимуму и агроминимуму. Введение всеобщего начального обучения (1930) создавало известные гарантии распространения грамотности. В ходе ликвидации неграмотности имели место неизбежные издержки, связанные с материальными трудностями, нехваткой учителей, слабой методической подготовкой многих групп ликвидаторов неграмотности, а также с преобладанием в ряде мест командных методов и административно-ориентированных подходов к организации и оценке результатов работы. Однако в целом опора на общественность в ликвидации неграмотности себя оправдала. В середине 30-х годов было признано, что ОДН свою задачу выполнило. Ликвидация неграмотности возлагалась теперь на соответствующие секции при местных Советах. Одновременно пересматривались программы школ ликбеза, рассчитанные на 330 учебных занятий (10 месяцев в городе и 7 месяцев на селе). Актуальной задачей считалась теперь борьба с малограмотностью, ставшей ощутимым тормозом в нормальной организации индустриального производства. К 1936 году было обучено около 40 млн неграмотных. В 1933—1937 годах только в учтенных школах ликбеза занимались свыше 20 млн неграмотных и около 20 млн малограмотных. К концу 30-х годов неграмотность утратила характер острой социальной проблемы. По данным переписи 1939 года, грамотность лиц в возрасте от 16 до 50 лет приближалась к 90%. К началу 40-х годов задача ликвидации неграмотности была в основном решена. К началу 50-х годов СССР стал страной практически сплошной грамотности. Исторические уроки ликвидации неграмотности в СССР свидетельствуют, что повышение общеобразовательного и культурного уровня народа в сочетании с расширением политического кругозора является одним из существенных принципов социального переустройства, перехода к новому качеству обще   39.Итоги культурной революции в СССР (30-е гг.). Культурная революция была направлена на «перевоспитание» масс — на «коммунизацию» и «советизацию» массового сознания, на разрыв с традициями исторического (дореволюционного) культурного наследия через большевистскую идеологизацию культуры. На передний план выдвигалась задача создания так называемой «пролетарской культуры», основанной на марксистско-классовой идеологии, «коммунистическом воспитании», массовости культуры, ориентированной на низшие слои общества. Культурная революция обусловлена такими преобразованиями в экономике и политике как установление диктатуры пролетариата, обобществление средств производства, социалистическая индустриализация и коллективизация сельского хозяйства. Культурная революция с одной стороны предусматривала ликвидацию неграмотности среди рабочих и крестьян, создание социалистической системы народного образования и просвещения, формирование нового социального слоя — «социалистической интеллигенции», перестройку быта, развитие науки, литературы, искусства под партийным контролем. С другой стороны — в системе народного образования ликвидировалась трехзвенная структура средних учебных заведений (классическая гимназия — Реальное училище — Коммерческое училище) и заменялась на «политехническую и трудовую» среднюю школу. Таким образом, такие школьные предметы, как: логика, богословие, латинский и греческий языки, и другие гуманитарные предметы — из системы народного образования были удалены. В результате осуществления культурной революции СССР были достигнуты определенные успехи: по официальным данным переписи 1939 г. грамотность населения стала составлять 70 %; в СССР была создана первоклассная общеобразовательная школа, численность советской интеллигенции достигла 14 млн чел.; до начала 1940-х гг. наблюдался расцвет официально одобренных науки и искусства, с 1960-х — рассвет советской космонавтики, высшие спортивные достижения, процветание сельской промышленности и многое другое. В культурном развитии, согласно официальной государственной информации, СССР вышел на передовые рубежи в мире. Однако реальные результаты значительно расходились с официально заявленными. Во всех республиках СССР вследствие погрома существовавших ранее достижений культуры, искусства, систематических жестоких репрессий интеллигенции и пр. слоёв населения с начала 1920-х гг. стали наблюдаться стагнация его общего культурного уровня, моральная деградация, подмена общечеловеческих ценностей узкоидеологическими. Главной задачей культурной революции была идеологическая пропаганда. Культурные преобразования находились под контролем коммунистической партии и государства.Советское искусство, подчинённое партийной цензуре, было обязано следовать одному художественному направлению - социалистическому реализму. Политический смысл этого метода заключался в том, что мастера искусства должны были отображать советскую жизнь не такой, какая она была на самом деле, а такой, какой она должна быть при социализме. Во времена «культурной революции» Сталин выдвинул мысль, что все науки, а в том числе и естественные, должны носить политический характер. Не согласных с этим учёных травили в прессе или репрессировали. Были свёрнуты исследования и разработки советских генетиков, т.к генетика была названа «буржуазной наукой». Самое пристальное внимание Сталин уделял истории. Он взял под личный контроль учебники по истории России, которая стала называться историей СССР. История представляла в них летописью классовой борьбы угнетённых классов с эксплуататорами. Появилась новая отрасль исторической науки, ставшая одной из ведущих идеологических дисциплин, - "история партии". Развитие советской культуры в 30-е гг. имело противоречивый характер. С одной стороны, образование, наука, литература, художественная культура были взяты под строгий контроль, испытывали идеологическое давление.


Последнее изменение этой страницы: 2016-12-28; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.236.51.151 (0.013 с.)